Решение № 2-3397/2019 2-3397/2019~М-2165/2019 М-2165/2019 от 23 декабря 2019 г. по делу № 2-3397/2019

№ 2-3397/2019

УИД 26RS0002-01-2019-003397-64


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

24 декабря 2019 года город Ставрополь

Ленинский районный суд города Ставрополя Ставропольского края

в составе:

председательствующего судьи Полякова О.А.,

при секретаре Малиновской Ю.Ю.,

с участием:

истца ФИО1,

представителя истца – адвоката Беляевой О.В., действующей на основании ордера,

представителя ответчика ФИО2 – ФИО3 по доверенности,

представителя ответчика ФИО2 – ФИО4 по доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании завещания недействительным, признании права на наследство по закону,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании завещания недействительным, признании права на наследство по закону. В обоснование исковых требований указала, что <дата обезличена> умерла ее родная сестра ФИО5, <дата обезличена> годарождения. ФИО1 является наследником второй очереди по закону. Других наследников не имеется.

На момент смерти ФИО5 принадлежало следующее имущество:

- земельный участок, кадастровый <номер обезличен>, общей площадью 449 кв.м. и жилой дом, общей площадью 47,6 кв.м. кадастровый <номер обезличен>, расположенные по адресу: <адрес обезличен>.

18.01.2019 года ФИО1 обратилась к нотариусу Ставропольского городского нотариального округа ФИО6 с заявлением о принятии наследства, поскольку других наследников у сестры не имелось. Однако, в принятии наследства нотариусом ФИО6 ей было отказано на том основании, что в наследственном деле имеются сведения о завещании, составленном ФИО5, на все имущество, какое ко дню ее смерти ей принадлежало.

23.09.2014 года ФИО5 составила завещание, в котором все свое имущество она завещала ФИО2, <дата обезличена> года рождения, родственником который не являлся.

Истец сомневается в законности завещания в связи с тем, что ФИО5 согласно справке ВТЭ-29Г <номер обезличен> от 17.09.1997 года имела вторую группу инвалидности по зрению без срока. С 1998 года являлась членом Всероссийского общества слепых, нуждалась в постоянном уходе. Истец регулярно привозила ей продукты, помогала по дому и созванивалась с ней.

ФИО1 также сослалась на то, что в связи с инвалидностью по зрению, установленной еще в 1998 году, уровень зрения ФИО5 был настолько мал, что она была лишена способности зрительного восприятия окружающих предметов, что не позволяло ей ни читать, ни видеть какие-либо документы, в-частности, завещание, составленное в 2014 году. Указанный физический недостаток не позволял ей в полной мере осознавать существо происходящего с ней, в-частности, она была не в состоянии самостоятельно сопоставить подписываемый документ и его содержание. При этом механическое, по памяти графическое изображение букв, нельзя расценить как способность лично подписать документ, поскольку способность подписания документа предполагает изображение знаков с осмыслением подписываемого документа и на том месте, где должна стоять подпись.

Полагает, что в связи с серьезным физическим недостатком ФИО5, не позволявшим ей в полной мере осознавать существо происходящего, при составлении завещания от 23.09.2014 года, требовалось обязательное участие рукоприкладчика - лица, которое по просьбе завещателя, то есть моей сестры, могло бы подписать завещание в присутствии нотариуса, а, следовательно, нотариальная форма сделки не соблюдена, и при составлении и удостоверении доверенности были нарушены требования действующего законодательства к нотариальной письменной форме гражданско-правовой сделки.

ФИО1 со ссылками на нормы действующего законодательства просила суд признать завещание № <адрес обезличен>2 от 23.09.2014 года, удостоверенное нотариусом Ставропольского городского нотариального округа ФИО6, недействительным и отменить его; Признать за ФИО1 право собственности нанаследство по закону - земельный участок, общей площадью 449 кв.м., кадастровый <номер обезличен> и жилой дом, общей площадью 47,6 кв.м. кадастровый <номер обезличен>, расположенные по адресу: <адрес обезличен>., оставшееся после смерти сестры - ФИО5.

