Решение № 2-5135/2017 2-558/2018 2-558/2018 (2-5135/2017;) ~ М-5526/2017 М-5526/2017 от 11 февраля 2018 г. по делу № 2-5135/2017

Дело № 2-558/2018


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

12 февраля 2018 года город Барнаул

Индустриальный районный суд города Барнаула Алтайского края в составе:

председательствующего Ненашевой Д.А.,

при секретаре Кузовниковой А.Д.,

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, ответчика ФИО3, представителя ответчика ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о признании сделки недействительной в силу ее ничтожности,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3 о признании недействительным договора дарения от 04.07.2017 в силу его ничтожности.

В обоснование заявленных требований истец указывает на то, что в июле 2017 года, оказавшись в тяжелом материальном положении, вызванном смертью супруги, и возникшей, в связи с принятым им единолично наследством, обязанностью выплачивать долг по кредитам наследодателя, находясь в состоянии нужды, обратился к ответчику ФИО3, которая приходится ему родной дочерью, с просьбой оказать материальную помощь. При обращении к ответчику указал, что возможно будет вынужден продать квартиру по адресу: <адрес>. В ответ на это ФИО3 потребовала переоформить данную квартиру на неё в обмен на материальную помощь. Находясь в тяжелом материальном положении, истец был вынужден на это согласиться, при условии выплаты ему 50 000 рублей.

04.07.2017 ответчик с истцом отправились в МФЦ с целью оформления сделки на оговоренных условиях. Истец, обладая слабым зрением, способен читать текст лишь при наличии очков, которые и находились с ним в машине. Прибыв к месту государственной регистрации, истец с ответчиком отправились для совершения сделки, причём очки истец забыл в машине. На просьбу вернуться за очками ответчик ответил отказом, предложив довериться ему, и заверив, что все права будут оформлены надлежащим образом, с учётом оговоренных условий сделки. В помещении регистрирующего органа истцу были поданы на подпись документы, которые он не читал, полагаясь на слова дочери, и соответственно, подписал не читая. После совершения всех регистрационных действий истец потребовал отдать ему оговоренную денежную сумму, на что ответчик ответил отказом, указав, что истец подписал договор дарения, и никакие денежные средства ему не полагаются. Также ответчик отказался передать истцу экземпляр договора дарения, который ему полагался. Копию данного договора истцу удалось получить лишь в регистрирующем органе, оригиналом договора обладает лишь ответчик и регистрирующий орган.

Когда истцу стало ясно, что его ввели в заблуждение, он безотлагательно 04.07.2017 обратился в регистрирующий орган с заявлением о приостановлении регистрационных действий. Регистрация права собственности по договору дарения приостановлена до 29.12.2017.

Истец полагает, что договор дарения квартиры от 04.07.2017 должен быть признан недействительным по следующим основаниям. Ответчик намеренно ввёл истца в заблуждение, злоупотребив его доверием, подложил ему договор дарения вместо договора купли-продажи. Истец, полагаясь на доверительные личные отношения с ответчиком, подписал подложенный ему договор вместо договора, на подписание которого он действительно дал своё согласие. Между сторонами существовала договорённость о выплате истцу после перехода права собственности денежного вознаграждения в размере 50 000 рублей, что подтверждается пояснениями ответчика, данными им в связи с доследственной проверкой по факту обращения истца в полицию. Имеет место явное несоответствие избранной формы волеизъявления при совершении сделки – договора дарения – действительной воле сторон. Истец не имел намерения заключить договор дарения притворно, так как он не мог в момент подписания договора изучить его содержание, заблуждался относительно природы сделки, полагая, что заключает возмездный договор, предполагающий выплату ему денежных средств.

В качестве правового обоснования признания договора недействительным истец ссылается на положения п.2 ст.170 Гражданского кодекса Российской Федерации (л.д.23-24).

Истец ФИО1 и его представитель ФИО2, допущенный к участию в деле по ходатайству истца, в судебном заседании на удовлетворении исковых требований настаивали по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Дополнительно пояснили, что на момент совершения сделки истец находился в тяжелой финансовой ситуации, нёс бремя долгов, связанных с наследованием им имущества, оставшегося после смерти его супруги, о чём было известно ответчику. Истец считал, что по договору отчуждения спорной квартиры ему ответчиком будет переданы денежные средства в размере 50 000 рублей, что подтверждается показаниями, данными ФИО3 в рамках отказного материала. В дальнейшем ФИО3 изменила позицию, указав на то, что сделка безвозмездная, и намеренно пояснила суду, что сам истец предложил ей оформить дарение квартиры, чтобы в случае развода, муж ответчика не имел права на эту квартиру. Ответчик знала, что истец совершает сделку за деньги и изначально давала понять ответчику, что согласна на возмездную сделку. Представитель истца просил признать договор дарения от 04.07.2017 притворной сделкой, полагая, что она была совершена сторонами с целью прикрыть другую сделку – договор купли-продажи квартиры.

