Решение № 2-2643/2018 2-2643/2018~М-1874/2018 М-1874/2018 от 4 июля 2018 г. по делу № 2-2643/2018

Дело № 2-2643/2018


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Челябинск 05 июля 2018 года

Калининский районный суд г. Челябинска в составе:

председательствующего Плотниковой Л.В.

с участием прокурора Пряловой Д.Н.

при секретаре Лежневой М.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к АО «Челябинский электрометаллургический комбинат» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к АО «Челябинский электрометаллургический комбинат» (далее - АО «ЧЭМК») о взыскании компенсации морального вреда в размере 250 000 руб. в связи с профессиональным заболеванием.

В обоснование иска указал, что с 19 января 1979 г. по 10 мая 2018 г. работал у ответчика. 26 мая 2011 г. ему был установлен диагноз профессионального заболевания «***», актом расследования профессионального заболевания от 02.06.2011 г. установлено, что причиной данного заболевания послужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов в результате работы у ответчика, его вины в профессиональном заболевании не установлено. В результате полученного заболевания ему причинен моральный вред. Физические страдания выражаются в постоянных загрудинных болях, кашле, повышенной потливости, быстрой утомляемости. Нравственные страдания выражаются в страхе за свою жизнь и здоровье, переживаниях из-за невозможности вести прежний образ жизни.

В судебном заседании истец ФИО1 поддержал исковые требования, суду пояснил, что в 2011 году ему было установлено 10% утраты профессиональной трудоспособности, затем спустя 2-3 года установили 20% профессиональной трудоспособности до 01.10.2018 г. В связи с потерей профессиональной трудоспособности ему устанавливали сокращенный рабочий день и перевели на утренний режим работы. В настоящее время не может оказывать помощь своим родным по работе в саду, испытывает постоянное чувство усталости, мучает отдышка, чувствует себя неполноценным, 2-3 раза в год ходит на прием к пульмонологу. Проживает совместно с супругой в десятиэтажном доме на восьмом этаже, когда лифт не работает, при подъеме до квартиры приходится делать остановки, чтобы отдохнуть и отдышаться.

Представитель истца по устному ходатайству ФИО2 поддержал исковые требования в полном объеме.

Представитель ответчика АО «ЧЭМК» по доверенности ФИО3 возражала против удовлетворения исковых требований, ссылаясь на несовершенство технологии, которая не развита, на халатное отношение истца к своему здоровью, поскольку сознательно продолжал работать во вредных условиях труда после назначения досрочной пенсии и установления профессионального заболевания; с учетом требований разумности и справедливости полагала необходимым снизить размер компенсации.

Заслушав объяснения истца, представителей сторон, заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим частичному удовлетворению, исследовав материалы дела, суд считает иск ФИО1 подлежащим частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Согласно ч. 1, 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию. Каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

В силу ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии с ч. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Согласно ст.151 ГК РФ при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В судебном заседании установлено и подтверждается копиями акта № 73/07 о случае профессионального заболевания от 02.06.2011 г., справки № 10718/2 Областного центра профессиональной патологии, трудовой книжки от 19.01.1979 г.,

что ФИО1 работал в АО «ЧЭМК» - в плавильном цехе 8 ферросплавного производства плавильщиком ферросплавов с 19.01.1979 г. по 23.07.1981 г., газовщиком закрытых ферросплавных печей с 24.07.1981 г. по 08.08.1983 г., газовщиком по обслуживанию закрытых ферросплавных печей с 01.05.1988 г. по 05.05.1996 г., плавильщиком ферросплавов с 06.05.1996 г. по 12.07.1996 г., газовщиком по обслуживанию закрытых ферросплавных печей с 13.07.1996 г. по 30.08.1997 г., принят 01.09.1997 г. в ООО «Торговый дом «Центр пищевой индустрии» в порядке перевода в арендуемый плавильный цех 8 ферросплавного производства газовщиком по обслуживанию закрытых ферросплавных печей, уволен переводом в ОАО «ЧЭМК» по согласованию между руководителями – 31.03.1999 г., в АО «ЧЭМК» в плавильном цехе 8 ферросплавного производства газовщиком с 01.04.1999 г. по 31.01.2012 г., в бригаде по ремонту оборудования слесарем-ремонтником с 01.02.2012 г. по 31.01.2014 г., в бригаде по ремонту и обслуживанию газоочистного оборудования фирмы «спис-мотор» слесарем ремонтником с 01.02.2014 г. по 09.05.2018 г., уволен по собственному желанию 10.05.2018 г.

