Решение № 2-270/2025 2-270/2025~М-34/2025 М-34/2025 от 9 марта 2025 г. по делу № 2-270/2025

УИД: 42RS0017-01-2025-000052-76

Дело № 2-270/2025


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

Кузнецкий районный суд г. Новокузнецка Кемеровской области в составе

председательствующего судьи Сальниковой Е.Н., при секретаре Русаковой К.С.,

с участием старшего помощника прокурора Сенькиной И.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Новокузнецке

10 марта 2025 г.

гражданского дела по исковому заявлению ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Инжиниринг Строительство Обслуживание» о взыскании компенсации морального вреда в связи с повреждением здоровья и утратой профессиональной трудоспособности,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Инжиниринг Строительство Обслуживание» (сокращенное наименование ООО «ИСО») о взыскании компенсации морального вреда в связи с повреждением здоровья и утратой профессиональной трудоспособности в размере 100000 руб., судебных расходов – 15000 руб., почтовых расходов – 90,60 руб.

Исковые требования мотивированы тем, что в течение длительного времени - 25 лет и 5 мес. истец работал в действующих цехах акционерного общества «РУСАЛ Новокузнецкий алюминиевый завод» во вредных условиях труда: воздействия на его организм фтора газообразного, солей фтористоводородной кислоты и бензоперена. В результате чего у него развилось профессиональное заболевание, что подтверждается Актом о случае профессионального заболевания. Истцу установлен диагноз: <данные изъяты> Составлен Акт о случае профессионального заболевания от 05.05.2023. Труд в условиях воздействия фтора и его соединений противопоказан.

Согласно сведениям трудовой книжки в период с 05.05.1991 по 21.01.1992 истец осуществлял трудовую деятельность в МП «Вектор» монтажником, с 03.02.1992 по 01.09.1995 работал монтажником в «Краон», с 01.09.1995 по 26.07.1996 осуществлял трудовую деятельность в должности монтажника электролизных ванн в действующих печах электролиза в фирме «Кроле». В АО «Новокузнецкий алюминиевый завод» истец работал следующие периоды: с 20.07.1996 по 01.10.2001 слесарем-ремонтником 4 разряда в цехе по ремонту газоочистного оборудования; с 01.10.2001 по 01.05.2002 слесарем-ремонтником (по ремонту газосборочных поясов на действующих электролизерах) 5-го разряда в цехе по ремонту газоочистного оборудования; с 01.05.2002 по 01.03.2003 - монтажником по ремонту ванн (по ремонту газосборочных поясов на действующих электролизерах) 5-го разряда в цехе по ремонту газоочистного оборудования; с 01.03.2003 по 30.11.2003 - монтажником по ремонту ванн (по ремонту газосборочных поясов на действующих электролизерах). В ООО «Сервисный центр» истец осуществлял трудовую деятельность с 01.12.2003 по 01.01.2004 – монтажником на ремонте ванн (в действующих корпусах электролиза) по 5 разряду; с 01.01.2004 по 01.09.2004 – монтажником на ремонте ванн по 5 разряду в ОАО «НКАЗ»; с 01.09.2004 по 02.08.2006 - монтажником на ремонте ванн по 5 разряда на участке оцинковки и механомонтажных работ; с 02.08.2006 по 28.12.2006 - мастером по ремонту оборудования, занятым ремонтом электролизеров на участке демонтажа и футеровки электролизеров в действующих корпусах электролиза ОАО «РУСАЛ Новокузнецк».

