Приговор № 1-120/2019 от 27 июня 2019 г. по делу № 1-120/2019

дело № 1-120/2019 УИД: 76RS022-01-2019-001132-87


ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Ярославль 28 июня 2019 года

Судья Заволжского районного суда г. Ярославля Лупанов С.В.,

при секретаре Костаревой Е.С., с участием

государственного обвинителя – старшего помощника прокурора Заволжского района г. Ярославля Сребродольской Н.П.,

подсудимого ФИО1,

защитников Клишиной Н.В. (удостоверение № 841, ордер № 003831 от 29.05.2019) и ФИО2 (удостоверение № 1059, ордер № 003734 от 28.05.2019),

потерпевшей ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Заволжского районного суда г. Ярославля уголовное дело по обвинению

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, гражданина России, со средним образованием, не женатого, имеющего на иждивении малолетнего ребенка, работающего таксистом в службе «Ситимобил» и водителем в ООО «Промэксперт», зарегистрированного по адресу: <адрес>, фактически проживавшего до задержания по адресу: <адрес>, не судимого,

содержащегося под стражей по настоящему делу с 25.02.2019,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего, при следующих обстоятельствах.

В период времени с 23 часов 30 минут до 23 часов 59 минут 22.02.2019 ФИО1, пребывая в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, находился совместно со своим отцом ФИО4 в <адрес>, где между ними, на почве личных неприязненных отношений, произошла ссора. Действуя из чувства личной неприязни к ФИО4, имея умысел на причинение потерпевшему тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, осознавая общественную опасность своих действий, но относясь безразлично к их возможным для ФИО4 последствиям, не предвидя возможность наступления смерти потерпевшего, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности располагая возможностью предвидеть наступление данного общественно-опасного последствия, умышленно нанес множественные удары в область правой руки, туловища и головы ФИО4

В результате умышленных преступных действий ФИО1 потерпевшему ФИО4 была причинена сочетанная тупая травма грудной клетки, живота и забрюшинного пространства с повреждением внутренних органов, в комплекс которой входят: четыре кровоподтека на передней поверхности грудной клетки справа в верхней трети, кровоподтек на задней поверхности грудной клетки справа, кровоподтек на правой заднебоковой поверхности грудной клетки в нижней трети, кровоподтек на границе левых заднебоковых поверхностей нижней трети грудной клетки и верхней трети живота, поперечные и косопоперечные переломы 2-11 правых и 2-9 левых ребер по нескольким анатомическим линиям, с кровоизлияниями в окружающие мягкие ткани и повреждениями пристеночной плевры на уровне 6-10 правых ребер; кровоподтек на левой заднебоковой поверхности живота в нижней трети, четыре кровоподтека на правой боковой поверхности живота в нижней трети, кровоизлияние в брюшную полость объемом около 900 мл, кровоизлияние в ткань печени на передней поверхности, множественные (не менее 12-ти) линейные разрывы капсулы и ткани правой доли печени на ее передней и задней поверхностях, кровоизлияние в околопочечную клетчатку правой почки, кровоизлияние в области сосудистой ножки правой почки, линейный разрыв капсулы и ткани правой почки на задней ее поверхности. Эта травма осложнилась развитием травматического шока, который и явился непосредственной причиной смерти ФИО4 Данная травма привела к развитию угрожающего жизни состояния и по этому признаку относится к тяжкому вреду здоровью, наступление смерти ФИО4 состоит с ней в прямой причинной связи. Кроме того, в результате умышленных преступных действий ФИО1 потерпевшему ФИО4 были причинены телесные повреждения, не связанные с наступлением его смерти: кровоподтек в лобно-теменной области слева, три ссадины в лобной области слева, ссадина в левой височной области, кровоподтек в области нижнего века правого глаза, кровоподтек в правой щечно-скуловой области, ссадина в правой заушной области, два кровоподтека в подподбородочной области, ссадина на задне-наружной поверхности правого плеча, ссадина на передней поверхности правого плеча, кровоподтек на задней поверхности правого предплечья, четыре кровоподтека на тыльной поверхности правой кисти. Данные повреждения не являются опасными для жизни и относятся к повреждениям, не повлекшим за собой вред здоровью.

