Решение № 2-971/2025 2-971/2025~М-513/2025 М-513/2025 от 7 июля 2025 г. по делу № 2-971/2025

Дело № 2-971/2025 копия

УИД 59RS0027-01-2025-001168-41


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

село Березовка Пермского края 25 июня 2025 года

Кунгурский городской суд Пермского края (постоянное судебное присутствие в с. Березовка) в составе:

председательствующего судьи Нохриной М.А.,

при секретаре судебного заседания ФИО9,

с участием прокурора Брагина Д.А.,

истца ФИО1,

представителя истца ФИО3, действующей на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ,

ответчика ФИО4,

представителя ответчика ФИО5, действующей на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО4 о лишении выплат, причитающихся членам семьи погибшего военнослужащего,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО4 просит лишить ответчика права на выплаты и льготы в связи с гибелью сына - военнослужащего ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершего ДД.ММ.ГГГГ, а именно: на выплату страховой суммы, предусмотренной Федеральным законом от 28 марта 1998 года №52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации»; на выплату единовременного пособия, предусмотренного Федеральным законом от 07 ноября 2011 года №306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат»; на единовременную выплату, предусмотренную Указом Президента Российской Федерации № 98 от 05 марта 2022 года «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей»; на единовременную материальную помощь, предусмотренную Приказом Министерства социального развития Пермского края от 29 апреля 2022 года № 33-01-03-285 «Об утверждении порядков выплаты материальной помощи военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и имеющим специальное звание полиции, и добровольцам, получившим ранение (контузию, травму, увечье) в ходе проведения специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины, а также членам семей погибших (умерших) военнослужащих, лиц, проходивших службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и имевших специальное звание полиции, и добровольцев, принимавших участие в специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины» (Порядок выплаты материальной помощи членам семей погибших (умерших) военнослужащих, лиц, проходивших службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и имевших специальное звание полиции, и добровольцев, принимавших участие в специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины).

Свои требования обосновывают тем, что истец и ответчик являются родителями ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. В ДД.ММ.ГГГГ совместная жизнь истца и ответчика прекращена, в связи с постоянным употреблением ответчиком спиртных напитков, ответчик нигде не работал, материально не помогал. С ДД.ММ.ГГГГ года истец с сыном проживали с родителями истца по адресу: <адрес>. В последующем истцом была приобретена квартира по адресу: <адрес>, собственниками по ? доли являлись истец и ФИО2 ФИО2 обучался в МАОУ «Средняя общеобразовательная школа №», воспитанием, содержанием ребенка занималась только мать. ФИО2 полностью находился на иждивении матери, отец участия в жизни сына не принимал, материальной помощи не оказывал, жизнью сына не интересовался, подарков не высылал, не навещал. Истец никогда не препятствовала общению отца с сыном. За взысканием алиментов истец не обращалась, поскольку ответчик не имел постоянного места работы, вёл ассоциальный образ жизни. В ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 подписал контракт и уехал в зону СВО. ФИО2 проходил службу в войсковой части № далее в воинской части № в должности рядового по контракту и, находясь при исполнении обязанностей при выполнении специальной военной операции по защите Донецкой и Луганской Народных Республик, Запорожской и Херсонской областей, погиб ДД.ММ.ГГГГ. Заявление на получение единовременного пособия (единовременной материальной помощи) и прав на страховые выплаты семьям, военнослужащих, погибших при выполнении задач в ходе СВО, подано истцом. Ответчик, как отец погибшего ФИО2, не интересовался судьбой своего сына, не принимал мер к его физическому, духовному и нравственному развитию, уклонялся от материального содержания сына, не нёс расходы на похороны, и даже не приехал на похороны сына. В связи с чем, истец полагает, что имеются правовые основания для лишения ответчика права на получение выплат, в связи с гибелью при исполнении обязанностей военнослужащего ФИО2

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица привлечено министерство обороны Российской Федерации.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица привлечена войсковая часть №.

В судебном заседании истец ФИО1, её представитель ФИО3 на иске настаивали по доводам, изложенным в исковом заявлении. Пояснив, что в период совместного проживания ответчик злоупотреблял спиртными напитками, уходил из дома на длительное время. С ДД.ММ.ГГГГ года ответчик с сыном не общался, воспитанием не занимался, материальной помощи ему не оказывал, родительские собрания не посещал. Один раз дал ФИО2 денежные средства в размере <данные изъяты> рублей. При заполнении анкеты военнослужащего ФИО2 в качестве отца ответчика не указал.

Ответчик ФИО4, его представитель ФИО5 в судебном заседании возражали против удовлетворения требований по доводам, изложенным в письменных возражениях. Ответчик в судебном заседании указал, что проживал совместно с истцом до ДД.ММ.ГГГГ года, с сыном он общался даже после расставания с истцом, давал сыну деньги на карманные расходы, номера телефона ФИО2 у ответчика не было. В первый класс сын пошел в школу №, отводил его в школу один раз, учился в школе до момента ее расформирования, после продолжил обучение в школе №. В период с ДД.ММ.ГГГГ приезжал навещать сына, несколько раз давал денежные средства в ДД.ММ.ГГГГ году – два раза, сколько раз в ДД.ММ.ГГГГ году – напомнит. В 15-16 лет у него с сыном был разговор, в это время сын учился в училище, сколько времени учился в училище он не знает. Алименты не платил, так как заявлений не было. Он позвонил истцу перед похоронами, но она бросила трубку из-за неприязненных отношений.

