Решение № 12-4/2026 от 3 марта 2026 г. по делу № 12-4/2026

Дело № 12-4/2026

УИД 55MS0029-01-2025-002441-73


Р Е Ш Е Н И Е

р.п. Таврическое 4 марта 2026 года

Судья Таврического районного суда Омской области Новопашина Н.Н., при секретаре судебного заседания ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу ФИО1 на постановление мирового судьи судебного участка № в Таврическом судебном районе <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 20.35 КоАП РФ, в отношении начальника станции очистки воды Таврического группового водопровода АО «Омскоблводопровод» (д. Копейкино) ФИО1,

У С Т А Н О В И Л:

Постановлением мирового судьи судебного участка № в Таврическом судебном районе <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ начальник станции очистки воды ТГВ АО «Омскоблводопровод» ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 20.35 КоАП РФ, с назначением наказания в виде административного штрафа в размере <данные изъяты>.

В жалобе, поданной в Таврический районный суд <адрес>, заявитель просит отменить постановление мирового судьи и прекратить производство по делу, приводя следующие доводы. Указывает, что мировой судья, устанавливая вину ФИО1 в совершении административного правонарушения, руководствовался доказательствами, полученными с нарушением закона. Считает, что была нарушена процедура привлечения к ответственности со стороны прокурора при вынесении постановления от ДД.ММ.ГГГГ. Событие, вмененное ФИО1, на основании постановления от ДД.ММ.ГГГГ изменено, в связи с чем нарушено его право на судебную защиту. Мировым судьей неправильно истолкованы и применены нормы пп. «б» п. 36 Требований №, поскольку для соблюдения указанных норм достаточно, чтобы сигнал тревоги с объекта водоснабжения оперативно поступал частной охранной организации, которая обязана после получения сигнала с объекта охраны оперативно отреагировать. Фактическое наличие охраны и оповещения: между АО «Омскоблводопровод» и ООО «ЧОП «Алмаз» заключен договор №ТД/2024 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому сотрудники охраны обеспечены мобильной связью с функцией «быстрого вызова», а сигнал тревоги поступает в дежурную часть ЧОП, что, по мнению ФИО1, является надлежащим исполнением требований. Полагает, что заключение договора об оказании охранных услуг с Росгвардией необоснованно приведет к ограничению конкуренции на рынке охранных услуг. Мировой судья не дал оценку доводам ФИО1 о том, что до настоящего времени не истек срок реализации мероприятий по антитеррористической защищенности станции очистки воды Таврического группового водопровода АО «Омскоблводопровод», установленный п. 25 Требований №.

В судебном заседании ФИО1 поддержал доводы жалобы в полном объеме по основаниям, изложенной в ней.

Представитель ФИО1 - ФИО3 доводы жалобы поддержала в полном объеме, указала, что срок для выполнения мероприятий, установленный с учетом категорирования объекта, не наступил. При этом ФИО1 изначально отсутствие передачи сигнала на пульт прокурором не вменялось. Полагает, что судом первой инстанции неверно истолкованы положения пп. «б» п. 36 Постановления Правительства РФ №. Кроме того, в качестве дополнительных доводов жалобы указала, что согласно рекомендациям Приказа Минстроя России, для объекта с учетом его категории, не требуется передача сигнала тревоги в Дежурную часть территориального органа Росгвардии и других подразделений, а передача сигналов тревоги в дежурное подразделение с круглосуточным режимом частной охранной организации допускается, но на усмотрение руководителя водоснабжающей организации. Считает, что постановление по делу об административном правонарушении в отношении ФИО1 является незаконным, просит производству по делу прекратить.

В судебном заседании представитель ФИО1 - ФИО6 доводы жалобы поддержал в полном объеме, просил постановление отменить, производство по делу об административном правонарушении прекратить.

