Решение № 2-649/2017 от 9 июня 2017 г. по делу № 2-649/2017

Решение составлено в мотивированной форме 09 июня 2017

Дело № 2-649/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Верхняя Пышма 02 июня 2017 года

Верхнепышминский городской суд Свердловской области в составе председательствующего судьи Колесовой Ю.С.,

при секретаре Колотовой Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании недействительным (ничтожным) договора купли-продажи жилого дома и земельного участка и применении последствий его недействительности,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, ФИО3 о признании недействительным (ничтожным) договора купли-продажи жилого дома и земельного участка от 18.01.2014 по основанию мнимости данной сделки на основании ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

До вынесения решения суда истец ФИО1 в порядке ст. 39 ГПК Российской Федерации уточнила требования, просила признать недействительным договор купли-продажи жилого дома и земельного участка от 18.01.2014 и по основаниям ст. 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В обоснование иска указано, что приговором Верхнепышминского городского суда Свердловской области от 13.02.2015 по уголовному делу № 1-15/15 ФИО2 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст. 116, ч.1 ст.111, ч.1 ст. 105 и ему назначено наказание в виде 11 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда от 04.08.2015 приговор изменен, окончательно назначено наказание ФИО2 в виде 11 лет 5 месяцев 20 дней лишения свободы. По данному делу истец ФИО1 признана потерпевшей и гражданским истцом, поскольку от преступных действий был убит ее супруг ФИО4, в отношении нее также было совершено преступление по ч.1 ст. 111 УК Российской Федерации. В рамках уголовного дела с ФИО2 взыскано в ее пользу 700 000 рублей в счет возмещения морального вреда, причиненного смертью ФИО4 и 250 000 рублей в счет возмещения морального вреда причиненного здоровью. Получение присужденной суммы возможно только при наличии какого-либо имущества у осужденного. На день совершения преступления на имя ФИО2 было зарегистрировано право собственности на жилой дом и земельный участок по адресу: <адрес>. Как следует из приговора, преступления совершены в период с 04.01.2014 около 23:00 по 05.01.2014 около 01 часа 05 минут, ФИО2 содержался под стражей с 01.03.2014 года. В материалах уголовного дела имеется справка о содержании правоустанавливающих документов, из которой следует, что 18.01.2014 года в период нахождения ФИО2 в розыске ФИО5 (сожителем дочери ФИО2 ФИО3), действующим в интересах ФИО2 на основании доверенности от 10.01.2014, и ФИО3 заключен договор купли-продажи земельного участка площадью № с кадастровым номером <адрес> и жилого дома, общей площадью 67,5 кв.м., расположенных по адресу: <адрес> в <адрес>. Из п.4 договора следует, что отчуждаемый жилой дом продается за <данные изъяты> и земельный участок за <данные изъяты>. В договоре указано, что денежные суммы уплачены покупателем продавцу полностью до подписания настоящего договора. Согласно выписке из Единого государственного реестра прав и недвижимое имущество и сделок с ним от ДД.ММ.ГГГГ правообладателем спорного жилого дома значится ФИО3, которая является родной дочерью ФИО2. Данное обстоятельство устанавливалось при рассмотрении уголовного дела. Истец считает, что договор купли-продажи жилого дома является мнимой сделкой, поскольку совершен лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия по следующим обстоятельствам: в связи с «продажей» дома отцом своей дочери без получения денежных средств от последней, «продажа» дома произошла в период, когда ФИО2 скрывался от следствия, столь быстрая «продажа» дома после его покупки ФИО2 03.12.2013 года. Единственной целью сделки являлось скрытие принадлежащего ФИО2 имущества от обращения на него взыскания по иску потерпевших от преступных действий ФИО2, т.е. имеет место злоупотребление правом. ФИО3 не проживала и не проживает в данном доме, не несет расходы по его содержанию, не представила доказательства наличия у неё денежных средств, которые якобы уплатила по оспариваемому договору купли-продажи. Признав договор купли-продажи недействительным, истец сможет реализовать свои права потерпевшей, обратив взыскания присужденной ей суммы на указанное имущество. По оценке, стоимость спорного имущества определена в 2 200 000 рублей.