Подсудимый ФИО1 в начале судебного следствия заявил о частичном признании вины, однако фактически вину в совершении преступления не признал и показал суду, что 22.02.2019 до 20 часов работал в такси, затем поехал на день рождения к ФИО5, где употреблял спиртное, после чего пошел ночевать домой к родителям. Около 23 часов 50-55 минут дверь ему открыл отец, находившийся в сильной степени алкогольного опьянения, который сразу же начал высказывать свое недовольство по поводу визита, он пытался набрасываться на него (ФИО1) с кулаками, сильно оскорбил, в ответ на что дал отцу пощечину, нанеся ему один удар рукой по лицу. После этого ФИО4 успокоился, пошел куда-то курить, а он (ФИО1) лег спать. Первый раз его разбудили соседи В-ны, а затем уже сотрудники полиции. Весь конфликт с отцом продолжался около 10 минут, в ходе которых имел место разговор на повышенных тонах и один удар пострадавшему по лицу.

Несмотря на непризнание подсудимым своей вины, совершение им преступления при установленных судом обстоятельствах подтверждается исследованными доказательствами.

Потерпевшая ФИО3 показала суду, что проживала со своим супругом ФИО4, который ежемесячно после получения пенсии 20-го числа на протяжении 7-10 дней злоупотреблял спиртным. 22.02.2019 около 14 часов ушла на работу, ФИО4, находившийся в состоянии опьянения, оставался дома. 23.02.2019 в 15-20 минут 1-го часа ночи вернулась домой, где обнаружила сына ФИО1, спавшего на полу на матрасе и супруга, лежавшего на полу в своей комнате. Увидев кровь на лице ФИО4, позвонила своему младшему сыну, совместно с ним вызвали «Скорую помощь», сотрудники которой констатировали смерть ФИО4 и сообщили об этом в полицию. Прибывшие полицейские разбудили ФИО1, сообщили ему о смерти отца, на что он сразу же заявил о своей непричастности к случившемуся. Характеризуя погибшего, отметила, что в состоянии опьянения он вел себя агрессивно, спиртное употреблял преимущественно в одиночку дома.

Свидетель ФИО5 показал суду (с учетом оглашенных в порядке ч.3 ст.281 УПК РФ показаний т.2 л.д.18-23) что, 22.02.2019 отмечал свой день рождения в гаражах, расположенных в районе <адрес>, куда был приглашен ФИО1 Во время празднования подсудимый употреблял спиртное, в период с 23-00 до 23-59 он ушел.

Свидетели ФИО6 и ФИО7, соседи погибшего, показали суду (с учетом оглашенных в порядке ч.3 ст.281 УПК РФ показаний т.1 л.д.180-186, 187-193) что, 22.02.2019 после 23 часов, находясь в квартире, слышали продолжавшиеся некоторое время шумы, похожие на звуки ударов и сопровождающиеся голосами людей. Возникло предположение, что в соседней квартире могли бить ребенка, в связи с чем решили разобраться в происходящем. На верхнем этаже все было тихо, тогда спустились по лестничному маршу этажом ниже, где на слух выяснили, что звуки доносились из 123-й квартиры. После звонка в квартиру грохот из нее прекратился, дверь открыл мужчина (ФИО1), находившийся в нетрезвом виде, пояснивший, что у него дома все в порядке. Разговор с ФИО1 длился считанные минуты, вернувшись около 0 часов домой, еще некоторое время слышали шумы из 123-й квартиры, после чего все стихло.

Свидетель ФИО8, брат подсудимого, показал суду, что 23.02.2019 в районе полуночи ему позвонила мать, сообщившая, что отец лежит и ей необходима помощь. Приехав в квартиру родителей, обнаружил ФИО1, спавшего на матрасе на полу в большой комнате и отца, лежавшего на полу в свей комнате – у последнего отсутствовали пульс и дыхание. Вызвали «Скорую помощь», а ее сотрудники сообщили в полицию. Когда полицейские разбудили спящего ФИО1, он сначала не понял, что происходит, пошел умываться, а затем отрицал свою причастность к смерти отца. При жизни его отец страдал запойным пьянством, мог повысить голос и оскорбить окружающих, в состоянии опьянения ему доводилось падать, причиняя себе травмы.

