Апелляционное определение № 33-3143/2026 от 6 апреля 2026 г.

Судья: Отт С.А. Дело № 2-846/2025

Докладчик: Мельчинский С.Н. Дело № 33-3143/2026

УИД 54RS0032-01-2025-001034-12


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Новосибирского областного суда в составе:

Председательствующего Зиновьевой Е.Ю.,

Судей Белик Н.В., Мельчинского С.Н.,

При секретаре Гузь К.М.

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Новосибирске 07 апреля 2026 года гражданское дело по апелляционной жалобе представителя ФИО1 - ФИО2 на решение Ордынского районного суда Новосибирской области от 06 ноября 2025 года по гражданскому делу по иску ФИО1 к ФИО3 о признании договора дарения недействительным, признании права собственности.

Заслушав доклад судьи Новосибирского областного суда Мельчинского С.Н., объяснения ФИО1, представителя ФИО4 ФИО5 судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3, в котором указал, что на основании договора дарения от 07.09.2019, заключенного между ним и ответчиком, он безвозмездно передал в дар ФИО6 следующие объекты:

земельный участок площадью 500 кв.м с кадастровым номером 54:20:010802:35, расположенный по адресу: <адрес>, р.<адрес>, некоммерческое садовое товарищество «Вишня», <адрес> и земельный участок площадью 600 кв.м с кадастровым номером 54:20:010501:24, расположенный по адресу: <адрес>, р.<адрес>, некоммерческое садовое товарищество «Рябинка», <адрес>.

Как указывает истец, фактически между ними существовала договорённость о возврате вышеуказанных земельных участков в его собственность, поскольку договор дарения был заключен в условиях, которые могут быть квалифицированы как кабальная сделка, поскольку на момент заключения договора он находился в тяжёлой жизненной ситуации, вызванной наличием исполнительных производств, задолженностей по коммунальным услугам, кредитным платежам и возмещению ущерба.

Ответчик, зная о сложившихся обстоятельствах, воспользовался этим, что привело к заключению сделки на крайне невыгодных условиях. Кроме того, между истцом и ответчиком существовала договорённость о возврате указанных земельных участков в его собственность, что подтверждается перепиской и свидетельскими показаниями.

В сентябре 2024 года он обратился к ответчику с просьбой оформления договора дарения вышеуказанных земельных участков обратно в его собственность, но получил отказ.

С 07.09.2019 ответчик не принимает никаких мер по надлежащему содержанию данных земельных участков, не производит их обработку и не оплачивает налоги и членские взносы, при этом после оформления договора дарения, истец продолжал оплачивать налоги за данные земельные участки.

Данное имущество имеет для истца большую ценность: спорный земельный участок в СНТ «Вишня» принадлежал его отцу, земельный участок НСТ «Рябинка», ул. Восточная, 15, принадлежал ему с 1993 года. В настоящее время существует угроза потери подаренных вещей.

Действия ответчика, выраженные в отказе от взаимодействия, ненадлежащем содержании земельных участков, неуплате налогов и членских взносов, а также в угрозах продажи участков третьим лицам, создают реальную угрозу утраты имущества, имеющего для истца большую неимущественную ценность.

С учетом уточнений истец просит признать договор дарения от 07.09.2019, заключённый между ФИО1 и ФИО4, недействительным, аннулировать в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним записи о государственной регистрации права собственности ФИО4 на земельные участки, расположенные по адресам: <адрес>, р.<адрес>, некоммерческое садовое товарищество «Вишня», <адрес>, кадастровый №; <адрес>, р.<адрес>, некоммерческое садовое товарищество «Рябинка», <адрес>, кадастровый №, восстановить право собственности ФИО1 на указанные земельные участки.

Решением Ордынского районного суда Новосибирской области от 06 ноября 2025 г. исковые требования ФИО1 оставлены без удовлетворения.

С постановленным решением выражает несогласие представитель ФИО1 - ФИО2, в апелляционной жалобе просит решение отменить, принять новое об удовлетворении иска.

Отмечает, что договор дарения был заключен в условиях, которые могут быть квалифицированы как кабальная сделка. Истец представил доказательства наличия задолженностей и исполнительных производств на момент заключения договора, что подтверждает его тяжелое финансовое положение.

Суд не дал оценки доводам истца о мнимости сделки. Истец представил свидетельские показания, подтверждающие, что между сторонами существовала договоренность о возврате земельных участков.

По мнению апеллянта, суд необоснованно отказал в удовлетворении иска, сославшись на истечение срока исковой давности. Отмечает, что о нарушении своих прав истцу стало известно в сентябре 2024 года, когда ответчик прекратил взаимодействие и установил блокировку на телефон, в связи с чем, срок исковой давности должен исчисляться именно с этого момента.