Представитель третьего лица – Военного комиссариата г.Кунгура, Кунгурского и Березовского районов Пермского края в судебном заседании участия не принимал, просил рассмотреть дело в его отсутствие, представив письменный отзыв, согласно которому не располагают сведениями о том, что ФИО4 не занимался воспитанием и содержанием погибшего ФИО2, возражений относительно заявленных требований не представлено.

Представители третьих лиц АО «СОГАЗ», Войсковой части 42038 не явились, извещены надлежащим образом, возражений не представили.

Представитель третьего лица – ГБУ «Центр социальной защиты населения по г.Кунгуру и Кунгурскому муниципальному району» в судебное заседание не явился, указав, что заявленные исковые требования к компетенции данного Учреждения не относятся, возражений не представил.

Прокурор в судебном заседании полагал, что имеются основания для удовлетворения заявленных исковых требований.

Из показаний свидетеля ФИО29 следует, что ФИО4 периодически проживал с ФИО1 и сыном ФИО2, в ДД.ММ.ГГГГ года ФИО4 ушёл из семьи, ответчик не общался с сыном, хотя ФИО2 высказывал желание по поводу общения с отцом.

Свидетель ФИО14 пояснил, что ответчик ФИО7 родной брат. Брата два или три раза возили для кодирования от алкогольной зависимости, ФИО1 и ФИО4 проживали совместно в <адрес>, после в <адрес> примерно до ДД.ММ.ГГГГ года. В период совместного проживания брат с сыном не общался, его часто небыло дома, истец не знала местонахождение брата, употреблял спиртное запоями. После брат стал проживать с ФИО35, после проживал с ФИО36, у него имеется дочь, примерно ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Он общался с истцом и ФИО2 после того как истец и ответчик прекратили совместно проживать, у него имелись номера телефонов, а также продолжал общение с ответчиком. ФИО4 о жизни сына не интересовался, подарки на дни рождения и новый год не дарил, в школу не ходил, номера телефона сына у брата не было. Он поддерживал отношение с ФИО2, племянник был общительный, делился с ними, об отце у него интересовался редко, когда ФИО2 ушел на СВО переписывались с ним в социальной сети «ВКонтакте». Брату он лично сообщил о том, что ФИО2 заключил контракт, в его присутствии его жена позвонила ответчику и сообщила о дате похорон. Его мама жила в деревне, ФИО2 ездил к бабушке, при ее жизни, бывало, что они вместе приезжали к бабушке.

Свидетель ФИО16 в судебном заседании пояснила, что истец ее родная сестра, отношения хорошие. С ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ год истец и ответчик жили вместе в <адрес>, ответчик работал, после ответчик уехал в <адрес>, в ДД.ММ.ГГГГ году перевез в <адрес> семью. С ослов сестры ей известно, от ответчика кодировали два раза, он злоупотреблял спиртными напитками. С ДД.ММ.ГГГГ года истец и ответчик проживали раздельно, ответчик проживал с другой женщиной. После того как истец и ответчик прекратили совместно проживать ответчик с сыном не общался, знает, что давал один раз сыну <данные изъяты> рублей, со слов ФИО2 знает, что он видел отца в состоянии алкогольного опьянения. Истец работала швеей. ФИО2 не считал ответчика за отца. Истец не препятствовала ответчику общению с сыном.

Свидетелей ФИО17 в судебном заседании пояснил, что истец ее племянница, 20 лет проживала в <адрес>, истец и ответчик проживали в деревне до ДД.ММ.ГГГГ года, ответчик уехал в <адрес> в ДД.ММ.ГГГГ году, проживал у родителей истца, после того как истец переехала в <адрес> какое-то время проживали совместно. ФИО2 родился в <адрес>, она с ним общалась. ФИО4 употреблял спиртное запоями, в этот период дома не находился, денег в семье не хватало. После того как истец и ответчик перестали совместно проживать она с ответчиком не общалась. Спрашивала у ФИО2, дарил ли папа ему подарки на день рождение, ФИО2 отвечал, что нет, и пожимал плечами.

Из показаний свидетеля ФИО27 следует, что является супругой брата ответчика, знакома, с ними с ДД.ММ.ГГГГ года. После того как истец и ответчик не стали совместно проживать, ответчик проживал с ФИО35 и еще была ФИО36. Истец не препятствовала общению ответчика и его бабушки с ФИО2. Бывало, что истец отправляла сына вместе с ними к бабушке – матери ответчика, иногда истец, когда приезжала в деревню на кладбище, сама заходила в гости к бабушке, бывало, что ФИО2 приезжал к бабушке один. Она была у ФИО2 на похоронах. О том, что ФИО2 погиб, она узнал от истца. Она лично позвонила по номеру телефона ответчика, трубку взяла новая жена ФИО35 ответчика, она попросила передать трубку ФИО4, после чего она сообщила о смерти ФИО2 За день до похорон ее супруг сообщил брату о дате и времени похорон. Когда она разговаривала с ответчиком, голос у него был нормальный, никаких отклонений, заболеваний не было.

Свидетель ФИО18 показал, что проживает совместно с ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ года, при этом про общение ФИО2 с отцом он не слышал, денежных средств ответчик сыну не передавал.

