Апелляционное определение № 33-1408/2026 33-18542/2025 от 1 февраля 2026 г.

УИД 16RS0046-01-2025-006460-44

Дело № 2-3151/2025 ~ М-1585/2025

Судья Казакова Л.Д. 33-1408/2026

Учет № 104г


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

2 февраля 2026 года город Казань

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан в составе председательствующего Гиниатуллиной Ф.И.,

судей Новосельцева С.В., Сахиповой Г.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Гарифуллиным А.Л.,

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Гиниатуллиной Ф.И. гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Вахитовского районного суда города Казани от 9 сентября 2025 года, которым исковое заявление ФИО1 к федеральному казенному учреждению «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Республике Татарстан (Татарстан)» Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации о признании решения незаконным, возложении обязанности восстановить ранее принятые решения оставлено без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения ФИО1, поддержавшего доводы жалобы, представителя федерального казенного учреждения «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Республике Татарстан (Татарстан)» Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации – ФИО2, возражавшего доводам жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском к федеральному казенному учреждению «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Республике Татарстан (Татарстан)» Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации (далее – ФКУ «ГБ МСЭ по Республике Татарстан (Татарстан)» Минтруда России) о признании решения незаконным, возложении обязанности восстановить ранее принятые решения, в обоснование указав, что в период трудовой деятельности с 15 декабря 2004 года по 23 октября 2020 года ФИО1 во время работы получил 2 производственные травмы: сотрясение мозга с потерей памяти, что подтверждается решением <данные изъяты> от <дата> и актом по форме Н-1 .... от <дата>. Последствия этих травм сильно отразились на здоровье истца: после этих травм у него постоянные головные боли, головокружения, гипертония, давление скачет и доходит до показателя «220 на 120», частые случаи тошноты, снижение зрения, перед глазами бегают мошки, снизился слух, истец начал плохо слышать, постоянный звон в ушах, намного ухудшилась память и концентрация, появилась утомляемость, быстро устает. 17 декабря 2024 года истец прошел медико-социальную экспертизу в Бюро № 11 ФКУ «ГБ МСЭ по Республике Татарстан (Татарстан)» Минтруда России, по результатам которой степень утраты трудоспособности от несчастного случая на производстве, установленного решением суда .... от <дата>, определена в размере 10%; степень утраты трудоспособности от несчастного случая на производстве, установленного актом по форме Н-1 .... от <дата>, определена в размере 20%. Истцу выданы справки <данные изъяты> .... от <дата> и .... от <дата>. При этом в одной справке допустили техническую ошибку, в частности в справке <данные изъяты> .... неправильно указали год несчастного случая, установленного решением суда .... от <дата>, а именно: вместо «2004» ошибочно указали «2002». Истец заметил это только через 2 месяца. 17 февраля 2025 года истец приехал в Бюро МСЭ № 11 для исправления технической ошибки, где ему сказали, что надо написать заявление на выплату процентов потери трудоспособности за предыдущие 3 года. 20 февраля 2025 года в Бюро МСЭ № 3 доктор измерила давление истцу, давление было «180 на 120», учитывая, что истец с утра принял 2 таблетки от давления. По результатам данного обследования было вынесено решение «здоров, справки о потере процента трудоспособности выданы необоснованно». Выражает несогласие сданным решением, поскольку у него имеются проблемы, связанные с сотрясением мозга с потерей памяти: головные боли, скачки давления, утомляемость, головокружения, ухудшение зрения, слуха, шум в ушах, ухудшение памяти и концентрации. От первой травмы 2004 года у истца остался шрам на всю голову длиной 10-12 см, а со второй – неправильно сросшаяся лицевая кость, так как 2 человека пинали его сапогами по голове. Истец представил все медицинские исследования и заключения. Ответчик утверждает, что с работой истец справляется на 100%, хотя в производственной характеристике, представленной в медико-социальной экспертизу работодатель (руководитель) истца пишет, что истец справляется на 60-65%. Истец написал в медико-социальной экспертизу о том, что с выводом Бюро МСЭ № 3 не согласен. В результате освидетельствования от <дата> также был сделан вывод о том, что истец здоров, справиться с работой на 100%. Считает, что повторное медицинское освидетельствование было незаконным, потому что истец проходил медицинское освидетельствование в Бюро МСЭ № 11, о чем имеются справки, где сказано, что дата очередного освидетельствования – 28 ноября 2025 года. Для исправления технической ошибки («2002» год на «2004» год) повторная экспертиза не нужна. Истец не оспаривал решение Бюро МСЭ № 11, а написал заявление на выплату страховых процентов по потере нетрудоспособности за предыдущие 3 года, предусмотренные Федеральным законом от 7 июля 2003 года № 118-ФЗ, для чего так же повторная экспертиза не нужна. На основании изложенного просил признать незаконным и отменить решения экспертного состава №3 ФКУ «ГБ МСЭ по Республике Татарстан (Татарстан)» Минтруда России от <дата> и ФКУ «ГБ МСЭ по Республике Татарстан (Татарстан)» Минтруда России от <дата> в отношении ФИО1, возложить обязанность восстановить выданные ФИО1 на основании решения (заключения) Бюро № 11 ФКУ «ГБ МСЭ по Республике Татарстан (Татарстан)» Минтруда России от <дата> года справки <данные изъяты> .... от <дата> и <данные изъяты> .... от <дата>.

