Апелляционное определение № 33-2592/2025 33-78/2026 от 19 января 2026 г.

УИД 47RS0004-01-2023-008008-20

суд первой инстанции № 2-2186/2024

суд апелляционной инстанции № 33-78/2026 (№ 33-2592/2025)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 20 января 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда в составе:

председательствующего судьи Соломатиной С. И.,

судей Ильичевой Т. В., Тумашевич Н. С.,

при секретаре Язеве В. В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2186/2024 по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Всеволожского городского суда Ленинградской области от 24 сентября 2024 года, которым ФИО1 отказано в удовлетворении требований к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения, компенсации произведенных по кредитным договорам выплат, денежных средств, потраченных на ремонт имущества.

Заслушав доклад судьи Ленинградского областного суда Соломатиной С. И., объяснения представителя истца ФИО1 – адвоката Ликандровой Я. В., судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда

установила:

ФИО1 6 июля 2023 года обратилась во Всеволожский городской суд Ленинградской области с иском к ФИО2 и просила взыскать с ответчика:

неосновательное обогащение в размере 411 292 руб.;

компенсацию ? доли произведенных выплат по договору потребительского кредита №, заключенному между ФИО2 и ПАО «Почта Банк» 21 сентября 2016 года, и кредитному договору <***>, заключенному между ФИО2 и АКБ «Абсолют Банк» (ПАО) 13 апреля 2017 года, в размере 267 023,26 руб.;

денежные средства, потраченные на ремонт и обустройство принадлежащей ответчику на праве собственности квартиры, в размере 947 887 руб.

ФИО1 просила также возместить ей расходы по уплате государственной пошлины в размере 16 331 руб. и расходы на оплату услуг представителя в размере 50 000 руб.

Требования мотивированы тем, что стороны состояли в браке с 3 марта 2018 года, на день подачи иска находятся в стадии оформления прекращения брачных отношений. До регистрации брака в период совместного проживания сторон ответчик 16 сентября 2016 года заключил с ЗАО «РосСтройИнвест» договор участия в долевом строительстве № 26 февраля 2020 года за ним зарегистрировано право собственности на квартиру по адресу: <адрес>. Для исполнения обязательств по договору участия в долевом строительстве ответчик 21 сентября 2016 года заключил с ПАО «Почта Банк» договор потребительского кредита № на сумму 500 000 руб. 13 апреля 2017 года ответчик заключил с АКБ «Абсолют Банк» (ПАО) ипотечный кредитный договор <***> на сумму 1 300 000 руб. ФИО1, ссылаясь на то, что до заключения брака с ответчиком она внесла личные денежные средства по поименованным кредитным договорам в сумме 411 292 руб. (350 700 руб. ПАО «Почта Банк» и 60 592 руб. АКБ «Абсолют Банк» (ПАО)), полагала, что указанная денежная сумма составляет неосновательное обогащение ответчика. Истец ФИО1, ссылаясь на то, что после заключения брака с ответчиком за счет общих денежных средств производилось погашение долга по спорным кредитным договорам и внесено ПАО «Почта Банк» 296 110,52 руб., АКБ «Абсолют Банк» (ПАО) 237 936 руб., а всего 534 046,52 руб., полагала, что имеет право на взыскание с ответчика в соответствии с нормами Семейного кодекса Российской Федерации ? доли от этой суммы - 267 023,26 руб. ФИО1, ссылаясь на то, что в приобретенной ответчиком квартире в период брака за счет ее личных денежных средств были произведены улучшения: установлены фасадное остекление, межкомнатная дверь, входная дверь, натяжной потолок, поклеены обои; в квартиру приобретены кухонный гарнитур, встраиваемый духовой шкаф, мойка, телевизор, на что затрачено 947 887 руб., полагала, что ответчик должен выплатить ей указанную сумму в соответствии со статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Ответчик ФИО2 возражал относительно заявленных требований, в том числе заявил о пропуске истцом срока исковой давности.

