Решение № 2-599/2017 2-599/2017~М-233/2017 М-233/2017 от 28 марта 2017 г. по делу № 2-599/2017

Дело № 2-599/2017


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

29 марта 2017 года г.Серпухов Московской области

Серпуховский городской суд Московской области в составе председательствующего судьи Калашниковой Ю.А.,

при секретаре судебного заседания Текновой И.В.,

с участием представителя истца ФИО1, представителя ответчика адвоката Пищулина А.В.,

Рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3 о признании договора купли-продажи недействительным, истребовании имущества из незаконного владения,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО2 обратилась в суд и, с учетом изменения оснований иска (т.2 л.д. 34-35), просит признать недействительным договор купли-продажи, заключенный между ФИО4, действующим от имени Ш., и ФИО3 от 14.03.2016г. в отношении 1/2 доли земельного участка и 1/4 доли жилого дома, расположенных по <адрес>; истребовать указанное имущество из незаконного владения ФИО5, прекратить ее право собственности на данное имущество, включить 1/2 доли в праве на земельный участок и 1/4 доли в праве на жилой дом, расположенных по <адрес>, в наследственную массу после смерти Ш.

Свои требования мотивирует тем, что истец ФИО2 является единственной дочерью Ш. и наследником по закону первой очереди после его смерти, имеет обязательную долю в наследстве в связи с нетрудоспособностью. Вступая в наследство, ФИО2 обнаружила, что недвижимое имущество, принадлежащее ее отцу, принадлежит ФИО3, денежных средств на счетах Ш. не имеется. Существенным условием сделки купли-продажи является обязанность покупателя уплатить за товар денежную сумму. В сделке по продаже недвижимости Ш. представитель ФИО4 должен был продать имущество, получить за него определенную денежную сумму и передать ее доверителю. Как следует из п. 2.1 договора купли-продажи ФИО4 получил от ФИО3 два миллиона рублей за проданное имущество до подписания договора. Доказательств передачи денег Ш. не имеется. Полагает, что нарушено существенное условие договора купли-продажи – не были уплачены денежные средства за приобретенный товар. В этом случае необходимо говорить о прикрытии сделкой купли-продажи другой сделки, возможно дарения. Исходя из положений ч. 2 ст. 170 ГК РФ, сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна (притворная сделка). В случае, если сделка купли-продажи ФИО4 от имени Ш. была совершена в пользу его супруги ФИО3, указанная сделка является ничтожной в силу закона, так как согласно ст. 256 ГК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. Приобретая имущество Ш., ФИО4 стал в силу закона собственником половины приобретенного имущества, а исходя из ч. 3 ст. 182 ГК РФ представитель не может совершать сделки от имени представляемого в отношении себя лично. Характер действий ФИО12 свидетельствует о наличии умысла на обхождение закона, поскольку сделка была проведена по доверенности ФИО4 и удостоверена нотариусом ФИО6 без участия доверителя в помещении нотариальной конторы в понедельник 14 марта, на следующий рабочий день, после того, как этот же нотариус в пятницу, 11 марта, удостоверил доверенность Ш. ФИО4 и ФИО3 Никаких объективных препятствий для заключения любой сделки по отчуждению недвижимости Ш., в том числе конкретному лицу, в частности ФИО3, и ее нотариальному удостоверению не существовало. Представители одного и того же лица действовали в отношении друг друга. Ш. не имел намерение продать принадлежащее ему недвижимое имущество ФИО3, о чем свидетельствуют следующие факты: после отчуждения по договору дарения ФИО7 в пользу Ш. 27.04.2015г, Ш. 31.07.2015г. подарил, принадлежащее ему имущество своему правнуку П.; 11.03.2016г. нотариусом были удостоверены две доверенности на имя ФИО4 и ФИО3, при этом, в доверенности на имя ФИО4 прописано конкретное полномочие: продать недвижимое имущество, при этом лицо, в пользу которого совершена сделка, не указывается. Также указывает, что Ш. в период времени со 02 февраля по <дата> был не совсем здоров, о чем свидетельствуют сведения, отраженные в медицинских документах.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явилась, извещена надлежаще, ее представители по доверенности ФИО8, по письменному заявлению ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержали, настаивали на их удовлетворении. Пояснили, что ФИО4, заключая договор купли-продажи со своей женой, действовал в своих интересах. Денежные средства Ш. по договору не были переданы, подписи на договоре и в расписке от имени Ш. выполнены другим лицом.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, извещена надлежаще, ее представитель адвокат Пищулин А.В. в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных требований по доводам, изложенным в письменных объяснениях (т.2 л.д. 55-57), в которых указал, что ФИО9 заключил договор купли-продажи от имени Ш. со своей супругой – ответчиком по делу. Вместе с тем, при оформлении доверенности, на основании которой ФИО4 при заключении договора действовал от имени Ш., Ш. изъявил желание на отчуждение доли дома, что само по себе указывает на желание произвести отчуждение имущества за плату. При оформлении доверенности Ш. в устной форме сообщил нотариусу, что он желает, чтобы ФИО10 продал долю дома своей жене – ответчику по делу. В соответствии с распиской, представленной в материалы дела и условиями оспариваемого договора, Ш. до заключения договора получил от ответчика в счет проданной доли дома сумму в размере 2000 000 руб. Указанная расписка в подтверждение соблюдения интересов Ш., была предъявлена нотариусу до заключения оспариваемого договора, который в последующем был удостоверен. Таким образом, интересы Ш. были полностью соблюдены, поскольку имущество, принадлежащее ему, было отчуждено, и за жиро имущество Ш. получил денежную компенсацию. Все предыдущие и последующие действия Ш. подтверждают, что его воля была направлена на сохранение оспариваемой сделки (т.2 л.д. 55-57).