Из показаний свидетелей ФИО24 следует, что ответчик муж его сестры, с ним знаком с середины ДД.ММ.ГГГГ года. С этого времени с ним общаются почти постоянно, созваниваются каждый день. С ДД.ММ.ГГГГ года он в запой не уходил о том, что он был закодирован ему не известно. Он работал в <адрес> в охране, подбивал график и увозил ответчика с бригадой домой, ехали через <адрес>, довозил ответчика. Он лично, почти два с половиной года ДД.ММ.ГГГГ годы завозил ответчика к сыну, на <адрес>, в больничный городок, чтобы он его проповедовал сына, заезжали один раз в два месяца, стабильно. Общались по времени по-разному, бывало быстро, бывало долго. Видел пару раз как ответчик брал деньги из кошелька и выходил к сыну. Привозил ли подарки, продукты питания не видел. У сына были проблемы с законом и ФИО4 стал его воспитывать, приезжали, разговаривали, хотел поставить на путь истинный, но все обстоятельства ему не рассказали. Причина развода истца и ответчика ему не известна. О том, что ФИО2 погиб ему не сообщили заранее, никто не звонил, о дате похорон ему не сообщали. Узнал уже после похорон, ему позвонил старший брат и сообщил. Скороходов не был на похоронах, но знает, где находится могила сына. Он лично ФИО2 не видел, не знает, как общались ответчик с сыном.

Суд, заслушав пояснения сторон, свидетелей, заключение прокурора, исследовав материалы настоящего гражданского дела, считает исковые требования обоснованными, подлежащими удовлетворению.

Российская Федерация - это социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека. В Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей, устанавливается гарантированный минимальный размер оплаты труда, обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства, инвалидов и пожилых граждан, развивается система социальных служб, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты (статья 7 Конституции Российской Федерации). Каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (часть 1 статьи 39 Конституции Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 969 Гражданского кодекса Российской Федерации в целях обеспечения социальных интересов граждан и интересов государства законом может быть установлено обязательное государственное страхование жизни, здоровья и имущества государственных служащих определенных категорий. Обязательное государственное страхование осуществляется за счет средств, выделяемых на эти цели из соответствующего бюджета министерствам и иным федеральным органам исполнительной власти (страхователям).

Обязательное государственное страхование осуществляется непосредственно на основании законов и иных правовых актов о таком страховании указанными в этих актах государственными страховыми или иными государственными организациями (страховщиками) либо на основании договоров страхования, заключаемых в соответствии с этими актами страховщиками и страхователями (пункт 2 статьи 969 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 2 статьи 1 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» военнослужащие обладают правами и свободами человека и гражданина с некоторыми ограничениями, установленными названным Федеральным законом, федеральными конституционными законами и федеральными законами. На военнослужащих возлагаются обязанности по подготовке к вооруженной защите и вооруженная защита Российской Федерации, которые связаны с необходимостью беспрекословного выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе с риском для жизни. В связи с особым характером обязанностей, возложенных на военнослужащих, им предоставляются социальные гарантии и компенсации.

Военнослужащие и граждане, призванные на военные сборы, подлежат обязательному государственному личному страхованию за счет средств федерального бюджета. Основания, условия и порядок обязательного государственного личного страхования указанных военнослужащих и граждан устанавливаются федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (пункт 1 статьи 18 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих»).

Условия и порядок осуществления обязательного государственного страхования жизни и здоровья военнослужащих и иных приравненных к ним лиц определены в Федеральном законе от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации».

В силу положений статьи 1 Федерального закона от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ к застрахованным лицам по обязательному государственному страхованию относятся, в том числе военнослужащие, за исключением военнослужащих, военная служба по контракту которым в соответствии с законодательством Российской Федерации приостановлена.

Выгодоприобретателями по обязательному государственному страхованию являются застрахованные лица, а в случае гибели (смерти) застрахованного лица, в частности, родители (усыновители) застрахованного лица (абзацы первый, третий пункта 3 статьи 2 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ).

В статье 4 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ названы страховые случаи при осуществлении обязательного государственного страхования, среди которых гибель (смерть) застрахованного лица в период прохождения военной службы, службы, военных сборов.

В статье 5 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ определены страховые суммы, выплачиваемые выгодоприобретателям, размер которых ежегодно увеличивается (индексируется) с учетом уровня инфляции в соответствии с федеральным законом о федеральном бюджете на очередной финансовый год и плановый период. Решение об увеличении (индексации) указанных страховых сумм принимается Правительством Российской Федерации. Указанные страховые суммы выплачиваются в размерах, установленных на день выплаты страховой суммы (абзац девятый пункта 2 статьи 5 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ).

Так, согласно абзацу второму пункта 2 статьи 5 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ в случае гибели (смерти) застрахованного лица в период прохождения военной службы, службы или военных сборов либо до истечения одного года после увольнения с военной службы, со службы, после отчисления с военных сборов или окончания военных сборов вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных в период прохождения военной службы, службы или военных сборов, страховая сумма выплачивается в размере 2 000 000 руб. выгодоприобретателям в равных долях.

Федеральным законом от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» также установлены отдельные виды выплат в случае гибели (смерти) военнослужащих - единовременное пособие и ежемесячная денежная компенсация, размеры которых подлежат ежегодному увеличению (индексации) с учетом уровня инфляции (потребительских цен) в соответствии с федеральным законом о федеральном бюджете на очередной финансовый год и плановый период. Решение об увеличении (индексации) указанных пособий принимается Правительством Российской Федерации (часть 16 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ).

В соответствии с положениями части 9 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» в случае гибели (смерти) военнослужащего, или гражданина, призванного на военные сборы, или гражданина, пребывающего в добровольческом формировании, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, либо смерти, наступившей вследствие военной травмы, каждому члену его семьи выплачивается ежемесячная денежная компенсация, которая рассчитывается путем деления ежемесячной денежной компенсации, установленной частью 13 настоящей статьи для инвалида I группы, на количество членов семьи (включая погибшего (умершего) военнослужащего или гражданина, проходившего военные сборы).

