Решение № 2-3791/2018 2-3791/2018~М-3903/2018 М-3903/2018 от 5 ноября 2018 г. по делу № 2-3791/2018

Дело №2–3791/2018


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

6 ноября 2018 года Бийский городской суд Алтайского края в составе: судьи Казаковой Л.Ю., при секретаре Париновой Е.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ГУ УПФ РФ в г.Бийске и Бийском районе о признании решения незаконным, признании права на досрочную страховую пенсию по старости, включении периодов учебы и работы в льготный и страховой стаж, возложении обязанности назначить досрочно трудовую пенсию по старости,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ГУ УПФ РФ в г.Бийске и Бийском районе о признании незаконным решения №192 от 16 июля 2018 года об отказе в назначении пенсии, о признании права на назначение страховой пенсии по старости по пп.2 п.1 ст.30 ФЗ РФ «О страховых пенсиях», о включении периодов учебы по профессии «лаборант химического анализа» и работы на Бийском химическом комбинате в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение пенсии по старости, включении периодов индивидуальной предпринимательской деятельности в общий страховой стаж, возложении обязанности назначить страховую пенсию с 17 мая 2018 года (уточненное исковое заявление – л.д.107-112).

В судебном заседании истец ФИО1 и ее представитель – адвокат Сычева Н.Н., действующая на основании ордера на ведение дела (л.д.99), исковые требования поддержали, просили удовлетворить их в полном объеме по изложенным в иске основаниям.

Представитель ответчика ГУ – Управление Пенсионного фонда РФ в г. Бийске и Бийском районе ФИО3 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований, ссылаясь на их необоснованность.

Выслушав истца и его представителя, представителя ответчика, изучив материалы дела, допросив свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №3, суд находит исковые требования подлежащими частичному удовлетворению.

В соответствии с пп.2 п.1 ст.30 ФЗ РФ «О страховых пенсиях», страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного законом, мужчинам по достижении возраста 55 лет и женщинам по достижении возраста 50 лет, если они проработали на работах с тяжелыми условиями труда, соответственно, не менее 12 лет 6 месяцев и 10 лет, и имеют страховой стаж, соответственно, не менее 25 лет и 20 лет. В случае, если указанные лица проработали на перечисленных работах не менее половины установленного срока и имеют требуемую продолжительность страхового стажа, страховая пенсия им назначается с уменьшением возраста, предусмотренного ст.8 указанного закона, на один год за каждые 2 года и 6 месяцев такой работы мужчинам и за каждые 2 года такой работы женщинам.

Истец ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, 8 мая 2018 года обратилась в ГУ Управление Пенсионного фонда РФ в г.Бийске и Бийском районе с заявлением о назначении досрочной трудовой пенсии по старости, в соответствии с пп.2 п.1 ст.30 ФЗ РФ «О страховых пенсиях».

По мнению истца, она по достижении 50-летнего возраста имеет право на досрочную пенсию по старости, так как ее трудовая деятельность в период работы на Бийском химическом комбинате (АО «Полиэкс») была связана с тяжелыми условиями труда, так как более 10 лет она работала в производстве по изготовлению взрывоопасной продукции, кроме того, данной деятельности непосредственно предшествовал период ее учебы в ПУ-4 г.Бийска по специальности «лаборант химического анализа».

Решением ГУ Управление Пенсионного фонда РФ в г. Бийске и Бийском районе №192 от 16 июля 2018 года ФИО1 было отказано в назначении досрочной трудовой пенсии по старости, в связи с отсутствием требуемого специального и страхового стажа.

