Решение № 2-2775/2018 2-2775/2018~М-1691/2018 2-425/2017 М-1691/2018 от 20 ноября 2018 г. по делу № 2-2775/2018

Дело № 2-425/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 ноября 2018 года г.Калининград

Ленинградский районный суд г. Калининграда в составе:

председательствующего судьи Гонтаря О.Э.,

при секретаре Синевой Я.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 об определении порядка пользования земельным участком, находящимся в долевой собственности, определении порядка пользования подвалом жилого дома с образованием отдельного входа в подвальное помещение, обязании ответчиков нести расходы по вынесению границ участка общего пользования на местности, и встречному иску Черняховского А, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 к ФИО1, ФИО2 об определении порядка владения и пользования помещениями и имуществом общего пользования жилого дома, определении порядка пользования земельным участком,

УСТАНОВИЛ:

Истцы ФИО1 и ФИО2 обратились в суд с иском, ссылаясь на то, что на основании договора дарения дома и земельного участка от 09.04.2008 г. являются долевыми собственниками, по 43/200 доли у каждой, в праве на индивидуальный жилой дом с мансардой общей площадью 108,1 кв.м, жилой площадью 69,8 кв.м, расположенный по адресу: <адрес>, а также в праве на земельный участок под домом площадью 1000 кв.м с кадастровым номером №, с расположенными на нём хозяйственными и бытовыми постройками. Ответчикам ФИО13 принадлежат по 57/600 доли каждому в праве на тот же жилой дом и земельный участок. Таким образом, семья истцов в совокупности владеет <данные изъяты> в праве на объекты недвижимости по адресу: <адрес>, а семья ответчиков – 57% в праве на эту недвижимость. Фактически указанные доли в доме соответствуют помещениям <адрес>, расположенной на втором (мансардном) этаже дома, и <адрес>, расположенной на первом этаже, соответственно.

Между истцами и ответчиками не удалось достичь соглашения о порядке пользования земельным участком под домом, а также помещениями общего назначения дома. Истцы письменно обращались к каждому из ответчиков с предложением установления порядка пользования земельным участков в соответствии со схемой, выполненной Калининградским филиалом АО «Ростехинвентаризация-Федеральное БТИ», по которой часть участка, находящаяся в пользовании ФИО1 и ФИО2, увеличивалась с западной стороны примерно на 2,5 метра. Также истцы предлагали ответчикам определить порядок пользования подвалом дома общей площадью 21,7 кв.м, согласно которому в пользование ФИО1 и ФИО2 передаются 9,33 кв.м. подвала. В настоящее время весь подвал находится в единоличном пользовании семьи Черняховских, доступ в него организован только из их квартиры. На обращение истцов ответчики никак не отреагировали, доступ в подвал в добровольном порядке не предоставляют. Для использования подвала всеми собственниками истцы предлагают выполнить обустройство отдельного входа в подвал либо со стороны наружного фасада дома (с земельного участка), либо с общей лестничной клетки через люк, для чего ими заказан и выполнен соответствующий проект. Согласно полученному истцами заключению эксперта выполнение работ и по одному, и по другому варианту технически возможно, не окажет отрицательного влияния на несущие конструкции и безопасность здания.

С учётом изложенного, истцы, руководствуясь ст.ст.209, 245-247 ГК РФ, ст.ст.36-37 ЖК РФ просили суд: определить порядок пользования земельным участком с кадастровым номером <данные изъяты> в соответствии с приложенной схемой, выполненной Калининградским филиалом АО «Ростехинвентаризация-Федеральное БТИ», с образованием трёх участков, ограниченных указанными в схеме точками координат, их которых часть участка № площадью 195 кв.м остаётся в общем пользовании сторон для обслуживания многоквартирного дома, часть участка № площадью 458,85 кв.м переходит в пользование собственников Черняховских, а часть участка № площадь 346,15 кв.м переходит пользование собственников ФИО1 и ФИО2; также просили суд определить порядок пользования подвалом площадью 21,7 кв.м в жилом доме по <адрес>, в Калининграде, выделив в пользование истцам часть подвала площадью 9,331 кв.м, с образованием нового входа в пределах оконного проёма, находящегося на стене дома, либо через люк из коридора общего пользования. Также просили суд возложить на ответчиков обязанность несения расходов по вынесению границ участка общего пользования на местность.

В ходе судебного разбирательства истцы уточнили иск в части требований об определении порядка пользования земельным участком, представив уточнённую схему, согласно которой в общее пользование сторон для обслуживания многоквартирного дома выделяется часть участка № площадью 176,74 кв.м, в пользование собственников доли Черняховских выделяется часть участка № площадью 469,26 кв.м, в пользование собственников доли ФИО1 и ФИО2 выделяется часть участка № площадь 354,00 кв.м, согласно точкам координат, указанным в схеме. Остальные требования оставили без изменения.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ производство по делу в части требований к ФИО8 прекращено в связи с её смертью в 2014 году.