В филиале ООО «Русская инжиниринговая компания» истец осуществлял трудовую деятельность с 28.12.2006 по 15.07.2010 – мастером по ремонту оборудования, занятым ремонтом электролизеров в дирекции по ремонту технологического оборудования цеха по капитальному ремонту участка демонтажа и футеровки электролизеров в действующих корпусах электролиза в ОАО «РУСАЛ Новокузнецк»; с 15.07.2010 по 01.02.2013 - монтажником на ремонте ванн 6 разряда там же; с 01.02.2013 по 01.05.2013 - монтажником на ремонте ванн 6 разряда в действующих корпусах электролиза в ОАО «РУСАЛ Новокузнецк»; с 01.05.2013 по 01.09.2013 - монтажником на ремонте ванн 6 разряда, цех капитального ремонта электролизеров в действующих корпусах электролиза в ОАО «РУСАЛ Новокузнецк»; с 01.09.2013 по 01.03.2014 – мастером по ремонту оборудования, занятым ремонтом электролизеров в действующих корпусах электролиза в ОАО «РУСАЛ Новокузнецк»; с 01.03.2014 по 01.07.2016 – монтажником на ремонте ванн 6 разряда, с 01.07.2016 по 28.02.2019 монтажником на ремонте ванн 6 разряда в том же цехе на участке капитального ремонта электролизеров в действующих корпусах электролиза.

В филиале общества с ограниченной ответственностью «Инжиниринг Строительство Обслуживание» (ООО «ИСО») истец осуществлял трудовую деятельность в следующие периоды: с 01.03.2019 по 15.10.2019 - монтажником на ремонте ванн 6 разряда, цех по капитальному ремонту, участок капитального ремонта электролизеров в действующих корпусах электролиза отделения монтажных работ в действующих корпусах электролиза, бригада механомонтажных работ; с 15.10.2019 по 11.01.2023 - мастером по ремонту оборудования, занятым ремонтом оборудования, цех по капитальному ремонту, участок капитального ремонта электролизеров в действующих корпусах электролиза отделения монтажных работ в действующих корпусах электролиза, бригада механомонтажных работ.

Согласно заключению о состоянии условий труда, ведущим вредным производственным фактором в развитии заболевания <данные изъяты> является фтор и его соединения.

Профессиональное заболевание возникло при выполнении ФИО1 технологических операций в корпусах электролиза, где среднесменные концентрации гидрофторида (в перерасчете на фтор) превышали допустимые значения вследствие несовершенства технологических процессов. Причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов или веществ: гидрофторида (в перерасчете на фтор). Непосредственной причиной заболевания послужило воздействие вредных химических веществ - наличие в воздухе рабочей зоны на рабочем месте слесаря-ремонтника по ремонту газосборных поясов на действующих электролизерах, рабочем месте монтажника на ремонте ванн, рабочем месте мастера по ремонту оборудования, занятого ремонтом электролизеров, гидрофторида в пересчете на фтор.

ФИО1 обращался с заявлением к ответчику о выплате компенсации морального вреда, ответа не последовало.

В период с 10.04.2023 по 26.04.2023 истец находился <данные изъяты>

Заключением БМСЭ № 0278321 истцу установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 20 %.

Согласно программе реабилитации показано медикаментозное лечение: <данные изъяты> санаторно-курортное лечение. Доступна профессиональная деятельность в оптимальных и допустимых условиях труда.

Прогнозируемый результат проведения реабилитационных мероприятий: восстановление нарушенных функций организма, обусловленных профессиональным заболеванием - отсутствует. Достижение компенсации утраченных функций организма, обусловленных несчастным случаем на производстве и профессиональным заболеванием: частично. Восстановление возможности, способности пострадавшего продолжать выполнять профессиональную деятельность: частично.

В настоящее время ФИО1 во вредных условиях труда не работает. <данные изъяты> На даче, в основном, работает супруга. Материальное благополучие семьи значительно ухудшилось, так как до утраты профессиональной трудоспособности его среднемесячный заработок составлял 103270 руб., что подтверждается справкой-расчетом к приказу ОФСР от 22.08.2023г. №13253-В. Назначены ежемесячные страховые выплаты в размере 25053,29 руб. Все это сказывается на психоэмоциональном состоянии, переживаниями, что в <данные изъяты> стал больным человеком с ограниченными физическими возможностями. Вынужден пользоваться обезболивающими средствами, ухудшился сон, стал раздражительным. На иждивении находится сын – Г., который учится <данные изъяты> и получает стипендию в размере 3000 рублей. Выплачивает ипотеку за купленную 1-комнатную квартиру.

