Решение № 2-1916/2025 от 21 октября 2025 г. по делу № 2-1916/2025

2-1916/2025

26RS0003-01-2025-000475-55


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

8 октября 2025 года город Ставрополь

Октябрьский районный суд города Ставрополя Ставропольского края в составе:

председательствующего судьи Руденко Е.В.,

при секретаре судебного заседания Статовой Л.Г.,

с участием ФИО4 –законного представителя истца ФИО5 и ответчика ФИО11,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело ФИО5 в лице законного представителя ФИО4 к ФИО11 о взыскании неосновательного обогащения в размере 350 000 рублей, а также о взыскании компенсации морального и материальных страданий и создание препятствий в пользовании своими денежными средствами в размере 50 000 рублей,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 в интересах ФИО3 обратилась в Промышленный районный суд <адрес> с исковым заявлением к ФИО2, в котором просила взыскать с последней неосновательное обогащение в размере 200 000 рублей, компенсацию за причиненные моральные и материальные страдания, создание препятствий в пользовании своими денежными средствами на необходимые траты, приобретение лекарств, проведение ремонта в сожженной квартире, продуктов питания, одежды на протяжении в размере 50000 рублей.

В обоснование заявленных требований указано, что ФИО1 является опекуном ФИО3, который является ее сыном.

При этом, ФИО1утверждает, что ее родная сестра – ФИО2 незаконно присвоила крупную сумму денежных средств в размере 450000 рублей от продажи дачи. Данную сумму ФИО2, получила в 2018 году от ФИО6 (бабушки опекаемого ею ФИО3), якобы на хранение. Впоследствии, по утверждению истца, ФИО6 вывела эту сумму из наследственной массы и спрятала на счете ФИО2

ФИО2 является вторым опекуном у ФИО3

ФИО2 воспользовалась «психическим дефектом» 94-х летней ФИО6 и забрала указанную сумму денег без оформления всяких правовых документов, без расписки о получении, без договора дарения.

ФИО1 также указано на то, что в 2019 году умер ее муж - ФИО7, после чего возник вопрос о наследственном имуществе, в результате чего истец стала требовать возвратить дачу после смерти мужа. Однако, позднее ей стало известно, что дача была продана ФИО6, а деньги в сумме 450000 рублей переданы ответчику на хранение.

ФИО1 обратилась к ФИО2 с требованием о возврате денежных средств от продажи дачи, переданных ей на хранение, однако получила отказ, в связи с чем была вынуждена обратиться в правоохранительные органы.

Сама ФИО2 не отрицает, что взяла деньги в сумме 450000 рублей от ФИО6 Более того, после вмешательства прокуратуры <адрес> ФИО2 перевела на банковский счет истца 100000 рублей. Остальные денежные средства ответчик оставила себе, не имея на то законных оснований.

Присвоив денежные средства, ФИО2 на протяжении 7 лет незаконно получает доходы в виде банковских процентов.

ФИО1 указывает также на то, что ФИО2 будучи опекуном, действует против интересов своего подопечного ФИО3. Она отказывается предоставить деньги для срочных ремонтных работ в сгоревшей квартире по <адрес>, которая принадлежит ФИО3, намеренно создает трудную жизненную ситуацию, чем причиняет моральный вред.

Сын ФИО1 на протяжении года вынужденно жил в сгоревшей квартире, дышал ядовитыми продуктами горения, обходился без мебели и других необходимых вещей, которые сгорели. ФИО2 возражала против вселения ФИО3 в квартиру бабушки и дедушки, затем возражала против вселения в квартиру его матери и опекуна.

Определением Промышленного районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 в лице ФИО1, к ФИО2 передано на рассмотрение по подсудности в Октябрьский районный суд <адрес>.

В ходе рассмотрения настоящего гражданского дела Октябрьским районным судом <адрес> ФИО1 ранее заявленные исковые требования уточнила, просила взыскать с ФИО2 неосновательное обогащение в размере 350000 рублей, компенсацию за причиненные моральные и материальные страдания, создание препятствий в пользовании своими денежными средствами на необходимые траты, приобретение лекарств, проведение ремонта в сожженной квартире, продуктов питания, одежды на протяжении в размере 50000 рублей.

В обоснование заявленных уточнений указано на то, что ФИО2 не предоставила ни одного документа, подтверждающего передачу ей 450000 рублей. ФИО1 является матерью и опекуном истца ФИО3, который не нуждается в дополнительной заботе со стороны ФИО2. Истец в состоянии обеспечить опеку своему сыну и содержать его за свои средства.