В судебном заседании истец ФИО1 и ее представитель адвокат Беляева О.В. исковые требования поддержали и просили суд иск удовлетворить в полном объеме.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, о дате и времени судебного заседания извещался надлежащим образом и своевременно, об отложении судебного заседания не ходатайствовал.

Представители ответчика ФИО3 и ФИО4 с исковыми требованиями не согласились, представили суду письменные возражения относительно заявленных требований, просили в иске отказать в полном объеме.

Третье лицо нотариус ФИО6 в судебное заседание не явился, имеется ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие, представителем третьего лица нотариуса ФИО6 ФИО7 также в материалы дела представлены были письменные возражения на заявленные истцом исковые требования.

Суд в соответствии с положениями ст.167 ГПК РФ рассмотрел гражданское дело отсутствие извещенных и неявившихся лиц.

Выслушав участников процесса, свидетелей, исследовав материалы гражданского дела, оценив имеющиеся доказательства в совокупности, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 55 ГПК доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Согласно ст. 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным. Суд обосновывает решение лишь на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

В силу ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по внутреннему убеждению, основанному на беспристрастном, всестороннем и полном рассмотрении имеющихся доказательств в их совокупности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации при нарушении положений данного Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание). Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

Как установлено судом из пояснений сторон и материалов гражданского дела, 18 декабря 2018 года умерла ФИО5, <дата обезличена> года рождения. На момент смерти ФИО5 принадлежал земельный участок с кадастровым номером 26:12:031201:24, общей площадью 449 кв.м. и жилой дом, общей площадью 47,6 кв.м. с кадастровым номером 26:12:031201:352, расположенные по адресу: <адрес обезличен>.

ФИО1 является наследником второй очереди после смерти родной сестры ФИО5 по закону. Других наследников не имеется, доказательств иного суду не представлено и материалы дела не содержат.

18 января 2019 года ФИО1 обратилась к нотариусу Ставропольского городского нотариального округа ФИО6 с заявлением о принятии наследства.

В принятии наследства нотариусом ФИО6 ей было отказано на том основании, что в наследственном деле имеется завещание, составленное ФИО5 <дата обезличена>, в котором все свое имущество она завещала ФИО2, <дата обезличена> года рождения.

Допрошенная в качестве свидетеля в судебном заседании и предупрежденная об ответственности за дачу заведомо ложных показаний либо отказ от дачи показаний ФИО8 показала суду, что ФИО5 была доброжелательным, хорошим человеком, однако после смерти мужа очень изменилась, начала лазить по мусорным бакам, в доме у нее была антисанитария, весь хлам с мусорки тащила к себе в дом. Свидетель также указала на то обстоятельство, что в силу плохого зрения при последней встрече в 2013 году ФИО5 ее не узнала. При этом от медицинской помощи ФИО5 отказывалась несмотря на увещевания родственников. Также ФИО5 предлагала ФИО8 в обмен на оказание помощи в ее содержании составление в ее пользу завещания на все принадлежавшее ФИО5 имущество.

Допрошенный в качестве свидетеля в судебном заседании и предупрежденный об ответственности за дачу заведомо ложных показаний либо отказ от дачи показаний ФИО9 показал суду, что покойная ФИО5 была подругой его жены, приходила к ним мыться в баню. Перед посещением бани ФИО5 не просто раздевалась а срывала на себе все белье, и его жена давала ей свое. Около двух раз в месяц свидетель со своей женой отвозили ФИО5 пакеты с продуктами, однако та их в дом не пускала, и пакеты оставлялись у калитки.

Допрошенный в качестве свидетеля в судебном заседании и предупрежденный об ответственности за дачу заведомо ложных показаний либо отказ от дачи показаний ФИО10 показал суду, что встречался с ФИО5 в продуктовом магазине. ФИО5 сама передвигалась по магазину, ориентировалась в продуктах питания, смотрела ценники, расплачивалась и отсчитывала деньги самостоятельно. Последний раз свидетель видел ее приблизительно в 2014-2015 году.

