Приговор № 1-24/2017 от 4 мая 2017 г. по делу № 1-24/2017

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

с. Тасеево 05 мая 2017 года

Судья Тасеевского районного суда Красноярского края ГУРОЧКИНА И.Р.,

с участием государственного обвинителя – старшего помощника прокурора Тасеевского района КОРШУНОВОЙ О.А., действующей по распоряжению прокурора Тасеевского района,

подсудимого ФИО15,

защитника - адвоката Адвокатского кабинета Адвокатской палаты Красноярского края СОСТАВНЕВОЙ И.И., представившей удостоверение № 656 и ордер № 131 от 21 апреля 2017 года,

при секретаре УСОВОЙ М.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

ФИО15, <данные изъяты>, ранее не судимого,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 222.1, ч. 1 ст. 222, ч. 1 ст. 223 УК РФ, избрана мера процессуального принуждения - обязательство о явке,

УСТАНОВИЛ:

ФИО15, проживая по адресу: <адрес>, имея преступный умысел на незаконное хранение взрывчатых веществ, действуя умышленно и осознавая преступный характер своих действий, незаконно, в нарушение Федерального закона от 13 декабря 1996 года № 150-ФЗ «Об оружии», не имея на то специального разрешения правоохранительных органов, в период времени с 01 января 2008 года до октября 2016 года хранил в доме по указанному адресу взрывчатое вещество метательного действия – промышленно изготовленный бездымный порох марки «Сокол» массой 52 грамма. В дневное время в октябре 2016 года (точная дата и время не установлены) ФИО15 перенес указанное взрывчатое вещество в отдельно стоящий дом, приспособленный для временного проживания, расположенный на усадьбе по адресу: <адрес>, где продолжил незаконно его хранить до момента изъятия 28 ноября 2016 года сотрудниками Федеральной службы безопасности России.

Кроме того, ФИО15, проживая по адресу: <адрес>, в 2005 году (точная дата и время не установлены) на усадьбе указанного дома обнаружил 8 боевых патронов калибра 7,62х39 мм образца 1943 года, относящихся к категории боеприпасов к боевому нарезному огнестрельному оружию центрального боя калибра 7,62х39 мм, а именно к военным винтовкам, карабинам, автоматам соответствующего калибра, а также 14 охотничьих патронов калибра 7,62х39 мм, относящихся к категории боеприпасов к нарезному огнестрельному охотничьему оружию центрального боя, предназначенных для стрельбы из нарезного охотничьего оружия соответствующего калибра, которые принес в дом по указанному адресу, и имея преступный умысел на незаконное хранение боеприпасов, действуя умышленно и осознавая преступный характер своих действий, незаконно, в нарушение Федерального закона от 13 декабря 1996 года № 150-ФЗ «Об оружии», не имея на то специального разрешения правоохранительных органов, хранил указанные боеприпасы до октября 2016 года. В дневное время в октябре 2016 года (точная дата и время не установлены) ФИО15 перенес указанные боеприпасы в отдельно стоящий дом, приспособленный для временного проживания, расположенный на усадьбе по адресу: <адрес>, где продолжил незаконно их хранить до момента изъятия 28 ноября 2016 года сотрудниками Федеральной службы безопасности России.

Кроме того, ФИО15, имея умысел на незаконное изготовление боеприпасов, действуя умышленно, и осознавая преступный характер своих действий, незаконно, в нарушение Федерального закона от 13 декабря 1996 года № 150-ФЗ «Об оружии», не имея на то специального разращения правоохранительных органов весной 2016 года (точная дата не установлена) около 14 часов, находясь в квартире по адресу: <адрес>, снарядил патроны в количестве 15 штук, которые являются охотничьими патронами центрального боя 16 калибра, снаряженными самодельным способом, пригодными для производства выстрелов и относящимися к категории боеприпасов к огнестрельному гладкоствольному охотничьему оружию 16 калибра, а также снарядил патроны в количестве 14 штук, которые являются охотничьими патронами центрального боя 12 калибра, снаряженными самодельным способом, пригодными для производства выстрелов и относящимися к категории боеприпасов к огнестрельному гладкоствольному охотничьему оружию 12 калибра.

В судебном заседании подсудимый ФИО15 вину в предъявленном ему обвинении в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст. 222 и ч.1 ст.222.1 УК РФ признал в полном объеме, вину в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.223 УК РФ не признал.