В суде первой инстанции ФИО1 исковые требования подержал по основаниям, изложенным в иске.

Представитель ФКУ «ГБ МСЭ по Республике Татарстан (Татарстан)» Минтруда России иск не признал, представил отзыв на исковое заявление.

Судом принято решение в приведённой выше формулировке.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда отменить и принять новое решение об удовлетворении исковых требований. Считает, что повторное освидетельствование проведено формально без учета состояния здоровья и обследования истца. Факт получения производственных травм во время исполнения трудовых обязанностей подтвержден. В связи с ухудшением состоянием здоровья и невозможностью продолжить дальнейшую трудовую деятельность, истцу пришлось уволиться с работы.

Выслушав объяснения истца и представителя ответчика, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного решения по правилам части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено, что решением <данные изъяты> от <дата>, вступившим в законную силу 25 июня 2012 года, установлен факт несчастного случая на производстве, произошедшего с ФИО1 15 декабря 2004 года.

18 июля 2013 года ФИО1 первично установлена инвалидность .... группы с причиной «общее заболевание» сроком на 1 год по заболеванию глаз.

С 5 ноября 2013 года по 3 декабря 2013 года ФИО1 освидетельствован в бюро МСЭ № 16 Главного бюро с целью изменения причины инвалидности и определения степени утраты профессиональной трудоспособности. По результатам медико-социальной экспертизы с учетом консультативного заключения экспертного состава № 4 Главного бюро степень утраты профессиональной трудоспособности не определена, причина инвалидности не изменена, поскольку нет прямой причинно-следственной связи с перенесшей производственной травмой от 15 декабря 2004 года.

По сроку инвалидности 14 августа 2014 года истец был освидетельствован повторно в бюро МСЭ № 16 Главного бюро, по результатам которого ФИО1 установлена .... группа инвалидности с причиной «общее заболевание» бессрочно.

Актом о несчастном случае на производстве от <дата>, утвержденным председателем <данные изъяты><дата> года, установлено, что в период работы в <данные изъяты> истец получил травму – сотрясение головного мозга, ссадины, кровоподтеки обеих глаз и лобной области, закрытый перелом 8 ребра слева, ушиб правой кисти.

Согласно листку нетрудоспособности, после этого случая с 23 октября 2020 года по 27 ноября 2020 года ФИО1 находился на больничном (36 дней).

С 5 декабря 2024 года по 17 декабря 2024 года ФИО1 освидетельствован в бюро МСЭ № 11 Главного бюро с целью определения степени утраты профессиональной трудоспособности с диагнозом: последствия закрытой черепно-мозговой травмы, сотрясение головного мозга вследствие производственной травмы от 23 октября 2020 года в форме <данные изъяты>. Стойкие незначительные нарушения функций сердечно-сосудистой системы. По результатам медико-социальной экспертизы установлена степень утраты профессиональной трудоспособности – 10% по последствиям несчастного случая на производстве от 2004 года, степень утраты профессиональной трудоспособности – 20% по последствиям несчастного случая на производстве от 2020 года.