Допрошенный в качестве свидетеля в судебном заседании и предупрежденный об ответственности за дачу заведомо ложных показаний либо отказ от дачи показаний ФИО11 показала суду, что с покойной ФИО5 были соседками, при встрече всегда общались. ФИО5 была чистоплотной, никаких странностей за ней не замечалось. Зрение у ФИО5 действительно было плохое, но при этом был случай, когда при встрече на улице она показывала покойной фотографии своего внука, и ФИО5 рассматривала фото одним глазом.

По ходатайству истца по делу была назначена и проведена комплексная судебно-медицинская экспертиза. Согласно Заключения судебно-психиатрической комиссии экспертов от 15.11.2019 г. № 2078 на момент подписания завещания 23.09.2014 года ФИО5 обнаруживала психическое расстройство в форме органического расстройства личности и поведения в связи с сосудистым заболеванием головного мозга. Однако, уточнить степень выраженности психических нарушений и ответить на экспертные вопросы эксперты затруднились за недостаточностью сведений о состоянии и поведении ФИО5 в интересующий суд период времени.

Эксперты указали, что психологический анализ предоставленных материалов не позволяет ответить на вопрос в развернутой форме об индивидуально-психологических особенностях ФИО5 и установить степень их влияния на её волеизъявление в момент подписания завещания от 23 сентября 2014 года. В представленных материалах гражданского дела практически отсутствуют сведения об особенностях личности подэкспертной, охарактеризованные соседями, друзьями, представителями уличного комитета и прочими гражданами.

Согласно части 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным.

Как разъяснено в пунктах 2, 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении", решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению. Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании, а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

На основании ст. 55 ГПК РФ заключение эксперта одно из средств, с использованием которого устанавливаются фактические данные, свидетельствующие о наличии или отсутствии обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела.

В силу ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным ст. 67 ГПК РФ в соответствии со всеми имеющимися в деле доказательствами.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 года N 23 "О судебном решении" заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 ГПК РФ). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.

В этой связи суд принимает во внимание всю совокупность обстоятельств дела, в том числе и то, в какой мере составление спорного завещания соответствует действительной воле лица, его подписавшего, с учетом всех установленных судом фактов.

В соответствии с частью 3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

С учетом изложенных норм права заключение экспертизы не обязательно, но должно оцениваться не произвольно, а в совокупности и во взаимной связи с другими доказательствами.

Согласно представленных суду сведений 23 сентября 2014 года (реестр <номер обезличен>) нотариусом ФИО6 удостоверено завещание от имени ФИО5, согласно которому она завещала все свое имущество, в том числе имущественные права, ответчику ФИО2

Правила и порядок совершения нотариальных действий регулируются Основами законодательства Российской Федерации о нотариате (далее -Основы).

Согласно статье 42 Основ (в редакции, действующей на момент удостоверения завещания) при совершении нотариального действия нотариус устанавливает личность обратившихся за совершением нотариального действия гражданина, его представителя или представителя юридического лица. Установление личности гражданина, его представителя или представителя юридического лица, обратившихся за совершением нотариального действия, должно производиться на основании паспорта или других документов, исключающих любые сомнения относительно личности указанных гражданина, его представителя или представителя юридического лица.

При удостоверении сделок осуществляется проверка дееспособности граждан и правоспособности юридических лиц, обратившихся за совершением нотариального действия (статьи 43 Основ (в редакции, действующей на момент удостоверения завещания)).

Согласно статье 57 Основ (в редакции, действующей на момент удостоверения завещания) нотариус удостоверяет завещания дееспособных граждан, составленные в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации и лично представленные ими нотариусу.

Руководствуясь указанными нормами, была установлена личность завещателя, а также проверена ее дееспособность в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, в том числе посредством истребования сведений из Единого государственного реестра недвижимости.