Истец просит признать договор купли-продажи от 18.01.2014, заключенный между ФИО2 и ФИО3 недействительно (ничтожной) сделкой. Применить последствия недействительности ничтожной сделки. Аннулировать государственную регистрацию права собственности 66-66-29/2004/2014-175 от 03.02.2014года. Восстановить регистрацию права собственности на земельный участок и жилой дом по адресу: <адрес>, за ФИО2.

В судебном заседании истец ФИО1 и ее представитель ФИО6 поддержали исковые требования по изложенным выше основаниям. ФИО1 дополнила, что 05.01.2014 ФИО5 приходил в дом к матери ФИО7, где до совершения преступления проживал ФИО2, и забрал документы на дом и земельный участок. ФИО3 на дату заключения оспариваемого договора знала о преступлении отца, и что он находился в розыске, поскольку её вызывали в следственный комитет. ФИО2 при рассмотрении уголовного дела пояснял, что помогал дочери ФИО3, у которой тяжелое материальное положение, что косвенно подтверждает отсутствие у ФИО3 денежных средств на дату заключения оспариваемого договора.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, о времени и месте слушания дела извещен надлежащим образом, отбывает наказание в ФКУ ИК-5 ГУФСИН России по Свердловской области, в материалах дела имеется заявление, в котором ответчик указал, что исковые требования не признает.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, извещалась надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, находится в санатории. В предыдущем судебном заседании пояснила, что является дочерью ФИО2, инвалидом 2 группы, имеет на иждивении двоих детей. На дату заключения договора 18.01.2014, не знала, что отец ФИО2 совершил преступление. Для приобретения жилья у неё были накоплены денежные средства 1500000 рублей, которые хранила в комнате в общежитии, остальную сумму заняла у тети ФИО8 из Казахстана, которую тетя привезла лично. В январе 2014 года отец выдал доверенность её сожителю ФИО5 на продажу ей дома и земельного участка, сам уехал на отдых в Тайланд. Деньги передала ФИО5 в общежитии под расписку. Документы на дом хранились у неё, так как изначально дом приобретался отцом для неё. Она занималась благоустройством дома, сделала частичный ремонт, оплачивала налоги и коммунальные платежи. Также в 2014 приобрела в ипотеку однокомнатную квартиру на средства материнского капитала и денежные средства своей матери, в которой проживает в настоящее время.

Представитель ФИО3 ФИО9, действующий на основании доверенности от 23.05.2017, с иском не согласился. Поддержал изложенные в отзыве доводы, в котором указал, что оспариваемый договор не имеет признаков мнимости. Договор заключен задолго до решения суда по уголовному делу о взыскании с ФИО2 морального вреда; ФИО3 постоянно проживает и зарегистрирована в спорном доме, произвела финансовые затраты на ремонт дома на сумму <данные изъяты> и обрабатывает земельный участок, что подтверждают копиями документов; ФИО3 платит налоги и коммунальные платежи. ФИО3 приобрела жилой дом и земельный участок на накопленные денежные средства, а также на заемные денежные средства в размере <данные изъяты> у своей тети ФИО8, что подтверждает распиской от 18.06.2013 г. У ФИО2 имеются два транспортных средства, на которые может быть обращено взыскание, также скоро будет получать пенсию. Кроме того определенную истцом стоимость дома и земельного участка полагают заниженной. Просит применить к заявленным требованиям срок исковой давности.