Из показаний ФИО15, данных им на стадии предварительного расследования и оглашенных в судебном заседании в порядке, предусмотренном п.1 ч.1 ст.276 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя, следует, что в 2004 году он переехал из <адрес> в <адрес>, где стал проживать в доме отца по <адрес>. При проживании в Рязани он имел разрешение на оружие, и в 2005 году перевозя из <адрес> свои вещи, привез также банку с порохом, различные приспособления для снаряжения патронов к гладкоствольному оружию, дробь, картечь, капсюля, пыжи, прокладки, которые положил в доме отца. Также в 2005 году из дровяника на усадьбе дома отца он взял обнаруженный им много лет назад мешочек с патронами калибра 7,62 мм, которые принес в дом отца, и положил в коробку, где находился порох. До октября 2016 года он хранил порох и патроны в доме отца, а затем перенес их в отдельно стоящий дом по тому же адресу, в котором он проживал. При этом ему было известно, что с 01 января 2008 года срок разрешения на оружие у него закончился и хранить порох и патроны он права не имел. 28 ноября 2016 года к нему приехали сотрудники ФСБ, предъявили ему постановление суда, и спросили - имеются ли у него незаконное оружие, патроны, взрывчатые вещества. Он им ответил «Есть, пошли». В ходе обследования дома у него были изъяты порох, патроны калибра 7,62мм, 33 патрона 16 калибра, 25 патронов 12 калибра. Патроны 16 калибра он привез из Рязани и снаряжал их, когда еще имел разрешение на оружие, патроны 12 калибра он сам не снаряжал, а нашел их (т.1 л.д.128-133).

В судебном заседании ФИО15 подтвердил данные им на стадии предварительного расследования показания, а затем уточнил их, дополнительно пояснив, что патроны 12 и 16 калибра он действительно изготавливал, но в период времени, когда у него еще имелось разрешение на оружие. Весной 2016 года в доме своей жены он патроны не изготавливал, почему супруга об этом говорит, он объяснить не может, оснований для его оговора у супруги не имеется. В совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.222, ч.1 ст.222.1 УК РФ, он вину полностью признает и в содеянном раскаивается.

Виновность подсудимого ФИО15 в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 222.1, ч. 1 ст. 222, ч. 1 ст. 223 УК РФ, подтверждается следующими доказательствами:

- показаниями свидетеля ФИО6, данными ею на стадии предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании в порядке ч.4 ст.281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя, из которых следует, что ФИО15 – её супруг, с которым они проживают совместно периодически. ФИО15 проживает по <адрес> в отдельно стоящем доме, ранее проживал по этому же адресу, но в доме своего отца. 28 ноября 2016 года в дневное время к ней и супругу подошел участковый уполномоченный полиции ФИО9 и предложил проехать к дому, в котором проживает ФИО15. Когда они прибыли на место, то там находились трое сотрудников ФСБ и два жителя <адрес> – ФИО7 и ФИО8. Один из сотрудников ФСБ показал ФИО15 постановление суда, пояснив, что в доме будет проведен осмотр, и спросил у ФИО15 - хранит ли он боеприпасы, огнестрельное оружие, взрывчатые вещества, на что тот пояснил, что он ничего подобного не хранит. Тогда сотрудники ФСБ прошли в дом с понятыми. Она зашла в дом через некоторое время и увидела, что сотрудники ФСБ пересчитывали патроны, также она видела металлическую банку, порох, дробь, капсюля, было ли еще что-то она не помнит. ФИО15 сначала пояснил, что не знает, откуда в его доме указанные вещи, позже сказал, что нашел их. Указанные патроны, порох она видела ранее в 2016 году в картонной коробке в доме ФИО15, также знает, что часть патронов её супруг нашел в 2014-2015 годах. Кроме того весной 2016 года в дневное время ФИО15 пришел к ней домой по <адрес>, где снарядил около 30 патронов. Она узнала из предъявленных ей предметов 15 металлических гильз 16 калибра и 14 металлических гильз 12 калибра, и утверждает, что именно данные гильзы муж использовал для снаряжения патронов весной 2016 года. Кроме того, она узнала компоненты снаряжения патронов, которые изготовил ее супруг (т. 1 л.д. 71-74, 79-81).

В судебном заседании свидетель ФИО6 подтвердила данные ею на стадии предварительного расследования показания, пояснив, что они давались ею добровольно, без оказания на нее какого-либо давления, она подсудимого не оговаривает, а изложила события, имеющие место в действительности;

- протоколом проверки показаний на месте и фототаблицей к нему от 06 марта 2017 года, согласно которому свидетель ФИО6 подтвердила данные ранее ею показания, показала место, где ФИО15 весной 2016 года снаряжал патроны – на кухонном столе в помещении кухни квартиры, расположенной по <адрес>, и указала обстоятельства совершения им данных действий (т. 1 л.д. 138-143):

- протоколом очной ставки от 21 февраля 2017 года, проведенной между свидетелем ФИО6 и ФИО15 (т.1 л.д.75-78);

- показаниями свидетеля ФИО14, данными им на стадии предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании в порядке ч.3 ст.281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя, из которых следует, что 06 марта 2017 года он и ФИО13 участвовали в качестве понятых при проверке показаний на месте, которая проводилась в <адрес> у свидетеля ФИО15. В ходе проверки ФИО15 сообщила о том, что весной 2016 года её супруг ФИО15 принес в её квартиру гильзы, порох, капсуля, пыжи из войлока, картонные прокладки, мерку для пороха, дробь, опрессовку и струбницу, и в течение 4-5 часов на кухонном столе в кухне снарядил 15 патронов 16 калибра и 14 патронов 12 калибра в металлических гильзах. В ходе проверки всё фотографировалось, составлялся протокол, с которым он знакомился, и содержание протокола полностью соответствует тому, что проводилось (т. 1 л.д. 136-137).