В ходе судебного разбирательства ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 обратились со встречными исковыми требованиями к ФИО1, ФИО2 об определении порядка владения и пользования помещениями и имуществом общего пользования жилого дома, определении порядка пользования земельным участком. В обоснование своих требований указали, что фактически сложившийся между долевыми собственниками дома порядок пользования земельным участком в целом отражает размер долей, приходящихся на каждую из семей. Необходимо только определить территорию, предназначенную для обслуживания дома, находящуюся в общем пользовании сторон. В связи с этим представили карту (план) границ расчёта площадей для определения порядка пользования земельным участком с обозначением характерных точек границ частей участка и их координат, выполненную МП «Городской центр геодезии». Согласно данной схеме в общее пользование сторон для обслуживания многоквартирного дома выделяется часть участка № площадью 162 кв.м, в пользование собственников доли ФИО1 и ФИО2 выделяется часть участка № площадь 360,00 кв.м, в пользование собственников доли Черняховских выделяется часть участка № площадью 478 кв.м, согласно точкам координат, указанным в схеме.

По порядку пользования помещениями общего назначения дома указывали, что вход в подвал всегда находился в помещениях <адрес> дома, а само подвальное помещение – в пользовании жильцов, а в последующем – собственников жилых помещений первого этажа дома. В свою очередь, в пользовании жильцов и собственников помещений второго этажа дома находились технологические помещения чердака, примыкающие к их жилым помещениям, куда никогда не имели и не имеют доступа жильцы первого этажа. Помещение подвала постоянно затапливается грунтовыми водами, фактически для какого-либо полезного использования не предназначено. Оборудование нового отдельного входа в подвал полагали невозможным в связи с нарушением представленными истцами проектами противопожарных норм и ветхостью всего дома. Приобщили собственное заключение технического специалиста о невозможности, с учётом действующих строительных и противопожарных норм и состояния здания, оборудования отдельного входа в подвал. В связи с изложенным, просили суд определить порядок владения и пользования помещениями общего назначения жилого дома, выделив во владение и пользование долевым собственникам Черняховским помещение № подвала (по плану БТИ) площадью 21,7 кв.м, выделив во владение и пользование долевым собственникам ФИО1 и ФИО2 помещения тамбура № (по плану первого этажа) и лестничной клетки площадью 1,4 кв.м, и чердачные помещения, расположенные между крышей и стенами и потолком мансарды вдоль фронтальной и фасадной стороны дома общей площадью 12,33 кв.м и 46,61 кв.м.

В судебном заседании истицы по первоначальному иску ФИО1, ФИО2, их представители по ордеру адвокат Учакин С.А. и по устному ходатайству ФИО9 требования первоначального иска поддержали в полном объёме по изложенным в иске основаниям. Поясняли, что истицы стали собственниками долей в праве на дом в виде помещений <адрес> на основании договоров дарения доли от ДД.ММ.ГГГГ, ранее собственником была их мать ФИО9, а до этого – бабушка. Бабушки и дедушки истов и ответчиков проживали в доме с войны и всегда пользовались подвалом дома совместно, хотя вход в него технически всегда был организован из помещений <адрес>. Проживавшая в ней ФИО8 беспрепятственно пропускала жильцов <адрес> подвал через свою квартиру для размещения в подвале консервации, хранения продуктов. Когда собственником помещений первого этажа дома стала семья ФИО4, она перестала пускать кого-либо в подвал, в чём истцы усматривают нарушение их прав как долевых собственников, в том числе, и помещений общего пользования дома. Вопреки доводам ответчиков, такие помещения в доме имелись всегда, и имеются, в частности, это как раз помещение подвала. В настоящее время ими разработан проект, который позволяет без ущерба для имущества ответчиков и состояния дома в целом организовать новый вход в подвал, отдельный от квартиры Черняховских. Полагали, что, вопреки доводам ответчиков, соответствие предложенных вариантов организации такого отдельного входа противопожарным нормам нашло своё полное подтверждение в ходе судебного разбирательства. Подвал дома, по мнению истцов, полностью пригоден для хозяйственного использования, и фактически использовался для хранения продуктовых запасов всеми жильцами дома. Он всегда немного подтапливался водой, для ухода которой в подвале есть ещё немецкий колодец. В настоящее время в подвале установлен насос, который при необходимости откачивает воду. Представленное ответчиками заключение о невозможности организации нового входа в подвал полагали недостоверным, поскольку детального обследования фундаментов и стен дома не было, неправильно определён материал стен и фундамента дома. Трещин в стенах и фундаментах нет, их ограниченная работоспособность не подтверждена фактически, физический износ определён БТИ по нормативу срока эксплуатации дома, а не по результатам обследования. Дом нуждается в текущем ремонте, но это никак не влияет на возможность его реконструкции с целью организации отдельного входа в подвал, а организация такого входа из коридора общего пользования, которым фактически пользуются только жильцы второго этажа дома, через люк, вообще не является реконструкцией. В то же время, чердак, расположенный над квартирой истцов, не является помещением общего пользования, фактически представляет собой технологическую нишу, и не предназначен для самостоятельного хозяйственного использования. В части пользования земельным участков указывали, что принципиальных споров по порядку пользования участком нет, участок в целом давно разделён между сторонами, но это не закреплено документально. Кроме того, не определена часть участка для общего использования под дом и проходы. Полагали, что представленный ими план, согласно которому вокруг дома оставлено 1,5 м для его обслуживания, более удобен для сторон. В этом случае получается, что в фактическом пользовании ответчиков в настоящее время находится территория, немного превышающая их долю, в связи с чем с западной стороны участка истцам необходимо отвести на несколько метров больше, а в остальном границы раздела участка будут соответствовать фактически сложившемуся пользованию участком. В связи с изложенным полагали не подлежащими удовлетворению встречные исковые требования Черняховских, первоначальный иск просили удовлетворить.