Суд не учел, что истец продолжал оплачивать налоги и членские взносы за спорные земельные участки, что подтверждает его фактическое владение ими. Не дана надлежащая оценка переписке и свидетельским показаниям, подтверждают договоренность о возврате участков.

Суд неверно отразил в решении обстоятельства, связанные с местонахождением свидетелей ФИО7 и ФИО8 Суд указал, что показания противоречат друг другу, поскольку один свидетель находился на даче, а другой дома у истца. Однако из аудиопротокола судебного заседания следует, что свидетель ФИО8 прямо заявил, что он также находился дома у истца, а не на даче.

Отмечает, что показания свидетелей подтверждают доводы истца о мнимой сделке и наличии договоренности о возврате имущества.

Суд необоснованно отказал в допросе свидетеля ФИО9, указав в протоколе заседания от 06.11.2025 г., что истец не сообщил о юридических фактах, которые может подтвердить данный свидетель.

Однако, в решении суда не указано о заявленном ходатайстве, а также о мотивах отказа допросе свидетеля.

Также обращает внимание, что установленный судом факт соответствия жилого помещения санитарно-эпидемиологическим требованиям и благоустроенности, который имеет существенное значения для дела, не был доказан.

Суд необоснованно не принял во внимание доводы истца о том, что спорные земельные участки, расположенные в СНТ «Вишня» и СНТ «Рябинка», имеют для истца большую неимущественную ценность, поскольку они принадлежат его семье с 1992 года. Эти участки были переданы истцу его отцом, что подтверждает их особую значимость, истец оплачивал налоги и членские взносы, при этом, ответчик не предпринимал действий по содержанию участков, что создает угрозу их утраты.

В судебном заседании истец ФИО1 поддерживал доводы апелляционной жалобы.

Представитель ответчика ФИО4 ФИО5 возражала против доводов апелляционной жалобы.

Исследовав материалы дела, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ, в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия не усматривает оснований для отмены состоявшегося решения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 209 Гражданского кодекса РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом (пункт 2 статьи 209 Гражданского кодекса РФ).

В силу пункта 1 статьи 572 Гражданского кодекса РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса РФ, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Как разъяснено в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Таким образом, для признания сделки мнимой истцу необходимо доказать, что на момент совершения сделки воля каждой из ее сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые характерны для такого вида сделки. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения, реализовывать свои права, основанные на такой сделке. Такая сделка совершается лишь для того, чтобы создать ложное представление об ее заключении у третьих лиц, тогда как в действительности стороны не намерены ничего изменять в своем правовом положении.

Бремя доказывания наличия оснований для признания сделки мнимой отнесено, с учетом вышеприведенных норм права, на истца, заявляющего о мнимости оспариваемых им сделок. Достаточных доказательства, с бесспорностью свидетельствующих о мнимости сделок, представлено не было.

Как установлено судом и следует из материалов дела, собственником земельных участков, расположенного по адресу:

<адрес>, р.<адрес>, некоммерческое садовое товарищество «Вишня», <адрес>, кадастровый №;

<адрес>, р.<адрес>, некоммерческое садовое товарищество «Рябинка», <адрес>, кадастровый №,

с 18.09.2019 по настоящее время является ответчик ФИО3

ФИО3 является собственником спорных земельных участков на основании договора дарения, заключенного между ФИО1 и ФИО10 07.09.2019, согласно которому ФИО1 передал в дар ФИО10, а она приняла в дар вышеуказанные земельные участки. Договор зарегистрирован в Управлении Росреестра 18.09.2019.

ФИО1 состоял в зарегистрированном браке с матерью ФИО3 - ФИО11, в 2024 году брачные отношения прекратились.

В июне 2025 года ФИО1 неоднократно направлял ФИО3 требования о переоформлении спорных земельных участков в его собственность, а также 10.06.2025 он обратился в МО МВД России «Ордынский» с заявлением о привлечении ФИО3 и ФИО11 к уголовной ответственности.

Свидетели ФИО7, ФИО12 пояснили суду, что являлись очевидцами подписания ФИО3 договора дарения спорных земельных участков, при этом ФИО1 ей разъяснил, что она должна будет вернуть ему земельные участки, когда он выплатит долги.

Судом установлено, что в период заключения договора дарения от 07.09.2019 у ФИО1 имелась задолженность по решениям судов, возбуждены исполнительные производства, на момент рассмотрения дела задолженность по исполнительным производствам в полном объеме не погашена.

Согласно квитанциям от 21.12.2021, ФИО1 уплатил членские взносы ТСН «Вишня» за 2020 и 2021 годы, в размере 5138,00 рублей и 4065,00 рублей.

Членской книжкой НСТ «Вишня», членской книжкой СНТ «Рябинка», справками СНТ «Рябинка», СНТ «Вишня» подтверждается, что ФИО1 являлся членом СНТ «Вишня» и СНТ «Рябинка», однако 18.09.2019 его членство прекратилось в силу закона в связи с отчуждением земельных участков.