В судебном заседании ФИО14 подтвердил данные им на стадии предварительного расследовании показания, указав, что в настоящее время он забыл некоторые подробности произошедшего;

- показаниями свидетеля ФИО13., давшего в судебном заседании аналогичные показания;

- показаниями свидетеля ФИО9, пояснившего, что он как участковый уполномоченный полиции ОП № МО МВД России «<А.>» 28 ноября 2016 года прибыл в <адрес> с сотрудниками УФСБ России по Красноярскому краю, которыми проводилось оперативно-розыскное мероприятие по обследованию жилого дома по <адрес>, где проживает ФИО15. В присутствии понятых ФИО15 был ознакомлен с постановлением суда и сотрудник УФСБ предложил ФИО15 добровольно выдать незаконно хранящиеся огнестрельное оружие, боеприпасы, взрывчатые вещества, взрывные устройства, на что ФИО15 ответил, что ничего из вышеперечисленного у него не имеется. Тогда сотрудники УФСБ прошли в дом, где в ходе осмотра в комнате обнаружили картонную коробку, в которой находились патроны 12 и 16 калибров, патроны калибра 7,62 мм, металлическая банка с порохом, капсюля, дробь, пыжи и предметы, предназначенные для снаряжения патронов. ФИО15 пояснил, что всё обнаруженное принадлежит ему, а также указал, что патроны 12 и 16 калибров он снаряжал сам;

- показаниями свидетеля ФИО10, пояснившего, что он является сотрудником УФСБ России по Красноярскому краю. В октябре 2016 года поступила информация о том, что лица, проживающие по <адрес> незаконно хранят огнестрельное оружие и боеприпасы к нему. В ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий указанная информация подтвердилась. 11 ноября 2016 года им было получено постановление суда о проведении оперативно-розыскного мероприятия – обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств по указанному адресу. 28 ноября 2016 года он совместно с сотрудниками УФСБ России по <адрес> ФИО11, ФИО12, водителем ФИО16, участковым уполномоченным полиции ОП № МО МВД России «<А.>» ФИО9, с целью проведения указанного мероприятия, прибыл по адресу: <адрес>. ФИО9 установил место нахождения ФИО15 и доставил его к дому по указанному адресу, также с ФИО15 была его супруга ФИО15. Кроме того, в качестве представителей общественности были приглашены ФИО7 и ФИО8. Далее он объявил ФИО15 постановление суда, после чего предложил добровольно выдать незаконно хранящиеся огнестрельное оружие, боеприпасы, взрывчатые вещества, на что ФИО15 пояснил, что указанные предметы он не хранит. После чего в присутствии вышеуказанных лиц он начал осмотр жилого дома. В ходе осмотра в комнате была обнаружена картонная коробка, в которой находились: патроны калибра 7,62 мм, 12 калибра и 16 калибра; металлическая банка, наполненная веществом, похожим на порох; дробь; картечь; мерка для насыпания пороха; полимерная банка с капсюлями; пыжи; предметы, используемые для снаряжения боеприпасов. По поводу обнаруженных вещей ФИО15 пояснил, что они принадлежат ему, а также то, что патроны 12 и 16 калибров он снаряжал сам. Все предметы были упакованы, опечатаны, после составления протокола ФИО15, ФИО8 и ФИО7 поставили свои подписи, каких-либо замечаний не поступало. По результатам оперативно-розыскного мероприятия им был составлен и зарегистрирован рапорт об обнаружении признаков преступления, и материалы направлены по подследственности в ОП № МО МВД России «<А.>»;

- протоколом очной ставки от 01 марта 2017 года, проведенной между свидетелем ФИО10 и ФИО15 (т. 1 л.д. 93-96);

- показаниями свидетеля ФИО12, давшего в судебном заседании аналогичные показания;

- протоколом очной ставки от 01 марта 2017 года, проведенной между свидетелем ФИО12 и ФИО15 (т. 1 л.д. 107-110);

- аналогичными показаниями свидетеля ФИО11, данными им на стадии предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании в порядке ч.1 ст. 281 УПК РФ с согласия сторон (т. 1 л.д. 97-99);

- протоколом очной ставки от 01 марта 2017 года, проведенной между свидетелем ФИО11 и ФИО15 (т. 1 л.д. 100-103);

