Решение № 2-3493/2019 2-3493/2019~М-2736/2019 М-2736/2019 от 19 августа 2019 г. по делу № 2-3493/2019

Дело № 2-3493/2019


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

20 августа 2019 г. г. Архангельск

Октябрьский районный суд города Архангельска в составе:

председательствующего судьи Ушаковой Л.В.,

при секретаре Ляшенко А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к государственному казенному учреждению здравоохранения Архангельской области «Специализированный дом ребенка с поражением ЦНС и нарушением психики» об оспаривании приказов, изменении формулировки и даты увольнения, взыскании оплаты вынужденного прогула и компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л :

ФИО1 обратилась в суд с иском к государственному казенному учреждению здравоохранения Архангельской области «Специализированный дом ребенка с поражением ЦНС и нарушением психики» (далее – ГКУЗ АО «Специализированный дом ребенка с поражением ЦНС и нарушением психики») об оспаривании приказа, изменении формулировки и даты увольнения, взыскании оплаты вынужденного прогула и компенсации морального вреда.

В обоснование требований указала, что работала в ГКУЗ АО «Специализированный дом ребенка с поражением ЦНС и нарушением психики» с 17 сентября 2010 г., была уволена на основании приказа от 17 мая 2019 г. по п. 5 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ), в связи с неоднократным неисполнением работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание. С увольнением по указанному основанию была не согласна. Ссылалась на предвзятое к ней отношение. Полагала, что действиями ответчика по ее незаконному увольнению ей был причинен моральный вред, который она оценивает в размере 50 000 руб. Просила признать ее увольнение по п. 5 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ незаконным, изменить дату увольнения и формулировку увольнения на увольнение по собственному желанию, взыскать с ответчика оплату вынужденного прогула, компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.

В ходе рассмотрения дела истец неоднократно уточняла исковые требования, окончательно просила признать незаконными приказ № от 11 апреля 2019 г., приказ № от 16 апреля 2019г., ее увольнение по п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, изменить дату увольнения и формулировку увольнения на увольнение по собственному желанию, взыскать с ответчика оплату вынужденного прогула в размере 88 089 руб. 70 коп., компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.

В судебном заседании истец ФИО1 и ее представитель ФИО2 на иске с учетом уточнений настаивали.

В судебном заседании представитель ответчика ГКУЗ АО «Специализированный дом ребенка с поражением ЦНС и нарушением психики» Филиппова О.И. с иском не согласилась по доводам, изложенным в отзыве. Ссылалась на то, что истец ФИО1 привлечена к дисциплинарной ответственности, в том числе в виде увольнения законно и обосновано, процедура увольнения истца соблюдена. Указала на пропуск истцом срока на обращение в суд.

Заслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей, оценив собранные по делу и исследованные в судебном заседании доказательства, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 192 ТК РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить, в том числе, дисциплинарное взыскание в виде выговора. При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен. Дисциплинарное взыскание может быть применено к работнику за нарушение им трудовой дисциплины, то есть за дисциплинарный проступок. Дисциплинарным проступком является виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей, в том числе, нарушение должностных инструкций, положений, приказов работодателя.

Неисполнение или ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей признается виновным, если работник действовал умышленно или по неосторожности. Противоправность действий работников означает, что они не соответствуют законам, иным нормативным правовым актам, в том числе, положениям и уставам о дисциплине, должностным инструкциям. Дисциплинарным проступком могут быть признаны только такие противоправные действия (бездействия) работника, которые непосредственно связаны с исполнением им трудовых обязанностей. При этом право выбора конкретной меры дисциплинарного взыскания из числа предусмотренных законодательством принадлежит работодателю, который должен учитывать степень тяжести проступка, обстоятельства, при которых он совершен, предшествующее поведение работника.

В силу положений ст. 21 ТК РФ работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО1 работала с 10 октября 2018 г. в ГКУЗ АО «Специализированный дом ребенка с поражением ЦНС и нарушением психики» <данные изъяты> на основании заключенного с ней на неопределенный срок трудового договора, с должностным окладом 5200 руб.

Трудовым договором определен режим рабочего времени в соответствии с графиками сменности, продолжительность рабочей недели не более 36 часов, с перерывом для отдыха и питания с 12.30 до 13.00.

При заключении трудового договора истец была ознакомлена с должностной инструкцией, Правилами внутреннего трудового распорядка.

Правилами внутреннего трудового распорядка ГКУЗ АО «Специализированный дом ребенка с поражением ЦНС и нарушением психики» установлено время начала и окончания работы, перерыва для отдыха и приема пищи для <данные изъяты>: с 8 часов 00 минут до 15 часов 42 минут, с учетом обеденного перерыва 30 минут, который в рабочее время не включается (с 12.00 до 12.30) и пятидневная рабочая неделя (суббота, воскресенье – выходные дни).

