Апелляционное определение № 33-3855/2026 от 27 апреля 2026 г.

Судья – Колычева О.В.

Дело № 33-3855/2026

УИД 59RS0002-01-2025-000760-68

Мотивированное
апелляционное определение

изготовлено 28.04.2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г.Пермь 14.04.2026

Судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда в составе председательствующего Лапухиной Е.А.,

судей Крюгер М.В., Букатиной Ю.П.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Дедученко Л.В.,

с участием прокурора Томилова М.Н.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-185/2026 по иску ФИО1 к Федеральному казённому учреждению «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Пермскому краю» Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации о компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Свердловского районного суда г. Перми от 28.01.2026.

Заслушав доклад судьи Крюгер М.В., заключение прокурора Томилова М.Н. об отсутствии оснований для отмены или изменения решения суда, изучив материалы дела, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к Федеральному казённому учреждению «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Пермскому краю» Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации (далее - ФКУ «ГБ МСЭ по Пермскому краю» Минтруда России) о взыскании компенсации морального вреда в размере 1000000 рублей.

В обоснование требований указано, что ФИО1 не была предоставлена путевка на санаторно – курортное лечение, в связи с чем его здоровью причинен вред. Причинно - следственной связью нанесения морального и физического ущерба является то, что в результате неправомерных действий ФКУ «ГБ МСЭ по Пермскому краю» Минтруда России ухудшилось состояние здоровья истца, так как своевременно путевкой в санаторий «***» на санаторно-курортное лечение он воспользоваться не мог.

Решением Свердловского районного суда г. Перми от 28.01.2026 ФИО1 в удовлетворении исковых требований отказано в полном объеме.

В апелляционной жалобе истец ФИО1, не согласившись с решением суда, просит его отменить, вынести по делу новое решение об удовлетворении исковых требований. В жалобе приводит доводы о несогласии с выводами суда об отсутствии оснований для взыскания в его пользу компенсации морального вреда, тогда как ФКУ «ГБ МСЭ по Пермскому краю» Минтруда России дало необоснованное заключение о том, что в санаторно-курортном лечении ФИО1 не нуждается, тогда как согласно ответу Минтруда России он имеет право при наличии медицинских показаний и отсутствии противопоказаний для санаторно-курортного лечения получить в медицинской организации по месту жительства справку для получения путевки по форме № 070/у и обратиться с заявлением о предоставлении санаторно-курортной путевки. Указывает, что в результате неправомерных действий ответчика он не смог своевременно воспользоваться путевкой в санаторий, из-за чего у него ухудшилось состояние здоровья, однако суд первой инстанции, придя к выводу о не подтверждении физических и нравственных страданий, превысил свои полномочия, поскольку без заключения судебно-медицинской экспертизы и других узких специалистов невозможно сделать выводы о не подтверждении перенесенных истцом глубоких психических расстройств.

В возражениях на доводы жалобы прокуратура Свердловского района г.Перми просит решение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Стороны в судебном заседании суда апелляционной инстанции участия не принимали, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом, о причинах неявки не сообщили, ходатайств об отложении дела не подавали, уважительности причин неявки не предоставили. Информация о рассмотрении дела заблаговременно размещена на официальном сайте Пермского краевого суда.

На основании части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия посчитала возможным рассмотреть дело при данной явке.

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверена судебной коллегией в порядке, установленном главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом положений части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, по смыслу которой повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционной жалобы, возражений на них и в рамках тех требований, которые были предметом рассмотрения в суде первой инстанции.

Как разъяснено в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении», решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов (пункт 3 этого же постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).

На основании части 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения процессуальных действий, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел (часть 2 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

При принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению (часть 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с данным кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения (пункт 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Абзац 10 статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации в качестве одного из способов защиты гражданских прав предусматривает возможность потерпевшей стороны требовать компенсации морального вреда.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации суд может возложить на нарушителя обязанность компенсации морального вреда, причиненного гражданину действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Незаконными являются действия, противоречащие законам и другим правовым актам, выходящие за пределы должностных полномочий государственных органов и должностных лиц, или же бездействие в случаях, когда соответствующие органы либо должностные лица необоснованно уклоняются от выполнения своих обязанностей.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления и их должностных лиц, нарушающих имущественные права гражданина, исходя из норм статьи 1069 и пункта 2 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации, рассматриваемых во взаимосвязи, компенсации не подлежит. Вместе с тем моральный вред подлежит компенсации, если оспоренные действия (бездействие) повлекли последствия в виде нарушения личных неимущественных прав граждан. Например, несоблюдение государственными органами нормативных предписаний при реализации гражданами права на получение мер социальной защиты (поддержки), социальных услуг, предоставляемых в рамках социального обслуживания и государственной социальной помощи, иных социальных гарантий, осуществляемое в том числе в виде денежных выплат (пособий, субсидий, компенсаций и т.д.), может порождать право таких граждан на компенсацию морального вреда, если указанные нарушения лишают гражданина возможности сохранять жизненный уровень, необходимый для поддержания его жизнедеятельности и здоровья, обеспечения достоинства личности.