- показаниями свидетеля ФИО7, данными им на стадии предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании в порядке ч.3 ст.281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя, из которых следует, что 28 ноября 2016 года он принимал совместно с ФИО8 участие в проведении оперативного мероприятия, для чего они прибыли на <адрес>, где проживает ФИО15, где уже находились сам ФИО15, его супруга и трое сотрудников ФСБ. Один из сотрудников ФСБ пояснил ФИО15, что в его доме будет проводиться осмотр, о чем представил постановление суда, далее сотрудник ФСБ спросил ФИО15 - имеются ли у него огнестрельное оружие, взрывчатые вещества, боеприпасы, на что ФИО15 ответил, что у него таких предметов нет. Далее сотрудники ФСБ стали проводить осмотр жилого помещения, где была обнаружена коробка, в которой находились: патроны калибра 7,62 мм, 12 калибра и 16 калибра, металлическая банка с порохом; капсюля, дробь, пыжи, предметы для снаряжения боеприпасов. По поводу обнаруженных вещей ФИО15 пояснил, что они принадлежат ему. О том, что пояснял ФИО15 по поводу того, кто снаряжал патроны 12 и 16 калибров, он не слышал. Все изъятые предметы были упаковали, опечатаны, после составления протокола он, ФИО15 и ФИО8 поставили свои подписи (т. 1 л.д. 118-120).

В судебном заседании ФИО7 подтвердил данные им на стадии предварительного расследовании показания, указав, что в настоящее время он забыл некоторые подробности произошедшего;

- протоколом очной ставки от 01 марта 2017 года, проведенной между свидетелем ФИО7 и ФИО15 (т. 1 л.д. 121-124);

- показаниями свидетеля ФИО8, давшего в судебном заседании аналогичные показания;

- протоколом очной ставки от 01 марта 2017 года, проведенной между свидетелем ФИО8 и ФИО15 (т. 1 л.д. 114-116);

- показаниями свидетеля ФИО1, пояснившего, что он состоит в должности инспектора лицензионно-разрешительных работ. ФИО15 на учете владельцев зарегистрированного огнестрельного оружия на территории Тасеевского района в период с 2003 года по настоящее время не состоит;

- рапортом об обнаружении признаков преступления от 12 декабря 2016 года, зарегистрированным 17 декабря 2016 года за № №, из которого следует, что оперуполномоченным отделения в <адрес> ФИО2 в процессе оперативно-розыскной деятельности получены данные о совершении ФИО15 деяния, содержащего признаки преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 222 УК РФ (т. 1 л.д. 20-21);

- рапортом от 06 февраля 2017 года, зарегистрированным 06 февраля 2017 года за №, из которого следует, что дознавателем ОД МО МВД России «<А.>» ФИО3 в ходе доследственной проверки получены данные о совершении ФИО15 деяния, содержащего признаки преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 222.1 УК РФ (т. 1 л.д. 17);

- рапортом от 22 февраля 2017 года, зарегистрированным 22 февраля 2017 года за №, из которого следует, что дознавателем ОД МО МВД России «<А.>» ФИО3 в ходе расследования уголовного дела получены данные о совершении ФИО15 деяния, содержащего признаки преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 223 УК РФ (т. 1 л.д. 18);

- постановлением о разрешении проведения оперативно-розыскного мероприятия «обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» № от 11 ноября 2016 года, которым постановлено разрешить сотрудникам УФСБ России по Красноярскому краю проведение с 12 ноября 2016 года по 12 апреля 2017 года оперативно-розыскного мероприятия, ограничивающего конституционные права гражданина РФ, в отношении ФИО15 и неустановленных лиц – «обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» по адресу: <адрес> (т. 1 л.д. 17);

- протоколом проведения ОРМ «обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» от 28 ноября 2016 года, из которого следует, что 28 ноября 2016 года в период времени с 13 часов 20 минут до 14 часов 50 минут оперуполномоченным отделения в <адрес> ФИО2 в присутствии ФИО8 и ФИО4 с участием ФИО15 было произведено обследование жилого помещения, расположенного по <адрес>. В ходе обследования были обнаружены и принудительно изъяты: 22 предмета, схожих с патронами калибра 7,62 мм; металлическая банка, внутри которой находится вещество серого цвета с кристаллической структурой внешне схожее с порохом, предназначенным для изготовления боевых патронов; предметы, похожие на предметы для изготовления боеприпасов в количестве 4 штук; 24 предмета, имеющие внешнее сходство с боеприпасами 12 калибра; 33 предмета, имеющие внешнее сходство с боеприпасами 16 калибра; предметы, имеющие сходство с дробью; мерка для насыпания пороха либо дроби; предметы, схожие с пыжом, применяемым при изготовлении боеприпасов; белая пластиковая банка с предметами, схожими с капсюлями, входящими конструктивно в состав боеприпасов (т. 1 л.д. 28-32);

- протоколом осмотра предметов с фототаблицей к нему от 15 января 2017 года, в соответствии с которым осмотрены предметы, изъятые 28 ноября 2016 года в ходе оперативно-розыскного мероприятия по <адрес>: патроны калибра 7,62 мм в количестве 22 штук; патроны 12 калибра в количестве 25 штук; патроны 16 калибра в количестве 32 штук; предметы и приспособления используемые для снаряжения патронов: пыжи, прокладки, капсюли, картечь, дробь, выколодки в металлических корпусах, мерка для пороха, струпцина в металлическом корпусе, опрессовка в металлическом корпусе (т. 1 л.д. 150-156);