При этом ответчиком не были включены в специальный стаж, дающий право на досрочное назначении пенсии по старости, следующие периоды работы истца:

-с 10 февраля 1986 года по 13 октября 1987 года в должности лаборанта химического анализа <данные изъяты>;

-с 13 октября 1987 года по 1 марта 1988 года в должности лаборанта 4 разряда производства <данные изъяты>;

-с 1 марта 1988 года по 1 марта 1993 года в ЦЗЛ в должности лаборанта физ.-хим. анализа готовой продукции 4 разряда, группа 13, <данные изъяты>

-с 1 марта 1993 года по 5 мая 1993 года в должности лаборанта физ.-хим. анализа 4 разряда ЦЗЛ, группа 1.12 <данные изъяты>

-с 5 мая 1993 года по 24 мая 1993 года в должности лаборанта физ.-хим. анализа 4 разряда в СКТБ ЭТЦ НИЛ-3;

-с 24 мая 1993 года по 20 марта 1996 года в должности лаборанта хим. анализа 4 разряда в СКТБ ОХТ, лаборатория пофазного контроля и анализа сырья и готовой продукции завода <данные изъяты>;

-с 20 марта 1996 года по 1 января 1997 года в должности оператора трепальных машин 4 разряда на заводе <данные изъяты>, участок №5;

-с 01 января 1997 года по 26 декабря 1997 года в должности оператора трепальных машин фазы изготовления ваты на производстве ваты и изделий гигиены ЗВМ.

В качестве основания для отказа в зачете данных периодов в специальный стаж указано на то, что в трудовой книжке истца отсутствуют сведения об отнесении данной работы к видам работ, перечисленных в Списке №2, уточняющая справка работодателя за указанные периоды не представлена.

Кроме того, согласно имеющемуся в распоряжении Управления Перечню профессий должностей и категорий работников цехов и подразделений, работа в которых дает право на государственную пенсию на льготных условиях и в льготных размерах в соответствии со Списками № 1 и 2, утвержденному директором <данные изъяты> 18.06.1985 г., виды трудовой деятельности истца в спорные периоды в указанный Перечень предприятием не включены, в связи с чем, ответчик полагал необходимым отказать истцу в отнесении указанных периодов работы в специальный стаж работы во вредных условиях труда.

На этом основании ответчик также полагал, что период обучения истца в ПУ №4 г.Бийска по профессии «лаборант химического анализа» с 01.09.1985 г. по 09.02.1986г. (в размере, не превышающем фактического льготного стажа), не приравнивается к стажу на соответствующих видах работ по Списку №2.

Кроме того, решением ГУ Управление Пенсионного фонда РФ в г. Бийске и Бийском районе установлено, что продолжительность страхового стажа истца составила 15 лет 9 месяцев 2 дня, вместо требуемых 20 лет, так как в страховой стаж истца не были включены периоды осуществления трудовой деятельности в качестве индивидуального предпринимателя с 20 апреля 2001 года по 31 декабря 2001 года, с 1 января 2004 года по 31 декабря 2007 года, с 1 января 2009 года по 31 декабря 2009 года, в связи с неуплатой страховых взносов в указанные периоды времени.

Оценивая установленные по делу обстоятельства, с учетом положений действующих правовых норм, суд приходит к следующим выводам.

На основании п.2 ст.30 ФЗ РФ «О страховых пенсиях», Списки соответствующих работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений, с учетом которых страховая пенсия назначается ранее достижения возраста, установленного законом, а также правила исчисления периодов работы и назначения трудовых пенсий, утверждаются Правительством Российской Федерации.

Согласно Постановлению Правительства РФ №665 от 16.07.2014г. «О списках работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых досрочно назначается страховая пенсия по старости, и правилах исчисления периодов работы (деятельности), дающей право на досрочное пенсионное обеспечение», исчисление периодов работы, дающей право на досрочное назначение страховой пенсии по старости осуществляется с применением Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьями 27 и 28 ФЗ РФ «О трудовых пенсиях в РФ», утвержденных Постановлением Правительства РФ №537 от 18.07.2002г. (ред. от 24.04.2003).

Указанными Правилами установлено, что при досрочном назначении трудовой пенсии по старости применяются списки производств, работ, профессий и должностей (с дополнениями и изменениями к ним), утвержденные Кабинетом Министров СССР, Советом Министров РСФСР и Правительством Российской Федерации, в том числе, Списки N1 и №2 утвержденные Постановлением Кабинета Министров СССР от 26 января 1991 г. N10, действующие с 01 января 1992 года.

