Решение № 2А-2459/2025 2А-2459/2025~М-1724/2025 М-1724/2025 от 24 сентября 2025 г. по делу № 2А-2459/2025

Дело № 2а-2459/2025

(УИД: 48RS0003-01-2025-002474-95)


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Липецк 17 сентября 2025 г.

Правобережный районный суд г. Липецка в составе:

председательствующего судьи Ушакова С.С.

при секретаре Гончаровой Т.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному иску ФИО1 к Министерству юстиции Российской Федерации, УМВД России по Липецкой области о признании незаконными решений о нежелательности пребывания (проживания) в Российской Федерации, о депортации,

у с т а н о в и л:

административный истец ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением к Министерству юстиции Российской Федерации, УМВД России по Липецкой области, УФСИН России по Липецкой области о признании незаконными решения Министерства юстиции Российской Федерации № № от 15 января 2018 года о нежелательности пребывания (проживания) в Российской Федерации, решения УМВД России по Липецкой области от 22 мая 2023 года о депортации.

Определением Правобережного районного суда г. Липецка от 05 августа 2025 года к участию в деле в качестве заинтересованного лица привлечено УВМ УМВД России по липецкой области.

Определением Правобережного районного суда г. Липецка от 17 сентября 2025 года административное исковое заявление ФИО1 к УФСИН России по Липецкой области оставлено без рассмотрения.

Административный истец ФИО1, представитель Министерства Юстиции РФ, заинтересованного лица УВМ УМВД России по Липецкой области в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещались.

Представитель административного истца по ордеру адвокат Козыренко И.Л. посредством видео-конференцсвязи заявленные требования поддержала.

Представитель УМВД России по Липецкой области по доверенности ФИО2, представитель УФСИН России по Липецкой области по доверенности ФИО3 в судебном заседании возражали против удовлетворения заявленных требований.

Выслушав представителей сторон, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В силу ст. 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод, решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд.

На основании ст. 4 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации каждому заинтересованному лицу гарантируется право на обращение в суд за защитой нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов, в том числе в случае, если, по мнению этого лица, созданы препятствия к осуществлению его прав, свобод и реализации законных интересов либо на него незаконно возложена какая-либо обязанность, а также право на обращение в суд в защиту прав других лиц или в защиту публичных интересов в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и другими федеральными законами.

Тем самым законодательство, конкретизирующее положения ст. 46 Конституции Российской Федерации, исходит, по общему правилу, из того, что любому лицу судебная защита гарантируется только при наличии оснований предполагать, что права и свободы, о защите которых просит сторона были нарушены или существует реальная угроза их нарушения.

В соответствии со ст. 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности. Гражданин, организация, иные лица могут обратиться непосредственно в суд или оспорить решения, действия (бездействие) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, в вышестоящие в порядке подчиненности орган, организацию, у вышестоящего в порядке подчиненности лица либо использовать иные внесудебные процедуры урегулирования споров.

В соответствии со статьей 21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (ст. 18 Конституции Российской Федерации).

Право каждого, кто законно находится на территории Российской Федерации, свободно передвигаться, выбирать место пребывания и жительства закреплено в части 1 статьи 27 Конституции Российской Федерации.

Частью второй названной статьи установлено, что каждый может свободно выезжать за пределы Российской Федерации. Гражданин Российской Федерации имеет право беспрепятственно возвращаться в Российскую Федерацию.

В п. 5, 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 года № 21 «О применении судами общей юрисдикции конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года и Протоколов к ней» указано: как следует из положений Конвенции и Протоколов к ней в толковании Европейского Суда, под ограничением прав и свобод человека (вмешательством в права и свободы человека) понимаются любые решения, действия (бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих, а также иных лиц, вследствие принятия или осуществления (неосуществления) которых в отношении лица, заявляющего о предполагаемом нарушении его прав и свобод, созданы препятствия для реализации его прав и свобод.

При этом в силу части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации, положений Конвенции и Протоколов к ней любое ограничение прав и свобод человека должно быть основано на федеральном законе; преследовать социально значимую, законную цель (например, обеспечение общественной безопасности, защиту морали, нравственности, прав и законных интересов других лиц); являться необходимым в демократическом обществе (пропорциональным преследуемой социально значимой, законной цели).