Свидетель ФИО9, дальняя родственница подсудимого, показала суду, что 22.02.2019 совместно с ФИО1 присутствовала на празднике по случаю дня рождения ФИО5, отмечавшегося в гаражном массиве. ФИО1 остался на празднике в состоянии не сильного алкогольного опьянения, когда она (ФИО9) в начале 12-го уехала домой. Около 00 часов 30 минут 23.02.2019 получила от ФИО8 смс-сообщение о смерти ФИО4 и сразу же на такси приехала в квартиру последнего, где обнаружила спящего ФИО1 Далее прибыли сотрудники полиции, разбудившие ФИО1 При жизни ФИО4 злоупотреблял алкоголем, часто проявлял агрессию. Подсудимого характеризует положительно.

Свидетель ФИО2, состоящая в фактических брачных отношениях с подсудимым, показала суду, что 22.02.2019 ФИО1 уехал на работу, перед этим договорились, что он останется ночевать у родителей. Когда ФИО1 пришел домой, то сообщил, что его отец умер, а его самого по этому поводу допрашивали сотрудники полиции. Причиной допроса явилось то, что ФИО1 на момент смерти отца находился в той же квартире, а перед этим нанес погибшему один удар по лицу. ФИО4 характеризует как человека злоупотреблявшего спиртным, который в состоянии опьянения оскорблял своих родственников и прочих людей, мог поднять на них руку.

Свидетель ФИО10, сотрудник патрульно-постовой службы полиции, показал суду (с учетом оглашенных в порядке ч.3 ст.281 УПК РФ показаний т.1 л.д.30-35, т.2 л.д.78-83) что, 23.02.2019 около 01 часа 55 минут по заданию дежурного прибыл в <адрес><адрес>, где был обнаружен труп мужчины. В одной из комнат квартиры на матрасе на полу спал ФИО1, находившийся в состоянии алкогольного опьянения. После пробуждения ФИО1 сначала не поверил в то, что его отец умер, затем пояснил, что нанес ему несколько ударов кулаками. У спящего ФИО1 на руках были следы крови, которые он впоследствии смыл.

Свидетель ФИО11 показал суду (с учетом оглашенных в порядке ч.3 ст.281 УПК РФ показаний т.2 л.д.54-58) что, знал супругов ФИО14, проживавших с ним в одном подъезде. У них есть два сына, которые проживали отдельно от родителей. Семью З-вых охарактеризовал в целом положительно, видимых конфликтов у них не происходило. Очевидцем событий, произошедших в квартире З-вых в ночь с 22 на 23.02.2019, не является, о смерти ФИО4 впоследствии узнал от сотрудников полиции, которым предоставил видеозапись с камер наблюдения.

Кроме того, судом были исследованы письменные материалы уголовного дела.

- протокол осмотра места происшествия от 23.02.2019, в ходе которого осмотрена <адрес> с находящимся в ней трупом ФИО4 с признаками насильственной смерти (т.1 л.д.9-29);

- копия карты вызова скорой медицинской помощи от 23.02.2019, согласно которой вызов к ФИО4 поступил на станцию 23.02.2019 в 01 час 01 минуту (т.2 л.д.40-41);

- протокол осмотра предметов от 25.04.2019, в ходе которого были осмотрены объекты, изъятые с места происшествия 23.02.2019 (т.2 л.д.94-103);

- протокол явки ФИО1 с повинной от 23.02.2019, в ходе которой он сообщил о произошедшем конфликте с ФИО4 и о нанесении последнему 1-го удара рукой по лицу (т.1 л.д.235);

- заключение судебно-дактилоскопической экспертизы от 11.03.2019 № 11-132, согласно которому 5 следов пальцев рук, изъятых с бутылок из-под водки, стоявших у кресла в комнате, оставлены ФИО4 (т.1 л.д. 157-164);

- заключение судебно-биологической экспертизы от 15.03.2019 № 58/19, согласно которому в одном пятне на брюках, изъятых с трупа ФИО4, обнаружена кровь человека, происхождение которой от ФИО4 не исключается (т.1 л.д.145-148)