Ответчики по первоначальному иску и истцы по встречному иску ФИО4, являющаяся также опекуном ФИО6, ФИО5, представитель ФИО4 по ордеру адвокат Левченко Б.И. в судебном заседании заявленные требования ФИО1, ФИО2 не признали в полном объёме, настаивали на доводах встречного иска. Поясняли, что в доме изначально, ещё со времени заселения в дом родителей истцов и ответчиков, сложился такой порядок пользования домом, по которому в нём фактически не было помещений общего пользования. В доме два отдельных входа – в помещения первого этажа с земельного участка, и по внутренней лестнице - в помещения второго этажа через маленький коридор на первом этаже. Подвал всегда являлся частью помещений <адрес>, поскольку единственный спуск в него организован по лестнице из кухни первого этажа дома. В то же время, в пользовании жильцов второго этажа дома были помещения чердака, примыкающие к мансарде дома, который они использовали в личных целях, и куда жильцы первого этажа доступа никогда не имели. Таким образом, истицы приобретали свою долю с уже сложившимся порядком пользования спорными помещениями, никаких новых обстоятельств, свидетельствующих о необходимости изменения такого порядка, в последнее время не появилось. Требования о доступе в подвал являются просто капризом истиц и их представителя, не обусловленным реальной жизненной необходимостью. Подвал не пригоден для хозяйственного использования, так как подтапливается грунтовыми водами, для откачки которых в нём установлен насос. Никаких инженерных коммуникаций дома в нём нет. Когда-то бабушка Черняховских, действительно, пускала бабушку истиц ФИО10 в подвал для хранения там консервации, но это было давно, когда грунтовые воды так не поднимались, и всего на протяжении нескольких лет. Минимум с 2004 года никто из жильцов <адрес> подвал не спускался и таких требований не заявлял. Указывали, что нынешние собственники помещений первого этажа дома не обязаны пускать собственников второго этажа в подвал через свою квартиру, а оборудование отдельного входа в подвал по предложенным истицами вариантам полностью противоречит требованиям противопожарных норм, что нашло своё подтверждение в представленных в дело документах, пояснениях специалиста ФИО11, справке МЧС. По порядку пользования земельным участком поясняли, что, действительно, фактически спора между сторонами нет. После того, как истицы уточнили иск, единственно не согласованным между сторонами остаётся вопрос о размере отступа от стен дома для его обслуживания. ФИО2 и ФИО1 предложили проект с 1,5 метра отступа, а Черняховские – 1 метр, при том, что это минимальное нормативное расстояние, но большего и не нужно, поскольку фактически каждая из сторон свободно проходит к стенам дома по своей части земельного участка. При таком варианте никаких границ пользования изменять не надо, земельный участок разграничен забором, который даже не придётся передвигать, в связи с чем просили суд утвердить представленную Черняховскими схему определения границ частей земельного участка для определения порядка пользования.

ФИО3, ФИО7, в судебное заседание не прибыли, о месте и времени слушания дела извещены надлежаще, ходатайств не заявляли.

Выслушав пояснения сторон, пояснения специалистов, исследовав материалы дела и дав им оценку в соответствии с требованиями ст.67 ГПК РФ, суд приходит к следующему.

Как установлено в ходе судебного разбирательства и следует из материалов дела, одноэтажный индивидуальный жилой дом с мансардой, постройки до 1945 года, площадью дома с холодными помещениями 128,3 кв.м, в том числе общей площадью дома 106,6 кв.м, жилой площадью 68,7 кв.м, расположен по адресу: <адрес>, на земельном участке площадью 1000 кв.м, с кадастровым номером 39:15:130808:18, с разрешённым использованием «под существующий индивидуальный жилой дом».

ФИО4, ФИО3, ФИО5, ФИО7, ФИО8, на основании договора приватизации доли дома от 10.09.2004 г. являются долевыми собственниками по 57/600 каждый, а вместе – 57/100 доли в праве на указанный жилой дом. Их право долевой собственности зарегистрировано в установленном порядке в ЕГРП 03.03.2006 г.