Несоблюдение одного из этих критериев ограничения представляет собой нарушение прав и свобод человека, которые подлежат судебной защите в установленном законом порядке при наличии относимых и достаточных оснований для такого ограничения, а также если соблюдается баланс между законными интересами лица, права и свободы которого ограничиваются, и законными интересами иных лиц, государства, общества.

Судом установлено, что ФИО1 являясь гражданином Украины, совершил на территории Российской Федерации особо тяжкие преступления, предусмотренные пунктом «в» ч. 4 ст. 162, пунктом «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ, ч. 3 ст. 69 УК РФ, в этой связи 13 февраля 2008 года осужден Белгородским областным судом к 16 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строго режима.

В соответствии со статьей 27 Федерального закона от 15.08.1996 № 114-ФЗ «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию» (далее - Закон) въезд в Российскую Федерацию иностранному гражданину или лицу без гражданства не разрешается в случае, если иностранный гражданин или лицо без гражданства имеют неснятую или непогашенную судимость за совершение умышленного преступления на территории Российской Федерации или за ее пределами, признаваемого таковым в соответствии с федеральным законом.

Согласно постановлению Правительства Российской Федерации от 07.04.2003 № 199 «Об утверждении Положения о принятии решения о нежелательности пребывания (проживания) иностранного гражданина или лица без гражданства в Российской Федерации и перечня федеральных органов исполнительной власти, уполномоченных принимать решение о нежелательности пребывания (проживания) иностранного гражданина или лица без гражданства в Российской Федерации» Минюст России входил в перечень федеральных органов исполнительной власти, уполномоченных принимать решение о нежелательности пребывания (проживания) иностранного гражданина или лица без гражданства в Российской Федерации.

Полномочия Минюста России по принятию решений о нежелательности пребывания (проживания) в Российской Федерации иностранных граждан или лиц без гражданства, осужденных судами Российской Федерации к лишению свободы за совершение умышленных преступлений, закреплены в Положении о Министерстве юстиции Российской Федерации, утвержденном Указом Президента Российской Федерации от 13.10.2004 № 1313 (утратил силу в связи с изданием Указа Президента Российской Федерации от 13.01.2023 № 10, утвердившего новое Положение).

Порядок подготовки документов и принятия решения о нежелательности пребывания (проживания) в Российской Федерации иностранных граждан или лиц без гражданства регламентируется Инструкцией о порядке представления и рассмотрения документов для подготовки распоряжений Министерства юстиции Российской Федерации о нежелательности пребывания (проживания) в Российской Федерации иностранных граждан или лиц без гражданства, подлежащих освобождению из мест лишения свободы, утвержденной приказом Минюста России от 20.08.2007 № 171.

ФИО1 совершил на территории Российской Федерации особо тяжкие преступления. Данный факт свидетельствует о явном пренебрежении общепринятым нормам и правилам социального поведения в Российской Федерации.

В Минюст России в отношении заявителя поступило представление ФСИН России о необходимости принятия решения о нежелательности пребывания (проживания) в Российской Федерации иностранного гражданина или лица без гражданства, подлежащего освобождению из мест лишения свободы.

Поскольку ФИО1 не является гражданином России, у него имеется непогашенная судимость за совершение в России умышленного преступления, въезд в Российскую Федерации ему не разрешен в силу Закона, Минюстом России принято решение о нежелательности его пребывания (проживания) в Российской Федерации.

Лояльность к правопорядку страны пребывания, признание и соблюдение российских законов является одним из основных критериев для определения возможности пребывания иностранного гражданина или лица без гражданства на территории Российской Федерации.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 19.03.2003 № 3-П, непогашенная или неснятая судимость служит основанием для оценки личности и совершенных ею преступлений как обладающих повышенной общественной опасностью, и поэтому предполагает применение в отношении лиц, имеющих судимость, возможность закрепления федеральным законом определенных дополнительных обременений, сохраняющихся в течение разумного срока после отбывания уголовного наказания, которые обусловлены, в том числе общественной опасностью таких лиц, адекватные ей и связаны с общественной опасностью за виновное поведение.

Кроме того, из смысла Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 18.07.2013 № 19-П следует, что на современном этапе развития общества невозможно гарантировать надлежащее исправление лица, совершившего преступление, таким образом, чтобы исключить возможность рецидива преступлений.