- заключение судебно-медицинской экспертизы от 26.02.2019 № 346, согласно которому у ФИО1 обнаружено по одному кровоподтеку на тыльной поверхности правой кисти, от уровня основания 3-5 пястных костей до проксимальных межфаланговых суставов 3-5-го пальцев, на задней поверхности левого плеча в верхней трети; по одной ссадине на левой боковой поверхности груди по задней подмышечной линии на уровне нижнего угла лопатки, на задней поверхности левого бедра в верхней трети, на наружной поверхности левого бедра на границе средней и нижней третей. Кровоподтеки могли возникнуть за 2-4 суток до судебно-медицинского освидетельствования (26.02.2019); ссадины могли возникнуть за 3-5 суток до судебно-медицинского освидетельствования (т.1 л.д. 70-72).

- заключение судебно-медицинской экспертизы от 29.03.2019 № 40/318, согласно которому при судебно-медицинском исследовании трупа ФИО4 обнаружены: 1) сочетанная тупая травма грудной клетки, живота и забрюшинного пространства с повреждением внутренних органов, в комплекс которой входят: четыре кровоподтека на передней поверхности грудной клетки справа в верхней трети, кровоподтек на задней поверхности грудной клетки справа, кровоподтек на правой заднебоковой поверхности грудной клетки в нижней трети, кровоподтек на границе левых заднебоковых поверхностей нижней трети грудной клетки и верхней трети живота, поперечные и косопоперечные переломы 2-11 правых и 2-9 левых ребер по нескольким анатомическим линиям, с кровоизлияниями в окружающие мягкие ткани и повреждениями пристеночной плевры на уровне 6-10 правых ребер; кровоподтек на левой заднебоковой поверхности живота в нижней трети, четыре кровоподтека на правой боковой поверхности живота в нижней трети, кровоизлияние в брюшную полость объемом около 900 мл, кровоизлияние в ткань печени на передней поверхности, множественные (не менее 12-ти) линейные разрывы капсулы и ткани правой доли печени на ее передней и задней поверхностях, кровоизлияние в околопочечную клетчатку правой почки, кровоизлияние в области сосудистой ножки правой почки, линейный разрыв капсулы и ткани правой почки на задней ее поверхности. Эта травма осложнилась развитием травматического шока, который и явился непосредственной причиной смерти. Данная травма, состоящая в прямой причинной связи со смертью ФИО4, привела к развитию угрожающего жизни состояния и по этому признаку относится к тяжкому вреду здоровью. Вышеуказанная травма образовалась в результате не менее чем от 8-ми воздействий тупого твердого предмета; 2) кровоподтек в лобно-теменной области слева, три ссадины в лобной области слева, ссадина в левой височной области, кровоподтек в области нижнего века правого глаза, кровоподтек в правой щечно-скуловой области, ссадина в правой заушной области, два кровоподтека в подподбородочной области, ссадина на задне-наружной поверхности правого плеча, ссадина на передней поверхности правого плеча, кровоподтек на задней поверхности правого предплечья, четыре кровоподтека на тыльной поверхности правой кисти, которые образовались в результате не менее чем 12-ти воздействий тупого твердого предмета, не являются опасными для жизни и относятся к повреждениям, не повлекшим за собой вреда здоровью. Все повреждения, обнаруженные у ФИО4 могли образоваться за промежуток времени, исчисляемый несколькими десятками минут – несколькими часами до момента наступления смерти. Смерть ФИО4 могла наступить за 3-6 часов до момента регистрации трупных явлений на месте обнаружения трупа (23.02.2019 в 03-50). При судебно-химическом исследовании крови и мочи из трупа ФИО4 обнаружен этиловый спирт в концентрации, обычно соответствующей тяжелой степени алкогольного опьянения. Судя по количеству и локализации повреждений, обнаруженных при судебно-медицинском исследовании трупа ФИО4 исключается возможность их образования при падении с высоты собственного роста на плоскость или выступающий предмет (т.1 л.д.81-126);

Эксперт ФИО12, допрошенная в судебном заседании в целях разъяснения вышеуказанного заключения, конкретизировала, что временной промежуток, указанный в п.4 заключения следует понимать как исчисляемый от 20 минут до 3 часов включительно. Это время приблизительное, что обусловлено наличием ряда заболеваний и сильного алкогольного опьянения у погибшего.