В случае гибели военнослужащего при исполнении воинского долга или смерти вследствие ранения, травмы, контузии, полученных при исполнении обязанностей военной службы, Российская Федерация как социальное государство принимает на себя обязательства по оказанию социальной поддержки членам его семьи, исходя из того, что их правовой статус производен от правового статуса самого военнослужащего и обусловлен спецификой его служебной деятельности.

При определении круга членов семьи погибшего (умершего) военнослужащего, имеющих право на названные выплаты, федеральный законодатель, действуя в рамках своих дискреционных полномочий, исходил, в частности, из целевого назначения данных выплат, заключающегося в восполнении материальных потерь, связанных с утратой возможности для этих лиц как членов семьи военнослужащего получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержание.

Таким образом, установленная федеральным законодателем система социальной защиты членов семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, направлена на максимально полную компенсацию связанных с их гибелью материальных потерь.

Такое правовое регулирование, гарантирующее родителям военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, названные выплаты, имеет целью не только восполнить связанные с этим материальные потери, но и выразить от имени государства признательность гражданам, вырастившим и воспитавшим достойных членов общества - защитников Отечества (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014 года № 22-П, от 19 июля 2016 года № 16-П).

Судом установлено:

ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения являются родителями ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершего ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 18, 19, 25, 26, 53).

Согласно ордеру на жилое помещение, выданному ДД.ММ.ГГГГ администрацией <адрес>, ФИО19 предоставлено жилое помещение по адресу: <адрес>3, в качестве членов семьи указаны: ФИО20, ФИО1, ФИО2 (л.д. 30).

Из искового заявления и пояснений истца следует, что она с ответчиком проживала совместно до ДД.ММ.ГГГГ года, в ДД.ММ.ГГГГ году она с сыном ФИО2 переехала в <адрес>, где ей было предоставлено жилое помещение по адресу: <адрес>2, однако, были зарегистрированы у её родителей по адресу: <адрес>3, в связи с аварийным состоянием предоставленной ей квартиры. В последующем, в ДД.ММ.ГГГГ году жилое помещение по адресу: <адрес>2 было выкуплено администрацией <адрес>, и на вырученные денежные средства истец приобрела жилое помещение по адресу: <адрес>.

В общей долевой собственности, доля в праве ?, ФИО2 и ФИО1 находится 2-комнатная квартира по адресу: <адрес>, что подтверждается свидетельствами о государственной регистрации права от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.33,34).

Согласно характеристике МАОУ «Средняя общеобразовательная школа №» в отношении ФИО2, ученика 9а класса, проживающего по адресу: <адрес>, учащийся воспитывается в неполной семье, мать – ФИО1, место работы ИП ФИО21 швея. Отец совместно с семьей не проживает. Родительские собрания мама посещает, классный руководитель поддерживает связь с мамой по телефону (л.д. 27-28, 185, 188).

Согласно информации КДН и ЗП Кунгурского муниципального округа Пермского края, предоставленной по запросу суда, ФИО2 неоднократно обсуждался на заседаниях комиссии. Семья ФИО2 на межведомственном учете семей, как находящаяся в социально опасном положении, не состояла и не состоит. Подросток воспитывался в неполной семье, мать ФИО1 должным образом исполняла обязанности по воспитанию, обучению сына, поддерживала связь с классным руководителем, родительские собрания посещала, его учебой и поведением интересовалась. По факту ненадлежащего исполнения обязанностей по воспитанию сына ФИО2 на заседаниях КДН обсуждалась ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 поддерживала связь со специалистами КДН, всегда отвечала на телефонные звонки, приходила по первому требованию, выполняла все рекомендации (л.д. 194-197). Сведения об обсуждении на заседаниях КДН и ЗП Кунгурского муниципального округа Пермского края ФИО4 по поводу воспитания сына ФИО2 не имеется. Как пояснил в судебном заседании ответчик ФИО4 на заседаниях комиссии он не обсуждался, его не приглашали.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 заключен контракт с Министерством обороны Российской Федерации сроком на 1 год для прохождения военной службы (л.д. 20, 21-23, 80).

ДД.ММ.ГГГГ Военным комиссариатом (г.Кунгур, Кунгурского и Березовского районов Пермского края) выдана справка о том, что ФИО1 является членом семьи военнослужащего по контракту ФИО2, проходящего военную службу в Вооруженных силах Российской Федерации в войсковой части №, и имеет право на реализацию (получение) мер правовой и социальной защиты (поддержки), установленных законодательством Российской Федерации для членов семей участников специальной военной операции на территориях Украины, Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики, Запорожской области и Херсонской области (л.д. 24).

ДД.ММ.ГГГГ начальником штаба войсковой части № в адрес Военного комиссара г.Кунгура, Кунгурского и Березовского районов направлено извещение с просьбой известить мать ФИО1 о том, что её сын, гранатометчик войсковой части №, ефрейтор ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, проявил мужество в боях, по освобождению ДНР, погиб ДД.ММ.ГГГГ. Смерть наступила в период прохождения военной службы и связана с исполнением обязанностей военной службы в ходе Специальной Военной Операции (л.д.85).

Из искового заявления и пояснений истца следует, что ФИО4 не работал, вёл аморальный образ жизни, злоупотреблял алкогольными напитками, с сыном ФИО2 не общался, связь не поддерживал, материально не помогал, похоронами сына занималась истец самостоятельно, ответчик помощи не оказывал, в подтверждение предоставив копии кассовых чеков по оплате похорон сына, поминальных обедов, копии портфолио ФИО2, а также благодарность ФИО1 за воспитание сына из образовательного учреждения (л.д. 99-164).