- протоколом осмотра предметов с фототаблицей к нему от 06 февраля 2017 года, в соответствии с которым осмотрен порох, изъятый 28 ноября 2016 года в ходе оперативно-розыскного мероприятия по <адрес> (т. 1 л.д. 157-159);

- протоколом осмотра места происшествия с фототаблицей к нему от 06 марта 2017 года, в соответствии с которым осмотрена квартира, расположенная по <адрес> (т. 1 л.д.144-149);

- заключением эксперта № 16 от 30 января 2017 года и фототаблицей к нему, в соответствии с которым представленные на экспертизу патроны являются №№ 1-15 металлическими охотничьими патронами центрального боя 16 калибра, 16-33 полиэтиленовыми охотничьими патронами центрального боя 16 калибра; 1-14 металлическими охотничьими патронами центрального боя 12 калибра, 15-25 полиэтиленовыми охотничьими патронами центрального боя 12 калибра, снаряженными самодельным способом и относятся к категории боеприпасов к огнестрельному гладкоствольному охотничьему оружию соответствующего калибра, 1-8 боевыми патронами калибра 7,62х39 мм образца 1943 года, относящимися к категории боеприпасов к боевому нарезному огнестрельному оружию центрального боя калибра 7,62х39 мм, а именно к военным винтовкам, карабинам, автоматам соответствующего калибра, 9-22 охотничьими патронами калибра 7,62х39 мм, относящимися к категории боеприпасов к нарезному огнестрельному охотничьему оружию центрального боя, предназначенными для стрельбы из нарезного охотничьего оружия соответствующего калибра. Представленные патроны 16 калибра в количестве 33 штук, 12 калибра в количестве 25 штук и 22 патрона калибра 7,62х39 мм пригодны для производства выстрелов (стрельбы) из огнестрельного гладкоствольного и нарезного оружия соответствующего калибра (т. 1 л.д. 175-183);

- заключением эксперта № 256 от 18 января 2017 года, в соответствии с которым представленное на экспертизу вещество является взрывчатым веществом метательного действия – промышленного изготовленным бездымным порохом марки «Сокол». Масса пороха 52 грамма. Порох «Сокол» предназначен для снаряжения патронов к гладкоствольным охотничьим ружьям (т. 1 л.д. 188-189).

Органами предварительного расследования ФИО15 обвинялся в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.222.1 УК РФ, то есть в незаконном хранении и ношении взрывчатых веществ. В судебном заседании государственный обвинитель просила исключить из обвинения ФИО15 обвинение его в ношении взрывчатых веществ, поскольку данное обстоятельство не нашло свое полное подтверждение в судебном заседании. Суд полагает необходимым согласиться с позицией государственного обвинителя, поскольку совокупностью собранных по делу доказательств, исследованных и оцененных судом, не установлено наличие в действиях подсудимого признаков незаконного ношения взрывчатых веществ. При этом в остальной части предъявленного ФИО15 обвинения в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.222.1 УК РФ, суд считает виновность ФИО15 полностью доказанной в судебном заседании. Так, в судебном заседании установлено, что подсудимый без соответствующего на то разрешения с 01 января 2008 года по октябрь 2016 года в доме по <адрес>, а с октября 2016 года по 28 ноября 2016 года - в отдельностоящем доме по <адрес>, незаконно хранил взрывчатое вещество метательного действия – промышленно изготовленный бездымный порох марки «Сокол» массой 52 грамма, предназначенный для снаряжения патронов к гладкоствольным охотничьим ружьям. При этом суд находит, что в соответствии с нормами уголовного законодательства под незаконным хранением взрывчатых веществ следует понимать сокрытие указанных предметов в помещениях, тайниках, а также в иных местах, обеспечивающих их сохранность. Помимо заключения взрывотехнической экспертизы, установившей факт того, что изъятое при проведении осмотра по адресу: <адрес> вещество серого цвета с кристаллической структурой внешне схожее с порохом является взрывчатым веществом, данное обстоятельство подтверждено показаниями ФИО5 о том, что обнаруженное и изъятое в ходе оперативно-розыскного мероприятия взрывчатое вещество принадлежит ему, что также подтверждено показаниями свидетелей ФИО6, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО7, ФИО8 Оснований сомневаться в достоверности показаний ФИО15 и свидетелей по факту незаконного хранения взрывчатых веществ у суда не имеется. Таким образом, с учетом изложенных выше обстоятельств, суд приходит к выводу, что вина подсудимого ФИО15 в незаконном хранении взрывчатых веществ нашла свое полное подтверждение в судебном заседании совокупностью собранных по делу доказательств. Оснований для освобождения ФИО15 от уголовной ответственности по основаниям, указанным в примечании к ст. 222.1 УК РФ, суд не усматривает.