У ответчика ФИО2 нет ни одного доказательства о распоряжении ФИО6 тратить спорные деньги по своему усмотрению. ФИО2 забрала 450000 рублей у ФИО6, 100000 рублей она перевела на счет истца в банке, остальные средства в сумме 350000 рублей ФИО2 тратила по своему усмотрению, которые ей не принадлежали на законном основании.

Истец также указывает на то, что доводы ФИО2 о том, что она тратила взятые деньги на покупку одежды и сотовых телефонов не выдерживают критики. Являясь опекуном, ФИО2 получала пенсию ФИО3, компенсацию за ЖКХ и проценты по счету на 450000 рублей. С 2018 года по 2023 года все расходы на истца ФИО3 оплачивала его бабушка, давая ФИО2 деньги наличными, поскольку получала пенсию в размере 75000 рублей.

В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен Комитет труда и социальной защиты населения администрации <адрес>.

В судебном заседании ФИО1 заявленные исковые требования поддержала в полном объеме, просила суд их удовлетворить по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных исковых требований, в том числе по доводам представленных суду письменных возражений, из содержания которых следует, что ФИО2 является опекуном недееспособного ФИО3 Ответчик считает, что Истцом суду не представлены доказательства того, что спорная дача принадлежала ей и ее мужу, а равно тому, что последняя была продана за 450000 рублей.Как следует из объяснений ФИО6 и ее племянницы ФИО8, имеющихся в материалах проверки КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ, указанная дача была продана за 200000 рублей, которые были переданы ответчику бабушкой опекаемого для использования на его нужды.

Позже ФИО6 также передала ответчику денежные средства в сумме 50000 рублей наличными, которые были потрачены на ремонт квартиры подопечного по адресу: <адрес> Ремонт был произведен в 2021 году после порчи имущества самим опекаемым, находящимся в нездоровом психическом состоянии и по рекомендации органов опеки.

В 2022году ФИО6 передала ответчику еще 200000 рублей. О том, что ответчику совокупно были переданы денежные средства в сумме 450000 рублей было известно самому подопечному ФИО3. От истца данный факт никто не скрывал.

Впоследствии ФИО1 обращалась в адрес ответчика с просьбой о выделении ей части денежных средств от полученных при продаже дачи, однако ФИО6 возражала против передачи средств, в связи с чем ответчиком истцу было отказано. После смерти ФИО6, ответчик, руководствуясь добрыми побуждениями, перевела своей сестре – ФИО1 денежные средства в сумме 100000 рублей, как опекуну ФИО3.. При этом, перевод денежных средств, вопреки доводам истца, осуществлен по собственной инициативе, без вмешательства правоохранительных органов.

Из оставшейся части денежных средств в размере 300000 рублей, 100000 рублей были потрачены на ремонтные работы после пожара в квартире подопечного, последнему также куплена мебель и одежда.

При этом, ФИО1, также являясь опекуном ФИО3, в администрацию с заявлением о получении выплат на производство ремонта в квартире после пожара не обращалась, в ее восстановлении участия не принимала.

Ответчиком в обоснование изложенного приведен расчет осуществленных трат, а также указано на то, что денежные средства ранее тратились и будут тратиться на нужды подопечного.

Ответчик также указывает на то, что вопреки доводам истца о получении дохода в виде процентов от вклада, пенсия ФИО3 не превышает 20 тыс. руб. Этих денег не хватает на питание, оплату коммунальных услуг 2-х комнатной квартиры (6500-7000 тыс. руб.) покупку сигарет (ФИО3 курит), покупку лекарств, одежды, санитарно-гигиенических средств и др. Поэтому ответчику приходилось ежемесячно добавлять к пенсии ФИО3 не менее 5000 руб. из своих собственных средств. Кроме того, в 2021 году она купила своему подопечному смартфон стоимостью 18000 руб. Попользовавшись им некоторое время, ФИО3 его продал. Пришлось покупать ему другой, который он также впоследствии продал. Всего ему было мной куплено 3 смартфона, а также множество кнопочных телефонов. В 2021 из квартиры ФИО3 пропал холодильник, в результате чего ему был куплен новый. В течение 2022 года в квартире ФИО3 неоднократно устраивались погромы. В октябре 2022 г. были выбиты стекла в окнах в зале, кухне и лоджии. Из квартиры пропали кровать, диван, люстра.

Таким образом, затраты ответчиком собственных денежных средств на восстановление имущества и улучшение условий быта подопечного намного превышали проценты, которые начислялись по депозиту на 200 000 руб., учитывая, что процентная ставка по депозитам до 2023 году составляла 5-6% годовых. Увеличение процентной ставки до 21 % произошло не в 2023 г (как указывает ФИО1), а в октябре 2024 года.