Прокурор ФИО4 в судебном заседании просила постановление мирового судьи оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 без удовлетворения. Согласно письменных возражений прокурор указал, что прокуратурой в рамках реализации надзорных полномочий было вынесено решение о проведении проверки в отношении АО «Омскоблводопровод». В ходе проверочных мероприятий установлен факт совершения ФИО1 действий, содержащих признаки административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 20.35 КоАП РФ. Доказательства получены в соответствии с требованиями ст. 26.2 КоАП РФ. Возвращение материалов для устранения недостатков направлено на обеспечение полноты и всесторонности изучения дела и не свидетельствует об отсутствии состава административного правонарушения. Факт совершения административного правонарушения ФИО1 подтверждается первичными материалами проверки. Доказательства собраны законным путем в установленные сроки. Доводы ФИО1 о том, что у сотрудников охраны имеется сотовый телефон с кнопкой быстрого набора группы быстрого реагирования, противоречит требования подп. «б» п. 36 Постановления №, поскольку в судебном заседании установлено, что ООО ЧОП «Алмаз» не имеет пульта централизованной охраны. Кроме того, указывает, что прокуратурой установлено, что АО «Омскоблводопровод» был заключен договор от ДД.ММ.ГГГГ № с Управлением вневедомственной охраны войск национальной гвардии об охране объектов. На момент проведения проверки комиссии, составления акта обследования и категорирования объекта водоснабжения, который подписан ДД.ММ.ГГГГ у АО «Омскоблводопровод» был заключен договор, соответственно данное требование п. 36 Постановления Правительства РФ № на момент проверки исполнено и не включено в план мероприятий с установлением срока реализации. Полагает, что срок 5 лет не дает права снижать уровень безопасности объекта в течении 5 лет. С момента присвоения категории АО «Омскоблводопровод» до момента проверки прокуратурой снижены условия антитеррористической защищенности. Кроме того, между АО «Омскоблводопровод» и ООО ЧОП «Инвест» заключен договор, а у ООО ЧОП «Инвест» заключен договор с Управлением вневедомственной охраны войск национальной гвардии об охране объектов с использованием кнопки тревожной сигнализации, что свидетельствуют о том, что ответственные лица АО «Омскоблводопровод» осознают необходимость наличия данной технической возможности для соблюдения норм антитеррористической защищенности.

Заслушав участников процесса, исследовав материалы дела об административном правонарушении, проверив законность и обоснованность вынесенного постановления, суд приходит к следующему.

Согласно ч. 3 ст. 30.6 КоАП РФ судья не связан с доводами жалобы и проверяет дело в полном объеме.

В соответствии с ч. 1 ст. 2.1 КоАП РФ административным правонарушением признается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое настоящим Кодексом или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность.

Исходя из положений ст. 1.5 КоАП РФ лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина. Лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, считается невиновным, пока его вина не будет доказана в порядке, предусмотренном настоящим Кодексом, и установлена вступившим в законную силу постановлением судьи, органа, должностного лица, рассмотревших дело. Лицо, привлекаемое к административной ответственности, не обязано доказывать свою невиновность. Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица.

В соответствии со ст. 24.1 КоАП РФ задачами производства по делам об административных правонарушениях являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом, обеспечение исполнения вынесенного постановления, а также выявление причин и условий, способствовавших совершению административных правонарушений.

Частью 1 статьи 20.35 КоАП РФ предусмотрено, что нарушение требований к антитеррористической защищенности объектов (территорий) либо воспрепятствование деятельности лица по осуществлению возложенной на него обязанности по выполнению или обеспечению требований к антитеррористической защищенности объектов (территорий), за исключением случаев, предусмотренных частью 2 настоящей статьи, статьями 11.15.1 и 20.30 настоящего Кодекса, если эти действия не содержат признаков уголовно наказуемого деяния влечет наложение административного штрафа на граждан в размере от трех тысяч до пяти тысяч рублей; на должностных лиц - от тридцати тысяч до пятидесяти тысяч рублей или дисквалификацию на срок от шести месяцев до трех лет; на юридических лиц - от ста тысяч до пятисот тысяч рублей.

В соответствии со ст. 1 Федерального закона от 6 марта 2006 г. №35-ФЗ «О противодействии терроризму» правовую основу противодействия терроризму составляют Конституция Российской Федерации, общепризнанные принципы и нормы международного права, международные договоры Российской Федерации, настоящий Федеральный закон и другие федеральные законы, нормативные правовые акты Президента Российской Федерации, нормативные правовые акты Правительства Российской Федерации, а также принимаемые в соответствии с ними нормативные правовые акты других федеральных органов государственной власти.

Согласно ст. 2 Федерального закона от 6 марта 2006 г. №35-ФЗ «О противодействии терроризму» противодействие терроризму в Российской Федерации основывается на следующих основных принципах: обеспечение и защита основных прав и свобод человека и граждан, приоритет мер предупреждения терроризма, минимизация и (или) ликвидация последствий проявлений терроризма, соизмеримость мер противодействия терроризму степени террористической опасности.