Свидетель ФИО10 показала, что является матерью истца ФИО1, женой ФИО2, ФИО3 знает как дочь ФИО2 от другого брака. Показала, что в декабре 2013 года жилой дом и земельный участок по адресу: <адрес>, купили с ФИО2 для себя. После совершения преступления в январе 2014 года ФИО2 скрылся, ключи и документы от дома находились у неё. О сделке между ФИО2 и ФИО3 ничего не знала. У ФИО2 в январе 2014 большой суммы денег не было, деньги на услуги адвоката брала у матери ФИО2 ФИО2 по телефону ничего ей про отчуждение дома ФИО3 не говорил, напротив, настаивал, чтобы она (ФИО7) жила в доме. Она проживала в доме с 2014-2016 в зимнее время периодически, в летнее время постоянно, обрабатывала огород. ФИО3 в доме не проживала, видела её редко. Она (ФИО7) за свой счет производила ремонтные работы в доме, меняла систему отопления, двери и окна, оплачивала налоги и коммунальные платежи. При ремонте ей помогал ФИО5 муж ФИО3. Все подлинники договоров подряда и платежных документов, которые ФИО3 представила в копиях суду, хранятся у неё (ФИО7), она сама снимала копии этих документов, как копии оказались у ФИО3 пояснить не может. Она замечала, что в её отсутствие в доме кто-то бывает, пропадают вещи, инструмент. Квитанции с 2014 г. приходили на имя прежнего собственника дома ФИО11, только в последний год некоторые квитанции стали приходить на имя ФИО3. О том, что ФИО3 прописана в доме, ей не было известно.

Третье лицо- судебный пристав-исполнитель <адрес> отдела УФССП по <адрес> в судебное заседание не явилась, о времени и месте слушания дела извещена надлежащим образом, просила о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Заслушав истца, представителей сторон, свидетеля, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

В силу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

По смыслу придаваемым законом под мнимой сделкой подразумевается сделка, которая совершена для того, чтобы произвести ложное представление на третьих лиц, характеризуется несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон: в момент ее совершения воля обеих сторон не направлена на достижение правовых последствий в виде возникновения, изменения, прекращения соответствующих гражданских прав и обязанностей.

Частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Данному конституционному положению корреспондирует пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В пункте 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплена недопустимость действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В силу пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

По смыслу приведенных выше законоположений, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.

При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем, такая сделка должна быть признана недействительной в соответствии со статьей 10 и пунктом 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судом установлено, что на основании договора купли-продажи от 18.01.2014, ФИО2 в лице представителя ФИО5 по доверенности от 10.01.2014, произвел отчуждение земельного участка площадью 1357кв.м. с кадастровым номером №, относящийся к категории земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: индивидуальная жилая застройка и жилого дома, общей площадью <адрес>. В договоре указано, что отчуждаемый жилой дом продан на 1 700 000 руб. и земельный участок за 1 700 000 руб. Из п.4 договора следует, что указанные суммы уплачены «Покупателем» «Продавцу» полностью до подписания настоящего договора (л.д. 112).

В единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним внесены соответствующие сведения о регистрации сделок и регистрации права собственности ФИО3 (л.д. 65)

Указанная сделка совершена ФИО2 в период нахождения в розыске по возбужденному уголовному делу по ч.1 ст. 116, ч.1 ст. 111, ч.1 ст.105 УК Российской Федерации (взять под стражу 01.03.2014). Преступление совершено в период с 04.01.2014 около 23:00 час. до 01.05 час. час. 05.01.2014.

Приговором Верхнепышминского городского суда Свердловской области от 13.02.2015 ФИО2 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст. 116, ч.1 ст. 111, ч.1 ст.105 УК Российской Федерации. С ФИО2 в пользу ФИО1 взыскано в счет возмещения морального вреда, причиненного смертью её супруга ФИО4 в размере 700 000 рублей, в счет возмещения морального вреда, причиненного здоровью ФИО1 в размере 250 000 рублей, процессуальные издержки в счет оплаты услуг представителя потерпевшего в размере 30 000 рублей. Приговор суда вступил в законную силу 04.08.2015 года. Преступление совершены ФИО2 в ночь с 04.01.2014 на 05.01.2014., ФИО2 содержался по стражей с 01.03.2014г.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда от 04.08.2015 приговор изменен, окончательно назначено наказание ФИО2 в виде 11 лет 5 месяцев 20 дней лишения свободы.