20 февраля 2025 года ФИО1 освидетельствован очно в порядке контроля в экспертном составе № 3 ФКУ «ГБ МСЭ по Республике Татарстан (Татарстан)» Минтруда России на основании приказа руководителя главного бюро .... от <дата> с диагнозом: последствия перенесенной производственной травмы: закрытой черепно-мозовой травмы, сотрясения головного мозга от 23 октября 2020 года в форме <данные изъяты>. Без функциональных нарушений. Производственная травма 15 декабря 2004 года в виде сотрясения головного мозга без последствий.

Специалистами экспертного состава № 3 ФКУ «ГБ МСЭ по Республике Татарстан (Татарстан)» Минтруда России установлено, что ФИО1 перенес сотрясение головного мозга 15 декабря 2004 года (решение суда .... от <дата>), продолжил профессиональную деятельность по своей основной профессии. ФИО1 на момент травмы работал в должности <данные изъяты> и продолжал работать в данной профессии без снижения квалификации и объема производственной деятельности; 23 октября 2020 года перенес сотрясение головного мозга (акт о несчастном случае на производстве .... от <дата>), продолжил профессиональную деятельность по своей основной профессии. На момент травмы работал в должности ведущего специалиста в <данные изъяты> и продолжал работать в данной профессии без снижения квалификации и объема производственной деятельности. На день проведения медико-социальной экспертизы работал руководителем межрайонного отдела в <данные изъяты>. По данным магнитно-резонансной томографии головного мозга от <дата> картина единичных очаговых изменений головного мозга сосудистого характера.

На основании полученных документов и сведений, по результатам комплексной оценки состояния организма, анализа клинико-функциональных, социально-бытовых, профессионально-трудовых данных по представленным медицинским и медико-экспертным документам и данным объективного осмотра, специалисты экспертного состава № 3 ФКУ «ГБ МСЭ по Республике Татарстан (Татарстан)» Минтруда России пришли к выводу, что несчастный случай на производстве от 15 декабря 2004 года, произошедший в период работы в должности <данные изъяты> (решение суда .... от <дата>), не привел к повреждению здоровья. При этом пострадавший выполняет профессиональную деятельность с повышением квалификации, без уменьшения объема, тяжести работ, без изменений условий труда. Оснований для определения степени утраты профессиональной трудоспособности по последствиям производственной травмы от 15 декабря 2004 года не имеется. Последствие несчастного случая на производстве от 23 октября 2020 года, полученное в профессии ведущего специалиста в <данные изъяты> (акт о несчастном случае на производстве .... от <дата>), не приводят к повреждению здоровья. При этом пострадавший выполняет профессиональную деятельность с повышением квалификации, без уменьшения объема, тяжести работ, без изменений условий труда. Оснований для определения степени утраты профессиональной трудоспособности по последствиям производственной травмы от 23 октября 2020 года не имеется. Экспертное решение вынесено единогласно специалистами, проводившими медико-социальную экспертизу.

В связи с этим экспертным составом № 3 ФКУ «ГБ МСЭ по Республике Татарстан (Татарстан)» Минтруда России отменено решение бюро МСЭ № 11 главного бюро от <дата>; справка серии <данные изъяты> .... от <дата>, справка серии <данные изъяты> .... от <дата> и программа реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве .... от <дата> признаны недействительными с 20 февраля 2025 года.

В связи с несогласием с решением экспертного состава №3 ФКУ «ГБ МСЭ по Республике Татарстан (Татарстан)» Минтруда России ФИО1 5 марта 2025 года освидетельствован очно в порядке обжалования в экспертном составе № 1 ФКУ «ГБ МСЭ по Республике Татарстан (Татарстан)» Минтруда России с тем же диагнозом. Решение экспертного состава № 3 ФКУ «ГБ МСЭ по Республике Татарстан (Татарстан)» Минтруда России оставлено в силе.

В ходе рассмотрения дела судом назначена судебная медико-социальная экспертиза, проведение которой поручено <данные изъяты>.

Согласно заключению экспертов <данные изъяты> эксперты пришли к выводу, что у специалистов бюро МСЭ № 11 ФКУ «ГБ МСЭ по Республики Татарстан(Татарстан)» Минтруда России на дату проведения освидетельствования 17 декабря 2024 года, у специалистов экспертного состава № 3 ФКУ «ГБ МСЭ по Республики Татарстан(Татарстан)» Минтруда России на дату проведения освидетельствования 20 февраля 2025 года, а также у специалистов экспертного состава № 1 ФКУ «ГБ МСЭ по Республики Татарстан(Татарстан)» Минтруда России на дату проведения освидетельствования 5 марта 2025 года, оснований для установления степени утраты профессиональной трудоспособности (в процентах) ФИО1, <дата> года рождения, не имелось.