Наличие неснятой или непогашенной судимости за совершение умышленных преступлений на территории Российской Федерации или за ее пределами, признаваемых таковыми в соответствии с федеральным законом является основанием, препятствующим иностранному гражданину или лицу без гражданства в получении гражданства Российской Федерации (ч. 1 ст. 16 Федерального закона от 31.05.2002 № 62-ФЗ «О гражданстве Российской Федерации»).

Обеспечение государственной безопасности как комплекс целенаправленной деятельности общественных и государственных институтов и структур по выявлению, предупреждению и противодействию различным угрозам безопасности граждан Российской Федерации, российского общества и государства является одним из основных национальных интересов Российской Федерации. Выступает одновременным обязательным и непременным условием эффективной защиты всех ее остальных национальных интересов.

Право государства ограничить пребывание на его территории иностранных граждан является одним из основных признаков суверенитета Российской Федерации. Данные положения в полной мере соответствуют нормам международного права.

Пунктом 3 статьи 12 Международного пакта от 16.12.1966 года о гражданских и политических правах и пунктом 3 статьи 2 Протокола № 4 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод (г. Страсбург, 16.03.1963) определено, что право пребывания на территории суверенного государства может быть ограничено последним в случаях, предусмотренных законом, необходимым для охраны государственной (национальной) безопасности, общественного порядка, здоровья или нравственности населения либо прав и свобод других лиц.

Именно такие исключительные случаи предусмотрены Законом, в соответствии с которым Минюстом России издано распоряжение.

В соответствии с позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 12.05.2006 № 155-0, в Российской Федерации иностранным гражданам и лицам без гражданства должны быть гарантированы права в сфере семейной жизни, охраны здоровья и защиты от дискриминации при уважении достоинства личности согласно общепризнанным принципам и нормам международного права.

Более того как указано в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 05.03.2014 № 628-0, семья и семейная жизнь, относясь к ценностям, находящимся под защитой Конституции Российской Федерации и международных договоров, не имеют, однако безусловного во всех случаях преимущества перед другими конституционно значимыми ценностями, а наличие семьи не обеспечивает иностранным гражданам бесспорного иммунитета от законных и действенных принудительных мер в сфере миграционной политики, соразмерных опасности миграционных правонарушений и практике уклонения от ответственности.

Данная позиция отражена в определениях Судебной коллегии по административным делам Верховного Суда Российской Федерации от 17.02.2016 № 8-КГ15-25, от 26.01.2018 № 29-КГ17-6. от 21.02.2018 № 13-КГ17-11. от 16.05.2018 №46-КГ18-2, от 29.05.2018 № 46-КГ18-11.

При принятии распоряжения Минюстом России отдан приоритет интересам большинства населения государства, чья безопасность не может быть поставлена в зависимость от наличия у иностранного гражданина устойчивых семейных связей на территории России.

Таким образом, распоряжение Минюста России от 15.01.2018 № 549-рн «О нежелательности пребывания (проживания) в Российской Федерации иностранного гражданина или лица без гражданства, подлежащего освобождению из мест лишения свободы» издано уполномоченным органом с соблюдением требований Закона и иных нормативных правовых актов, регулирующих порядок принятия решения о нежелательности пребывания (проживания) в Российской Федерации иностранных граждан или лиц без гражданства, без нарушения прав заявителя.

Однако, согласно приказу Министерства юстиции Российской Федерации от 20 августа 2007 года N 171 утверждена Инструкция о порядке представления и рассмотрения документов для подготовки распоряжений Министерства юстиции Российской Федерации о нежелательности пребывания (проживания) в Российской Федерации иностранных граждан или лиц без гражданства, подлежащих освобождению из мест лишения свободы (действовала на момент принятия оспариваемого распоряжения), положениями которой установлено, что на основе представленных документов Минюст России выносит распоряжение о нежелательности пребывания (проживания) в Российской Федерации иностранного гражданина с обязательным указанием в нем срока, в течение которого пребывание данного лица на территории Российской Федерации признается нежелательным.

Пунктом "д" части 3 статьи 86 Уголовного кодекса Российской Федерации установлено, что в отношении лиц, осужденных к лишению свободы за особо тяжкие преступления, судимость погашается по истечении десяти лет после отбытия наказания.