Истец оценивает причиненный ответчиком моральный вред в размере 100000 руб., считая, что данная сумма в полном объеме компенсирует его физические и нравственные страдания в связи с причинением вреда здоровью профессиональным заболеванием.

Истец ФИО1 в судебном заседании требования поддержал, настаивал на их удовлетворении. Суду пояснил, что в связи с профессиональным заболеванием качество его жизни значительно ухудшилось, постоянно испытывает <данные изъяты>, не может вести прежний образ жизни, что отрицательно сказывается на его психоэмоциональном состоянии. Материальное благополучие семьи также ухудшилось из-за уменьшения дохода вследствие установления профессионального заболевания и перевода на другую должность.

Представитель истца ФИО2, действующая на основании доверенности, требования поддержала, просила их удовлетворить по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика - ООО «ИСО» ФИО3, действующая на основании доверенности, в судебном заседании возражала против удовлетворения требований, подробно позицию изложила в письменных возражениях, просила учесть, что истец с 01.10.2022 г. во вредных условиях труда у ответчика не работал, т.к. был переведен на должность менеджера.

Представители третьих лиц - ООО «Русская инжиниринговая компания», АО «РУСАЛ Новокузнецкий Алюминиевый Завод» в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены судом надлежащим образом.

Суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, извещенных надлежащим образом о дате и времени рассмотрения дела.

Выслушав пояснения сторон, заключение старшего помощника прокурора Сенькиной И.В., полагавшей необходимым удовлетворить заявленные исковые требования частично, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 2 ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Трудовой кодекс РФ особо закрепляет право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, гарантируя его обязательным социальным страхованием от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с федеральным законом (ст. 219 Трудового кодекса РФ).

Обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя (часть 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.

Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абзац 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

В случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (ст. 216.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

Правовое регулирование отношений по возмещению вреда, причиненного здоровью, или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания осуществляется нормами Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», которыми предусматривается, что обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, являясь видом социального страхования, устанавливается для социальной защиты застрахованных путем предоставления в полном объеме всех необходимых видов обеспечения по страхованию в возмещение вреда, причиненного их жизни и здоровью при исполнении обязанностей по трудовому договору (пункт 1 статьи 1 данного закона).

Возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, в силу абзаца второго пункта 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ осуществляется причинителем вреда.

Частью 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Согласно пункту 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

В пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.

Судом установлено, что истец ФИО1 на протяжении 25 лет 5 месяцев осуществлял трудовую деятельность в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, в том числе, на предприятии ответчика.

Из сведений трудовой книжки следует, что в период с 05.05.1991 по 21.01.1992 истец осуществлял трудовую деятельность в качестве монтажника в МП «Вектор»; с 03.02.1992 по 01.09.1995 работал монтажником в ТОО Фирма «Краон»; с 01.09.1995 принят переводом из фирмы «Краон» в фирму «Кроле» монтажником электролизных ванн в действующих печах электролиза, откуда уволен 26.07.1996 переводом в АО «НКАЗ».

В период с 29.07.1996 по 01.05.2002 осуществлял трудовую деятельность в АО «Новокузнецкий алюминиевый завод» слесарем-ремонтником по ремонту газосборных поясов на действующих электролизерах, 01.05.2002 переведен в цех капитального ремонта электролизеров монтажником на ремонте ванн по 5 разряду (по ремонту газосборочных поясов на действующих электролизерах), 01.03.2023 переведен в цех по ремонту газоочистного оборудования монтажником на ремонте ванн (по ремонту газосборочных поясов на действующих электролизерах), 30.11.2003 уволен по инициативе работника в связи с переводом в ООО «Сервисный центр».

В период с 01.12.2003 по 28.02.2019 осуществлял трудовую деятельность в ООО «Сервисный центр» (28.12.2016 реорганизованный в форме присоединения к ООО «Русская инжиниринговая компания», протокол от 20.11.2016) в качестве монтажника на участке капитального ремонта электролизеров на ремонт ванн.