Также в судебном заседании истец утверждала, что с ответчиком совместная жизнь прекращена в ДД.ММ.ГГГГ году, с ДД.ММ.ГГГГ года ФИО4 проживал с ФИО22, которая периодически приходила или звонила истцу, утверждая, что ФИО4 находится у истца. Между ФИО22 и ФИО1 произошёл скандал, в связи с чем ФИО22 обращалась к мировому судье судебного участка № Кунгурского района о привлечении ФИО1 к уголовной ответственности за совершение преступления, предусмотренного частью 1 стати 116 Уголовного кодекса Российской Федерации, постановлением мирового судьи от ДД.ММ.ГГГГ производство в отношении ФИО1 по уголовному делу частного обвинения прекращено, в связи с примирением сторон (л.д.182).

Согласно информации МО МВД России «Кунгурский», ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ был зарегистрирован по месту жительства по адресу: <адрес> ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; ФИО4 зарегистрирован по месту жительства по адресу: <адрес> ДД.ММ.ГГГГ. Был зарегистрирован по месту жительства по адресу: <адрес> с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; ФИО1 зарегистрирована по месту жительства по адресу: <адрес> ДД.ММ.ГГГГ. Была зарегистрирована по месту жительства по адресу: <адрес> ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д.51,178).

Ответчиком и его представителем в судебном заседании в возражение доводов истца и его представителя о том, что ФИО4 вел аморальный образ жизни, злоупотреблял спиртными напитками, указано на отсутствие сведений о том, что ФИО4 состоит на учете у врача-нарколога, в связи с чем указанные доводы стороны истца считает необоснованными. Из пояснений ответчика ФИО4 следует, что утверждения истца не правдивы, поскольку он во время совместной жизни с истцом обеспечивал семью, спиртными напитками не злоупотреблял, после прекращения отношений с истцом с сыном общался, навещал его, когда ехал из работы из <адрес>, его довозил свидетель ФИО24, сын приезжал к своей бабушке (матери ответчика) в деревню, давал сыну деньги на карманные расходы, истец препятствовала общению отца с сыном. О дате похорон знал, но не приехал по состоянию здоровья, помощь истцу не предлагал, поскольку она не отвечала на его телефонные звонки.

В подтверждение состояния здоровья ответчиком представлены: выписной эпикриз, в соответствии с которым в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 находился на стационарном лечении в терапевтическом отделении с диагнозом <данные изъяты>»; ДД.ММ.ГГГГ доставлен в приемное отделение ГБУЗ ПК «Лысьвенская больница» с диагнозом «<данные изъяты>»; выписной эпикриз, согласно которому в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился на стационарном лечении в терапевтическом отделении ГБУЗ ПК «Березовская ЦРБ» с диагнозом «<данные изъяты>»; ДД.ММ.ГГГГ обращался за консультацией к врачу кардиологу, врачу терапевту в ЛДЦ ООО «Кредо»; в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился на стационарном лечении в ГБУЗ ПК «Кунгурская больница» с диагнозом «<данные изъяты>» (л.д.57-61).

В подтверждение осуществления трудовой деятельности ответчиком представлены сведения о состоянии индивидуального лицевого счета застрахованного лица, публикации в газете «Сельская новь» (л.д. 63-64, 67, 69).

Согласно акту обследования условий жизни гражданина, выразившего желание стать опекуном от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО4 проживает по адресу: <адрес> работает механизатором в КФК «Ефимовых». Проживает в зарегистрированном браке со ФИО25, воспитывают приемного сына. ФИО4 по месту жительства и работы характеризуется с положительной стороны, в употреблении алкоголя не замечен (л.д. 65-66).

Согласно справке ГБУЗ ПК «Пермский краевой клинический наркологический диспансер «Кунгурский филиал», ФИО4 на учете в наркологическом диспансере не состоит (л.д. 179).

Родители имеют равные права и несут равные обязанности в отношении своих детей (родительские права) (пункт 1 статьи 61 Семейного кодекса Российской Федерации).

Родители имеют право и обязаны воспитывать своих детей. Родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей (абзацы первый и второй пункта 1 статьи 63 Семейного кодекса Российской Федерации).

Родитель, проживающий отдельно от ребенка, имеет право на общение с ребенком, участие в его воспитании и решении вопросов получения ребенком образования (пункт 1 статьи 66 Семейного кодекса Российской Федерации).

Родитель, проживающий отдельно от ребенка, имеет право на получение информации о своем ребенке из воспитательных учреждений, медицинских организаций, организаций социального обслуживания и аналогичных организаций. В предоставлении информации может быть отказано только в случае наличия угрозы для жизни и здоровья ребенка со стороны родителя (пункт 4 статьи 66 Семейного кодекса Российской Федерации).

Согласно абзацу второму статьи 69 Семейного кодекса Российской Федерации родители (один из них) могут быть лишены родительских прав, если они уклоняются от выполнения обязанностей родителей, в том числе при злостном уклонении от уплаты алиментов.

Пунктом 1 статьи 71 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что родители, лишенные родительских прав, теряют все права, основанные на факте родства с ребенком, в отношении которого они были лишены родительских прав, в том числе право на получение от него содержания (статья 87 Кодекса), а также право на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.

В пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2017 года № 44 «О практике применения судами законодательства при разрешении споров, связанных с защитой прав и законных интересов ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью, а также при ограничении или лишении родительских прав» разъяснено, что уклонение родителей от выполнения своих обязанностей по воспитанию детей может выражаться в отсутствии заботы об их здоровье, о физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении. Разрешая вопрос о том, имеет ли место злостное уклонение родителя от уплаты алиментов, необходимо, в частности, учитывать продолжительность и причины неуплаты родителем средств на содержание ребенка.