При этом до 1 января 1992 г. действовали Списки N1 и №2, утвержденные Постановлением Совета Министров СССР от 22 августа 1956 г. N1173 (с последующими дополнениями). Время выполнявшихся до 01 января 1992 года работ, предусмотренных указанными Списками, засчитывается в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, наравне с работами, предусмотренными Списками, утвержденными Постановлением Кабинета Министров СССР от 26 января 1991 г. N10.

В соответствии с Правилами подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий, утвержденными Постановлением Правительства РФ №1015 от 2 октября 2014 года, условием, необходимым для правильного определения права работника на досрочно назначаемую пенсию по старости, является подтверждение занятости именно в том производстве, которое предусмотрено Списками.

Списком №2, утвержденным постановлением Кабинета Министров СССР от 26.01.1991 г. №1173, разделом Х «Химическое производство», позиция 2110А030 1754в, предусмотрены работники лабораторий цехов и производств, непосредственно занятые в производствах, перечисленных в Списке №1 (за исключением занятых выполнением графического анализа); разделом IX «Производство взрывчатых, инициирующих веществ, порохов и снаряжения боеприпасов», позиция 2120600-1754а, предусмотрены рабочие, руководители и специалисты, занятые на исследовании продуктов, указанных в п.2 и 3 радела IХ Списка №1.

На основании п.3 Приказа Минздравсоцразвития РФ от 31.03.2011 г. №258н «Об утверждении Порядка подтверждения периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости», периоды работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, подтверждаются до регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом от 1 апреля 1996 г. №27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования», документами, выдаваемыми работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами; после регистрации гражданина в качестве застрахованного лица - на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета.

ФИО1 зарегистрирована в качестве застрахованного лица с 1999 года, то есть, спорные периоды трудовой деятельности истца имели место до ее регистрации в системе ОПС, соответственно, в подтверждение специального стажа истца в спорный период времени должны приниматься во внимание документы, выданные работодателем.

Согласно п.11 Правил подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 2 октября 2014 г. N1015, основным документом, подтверждающим стаж на соответствующих видах работ, является трудовая книжка. При отсутствии трудовой книжки, а также в случае, если в трудовой книжке содержатся неправильные и неточные сведения либо отсутствуют записи об отдельных периодах работы, в подтверждение периодов работы принимаются письменные трудовые договоры, оформленные в соответствии с трудовым законодательством, действовавшим на день возникновения соответствующих правоотношений, трудовые книжки колхозников, справки, выдаваемые работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами, выписки из приказов, лицевые счета и ведомости на выдачу заработной платы.

Пунктом 38 указанных Правил предусмотрено, что при утрате документов о работе вследствие небрежного их хранения, умышленного уничтожения и тому подобных причин, не по вине работника, периоды работы устанавливаются на основании показаний 2 и более свидетелей, знающих этого работника по совместной работе у одного работодателя и располагающих документами о своей работе за время, в отношении которого они подтверждают работу гражданина. К заявлению работника об установлении периода его работы на основании свидетельских показаний по указанным причинам прилагается документ работодателя либо иные документы, подтверждающие факт и причину утраты документов о работе не по вине работника и невозможность их получения.

Аналогичные положения содержались в действовавших до 1 января 2015 года Правилах подсчета и подтверждения страхового стажа для установления трудовых пенсий, утвержденных Постановлением правительства РФ от 24 июля 2002 года №555.

При установлении специального стажа в судебном порядке, суд, в силу требований ст.55 ГПК РФ, принимает также во внимание и другие письменные доказательства, в том числе, письменные договоры, оформленные в соответствии с трудовым законодательством, действовавшим на день возникновения соответствующих правоотношений, справки, выдаваемые работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами, выписки из приказов, лицевые счета и ведомости на выдачу заработной платы и т.п...

В данном случае, на основании записей в трудовой книжке истца установлено, что истец ФИО1 в период с 10 февраля 1986 года по 8 июня 1998 года состояла в трудовых отношениях с <данные изъяты>.