Таким образом, для наступления гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный публичной властью, необходимо установление противоправности действий (бездействия) органов власти, которая выражается в незаконности их действий или бездействия.

Моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления и их должностных лиц, нарушающих имущественные права гражданина, исходя из норм статьи 1069 и пункта 2 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации, рассматриваемых во взаимосвязи, компенсации не подлежит. Вместе с тем моральный вред подлежит компенсации, если оспоренные действия (бездействие) повлекли последствия в виде нарушения личных неимущественных прав граждан. Например, несоблюдение государственными органами нормативных предписаний при реализации гражданами права на получение мер социальной защиты (поддержки), социальных услуг, предоставляемых в рамках социального обслуживания и государственной социальной помощи, иных социальных гарантий, осуществляемое в том числе в виде денежных выплат (пособий, субсидий, компенсаций и т.д.), может порождать право таких граждан на компенсацию морального вреда, если указанные нарушения лишают гражданина возможности сохранять жизненный уровень, необходимый для поддержания его жизнедеятельности и здоровья, обеспечения достоинства личности (пункт 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Таким образом, для наступления деликтной ответственности должно быть доказано наличие ряда специальных условий: наступление вреда; противоправность поведения причинителя вреда; причинная связь между двумя первыми элементами; вина причинителя вреда. При этом истец должен доказать как факт незаконных, противоправных действий должностных лиц, так и причинение вреда противоправными действиями в их причинной связи.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО1 ** года рождения, является инвалидом ** группы бессрочно, что подтверждается копией справки МСЭ 017 №** от 28.06.2004 (т.1 л.д. 25).

25.12.2020 в адрес ФИО1 направлено уведомление о необходимости предоставить справку для получения путевки на санаторно-курортное лечение формы 070/у в срок до 15.04.2021, оформленную в поликлинике по месту жительства (т.1 л.д.19 оборот).

08.02.2021 в ГБУЗ ПК «ККПБ» выдана справка об отсутствии противопоказаний для санаторно-курортного лечения (т.1 л.д.20 оборот).

Заключением врачебной комиссии №101/137 от 17.02.2021 ФИО1 в выдаче справки на санаторно-курортное лечение отказано в соответствии с Федеральным законом от 17.07.1999 №178-ФЗ «О государственной социальной помощи», приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации №321н от 07.06.2018. Указано, что от консультации эпилептолога отказался (т.1 л.д.10).

Согласно заключения ВК № 53/137 ГБУЗ ПК «ГКБ № 2» от 20.04.2022 ФИО1 рекомендовано обратится к районному психиатру для разработки индивидуальной программы реабилитации (т.1 л.д.8).

12.05.2022 ФИО1 выдано направление на медико-социальную экспертизу медицинской организацией, где в пункте 37 нуждаемость в санаторно-курортном лечении отсутствует (т.1 л.д.137-139).

17.05.2022 ФИО1 освидетельствован заочно в Бюро № 16- Филиал ФКУ «ГБ МСЭ по Пермскому краю» Минтруда России (т.1 л.д.193-203).

17.05.2022 ФИО1 разработана программа реабилитации или абилитации инвалида, выдаваемая Федеральными государственными учреждениями Медико-социальной экспертизы № 370.16.59/2022.ФКУ «ГБ МСЭ по Пермскому краю» Минтруда России Бюро № 16 -филиал ФКУ «ГБ МСЭ по Пермскому краю» где указано, что в санаторно-курортном лечении не нуждается (т.1 л.д.133-136).

Согласно заключению врачебной комиссии №** от 15.06.2022 ФИО1 выдача справки на санаторно-курортное лечение в Фонд Социального страхования не показана, в связи с разработкой ИПРА инвалида от 17.05.2022 и на основании приказа МЗ Российской Федерации №1345/н от 21.12.2020 (т.1 л.д.9).

09.06.2023 по факту обращения заместителем председателя Правительства Пермского края установлена необходимость в проведении дополнительный обследований и консультирования (т.1 л.д.21).

31.07.2023 ГБУЗ ПК «ГКБ № 2» выдала справку для получения путёвки № ** на санатороно-курортное лечение (т.1 л.д.18).

Обращаясь с требованиями о компенсации морального вреда истец указал, что бездействием ответчика, выразившемся в непринятии мер и не организации соответствующей медицинской помощи, поскольку в связи с не получением своевременно санаторно-курортного лечения у него ухудшилось состояние здоровья, чем причинены нравственные и физические страдания.