Приказом главного врача ГКУЗ АО «Специализированный дом ребенка с поражением ЦНС и нарушением психики» №-лс от 11 апреля 2019 г истец была привлечена к дисциплинарной ответственности в виде выговора за отсутствие на рабочем месте 22 марта 2019г. с 15.10 до 15.42. С указанным приказом истец была ознакомлена 12 апреля 2019 г.

До привлечения к дисциплинарной ответственности с истца были запрошены объяснения. В своих объяснениях от 11 апреля 2019 г. истец указала, что отсутствовала на работе 22 марта 2019г. с 15.10 до 15.42, поскольку ушла с работы с разрешения главной медицинской сестры <данные изъяты>

Приказом главного врача ГКУЗ АО «Специализированный дом ребенка с поражением ЦНС и нарушением психики» №-лс от 16 апреля 2019 г истец была привлечена к дисциплинарной ответственности в виде выговора за некачественную уборку служебных и производственных помещений 5 апреля 2019 г. и 10 апреля 2019 г. С указанным приказом истец была ознакомлена 16 апреля 2019 г. До привлечения к дисциплинарной ответственности с истца были запрошены объяснения, свои объяснения истец ФИО1 не предоставила.

Приказом главного врача ГКУЗ АО «Специализированный дом ребенка с поражением ЦНС и нарушением психики» №-л от 17 мая 2019 г. ФИО1 была уволена по п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ в связи с неоднократным неисполнением работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание. Поводом к увольнению послужили результаты комиссионного обхода 15 мая 2019 г. в том числе помещения прачечной, была выявлена некачественная <данные изъяты> С указанным приказом истец была ознакомлена 17 апреля 2019 г. До привлечения к дисциплинарной ответственности с истца были запрошены объяснения, свои объяснения истец ФИО1 не предоставила.

Считая увольнение незаконным, истец ФИО1 обратилась в суд с данным иском 30 мая 2019 г.

Ответчиком заявлено о применении последствий пропуска истцом срока на обращение в суд с требованиями об оспаривании приказов №-лс от 11 апреля 2019 г., приказ №-лс от 16 апреля 2019г.

Согласно ч. 1 ст. 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

Требования об оспаривании приказов №-лс от 11 апреля 2019 г., приказ №-лс от 16 апреля 2019г. были заявлены истцом в судебном заседании 23 июля 2019 г., то есть с пропуском установленного трехмесячного срока со дня ознакомления с приказами.

Вместе с тем, в ходе судебного заседания истец и ее представитель ходатайствовали о восстановлении срока на обжалование указанных приказов, в обоснование восстановления срока указывали на обращение истца по факту привлечения к дисциплинарной ответственности приказами №-лс от 11 апреля 2019 г., №-лс от 16 апреля 2019г. в трудовую инспекцию.

Оценивая уважительность причины пропуска работником срока, предусмотренного ч. 1 ст. 392 ТК РФ, суд действует не произвольно, а проверяет и учитывает всю совокупность конкретных обстоятельств дела, в том числе оценивает характер причин, не позволивших работнику обратиться в суд в пределах установленного законом срока.

Суд полагает, что ходатайство истца о восстановлении срока подлежит удовлетворению, поскольку материалами дела подтверждается факт обращения истца в ГИТ в АО и НАО, ответ на свое обращение истец получила 21 мая 2019г.

Судом установлено, что в соответствии с должностной инструкцией, утвержденной главным врачом ГКУЗ АО «Специализированный дом ребенка с поражением ЦНС и нарушением психики» 30 декабря 2016г. в должностные обязанности <данные изъяты> входит в том числе: <данные изъяты> Уборщик <данные изъяты> С указанной должностной инструкцией истец была ознакомлена при приеме на работу, что подтверждается подписью истца.

Согласно Инструкции по проведению <данные изъяты> в ГКУЗ АО «Специализированный дом ребенка с поражением ЦНС и нарушением психики», утвержденной главврачом 19 апреля 2019г., с которой истец была ознакомлена под роспись, <данные изъяты>

Допрошенные в ходе рассмотрения дела свидетели дали следующие показания.

Допрошенная в качестве свидетеля старшая медицинская сестра <данные изъяты> отрицала факт того, что давала истцу разрешение уйти с работы раньше окончания рабочего времени. Указала, что 22 марта 2019г. истец жаловалось на состояние своего здоровья, но разрешения уйти с работы она истцу не давала, так как это находится не в ее компетенции. Пояснила, что истец была ознакомлена с разработанной ею Инструкцией по проведению <данные изъяты>. Истец была ознакомлена с Инструкцией, в день ознакомления истец получила травму правой руки, но она (свидетель) зачитала инструкцию истцу вслух, после чего истец расписалась левой рукой в подтверждение ознакомления. Указала, что ГКУЗ АО «Специализированный дом ребенка с поражением ЦНС и нарушением психики» является медицинским учреждением для детей с нарушением психики, в виду чего контролирующими органами осуществляется пристальный контроль, в связи с чем в организации и принят план обходов. Истец была обеспечена необходимыми для работы моющими средствами.