Ответчик ФИО3 и её представитель ФИО4, действующая на основании доверенности, в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований. Полагали, что оснований для удовлетворения исковых требований не имеется, поскольку для совершения притворной сделки необходимы намерения всех её участников на её совершение, тогда как в данном случае волеизъявление двух участников, в частности ответчика, на совершение притворной сделки отсутствует. Изначально стороны договаривались заключить именно договор дарения спорной квартиры, а не взамен на материальную помощь, которая оказывалась ответчиком истцу как дочерью. Оснований для отмены дарения, предусмотренных ст.578 Гражданского кодекса Российской Федерации, также не имеется.

Выслушав стороны, их представителей, исследовав письменные материалы дела и проанализировав представленные доказательства в их совокупности, в том числе показания свидетеля, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований.

Согласно п.1 ст.572 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации (п.3 ст.574 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену) (п.1 ст.454 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно ст.550 Гражданского кодекса Российской Федерации договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (пункт 2 статьи 434).

Переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации (п.1 ст.551 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Судом при рассмотрении дела установлено, что 04.07.2017 между ФИО1 (даритель) и ФИО3 (одаряемый) был заключен договор дарения, в соответствии с пунктом 1.1 которого, даритель безвозмездно передаёт одаряемому в собственность квартиру, находящуюся по адресу: <адрес>, а одаряемый принимает её в качестве дара (л.д.82-83).

Факт того, что на момент заключения вышеуказанного договора истец являлся собственником квартиры <адрес>, подтверждается копией выписки из ЕГРН (л.д.6-9), копией договора участия в долевом строительстве №В109-164/56 от 04.05.2016 (л.д.10-14), справкой-актом (л.д.15).

Согласно п.1.5 договора дарения от 04.07.2017, даритель на момент приобретения квартиры, в зарегистрированном браке не состоял.

Даритель вправе отменить дарение, если одаряемый совершил покушение на его жизнь, жизнь какого-либо из членов его семьи или близких родственников либо умышленно причинил дарителю телесные повреждения (п.2.3 договора дарения).

Договор дарения подписан истцом и ответчиком.

Также ФИО1 и ФИО3 04.07.2017 был составлен и подписан акт приема-передачи квартиры по адресу: <адрес> (л.д.84).

Как следует из материалов регистрационного дела (л.д.74-83), пояснений сторон, 04.07.2017 вышеуказанный договор дарения был передан истцом и ответчиком в Многофункциональный центр с целью дальнейшей регистрации перехода права собственности по данному договору. На регистрацию документы сданы 04.07.2017 в 11 час. 08 мин.

04.07.2017 в 16 час. 54 мин. ФИО1 обратился через Многофункциональный центр с заявлением в Управление федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Алтайскому краю, в котором просил приостановить осуществление государственной регистрации перехода права собственности, указав в качестве причины для приостановления регистрации – «ввели в заблуждение, вместо купли-продажи оформили дарение». Указанное обстоятельство подтверждается копией заявления истца от 04.07.2017 (л.д.71-72). На основании данного заявление Управлением Росреестра по Алтайскому краю государственная регистрации перехода права собственности в отношении спорной квартиры от ФИО1 к ФИО3 была приостановлена (л.д.73).

Оспаривая договор дарения от 04.07.2017, истец и его представитель ссылались на его недействительность ввиду притворности данного договора.

В силу п.1 ст.166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

На основании п.2 ст.170 Гражданского кодекса Российской Федерации, притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В соответствии с разъяснениями, данными в п.87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ). Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила.

Из содержания указанной нормы и разъяснений Пленума следует, что в случае заключения притворной сделки действительная воля стороны не соответствует её волеизъявлению. В связи с этим для установления истиной воли сторон имеет значение выяснение фактических отношений между сторонами, а также намерений каждой стороны.

В соответствии с ч.1 ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В подтверждение того, что договор дарения от 04.07.2017 являлся притворной сделкой, поскольку фактически между сторонами должна была состояться сделка по купли-продажи квартиры, истец помимо данных им пояснений ссылался на пояснения ответчика, данные последним в рамках отказного материала.