Решением Всеволожского городского суда Ленинградской области от 24 сентября 2024 года ФИО1 в удовлетворении требований к ФИО2 отказано в полном объеме.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит отменить судебный акт и принять по делу новое решение об удовлетворении требований. Апеллянт указывает, что судом не учтена правовая позиция, изложенная в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 5 марта 2024 года № согласно которой исполнение супругом личного обязательства, возникшего до заключения брака, за счет совместных доходов супругов порождает у другого супруга право требовать возмещения половины потраченных средств с учетом доказанности факта несения таких расходов. ФИО1 полагает, что суд необоснованно отказал ей в удовлетворении требований о взыскании с ответчика неосновательного обогащения в размере 411 292 руб. и не исследовал причины осуществления ею этих выплат; указывает, что ремонт квартиры ответчика произведен за счет ее личных денежных средств.

Проверив дело, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав объяснения представителя истца, полагая возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников процесса в соответствии с положениями статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда приходит к следующему.

Как установлено судом и усматривается из материалов дела, 3 марта 2018 года ФИО2 и <данные изъяты> (после заключения брака – ФИО3) М. П. заключили брак. Стороны проживали совместно до заключения брака.

16 сентября 2016 года ФИО2 заключил с ЗАО «РосСтройИнвест» договор участия в долевом строительстве №; 26 февраля 2020 года за ним зарегистрировано право собственности на квартиру по адресу: <адрес>.

Для исполнения обязательств по договору участия в долевом строительстве от 16 сентября 2016 года, ФИО2 21 сентября 2016 года заключил с ПАО «Почта Банк» договор потребительского кредита №, по условиям которого кредитный лимит составил 680 000 руб., выдано 500 000 руб., установлено 60 платежей (до 21 сентября 2021 года), проценты в размере 29,50% годовых.

13 апреля 2017 года между ФИО2 и ПАО «Абсолют Банк» был заключен договор <***> на предоставление кредита в размере 1 300 000 руб. на срок 240 месяцев в целях внесения платы по договору долевого участия в строительстве многоквартирного жилого дома от 16 сентября 2016 года с условием о залоге являющейся предметом договора долевого участия квартиры по адресу: <адрес>.

До 3 марта 2018 года были произведены платежи по указанным выше кредитным договорам: 350 700 руб. ПАО «Почта Банк» и 60 592 руб. АКБ «Абсолют Банк» (ПАО).

После 3 марта 2018 года были произведены платежи по указанным выше кредитным договорам: ПАО «Почта Банк» 296 110,52 руб., АКБ «Абсолют Банк» (ПАО) 237 936 руб., а всего 534 046,52 руб.

Указанные обстоятельства стороной ответчика не оспариваются.

При рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции по ходатайству стороны истца проведена судебная экспертиза.

В соответствии с заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, подготовленным ООО «Центр оценки и экспертизы», на день проведения оценки рыночная стоимость неотделимых улучшений, произведенных в квартире по адресу: <адрес>, а также находящегося в ней имущества: кухонного гарнитура и встраиваемой техники, телевизора составила 1 886 181 руб.

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, подготовленным ООО «Центр оценки и экспертизы», кухонный гарнитур, находящийся в квартире изготовлен по индивидуальному заказу по договору от 30 декабря 2022 года.

Суд первой инстанции, разрешая спор, пришел к выводу об отсутствии на стороне ответчика неосновательного обогащения и указал, что ФИО1 вносила денежные средства в счет погашения долга ответчика по спорным кредитным договорам добровольно, в отсутствие каких-либо обязательств, а также без встречного предоставления. Кроме этого, суд с учетом подачи настоящего иска в суд (3 марта 2018 года) счел заслуживающими внимания доводы ответчика относительно пропуска истцом срока исковой давности о возврате полученного ответчиком до вступления в брак, то есть до 3 марта 2018 года. Суд указал, что само по себе осуществление ремонта квартиры ответчика за счет собственных средств истца, в случае установления такого обстоятельства, не влечет для истца получения имущественного права на возмещение стоимости ремонтных работ после прекращения брачных отношений с ответчиком, поскольку для состава неосновательного обогащения необходимо наличие соответствующих возмездных соглашений между владельцем квартиры (ответчиком) и истцом о приобретении последним после завершения ремонтных работ имущественных благ. Между тем какого-либо соглашения о порядке пользования квартирой, устанавливающего определенные возмездные обязательства, сторонами не заключалось. Суд пришел к выводу о недоказанности ФИО1 обстоятельств осуществления неотделимых улучшений за ее счет, а также стоимости этих улучшений.