Органами предварительного расследования ФИО15 обвинялся в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.222 УК РФ, то есть в незаконном приобретении, хранении и ношении боеприпасов. В судебном заседании государственный обвинитель просила исключить из обвинения ФИО15 обвинение его в приобретении и ношении боеприпасов, поскольку данное обстоятельство не нашло свое полное подтверждение в судебном заседании. Суд полагает необходимым согласиться с позицией государственного обвинителя, поскольку совокупностью собранных по делу доказательств, исследованных и оцененных судом, не установлено наличие в действиях подсудимого признаков незаконных приобретения и ношения боеприпасов. При этом в остальной части предъявленного ФИО15 обвинения в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.222 УК РФ, суд считает виновность ФИО15 полностью доказанной в судебном заседании. Так, в судебном заседании установлено, что подсудимый в 2005 году на усадьбе дома по <адрес> обнаружил 8 боевых патронов калибра 7,62х39 мм образца 1943 года, а также 14 охотничьих патронов калибра 7,62х39 мм, которые перенес в дом, где без соответствующего на то разрешения незаконно хранил до октября 2016 года, а с октября 2016 года по 28 ноября 2016 года - в отдельностоящем доме по тому же адресу. Вышеуказанные патроны были обнаружены у ФИО15 28 ноября 2016 года при проведении ОРМ «обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств». Данные обстоятельство не отрицаются самим подсудимым, который пояснял, что обнаруженные и изъятые в ходе оперативно-розыскного мероприятия патроны он хранил по месту жительства; а также подтверждаются показаниями свидетелей ФИО6, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО7, ФИО8, которые пояснили, что при обнаружении и изъятии патронов ФИО5 пояснял, что патроны принадлежат ему. Оснований сомневаться в достоверности показаний ФИО15 и свидетелей по факту незаконного хранения боеприпасов у суда не имеется. Заключением проведенной баллистической экспертизы сделаны выводы, что 8 боевых патронов калибра 7,62х39 мм образца 1943 года относятся к категории боеприпасов к боевому нарезному огнестрельному оружию центрального боя калибра 7,62х39 мм, а именно к военным винтовкам, карабинам, автоматам соответствующего калибра; а 14 охотничьих патронов калибра 7,62х39 мм относятся к категории боеприпасов к нарезному огнестрельному охотничьему оружию центрального боя, предназначенных для стрельбы из нарезного охотничьего оружия соответствующего калибра. При этом суд находит, что в соответствии с нормами уголовного законодательства под хранением боеприпасов следует понимать сокрытие указанных предметов в помещениях, тайниках, а также в иных местах, обеспечивающих их сохранность. Таким образом, с учетом изложенных выше обстоятельств, суд приходит к выводу, что вина подсудимого ФИО15 незаконном хранении боеприпасов нашла свое полное подтверждение в судебном заседании совокупностью собранных по делу доказательств. Оснований для освобождения ФИО15 от уголовной ответственности по основаниям, указанным в примечании к ст. 222 УК РФ, суд не усматривает.

Выслушав подсудимого, свидетелей, огласив показания свидетелей, данные ими на стадии предварительного расследования, исследовав все доказательства в их совокупности, суд считает, что вина подсудимого ФИО15 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 223 УК РФ, нашла свое полное подтверждение в судебном заседании. Так, в судебном заседании установлено, что подсудимый без соответствующего на то разрешения с целью незаконного изготовления боеприпасов, находясь по адресу: <адрес>, снарядил 15 охотничьих патронов центрального боя 16 калибра и 14 охотничьих патронов центрального боя 12 калибра, которые относятся к категории боеприпасов к огнестрельному гладкоствольному охотничьему оружию соответствующего калибра. В соответствии с нормами уголовного законодательства под незаконным изготовлением боеприпасов, патронов, патронов к огнестрельному оружию ограниченного поражения либо газовому оружию, влекущим уголовную ответственность, следует понимать их создание, в том числе путем переделки каких-либо иных предметов, без полученной в установленном порядке лицензии. Заключением проведенной по делу баллистической экспертизы установлен факт снаряжения боеприпасов, обнаруженных у ФИО15 самодельным способом, что свидетельствует об их изготовлении указанным лицом. Данное обстоятельство не отрицается и самим ФИО5, который пояснил, что обнаруженные и изъятые в ходе оперативно-розыскного мероприятия патроны он снарядил самостоятельно, а также подтверждается показаниями свидетелей ФИО6, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, которые пояснили, что при обнаружении и изъятии патронов ФИО5 пояснял, что патроны 12 и 16 калибров он снаряжал самостоятельно. Доводы подсудимого о том, что он изготавливал указанные патроны в период времени, когда у него еще имелось разрешение на оружие, в полной мере опровергаются показаниями свидетеля ФИО6, в которых она подробно и обстоятельно описала каким образом ФИО15, находясь по <адрес>, весной 2016 года изготовил боеприпасы; показания свидетелей ФИО13 и ФИО14, показавших, что при проверке показаний на месте свидетеля ФИО6 последняя поясняла где, когда и каким образом ФИО15 изготовил боеприпасы. Оснований сомневаться в достоверности показаний свидетелей по факту незаконного изготовления ФИО15 боеприпасов у суда не имеется. Свидетель ФИО6 пояснила, что у нее оснований для оговора подсудимого не имеется. На отсутствие оснований для оговора со стороны ФИО6 в судебном заедании указал и сам подсудимый. Показания свидетеля ФИО6 и на стадии предварительного расследования, и в судебном заседании являются последовательными, подробными, согласуются между собой в деталях, и оснований не доверять им у суда не имеется. Кроме того, в ходе проведения осмотра по адресу: <адрес> у ФИО15 были изъяты: металлическая банка с порохом, предназначенным для изготовления боевых патронов, а также предметы, применяемые для изготовления боеприпасов и использующиеся для снаряжения патронов, что свидетельствует о том, что именно ФИО15 были выполнены действия по изготовлению боеприпасов. Таким образом, с учетом изложенных выше обстоятельств, суд приходит к выводу, что вина подсудимого ФИО15 в инкриминируемом ему деянии нашла свое полное подтверждение в судебном заседании совокупностью собранных по делу доказательств. Оснований для освобождения ФИО15 от уголовной ответственности по основаниям, указанным в примечании к ст.223 УК РФ, суд не усматривает.