Вопреки приведенным выше нормам в распоряжении не указан срок, на который пребывание (проживание) ФИО1 на территории Российской Федерации признано нежелательным (срок погашения судимости), то есть фактически административным ответчиком пребывание (проживание) административного истца в Российской Федерации признано нежелательным бессрочно.

При таких данных обжалуемое распоряжение в части бессрочности примененной ограничительной меры не отвечает требованию соблюдения необходимого баланса публичного и частных интересов, в остальной части распоряжения является законным и обоснованным.

Что касается оспаривания административным истцом решения УМВД России по Липецкой области о депортации, суд приходит к следующему.

По учетам МВД России ФИО1 приобретшим гражданство Российской Федерации не значится.

15 января 2018 года Министерством юстиции Российской Федерации вынесено распоряжение № № о нежелательности пребывания (проживания) в Российской Федерации в отношении гражданина Республики Украина ФИО1

В свою очередь, УМВД России по Липецкой области, руководствуясь ст. 25.10 Федерального закона от 15.08.1996 № 114-ФЗ «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию», принято решение о депортации от 22 мая 2023 года в отношении гражданина Республики Украина ФИО1

В соответствии с ч. 3 ст. 62 Конституции Российской Федерации иностранные граждане и лица без гражданства пользуются в Российской Федерации правами и обязанностями наравне с гражданами Российской Федерации, кроме случаев, установленных федеральным законом или международным договором Российской Федерации.

В соответствии со ст. 25.10 Федерального закона от 15.08.1996 № 114-ФЗ «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию», в отношении иностранного гражданина или лица без гражданства, незаконно находящихся на территории Российской Федерации, либо лица, которому не разрешен въезд в Российскую Федерацию, а также в случае, если пребывание (проживание) иностранного гражданина или лица без гражданства, законно находящихся в Российской Федерации, создает реальную угрозу обороноспособности или безопасности государства, либо общественному порядку, либо здоровью населения, в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, прав и законных интересов других лиц может быть принято решение о нежелательности пребывания (проживания) данного иностранного гражданина или лица без гражданства в Российской Федерации.

Под депортацией, в силу статьи 2 Федерального закона от 25.07.2002 г. № 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации» понимается принудительная высылка иностранного гражданина из Российской Федерации в случае утраты или прекращения законных оснований для его дальнейшего пребывания (проживания) в Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 12 статьи 31 Федерального закона от 25.07.2002 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации» исполнение решения о депортации иностранного гражданина, указанного в пункте 11 настоящей статьи, либо решения о его реадмиссии осуществляется после отбытия данным иностранным гражданином наказания, назначенного по приговору суда.

Согласно пункту 9 статьи 31 Федерального закона от 25.07.2002 г. № 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации» иностранные граждане, подлежащие депортации, содержатся в специальных учреждениях до исполнения решения о депортации.

Таким образом, ФИО1 не имеет законных оснований для пребывания (проживания) на территории Российской Федерации.

Ссылка в административном исковом заявлении на наличие родственников, проживающих на территории Российской Федерации, не является основанием для признания незаконным оспариваемого решения.

Таким образом, при принятии оспариваемого решения УМВД России по Липецкой области исходило из приоритета интересов большинства населения Российской Федерации, чья безопасность не может быть поставлена в зависимость от наличия у иностранного гражданина, совершившего умышленное преступление в период своего нахождения на территории Российской Федерации, близких родственников в Российской Федерации.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в постановлении от 19 марта 2003 года 3-П "По делу о проверке конституционности положений Уголовного кодекса Российской Федерации, регламентирующих правовые последствия судимости лица, неоднократности и рецидива преступлений, а также пунктов 1 - 8 Постановления Государственной Думы от 26 мая 2000 года "Об объявлении амнистии в связи с 55-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941 - 1945 годов" в связи с запросом Останкинского межмуниципального (районного) суда города Москвы и жалобами ряда граждан", непогашенная или неснятая судимость служит основанием для оценки личности и совершенных ею преступлений как обладающих повышенной общественной опасностью, и поэтому предполагает применение в отношении лиц, имеющих судимость, возможности закрепления федеральным законом определенных дополнитаьных обременений, сохраняющихся в течение разумного срока после отбывания уголовного наказания, которые обусловлены в том числе общественной опасностью таких лиц, адекватны ей и связаны с обязанностью нести ответственность за виновное поведение.