Третье лицо ФИО4 в судебное заседание не явился, извещен надлежаще, представил заявление о рассмотрении дела в его отсутствие, возражал против удовлетворения заявленных требований.

Третье лицо – нотариус ФИО6 в судебное заседание не явилась, извещена, возражений против заявленных требований не представила.

Суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Выслушав представителей сторон, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, суд не находит оснований для удовлетворения заявленных требований.

Материалами дела установлено, что спорным является 1/2 доля в праве на земельный участок площадью <данные изъяты> кв.м. с кадастровым <номер> и 1/4 доля в праве собственности на жилой дом, расположенные по <адрес>.

Согласно выписке из ЕГРН собственником данного имущества является ответчик ФИО3 (т.1 л.д. 9-13).

Из копии дел правоустанавливающих документов на земельный участок и жилой дом по указанному адресу следует, что 14.03.2016г. между Ш., от имени которого действовал ФИО4, и ФИО5 был заключен договор купли-продажи (купчая) доли земельного участка с долей жилого дома, удостоверенный нотариусом ФИО6 На основании указанного договора Ш. продал ФИО3 принадлежащую ему по праву общей долевой собственности 1/2 долю земельного участка площадью <данные изъяты> кв.м. с кадастровым <номер> и 1/4 долю в праве общей долевой собственности жилого дома, находящихся по <адрес>. Стороны по договору оценили 1/2 долю земельного участка в 1000 000 руб., 1/4 долю жилого дома – 1000 000 руб., общая сумма оценки составляет 2000 000 руб. В договоре указано, что расчет между сторонами произведен полностью до подписания договора. В этот же день подписан передаточный акт. От имени Ш. действовал ФИО4 на основании доверенности, удостоверенной 11.03.2016г. нотариусом ФИО6 (т.1 л.д. 45-94,95-274). В этот же день, 11.03.2016г., нотариус удостоверил доверенность от имени Ш. в пользу ФИО3 (т.2 л.д. 5).

Также в материалы дела представлены копии указанного договора купли-продажи с отметкой о получении денежных средств Ш. и отсутствием претензий и расписка о получении денежных средств по договору (т.2 л.д. 53-54).

Как усматривается из сигнальной карты, <дата>. Ш. был госпитализирован в приемный покой СГБ им. Семашко (т.1 л.д. 14), ему был установлен диагноз: ушибы, ссадины мягких тканей лица, закрытый отрыв б/бугорка левой плечевой кости (т.2 л.д. 7), стационарное лечение в данной больнице Ш. после госпитализации не проходил (т.1 л.д. 33).

<дата> умер Ш. (т. 1 л.д. 7, т.2 л.д. 16).

По сообщению нотариуса наследниками на основании заявления о принятии наследства после смерти Ш. являются ФИО8 и ФИО2 (т.2 л.д. 49).

Истцу ФИО2 выдано свидетельство о праве на наследство по закону на денежные компенсации (т.1 л.д. 8), дочери истца, ФИО8 выдано свидетельство о праве на наследство по завещанию на денежный вклад (т. 2 л.д. 38).

В материалы дела представлены завещание, составленное Ш. в пользу ФИО3, в пользу ФИО11 на спорное имущество (т.2 л.д. 8-9), фотографии (т.2 л.д. 15), копия дубликата медицинской карты гражданина, направляемого на социальное обслуживания (т.2 л.д. 32), копия справки о состоянии здоровья гражданина, находящегося на социальном обслуживании на дому (т.2 л.д. 33)..