01.03.2019 истец принят в ООО «ИСО» в цех по капитальному ремонту, участок капитального ремонта электролизеров в действующих корпусах электролиза, отделение монтажных работ в действующих корпусах электролиза, бригада механомонтажных работ монтажником на ремонте ванн 6 разряда; 15.10.2019 переведен мастером по ремонту оборудования, занятым ремонтом электролизеров (л.д. 37-40).

В соответствии с дополнительным соглашением от 01.10.2022 к трудовому договору от 01.03.2019 № 283-010319 ФИО1 переведен с 01.10.2022 в соответствии с ч. 1 ст. 72.2 ТК РФ временно, с сохранением основного места работы на должность менеджера отдела охраны труда, промышленной безопасности и экологии в филиале ООО «ИСО» в г. Новокузнецке (л.д. 102-103)

Санитарно-гигиенической характеристикой условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания № 132 от 14.02.2023 установлено, что ФИО1, работая в ООО «ИСО» с 01.03.2019 по 11.01.2023 по профессии мастера по ремонту оборудования, занятого ремонтом электролизеров в цехе по капитальному ремонту, участок капитального ремонта электролизеров в действующих корпусах электролиза, отделения монтажных работ в действующих корпусах электролиза, бригада механомонтажных работ контактировал с вредными производственными факторами – фтором и его соединениями.

Вредным производственным фактором в развитии заболевания <данные изъяты> являются фтор и его соединения, с которыми ФИО1 контактировал, работая в профессии слесаря-ремонтника по ремонту газосборных поясов на действующих электролизерах в ОАО «НКАЗ», монтажника на ремонте ванн в ООО «Инжиниринг Строительство Обслуживание», Филиале общества с ограниченной ответственностью «Инжиниринг строительство обслуживание» в городе Новокузнецке, мастера по ремонту оборудования, занятого ремонтом электролизов в ОАО «НКАЗ», монтажника на ремонте ванн в ООО «Инжиниринг Строительство Обслуживание».

Превышение содержания в воздухе рабочей зоны вредных веществ химической природы составляет в период работы истца слесарем-ремонтником по ремонту газосборных поясов на действующих электролизерах в ОАО «НКАЗ» - показатели гидрофторидов превышают в 1,454 раза установленной нормы; на рабочем месте монтажника на ремонте ванн в ООО «Русская инжиниринговая компания» коэффициент суммации среднесменных концентраций гидрофторида и солей фтористоводородной кислоты превышает единицу в 3,7 раза; на рабочем месте мастера по ремонту оборудования, занятого ремонтом электролизеров в ООО «Сервисный центр» коэффициент суммации среднесменных концентраций гидрофторида и солей фтористоводородной кислоты превышает единицу в 2,6 раза; на рабочем месте мастера по ремонту оборудования, занятым ремонтом электролизеров в ООО «Русская Инжиниринговая компания» коэффициент суммации среднесменных концентраций гидрофторида и солей фтористоводородной кислоты превышает единицу в 2,5 раза; на рабочем месте монтажника на ремонте ванн в ООО «Инжиниринг Строительство Обслуживание» имеется превышение гидрофторида в 2,43 раза; на рабочем месте мастера по ремонту оборудования, занятым по ремонту электролизеров в ООО «Инжиниринг Строительство Обслуживание» комбинация веществ (бензапирен, возгоны каменноугольных смол и песков при среднем содержании в них бензапирена составляет превышение в 2,4325 раз. Общий стаж работы в условиях воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, которые могли вызвать профзаболевание составляет 25 лет 5 месяце, в профессии мастера по ремонту оборудования, занятого ремонтом электролизеров – 3 года 2 месяца (л.д. 32-36).

05.05.2023 составлен акт о случае профессионального заболевания в отношении ФИО1, утвержденный главным государственным санитарным врачом по Кемеровской области в г. Новокузнецке и Новокузнецком районе, из которого усматривается, что истцу был установлен заключительный диагноз: <данные изъяты>

Из пункта 18 акта следует, что причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм человека вредных веществ: гидрофторида (в перерасчете на фтор). Воздействию данного вредного вещества ФИО1 подвергался, работая в профессии слесаря-ремонтника по ремонту газосборных поясов на действующих электролизерах, монтажника на ремонте ванн, мастера по ремонту оборудования, занятого ремонтом электролизеров.