В связи с чем, решение о депортации ФИО1 с территории Российской Федерации принято в соответствии с требованиями действующего миграционного законодательства Российской Федерации.

Право государства ограничивать пребывание на его территории иностранных граждан является одним из основных признаков суверенитета Российской Федерации. Данные положения в полной мере соответствуют нормам международного права.

Лояльность к правопорядку страны пребывания, признание и соблюдение российских законов являются одними из основных критериев для определения возможности пребывания иностранного гражданина на территории Российской Федерации.

Оценивая доводы административного искового заявления относительно нарушения права административного истца на уважение его личной и семейной жизни, суд полагает, что достаточных данных, свидетельствующих о возможности распространения положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод на возникшие правоотношения, не имеется. Семья и семейная жизнь, относясь к ценностям, находящимся под защитой Конституции Российской Федерации и международных договоров России, не имеют, однако, безусловного во всех случаях преимущества перед другими конституционно значимыми ценностями, а наличие семьи не обеспечивает иностранным гражданам бесспорного иммунитета от законных и действенных принудительных мер в сфере миграционной политики, соразмерных опасности миграционных правонарушений (особенно массовых) и практике уклонения от ответственности. Аналогичная позиция отражена в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 5 марта 2014 г. № 628-0.

Семья и семейная жизнь, относясь к ценностям, находящимся под защитой Конституции Российской Федерации и международных договоров России, не имеют, однако, безусловного во всех случаях преимущества перед другими конституционно значимыми ценностями, а наличие семьи не обеспечивает иностранным гражданам бесспорного иммунитета от законных и действенных принудительных мер в сфере миграционной политики (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 5 марта 2014 г. N 628-О).

Статья 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (г. Рим, 4 ноября 1950 г.), признавая право каждого на уважение его личной и семейной жизни, не допускает вмешательства со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности, защиты прав и свобод других лиц; решения в этой сфере, поскольку они могут нарушить право на уважение личной и семейной жизни, охраняемое в демократическом обществе статьей 8 названной Конвенции, должны быть оправданы насущной социальной необходимостью и соответствовать правомерной цели.

Приведенные нормативные положения не препятствуют государству в соответствии с нормами международного права и своими договорными обязательствами контролировать въезд иностранцев, а равно их пребывание на своей территории. Конвенция не гарантирует иностранцам право въезжать в определенную страну или проживать на ее территории и не быть высланными, в то время как лежащая на государстве ответственность за обеспечение публичного порядка обязывает его контролировать въезд в страну.

Наличие у административного истца близких родственников, проживающих на территории Российской Федерации и являющихся гражданами Российской Федерации, не освобождает его от соблюдения законов Российской Федерации и от ответственности за их неисполнение; дополнительные обременения, закрепленные федеральным законом в отношении лиц, имеющих судимость, обусловлены общественной опасностью таких лиц.

Факт проживания близких родственников административного истца на территории Российской Федерации не свидетельствует о нарушении прав административного истца на уважение личной и семейной жизни при принятии оспариваемого решения, поскольку оно принято с учетом степени общественной опасности деяний заявителя, с соблюдением вытекающих из Конституции РФ требований справедливости, соразмерности. При принятии решения отдан приоритет интересам большинства населения государства, чья безопасность не может быть поставлена в зависимость от наличия у иностранного гражданина устойчивых семейных связей на территории России. Кроме того, установленные ограничения носят временный характер, и не свидетельствуют о разлучении семьи.

Следовательно, в допустимых пределах, обусловленных конституционными и международно-правовыми нормами, границами законодательного, а также правоприменительного, и прежде всего судебного усмотрения, Российская Федерация вправе решать, создает ли определенный вид иммиграционных правонарушений в сложившейся обстановке насущную социальную необходимость в обязательном выдворении за ее пределы иностранцев, совершивших эти правонарушения.