Судебная коллегия по гражданским делам не усматривает оснований для отмены решения суда в части отказа ФИО1 в удовлетворении требований к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения в размере 411 292 руб.

Так, в соответствии со статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного кодекса (пункт 1).

Правила, предусмотренные главой 60 данного кодекса, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2).

Чтобы квалифицировать отношения как возникшие из неосновательного обогащения, они должны обладать признаками, определенными статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату.

Согласно пункту 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

С учетом названной нормы денежные средства и иное имущество не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения, если будет установлено, что воля передавшего их лица осуществлена в отсутствие обязательств, то есть безвозмездно и без встречного предоставления - в дар либо в целях благотворительности.

Суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что в период внесения денежных средств в размере 411 292 руб. по кредитным договорам, заключенным ответчиком ФИО2 с ПАО «Почта Банк» (21 сентября 2016 года), с АКБ «Абсолют Банк» (ПАО) (13 апреля 2017 года), стороны проживали совместно без регистрации брака, какие-либо соглашения относительно исполнения истцом обязательств ответчика по указанным кредитным договорам заключено не было, что дает основания согласиться с выводами суда первой инстанции о том, что ФИО1 в силу личных отношений с ответчиком погашала основной долг и платила проценты по кредитным договорам в отсутствие каких-либо обязательств перед ответчиком, добровольно, безвозмездно и без встречного предоставления (т. е. в дар), а потому в силу пункта 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации потраченные таким образом истцом денежные средства в указанном размере не подлежат взысканию с ФИО2 в качестве неосновательного обогащения.

Кроме этого суд первой инстанции при разрешении указанного требования правильно применил нормы права о сроке исковой давности по заявлению стороны ответчика.

Так, в соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно пункту 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности устанавливается в три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 этого кодекса.

В силу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что по смыслу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока давности по иску, вытекающему из нарушения одной стороной договора условия об оплате товара (работ, услуг) по частям, начинается в отношении каждой отдельной части. Срок давности по искам о просроченных повременных платежах (проценты за пользование заемными средствами, арендная плата и т.п.) исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу.

Поскольку настоящий иск был подан 6 июля 2023 года, учитывая приведенные нормы материального закона и разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о пропуске истцом трехлетнего срока исковой давности по требованию истца о взыскании с ответчика денежных средств в размере 411 292 руб., внесенных по спорным кредитным договорам до заключения сторонами брака ДД.ММ.ГГГГ

Вместе с тем при разрешении исковых требований ФИО1 суд первой инстанции не учел следующее.

Согласно пункту 1 статьи 33 Семейного кодекса Российской Федерации законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности.

В силу статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 36 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам (имущество каждого из супругов), является его собственностью.

Пунктом 3 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что общие долги супругов при разделе общего имущества супругов распределяются между супругами пропорционально присужденным им долям.

В абзацах первом, втором и четвертом пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 года № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака» разъяснено, что общей совместной собственностью супругов, подлежащей разделу (пункты 1 и 2 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации), является любое нажитое ими в период брака движимое и недвижимое имущество, которое в силу статей 128, 129, пунктов 1 и 2 статьи 213 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть объектом права собственности граждан, независимо от того, на имя кого из супругов оно было приобретено или внесены денежные средства, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества. Раздел общего имущества супругов производится по правилам, установленным статьями 38, 39 Семейного кодекса Российской Федерации и статьей 254 Гражданского кодекса Российской Федерации. Стоимость имущества, подлежащего разделу, определяется на время рассмотрения дела. В состав имущества, подлежащего разделу, включается общее имущество супругов, имеющееся у них в наличии на время рассмотрения дела либо находящееся у третьих лиц. При разделе имущества учитываются также общие долги супругов (пункт 3 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации) и право требования по обязательствам, возникшим в интересах семьи. Не является общим совместным имущество, приобретенное хотя и во время брака, но на личные средства одного из супругов, принадлежавшие ему до вступления в брак, полученное в дар или в порядке наследования, а также вещи индивидуального пользования, за исключением драгоценностей и других предметов роскоши (статья 36 Семейного кодекса Российской Федерации).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 1 марта 2011 года № 352-О-О, законодательство предусматривает способы защиты прав супруга, полагающего, что личные обязательства другого супруга исполнялись за счет их общего имущества, в частности право требовать компенсацию соразмерно его доле в общем имуществе супругов (по правилам главы 60 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Приведенные положения действующего законодательства, разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации при рассмотрении исковых требований ФИО1 о взыскании с ФИО2 денежных сумм в счет компенсации ? доли уплаченных средств по спорным кредитным договорам, затраченных на ремонт и обустройство приобретенной ответчиком квартиры судом первой инстанции не учтены.