Из приведенных положений семейного законодательства следует, что семейная жизнь предполагает наличие тесной эмоциональной связи между ее членами, в том числе между родителями и детьми, взаимную поддержку и помощь членов семьи, ответственность перед семьей всех ее членов. При этом основной обязанностью родителей в семье является воспитание, содержание детей, защита их прав и интересов. Поскольку родители несут одинаковую ответственность за воспитание и развитие ребенка, данная обязанность должна выполняться независимо от наличия или отсутствия брака родителей, а также их совместного проживания. Уклонение родителей от выполнения своих обязанностей по воспитанию детей может выражаться в отсутствии заботы об их здоровье, о физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении. Невыполнение по вине родителей родительских обязанностей, в том числе по содержанию детей, может повлечь для родителей установленные законом меры ответственности, среди которых лишение родительских прав. В числе правовых последствий лишения родительских прав - утрата родителем (родителями) права на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.

Таким образом, права родителя, в том числе на получение различных государственных пособий и выплат, основанные на факте родства с ребенком, не относятся к числу неотчуждаемых прав гражданина, поскольку законом предусмотрена возможность лишения гражданина такого права в случае уклонения от выполнения им обязанностей родителя.

Ввиду изложенного, а также с учетом целей правового регулирования мер социальной поддержки, предоставляемых родителям военнослужащего в случае его гибели (смерти) в период прохождения военной службы при исполнении обязанностей военной службы, направленных на возмещение родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили защитником Отечества, нравственных и материальных потерь, связанных с его гибелью (смертью) при исполнении обязанностей военной службы, лишение права на получение таких мер социальной поддержки возможно при наличии обстоятельств, которые могли бы служить основаниями к лишению родителей родительских прав в случае уклонения от выполнения обязанностей родителей, в том числе при злостном уклонении от уплаты алиментов.

В ходе рассмотрения дела нашел подтверждение тот факт, что ФИО4 устранился от воспитания сына, не проявлял интереса к его жизни. Как следует из пояснений истца, ФИО2 при жизни со своим отцом ФИО4 не встречался, отец жизнью сына не интересовался, на похороны сына не приехал. Сам ответчик пояснил в судебном заседании, что поддерживал связь с сыном только непродолжительное время после прекращения отношений с истцом.

Свидетель ФИО14 – брат ответчика и свидетель ФИО27 – супруга ФИО14 пояснили, что ФИО4 с сыном не общался, у них судьбой сына не интересовался, участие в воспитании сына не принимал. Родная сестра истца свидетель ФИО16 пояснила, что ответчик с сыном после ДД.ММ.ГГГГ года отношения не поддерживал, воспитанием и содержанием не занимался. Тетя истца ФИО17 пояснила, что ответчик поддерживал отношение с сыном в период совместного проживания с истцом, после помощи не оказывал, с сыном не общался. Подруга истца ФИО29 пояснила, что с истцом поддерживает тесные отношения, ФИО4 периодически проживал с ФИО1 и сыном ФИО2, в ДД.ММ.ГГГГ года ФИО4 ушёл из семьи, ответчик не общался с сыном. Свидетель ФИО18 проживает совместно с истцом с ДД.ММ.ГГГГ года, про общение ФИО2 с отцом он не слышал, денежных средств ответчик сыну не передавал.

К показаниям свидетеля ФИО24 о том, что в течение двух с половиной лет, в период с ДД.ММ.ГГГГ годы привозил ответчика к дому сына, где ФИО4 общался с сыном, а также о том, что ФИО4 не было известно о смерти сына и о дате похорон, суд относится критически, поскольку ФИО24 является близким родственником супруги ответчика, кроме того, данные показания опровергаются показаниями истца, свидетелей ФИО17, ФИО16, ФИО14, ФИО27, ФИО29, ФИО18 и материалами дела.

Доводы ответчика и его представителя о том, что материалами дела не подтвержден факт злоупотребления ФИО4 спиртными напитками, опровергаются показаниями истца, а также свидетелей, в том числе родного брата ответчика, который продолжает общение с ответчиком после прекращения фактических брачных отношений между истцом и ответчиком.

Факт препятствия общению ФИО4 с сыном ФИО2 в судебном заседании подтверждения не нашел, ответчик с соответствующими заявлениями об определении порядка общения с ребенком не обращался, о чем подтвердил в судебном заседании.

Тот факт, что между ответчиком и сыном могла произойти ссора по поводу противоправного поведения сына, а также привлечение ФИО2 к административной и уголовной ответственности не свидетельствуют об уважительной причине самоустранения ответчика от воспитания и содержания сына.

Выражение желания ответчика стать опекуном в ДД.ММ.ГГГГ году, проживая в зарегистрированном браке со ФИО25, а также представленные в материалы дела статьи в печатном издании, относится к характеризующим данным ответчика и не свидетельствуют о наличии тесной эмоциональной связи между отцом ФИО8 и сыном ФИО2, о наличии со стороны отца заботы о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении сына ФИО2.

Военная служба, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, представляет собой особый вид государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением обороны страны и безопасности государства и, следовательно, осуществляемой в публичных интересах; лица, несущие такого рода службу, выполняют конституционно значимые функции: военнослужащий принимает на себя бремя неукоснительно, в режиме жесткой военной дисциплины исполнять обязанности военной службы, которые предполагают необходимость выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе сопряженных со значительным риском для жизни и здоровья.