Допрошенные в судебном заседании свидетели К., С., З., О., Е., Х. показали, что постоянно общались с Ш. В январе 2016г. у него дома праздновали юбилей Ш., навещали его в марте и апреле. Он понимал происходящее, общался, самостоятельно передвигался. Также Ш. говорил о том, что свое имущество оставит ФИО5, которая ему помогала, ухаживала за ним.

Свидетель В. показал, что является сособственником доли дома и земельного участка по <адрес>. В 2016г. ему звонил Ш., сказал, что хочет продать свою долю дома и земельного участка ФИО3, предложил свидетелю выкупить, но сказал, что ему продавать не будет, только ответчику. В. дал согласие на продажу.

Свидетель ФИО11 показал, что Ш. работал вместе с матерью свидетеля, ответчика по делу. Ш. предложил ухаживать за ним, в связи с чем, оформил две сделки, договор дарения и договор ренты на свидетеля. Затем Ш. обратился в суд и расторг договор ренты. После этого, свидетель и его мама начали снова ухаживать за Ш., в 2014г. он продал свои доли дома и земельного участка ФИО5, затем ответчик по договору дарения передала имущество Ш. В 2016г. Ш. вновь предложил приобрести у него доли дома и земельного участка ФИО3, была оформлена доверенность на мужа ответчика. Свидетель, как сособственник дома и земельного участка дал нотариальное согласие на продажу доли в праве. В феврале 2016г. Ш. упал дома, повредил руку, лицо, его осмотрели в больнице, на следующий день отпустили домой. Ш. до своей смерти находился в сознании, понимал происходящее, самостоятельно передвигался.

Свидетель Н. показал, что был знаком с Ш., виделся с ним. С декабря 2015г. Ш. находился в плохом состоянии, самостоятельно не мог передвигаться, жаловался на М-ных.

Свидетель Б. в судебном заседании показала, что навещала Ш. в феврале 2016г., он не мог говорить, перенес инсульт.

Свидетель Д. показал, что был знаком с Ш., он обращался к нему за помощью, как к риелтору. В феврале-марте 2016г. Ш. пригласил свидетеля домой, попросил разъяснить каким-образом он может продать свои доли дома и земельного участка ФИО3, сказал, что не хочет самостоятельно обращаться за регистрацией перехода права. Свидетель ему разъяснил как можно оформить сделку и выдать доверенность на представление интересов. Ш. предложил оформить доверенность на мужа ответчика. Доверенность на имя ФИО9 была оформлена нотариусом на дому. Через несколько дней, нотариус составил договор купли-продажи, с копией сначала ознакомился Ш., после чего, Ш. были переданы денежные средства, свидетель помогал с их подсчетом, Ш. собственноручно подписал расписку о получении денежных средств, а также запись на копии договора. Затем у нотариуса был заключен договор купли-продажи.

В соответствии со статьей 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе.

Согласно статье 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

Из содержания пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что недействительной по основанию притворности может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки.

Намерение одного участника на совершение притворной сделки недостаточно, стороны должны преследовать общую цель и достичь соглашения по всем существенным условиям той сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане свободны в заключении договора и могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. При этом любой заключенный сторонами договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения (п. 1 ст. 422 ГК РФ).

Согласно статье 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Согласно ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу ч. 1 ст. 182 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого.

Частью 1 ст. 185 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что доверенностью признается письменное уполномочие, выдаваемое одним лицом другому лицу для представительства перед третьими лицами. Письменное уполномочие на совершение сделки представителем может быть представлено представляемым непосредственно соответствующему третьему лицу.

Согласно п. 3 ст. 182 Гражданского кодекса Российской Федерации представитель не может совершать сделки от имени представляемого в отношении себя лично, а также в отношении другого лица, представителем которого он одновременно является, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Сделка, которая совершена с нарушением правил, установленных в абзаце первом настоящего пункта, и на которую представляемый не дал согласия, может быть признана судом недействительной по иску представляемого, если она нарушает его интересы. Нарушение интересов представляемого предполагается, если не доказано иное.

Пунктом 2 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам.

Как установлено судом и следует из материалов дела, в соответствии с доверенностью бланк <номер> от 11.03.2016г., удостоверенной нотариусом ФИО6, Ш. доверил ФИО9 продать за цену и на условиях по своему усмотрению 1/2 долю земельного участка и 1/4 долю жилого дома, расположенные по <адрес>, подписать договор купли-продажи и передаточный акт, с правом получения денежных средств. Указанная доверенность никем не оспорена, недействительной не признана.