Создавая условия, обеспечивающие достойную жизнь и свободное развитие человека, государство несет ответственность за исполнение этой конституционной обязанности и должно оставаться способным ее исполнять при помощи доступных ему ресурсов, включая социальную защиту, здравоохранение, рынки труда и жилья, поддерживая приемлемую для этого миграционную ситуацию. Соответственно, исходя из предписаний Конституции Российской Федерации и требований международно-правовых актов, в частности Декларации о правах человека в отношении лиц, не являющихся гражданами страны, в которой они проживают, Российская Федерация вправе использовать действенные законные средства, которые позволяли бы ей контролировать на своей территории иностранную миграцию, следуя при этом конституционным критериям ограничения прав, свобод и не отказываясь от защиты своих конституционных ценностей. Государство вправе, не отступая от конституционных установлений, предусмотреть в федеральном законе меры ответственности и правила их применения, действительно позволяющие следовать правомерным целям миграционной политики, для пресечения правонарушений, восстановления нарушенного правопорядка в области миграционных отношений, предотвращения противоправных (особенно множественных) на него посягательств угрозой законного и эффективного их преследования.

Кроме того, наличие непогашенной судимости за совершение на территории Российской Федерации преступления является основанием, препятствующим иностранному гражданину или лицу без гражданства в получении разрешения на временное проживания, вида на жительство, а также гражданства Российской Федерации, как следует из пункта 5 части 1 статьи 7, пункта 5 части 1 статьи 9 Федерального закона от 25.07.2002 № 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации», части 1 статьи 16 Федерального закона от 31.05.2002 № 62-ФЗ «О гражданстве Российской Федерации».

Таким образом, суд считает необходимым признать незаконным распоряжение Министерства юстиции Российской Федерации о нежелательности пребывания ФИО1 в Российской Федерации № № от 15 января 2018 года в части неустановленного срока такого пребывания, в остальной части иска следует отказать. В удовлетворении требований ФИО1 к УМВД России по Липецкой области о признании незаконным решения УМВД России по Липецкой области от 22 мая 2023 года о депортации следует отказать.

Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях неоднократно отмечал, что законодательное регулирование возникших правоотношений согласуется с закрепленным в Конституции Российской Федерации принципом, в соответствии с которым права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (статья 55, часть 3), а также не противоречит общепризнанным принципам и нормам международного права и международным договорам Российской Федерации (статья 15, часть 4), в частности Декларации о правах человека в отношении лиц, не являющихся гражданами страны, в которой они проживают (принята Генеральной Ассамблеей ООН 13 декабря 1985 года), подтверждающей право любого государства принимать законы и правила, касающиеся въезда иностранцев и условий их пребывания, или устанавливать различия между его гражданами и иностранцами (пункт 1 статьи 2), и Конвенции о защите прав человека и основных свобод (постановления от 12 марта 2015 года N 4-П и от 20 октября 2016 года N 20-П; определения от 4 июня 2013 года N 902-О, от 28 января 2016 года N 99-О, от 26 января 2017 года N 115-О, от 25 января 2018 года N 40-О и др.).

При этом, по смыслу правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, ограничительные меры, установленные частью четвертой статьи 25.10 и подпунктом 3 части первой статьи 27 Федерального закона "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию", обращены к правоприменительным органам, прежде всего судам, которые в каждом конкретном случае должны оценивать наличие реально существующих обстоятельств, служащих основанием для отказа в разрешении на въезд в Российскую Федерацию иностранного гражданина или лица без гражданства, в силу чего, соответственно, не исключается возможность пересмотра ранее наложенных ограничений на новом этапе, если будет установлено, что отпали основания для их применения (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 20 октября 2016 года N 20-П; определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 года N 545-О-О, от 20 декабря 2016 года N 2593-О, от 25 января 2018 года N 41-О и др.).

Тем самым, ФИО1 не лишен возможности ставить вопрос об отмене наложенных ограничений, когда отпадут основания для их применения.

Руководствуясь ст.ст. 175-180, 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

р е ш и л:

признать незаконным распоряжение Министерства юстиции Российской Федерации о нежелательности пребывания ФИО1 в Российской Федерации № № от 15 января 2018 года в части неустановленного срока такого пребывания, в остальной части иска отказать.

В удовлетворении требований ФИО1 к УМВД России по Липецкой области о признании незаконным решения УМВД России по Липецкой области от 22 мая 2023 года о депортации - отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме в Липецкий областной суд через Правобережный районный суд г. Липецка.

Председательствующий

Мотивированное решение изготовлено 25 сентября 2025 года