Согласно справке СНТ «Вишня», ФИО1 оплачивал членские взносы за период с 2017 по 2023 годы.

Перепиской в мессенджере ФИО1, подтверждается, что он вел письменный диалог с председателем СНТ «Вишня» об оплате задолженности по членским взносам и электроэнергии.

ФИО3 был начислен земельный налог за 2019, 2021, который она уплатила, что подтверждается сведениями по операциям и сведениями из личного кабинета налогоплательщика.

Согласно чеку от 09.08.2025, ФИО3 оплатила членские взносы за земельный участок СНТ «Вишня» в размере 7430,00 рублей.

Согласно чеку от 09.08.2025, ФИО3 оплатила членские взносы за земельный участок СНТ «Рябинка» в размере 4200,00 рублей.

Согласно чеку от 26.07.2025, ФИО3 оплатила членские взносы за 2024 за земельный участок СНТ «Вишня» в размере 7592,00 рублей

ФИО3 предъявила ФИО1 требование вывезти вещи из дачного домика на земельном участке в СНТ «Вишня».

Разрешая спор, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд, руководствуясь вышеприведенными положениями закона, пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требования о признании сделки недействительной, поскольку доказательств тому, что заключая договор дарения земельных участков, истец и ответчик преследовали иные цели, чем предусматривает договор дарения, стороной истца представлено не было, истцом не представлено достоверных и достаточных доказательств в подтверждение заявленных исковых требований о совершении мнимой сделки, недействительности договора. Доказательств того, что воля ФИО3 не была направлена на получение в дар спорного объекта недвижимости, а воля ФИО1 не была направлена на его отчуждение, материалы дела не содержат. Заявляя о мнимости заключенного договора дарения недвижимого имущества, истец не доказал отсутствие у сторон сделки намерений создать правовые последствия, характерные для договора дарения. К показаниям свидетелей ФИО7, ФИО12, суд отнесся критически, установив противоречия в их объяснениях относительно места подписания договора дарения.

В рассматриваемом случае имущество по договору дарения перешло в собственность ФИО3 Регистрирующим органом произведена регистрация перехода права собственности в отношении земельных участков.

Доводы жалобы апеллянта, основанные на том, что он после заключения договора дарения продолжал оплачивать налоги и членские взносы, а также на том, что после совершения оспариваемой сделки он продолжал пользоваться земельными участками, подлежат отклонению, поскольку как следует из объяснений лиц, участвующих в деле, между сторонами сложились доверительные отношения, истец ФИО1 находился в брачных отношениях с матерью ответчика. В связи с чем, указанные доводы не являются достаточным основанием для вывода об отсутствии у истца намерения совершить отчуждение спорного имущества именно в целях прекращения своих правомочий собственника, путем дарения имущества близкому человеку.

Также судебная коллегия отмечает недопустимость защиты прав при недобросовестном поведении ФИО1, который ссылается на то, что знал о формальности договора дарения от 07.09.2019, поскольку совершил его с целью уклонения от исполнения обязанностей по возврату имеющейся задолженности по исполнительному производству.

При этом сведений о недобросовестном поведении ФИО3 не имеется. Напротив судом установлено, что ФИО3 после заключения договора дарения 26.07.2025 и 09.08.2025 оплачивала членские взносы за земельный участок в СНТ «Вишня», 09.08.2025 - за земельный участок в СНТ «Рябинка», кроме того, предъявила ФИО1 требование вывезти вещи из дачного домика на земельном участке в СНТ «Вишня».

Кроме того, судебная коллегия обращает внимание, что при указании на мнимость совершенной сделки, на истца ложится обязанность доказать, что контроль над спорным имуществом также остался за истцом.

В своем исковом заявлении истец указывает, что после заключения договора дарения продолжал пользоваться спорными земельными участка, оплачивал налоги и членские взносы, что подтверждает его фактическое владение ими.

Однако, указанные обстоятельства сами по себе в отсутствие иных доказательств, не могут расцениваться судом как доказательства, подтверждающие наличие у истца контроля над спорным имуществом, поскольку пользование спорными земельными участками, с учетом существовавших брачных отношений между истцом и матерью ответчика (ФИО11), основывалось на доверительных отношениях между родственниками (свойственниками): отчим (супруг матери) – мать (супруга отчима) – падчерица (дочь супруги), в силу чего могло являться волеизъявлением ФИО3 как собственника на пользование спорными земельными участками, а оплата налогов и членских взносов являлась лишь следствием такого пользования.

При этом факт пользования дарителя земельными участками не может являться основанием признания недействительным оспариваемого договора дарения, так как такое пользование может затрагивать права только собственника данного имущества, то есть, ответчика.