При проверке дееспособности нотариус руководствуется статьями 21, 26, 27,28ГК РФ. В соответствии со статьей 1125 ГК РФ (в редакции, действующей на момент удостоверения завещания) нотариально удостоверенное завещание должно быть написано завещателем или записано с его слов нотариусом. При написании или записи завещания могут быть использованы технические средства (электронно-вычислительная машина, пишущая машинка и другие). Завещание, записанное нотариусом со слов завещателя, до его подписания должно быть полностью прочитано завещателем в присутствии нотариуса.

Данные требования также были соблюдены: завещание записано со слов завещателя и до его подписания полностью прочитано завещателем в присутствии нотариуса и оглашено завещателю нотариусом. Данные обстоятельства подтверждаются копией реестровой книги нотариуса <номер обезличен> т.6, индекс 01-01 за 2014 года, в которой присутствуют собственноручно выполненные записи ФИО5 и ее подпись. Завещание было собственноручно подписано завещателем в присутствии нотариуса.

Более того, заключение судебно-психиатрической комиссии экспертов от 15.11.2019 <номер обезличен> не содержит выводов о невозможности завещателя понимать значение своих действий и руководить ими в момент составления оспариваемого завещания. Показаниями свидетелей ФИО10 и ФИО11, не состоявшими в родственных либо близких дружеских отношениях с ФИО5 неадекватность поведения последней либо наличие у нее какого-либо психического заболевания не подтверждается. При этом к показаниям свидетелей ФИО8 и ФИО9 суд относится критически. Свидетель ФИО8 заявляла суду о том, что ФИО5 рылась в мусорных баках и несла мусорные пакеты к себе в дом, однако когда и при каких обстоятельствах наблюдала это - она пояснить не смогла, кроме того, наличие значительного количества мусора в доме ФИО5 никакими иными доказательствами не подтверждено. Предложение, поступавшее от ФИО5 в адрес ФИО8 о последующем пожизненном содержании в обмен на составление в пользу ФИО8 завещания на все имущество также не говорит о неадекватности покойной, а, скорее, о стремлении выжить и обеспечить себе надлежащий уровень жизни, при том, что подобные предложения поступали от ФИО5 и другим соседям.

Показания ФИО9 также не свидетельствуют о странностях в поведении ФИО5 и о неспособности ее понимать значение своих действий и руководить ими, а, скорее о преклонном возрасте покойной ФИО5 и сложностях в самообслуживании ввиду возраста и имеющихся заболеваниях.

Кроме того, согласно Постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 31 июля 2019 года о каком-либо беспорядке в доме ФИО5 заявлялось лишь ФИО1, однако ни о каком мусоре со свалки в доме ФИО5 в постановлении не говорится и никем из опрошенных не заявлялось.

Наличие у ФИО5 согласно справке ВТЭ-29Г <номер обезличен> от 17.09.1997 года второй группы инвалидности по зрению без срока не свидетельствует о нуждаемости ее в постоянном постороннем уходе, равно как и состояние с 1998 года членом Всероссийского общества слепых.

Согласно представленного в материалы дела Личного дела получателя пенсии ФИО5 последняя сама лично подписывала заявления о перерасчете пенсии. Согласно представленной истории выплаты пенсии с 01.01.2015 по 31.01.2019 г. способом выплаты пенсии являлся ведомость/почтовое отделение, что, по мнению суда, говорит о том, что денежные средства в виде пенсионных выплат получались ФИО5 лично в отделении почтовой связи. Данное обстоятельство опровергает доводы истца относительно неспособности ФИО5 к самообслуживанию, передвижению по улицам, а также к прочтению и заполнению официальных документов, а также к пересчету денежных сумм.

Как разъяснено в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации) и специальными правилами раздела V Гражданского кодекса Российской Федерации.

Положениями пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

С учетом изложенного неспособность наследодателя в момент составления завещания понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания завещания недействительным, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом на случай смерти отсутствует.

Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у наследодателя в момент составления завещания, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

В силу п. 1 ст. 1119 ГК РФ завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, включить в завещание иные распоряжения. Завещатель вправе отменить или изменить совершенное завещание в соответствии с правилами статьи 1130 настоящего Кодекса.

Свобода завещания ограничивается правилами об обязательной доле в наследстве (статья 1149 ГК РФ).