Действия ФИО15 надлежит квалифицировать по ч. 1 ст. 222.1 УК РФ как незаконное хранение взрывчатых веществ; по ч. 1 ст. 222 УК РФ как незаконное хранение боеприпасов; по ч. 1 ст. 223 УК РФ как незаконное изготовление боеприпасов.

Обсуждая вопрос о психической полноценности подсудимого ФИО15, суд находит, что в отношении подсудимого проводилась амбулаторная судебно-психиатрическая экспертиза, из заключения которой следует, что ФИО15 обнаруживает признаки <данные изъяты>. Выявленное психическое расстройство не позволяло ФИО5 в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. ФИО15 как не лишенное вменяемости лицо, в силу психического расстройства во время инкриминируемого ему деяния не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими (ч. 1 ст. 22 УК РФ). При этом по своему психическому состоянию ФИО15 мог в период инкриминируемого ему деяния правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и мог и может в настоящее время давать показания. По своему психическому состоянию ФИО15 может участвовать в проведении следственных действий и присутствовать на судебном заседании. ФИО15 страдает психическим расстройством, которое относится к категории психических недостатков, препятствующих самостоятельному осуществлению права на защиту, что предполагает обязательное участие защитника. Учитывая заключение амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы № 344 от 22 февраля 2017 года (т. 1 л.д. 194-197), а также принимая во внимание логическое мышление подсудимого ФИО15, правильное восприятие им окружающей обстановки, активный адекватный речевой контакт, суд полагает необходимым признать ФИО15 в отношении инкриминируемых ему деяний вменяемым, и, следовательно, подлежащим уголовному наказанию за содеянное.

В соответствии со ст.6 УК РФ наказание, применяемое к лицу, совершившему преступление, должно быть справедливым, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного. Согласно ч.2 ст.43 УК РФ наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений.

Обсуждая вопрос о виде и мере наказания подсудимому, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершённых преступлений, данные, характеризующие личность подсудимого, в том числе смягчающие наказание обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

В силу ч.2 ст.22 УК РФ психическое расстройство, не исключающее вменяемости, учитывается при назначении наказания.

Обстоятельств, отягчающих ФИО15 наказание, суд в соответствии со ст.63 УК РФ не установил.

К смягчающим ФИО15 наказание обстоятельствам суд в соответствии со ст.61 УК РФ относит: наличие несовершеннолетнего ребенка; состояние здоровья. По преступлениям, предусмотренным ч.1 ст.222.1 и ч.1 ст.222 УК РФ дополнительно в качестве смягчающих наказание обстоятельств суд признает активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, полное признание вины, раскаяние в содеянном.

Учитывая характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, относящихся в соответствие со ст. 15 УК РФ к категории преступлений средней тяжести, и оснований для изменения категории которых на менее тяжкую судом не установлено, данные, характеризующие личность подсудимого, суд полагает целесообразным назначить ФИО15 за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 222 УК РФ наказание в виде ограничения свободы; принимая во внимание, что санкции ч. 1 ст. 222.1 и ч. 1 ст. 223 УК РФ предусматривают наказание только в виде лишения свободы, суд полагает целесообразным назначить ФИО15 наказание за совершение преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 222.1 и ч. 1 ст. 223 УК РФ, в виде лишения свободы. Суд не усматривает исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 222.1 и ч. 1 ст. 223 УК РФ, ролью ФИО15, его поведением во время или после совершения преступлений, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступлений, в связи с чем не находит оснований для назначения ФИО15 наказания ниже низшего предела лишения свободы за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 223 УК РФ, или более мягкого вида наказания, чем предусмотрено санкциями ч. 1 ст. 222.1, ч. 1 ст. 222, ч. 1 ст.223 УК РФ. При этом учитывая наличие ряда смягчающих наказание обстоятельств при отсутствии отягчающих, отношение самого ФИО15 к совершенным деяниям, суд считает, что исправление ФИО15 возможно без изоляции от общества, и назначение ему испытательного срока, в течение которого он будет обязан исполнять возложенные судом обязанности, будет служить целям исправления ФИО15 и предупреждения совершения им новых преступлений. С учетом всех указанных обстоятельств суд полагает целесообразным назначить ФИО15 наказание в виде лишения свободы с применением ст.73 УК РФ.