При этом стороной ответчика не представлены относимые, допустимые и достоверные доказательства в опровержение того, что после регистрации брака ДД.ММ.ГГГГ и до прекращения сторонами брачных отношений внесение денежных средству по заключенным ФИО2 кредитным договорам № от ДД.ММ.ГГГГ с ПАО «Почта Банк» (в размере 296 110,52 руб.) и <***> от ДД.ММ.ГГГГ с АКБ «Абсолют Банк» (ПАО) (в размере 237 936 руб.) на общую сумму 534 046,52 руб., а также ремонт и обустройство квартиры по адресу: <адрес>, право собственности на которую за ФИО2 зарегистрировано 26 февраля 2020 года, производились исключительно за счет личных денежных средств ответчика.

Также стороной истца не представлены доказательства того, что ремонт и обустройство квартиры ответчика производились исключительно за счет личных денежных средств истца.

Представленные ответчиком доказательства о получении им денежных средств от продажи личного имущества, истцом о получении денежных переводов от матери, алиментов на содержание ребенка, не подтверждают того, что эти денежные средства были израсходованы именно на цели погашения кредитных обязательств ответчика, ремонт и обустройство квартиры ответчика.

С учетом изложенного, судебная коллегия полагает доказанным то обстоятельство, что погашение кредитных обязательств ответчика, ремонт и обустройство квартиры ответчика в юридически значимый период времени были осуществлены за счет общих совместных средств истца и ответчика.

Поскольку судом первой инстанции не были в полной мере правильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела, при рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции был расширен круг доказательств, и стороной истца представлены доказательства о стоимости неотделимых улучшений, произведенных в квартире, а также находящегося в ней имущества, которая согласно экспертному заключению ООО «Центр оценки и экспертизы» № от 28 ноября 2025 года составила 1 886 181 руб.

Судебная коллегия по гражданским делам полагает, что экспертные заключения ООО «Центр оценки и экспертизы» № от 18 ноября 2025 года и № от 28 ноября 2025 года могут быть приняты в качестве доказательств, поскольку экспертиза проведена уполномоченной организацией на основании определения суда, с соблюдением установленного процессуального порядка, лицами, обладающими специальными познаниями для разрешения поставленных перед ними вопросов.

При проведении экспертизы экспертами были изучены все представленные материалы, заключения даны с соблюдением процедуры, обеспечивающей ответственность экспертов за результаты исследования, проведенный экспертный анализ основан на специальной литературе, экспертами даны ответы на все поставленные судом вопросы.

Стороной ответчика экспертные заключения в установленном порядке не оспорены.

Таким образом, судебная коллегия по гражданским делам признает правомерными требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании с него ? доли денежных средств, уплаченных по спорным кредитным договорам (534 046,52 руб. : 2 = 267 023,26 руб.), ? доли денежных средств, затраченных на ремонт и обустройство приобретенной ответчиком квартиры с учетом остающихся в квартире отделимых улучшений (1 886 181 : 2 = 943 090,50 руб.), в период после регистрации брака ДД.ММ.ГГГГ и до прекращения сторонами брачных отношений, всего на сумму 1 210 113,76 руб. (267 023,26 руб. + 943 090,50 руб.).

Доводы стороны ответчика о пропуске истцом срока исковой давности по указанным требованиям подлежат отклонению как необоснованные.