На основании результатов расследования установлено, что заболевание является профессиональным и возникло в результате длительного, в течение 25 лет 5 месяцев воздействия на организм ФИО1 вредных химических веществ - наличие в воздухе рабочей зоны на рабочем месте слесаря-ремонтника по ремонту газосборных поясов на действующих электролизерах, рабочем месте монтажника на ремонте ванн, рабочем месте мастера по ремонту оборудования, занятого ремонтом электролизеров гидрофторида (в перерасчете на фтор), превышающих гигиенические нормативы вследствие несовершенства технологических процессов.

Непосредственной причиной заболевания послужило воздействие вредных химических веществ - наличие в воздухе рабочей зоны на рабочем месте слесаря-ремонтника по ремонту газосборных поясов на действующих электролизерах, рабочем месте монтажника на ремонте ванн, рабочем месте мастера по ремонту оборудования, занятого ремонтом электролизеров гидрофторида (в перерасчете на фтор) (п. 20).

В пункте 21 акта указано, что лица, допустившие нарушение государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов, не установлены.

Бюро № 29 – филиал ФКУ «ГБ МСЭ по Кемеровской области-Кузбассу» Минтруда России в связи с профессиональным заболеванием, установленным впервые 26.04.2023 и на основании акта о случае профессионального заболевания от 05.05.2023, ФИО1 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 20 % до 10.06.2025 (л.д. 73).

В соответствии с программой реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания от 21.06.2023, ФИО1 рекомендовано санаторно-курортное лечение, имеются сведения о ежегодном назначении в рамках программы лекарственных препаратов (мелоксикам, диклофенак), указано на возможность продолжения выполнения профессиональной деятельности при условии уменьшения объема (тяжести) работ, изменении условий труда, доступна профессиональная деятельность в оптимальных, допустимых условиях труда.

Согласно выписке <данные изъяты>

Вступившим в законную силу решением Кузнецкого районного суда г. Новокузнецка от 30.05.2024 по гражданскому делу № 2-558/2024 по иску ФИО1 к АО «РУСАЛ Новокузнецк» о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью профессиональным заболеванием с АО «РУСАЛ Новокузнецк» взыскана компенсация морального вреда в размере 116000 руб. (л.д. 53-59).

Вступившим в законную силу решением Кузнецкого районного суда г. Новокузнецка от 09.09.2024 по гражданскому делу № 2-784/2024 по иску ФИО1 к ООО «Русская инжиниринговая компания» о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью профессиональным заболеванием с АО «Русская инжиниринговая компания» взыскана компенсация морального вреда в размере 236000 руб. (л.д. 60-63).

Решениями суда установлено, что имеющееся у истца профессиональное заболевание возникло в результате работы в качестве слесаря-ремонтника по ремонту газосборных поясов на действующих электролизерах в АО «Новокузнецкий алюминиевый завод» с 29.07.1996 по 30.11.2003 г., в качестве монтажника на ремонте ванн и мастера по ремонту оборудования в ООО «Русская инжиниринговая компания» в период с 01.12.2003 по 28.02.2019, в качестве монтажника на ремонте ванн и мастера по ремонту оборудования в ООО «Инжиниринг строительство Обслуживание» в период с 01.03.2019 по 11.01.2023, где он в процессе трудовой деятельности подвергался воздействию фтористых соединений, из чего суд пришел к выводу, что вред здоровью истца причинен АО «РУСАЛ Новокузнецк», ООО «Русская инжиниринговая компания» и ООО «Инжиниринг Строительство Обслуживание», на которых лежали обязанности по обеспечению безопасных условий труда истцу.

