Решение № 2-407/2026 2-407/2026~М-47/2026 М-47/2026 от 9 апреля 2026 г. по делу № 2-407/2026

УИД 73RS0013-01-2026-00131-68

Дело №2-407/2026


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

27 марта 2026 года <адрес>

Димитровградский городской суд <адрес> в составе судьи Алькаевой Л.П., при секретаре Позиной В.Г., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску * к обществу с ограниченной ответственностью «Галеон» о взыскании невыплаченной обязательной премиальной части к заработной плате, невыплаченной ежегодной премии, процентов (денежной компенсации), также процентов по день фактической оплаты премии, компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

А. А.Ф. обратился в суд с вышеуказанным иском к обществу с ограниченной ответственность «Галеон» (далее – ООО «Галеон»), в обоснование которого указал, что с (ДАТА) по настоящее время он работает в должности старшего менеджера ООО «Галеон».

Согласно п.4.3. трудового договора «по итогам каждого полугода (шести календарных месяцев) работодатель оплачивает работнику премию в размере 1% (один процент) от мера выручки (продаж) автозапчастей. Настоящая премия оплачивается в течение календарного месяца, следующего за отчетным. В случае расторжения настоящего трудового договора предусмотренная данным пунктом премия рассчитывается по день расторжения договора и оплачивается в день увольнения».

Согласно п.4.4. трудового договора «при отсутствии дисциплинарных взысканий по итогам года работодателем оплачивается до 31 декабря работнику ежегодная премия в размере трехкратного месячного заработка работника».

В нарушение условий трудового договора работодатель неправомерно не произвел плату истцу обязательной премиальной части заработной платы, указанной в п.4.3. трудового договора.

Также в период работы с (ДАТА) по (ДАТА), он не привлекался к дисциплинарной ответственности, однако в нарушение п 4.4, условий трудового договора работодатель неправомерно не произвел ему до 31 декабря выплату ежегодной премии в размере трехкратного месячного заработка.

В соответствии со статьей 129 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата (оплата труда работника) является вознаграждением за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера).

Просит взыскать с ответчика в свою пользу премию по итогам работы с (ДАТА) по (ДАТА) в размере 312 000 руб., а также пени за период с (ДАТА) по (ДАТА) в размере 40 726 руб. 40 коп., а также пени в размере 1/150 ключевой ставки Банка России, которая действует в соответствующий промежуток времени, за каждый день просрочки за период с (ДАТА) по день фактической оплаты премии исчисляя из фактически не выплаченной в срок суммы. Взыскать с ответчика в свою пользу ежегодную премию в размере 105 000 руб., а также пени за период с (ДАТА) по (ДАТА) в размере 3 136 руб., а также пени в размере 1/150 ключевой ставки Банка России, которая действует в соответствующий промежуток времени, за каждый день просрочки за период с (ДАТА) по день фактической оплаты премии исчисляя из фактически не выплаченной в срок суммы. Взыскать с ответчика в мою пользу компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб.

В судебном заседании истец А. А.Ф. не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом.

Представитель истца ФИО1, действующий на основании доверенности требования поддержал. Пояснил, что ранее А. А.Ф. являлся <данные изъяты> ООО «Галеон». Потом им и втором учредителем ООО «Галеон» <данные изъяты> было решено, что А. А.Ф. перейдет с должности <данные изъяты> на должность <данные изъяты>, будет получать заработную плату 35 000 рублей. <данные изъяты> станет директором общества. Данный трудовой договор А. заключил от своего имени как <данные изъяты> общества, затем они прошли к нотариусу и оформили данный переход нотариально. Договор был подписан в офисе ООО «Галеон» в <адрес>, куда истец приехал 20-(ДАТА). <данные изъяты> такие условия трудового договора устраивали и в устной беседе и договоренности с А.ым он их одобрил. Договор был подписан, в одном экземпляре, его подлинник остался в ООО «Галеон», А. лишь его сфотографировал на свой телефон. До (ДАТА) должно было пройти общее собрание участников общества, распределение прибыли, однако этого не произошло. <данные изъяты> тянул время, и в октябре 2025 года А. вновь приехал в Москву для разговора с директором, потому что прибыль росла, по приезду ему стало известно, что у общества большие убытки. На договоре стоит печать общества. В октябре 2025 года общество предложило заключить трудовой договор с А.ым, на что он ответил, что у него уже имеется трудовой договор от (ДАТА). Условия трудового договора не противоречат деятельности и уставу общества, поскольку согласно значимой роди старшего менеджера в обществе, его вклада в увеличение прибыли общества, было решено стимулировать работника указанными премиальными выплатами. Просит требования удовлетворить.