Приведенная в тексте жалобы собственная оценка и анализ доказательств по делу, в том числе показаний свидетелей ФИО7 и ФИО8, подлежат отклонению, поскольку в силу положений Главы 6 Гражданского процессуального кодекса РФ определение предмета доказывания по делу, достаточности для разрешения спора представленных сторонами доказательств, оценка их относимости, допустимости и достоверности являются прерогативой суда.

Как видно из обжалуемого решения суда, показания указанных свидетелей были оценены судом по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса РФ в совокупности с другими доказательствами по делу.

Приведенные в тексте жалобы собственные суждения об обстоятельствах дела отражают субъективное восприятие апеллянтом соответствующих обстоятельств, в связи с чем, отклоняются судебной коллегией как не опровергающие правильных выводов суда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 572 Гражданского кодекса РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Основания, по которым даритель может отказаться от исполнения дарения, либо требовать его отмены, указаны в статьях 577, 578 Гражданского кодекса РФ.

Даритель вправе потребовать в судебном порядке отмены дарения, если обращение одаряемого с подаренной вещью, представляющей для дарителя большую неимущественную ценность, создает угрозу ее безвозвратной утраты (пункт 2 статьи 578 Гражданского кодекса РФ).

Довод апелляционной жалобы, о том, что подаренные истцом земельные участки представляют для него неимущественную ценность, подлежит отклонению судебной коллегией, поскольку в договоре дарения не указано на какую-либо неимущественную ценность подаренного имущества, доказательств того, что ответчику было известно о наличии какой-либо неимущественной ценности подаренного имущества, о необходимости какого-либо особого обращения с подаренным имуществом, не представлено. Приведенные истцом доводы о том, что один из земельных участков остается для него как память об отце, а ценность второго обусловлена длительностью владения с 1993 года, не свидетельствуют о большой неимущественной ценности спорных объектов недвижимости.

Кроме того, из вышеприведенных норм закона следует, что обращение одаряемого с подаренной вещью, представляющей для дарителя большую неимущественную ценность и создающее угрозу ее безвозвратной утраты, не является основанием для признании сделки недействительной, поскольку является самостоятельным основанием для отмены дарения, однако соответствующих требований (об отмене дарения) истец в ходе судебного разбирательства не заявлял.

Оценивая доводы апеллянта о неправильном исчислении срока исковой давности, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии с абз. 2 пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является самостоятельным основанием для отказа в иске.

По общему правилу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из этого правила могут быть установлены законом.

Таким изъятием из общего правила пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса РФ о моменте начала течения срока исковой давности является статья 181 Гражданского кодекса РФ.

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса РФ срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

Указанное предписание закона является императивным и не предполагает исчисление срока исковой давности с иного дня, кроме дня начала исполнения ничтожной сделки.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ №, Пленума ВАС РФ № от ДД.ММ.ГГГГ «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», ничтожная сделка является недействительной независимо от признания ее таковой судом (пункт 1 статьи 166 Гражданского кодекса РФ). Учитывая, что Кодекс не исключает возможность предъявления исков о признании недействительной ничтожной сделки, споры по таким требованиям подлежат разрешению судом в общем порядке по заявлению любого заинтересованного лица. При этом следует учитывать, что такие требования могут быть предъявлены в суд в сроки, установленные пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса РФ.

В связи с тем, что ничтожная сделка не порождает юридических последствий, она может быть признана недействительной лишь с момента ее совершения.

Началом исполнения оспариваемого договора, заключенного 07.09.2019, следует считать дату, когда одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая к принятию такого исполнения.

Учитывая, что право собственности ответчика зарегистрировано в Едином государственном реестре недвижимости 18.09.2019, то есть сделка была полностью исполнена 18.09.2019.

Иск предъявлен 19.06.2025 года, то есть по истечении почти 6 лет с момента начала исполнения оспариваемой сделки. Следовательно, вывод суда первой инстанции о том, что срок предъявления требований истца истек 18.09.2022 является верным.

В целом все доводы апелляционной жалобы были предметом проверки и оценки суда первой инстанции и признаны необоснованными по мотивам, изложенным в судебном решении, оснований для переоценки этих выводов не имеется.

Иные доводы апелляционной жалобы истца фактически повторяют правовую позицию, изложенную при рассмотрении дела в суде первой инстанции, по существу сводятся к несогласию с решением суда, не содержат фактов, которые не проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судебной коллегией несостоятельными, основанными на неправильном применении норм материального и процессуального права, и не могут служить основанием для отмены решения суда.

С учетом изложенного, решение является законным и обоснованным, постановленным в соответствии с нормами процессуального права, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены решения не имеется.

Руководствуясь статьями 328 и 329 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Ордынского районного суда Новосибирской области от 06 ноября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ФИО1 - ФИО2 оставить без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Кассационная жалоба на апелляционное определение может быть подана через суд первой инстанции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение составлено 13.04.2026.