Оценивая данное заключение, суд первой инстанции учел компетентность экспертов в разрешении поставленных перед ним вопросов, стаж экспертной работы, достаточность исследовательского материала, правильность методики исследования, объективность эксперта, исходил из того, что сомнений в правильности или обоснованности заключения, наличие противоречий не имеется, и пришел к выводу, что заключение <данные изъяты> является допустимым доказательством.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции, учитывая выводы судебной экспертизы, принимая во внимание, что экспертные решения относительно отсутствия оснований для установления истцу степени утраты профессиональной трудоспособности принимались экспертными комиссиями с полным изучением представленных медицинских документов о состоянии здоровья истца, которым в актах и протоколах освидетельствования дан исчерпывающий анализ, исходил из того, что оспариваемые решения экспертных составов № 3 ФКУ «ГБ МСЭ по Республики Татарстан(Татарстан)» Минтруда России от <дата>, № 1 ФКУ «ГБ МСЭ по Республики Татарстан(Татарстан)» Минтруда России от <дата> приняты законно и обоснованно, в соответствии с компетенцией должностных лиц медико-социальной экспертизы.

Доводы истца о том, что переосвидетельствование истца экспертным составом № 3 ФКУ «ГБ МСЭ по Республики Татарстан(Татарстан)» Минтруда России 20 февраля 2025 года произошло незаконно, в нарушение положений статьи 13 Федерального закона от 24 июля 1998 года №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», судом первой инстанции признаны несостоятельными, поскольку медико-социальная экспертиза ФИО1 20 февраля 2025 года произведена на основании приказа ФКУ «ГБ МСЭ по Татарстан(Татарстан)» Минтруда России от <дата> о проведении внеплановой проверки бюро МСЭ № 11 в отношении ФИО1 и заявления ФИО1 о проведения медико-социальной экспертизы с целью определения процента утраты трудоспособности за предыдущие 3 года.

Проведение внеплановых проверок бюро медико-социальной экспертизы предусмотрено приказом Минтруда России от 18 октября 2023 года № 767н «Об утверждении Порядка осуществления контроля главными бюро медико-социальной экспертизы за решениями, принятыми бюро медико-социальной экспертизы в городах и районах, являющимися филиалами главных бюро, Федеральным бюро медико-социальной экспертизы за решениями, принятыми главными бюро медико-социальной экспертизы».

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции на основании следующего.

Статьей 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» профессиональная трудоспособность определена как способность человека к выполнению работы определенной квалификации, объема и качества, а степень утраты профессиональной трудоспособности - как выраженное в процентах стойкое снижение способности застрахованного осуществлять профессиональную деятельность до наступления страхового случая.

Согласно пункту 3 статьи 11 указанного Федерального закона степень утраты профессиональной трудоспособности устанавливается учреждением медико-социальной экспертизы.

Порядок установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний урегулирован Правилами установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 16 октября 2000 года № 789 (далее – Правила).

Пунктами 2, 3 указанных Правил регламентировано, что степень утраты профессиональной трудоспособности устанавливается в процентах на момент освидетельствования пострадавшего, исходя из оценки потери способности осуществлять профессиональную деятельность вследствие несчастного случая на производстве и профессионального заболевания, в соответствии с критериями определения степени утраты профессиональной трудоспособности, утверждаемыми Министерством труда и социальной защиты Российской Федерации по согласованию с Министерством здравоохранения Российской Федерации.

Критерии определения степени утраты профессиональной трудоспособности, утвержденные Приказом Министерством труда и социальной защиты Российской Федерации от 30 сентября 2020 года № 687н (далее – Критерии), устанавливают основания для определения степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Согласно пункту 3 Критериев степень утраты профессиональной трудоспособности определяется исходя из последствий повреждения здоровья вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания с учетом имеющихся у пострадавшего профессиональных способностей, психофизиологических возможностей и профессионально значимых качеств, позволяющих продолжать выполнять профессиональную деятельность, непосредственно предшествующую несчастному случаю на производстве или профессиональному заболеванию, того же содержания и в том же объеме либо с учетом снижения квалификации, уменьшения объема (тяжести) выполняемой работы и/или необходимости создания дополнительных условий доступности для выполнения профессиональной деятельности путем изменения условий труда, оснащения (оборудования) специального рабочего места, выражается в процентах и устанавливается в размере от 10 до 100 процентов с шагом в 10 процентов.