Представитель ответчика – директор ООО «Галеон» ФИО2 в судебном заседании требования не признал, пояснил, что условия трудового договора от (ДАТА) он с А.ым не согласовывал, о его существовании узнал только из указанного судебного заседания. Условия данного договора противоречат интересам общества.

Представитель ответчик ФИО3, действующий на основании доверенности о (ДАТА) в судебном заседании пояснил, что ООО «Галеон» с исковыми требованиями А.а А.Ф. не согласно, считает их необоснованными, документально неподтвержденными и заявленными при злоупотреблении процессуальными правами, а представленный истцом в копии «трудовой договор» от (ДАТА) рассматривает как документ, подлинность и достоверность которого вызывают обоснованные сомнения.

Из сведений о трудовой деятельности, предоставляемых из информационных ресурсов СФР, усматривается, что А. А.Ф. был принят в ООО «Галеон» (ДАТА) на должность <данные изъяты>, а (ДАТА) переведен на должность <данные изъяты>. Официально подтвержден именно перевод, а не заключение нового трудового договора на новых, якобы специальных, условиях оплаты труда.

Приказ о переводе от (ДАТА) также прямо подтверждает, что А. А.Ф. переведен с должности <данные изъяты> на должность <данные изъяты>, причем в приказе указан фиксированный оклад 35 000 руб., а не какой-либо процент от выручки или прибыли общества. Основанием для приказа названо заявление сотрудника. Никаких упоминаний о выплате процентов от выручки, прибыли, валового дохода или ином «премиальном участии» данный приказ не содержит (Приказ №* от (ДАТА)).

Штатное расписание, введенное с (ДАТА), также подтверждает, что должность <данные изъяты> предусмотрена в количестве 0,5 штатной единицы, с тарифной ставкой 70 000 руб. за полную единицу, то есть фактически 35 000 руб. в месяц за 0,5 ставки. В том же штатном расписании отсутствуют какие-либо положения о выплате <данные изъяты> процента от выручки, процента от прибыли либо иной переменной части, зависящей от финансового результата общества.

Табели учета рабочего времени за февраль-декабрь 2025 года подтверждают, что А. А.Ф. отражался как <данные изъяты> и работал в режиме неполного рабочего времени, фактически на 0,5 ставки. Из табелей видно, что ежемесячная норма часов по нему существенно ниже полной нормы рабочего времени, что полностью корреспондирует со штатным расписанием и опровергает версию истца о якобы особом статусе с правом на участие в доходах общества.

Следовательно, вся кадровая документация ответчика согласованно подтверждает одну и ту же фактическую картину: после (ДАТА) истец являлся не руководителем общества, а переведенным работником - старшим менеджером на 0,5 ставки с фиксированной оплатой труда.

Истец, как бывший директор и участник общества, лично формировал и подтверждал отчетность общества.

Особое значение для дела имеет то обстоятельство, что А. А.Ф. не являлся рядовым работником, не осведомленным о внутреннем документообороте общества. Напротив, он был <данные изъяты> общества и <данные изъяты> общества, лично осуществлял подписание и подачу налоговой и страховой отчетности.

Расчет 6-НДФЛ за полугодие 2024 года был подписан и подан именно А.ым А.Ф. (ДАТА) посредством электронной подписи (6-НДФЛ за 1 квартал 2025 года). Уточненный 6-НДФЛ за 3 квартал 2024 года был подписан и подан им же (ДАТА). Аналогично расчеты по страховым взносам за полугодие 2024 года, за 9 месяцев 2024 года и за 2024 год подписаны и поданы А.ым А.Ф. лично как <данные изъяты>.

Формы ЕФС-1 за полугодие 2024 года, за 9 месяцев 2024 года и за 4 квартал 2024 года также подписаны А.ым А.Ф. как <данные изъяты>.