ФИО1 и ФИО2, на основании договора дарения доли дома и земельного участка от 09.04.2008 г., являются долевыми собственниками по 43/200, а вместе – 43/100 доли в праве на указанный жилой дом. Их право долевой собственности зарегистрировано в установленном порядке в ЕГРП 07.05.2008 г.

На основании договора № 2827 от 01 июня 2007 года купли-продажи земельного участка, заключённого с Мэрией г.Калининграда, указанные лица в тех же долях являются долевыми собственниками вышеназванного придомового земельного участка с КН 39:15:130808:18, их право на земельный участок также зарегистрировано в установленном порядке в ЕГРП.

Данные обстоятельства подтверждаются представленными в дело соответствующими договорами, свидетельствами о государственной регистрации права, выписками из ЕГРН, и сторонами не оспаривались.

В 2014 году собственник 57/600 доли в праве на дом ФИО8 умерла, её доля между наследниками не распределена.

Их технического заключения ООО «ТОЗ-Проект» от января 2018 года следует, что жилой дом по <адрес>, представляет собой двухэтажное (2-й этаж мансардный) с подвалом здание постройки до 1945 года. Дом двухквартирный и имеет в плане прямоугольную конфигурацию. Со стороны дворового и правого бокового фасадов выполнены одноэтажные пристройки. Вход в <адрес>, расположенную на втором этаже дома, организован со стороны главного фасада по одномаршевой лестнице, расположенной в правой части здания. Вход в <адрес>, расположенную на первом этаже, осуществляется со стороны дворовой территории через одноэтажную пристройку.

Судом установлено, что принадлежащей собственникам Черняховским доле дома фактически соответствуют помещения <адрес> на первом этаже дома, а собственникам ФИО1 и ФИО2 – помещения мансардной <адрес> на втором этаже дома.

Согласно данным технического паспорта дома по состоянию на 2012 и 2017 годы, с учётом выполненных сторонами пристроек к дому, внутренних перепланировок и перемера площадей, площадь всех частей здания в настоящее время составляет 153,3 кв.м, в том числе общая площадь 131,6 кв.м, жилая площадь 87,9 кв.м.

Подвальное помещение площадью 21,7 кв.м расположено под частью здания со стороны главного фасада. В связи с тем, что жилой дом строился и до 1945 года эксплуатировался как одноквартирный, вход в подвальное помещение выполнен только один и в настоящее время осуществляется из помещения кухни <адрес>.

Также на первом этаже расположено помещение тамбура площадью 1,4 кв.м и лестницы площадью 2,2 кв.м, которые не имеют сообщения с помещениями <адрес> служат для прохода на второй этаж дома в помещения <адрес>.

Как следует из пояснений сторон, долевые собственники ФИО14 зарегистрированы и проживают по адресу вышеуказанного жилого дома, долевые собственники ФИО2 и ФИО1, а также их мать ФИО9 также проживают в данном жилом доме со своими семьями, регистрацию имеют по другому адресу.

В силу ст.209 Гражданского кодекса РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения его имуществом.

Собственник жилого помещения, согласно ч.1 ст.30 Жилищного Кодекса РФ, ст.288 ГК РФ осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены данными Кодексами.

В соответствии со ст. 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности, согласно ст.247 ГК РФ, осуществляются по соглашению всех ее участников. Участник долевой собственности имеет право на предоставление в его владение и пользование части общего имущества, соразмерной его доле, а при невозможности этого вправе требовать от других участников, владеющих и пользующихся имуществом, приходящимся на его долю, соответствующей компенсации.

По общему правилу ст.37 ЖК РФ доля в праве общей собственности на общее имущество в многоквартирном доме собственника помещения в этом доме пропорциональна размеру общей площади указанного помещения и следует судьбе права собственности на указанное помещение.

В соответствии со ст.36 ЖК РФ собственникам помещений в многоквартирном доме принадлежат на праве общей долевой собственности помещения в данном доме, не являющимися частями квартир и предназначенные для обслуживания более одного помещения в данном доме, в том числе технические этажи, чердаки, повалы, а также крыши, ограждающие несущие и несущие конструкции данного дома, механическое, электрическое, санитарно-техническое и иное оборудование, находящееся в данном доме за пределами или внутри помещений, обслуживающее более одного помещения, земельный участок, на котором расположен данный дом, с элементами озеленения и благоустройства и иные предназначенные для обслуживания, эксплуатации и благоустройства данного дома объекты, расположенные на указанном земельном участке. Такое имущество в силу закона является общим имуществом в многоквартирном доме.

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда РФ, невозможность раздела имущества, невозможность раздела имущества, находящегося в долевой собственности, в натуре либо выдела из него доли, в том числе и в случае, указанном в части второй пункта 4 статьи 252 ГК РФ, не исключает права участника общей долевой собственности заявить требование об определении порядка пользования этим имуществом, если этот порядок не установлен соглашением сторон. Разрешая такое требование, суд учитывает фактически сложившийся порядок пользования имуществом, который может точно не соответствовать долям в праве общей собственности, нуждаемость каждого из сособственников в этом имуществе и реальную возможность совместного пользования (п.37 Постановление Пленума Верховного Суда РФ N 6, Пленума ВАС РФ N 8 от 01.07.1996 (ред. от 24.03.2016).