14.03.2016г. ФИО4, действуя по доверенности бланк <номер> от 11.03.2016г., удостоверенной нотариусом ФИО6, от имени и в интересах Ш. (продавец) заключил с ФИО3 (покупатель) договор купли-продажи доли дома и доли земельного участка, расположенных по <адрес>. Недвижимость и денежные средства переданы представителем продавца и покупателем на основании акта приема-передачи от 14.03.2016г. Право собственности ФИО3 зарегистрировано в установленном законом порядке 18.03.2016г. Таким образом, факт передачи имущества подтверждается самим договором, прошедшим государственную регистрацию.

В соответствии с п. 1 ст. 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Как следует из материалов дела, ФИО4 действительно действовал в отношении самого себя лично, так как он заключил договор купли-продажи от имени Ш. со своей супругой. Однако, поскольку представитель действует в интересах представляемого, то в данном случае именно представляемый вправе заявить о нарушении его права представителем при заключении сделки. Таких требований от Ш. не поступало. Его действия свидетельствовали о том, что он не имеет претензий как к покупателю, так и к представителю, что свидетельствует об одобрении сделки, совершенной от его имени. Таким образом, суд приходит к выводу, что оспариваемая сделка не нарушала права Ш., а потому отсутствуют основания для признания ее недействительной. Какие-либо доказательства иных намерений Ш. истцом не представлено. Допрошенные в судебном заседании свидетели, не доверять которым у суда оснований не имеется, подтвердили, что Ш. намерен был продать доли жилого дома и земельного участка именно ФИО3

Заявляя требования о признании договора купли-продажи мнимой сделкой, истцу в соответствии с положениями статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации надлежало доказать, что единая воля сторон по сделке, в том числе и покупателя Ш., была направлена не на достижение соответствующего ей правового результата, а на создание иных правовых последствий, соответствующих сделке, которую стороны действительно имели в виду.

Между тем, отвечающих требованиям статей 59, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательств того, что воля Ш. и ФИО3 была направлена на заключение иной сделки, истцом не представлено и в материалах дела не содержится.

Доводы стороны истца о том, что Ш. не получил денежные средства от продажи спорного имущества также не являются основанием для признания сделки недействительной, поскольку в данном случае предусмотрен иной порядок защиты нарушенных прав.

Доказательств, свидетельствующих о том, что Ш. на момент заключения сделки не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, сторона истца не представила, от оснований признания сделки недействительной, предусмотренных ст. 177 ГК РФ, истец отказалась, изменив основание заявленных требований при уточнении иска.

Учитывая, что на день смерти Ш. не принадлежало спорное имущество, сделка по отчуждению недвижимости не признана недействительной, суд отказывает в удовлетворении исковых требований о включении данного недвижимого имущества в наследственную массу.

Исковые требования о прекращении права собственности ФИО3 на доли жилого дома и земельного участка и истребовании их из владения ФИО5 являются производными от требований о признании недействительной сделки и включении имущества в наследственную массу. Поскольку не подлежат удовлетворению основные исковые требования, не могут быть и удовлетворены требования, вытекающие из них, а поэтому суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований в полном объеме.

Из материалов дела усматривается, что определением суда от 25.01.2017 года удовлетворено ходатайство истца и приняты меры по обеспечению иска в виде запрета ФИО3 на отчуждение спорного имущества (т. 1 л.д. 18).

В силу ч.3 ст. 144 ГПК РФ в случае отказа в иске принятые меры по обеспечению иска сохраняются до вступления в законную силу решения суда. Однако суд одновременно с принятием решения суда или после его принятия может вынести определение об отмене мер по обеспечению иска.

Учитывая указанную норму права, суд считает возможным отменить меры по обеспечению иска, принятые определением от 25.01.2017 года.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 о признании недействительным договора купли-продажи, заключенного между ФИО4, действующим от имени Ш., и ФИО3 от 14.03.2016г. в отношении 1/2 доли земельного участка и 1/4 доли жилого дома, расположенных по <адрес>; истребовании указанного имущества из владения ФИО5, прекращении права собственности ФИО3 на данное имущество, включении 1/2 доли земельного участка и 1/4 доли жилого дома, расположенных по <адрес>, в наследственную массу после смерти Ш., умершего <дата>., оставить без удовлетворения.

Отменить меры по обеспечению иска, принятые определением Серпуховского городского суда Московской области от 25.01.2017 года, в виде запрета ФИО3 совершать действия, связанные с отчуждением 1/4 доли жилого дома с кадастровым <номер>, и 1/2 доли земельного участка с кадастровым <номер>, расположенные по <адрес>.

Решение может быть обжаловано в Московский областной суд через Серпуховский городской суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Председательствующий судья: Ю.А. Калашникова

Мотивированное решение изготовлено: 11 апреля 2017 года