Если бы в период его руководства обществом существовал договор, предусматривающий в его пользу выплату процента от выручки, процента от прибыли либо иной существенной переменной части оплаты труда, зависящей от финансового результата, такие выплаты неизбежно нашли бы отражение: в расчетах 6-НДФЛ; в расчетах по страховым взносам; в сведениях персонифицированного учета; в штатном расписании и кадровых документах; в бухгалтерском учете и отчетности.

Однако ничего подобного в представленных документах нет. Напротив, отчетность, достоверность которой подтверждал сам истец, свидетельствует об обычной системе начисления выплат работникам без какой-либо отдельной выплаты А.у А.Ф. «процента от выручки» или «процента от прибыли».

Истец сначала собственноручно и посредством своей электронной подписи подтверждал перед государственными органами отсутствие спорных начислений, а затем в суде занял противоположную позицию. Такое поведение противоречиво, недобросовестно и направлено на извлечение необоснованной имущественной выгоды.

Положения устава общества полностью исключают возможность установления директором самому себе права на участие в прибыли общества. Устав ООО «Галеон» в редакции от сентября 2024 года, действовавший в релевантный период, прямо предусматривает, что высшим органом управления общества является общее собрание участников; к исключительной компетенции общего собрания участников относится принятие решения о распределении чистой прибыли общества между участниками; часть прибыли общества, предназначенная для распределения между участниками, распределяется пропорционально их долям в уставном капитале общества.

Эти положения соответствуют и предыдущей редакции устава от (ДАТА), согласно которой распределение прибыли также отнесено к компетенции общего собрания участников, а не директора.

Следовательно, директор общества не вправе был единолично устанавливать работнику, а тем более самому себе, право на получение части прибыли общества вне механизма распределения чистой прибыли участникам по решению общего собрания.

Истец пытается представить спорный пункт 4.3 своего «трудового договора» как условие о выплате процента от выручки или прибыли, однако такое условие: противоречит уставу общества; противоречит корпоративной природе распределения прибыли в ООО; не подтверждено ни одним корпоративным решением участников; не отражено в бухгалтерской и налоговой отчетности; фактически направлено на обход правил о распределении прибыли между участниками общества.

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Именно после этого корпоративного изменения любые вопросы, связанные с распределением прибыли, могли решаться только в корпоративном порядке с участием обоих участников, а не произвольно директором.

Таким образом, версия истца о существовании у него индивидуального права на процент от выручки/прибыли общества прямо конфликтует как с уставом, так и с его же собственными корпоративными действиями.

Представленный истцом «трудовой договор» (копия) не соответствует реальным документам и хозяйственной логике общества.

Ответчик последовательно указывает, что трудовой договор в редакции, на которую ссылается истец, обществом не заключался; имел место именно перевод А.а А.Ф. на должность <данные изъяты> на 0,5 ставки. Это отражено и в ответе на судебный запрос, где прямо указано, что трудовой договор в редакции истца не заключался, а сам истец был переведен переводом на должность старшего менеджера на 0,5 ставки.

Представленный истцом документ существует только в форме копии.

Оригинал истцом до настоящего времени добровольно не представлен. При этом именно содержание спорного пункта 4.3 является для истца ключевым, поскольку создает искусственную доказательственную базу под будущие или сопутствующие требования о взыскании с общества значительных денежных сумм.

Наличие у истца лишь копии документа при отсутствии подтверждения его происхождения, времени составления и места хранения, а также при полном отсутствии отражения спорных условий в отчетности и бухгалтерии, дает ответчику достаточные основания утверждать о признаках подложности этого доказательства.

Финансовое состояние общества исключает разумность и экономический смысл установления истцу процента от выручки или прибыли.

Из официальной бухгалтерской отчетности ООО «Галеон» за 2024 год следует, что выручка общества составила <данные изъяты> руб., а чистая прибыль — лишь <данные изъяты> руб. То есть общество имело крайне низкий объем чистой прибыли при значительной кредиторской задолженности и в целом не располагало свободным финансовым ресурсом, который позволял бы директору или участникам экономически обоснованно согласовать с работником постоянную выплату процента от выручки или прибыли.

Если принять версию истца о существовании права на некий процент от выручки, это привело бы к абсурдному и экономически разрушительному результату: выплаты работнику могли бы составлять сумму, сравнимую либо даже превышающую чистую прибыль общества, а при определенном проценте - и многократно выходить за пределы реального экономического результата общества. Такой механизм лишен деловой цели и противоречит обычной хозяйственной логике деятельности коммерческой организации.