В обоснование требования об определении порядка пользования подвальным помещением жилого дома с выделением ФИО2 и ФИО1 в пользование части подвала площадью 9,331 кв.м, истцы по первоначальному иску представили экспертное заключение № 1-2018 о возможности устройства дополнительного входа в подвальное помещение в <адрес>, выполненное ООО «ТОЗ-Проект» в январе 2018 года.

Согласно выводам специалиста имеется возможность, с целью раздельного использования подвального помещения собственниками квартир 1 и 2, разделить его на две части при помощи перегородки. Отдельный вход для собственников <адрес> возможно выполнить со стороны главного фасада в районе существующего подвального оконного проёма путём устройства спуска в подвал с лестничным маршем и дверным блоком, установленным в проём, устроенных в пределах ширины существующего оконного проёма, за счёт демонтажа подоконного простенка с последующим усилением откосов проёма. В случае невозможности устройства данного независимого входа допускается устройство входа в подвальное помещение по приставной лестнице, через люк, выполненный в перекрытии над подвалом, в пределах лестничной площадки первого этажа (помещения тамбура, находящегося в фактическом пользовании собственников 43/100 доли дома), между балкой перекрытия и стеной подвала. При устройстве такого дополнительного входа разделить подвальное помещение на два отдельных помещения с отдельными входами не представится возможным, в этом варианте подвальное помещение будет местом общего пользования.

Специалист ООО «ТОЗ-Проект» полагал, что качественном выполнении работ по одному или другому варианту устройство дополнительного входа в подвал не окажет отрицательного влияния на основные существующие конструкции здания.

Директор ООО «ТОЗ-Проект», подписавший данное заключение, - ФИО12, будучи опрошенным в судебном заседании в качестве специалиста, дал суду пояснения, в которых поддержал вышеизложенные выводы. Указывал, что в целом жилой дом по <адрес>, действительно, требует текущего ремонта, однако его техническое состояние не свидетельствует о том, что нельзя выполнить работы по устройству дополнительного входа в подвал. Оснований для вывода о том, что стены и фундамент дома находятся в ограниченно работоспособном состоянии, он не усмотрел. В стенах имеются только волосяные трещины, которые затухают ближе к цоколю, что свидетельствует о том, что ленточный бетонный фундамент дома и стены не утратили своей несущей способности. Физический износ дома в размере 63% определён в документах БТИ сугубо расчётным путём, исходя из даты постройки дома, фактическое состояние дома значительно лучше. Полагал, что подвал является помещением общего пользования дома, поскольку выделен как отдельное помещение в документах технического учёта, не входит в состав ни одной из квартир, в нём находится ввод в дом труб водоснабжения. Других помещений в доме, которые можно было бы расценить как помещения, предназначенные для обслуживания всего дома, не имеется. Устройство в перекрытии люка для входа в подвал в тамбуре, ведущем на лестницу на второй этаж, полагал возможным технически, безопасным с точки зрения противопожарных норм, соответствующим требованиям СНиП.

В свою очередь, сторона Черняховских представила в суд Заключение специалиста ООО «Калининградский Центр Судебной Экспертизы и Оценки» № 148/с от 26.06.2018 г. о техническом состоянии дома и возможности устройства дополнительного входа в помещение подвала. Согласно выводам данного заключения, основные конструкции жилого дома по адресу: <адрес>, - фундаменты и стены на дату обследования накопили значительный износ, находятся в ограниченно работоспособном состоянии, имеют многочисленные трещины, и в целом требуют капитального ремонта. С учётом технического состоянию фундаментов и стен не представляется возможным выполнить реконструкцию жилого дома в части устройства проема в наружной стене жилого дома в уровне подвала, либо в перекрытии над подвалом для организации второго входа в помещение подвала и обеспечить при этом безопасные условия эксплуатации жилого дома. Специалистом отмечено, что устройство сплошной перегородки в помещении подвала не позволит организовать отвод проникающих грунтовых вод в существующий дренажный колодец, со всеми вытекающими неблагоприятными последствиями. Также специалистом указано, что исходя из существующего объемно-планировочного решения и сложившегося порядка пользования помещениями дома помещения общего пользования в жилом доме отсутствуют.

Специалист ООО «Калининградский Центр Судебной Экспертизы и Оценки», составившая данное заключение, - ФИО11, будучи опрошенной в судебном заседании в качестве специалиста, дала суду пояснения, в которых поддержала вышеизложенные выводы. Дополнительно поясняла, что в ходе осмотра подвала ею были замечены следы подтопления грунтовыми водами, подвал в целом сырой. Высота стен подвала составляет 1,8 метра, таким образом, обустройство наружного входа в подвал не будет отвечать требованиям противопожарных правил по высоте дверного проёма. Обустройство люка на лестничной клетке тоже невозможно, поскольку это эвакуационный выход, а в нём подобные устройства недопустимы. Кроме того, обустройство нормального люка невозможно из-за нахождения в этом месте несущей металлической балки. Полагала, что проект реконструкции был составлен без детального обследования всего здания и всех его элементов. Считала, что определённый БТИ износ дома в размере 63% соответствует его фактическому состоянию. Капитальный ремонт дома никогда не проводился.