Как следует из отказного материала №***, ФИО1 16.07.2017 обращался в Отдел полиции по Индустриальному району УМВД России по г.Барнаулу с заявлением о принятии мер к его дочери ФИО3, которая не возвращает ему документы на принадлежащие по наследству квартиры, в том числе квартиру №<адрес> (л.д.161).

Постановлением УУП ОП по Индустриальному району УМВД России по г.Барнаулу от 12.12.2017, в возбуждении уголовного дела было отказано на основании п.1 ч.1 ст.24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (л.д.151-154).

Как следует из объяснений ФИО1 от 16.07.2017, данных им в рамках вышеуказанного отказного материала, 02.07.2017 он отдал сыну и дочери документы на квартиры по адресу: <адрес> ФИО5 документы передал, чтобы оформить квартиру на детей. Взамен ему обещали передать деньги для погашения кредита, но до настоящего времени ни денег, ни документов не вернули (л.д.162).

В рамках отказного материала №*** сотрудником полиции также составлена справка-беседа, из которой следует, что по телефону была проведена беседа с ФИО3 Последняя пояснила, что после смерти её матери ФИО5 ИЗЪЯТЫ11., квартира по <адрес> на основании наследования должна была перейти в собственность её, ФИО5 ИЗЪЯТЫ12. Однако, ФИО3 и ФИО5 ИЗЪЯТЫ13. от доли в наследстве отказались и поэтому единственным наследником стал ФИО1 Квартира по адресу: <адрес> была приобретена ФИО5 ИЗЪЯТЫ14. на его денежные средства, однако, по личным причинам он переоформил её на ФИО1 Через некоторое время после смерти супруги, ФИО1 стал вести себя несколько неадекватно, поддерживать отношения с лицами, склонными к асоциальному поведению. При этом, у него стали накапливаться большие долги, в том числе за коммунальные услуги по вышеуказанным квартирам. Боясь за имущество, ФИО3 и ФИО6 предложили ФИО1 на основании договора дарения переоформить квартиру по <адрес> на ФИО3, на что ФИО1 согласился при условии, что ему будут переданы денежные средства в сумме 50 000 рублей. В дальнейшем указанный договор был оформлен в МФЦ «Октябрьского района», однако, после этого ФИО1 стал требовать с ФИО6 ещё денежные средства в сумме 200 000 рублей, иначе он откажется от сделки (л.д.169).

Ответчик, в подтверждение своих возражений по иску о том, что изначально воля сторон была направлено на заключение именно договора дарения, представил суду свидетельские показания ФИО5 ИЗЪЯТЫ16

Так, свидетель ФИО5 ИЗЪЯТЫ15. показала, что знает ФИО1, поскольку он её свёкор, а также знает ФИО3, которая приходится ей золовкой. Свидетелю известно, что сделка дарения совершалась 04.07.2017, поскольку сама она присутствовала при её заключении. Также знает, что истец решил оформить дарственную квартиры по <адрес> на ответчика. Чтобы обсудить данный вопрос свидетель вместе с ФИО1 пришли к ФИО3, истец сразу сказал, что нужно оформлять сделку как дарение, а не как куплю-продажу, потому, что ФИО3 замужем, и чтобы в случае развода, её муж не смог претендовать на данную квартиру. Взамен на дар истец ничего не просил, условия, на которых истец с ответчиком договорились, устраивали их обоих. Договор дарения подготовила сама свидетель, скачав типовой образец с правовой системы «Консультант плюс» и распечатав его на основании документов сторон. Уже на месте, в МФЦ на пр.Ленина в г.Барнауле стороны подписали договор. Прежде чем подписать договор, истец прочитал его, он всегда всё читает, даже в квитанциях все цифры сравнивает. Истец не тот человек, который подпишет договор, не прочитав его. Истец всегда носит с собой чёрный пакет, в который складывает всё необходимое для себя, в том числе и очки, но были ли у истца очки в момент подписания договора, свидетель точно не помнит. Факта того, чтобы ответчик в день подписания договора дарения не пускала истца в машину за очками, не было. После подписания договора дарения, истец предложил поехать на работу к ФИО5 ИЗЪЯТЫ17., на что свидетель с ФИО3 согласились. Когда приехали к ФИО5 ИЗЪЯТЫ18 на работу, свидетель пошла в магазин, а истец с ответчиком пошли к ФИО5 ИЗЪЯТЫ19. Когда ФИО7 вернулась из магазина, услышала крики, истец показывал на свидетеля и кричал, что она должна ему 50 000 рублей, так как обещала дать их. По причине того, что истец стал часто обманывать, все разговоры с истцом записывать и в тот момент, когда ФИО1 стал требовать 50 000 рублей, свидетель включила запись, чтобы подтвердить, что никаких денег ему не обещала, за что истец ударил свидетеля по лицу и стал угрожать.

