Решение № 2-425/2018 2-425/2018 ~ М-351/2018 М-351/2018 от 14 июня 2018 г. по делу № 2-425/2018

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

15 июня 2018 года г. Губкин

Губкинский городской суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Н.В. Грешило

при секретаре Д.А. Весельевой

с участием:

представителя истца адвоката М.Ю.Сергеевой

представителя ответчика С.А. Песчанского

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к АО «Лебединский ГОК» о возмещении денежной компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л :

ФИО2 работал монтером пути 4 разряда на участке передвижных железнодорожных путей в карьере горного цеха пути Рудоуправления АО «Лебединский ГОК».

26.08.2017 года, в результате несчастного случая на производстве, ему был причинен тяжкий вред здоровью.

В соответствии с действующим на предприятии Положением о возмещении вреда, причиненного здоровью работника АО «Лебединский ГОК» в результате несчастного случая на производстве или профессионального заболевания истцу работодателем была произведена выплата денежной компенсации морального вреда в сумме 119500,49 рублей.

Дело инициировано иском ФИО2 В своем заявлении он просит суд взыскать в его пользу с АО «Лебединский ГОК» денежную компенсацию морального вреда в размере 800000,00 рублей, ссылаясь на физические и нравственные страдания, которые ему пришлось перенести в связи с причинением вреда здоровью в результате несчастного случая на производстве, и отказ ответчика в добровольном порядке удовлетворить его требования в полном объеме.

В судебном заседании представитель истца ФИО2 адвокат Сергеева М.Ю. поддержала заявленные требования в полном объеме.

Не оспаривая самого факта причинения вреда здоровью истца, представитель ответчика АО «Лебединский ГОК» по доверенности ФИО3 возражал против удовлетворения исковых требований, ссылаясь на то, что работодателем истцу выплачена денежная компенсация морального вреда в сумме 119500,49 рублей, выплата данного размера денежной компенсации морального вреда соответствует критериям разумности и справедливости, повторное удовлетворение подобных требований ни законодательством, ни локальными нормативными актами работодателя не предусмотрено.

Исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным сторонами доказательствам, суд признает исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению в части по следующим основаниям.

Факт несчастного случая на производстве, в результате которого истцу был причинен вред здоровью, подтверждается актом №12 от 12.09.2017 года о несчастном случае на производстве (л.д.15-22).

Из акта следует, что несчастный случай произошел в результате:

- нарушения самим истцом ФИО2 требований п. 2.5 Общей инструкции по охране труда для работников комбината ИОТ 0.01.16;

- нарушения мастером ФИО4 требований п. 7.1.5.5 Положения о нарядной системе в АО «Лебединский ГОК» ПЛ 00186803-4.4.6-04-2015, требований п.2.7 и 2.23 Должностной инструкции «Мастера(в карьере)».

Допущенное нарушение требований п. 2.5 Общей инструкции по охране труда для работников комбината ИОТ 0.01.16, комиссия, проводившая расследование несчастного случая на производстве, сочла фактом грубой неосторожности ФИО2 и установила степень его вины в размере 5%.

В результате несчастного случая на производстве истец получил повреждения в виде ****

Согласно заключения эксперта ОГКУЗОТ «Белгородское бюро судебно-медицинской экспертизы» №1066 от 11.10.2017 года (л.д.68-69) ФИО2 26.08.2017 года был причинен тяжкий вред здоровью, в связи с чем ему была проведена операция и установлен заключительный диагноз ***

Данные обстоятельства представителем ответчика в суде не оспаривались.

Истцу, согласно справки серии МСЭ-2006 №0726563 от 02.04.2018 года, бюро МСЭ №2 было установлено 30% утраты профессиональной трудоспособности.

На момент получения травмы, в результате которой был ***, истцу было 38 лет.

В силу статьи 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. В Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (ч. 2 ст. 7 Конституции). Согласно ст. 17 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации.

Статьей ст. 21 ТК РФ предусмотрено, что работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, компенсацию морального вреда в порядке, установленном ТК РФ, иными федеральными законами.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

При изложенных обстоятельствах, поскольку работодатель несёт ответственность перед своим работником за причинение ему вреда здоровью, истец вправе требовать компенсации ему ответчиком причиненного морального вреда.

Как предусмотрено ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред действиями, нарушающими его личные - неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Из п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровья гражданина» следует, что потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается.

Европейский суд указал на сложность задачи оценки тяжести травм для компенсации ущерба. Особенно она сложна в деле, где предметом иска является личное страдание, физическое или душевное. Не существует стандарта, в соответствии с которым боль или страдания, физический дискомфорт и душевный стресс или мучения могли быть измерены в денежной форме (Постановление от 07. 07. 2011 г. по делу Шишкина против Российской Федерации).

Тем не менее, в рассматриваемом случае суд, учитывая тяжесть травмы (лишение органа), длительность лечения истца, последствия травмы, связанные с увольнением истца с работы ввиду невозможности в дальнейшем работать в качестве монтера пути и невозможность содержать свою семью на прежнем уровне, невозможность полного устранения последствий несчастного случая для здоровья истца, степень нравственных и физических страданий истца, совокупность его вины в форме грубой неосторожности в размере 5% и вины работодателя, суд приходит к выводу о необходимости возмещения денежной компенсации морального вреда в сумме 500000,00 рублей.

С учетом положений Европейского суда, с доводами представителя ответчика о том, что денежная компенсация морального вреда, выплаченная работодателем истцу в добровольном порядке в сумме 119500,49 рублей соответствует критериям разумности и справедливости при причинении тяжкого вреда здоровью суд не согласился.

В тоже время суд не согласился и с требованиями истца о возмещении ему денежной компенсации морального вреда в сумме 800000,00 рублей, поскольку вред здоровью истцу был причинен, в том числе и по его вине в форме грубой неосторожности, степень вины истца была определена актом о несчастном случае на производстве, который им не оспаривается, в размере 5%.

Утверждения представителя ответчика о том, что повторное удовлетворение подобных требований ни законодательством, ни локальными нормативными актами работодателя не предусмотрено противоречат Конституции Российской Федерации и требованиям ч.2 ст. 237 ТК РФ.

Никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных статьей 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда».

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере.

При обращении в суд истец на основании подп. 3 п. 1 ст. 333.36 НК РФ оплату госпошлины не производил.

Согласно ст. 103 ГПК РФ, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

С учетом данных норм права с ответчика в доход местного бюджета подлежат взысканию расходы по госпошлине в сумме 300,00 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 103, 194–199 ГПК РФ, ст. ст. 21, 237 ТК РФ, ст. ст. 151, 1101 ГК РФ, суд

р е ш и л :

Иск ФИО2 к АО «Лебединский ГОК» о возмещении денежной компенсации морального вреда признать обоснованным в части.

Взыскать с АО «Лебединский ГОК» в пользу ФИО2 денежную компенсацию морального вреда в сумме 500000,00 рублей,

Взыскать с АО «Лебединский ГОК» в доход бюджета муниципального образования «Губкинский городской округ» госпошлину в сумме 300,00 рублей.

В остальной части в удовлетворении исковых требований ФИО2 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца со дня его изготовления в окончательной форме через Губкинский городской суд.

С у д ь я Грешило Н.В.