Статьей 1120 ГК РФ предусмотрено, что завещатель вправе совершить завещание, содержащее распоряжение о любом имуществе, в том числе о том, которое он может приобрести в будущем.

Пунктом 1 статьи 1124 ГК РФ предусмотрено, что завещание должно быть составлено в письменной форме и удостоверено нотариусом. Удостоверение завещания другими лицами допускается в случаях, предусмотренных пунктом 7 статьи 1125, статьей 1127 и пунктом 2 статьи 1128 настоящего Кодекса.

ФИО5 действительно имела вторую группу инвалидности по зрению. Справка ВТЭ-291 <номер обезличен> выдана 17.09.1997 года, соответственно при признании ФИО5 инвалидом подлежало применению Постановление Правительства РФ от 13.08.1996 N 965 "О порядке признания граждан инвалидами". Во исполнение указанного постановления приказом Минздравсоцразвития РФ от 22.08.2005 N 535 утверждены классификаций и критерии, используемые при осуществлении медико-социальной экспертизы граждан федеральными государственными учреждениями медико-социальной экспертизы" (Зарегистрировано в Минюсте РФ 13.09.2005 N 6998).

Согласно п. 3 раздела 2 Приказа к основным видам нарушений функций организма человека относятся, в том числе, нарушения сенсорных функций «зрения, слуха, обоняния, осязания, тактильной, болевой, температурной и других видов чувствительности).

Из п. 4 раздела 2 Приказа следует, что при комплексной оценке различных показателей, характеризующих стойкие нарушения функций организма человека, выделяются четыре степени их выраженности: 1 степень L незначительные нарушения, 2 степень - умеренные нарушения, 3 степень -выраженные нарушения, 4 степень - значительно выраженные нарушения.

При этом критерием для установления второй группы инвалидности является нарушение здоровья человека со стойким выраженным расстройством функций организма, обусловленное заболеваниями, последствиями травм или дефектами, приводящее к ограничению одной из следующих категорий жизнедеятельности или их сочетанию и вызывающее необходимость его социальной защиты: способности к самообслуживанию второй степени; способности к передвижению второй степени; способности к ориентации второй степени; способности к общению второй степени; способности контролировать свое поведение второй степени; способности к обучению третьей, второй степеней; способности к трудовой деятельности третьей, второй степеней (п. 14 Приказа).

Исходя из буквального толкования раздела 3 Приказа нарушения 2 степени не предусматривает полной неспособности к осуществлению вышеуказанных категорий жизнедеятельности.

Приказ Минздравсоцразвития РФ от 22.08.2005 N 535 "Об утверждении классификаций и критериев, используемых при осуществлении медико-социальной экспертизы граждан федеральными государственными учреждениями медико-социальной экспертизы" утратил силу в связи с изданием Приказа Минздравсоцразвития РФ от 23.12.2009 N 1013н, который содержит аналогичные требования для установления инвалидности второй группы.

Таким образом, исходя из критериев, действовавших как на момент установления инвалидности, так и на момент составления завещания, установление второй группы инвалидности не говорит о полной потере зрения, и не способности зрительного восприятия окружающих предметов.

Как следует из представленной истцом медицинской документации умершей ФИО5, на момент направления ФИО5 на ВТЭК, последняя имела миопию (близорукость) высокой степени, помутнение стекловидного тела и расходящееся косоглазие левого глаза.

Вместе с тем, ни один из этих диагнозов не говорит об остроте зрения и о проценте слепоты ФИО5, а также о том, какой именно глаз имел указанные нарушения.

Более того, не всегда психическое расстройство в форме органического расстройства личности и поведения в связи с сосудистым заболеванием головного мозга, имеет такую форму, которая могла бы свидетельствовать о неспособности человека понимать значение своих действий и руководить ими (решение Ленинского районного суда г. Ставрополя от 07.12.2019 по заявлению ФИО12 о признании ФИО13 недееспособной).