Степень снижения способности к профессиональной деятельности определяется в рамках установленной степени выраженности стойких нарушений функций организма человека, обусловленных несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, на основании анализа характеристик профессиональной деятельности (пункт 5 Критериев).

При оценке способности к профессиональной деятельности учитывается способность пострадавшего выполнять профессиональную деятельность, непосредственно предшествующую несчастному случаю на производстве или профессиональному заболеванию, того же содержания и в том же объеме либо с учетом снижения квалификации, уменьшения объема (тяжести) выполняемой работы и/или необходимости создания дополнительных условий доступности для выполнения профессиональной деятельности путем изменения условий труда и/или оснащения (оборудования) специального рабочего места (пункт 6 Критериев).

Критерием определения степени утраты профессиональной трудоспособности от 10 до 30 процентов является повреждение здоровья пострадавшего с I степенью выраженности стойких нарушений функций организма человека (в диапазоне от 10 до 30 процентов), обусловленное несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием. В случаях, когда пострадавший может выполнять профессиональную деятельность, непосредственно предшествующую несчастному случаю на производстве и профессиональному заболеванию, при снижении квалификации и/или объема (тяжести) работ, но без изменения условий труда, - в размере 10 процентов утраты профессиональной трудоспособности (пункт 17 Критериев).

На основании пункта 19 Критериев при очередном переосвидетельствовании степень утраты профессиональной трудоспособности устанавливается с учетом результатов реабилитации, в том числе результатов профессионального обучения и получения дополнительного профессионального образования (повышения квалификации, профессиональной подготовки и профессиональной переподготовки) по профессии рабочего, должности служащего, непосредственно предшествующей несчастному случаю на производстве или профессиональному заболеванию.

Таким образом, при определении степени утраты профессиональной трудоспособности потерпевшего учреждениями медико-социальной экспертизы учитываются не только клинико-функциональные критерии, закрепленные в Критериях, а должна учитываться совокупность всех медицинских и иных документов, очное обследование, результаты соответствующих исследований.

В соответствии с пунктом 26 Правил, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 16 октября 2000 года № 789, переосвидетельствование пострадавшего проводится в порядке, установленном для определения степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Учреждение медико-социальной экспертизы проводит освидетельствование в порядке динамического наблюдения за выполнением реабилитационных мероприятий для оценки их эффективности в сроки, установленные программой реабилитации пострадавшего (пункт 30 Правил).

Пунктами 31 и 32 Правил предусмотрено, что пострадавший, его представитель, работодатель (страхователь) или страховщик в случае несогласия с решением учреждения медико-социальной экспертизы может обжаловать его, представив письменное заявление в учреждение, проводившее освидетельствование пострадавшего, или в главное бюро медико-социальной экспертизы.

Бюро медико-социальной экспертизы, проводившее освидетельствование пострадавшего, в 3-дневный срок со дня получения заявления направляет это заявление со всеми документами в главное бюро медико-социальной экспертизы.

Главное бюро медико-социальной экспертизы в месячный срок со дня поступления заявления проводит переосвидетельствование пострадавшего и на основании полученных результатов выносит решение.

Решение главного бюро медико-социальной экспертизы может быть обжаловано в месячный срок в Федеральное бюро медико-социальной экспертизы.

Таким образом, определение степени утраты профессиональной трудоспособности производится федеральными учреждениями медико-социальной экспертизы в рамках регламентированной нормативными предписаниями процедуры исходя из комплексной оценки состояния организма гражданина. При этом учреждение медико-социальной экспертизы несет ответственность как за существо принятого решения, так и за соблюдение предусмотренного законом порядка определения степени утраты профессиональной трудоспособности, включая проверку представления необходимых для проведения экспертизы документов.