Разрешая заявленные требования и оставляя их без удовлетворения, суд первой инстанции, оценив в совокупности представленные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь Конституцией Российской Федерации, положениями статей 151, 1099, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации Федерального закона от 24.11.1995 № 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации», Федерального закона от 17.07.1999 №178-ФЗ «О государственной социальной помощи», порядка признания лица инвалидом, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 20.02.2006 № 95, приказом Минтруда России от 27.08.2019 № 585н утвердившим классификацию и критерии используемые при осуществлении медико-социальной экспертизы, приказом Минтруда России от 13.06.2017 № 486н «Об утверждении Порядка разработки и реализации индивидуальной программы реабилитации или абилитации инвалида, индивидуальной программы реабилитации или абилитации ребенка-инвалида, выдаваемых федеральными государственными учреждениями медико-социальной экспертизы, и их форм», порядка организации и деятельности федеральных учреждений медико-социальной экспертизы, утвержденного приказом Минтруда России от 30.12.2020 №979н, правил признания лица инвалидом, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 05.04.2022 № 588 «О признании лица инвалидом», разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», Закона Пермского края от 08.06.2023 №182-ПК «Об отдельных вопросах организации публичной власти Пермского края», постановления Правительства Пермского края от 20.02.2018 №74-п «О Регламенте Правительства Пермского края», допросив свидетеля, пришел к выводу о том, что доводы истца о нарушении его неимущественных прав ответчиком, в связи с не получением своевременно санаторно-курортного лечения являются безосновательными, каких-либо относимых, допустимых, объективных доказательств неправомерности действий ответчика истцом в нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела не представлено, а само по себе несогласие истца с отсутствием указания в ИПРА нуждаемости в санаторно-курортном лечении при отсутствии указания на это в направлении на медико-социальную экспертизу, выданном медицинским учреждением таким доказательством не является.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований судом первой инстанции отмечено, что в соответствии с действующими нормативными актами путевка на санаторно-курортное лечение может быть предоставлена отделением Фонда только при наличии медицинских показаний для санаторно-курортного лечения, установление которых относится к компетенции лечащего врача и врачебной комиссии лечебно-профилактического учреждения по месту жительства гражданина.

Лечащий врач определяет наличие медицинских показаний для санаторно-курортного лечения, осуществляемого в целях профилактики основного заболевания и отсутствие противопоказаний для санаторно-курортного лечения в соответствии с перечнями медицинских показаний и противопоказаний для санаторно-курортного лечения, утвержденными приказом Минздрава России от 28.09.2020 № 1029н.

При этом путевки на санаторно-курортное лечение предоставляются гражданам при наличии медицинских показаний, подтвержденных справкой для получения путевки на санаторно-курортное лечение по форме №070/у, утвержденной приказом Минздравсоцразвития России от 22.11.2004 № 256 «О порядке медицинского отбора и направления больных на санаторно-курортное лечение», выданной соответствующим учреждением здравоохранения. Отсутствие в направлении на медико-социальную экспертизу сведений о нуждаемости в санаторно-курортном лечении, не является основанием для внесения сведений о нуждаемости в санаторно-курортном лечении в программу реабилитации.

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства, верно применив вышеуказанные правовые нормы, суд первой инстанции нарушений со стороны ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Пермскому краю» Минтруда России прав истца, что повлекло претеревание им нравственных и физических страданий, не установил, в связи с чем обоснованно и правомерно отказал в удовлетворении требований в полном объеме.

Судебная коллегия не находит оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции, поскольку они соответствуют обстоятельствам дела, имеющимся в деле доказательствам, оцененным судом первой инстанции по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и основаны на законе.

Так, в статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации законодатель закрепляет дискреционное полномочие суда по оценке доказательств, необходимое для эффективного осуществления правосудия.

Согласно приведенной норме суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств; никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы; суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Поскольку оценив представленные сторонами доказательства суд первой инстанции не установил наличие совокупности, а истец в свою очередь не предоставил доказательств наличия совокупности обстоятельств, при которых возникает гражданско-правовая ответственности и на ответчика может быть возложена обязанность по компенсации морального вреда, а именно: доказательств факта причинения ФИО1 вреда действиями (бездействием) ответчика и причинно-следственной связи между виновными действиями (бездействием) и вредом, а также из медицинской документации не прослеживается причинно-следственная связь между имеющимися заболеваниями истца и ухудшения его состояния здоровья по вине ответчика, ходатайство о назначении по делу экспертизы заявлено не было, соответственно правовая позиция суда, изложенная в оспариваемом решении является правильной, поскольку она основана на нормах права, регулирующих спорные правоотношения, учитывает характер этих правоотношений, а также конкретные обстоятельства дела; выводы суда основаны на всесторонней оценке представленных сторонами доказательств, не противоречат требованиям действующего законодательства и доводами апелляционной жалобы не опровергается.

Выводы суда первой инстанции отвечают правилам доказывания и оценки доказательств, соответствуют установленным им фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, сделаны исходя из конкретных обстоятельств дела, основаны на верном применении норм права, регулирующих спорные отношения.

Доводы апелляционной жалобы истца, которые сводятся к тому, что суд неверно оценил представленные доказательства, пришел к неправильным выводам, судебная коллегия считает несостоятельными, так как из содержания оспариваемого решения следует, что судом первой инстанции приняты во внимание объяснения лиц, участвующих в деле, представленные в материалы дела письменные доказательства в их совокупности, которым дана оценка согласно статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Проверив дело с учетом требований статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия считает, что судебный акт принят при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к заявленному спору. Выводы суда соответствуют установленным фактическим обстоятельствам дела, подтверждены исследованными доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости.

С учетом изложенного, судебная коллегия не находит предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены обжалуемого решения суда по доводам апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 199, 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Свердловского районного суда г. Перми от 28.01.2026 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Председательствующий - подпись

Судьи – подписи