Согласно ст. 3 Федерального закона от 6 марта 2006 года №35-ФЗ «О противодействии терроризму» противодействие терроризму - деятельность органов государственной власти и органов местного самоуправления, а также физических и юридических лиц по предупреждению терроризма, в том числе по выявлению и последующему устранению причин и условий, способствующих совершению террористических актов (профилактика терроризма); выявлению, предупреждению, пресечению, раскрытию и расследованию террористического акта (борьба с терроризмом); минимизации и (или) ликвидации последствий проявлений терроризма.

Антитеррористическая защищенность объекта (территории) - состояние защищенности здания, строения, сооружения, иного объекта, места массового пребывания людей, препятствующее совершению террористического акта, а террористический акт - как совершение взрыва, поджога или иных действий, устрашающих население и создающих опасность гибели человека, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных тяжких последствий, в целях дестабилизации деятельности органов власти или международных организаций либо воздействия на принятие ими решений, а также угроза совершения указанных действий в тех же целях.

В соответствии с ч. 3.1 ст. 5 Федерального закона от 6 марта 2006 г. №35-ФЗ «О противодействии терроризму» юридические лица обеспечивают выполнение требований к антитеррористической защищенности объектов (территорий) в отношении объектов, находящихся в их собственности или принадлежащих им на ином законном основании.

В соответствии с п. 4 ч. 2 ст. 5 Федерального закона от 6 марта 2006 года №35-ФЗ «О противодействии терроризму» Правительство Российской Федерации устанавливает обязательные для выполнения требования к антитеррористической защищенности объектов (территорий), категории объектов (территорий), порядок разработки указанных требований и контроля за их выполнением, порядок разработки и форму паспорта безопасности таких объектов (территорий) (за исключением объектов транспортной инфраструктуры, транспортных средств и объектов топливно-энергетического комплекса).

В рамках реализации данных полномочий издано постановление Правительства РФ от 23 декабря 2016 года №467 «Об утверждении требований к антитеррористической защищенности объектов водоснабжения и водоотведения, формы паспорта безопасности объекта водоснабжения и водоотведения и о внесении изменений в некоторые акты Правительства Российской Федерации».

В соответствии с п. 4 Требований ответственность за антитеррористическую защищенность объектов водоснабжения и водоотведения возлагается на руководителей организаций, осуществляющих эксплуатацию объектов водоснабжения и водоотведения в соответствии с Федеральным законом «О водоснабжении и водоотведении», а также на должностных лиц, осуществляющих непосредственное руководство деятельностью работников на объекте водоснабжения и водоотведения.

Под объектами водоснабжения и водоотведения для целей настоящих требований следует понимать территориально обособленные (расположенные в пределах внешнего периметра, границы которого установлены в соответствии с законодательством Российской Федерации) комплексы зданий, сооружений и оборудования, предназначенные для осуществления водоснабжения (водозаборы (в том числе входящие в их состав гидротехнические сооружения), очистные сооружения водопровода, водопроводные насосные станции, резервуары, водонапорные башни) и водоотведения (очистные сооружения канализации (в том числе входящие в их состав гидротехнические сооружения), канализационные насосные станции), входящие в состав централизованных и нецентрализованных систем холодного и горячего водоснабжения, а также водоотведения (за исключением водопроводных и канализационных сетей) (п. 2 Постановления №1467).

В силу пп. «б» п. 36 Постановления №1467 объекты водоснабжения и водоотведения независимо от установленной категории при наличии соответствующей технической возможности оборудуются, в том числе системой тревожно-вызывной сигнализации (за исключением объектов водоснабжения и водоотведения, указанных в пункте 35 настоящих требований), с помощью которой сотрудники подразделения охраны объекта водоснабжения и водоотведения и работники объекта водоснабжения и водоотведения при необходимости могут оперативно передать сигнал тревоги на пульт централизованной охраны вневедомственной охраны полиции или дежурного подразделения с круглосуточным режимом работы ведомственной охраны либо частной охранной организации, сотрудники которых в установленном в договоре на оказание охранных услуг порядке принимают меры реагирования на данную сигнальную информацию.

Из материалов дела следует, что на основании решения о проведении проверки прокурора <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №-к-25 по поручению <адрес> проведена проверка деятельности АО «Омскоблводопровод» на объектах, расположенных по адресу: <адрес>, на предмет соблюдения антитеррористического законодательства.