Именно поэтому и кадровые, и финансовые документы общества согласованно подтверждают применение к истцу обычной фиксированной системы оплаты труда, а не участия в финансовом результате общества.

Истец злоупотребляет процессуальными правами и стремится к неосновательному обогащению. Поведение истца свидетельствует не о защите реально нарушенного права, а о попытке использовать свое бывшее положение директора и доступ к внутреннему документообороту общества для извлечения необоснованной выгоды.

Такое поведение свидетельствует о злоупотреблении правом и процессуальными средствами защиты. По существу истец пытается добиться судебной легализации спорного документа, чтобы затем использовать его в качестве основания для взыскания с общества денежных средств, на которые у него изначально не было и нет законного права.

С учетом изложенного, исковая активность истца направлена не на восстановление нарушенного права, а на создание искусственной базы для дальнейшего имущественного требования к обществу, то есть на получение неосновательного обогащения за счет ответчика.

Доводы истца об отсутствии у него подлинного экземпляра «трудового договора» не состоятельны и не соответствуют общим правилам в виду того, что юридически-значимые документы, подписываемые с участием нескольких сторон сделки, оформляются и подписываются, и передаются по количеству лиц участвующих в данной сделки. п.7.6. данного «Трудового договора», представленного истцом в материалы дела декларирует существование двух подлинных экземпляров.

У работодателя вовсе отсутствуют документы по жизнедеятельности общества с периода его создания до (ДАТА) включительно. Бывшим директором (истцом) никакие подлинные документы обществу не передавались (акты приема-передачи документов отсутствуют как у истца, так и ответчика).

Просит в удовлетворении требований отказать.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора ОСФР по <адрес>, ОСФР по <адрес> в судебное заседание не явился, извещен о времени и месте рассмотрения дела.

Суд, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, полагает возможным рассмотрение дела в отсутствие не явившихся лиц, извещенных о времени и месте рассмотрения дела.

Заслушав стороны, исследовав материалы дела, суд находит исковые требования не обоснованными и не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Часть 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации устанавливает, что труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

Согласно статье 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения – это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

Статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем относит фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (пункт 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от (ДАТА) №*-О-О).

В соответствии с положениями ст. 22 ТК РФ работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии с положениями ст. 135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда. Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Из материалов гражданского дела следует, что А.ым А.Ф. было принято решение об учреждении ООО «Галеон», утвержден устав общества, <данные изъяты> общества назначен А., который являлся <данные изъяты> общества с (ДАТА) по (ДАТА).

На основании решения от дата А. назначил себя <данные изъяты> общества, в дальнейшем сам заключил с собой трудовой договор от (ДАТА) как со <данные изъяты> ООО «Галеон» (л.д. 8-10) и начислил заработную плату в заявленном размере.

В соответствии со статьей 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор – соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя ).

В силу части 1 статьи 61 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено названным кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть 1 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (часть 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 68 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» в пункте 18 содержатся разъяснения о том, что при разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством. К таким доказательствам, в частности, могут быть отнесены письменные доказательства (например, оформленный пропуск на территорию работодателя; журнал регистрации прихода-ухода работников на работу; документы кадровой деятельности работодателя: графики работы (сменности), графики отпусков, документы о направлении работника в командировку, о возложении на работника обязанностей по обеспечению пожарной безопасности, договор о полной материальной ответственности работника; расчетные листы о начислении заработной платы, ведомости выдачи денежных средств, сведения о перечислении денежных средств на банковскую карту работника; документы хозяйственной деятельности работодателя: заполняемые или подписываемые работником товарные накладные, счета-фактуры, копии кассовых книг о полученной выручке, путевые листы, заявки на перевозку груза, акты о выполненных работах, журнал посетителей, переписка сторон спора, в том числе по электронной почте; документы по охране труда, как то: журнал регистрации и проведения инструктажа на рабочем месте, удостоверения о проверке знаний требований охраны труда, направление работника на медицинский осмотр, акт медицинского осмотра работника, карта специальной оценки условий труда), свидетельские показания, аудио- и видеозаписи и другие.

Отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания в судебном порядке сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, части 3 статьи 16 и статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положениями части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе. Не оформление работодателем или его уполномоченным представителем, фактически допустившими работника к работе, в письменной форме трудового договора в установленный статьей 67 Трудового кодекса Российской Федерации срок, вопреки намерению работника оформить трудовой договор, может быть расценено судом как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора (статья 22 Трудового кодекса Российской Федерации) (пункт 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 № 15).

При разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам, исходя из положений статей 2, 67 Трудового кодекса Российской Федерации, необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - физическое лицо (являющийся индивидуальным предпринимателем и не являющийся индивидуальным предпринимателем) и работодатель - субъект малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям (пункт 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 № 15).

Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что к характерным признакам трудового правоотношения относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают на основании трудового договора, заключаемого в письменной форме. Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя.

Вместе с тем само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем закон (часть 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации) относит также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Цель указанной нормы – устранение неопределенности правового положения таких работников и неблагоприятных последствий отсутствия трудового договора в письменной форме, защита их прав и законных интересов как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, в том числе путем признания в судебном порядке факта трудовых отношений между сторонами, формально не связанными трудовым договором. При этом неисполнение работодателем, фактически допустившим работника к работе, обязанности не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе оформить в письменной форме с ним трудовой договор может быть расценено как злоупотребление правом со стороны работодателя на заключение трудового договора вопреки намерению работника заключить трудовой договор.

Таким образом, по смыслу статей 15, 16, 56, части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации в их системном единстве, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель.

Суд должен не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции (приведенная правовая позиция изложена в пункте 15 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 14.11.2018).

В силу ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как следует из искового заявления, поддержанного в судебном заседании представителем истца, А. А.Ф. с (ДАТА) состоит в трудовых отношениях с ООО «Галеон» в должности <данные изъяты> по настоящее время.

В качестве доказательств наличия трудовых отношений между ним и ответчиком истец ссылается на копию трудового договора от (ДАТА).

Как следует из пояснений представителя ответчика в судебном заседании А. А.Ф. действительно с (ДАТА) работает в должности <данные изъяты> ООО «Галеон», путем перевода с должности <данные изъяты>, но указанный трудовой договора с ним не заключался. А. А.Ф. был фактически допущен к работе <данные изъяты>. Предложение заключить трудовой договор А. проигнорировал.

Доводы и доказательства стороны ответчика не были опровергнуты стороной истца в ходе судебного разбирательства.

При таких обстоятельствах с учетом не опровергнутой позиции ответчика, подтвержденной достаточной совокупностью относимых и допустимых доказательств, представленные стороной истца доказательства в своей совокупности недостаточны для вывода о существовании между А.ым А.Ф. и ООО «Галеон» трудовых отношений в должностях <данные изъяты> именно на основании и условиях трудового договора от (ДАТА), представленного в фотокопии истцом.

Таким образом, судом в ходе судебного разбирательства не установлено обстоятельств, бесспорно свидетельствующих о наличии трудовых отношений между истцом и ответчиком, на условиях указанных истцом.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что истец не доказал факт исполнения трудовых обязанностей в какой-либо период вследствие отсутствия надлежащим образом оформленных полномочий, отсутствия согласованных в установленном порядке условий оплаты труда вследствие отсутствия трудового договора, недоказанности наличия и суммы задолженности по причине отсутствия учета рабочего времени и отсутствия обоснования начисления премии.

Доводы представителя истца о некоем размере средней заработной платы по данным органов статистики также не могут быть приняты во внимание для начисления истцу премиальной платы в каком-либо размере.

В удовлетворении требований истца надлежит отказать в полном объеме.

Поскольку исковые требования не подлежат удовлетворению оснований для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда также не имеется.

Руководствуясь стст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований А.а А. Фёдоровича (<данные изъяты> к обществу с ограниченной ответственностью «Галеон» (<данные изъяты>) о взыскании невыплаченной обязательной премиальной части к заработной плате, невыплаченной ежегодной премии, процентов (денежной компенсации), также процентов по день фактической оплаты премии, компенсации морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ульяновский областной суд через Димитровградский городской суд <адрес> в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, которое будет изготовлено (ДАТА).

Судья Л.П. Алькаева

Мотивированно решение изготовлено (ДАТА).