Этим определяется особый правовой статус военнослужащих, проходящих военную службу как по призыву, так и в добровольном порядке по контракту, содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним и их обязанностей по отношению к государству, что обязывает государство гарантировать им материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью в период прохождения военной службы.

В случае гибели военнослужащего при исполнении воинского долга или смерти вследствие ранения, травмы, контузии, полученных при исполнении обязанностей военной службы, Российская Федерация как социальное государство принимает на себя обязательства по оказанию социальной поддержки членам его семьи, исходя из того, что их правовой статус произволен от правового статуса самого военнослужащего и обусловлен спецификой его служебной деятельности.

Публично-правовой механизм возмещения вреда, причиненного гибелью (смертью) военнослужащего, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, в том числе по призыву, членам его семьи в настоящее время включает в себя, в частности, пенсионное обеспечение в виде пенсии по случаю потери кормильца, назначаемой и выплачиваемой в соответствии с пенсионным законодательством Российской Федерации (часть 1 статьи 25 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих»), и страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих (часть 3 статьи 2, статья 4 и часть 2 статьи 5 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ).

К элементам публично-правового механизма возмещения вреда, причиненного членам семьи военнослужащего в связи с его гибелью (смертью) при исполнении обязанностей военной службы, относятся и такие меры социальной поддержки, как единовременное денежное пособие и ежемесячная денежная компенсация, предусмотренные частями 8 - 10 статьи 3 Федерального закона от 07 ноября 2011 года № 306-ФЗ.

Таким образом, установленная федеральным законодателем система социальной защиты членов семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, направлена на максимально полную компенсацию связанных с их гибелью материальных потерь, связанных с утратой возможности для этих лиц как членов семьи военнослужащего получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержание.

Такое правовое регулирование, гарантирующее родителям военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, названные выплаты, имеет целью не только восполнить связанные с этим материальные потери, но и выразить от имени государства признательность гражданам, вырастившим и воспитавшим достойных членов общества - защитников Отечества.

Исходя из целей названных выплат, а также принципов равенства, справедливости и соразмерности, принципа недопустимости злоупотребления правом как общеправового принципа, выступающих в том числе критериями прав, приобретаемых на основании закона, указанный в нормативных правовых актах, в данном случае в статье 5 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ и в статье 3 Федерального закона от 07 ноября 2011 года № 306-ФЗ, круг лиц, имеющих право на получение мер социальной поддержки в случае гибели военнослужащего при исполнении обязанностей военной службы, среди которых родители такого военнослужащего, не исключает различий в их фактическом положении и учета при определении наличия у родителей погибшего военнослужащего права на меры социальной поддержки в связи с его гибелью их действий по воспитанию, физическому, умственному, духовному, нравственному, социальному развитию и материальному содержанию такого лица и имеющихся между ними фактических родственных и семейных связей.

При этом законодатель исходит из права родителя, в том числе на получение различных государственных пособий и выплат, основанных на факте родства с ребенком, не относятся к числу неотчуждаемых прав гражданина, поскольку законом предусмотрена возможность лишения гражданина такого права в случае уклонения от выполнения им обязанностей родителя по воспитанию и содержанию ребенка.

Следовательно, избранный истцом способ защиты нарушенного права - лишение родителя права на получение единовременной выплаты, страховой суммы и других выплат и льгот в связи с гибелью (смертью) военнослужащего при исполнении обязанностей военной службы, признается законным. Сам по себе факт не лишения отца ребенка родительских прав не препятствует заинтересованному лицу в реализации права на судебную защиту его прав и свобод согласно статье 46 Конституции Российской Федерации.

Лишение права на получение вышеуказанных мер социальной поддержки возможно при наличии обстоятельств, которые могли бы служить основаниями к лишению родителей родительских прав, в том числе в случае злостного уклонения родителя от выполнения своих обязанностей.

Согласно абз. 2 ст. 69 Семейного кодекса Российской Федерации родители (один из них) могут быть лишены родительских прав, если они уклоняются от выполнения обязанностей родителей, в том числе при злостном уклонении от уплаты алиментов.

Пунктом 1 ст. 71 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что родители, лишенные родительских прав, теряют все права, основанные на факте родства с ребенком, в отношении которого они были лишены родительских прав, в том числе право на получение от него содержания (ст. 87 Кодекса), а также право на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.

Уклонение родителей от выполнения своих обязанностей по воспитанию детей может выражаться в отсутствии заботы об их здоровье, о физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении.

Разрешая вопрос о том, имеет ли место злостное уклонение родителя от уплаты алиментов, необходимо, в частности, учитывать продолжительность и причины неуплаты родителем средств на содержание ребенка (пункт 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2017 года № 44 «О практике применения судами законодательства при разрешении споров, связанных с защитой прав и законных интересов ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью, а также при ограничении или лишении родительских прав»).

Из приведенных положений семейного законодательства, а также разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что семейная жизнь предполагает наличие тесной эмоциональной связи между ее членами, в том числе между родителями и детьми, взаимную поддержку и помощь членов семьи, ответственность перед семьей всех ее членов. При этом основной обязанностью родителей в семье является воспитание, содержание, защита прав и интересов детей. Поскольку родители несут одинаковую ответственность за воспитание и развитие ребенка, данная обязанность должна выполняться независимо от наличия или отсутствия брака родителей, а также их совместного проживания. Невыполнение по вине родителей родительских обязанностей, в том числе по содержанию детей, их материальному обеспечению, может повлечь для родителей установленные законом меры ответственности, среди которых лишение родительских прав. В числе правовых последствий лишения родительских прав - утрата родителем (родителями) права на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.