В обоснование оспариваемого решения экспертного состава № 3 ФКУ «ГБ МСЭ по Республике Татарстан (Татарстан)» Минтруда России от <дата> указано, что на основании полученных документов и сведений, по результатам комплексной оценки состояния организма, анализа клинико-функциональных, социально-бытовых, профессионально-трудовых данных по представленным медицинским и медико-экспертным документам и данным объективного осмотра, несчастный случай на производстве от 15 декабря 2004 года, произошедший в период работы в должности <данные изъяты>, установленный решением суда от <дата>, не привел к повреждению здоровья; пострадавший выполняет профессиональную деятельность с повышением квалификации, без уменьшения объема, тяжести работ, без изменений условий труда; оснований для определения степени утраты профессиональной трудоспособности по последствиям производственной травмы от 15 декабря 2004 года не имеется. Последствия несчастного случая на производстве от 23 октября 2020 года, полученное в профессии ведущего специалиста в <данные изъяты>, установленный актом о несчастном случае на производстве .... от <дата>, не приводят к повреждению здоровья. При этом пострадавший выполняет профессиональную деятельность с повышением квалификации, без уменьшения объема, тяжести работ, без изменений условий труда. Оснований для определения степени утраты профессиональной трудоспособности по последствиям производственной травмы от 23 октября 2020 года не имеется.

5 марта 2025 года в порядке обжалования проведено очное заседание экспертного состава № 1 ФКУ «ГБ МСЭ по Республики Татарстан(Татарстан)» Минтруда России, по результатам которого решение экспертного состава № 3 ФКУ «ГБ МСЭ по Республике Татарстан (Татарстан)» Минтруда России оставлено в силе.

Помимо этого, заключением судебной медико-социальной экспертизы установлено, что на даты проведения освидетельствований (17 декабря 2024 года, 20 февраля 2025 года, 5 марта 2025 года) оснований для установления степени утраты профессиональной трудоспособности (в процентах) ФИО1 не имелось.

Данные о состоянии здоровья ФИО1 и имеющихся заболеваниях, являлись предметом оспариваемых решений ФКУ «ГБ МСЭ по Республики Татарстан(Татарстан)» Минтруда России и судебной медико-социальной экспертизы. Наличия оснований для установления ФИО1 степени утраты профессиональной трудоспособности ни ответчик, ни экспертная комиссия в ходе проведения судебной медико-социальной экспертизы не нашли, как и не установлено их судом в ходе рассмотрения дела.

Заключение судебной медико-социальной экспертизы судебная коллегия признает допустимым и достоверным доказательством, поскольку эксперты были предупреждены об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, имеют высшее медицинское образование, соответствующую специализацию, стаж работы, являются врачами по медико-социальной экспертизе, компетентны и отвечают требованиям к экспертам, уполномоченным на проведение медико-социальной экспертизы. Содержащиеся в заключении выводы экспертов мотивированы и основываются на результатах проведенных исследований, объективность которых не вызывает сомнений.

Исследовав и оценив представленные в дело доказательства в их совокупности, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований, поскольку освидетельствование истца проводилось в полном соответствии с требованиями закона и действующих нормативных правовых актов, регламентирующих проведение медико-социальной экспертизы, каких-либо нарушений процедуры ее проведения в отношении истца, приведших к вынесению незаконного решения, не установлено.

Доводы апелляционной жалобы не содержат правовых оснований к отмене или изменению решения суда, по существу сводятся к выражению несогласия с произведенной судом оценкой представленных по делу доказательств, не содержат фактов, не проверенных и не учтенных судом первой инстанции при рассмотрении дела и имеющих юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияющих на обоснованность и законность судебного постановления, либо опровергающих выводы суда первой инстанции, в связи с чем являются несостоятельными и не могут служить основанием для отмены законного и обоснованного решения суда.

Довод апелляционной жалобы о том, что в связи с ухудшением состоянием здоровья и невозможностью продолжить дальнейшую трудовую деятельность, истцу пришлось уволиться с работы после вынесения судом решения, не может быть принять во внимание, поскольку судом рассматриваются требования об оспаривании законности решения ответчика от 20 февраля 2025 года, 5 марта 2025 года.

При указанных обстоятельствах доводы апелляционной жалобы не могут являться основанием к отмене либо изменению судебного решения.

С учетом изложенных обстоятельств, учитывая, что неправильного применения норм материального права или нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебного акта, не установлено, оснований для отмены обжалуемого решения не имеется.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Вахитовского районного суда города Казани от 9 сентября 2025 года по данному делу оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок не превышающий трех месяцев в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (город Самара) через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 4 февраля 2026 года.

Председательствующий

Судьи