Психическое расстройство ФИО5 не сопровождалось выраженными интеллектуально-мнестическими, эмоционально-волевыми расстройствам, какой-либо продуктивной психотической симптоматики (бред, галлюцинации), грубым нарушением критических и прогностических способностей. Она была упорядочена в поведении. Самостоятельно справлялась с практическими бытовыми вопросами (самостоятельно покупала продукты питания, готовила еду, ухаживала за собой, получала пенсию на руки у почтальона, распоряжалась пенсией, оплачивала коммунальные расходы, поддерживала социальные и личностные контакты). На ФИО5 никогда не поступали жалобы от соседей, что подтверждается показаниями свидетелей. Заинтересованными лицами никогда не вызывалась бригада СМП. Если бы ФИО5 действительно складировала мусор и содержала собак, то соседи давно бы обратили на это внимание и обратились бы к участковому, нашли бы родственников. Ни один из родственников не видел лично, чтобы ФИО5 собирала мусор и складировала его дома. На учете у врача-психиатра ФИО5 также не состояла.

Кроме того, доводы ответчика о том, что ФИО5 могла видеть одним глазом, подтверждаются данными книги протоколов заседаний ВТЭК.

Из представленной медицинской карты не следует, что у умершей были какие-либо иные жалобы, связанные с нарушением зрения, кроме указанных выше.

Истцом ФИО1, вопреки положениям ст. 56 ГПК РФ, не представлено надлежащих доказательств, подтверждающих полную потерю зрения и потерю способности зрительного восприятия окружающих предметов, в том числе и напечатанного текста, как на момент установления ФИО5 инвалидности 2 группы, так и на момент составления завещания.

При этом, исходя из положений п. 4 раздела 2 Приказа от 22.08.2005 № 535, стойкие нарушения зрительных функций ФИО5 были умеренными.

При наличии проблем со зрением ФИО5 обслуживала себя самостоятельно, также самостоятельно получала пенсию и расписывалась в ее получении, оплачивала коммунальные платежи, читала газеты и книги, работала.

Таким образом, вопреки доводам искового заявления, ФИО5 при составлении завещания не нуждалась в обязательном участии рукоприкладчика.

Кроме того, в тексте оспариваемого завещания от 23.09.2014 отражено, что завещание записано нотариусом со слов ФИО5, и до его подписания полностью прочитано ей в присутствии нотариуса, оглашено ей нотариусом и выражает ее волю. Личность завещателя и его дееспособность также проверена нотариусом. Завещание содержит собственноручное написание ФИО умершей и ее подпись, которые при визуальном осмотре не вызывает вопросов относительно того, видел ли завещатель документ, поскольку ФИО написаны по строчке, ровным понятным почерком.

Доказательств составления завещания с нарушением требований законодательства, влекущих признание его недействительным, или совершения ответчиком противоправных действий в отношении ФИО5, против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, способствования призвания их самих к наследованию, истцом не представлено.

Доводы истца не подтверждаются соответствующей медицинской документацией или иными установленными гражданским процессуальным законодательством доказательствами, отвечающими признакам относимости и допустимости.

При этом гражданским процессуальным законодательством закреплена особая доказательственная сила нотариальных актов. Так, в соответствии с частью 5 статьи 61 ГПК РФ обстоятельства, подтвержденные нотариусом при совершении нотариального действия, не требуют доказывания, если подлинность нотариально оформленного; документа не опровергнута в порядке, установленном статьей 186 ГПК РФ, или не установлено существенное нарушение порядка совершения; нотариального действия.

Учитывая, что подлинность нотариально удостоверенного завещания не опровергнута и не представлено доказательств какого-либо нарушения порядка совершения такого нотариального действия, все обстоятельства, которые были подтверждены при удостоверении завещания и доверенности, не требуют доказывания.

На основании всего вышеизложенного суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных исковых требований в полном объеме.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании завещания недействительным, признании права на наследство по закону - отказать.

Решение может быть обжаловано в Ставропольский краевой суд путем подачи апелляционной жалобы через Ленинский районный суд города Ставрополя в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 30 декабря 2019 года.

Судья О.А. Поляков