02 июня 2011 года ФИО1 впервые установлен диагноз профессионального заболевания – ***, а 17.05.2018 г. изменен на ***.

В ходе проведения расследования случая профессионального заболевания комиссией установлено, что стаж работы ФИО1 в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов – 32 года 4 месяца, в данной профессии – 29 лет 8 месяцев, общий стаж работы – 32 года 4 месяца.

По заключению комиссии заболевание является профессиональным и возникло в результате несовершенства технологии и неэффективной вентиляции. Непосредственной причиной заболевания является контакт с аэрозолями фиброгенного и смешанного типа действий. Вины работника не установлено.

Поскольку производство в плавильном цехе № 8 АО «ЧЭМК» связано с повышенной опасностью для окружающих и является источником повышенной опасности; исходя из выводов, изложенных в акте расследования случая профессионального заболевания, возникновение вреда не связано с непреодолимой силой или умыслом потерпевшего, соответственно, обязанность возместить вред, причиненный истцу, возникает у ответчика независимо от наличия либо отсутствия вины последнего.

Совокупностью исследованных доказательств подтверждается, что профессиональное заболевание ФИО1 получено в период его работы в АО «ЧЭМК», в связи с чем имеются основания для взыскания в пользу истца с ответчика компенсации морального вреда.

Из справки Бюро МСЭ «ГБ МСЭ по Челябинской области» серии МСЭ-2011 № 0066912, справки № 10718/2 Областного центра профессиональной патологии, программы реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания следует,

что 26.05.2011 г. ФИО1 установлен диагноз профессионального заболевания – ***, который 17.05.2018 г. изменен на *** и в период с 20.09.2017 г. по 01.10.2018 г. было установлено 20% утраты профессиональной трудоспособности.

Доводы представителя ответчика АО «ЧЭМК» о том, что истец был осведомлен о вредных условиях труда, но продолжал работать, пренебрегая последствиями, которые могут отразиться на состоянии его здоровья, суд находит несостоятельными, поскольку, истец реализовывал конституционное право на труд, при этом законодательством – ранее действующим КЗоТ РСФСР (ст. 139) и ныне действующим ТК РФ (ст. 212) - обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда в организации возлагаются на работодателя, вины работника в возникновении профессионального заболевания не имеется. Доказательств принятия ответчиком АО «ЧЭМК» исчерпывающих мер по обеспечению истцу условий труда, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, в суд не представлено.

Согласно ст. 1100 Гражданского кодекса Российскрй Федерации (далее - ГК РФ) компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Объяснениями истца, представителя истца, материалами дела подтверждается, что в результате полученного профессионального заболевания ФИО1 вынужден постоянно принимать лекарственные препараты, пользоваться ингалятором, испытывает болевые ощущения в груди и горле, затрудненность дыхания, трудности при выполнении домашней работы, невозможность выполнения работы в саду, трудности при подъеме в квартиру, чувство страха за свою жизнь и здоровье.

Таким образом, суд приходит к выводу о доказанности в судебном заседании причинения ФИО1 в результате воздействия вредных производственных факторов нравственных и физических страданий, связанных с развитием у него профессионального заболевания, которое нарушает личные неимущественные права истца.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает следующие обстоятельства: наличие профессионального заболевания, характер и степень причиненных истцу физических и нравственных страданий; продолжительность периода, отработанного в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных факторов в АО «ЧЭМК», периода, истекшего с момента установления профессионального заболевания, степень вины ответчика, возраст истца и степень утраты им профессиональной трудоспособности – 20%, невозможность полного устранения последствий воздействия неблагоприятных факторов на здоровье истца, а также требования разумности и справедливости, и считает возможным взыскать в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, в удовлетворении иска в остальной части отказать.

В силу ст. 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взыскать в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 300 руб.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с АО «Челябинский электрометаллургический комбинат» в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 в остальной части отказать.

Взыскать с АО «Челябинский электрометаллургический комбинат» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд через Калининский районный суд г. Челябинска в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме.

Председательствующий Л.В. Плотникова