Кроме того, ФИО4 представлено техническое заключение № ОПБ 11-2018 от ДД.ММ.ГГГГ о соответствии организационных и технических решений по обеспечению пожарной безопасности жилого дома по <адрес>, в Калининграде, выполненное Калининградским филиалом ООО «НИИ ВДПО ОПБ», имеющим свидетельство МЧС России об аккредитации по соответствующим видам деятельности. Согласно данному заключению в настоящее время названный жилой дом, его техническое состояние, конструктивные и объёмно-планировочные решения помещений в полном объёме соответствуют нормативным требованиям в области пожарной безопасности. Однако устройство люков на лестничных площадках единственных эвакуационных выходов из помещений квартир № и № дома будет являться препятствием для использования данных выходов как эвакуационных, что напрямую влияет на безопасность жизни и здоровья граждан.

Давая оценку требованиям ФИО2 и ФИО1 об определении порядка пользования подвальным помещением жилого дома с устройством дополнительного входа в подвал, с учётом установленных обстоятельств дела и вышеназванных заключений, суд приходит к выводу, что существующий порядок пользования подвальным помещением сложился давно, с момента заселения дома, и обусловлен разделением ранее единого строения на две квартиры, когда существовавший с момента постройки дома спуск в подвал остался в пределах <адрес>.

Суду не представлено убедительных доказательств того, что жильцы <адрес> когда-либо на постоянной основе пользовались подвальным помещением дома.

Каких-либо существенных обстоятельств для изменения в настоящий момент такого порядка пользования судом в ходе рассмотрения дела не установлено. При этом суд учитывает, что истицы по первоначальному иску ФИО2 и ФИО1 собственниками жилых помещений в <адрес> стали ещё в 2008 году, однако требований о предоставлении им доступа в подвал не предъявляли в течение 10-ти лет, хотя, согласно пояснениям сторон, такого доступа не имели.

Единственным обоснованием необходимости пользования подвалом истицы заявили необходимость хранения в нём консервации, продуктов питания, требующих пониженной температуры. Однако суд учитывает, что по своим характеристикам спорное подвальное помещение мало отвечает таким целям. Из пояснений специалистов и сторон видно, что оно периодически подтапливается грунтовыми водами, для чего в помещении предусмотрен дренажных колодец и насос для откачки поступивших вод. В настоящее время жильцы <адрес> хозяйственных целях подвал не используют, что подтверждается представленными заключениями. Учитывая, что в настоящее время имеются самые различные технологии для хранения продуктов, а все собственники <адрес> располагают дворовыми хозяйственными постройками, суд считает, что теоретическая возможность хранения в подвальном помещении продуктов и консервации не является достаточным основанием для существенного ограничения прав долевых собственников жилого дома, занимающих помещения первого этажа.

Кроме того, из материалов дела следует, что в спорном подвальном помещении не находятся запорная и регулирующая арматура, счётчики, иное инженерное оборудование и коммуникации, необходимые для обслуживания всех помещений жилого дома.

Таким образом, реальной нуждаемости в спорном помещении долевых собственников дома, занимающих жилые помещения второго этажа, судом не установлено.

Также, по мнению суда, отсутствует и фактическая возможность совместного использования сторонами помещений подвала без обеспечения истицам доступа в квартиру ответчиков, что, как установлено судом выше, несоразмерно с защищаемым правом.

Так, анализируя вышеизложенные заключения и пояснения специалистов, суд усматривает, что устройство дополнительного входа в подвал по любому из предложенных истицами вариантов не обеспечит безопасную эксплуатацию жилого дома.

Проведение работ по устройству дополнительного входа путём спуска с земельного участка потребует проведения существенных работ как со стенами здания, так и в его фундаменте, что, с учётом возраста дома, отсутствия с 1945 года его капитального ремонта, общего состояния данных конструкций дома, очевидно, не безопасно для характеристик его надёжности и конструктивной прочности.

При этом суд учитывает, что при осмотре дома специалистом ООО «ТОЗ-Проект» не проводилось детальное обследование несущей способности стен и фундаментов, не определялась их фактическая пригодность для проведения указанных работ, не проводились необходимые инженерные расчёты, в связи с чем его вывод о безопасности данных работ для конструкций дома носит предварительный, вероятностный характер, в то время как заключение ООО «КЦСЭиО» такую возможность не допускает.

Кроме того, такие работы по реконструкции жилого дома, безусловно, требуют согласия всех долевых собственников дома, чего в данном случае не имеется.