Кроме того, в феврале 2024 г. ФИО3 взял кредит в ООО «Микрокредитная компания скорость финанс», который пришлось выплачивать ответчику.

Представитель третьего лица - Комитета труда и социальной защиты населения администрации г. Ставрополя, надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, об уважительности причин неявки суду не сообщал, об отложении судебного заседания не ходатайствовал.

С учетом мнения сторон и в силу положений статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть настоящее гражданское дело в отсутствие не явившихся представителей сторон.

Заслушав стороны, исследовав письменные материалы дела, оценив представленные суду доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных исковых требований, по следующим основаниям.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.

Граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Как установлено в статье 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в том числе: из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему; вследствие неосновательного обогащения; вследствие иных действий граждан и юридических лиц; вследствие событий, с которыми закон или иной правовой акт связывает наступление гражданско-правовых последствий.

На основании статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, указанных в статье 1109 данного кодекса (пункт 1).

Правила, предусмотренные главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2).

В силу положений статьи 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации нормы о неосновательном обогащении подлежат применению также к требованиям: о возврате исполненного по недействительной сделке; об истребовании имущества собственником из чужого незаконного владения; одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством; о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица.

Вместе с тем, пунктом 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

По смыслу указанной нормы, не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные средства, предоставленные сознательно и добровольно во исполнение несуществующего обязательства, лицом, знающим об отсутствии у него такой обязанности.

Для применения пункта 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо, чтобы потерпевший осознавал отсутствие у него обязанности передать имущество приобретателю и, несмотря на это, намеренно передал имущество по несуществующему обязательству.

Таким образом, по смыслу приведенных положений закона с учетом положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации по делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения ответчиком имущества за счет истца, а на ответчика – обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату, в частности, применительно к рассматриваемому спору, если воля передавшего денежные средства лица осуществлена в отсутствие обязательств.

Аналогичная правовая позиция приведена в пункте 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17.07.2019.

Из положений действующего законодательства следует, что для возникновения обязательств из неосновательного обогащения необходимо установление приобретения или сбережения имущества за счет другого лица, отсутствие правового основания такого сбережения или приобретения и отсутствие обстоятельств, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При этом основания возникновения неосновательного обогащения могут быть различными: требование о возврате ранее исполненного при расторжении договора, требование о возврате ошибочно исполненного по договору, требование о возврате предоставленного при незаключенности договора, требование о возврате ошибочно перечисленных денежных средств при отсутствии каких-либо отношений между сторонами и т.п.

Особенность предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения и распределение бремени доказывания предполагает, что на истце лежит обязанность доказать, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение (неосновательно получено либо сбережено имущество); обогащение произошло за счет истца; размер неосновательного обогащения; невозможность возврата неосновательно полученного или сбереженного в натуре. В свою очередь, ответчик должен доказать отсутствие на его стороне неосновательного обогащения за счет истца, либо наличие обстоятельств, исключающих взыскание неосновательного обогащения, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как разъяснено в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации 1 (2014), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24 декабря 2014 года, в целях определения лица, с которого подлежит взысканию необоснованно полученное имущество, суду необходимо установить наличие самого факта неосновательного обогащения (то есть приобретения или сбережения имущества без установленных законом оснований), а также того обстоятельства, что именно это лицо, к которому предъявлен иск, является неосновательно обогатившимся лицом за счет лица, обратившегося с требованием о взыскании неосновательного обогащения.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что приказом Комитета труда и социальной защиты населения администрации <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №-од установлена опека над недееспособным ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Опекуном назначена ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Кроме того, приказом Комитета труда и социальной защиты населения администрации <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №-од ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, назначена вторым опекуном над недееспособным ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

На ФИО1 в целях устранения рисков угрозы жизни и здоровью ФИО3 возложена обязанность исполнять обязанности опекуна солидарно с первым опекуном ФИО2, без права открытия номинального счета, бенефициаром которого является ФИО3

Заявляя настоящие исковые требования процессуальный истец ФИО1, не оспаривая наличествующие родственные отношения с ответчиком, фактически ссылается на то, что последняя получила неосновательное обогащение за счет денежных средств, вырученных от продажи ранее принадлежавшей истцу и ее мужу дачи, а равно на получение доходов в виде процентов на размещенные денежные средства на депозитном счете в банке, а также на нецелевое расходование данных денежных средств.

Принимая во внимание изложенное и разрешая заявленные исковые требования, суд исходит из следующего.