- протокол осмотра предметов от 15.04.2019, в ходе которого были осмотрены видеозаписи с камер наблюдения, установленных на <адрес> установлено, что в 23 часа 30 минут 22.02.2019 в подъезд зашел ФИО1, в 23 часа 59 минут 22.02.2019 в подъезд зашла ФИО3 Также была осмотрена видеозапись с нагрудного регистратора сотрудника ОБ ППСП ФИО10 за 23.02.2019, установлено, что в пояснениях на месте происшествия ФИО1 признавал факт произошедшего конфликта с отцом (т.2 л.д.1-17);

- заключение судебно-психиатрической экспертизы от 03.04.2019 № 1/464, согласно которому ФИО1 в настоящее время каким-либо психическим расстройством не страдает, как не страдал и во время совершения инкриминируемого ему деяния (т.1 л.д.134-137).

Исследованное в судебном заседании заключение судебно-биологической экспертизы от 24.04.2019 № 81/19 (т.1 л.д.173-175) доказательственного значения по делу не имеет.

Представленные суду доказательства являются допустимыми, основания для их исключения из числа таковых отсутствуют.

Вопреки утверждениям стороны защиты, видеозаписи, осмотренные в ходе следствия и приобщенные к делу в качестве вещественных доказательств, получены с соблюдением норм уголовно-процессуального закона.

В соответствии с п.4 ч.2 ст.38 УПК РФ следователь уполномочен давать органу дознания поручения о проведении оперативно-розыскных мероприятий.

Согласно ч.3 ст.7 и ст.11 Федерального закона от 12.08.1995 № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», одним из оснований для проведения оперативно-розыскных мероприятий является поручение об этом следователя по уголовному делу, находящемуся в его производстве. Результаты оперативно-розыскной деятельности предоставляются следователю на основании постановления руководителя соответствующего органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность.

Названные требования закона до следственного осмотра видеозаписей были соблюдены. Так, установление обстоятельств причастности ФИО1 к расследуемым событиям оперативными сотрудниками осуществлялось на основании поручения следователя от 20.03.2019. Результаты выполнения этого поручения, в число которых входили и 4 диска с видеозаписями, были направлены следователю на основании постановления начальника ОМВД России по Заволжскому городскому району от 15.04.2019. Обязательность проведения выемки этих видеозаписей действующими уголовно-процессуальным законом не предусмотрена.

Оценив исследованные доказательства с точки зрения их достаточности для разрешения дела, суд отмечает, что совокупность вытекающих из них сведений исчерпывающим образом свидетельствует о виновности ФИО1 в совершении преступления при установленных судом обстоятельствах.

Ключевым аспектом рассматриваемых событий является время, в которое они произошли. Показания допрошенных по делу лиц об этом разнятся и носят ориентировочный характер. Так, ФИО5 пояснял, что ФИО1 ушел с праздника в период с 23 до 24 часов 22.02.2019, потерпевшая ФИО3 показала, что приехала домой в 15-20 минут первого часа 23.02.2019, свидетель ФИО8 показал, что получил звонок от матери с просьбой о помощи в 00 часов 23.02.2019, а ФИО9 прибыла в квартиру З-вых в 00 часов 30 минут после получения сообщения от ФИО8 Сопоставляя эти показания с данными, полученными в ходе просмотра видеозаписи, сделанной камерой наблюдения в подъезде <адрес>, суд находит, что время, отображенное в кадрах, является реальным – ФИО1 вошел в подъезд дома в 23 часа 30 минут, а в 23 часа 59 минут туда же зашла ФИО3 Отличия, имеющиеся в показаниях допрошенных лиц, от времени отображенного на видео объясняются тем, что никто из вышеуказанных граждан не фиксировал для себя время с точностью до минуты.

Определившись в данном вопросе, следует отметить то, что свидетели ФИО15 выходили из квартиры и имели разговор с ФИО1 именно в этот промежуток времени – с 23-30 до 23-59 22.02.2019, поскольку в это время, до прихода ФИО3, дверь квартиры им открывал подсудимый. Отличающиеся по данному вопросу (по вопросу времени) показания вышеуказанных свидетелей суд находит следствием их добросовестного заблуждения.