Устройство же входа в подвальное помещение по приставной лестнице, через люк, выполненный в перекрытии над подвалом, в пределах помещения лестничной площадки первого этажа, находящегося в фактическом пользовании долевых собственников, занимающих помещения второго этажа, по мнению суда, недопустимо с точки зрения обеспечения соблюдения противопожарных требований.

Как подтверждено пояснениями обоих специалистов и заключением ООО «НИИ ВДПО ОПБ» данное помещение (тамбура по паспорту БТИ) расположено на пути единственного эвакуационного выхода из помещений <адрес>.

В соответствии с п.7 ст.89 Федерального закона от 22.07.2008 N 123-ФЗ (ред. от 29.07.2017) «Технический регламент о требованиях пожарной безопасности» в проемах эвакуационных выходов запрещается устанавливать раздвижные и подъемно-опускные двери, вращающиеся двери, турникеты и другие предметы, препятствующие свободному проходу людей.

Более того, из представленного в материалы дела ответа Отдела надзорной деятельности и профилактической работы Ленинградского района ГО «Город Калининград» ГУ МЧС России по Калининградской области от 30.10.2018 г. на запрос представителя истиц по первоначальному иску следует, что в соответствии с ч.4 ст.89 закона № 123-ФЗ эвакуационные выходы из подвальных этажей следует предусматривать таким образом, чтобы они вели непосредственно наружу и были обособленными от общих лестничных клеток здания, сооружения. Из технических этажей, предназначенных только для прокладки инженерных сетей без размещения инженерного оборудования, допускается предусматривать аварийные выходы через люки размерами не менее 0,6х0,8 м без устройства эвакуационных выходов (СП 1.131398.2009). Согласно этим же нормам эвакуационный выход, в случае его оборудования, должен иметь высоту дверного проёма не менее 1,9 м.

Суд считает, что устройство аварийного люка по предложенному стороной истцов варианту нарушит изложенные нормативные требования, при том, что спорное подвальное помещение, как следует из заявленного истицами его назначения, не является техническим этажом по смыслу, придаваемому названными СП.

Таким образом, судом не установлено оснований и технической возможности для изменения сложившегося порядка пользования подвальным помещением общего назначения жилого <адрес>.

С учётом изложенных выводов, суд считает возможным удовлетворить встречное требование ФИО15, определив в их пользование помещение подвала (№ 1 по плану БТИ) площадью 21,7 кв.м.

Вместе с тем, судом установлено, что расположенное на первом этаже здания помещение № тамбура (по плану БТИ) площадью 1,4 кв.м в настоящее время используется только собственниками 43/100 доли дома для прохода к лестнице, ведущей на второй этаж здания в помещения <адрес>, и сообщения с помещениями <адрес> не имеет.

При таких обстоятельствах, с учётом позиций сторон, суд считает, что данное помещение надлежит определить в пользование ФИО2, ФИО1

При этом лестница, ведущая на второй этаж здания, обозначена в плане БТИ как помещение № второго этажа здания площадью 2,2 кв.м и ранее была отражена в документах технического учёта как часть <адрес>, в связи с чем изначально находилась и находится в настоящее время в пользовании собственников 43/100 доли дома, т.е. по сути, не является помещением общего назначения, таким образом, принимать решение об определении порядка пользования данной частью дома суд необходимости не усматривает.

Давая оценку требованию иска Черняховских об определении в пользование долевых собственников ФИО2 и ФИО1 чердачных и мансардных помещений, расположенных между крышей и стенами и потолком мансарды вдоль фронтальной и фасадной стороны дома общей площадью 12,33 кв.м и 46,61 кв.м, суд учитывает, что согласно данным технического паспорта дома, в том числе архивным, указанные площади не учтены и не выделены в качестве самостоятельных помещений, то есть, по сути, не являются помещениями общего назначения дома, а представляют из себя технологические ниши и в таком качестве являются неотъемлемой частью чердачно-стропильной и кровельной конструкцией дома.

По смыслу ст.247 ГК РФ во взаимосвязи со ст.ст.36-37 ЖК РФ строительные и инженерные конструкции дома не могут быть выделены в натуре и предоставлены в пользование какому-либо участнику долевой собственности на жилой дом, в связи с чем в данной части встречного иска Черняховских надлежит отказать.

Определяя порядок пользования распложенным под домом земельным участком с кадастровым номером <данные изъяты>, площадью 1000 кв.м, суд учитывает, что фактически такой порядок пользования сторонами основной частью земельного участка сложился давно, в целом соответствует размеру долей сторон в праве на дом и земельный участок, споров между ними не вызывает, и более того, закреплён установленным по соглашению сторон забором. При этом северная часть участка с расположенными на нём хозяйственными постройками, в том числе примыкающим к дому навесом со стороны северного фасада дома, находится в пользовании ФИО2, ФИО1, а южная часть участка с расположенными на нём хозяйственными постройками находится в пользовании долевых собственников Черняховских.

Однако при этом сторонами не была определена часть земельного участка для общего использования сторон, в том числе для хозяйственного обслуживания здания жилого дома, что привело к предъявлению первоначальных и встречных требований в данной части.