Факт нанесения истцом 04.07.2017 ФИО7 телесных повреждений, на который указал свидетель, также подтверждается копией постановления судьи Ленинского районного суда г.Барнаула от 04.10.2017. Данное постановление вступило в законную силу 08.11.2017 (л.д.107-108).

Суд принимает показания вышеуказанного свидетеля как достоверные, поскольку они согласуются с письменными материалами дела, оснований ставить под сомнение истинность фактов, сообщенных свидетелем, у суда не имеется. Свидетель при даче показаний предупреждался судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, его личной заинтересованности в исходе дела судом не установлено.

Проанализировав вышеприведенные доказательства, в том числе показания свидетеля, суд приходит к выводу о том, что при заключении договора от 04.07.2017, ответчик ФИО3 не имела намерения совершить притворную сделку, поскольку её воля была направлена именно на заключение договора дарения, а не договора купли-продажи, при подписании договора дарения воля ответчика соответствовала её волеизъявлению. Пояснения же ответчика, содержащиеся в справке-беседе, имеющейся в отказном материале, на которые истец ссылается в обоснование своих требований, обратного не подтверждают, поскольку из указанной справки не следует, что ФИО8 предлагала истцу денежные средства за совершение сделки. В ходе рассмотрения дела ответчик также таких пояснений не давала.

Поскольку судом при рассмотрении дела не было установлено намерения у ответчика на совершение притворной сделки, а намерения только одного участника совершить притворную сделку для применения положения п.2 ст.170 Гражданского кодекса Российской Федерации недостаточно, следовательно, оснований для признания договора дарения от 04.07.2017 притворной сделкой и признания его в связи с этим недействительным, у суда не имеется.

По иным общим основаниям, предусмотренным § 2 Главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец договор дарения от 04.07.2017 не оспаривал. Специальных оснований для отмены дарения, предусмотренных ст.578 Гражданского кодекса Российской Федерации, истцом также не заявлялось, и в ходе рассмотрения дела судом, установлено не было.

Ссылку истца на то, что он подписал договор дарения от 04.07.2017 без прочтения его текста из-за отсутствия у него очков, суд признаёт несостоятельной, поскольку истцом, в нарушение ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, доказательств этому не представлено. Приобщенная к материалам дела выписка из амбулаторной карты ФИО1 с записью врача окулиста (л.д.133), не принимается судом в качестве такого доказательства, поскольку прием имел место 30.01.2018, тогда как оспариваемая сделка совершалась 04.07.2017. Кроме того, факт прочтения истцом данного договора перед его подписанием подтверждается свидетельскими показаниями ФИО7

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований.

Определением судьи Индустриального районного суда города Барнаула от 18.12.2017 Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Алтайскому краю было запрещено совершать регистрационные действия в отношении квартиры <адрес> (л.д.27).

В соответствии с ч.1 ст.144 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обеспечение иска может быть отменено тем же судьей или судом по заявлению лиц, участвующих в деле либо по инициативе судьи или суда.

В силу ч.3 ст.144 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случае отказа в иске принятые меры по обеспечению иска сохраняются до вступления в законную силу решения суда. Однако судья или суд одновременно с принятием решения суда или после его принятия может вынести определение суда об отмене мер по обеспечению иска. При удовлетворении иска принятые меры по его обеспечению сохраняют свое действие до исполнения решения суда.

Поскольку решением суда ФИО1 в удовлетворении исковых требований было отказано, суд полагает возможным отменить обеспечительные меры, принятые определением судьи Индустриального районного суда города Барнаула от 18.12.2017.

Руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к ФИО3 о признании сделки недействительной в силу ее ничтожности оставить без удовлетворения.

По вступлению решения в законную силу отменить обеспечительные меры, принятые определением судьи Индустриального районного суда города Барнаула от 18 декабря 2017 года.

Снять с Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Алтайскому краю запрет совершать регистрационные действия в отношении квартиры, расположенной по адресу: <адрес>

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Алтайский краевой суд в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через Индустриальный районный суд города Барнаула.

Судья: Д.А.Ненашева

Решение в окончательной форме изготовлено 19 февраля 2018 года.