Представленные суду доказательства позволяют утверждать, что в установленный судом 30-и минутный временной промежуток (с 23-30 до 23-59 22.02.2019) в <адрес> происходили следующие события: ФИО1 проследовал в <адрес> указанного дома, свидетели ФИО15 некоторое время слышали удароподобные звуки сопровождающиеся похожим на стон или плачь голосом, они же вышли из квартиры, проследовали этажом выше, затем спустились на два этажа ниже, убедились что звуки по-прежнему доносятся из <адрес>, пообщались с ФИО1, вернулись домой, где еще некоторое время слышали тот же шум, далее к себе в квартиру пришла потерпевшая ФИО3, обнаружившая ФИО1 уже спящим, а ФИО4 со следами крови.

С учетом того, что приостановления шума, воспринимаемого свидетелями ФИО15, с момента его зарождения до момента выхода ФИО1 из квартиры, не было, следует считать, что свидетели слышали звуки конфликта происходившего именно с участием подсудимого ФИО1 Предположение стороны защиты о том, что это мог быть конфликт между погибшим и каким-то неустановленным лицом, не выдерживает разумной критики.

Сопоставляя между собой все вышеизложенные факты, суд приходит к выводу о том, что в период с 23-30 до 23-59 22.02.2019 у погибшего ФИО4 конфликт был только с подсудимым ФИО1 Вероятность того, что в столь сжатый отрезок времени в отношении погибшего были совершены преступные действия каких-либо посторонних лиц, которые остались незамеченными ни для подсудимого, ни для свидетелей В-ных, с точки зрения здравого смысла, исключается.

Предположение о том, что телесные повреждения, образующие собой сочетанную травму груди, живота и забрюшинного пространства, могли быть получены ФИО4 до 23 часов 30 минут 22.02.2019 при неустановленных обстоятельствах, представляется суду явно несостоятельным. Подсудимый, последним видевший ФИО4 живым, пояснял лишь об имевшихся у него незначительных повреждениях на лице. Абсолютно очевидно, что множественные переломы 18-и ребер, разрывы внутренних органов, сопровождающиеся массивным внутренним кровотечением, не могли бы настолько не отразиться на поведении пострадавшего, чтобы остаться незамеченными для ФИО1

Косвенно виновность ФИО1 в содеянном подтверждается заключением судебно-медицинского эксперта, согласно которому сочетанная травма груди, живота и забрюшинного пространства, которая явилась непосредственной причиной смерти ФИО4, был причинена погибшему ориентировочно с 18 часов 50 минут 22.02.2019 до 00 часов 30 минут 23.02.2019 (регистрация трупных явлений 23.02.2019 в 03-50, приблизительное время наступления смерти 3-6 часов до момента регистрации трупных явлений, ориентировочное время причинения телесных повреждений 20 минут – 3 часа до момента наступления смерти), что соотносится с временем конфликта между ФИО13 Возможность образования всего комплекса телесных повреждений у ФИО4 в результате его падений исключена.

До пробуждения и посещения ванной комнаты на руках ФИО1 имелись следы крови, о чем дал показания свидетель ФИО10, это же он отмечал и при прибытии на место происшествия. Основания для критического отношения к показаниям данного свидетеля отсутствуют, поскольку изложенные им сведения в полной мере подтверждаются видеорядом, записанным регистратором.

Само по себе отсутствие доказательств, прямо указывающих на факты нанесения ФИО1, множественных ударов ФИО4, не порождает неустранимых сомнений в его виновности и не умаляет значение данных, установленных судом на основании косвенных доказательств.

С учетом изложенных суждений, суд принимает в качестве достоверных показания ФИО1 о факте конфликта между ним и ФИО4 и нанесении последнему 1-го удара по лицу. В остальной части показания ФИО1 (отрицающего нанесение множественных ударов пострадавшему) суд находит опровергнутыми представленными суду доказательствами. Избранная тактика поведения ФИО1 понятна суду в своем желании минимизировать степень собственной виновности и представить в лучшем свете содеянное перед иными участниками процесса, значительная часть из которых является родственниками подсудимого.