Рассматривая вопрос о назначении дополнительного наказания, суд учитывает, что санкции ч.1 ст.222.1 и ч.1 ст.223 УК РФ предусматривают обязательное назначение дополнительного наказания в виде штрафа, в связи с чем полагает необходимым назначить ФИО15 за совершение преступлений, предусмотренных ч.1 ст.222.1 и ч.1 ст.223 УК РФ, дополнительное наказание в виде штрафа. При определении размера назначаемого дополнительного наказания в виде штрафа за совершение преступлений, предусмотренных ч.1 ст.222.1 и ч.1 ст.223 УК РФ, суд полагает необходимым принять во внимание тяжесть совершенных преступлений, личность ФИО15, его имущественное положение. Учитывая указанные обстоятельства, суд полагает целесообразным применить рассрочку уплаты штрафа определенными частями.

Кроме того, из заключения амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы № 344 от 22 февраля 2017 года следует, что у ФИО15 обнаружены признаки <данные изъяты>, и врачами-экспертами дано заключение, что ФИО15 нуждается в применении к нему принудительных мер медицинского характера, соединенных с исполнением наказания, в виде принудительного наблюдения и лечения у врача-психиатра в амбулаторных условиях (ч. 2 ст. 99 УК РФ, ст. 100 УК РФ), противопоказаний для исполнения которых у ФИО15 не имеется. Суд, с учетом всех исследованных обстоятельств, принимая во внимание, что выявленное у ФИО15 психическое расстройство связано с возможностью причинения им иного существенного вреда, опасностью для других лиц, а также в целях предупреждения совершения им новых деяний считает необходимым согласиться с заключением судебно-психиатрической экспертизы о необходимости применения к ФИО15 принудительной меры медицинского характера, соединенной с исполнением наказания, в виде принудительного наблюдения и лечения у врача-психиатра в амбулаторных условиях.

Процессуальное решение по заявлению адвоката Составневой И.И. о выплате вознаграждения принято в форме отдельного постановления.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 307-309 УПК РФ,

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО15 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 222.1, ч. 1 ст. 222, ч. 1 ст. 223 УК РФ, и назначить ему наказание:

по ч. 1 ст. 222.1 УК РФ в виде лишения свободы сроком 1 (один) год 6 (шесть) месяцев со штрафом в размере 10000 (десять тысяч) рублей;

по ч. 1 ст. 222 УК РФ в виде ограничения свободы сроком на 1 (один) год 6 (шесть) месяцев,

по ч. 1 ст. 223 УК РФ в виде лишения свободы сроком на 3 (три) года 2 (два) месяца со штрафом в размере 100000 (сто тысяч) рублей.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ окончательное наказание назначить по совокупности преступлений путём частичного сложения назначенных наказаний и к отбытию определить 4 (четыре) года лишения свободы со штрафом в размере 105000 (сто пять тысяч) рублей.

Применить рассрочку уплаты штрафа сроком на тридцать месяцев, с уплатой по 3500 (три тысячи пятьсот) рублей ежемесячно.

На основании ст. 73 УК РФ назначенное ФИО15 наказание в виде лишения свободы считать условным с испытательным сроком в 4 (четыре) года.

Возложить на ФИО15 следующие обязанности: являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденного, два раза в месяц в дни, установленные указанным органом; без уведомления государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, не менять постоянного места жительства; не покидать постоянное место жительства в период с 23 часов 00 минут до 06 часов 00 минут.

На основании ч. 2 ст. 99 УК РФ назначить ФИО15 принудительную меру медицинского характера в виде принудительного наблюдения и лечения у врача-психиатра в амбулаторных условиях КГБУЗ «<Т.> РБ».

Меру процессуального принуждения ФИО15 – обязательство о явке до вступления приговора в законную силу оставить прежнюю, при вступлении приговора в законную силу отменить.

Вещественные доказательства, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств ОП № МО МВД России «<А.>» и в комнате для хранения оружия ОП № МО МВД России «<А.>» - передать в <данные изъяты> для утилизации.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Красноярского краевого суда в течение 10 суток со дня провозглашения через Тасеевский районный суд.

СУДЬЯ: И.Р. Гурочкина

Дело № 1-36/2017 года.