Судебным приставом- исполнителем Верхнепышминского районного отдела 05.10.2015 возбуждено исполнительное производство № 49491/15/66023-ИП, на основании исполнительного листа, выданного Верхнепышминским городским судом по делу № 1-15/2015 в отношении должника ФИО2, предмет исполнения: моральный вред в размере 980 000 рублей, взыскатель ФИО1

Заявляя требования о признании вышеуказанной сделки недействительной, истец указывает на то, что данная сделка была заключена ФИО2 с близким родственником – дочерью ФИО3 в период после совершения преступления до взятия под стражу с целью вывода имущества из владения ФИО2, чтобы избежать наложения на него взысканий по иску потерпевшей о возмещении причиненного преступлением вреда.

Действительно, из материалов дела следует, что ответчик ФИО2 через ФИО5 представителя по доверенности от 10.01.2014, который является сожителем ФИО3, что не оспаривается последней, и ФИО3 18.04.2014 заключили договор по продаже спорного недвижимого имущества, т.е. в период после совершения ФИО2 преступления (с 04.01.2014 около 23:00 по 05.01.2014 около 01 часа 05 минут), до взятия под стражу с 01.03.2014 года. При этом сам ФИО2 приобрел спорный дом и земельный участок по договору от 03.12.2013.

При таких обстоятельствах действия ответчиков по отчуждению спорного недвижимого имущества – период и обстоятельства совершения сделки, совершение сделки между близкими родственниками, указывают на недобросовестное поведение ответчика ФИО2 злоупотребившего своими правами собственника с целью исключения возможности обращения взыскания на это имущество, что свидетельствует о направленности его действий исключительно на причинение вреда истцу – потерпевшей по уголовному делу, который не сможет реализовать право на возмещение причиненного преступлением вреда.

Ответчиками не доказано, что сделка совершена при наличии иного имущества или доходов, за счет которого требование ФИО1 может быть погашено, а не для причинения вреда истцу путем воспрепятствования обращению взыскания на имущество, что не преследовалась цель сокрытия имущества ФИО2 от наложения ареста и обращения на него взыскания по требованиям ФИО1, а следовательно, о недобросовестном поведении сторон данного договора, в том числе ФИО3. Ссылку представителя ответчика ФИО3 на возможность обратить взыскание на два принадлежащих ФИО2 транспортных средства суд полагает несостоятельной, поскольку ответчиками не представлены сведения о рыночной стоимости этих транспортных средств и доказательства того, что их реализация возместит ущерб потерпевшей. Из пояснений истца, не опровергнутых ответчиками, следует, что указанные транспортные средства находятся в разрушенном состоянии.

При таких обстоятельствах, руководствуясь ст. ст. статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу об удовлетворении иска истца о признании договора купли-продажи жилого дома и земельного участка от 18.01.2014, заключенного между ответчиками, недействительным и применяет последствия недействительности сделки в виде внесения соответствующих изменений в записи о регистрации прав на недвижимое имущество.

Более того, суд усматривает и признаки мнимости оспариваемой сделки от 18.01.2014, поскольку ФИО3 не представлены допустимые и достоверные доказательства наличия у неё денежных средств в размере <данные изъяты> на дату совершения сделки. Доводы о том, что ей были накоплены денежные средства в размере <данные изъяты>, которые хранились в комнате общежитии, суд, с учетом состояния здоровья ФИО3 (инвалидность 2 группы) и при отсутствии доказательств источников дохода (заработной платы), полагает надуманными. Сам ФИО2 при рассмотрении уголовного дела пояснял, что оказывал материальную помощь дочери ФИО3, имеющей тяжелое материальное положение. Доводы ФИО3 о том, что заняла денежные средства в размере <данные изъяты> у своей тети ФИО8 со ссылкой на расписку от 18.06.2013, суд также полагает несостоятельными. В суде ФИО3 поясняла, что занимала денежные средства именно для совершения оспариваемого договора, однако дата в расписке от 18.06.2013 не соотносится с датой договора 18.01.2014, о совершении которого в июне 2013 ФИО3 не могла знать, поскольку сам ФИО2 приобрел спорное имущество только в декабре 2013 года. Кроме того, факт приобретения ФИО3 в 2014 году однокомнатной квартиры в ипотеку свидетельствует о том, что цели перехода права собственности от ФИО2 ФИО3 на спорное недвижимое имущество – жилой дом и земельный участок, у сторон оспариваемого договора от 18.01.2014 не было.