Таким образом, права родителя, в том числе на получение различных государственных пособий и выплат, основанных на факте родства с ребенком, не относятся к числу неотчуждаемых прав гражданина, поскольку законом предусмотрена возможность лишения гражданина такого права в случае уклонения от выполнения им обязанностей родителя.

Ввиду изложенного, а также с учетом требований добросовестности, разумности и справедливости, общеправового принципа недопустимости злоупотребления правом, целей правового регулирования мер социальной поддержки, предоставляемых родителям военнослужащего в случае его гибели (смерти) при исполнении обязанностей военной службы, направленных на возмещение родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили достойным защитником Отечества, нравственных и материальных потерь, связанных с его гибелью, лишение права на получение таких мер социальной поддержки возможно при наличии обстоятельств, которые могли бы служить основаниями к лишению родителей родительских прав, в том числе в случае злостного уклонения родителя от выполнения своих обязанностей по воспитанию и содержанию ребенка.

С учетом характера спорных правоотношений, заявленных исковых требований в данном случае юридически значимыми для правильного разрешения спора являлись следующие обстоятельства: принимал ли ответчик какое-либо участие в воспитании сына, оказывал ли ему моральную, физическую, духовную поддержку, содержал ли сына материально, включая уплату алиментов на его содержание, предпринимал ли какие-либо меры для создания сыну условий жизни, необходимых для его развития, имелись ли между отцом и сыном фактические семейные и родственные связи.

При разрешении настоящего спора суд принимает во внимание положения приведенных норм материального права в их системной взаимосвязи с учетом правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации о целях правового регулирования мер социальной поддержки, предоставляемых родителям военнослужащего в случае его гибели (смерти) при исполнении обязанностей военной службы и приходит к выводу о том, что ответчиком не доказано, что он принимал участие в воспитании сына, формировании его личности, интересовался его жизнью и здоровьем, принимал меры к его физическому, духовному и нравственному развитию, оказывал сыну моральную, физическую, духовную поддержку и материальную помощь.

Суд принимает во внимание, что по настоящему делу сторона ответчика должна была доказать, что на протяжении жизни своего сына отец добросовестно исполнял свои обязанности, поддерживал семейные и родственные связи с сыном.

В ходе рассмотрения дела, с учетом пояснений лиц, участвующих в деле, свидетелей ФИО17, ФИО16, ФИО14, ФИО27, ФИО29, ФИО18, установлен факт злостного уклонения ФИО4 от выполнения родительских обязанностей по отношению к своему сыну ФИО2, умершему ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ года ответчик воспитанием сына не занимался, с ним совместно не проживал, общение не поддерживал, номер телефона сына у ответчика отсутствовал, подарков не дарил, не участвовал в материальном содержании, какой-либо иной помощи не оказывал, обучением и интересами сына не интересовался, родительские собрания не посещал, моральную, физическую, духовную поддержку не оказывал, в связи с чем тесной эмоциональной связи между отцом и сыном не усматривается. Факт неявки ответчика на похороны сына подтверждает отсутствие между отцом и сыном тесной эмоциональной связи, доводы ответчика и его представителя о том, что он по объективным причинам не мог явиться на похороны, опровергнуты в судебном заседании показаниями истца, свидетелей и материалами дела, подтверждающими надлежащее извещение о дате, месте и времени похорон ответчика посредством телефонного звонка, а также путем размещения информации в открытом доступе в социальной сети «ВКонтакте».

Суд принимает во внимание, что ответчик в силу действующего законодательства Российской Федерации несет ответственность за воспитание и развитие ребенка, при этом родительские обязанности по отношению к своему сыну ФИО2, в том числе по его воспитанию, содержанию, материальному обеспечению, он не выполнял, судом установлен факт уклонения ответчика от выполнения своих родительских обязанностей в отношении сына, который выразился в отсутствии заботы о его здоровье, физическом, психическом, нравственном и духовном развитии, в связи с чем ответчик утратил право на получение мер социальной поддержки (выплаты единовременного пособия и страховых сумм), после смерти военнослужащего ФИО2, погибшего при исполнении воинского долга ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем исковые требования подлежат удовлетворению в полном объеме.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

иск ФИО1 к ФИО4 о лишении выплат, причитающихся членам семьи погибшего военнослужащего удовлетворить.

Лишить ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в связи с гибелью сына - военнослужащего ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершего ДД.ММ.ГГГГ, права:

- на выплату страховой суммы, предусмотренной Федеральным законом от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации»;

- на выплату единовременного пособия, предусмотренного Федеральным законом от 07 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат»;

- на единовременную выплату, предусмотренную Указом Президента Российской Федерации от 05 марта 2022 года № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей»;

- на выплату единовременной материальной помощи, предусмотренной Приказом Министерства социального развития Пермского края от 29 апреля 2022 года № 33-01-03-285 «Об утверждении порядков выплаты материальной помощи военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и имеющим специальное звание полиции, и добровольцам, получившим ранение (контузию, травму, увечье) в ходе проведения специальной военной операции, а также членам семей погибших (умерших) военнослужащих, лиц, проходивших службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и имевших специальное звание полиции, и добровольцев, принимавших участие в специальной военной операции».

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пермский краевой суд через Кунгурский городской суд Пермского края (постоянное судебное присутствие в с. Березовка) в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Председательствующий /подпись/ М.А. Нохрина

Копия верна. Судья:

Подлинное решение подшито в гражданское дело № 2-971/2025. Дело находится в Кунгурском городском суде Пермского края (постоянное судебное присутствие в с. Березовка).