Допрошенный в качестве свидетеля <данные изъяты> пояснил, что работает у ответчика в должности заместителя руководителя по хозяйственным вопросам, административные обходы осуществляются на плановой основе, жалоб на качество <данные изъяты>, производимой истцом, со сторону других сотрудников было много, истец иногда соглашалась с высказанными ей замечаниями, иногда нет. <данные изъяты> входит в обязанности истца по занимаемой ею должности.

Допрошенная в качестве свидетеля <данные изъяты> пояснила, что осуществляет в учреждении контроль за соблюдением СанФИО3, 10 апреля 2019 г. был плановый обход, с утра истец <данные изъяты>.

Допрошенная в качестве свидетеля <данные изъяты> пояснила, что работает старшей медицинской сестрой, 5 апреля и 10 апреля 2019 г. были плановые обходы, по факту недостатков <данные изъяты> 5 апреля 2019 г. истец пояснила, что она первый день после больничного вышла на работу. По поводу обхода 10 апреля 2019 г.: 9 апреля 2019 г. истцу <данные изъяты> были доведены конкретные недостатки в ее <данные изъяты>, но к обходу 10 апреля 2019 г. они устранены не были.

Допрошенная в качестве свидетеля заведующая хозяйством <данные изъяты> пояснила, что к ней истец 22 марта 2019 г. с просьбой уйти с работы раньше окончания рабочего времени не обращалась. Истцу неоднократно ранее делались замечания по качеству ее <данные изъяты> и замечания по поводу длительных разговоров по телефону в рабочее время. Средства для <данные изъяты> истцу выдавались. <данные изъяты>, это входит в должностные обязанности истца и предусмотрено ее должностной инструкцией.

Допрошенная в качестве свидетеля <данные изъяты> социальный педагог, пояснила, что административный обход состоялся 5 апреля 2019 г., после того как истец <данные изъяты>, при административном обходе были найдены нарушения.

Допрошенная в качестве свидетеля <данные изъяты> пояснила, что является специалистом по охране труда, пояснила, что в учреждении производится инструктаж по технике безопасности, <данные изъяты> производится после их отключения от электросети, <данные изъяты> входит в должностные обязанности истца.

Допрошенная в качестве свидетеля <данные изъяты> пояснила, что прачечная работает с 7 часов утра до 19 часов вечера, загрузка белья производится около 7 часов 30 минут, и до 12 часов машины работают, затем с 12 часов до 13 часов перерыв в их работе, с утра включаются сразу три машины, пояснила, что <данные изъяты> производить можно в указанный перерыв, отключив машину от электропитания. Также пояснила, что несколько раз помогала истцу <данные изъяты>.

Суд принимает во внимание показания указанных свидетелей, поскольку они согласуются между собой и с материалами дела, свидетели предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Допрошенная в качестве свидетеля <данные изъяты> пояснила, что работала у ответчика до сентября 2017 г., <данные изъяты>.

Суд не может принять во внимание показания свидетеля <данные изъяты> поскольку указанный свидетель в период спорных отношений у ответчика уже не работала.

В ходе рассмотрения дела факты совершения истцом дисциплинарных проступков нашли свое подтверждение.

Так, по факту уходы истца с работы 22 марта 2019г.

Каких либо доказательств уважительности отсутствия на работе 22 марта 2019г. с 15.10 до 15.42 истец работодателю, а также суду в ходе рассмотрения дела не предоставила. Как следует из показаний заведующей хозяйством <данные изъяты> допрошенной в качестве свидетеля, она не давала разрешение истцу уйти раньше рабочего времени. Старшая медицинская сестра <данные изъяты> также допрошенная в качестве свидетеля, отрицала факт того, что давала истцу разрешение уйти с работы раньше окончания рабочего времени.

По факту некачественной уборки 5 апреля 2019г.

Протоколом административного обхода прачечной и кабинета социальных работников от 5 апреля 2019 г. было установлены следующие нарушения: <данные изъяты>

Допрошенные в ходе рассмотрения дела свидетели также указанное обстоятельство <данные изъяты> подтвердили.

В ходе рассмотрения дела истец пояснила, что 5 апреля 2019 г. она приступила к работе первый день после окончания периода нетрудоспособности и не успела прибрать в указанных помещениях. Действительно, согласно табелю учета рабочего времени за апрель 2019 г. 5 апреля 2019г. – первый рабочий день ФИО1, после окончания периода ее нетрудоспособности. Вместе с тем, свидетель ФИО4 пояснила, что административный обход в кабинете социальных работников происходил после того, как истец уже <данные изъяты>.