О мнимости сделки свидетельствует и то, что несмотря на регистрацию перехода права собственности на спорные дом и земельный участок, ФИО3 не осуществляла права и обязанности собственника в отношении спорного дома и земельного участка. Её доводы в указанной части опровергаются показаниями свидетеля ФИО7, пояснившей, что именно ФИО7 жена ФИО2 проживала с 2014 по 2016 в доме, оплачивала за ремонт и коммунальные услуги. Стороной истца представлены подлинники договоров по ремонту дома и платежных документов, которые хранились у ФИО7 ФИО3 представлены часть этих документов в копиях, почему подлинники документов хранятся у ФИО7 ответчики пояснить не смогли. Кроме того, суд ставит под сомнение представленную ФИО3 копию договора подряда от 22.12.2013 на монтаж дверных конструкций в спорном доме, заключенным между ООО «Уралгарант» (подрядчик) и ФИО3 (заказчик), поскольку вызывает сомнение то обстоятельство, что заказчиком по договору является ФИО3, в то время как на дату 22.12.2013 собственником дома являлся ФИО2 При этом стороной истца представлен подлинник договора подряда от 14.12.2013 заключенного между ООО «Уралгарант» и ФИО2 на монтаж оконных конструкций в спорном доме

Указанные обстоятельства свидетельствуют о мнимости сделки от 18.01.2014, что также является основанием для признания сделки недействительной.

При таких обстоятельствах, руководствуясь ст. ст. статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу об удовлетворении иска ФИО1 о признании договора купли-продажи жилого дома и земельного участка от 18.01.2014, заключенного между ответчиками ФИО2 и ФИО3, недействительным (ничтожным) и применяет последствия недействительности сделки в виде внесения соответствующих изменений в записи о регистрации прав на недвижимое имущество.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию сумма государственной пошлины, оплаченной при подаче иска в суд, пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, то есть в сумме 3300 руб., т.е с каждого ответчика в пользу истца подлежит взысканию 1650 рублей.

Руководствуясь статьями 12, 14, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить

Признать недействительным договор купли-продажи жилого дома общей площадью 67,5 кв.м., назначение: жилой дом, этажность1, <адрес>, заключенный между ФИО2 и ФИО3, в силу его ничтожности.

Решение является основанием для прекращения зарегистрированного в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним права ФИО3 на жилой дом общей площадью № назначение: жилой дом, этажность1, инвентарный №, и земельного участка, площадью 1357кв.м. с кадастровым номером <адрес>, на основании договора купли-продажи от 18.01.2014, заключенного между ФИО2 и ФИО3.

Решение является основанием для восстановления записи о регистрации права собственности на вышеуказанное недвижимое имущество: жилой дом общей площадью 67,5 кв.м., назначение: жилой дом, этажность1, инвентарный №, и земельного участка, площадью №, относящегося к категории земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: индивидуальная жилая застройка, расположенных по адресу: <адрес>, за ФИО2.

Взыскать с ФИО2, ФИО3 в пользу ФИО1 по 1650 рублей в возмещение расходов по уплате по уплате государственной пошлины, всего 3300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца с момента изготовления решения суда в окончательной форме, с подачей апелляционной жалобы через приемную Верхнепышминского городского суда Свердловской области.

Судья Ю.С. Колесова