Какие-либо достоверные данные, свидетельствующие о том, что при нанесении ударов погибшему ФИО4 подсудимый желал причинить ему именно тяжкий вред здоровью, суду не представлены. В этой связи очевидно, что по отношению к последствиям в виде причинения тяжкого вреда здоровью ФИО4 подсудимый действовал с косвенным умыслом – нанося удары в область груди и живота с силой, повлекшей переломы ребер и разрывы внутренних органов, он явно осознавал общественную опасность своих действий и возможность наступления последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью, однако относился к таким последствиям безразлично.

Наличие косвенного умысла на причинение тяжкого вреда здоровью само по себе исключает предвидение подсудимым возможности наступления смерти ФИО4 при лекгомысленном отношении к подобным последствиям. По этой причине суд считает, что по отношению к смерти ФИО4 вина подсудимого характеризуется преступной небрежностью, поскольку он не предвидел возможности наступления его смерти, хотя при необходимой внимательности должен был и мог ее предвидеть.

В соответствии с вышеизложенными выводами суд изменяет обвинение ФИО1 в части описания форм его вины по отношению к наступившим последствиям. Кроме этого, суд изменяет обвинение в части определения времени совершения преступления, сокращая данный период по сравнению с установленным следствием, в соответствии с вышеизложенными выводами по данному вопросу.

Принимая во внимание заключение судебно-психиатрической экспертизы от 03.04.2019 № 1/464 и адекватность поведения ФИО1 в процессе суд признает его вменяемым и квалифицирует его действия по ч.4 ст.111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, в том числе, смягчающие и отягчающие наказание обстоятельства, влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

ФИО1 совершил умышленное особо тяжкое преступление, не судим, на учете у психиатра и нарколога не состоит, по месту жительства участковым уполномоченным полиции характеризуется удовлетворительно, по месту работы в ООО «Промэксперт» – положительно. ФИО2, состоящая в фактических брачных отношениях с подсудимым, ожидает рождения ребенка.

Смягчающими подсудимому обстоятельствами суд признает его явку с повинной, и наличие у виновного малолетнего ребенка. Какого-либо активного способствования раскрытию или расследованию преступления ФИО1 не оказывал. Также в распоряжении суда отсутствуют сведения о противоправности либо аморальности в поведении ФИО4, явившихся поводом для совершения преступления.

В соответствии с ч.1.1 ст.63 УК РФ отягчающим наказание подсудимому обстоятельством, суд признает совершение ФИО1 преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, что отражено в содержании предъявленного подсудимому обвинения. Принимая такое решение, суд исходит из того, что факт нахождения ФИО1 в состоянии опьянения во время совершения преступления следует как из его собственных показаний, так и из показаний потерпевшей и свидетелей, употреблявших алкоголь совместно с ним (ФИО5 и ФИО9). Очевидно, что это обстоятельство существенно снизило степень критичности ФИО1 к собственному поведению и явилось значимым фактором, обострившим конфликт с погибшим и обусловившим нанесение последнему множественных ударов по телу.

Принимая во внимание сведения о степени общественной опасности совершенного преступления, а также данные о личности подсудимого, суд считает, что только наказание в виде реального лишения свободы будет отвечать принципу справедливости, способствовать исправлению ФИО1 и предотвращению совершения им новых преступлений. Достаточных оснований для назначения дополнительного наказания суд не находит.

Исходя из данных о личности ФИО1, фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, суд не находит оснований для изменения категории преступления в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 9 (девять) лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО1, до вступления приговора в законную силу, оставить без изменения в виде содержания под стражей.

Срок отбывания наказания исчислять с 28.06.2019, с зачетом в этот срок времени его задержания и последующего содержания под стражей с 25.02.2019 по 27.06.2019. На основании п.«а» ч.3.1 ст.72 УК РФ время содержания ФИО1 под стражей в период с 25.02.2019 по день вступления приговора в законную силу (включительно) зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Вещественные доказательства: 1) лоскут марли со смывом вещества бурого цвета, дактилокарту трупа ФИО4, спортивные штаны, 3 отрезка липкой ленты со следами рук, ножку из-под стула – уничтожить по вступлению приговора суда в законную силу; 2) 4 DVD-диска с видеозаписями – хранить при уголовном деле.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Ярославский областной суд через Заволжский районный суд г. Ярославля в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в том же порядке и в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать как о личном участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, так и об участии адвоката.

Судья С.В. Лупанов