По факту <данные изъяты> 10 апреля 2019г.

Протоколом административного обхода от 10 апреля 2019 г. было установлены следующие нарушения: <данные изъяты>

Допрошенные в ходе рассмотрения дела свидетели также указанное обстоятельство <данные изъяты> подтвердили.

Таким образом, истец была привлечена к дисциплинарной ответственности в виде выговоров приказами №-лс от 11 апреля 2019 г., приказ №-лс от 16 апреля 2019г. законно и обосновано, с соблюдение процедуры привлечения к дисциплинарной ответственности.

По факту <данные изъяты> 15 мая 2019 г.

15 мая 2019 г. на имя директора поступила докладная заведующей хозяйством <данные изъяты> о результатах комиссионная обхода 15 мая 2019 г. и выявленных нарушениях: <данные изъяты>.

Указанные обстоятельства <данные изъяты> подтверждаются свидетельскими показаниями и представленными в материалы дела фотографиями.

В представленном журнале учета проведения <данные изъяты> отсутствовала отметка истца о выполнении работы за 14 мая 2019 г.

По указанному факту истец пояснила, что ей было неизвестно о ведении в учреждении указанного журнала и необходимости проставления в нем отметок.

Вместе с тем с Инструкцией по проведению <данные изъяты> в ГКУЗ АО «Специализированный дом ребенка с поражением ЦНС и нарушением психики», утвержденной главврачом 19 апреля 2019г., истец была ознакомлена, что истец не отрицала, что подтверждено и свидетельскими показаниями.

Учитывая вышеизложенное от 17 мая 2019 г. является законным и обоснованным, факт совершения истцом дисциплинарного проступка, указанного в данном приказе, нашел свое подтверждение в ходе рассмотрения дела.

Таким образом, требования истца о признании увольнения незаконным, изменению даты и формулировки увольнения, удовлетворению не подлежат.

Согласно п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае неоднократного неисполнения работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание.

В силу разъяснений Верховного Суда РФ, данных в п. 33 и 34 Постановления Пленума от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при разрешении споров лиц, уволенных по п. 5 ч. 1 ст. 81 Кодекса за неоднократное неисполнение без уважительных причин трудовых обязанностей, следует учитывать, что работодатель вправе расторгнуть трудовой договор по данному основанию при условии, что к работнику ранее было применено дисциплинарное взыскание и на момент повторного неисполнения им без уважительных причин трудовых обязанностей оно не снято и не погашено.

При рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по п. 5 ч. 1 ст. 81 Кодекса, или об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.) – п. 35 Постановления Пленума ВС РФ от 17 марта 2004 года.

В силу ч. 1 и 2 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Оспариваемые истцом приказы изданы уполномоченным лицом.

Учитывая, что на день совершения дисциплинарного проступка, послужившего основанием увольнения, истец уже был неоднократно привлечен к дисциплинарной ответственности за ненадлежащее исполнение должностных обязанностей, что, безусловно, свидетельствует о его халатном отношении к работе, суд соглашается с применением работодателем к истцу такой меры дисциплинарного воздействия как увольнение по п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, что соответствует тяжести совершенного им проступка. Порядок и сроки привлечения работника к дисциплинарной ответственности работодателем не нарушены, тяжесть совершенного проступка учтена.

Суд при принятии решения также учитывает, что ГКУЗ АО «Специализированный дом ребенка с поражением ЦНС и нарушением психики» является учреждением здравоохранения, где находятся дети, имеющие заболевания, следовательно, нарушение СанФИО3 и гигиенических норм и правил в таком учреждении является грубым нарушением.

Суд также учитывает и предшествующее поведение работника, поскольку как указывает свидетель <данные изъяты> у истца и ранее имелись недостатки в качестве <данные изъяты>

Таким образом, оснований для удовлетворения требований о признании приказов, увольнения незаконными, изменении формулировки и даты увольнения и производных от них требований о взыскании оплаты вынужденного прогула и компенсации морального вреда не имеется.

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу, что требования истца не подлежат удовлетворению.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л :

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к государственному казенному учреждению здравоохранения Архангельской области «Специализированный дом ребенка с поражением ЦНС и нарушением психики» об оспаривании приказов, изменении формулировки и даты увольнения, взыскании оплаты вынужденного прогула и компенсации морального вреда отказать.

На решение суда лицами, участвующими в деле, может быть подана апелляционная жалоба в Архангельский областной суд через Октябрьский районный суд города Архангельска в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 26 августа 2019 г.

Судья Л.В. Ушакова