Оценив стаж работы истца на предприятиях с вредными производственными факторами, его возраст, степень утраты трудоспособности, отсутствие вины истца в установлении ему профессионального заболевания и утраты в связи с этим трудоспособности в размере 20 %, тот факт, что <данные изъяты>, имеющаяся у истца, не связана с профессиональным заболеванием, а была установлена ФИО1 в связи с <данные изъяты>, суд в решении от 30.05.2024 определил общий размер компенсации морального вреда - 400000 руб., и с учетом стажа работы истца 7 лет 4 месяца, составляющем 29 % от общего стажа во вредных условиях, взыскал с АО «РУСАЛ Новокузнецк» компенсацию морального вреда в размере 116000 руб.

В решении от 09.09.2024 с учетом долевой ответственности, рассчитанной пропорционально отработанному истцом времени у работодателя в ООО «Русская инжиниринговая компания» (15 лет 3 месяца) - 59,01 % от общего стажа во вредных условиях, с учетом общего размера компенсации морального вреда, определенного в ходе рассмотрения гражданского дела по иску ФИО1 к АО «РУСАЛ Новокузнецкий алюминиевый завод» - 400000 руб. суд взыскал с ООО «Русская инжиниринговая компания» компенсацию морального вреда в размере 236000 руб.

В соответствии с ч.2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Обстоятельства, установленные вышеуказанными судебными решениями, имеют преюдициальное значение для настоящего дела.

Разрешая настоящий спор, суд исходит из того, что между имеющимся у истца профессиональным заболеванием и негативным воздействием на его организм вредных производственных факторов во время работы у ответчика ООО «ИСО» имеется причинно-следственная связь, поскольку ответчик, как работодатель, не обеспечил работнику ФИО1 надлежащих и безопасных условий труда, обязанность соблюдения и обеспечения которых предусмотрена на законодательном уровне, тем самым причинив моральный вред в результате профессионального заболевания и приходит к выводу о наличии правовых оснований для компенсации морального вреда в связи с полученным профессиональным заболеванием.

Согласно позиции представителя ответчика, оценивая степень вины ООО «ИСО» в причинение вреда истцу, им неверно определен период работы у ответчика во вредных условиях - с 01.03. 2019 по 11.01.2023. Так, 01.10.2022 истец был переведен с должности мастера на должность менеджера отдела охраны труда, промышленной безопасности и экологии в филиале, где проработал по 09.08.2024 и в этот период трудовой деятельности не подвергался воздействию вредных факторов. Сведения о временных переводах в трудовую книжку не вносятся. Верным для подсчета степени вины ООО «ИСО», по мнению представителя ответчика, является период работы истца с 01.03.2019 по 30.09.2022. Также считает подлежащими исключению периоды нахождения истца на листке нетрудоспособности, общей продолжительностью 444 дня и 194 дня нахождения в оплачиваемых отпусках, поскольку в это время истец не работал в условиях воздействия вредных факторов.

С указанной позицией представителя ответчика суд не соглашается, учитывая следующее.

Санитарно-гигиенической характеристикой условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания № 132 от 14.02.2023 установлены периоды трудовой деятельности истца в условиях воздействия вредных производственных факторов, куда вошел период его трудовой деятельности в ООО «ИСО»: с 01.03.2019 по 11.01.2023 (л.д. 32-36). Указанная санитарно-гигиеническая характеристика условий труда была предметов исследования судов и положена в основу решений по двум делам о взыскании компенсации морального вреда по искам ФИО1 Указанные решения в силу ч. 2 ст. 61 ГПК РФ имеют для настоящего спора преюдициальное значение. Представитель ООО «ИСО» принимала участие при рассмотрении этих дел, однако правом апелляционного обжалования решений суда не воспользовалась. В связи с этим, суд считает установленным период работы истца в ООО «ИСО» во вредных условиях с 01.03.2019 по 11.01.2023, как и отражено в санитарно-гигиенической характеристике условий труда.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает общий размер компенсации морального вреда, определенный в ходе рассмотрения гражданского дела по иску ФИО1 к АО «РУСАЛ Новокузнецкий алюминиевый завод» в размере 400000 руб., степень вины причинителя вреда ООО «ИСО», его долевую ответственность, рассчитанную пропорционально отработанному у данного работодателя времени (с 01.03.2019 по 11.01.2023) – 12 %, фактические обстоятельства дела, степень тяжести причиненного вреда, характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями истца, установление 20 % утраты трудоспособности, наличие <данные изъяты>, не связанной с профзаболеванием, приходит к выводу, что сумма в размере 48000 руб., полученная за вычетом ранее взысканных судом сумм компенсации морального вреда на основании решений от 30.05.2024 и от 09.09.2024 (116000 руб. + 236000 руб.) с других работодателей, виновных в причинении вреда истцу, соразмерна объему морального вреда, причиненного истцу действиями (бездействием) ООО «ИСО».