Основанием привлечения ФИО1 к ответственности на основании ч. 1 ст. 20.35 КоАП РФ послужили выводы мирового судьи о том, что ФИО1, являясь начальником станции очистки воды АО «Омскоблводопровод», расположенной по адресу: <адрес>, ответственным за соблюдение требований федерального законодательства об антитеррористической защищенности на объекте водоснабжения, в нарушение положений ст. 2, п. 4 ч. 2 ст. 5 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №35-ФЗ «О противодействии терроризму» не выполнил обязательные для исполнения требования антитеррористической защищенности объекта водоснабжения, установленные пп. «б» п. 36 Постановления Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, а именно не обеспечил оборудование названного объекта водоснабжения системой тревожно-вызывной сигнализации, с помощью которой сотрудники подразделения охраны объекта водоснабжения и водоотведения и работники объекта водоснабжения и водоотведения при необходимости могут оперативно передать сигнал тревоги на пульт централизованной охраны вневедомственной охраны полиции или дежурного подразделения с круглосуточным режимом работы ведомственной охраны либо частной охранной организации, сотрудники которых в установленном в договоре на оказание охранных услуг порядке принимают меры реагирования на данную сигнальную информацию.

Данные обстоятельства подтверждаются собранными по делу доказательствами, перечисленными в обжалуемом судебном акте, получившими оценку с точки зрения их относимости, допустимости и достаточности, по правилам ст. 26.11 КоАП РФ.

Таким образом, вина должностного лица - начальника станции очистки воды Таврического группового водопровода АО «Омскоблводопровод» <адрес>) ФИО1 в совершении административного правонарушения полностью нашла свое подтверждение при рассмотрении дела мировым судьей, доказана имеющимися материалами дела, его действия правильно квалифицированы по ч. 1 ст. 20.35 КоАП РФ.

На основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ №-лс ответственным за антитеррористическую защищенность объекта является начальник станции очистки воды Таврического группового водопровода АО «Омскоблводопровод» (д. Копейкино) ФИО1, на которого в соответствии с должностной инструкцией возложена обязанность по соблюдению требований федерального законодательства по антитеррористической защищенности.

Выводы мирового судьи о виновности ФИО1 в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 20.35 КоАП РФ, являются правильными, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся доказательствам.

Действия ФИО1 квалифицированы в соответствии с установленными обстоятельствами и требованиями КоАП РФ.

Порядок и срок давности привлечения ФИО1 к административной ответственности соблюдены.

В силу ч. 2 ст. 28.4 КоАП РФ о возбуждении дела об административном правонарушении прокурором выносится постановление, которое должно содержать сведения, предусмотренные ст. 28.2 названного Кодекса. В данном случае постановление прокурора Таврического районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ требованиям указанной нормы соответствует.

При возбуждении дела об административном правонарушении ФИО1 присутствовал, положения ст. 51 Конституции Российской Федерации и ст. 25.1 КоАП РФ ему разъяснялись под расписку, что подтверждается подписями ФИО1 в соответствующих графах постановления.

Право ФИО1 на защиту при производстве по делу не нарушено.

Каких-либо неустранимых сомнений в виновности, недостатков процессуальных документов, как и доказательств нарушений требований законности, не имеется, положения ст. 1.5 и ст. 1.6 КоАП РФ не нарушены.

Доводы жалобы о том, что не истек срок реализации мероприятий по антитеррористической защищенности СОВ ТГВ, а также то, что передача сигналов тревоги в дежурное подразделение с круглосуточным режимом частной охранной организации допускается для указанного объекта с учетом присвоенной категории по усмотрению руководителя основан на неверном толковании норм права, не опровергают наличие в действиях ФИО1 объективной стороны состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 20.35 КоАП РФ, и не ставят под сомнение законность и обоснованность обжалуемого судебного постановления, которое является мотивированным, и соответствуют требованиям ст. 29.10 КоАП РФ.

Все доводы поданной жалобы направлены на переоценку установленных по делу фактических обстоятельств. Аналогичные доводы были предметом проверки мирового судьи, не нашли своего подтверждения в материалах настоящего дела об административном правонарушении, противоречат совокупности собранных по делу доказательств, обоснованно отвергнуты по основаниям, изложенным в постановлении мирового судьи.

Административное наказание назначено привлекаемому лицу в пределах санкции ч. 1 ст. 20.35 КоАП РФ.

На основании изложенного прихожу к выводу, что постановление мирового судьи является законным и обоснованным, а оснований для его отмены или изменения, в том числе по доводам жалобы, не имеется.

Руководствуясь ст. 30.7 КоАП РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Постановление мирового судьи судебного участка № в Таврическом судебном районе <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу об административном правонарушении в отношении ФИО1, привлеченного за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 20.35 КоАП РФ, оставить без изменения, жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Решение вступает в законную силу немедленно, при этом может быть обжаловано в порядке, установленном ст. 30.12-30.14 КоАП РФ, в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции.

Судья ФИО5