Так, в абзаце 2 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, регулирование сроков для обращения в суд, включая их изменение и отмену, относится к компетенции законодателя; установление этих сроков обусловлено необходимостью обеспечить стабильность правоотношений и не может рассматриваться как нарушение права на судебную защиту (Постановление от 15 февраля 2016 года № 3-П; определения от 3 октября 2006 года № 439-О, от 2 декабря 2013 года № 1908-О и др.); данный вывод в полной мере распространяется и на гражданско-правовой институт исковой давности (определения от 29 мая 2012 года № 894-О, от 22 апреля 2014 года № 752-О и др.), в частности на определение законодателем момента начала течения указанного срока (определения от 24 июня 2008 года № 364-О-О, от 17 июля 2018 года № 1744-О и др.). При этом положения статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, в частности ее пункт 1, наделяют суд необходимыми дискреционными полномочиями по определению момента начала течения срока исковой давности исходя из фактических обстоятельств дела с учетом специфики соответствующих требований (определения от 16 июля 2015 года № 1681-О, от 29 сентября 2016 года № 1982-О, от 26 февраля 2021 года № 291-О, от 28 сентября 2021 года № 1756-О).

Как установлено судом, стороны состояли в браке с ДД.ММ.ГГГГ, на день подачи иска (ДД.ММ.ГГГГ) их брак не был прекращен. Стороной ответчика не представлены доказательства о фактическом прекращении брачных отношений за три года до обращения ФИО1 в суд с настоящим иском.

Поскольку брачно-семейные отношения характеризуются, в частности, взаимным уважением и взаимной заботой членов семьи, ведением общего хозяйства, использованием общего имущества супругов, а также личного имущества супругов в интересах семьи, то ФИО1 до момента фактического прекращения брачных отношений не могла знать о возникновении на стороне ответчика неосновательного обогащения в виде уплаченных платежей в счет погашения его личных обязательств, улучшения его личного имущества.

Следовательно, истцом не пропущен срок исковой давности по требованиям к ФИО2 о взыскании с него ? доли денежных средств, уплаченных по спорным кредитным договорам в размере 267 023,26 руб.), ? доли денежных средств, затраченных на ремонт и обустройство приобретенной ответчиком квартиры с учетом остающихся в квартире отделимых улучшений в размере 943 090,50 руб., всего на сумму 1 210 113,76 руб.

При таком положении судебная коллегия по гражданским делам отменяет решение Всеволожского городского суда Ленинградской области от 24 сентября 2024 года в остальной части, принимает в этой части новое решение о частичном удовлетворении требований ФИО1 к ФИО2 и взыскивает с ответчика в пользу истца денежную сумму в размере 1 210 113,76 руб.

В оставшейся части требования истца о взыскании с ответчика денежных средств, затраченных на ремонт и обустройство квартиры (была заявлена сумма 947 887 руб.), не подтверждены и удовлетворению не подлежат.

С учетом положений статей 88, 94, 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия по гражданским делам признает расходы истца на оплату услуг представителя в размере 50 000 руб. (т. 1, л.д. 84, 86-87) относящимися к настоящему делу и разумными. Поскольку требования истца удовлетворены на 74,41% от заявленных (были заявлены требования на сумму 1 626 202,26 руб., удовлетворены на сумму 1 210 113,76 руб.), то с ответчика в пользу истца подлежит взысканию денежная сумма в качестве возмещения расходов на оплату услуг представителя в размере 37 205 руб. (74,41% от 50 000 руб.).

Соответственно, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию денежная сумма в качестве возмещения расходов на оплату государственной пошлины в размере 12 152 руб. (74,41% от 16 331 руб. (т. 1, л.д. 9)).

С учетом изложенного, руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда

определила:

решение Всеволожского городского суда Ленинградской области от 24 сентября 2024 года в части отказа ФИО1 в удовлетворении требований к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения в размере 411 292 руб. оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 на решение в указанной части оставить без удовлетворения.

В остальной части решение Всеволожского городского суда Ленинградской области от 24 сентября 2024 года отменить и принять в указанной части новое решение.

Требования ФИО1 к ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 <данные изъяты>) в пользу ФИО1 (<данные изъяты>) денежную сумму в размере 1 210 113,76 руб., возмещение расходов по уплате государственной пошлины в размере 12 152 руб., расходов по оплате услуг представителя в размере 37 205 руб.

Отказать ФИО1 в удовлетворении требований к ФИО2 в остальной части.

Председательствующий:

Судьи:

Судья: Курбатова Э. В.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 3 февраля 2026 года.