Так, как следует из представленной суду выписки из Единого государственного реестра недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ №КУВИ-001/2023-№ ФИО1 принадлежит (принадлежало) на праве собственности следующее недвижимое имущество: жилое помещение с кадастровым номером №, площадью <данные изъяты>,5 кв.м, расположенное по адресу: <адрес> (основание государственной регистрации права собственности – договор мены квартиры на долю в праве общей долевой собственности на квартиру от ДД.ММ.ГГГГ).

Сведения о принадлежности истцу спорной дачи (земельного участка и строения) в Едином государственном реестре недвижимости отсутствуют.

Как следует из представленной в материалы дела копии согласия от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенного нотариусом Ставропольского городского нотариального округа ФИО9, свекор истца – ФИО10 дал согласие своей супруге – ФИО6 произвести отчуждение в любой форме, на ее условиях и по ее усмотрению, за цену на ее усмотрение, нажитого в браке имущества, состоящего из земельного участка и жилого строения, расположенных по адресу: <адрес>

Таким образом, судом установлено, что вышеуказанное недвижимое имущество – дача, ранее на праве собственности истцу никогда не принадлежала.

Наличие каких-либо устных договоренностей о распределении имущества между членами семьи, в том числе между истцом и ныне покойными ФИО6 и ФИО10, на которые истец ссылается в обоснование доводов о наличии права как на сам объект недвижимого имущества, так и на полученные в последствии денежные средства от его продажи, в ходе судебного разбирательства подтверждено не было.

Более того, судом отмечается, что реализация объекта недвижимости и передача денежных средств его собственником ФИО6 ответчику – ФИО2 ранее сторонами по данному делу либо иными членами семьи истца, ответчика, не оспаривались, какие-либо правопритязания истца не изъявлялись.

Судом также учитывается, что предметом спора договор купли-продажи, сам объект недвижимости, - не являются. Исковые требования заявлены по отношению к денежным средствам, которые, как предполагает истец, получены от продажи имущества и переданы ответчику.

При таких обстоятельствах доводы истца о получении ответчиком неосновательного обогащения от продажи указанного недвижимого имущества суду в нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не подтверждены.

Между тем, судом учитывается позиция ответчика – ФИО2, которая не отрицала в ходе судебного разбирательства факт передачи ей денежных средств от продажи дачи в размере 200000 рублей, а равно последующую передачу ФИО6 денежных средств в сумме 250000 рублей, как опекуну недееспособного ФИО3 для использования указанных средств на нужды опекаемого.

В обоснование трат, указанных денежных средств в интересах ФИО3 ответчиком суду представлены доказательства – платежные документы, договоры на купли-продажи, оказания услуг, документы в подтверждение оплаты коммунальных платежей и покупки различных товаров для бытовых нужд ФИО3, совокупность которых свидетельствует о целевом расходовании полученных ФИО2 денежных средств именно в интересах опекаемого недееспособного ФИО3

Факт целевого использования ответчиком денежных средств также подтверждается представленными суду формами отчета опекуна о хранении, об использовании имущества совершеннолетнего недееспособного гражданина и управления этим имуществом от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, представленными ФИО2 в Комитет труда и социальной защиты населения администрации <адрес>.

Факт исполнения обязанностей опекуна над ФИО3 ответчиком, а равно принятие вышеуказанных отчетов подтверждаются письмом Комитета труда и социальной защиты населения администрации <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №.

Таким образом, в ходе рассмотрения данного гражданского дела истцом факт неосновательного обогащения ответчика ФИО2 не доказан, оснований для удовлетворения заявленных исковых требований судом не установлено.

Судом принимается во внимание и то, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ответчиком заключен договор дарения денег, по условиям которого ФИО2 подарила своей сестре ФИО1 денежные средства в сумме 100000 рублей путем перевода на счет последней 408178***1320 в АО «<данные изъяты>

Вышеизложенные обстоятельства, в том числе в части отчуждения ФИО6 спорного объекта недвижимости, передачи денежных средств ответчику и их целевого назначения, подтверждаются представленными суду материалами проверки по сообщениям ФИО1 о преступлении, процессуальные решения по которым незаконными и необоснованными не признавались.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

исковые требования ФИО5 в лице законного представителя ФИО4 к ФИО11 о взыскании неосновательного обогащения в размере <данные изъяты><данные изъяты> рублей, а также о взыскании компенсации морального и материальных страданий и создание препятствий в пользовании своими денежными средствами в размере <данные изъяты><данные изъяты> рублей – оставить без удовлетворения.

Решением может обжаловано в апелляционную инстанцию Ставропольского краевого суда путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Ставрополя в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение суда составлено 22.10.2025.

Судья подпись Руденко Е.В.