Как установлено судом, разница между представленными каждой из сторон картами (планами) границ расчёта площадей, выполненными, соответственно Калининградским филиалом АО «Ростехинвентаризация-Федеральное БТИ» и МП «Городской центр геодезии», заключается только в том, что в плане БТИ для хозяйственного обслуживания здания дома отведен участок шириной 1,5 м по периметру дома, а в плане МП «ГЦГ» - участок шириной 1 м по периметру дома. Также в плане МП «ГЦГ» в общее пользование сторон выделен участок под колодец, расположенный практически посередине общего земельного участка. Остальные точки описания границ частей земельного участка в обоих планах практически совпадают. Таким образом, по плану БТИ в общее пользование выделяется участок площадью 176,74 кв.м, а по плану МП «ГЦГ» - площадью 162 кв.м.

С учётом данных различий, дальнейший расчёт специалистами площади частей земельного участка в соответствии с долями в праве сторон привёл к тому, что в западной части общего участка граница земли, находящейся в пользовании ФИО2 и ФИО1, подлежит перенесению примерно на 0,5-1 метр вглубь части участка, находящейся в пользовании Черняховских (согласно плану БТИ); согласно же плану МП «ГЦГ» выделение в общее пользование сторон для обслуживания здания дома части земельного участка площадью 162 кв.м не приведёт к изменению существующих границ пользования земельным участком каждой из сторон.

При таких обстоятельствах суд считает, что подготовленная МП «ГЦГ» карта (план) границ расчёта площадей частей земельного участка с КН 39:15:130808:18 в большей степени отвечает как сложившемуся порядку пользования частями земельного участка, так и интересам сторон, поскольку в пользовании каждой из них будет находиться большая площадь. В то же время расстояние в 1 метр от периметра дома является минимально допустимым отступом для обслуживания дома, т.е. требованиям нормативных актов не противоречит, но, по мнению суда, является достаточным для нормального обслуживания конструкций дома, при том, что, по сути, каждая из сторон обслуживают одну из частей дома, примыкающую к их части земельного участка (ФИО2, ФИО1 – северную, Черняховские – южную).

Таким образом, порядок пользования земельным участком с кадастровым номером <данные изъяты>, площадью 1000 кв.м, по адресу: <адрес>, суд считает необходимым определить в соответствии с картой (планом) границ расчёта площадей, выполненных МП «Городской центр геодезии», а именно: часть № земельного участка, площадью 360 кв.м, ограниченную точками 21, 22, 18, 17, 20, 19, 23, 6, 5, 4, 3, 2, 1, 16, 15, 14, 13, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 21, с координатами, указанными в плане границ расчёта площадей, определить в пользование ФИО1, ФИО2; часть № земельного участка, площадью 478 кв.м, ограниченную точками 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 47, 42, 24, 13, 12, 11, 10, 9, 8, 7, 6, 23, 19, 18, 22, 21, 43, 31, с координатами, указанными в плане границ расчёта площадей, определить в пользование ФИО3, ФИО4, ФИО8 А., ФИО6, ФИО7; часть № земельного участка, площадью 162 кв.м, ограниченную точками 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 1, 17, 18, 19, 20, 17, с координатами, указанными в плане границ расчёта площадей, определить в общее пользование сторон.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении иска ФИО1, ФИО2 отказать.

Иск ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 удовлетворить частично.

Определить порядок пользования помещениями общего пользования в жилом <адрес>: в пользование ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 определить помещение подвала (№ 1 по плану БТИ) площадью 21,7 кв.м; в пользование ФИО1, ФИО2 определить помещение тамбура (№ по плану первого этажа) площадью 1,4 кв.м.

Определить порядок пользования земельным участком с кадастровым номером №, площадью 1000 кв.м, по адресу: <адрес>, в соответствии с картой (планом) границ расчёта площадей, выполненных МП «Городской центр геодезии», а именно: часть № земельного участка, площадью 360 кв.м, ограниченную точками 21, 22, 18, 17, 20, 19, 23, 6, 5, 4, 3, 2, 1, 16, 15, 14, 13, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 21, с координатами, указанными в плане границ расчёта площадей, определить в пользование ФИО1, ФИО2; часть № земельного участка, площадью 478 кв.м, ограниченную точками 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 47, 42, 24, 13, 12, 11, 10, 9, 8, 7, 6, 23, 19, 18, 22, 21, 43, 31, с координатами, указанными в плане границ расчёта площадей, определить в пользование ФИО3, ФИО4, ФИО4, ФИО6, ФИО7; часть № земельного участка, площадью 162 кв.м, ограниченную точками 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 1, 17, 18, 19, 20, 17, с координатами, указанными в плане границ расчёта площадей, определить в общее пользование сторон.

В остальной части иска ФИО3, ФИО4, ФИО4, ФИО6, ФИО7 – отказать.

Решение может быть обжаловано в Калининградский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Ленинградский районный суд г. Калининграда в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение изготовлено 10.12.2018 г.

Судья Гонтарь О.Э.

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>