Указанный размер компенсации морального вреда, по мнению суда, является разумным и справедливым, достаточным и соответствующим характеру и степени причиненного истцу морального вреда и, по мнению суда, максимально возместит моральный вред истца, с одной стороны, с другой стороны, не допустит неосновательного обогащения истца и не поставит в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.

В соответствии со ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст. 100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Истец просит взыскать с ответчика понесенные им судебные расходы в сумме 15000 руб. по оплате услуг представителя, а также почтовые расходы за отправку иска ответчику – 90,60 руб.

Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ). При неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (статьи 98, 100 ГПК РФ, статьи 111, 112 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) (п. 12). При этом в силу п.21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ, статья 111 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (п. 13).

13.12.2024 между ФИО1 (заказчик) и ФИО2 (исполнитель) заключен договор на оказание юридических услуг, согласно которому исполнитель обязалась по заданию заказчика оказать юридические услуги по подготовке искового заявления о компенсации морального вреда, причиненного в результате профессионального заболевания с ООО «ИСО», а заказчик – принять и оплатить указанные услуги в размере 15000 руб., в том числе: подготовка иска, консультация – 1000 руб., подготовка к заседанию, участие в судебном заседании – 8000 руб. (л.д. 45)

Денежные средства в размере 15000 руб. оплачены истцом представителю ФИО2 в полном объеме, что подтверждается представленной в материалы дела распиской от 13.12.2024 (л.д. 45).

В ходе судебного разбирательства интересы истца представляла ФИО2, действовала на основании доверенности, участвовала в ходе одной подготовки дела к судебному разбирательству, в одном судебном заседании, кроме того, представителем составлено и направлено в суд исковое заявление.

С учетом положений ст. 100 ГПК РФ, характера спора, значимости защищаемого права, объема оказанных услуг, количества судебных заседаний с участием представителя, требований разумности и справедливости, суд считает возможным определить к взысканию судебные расходы по оплате услуг представителя в общей сумме 11000 руб.

Кроме того, подлежат взысканию почтовые расходы истца на отправку почтовой корреспонденции – искового заявления с приложенными документами ответчику в размере 90,60 руб. (л.д. 46), поскольку они связаны с защитой нарушенных прав истца, доказательства их несения представлены в материалы дела.

Поскольку при подаче в суд иска о взыскании компенсации морального вреда, причиненного здоровью, с ответчика, не освобожденного от оплаты государственной пошлины, подлежит взысканию в доход местного бюджета государственная пошлина, согласно ч. 1 ст. 103 ГПК РФ и в размере, определенном ст.333.19 НК РФ, в сумме 3000 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Инжиниринг Строительство Обслуживание» о взыскании компенсации морального вреда в связи с повреждением здоровья и утратой профессиональной трудоспособности удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Инжиниринг Строительство Обслуживание» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ФИО1 (№ компенсацию морального вреда, причиненного в связи с профессиональным заболеванием в размере 48000 руб., расходы по оплате услуг представителя – 11000 руб., почтовые расходы – 90,60 руб. В удовлетворении остальной части требования отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Инжиниринг Строительство Обслуживание» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3000 рублей.

Решение суда может быть обжаловано сторонами в Кемеровский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Кузнецкий районный суд г. Новокузнецка в течение месяца с момента изготовления решения суда в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 19 марта 2025 г.

Судья Е.Н. Сальникова