В период с 10 февраля 1986 года по 20 марта 1996 года она занимала должности лаборанта химического анализа <данные изъяты>; лаборанта 4 разряда производства <данные изъяты>; лаборанта физ.-хим. анализа готовой продукции 4 разряда в ЦЗЛ, группа 13, по производству <данные изъяты>; лаборанта физ.-хим. анализа 4 разряда ЦЗЛ, группа 1.12 по <данные изъяты>; лаборанта физ.-хим. анализа 4 разряда в СКТБ ЭТЦ НИЛ-3; лаборанта хим. анализа 4 разряда в <данные изъяты>, лаборатория пофазного контроля и анализа сырья и готовой продукции <данные изъяты>.

Данные сведения нашли отражение также в архивных справках, представленных в материалах дела, а также в личной карточке формы Т-2 в отношении ФИО1.

При этом, как указывает истец, наименование производства, в котором она работала указанный период времени, указывалось работодателем в трудовой книжке, как производство минеральных удобрений, однако данное наименование производства являлось условным, так как фактически предприятие выпускало специальную продукцию, связанную <данные изъяты>. На протяжении всего указанного периода времени она работала в одной и той же лаборатории и выполняла одни и те же функции, хотя название лаборатории и наименование должности истца менялись. Лаборатория, в которой работала истец, выполняла функции практической производственной лаборатории, где осуществлялись физические и химические анализы сырья и выпускаемой продукции, графические анализы они не выполняли.

Указанные истцом обстоятельства подтверждаются установленными по делу письменными доказательствами и свидетельскими показаниями.

Так на основании сведений, имеющихся в архивных справках (л.д.19-24, 69-72), предприятие, где работала истец, до 1987 года называлось <данные изъяты>, с 01.10.1987 года по 02.09.1989 года - <данные изъяты> с 02.09.1989 года по 04.11.1992 года - <данные изъяты>, с 04.11.1992 года по 31.07.1996 года - <данные изъяты>), что свидетельствует о том, что данное предприятие относилось к оборонной промышленности и занималось выпуском продукции специального назначения.

Также из архивных справок следует, что начисление истцу заработной платы в указанный период времени осуществлялось с доплатами, в том числе, по кодам, официальной расшифровки которых в архивном отделе не имеется, что не исключает осуществление работодателем выплат в связи с тяжелыми условиями труда.

В личной карточке истца, архивная копия которой представлена в материалах дела, (л.д.25-32, 97-98) имеются сведения о том, что работа истца давала право на льготное пенсионное обеспечение по Списку №2 (раздел Х п.3 поз.211ОАО30-1754В).

Из показаний свидетелей, допрошенных в судебном заседании - ФИО20., Свидетель №2, Свидетель №3, установлено, что они работали вместе с истцом ФИО1 на Бийском химическом комбинате, в одной лаборатории, на производстве продукции оборонного значения, связанной <данные изъяты>. Являясь лаборантами химического анализа, они выполняли те же функции, что и истец. Основная работа лаборантов, в том числе, истца, заключалась в проведении анализов для контроля соблюдения технологии производства (пофазного контроля сырья и готовой продукции). Выполнением графического анализа в их лаборатории никто не занимался.

Факт совместной работы истца и указанных свидетелей подтверждается записями в трудовых книжках свидетелей.

В частности, судом установлено, что Свидетель №2 работала в должности лаборанта химического анализа в тех же подразделениях, что и истец, с января 1986 года по декабрь 1994 года (трудовая книжка - л.д.118-125), Свидетель №3 работала в должности лаборанта химического анализа в указанных подразделениях с августа 1987 года по май 1996 года (л.д. 131-132), ФИО10 – в период с июня 1988 года по февраль 1997 года (трудовая книжка - л.д.126-130).

То обстоятельство, что истец и указанные свидетели выполняли одни и те же функции, также подтверждается имеющимися в деле доказательствами.

Так, согласно архивной копии распоряжения <данные изъяты> №к от 17 апреля 1995 года «Об исчислении стажа работы на льготное пенсионное обеспечение», работодатель установил в отношении ФИО1 в период с 13 сентября 1993 года по 31 декабря 1994 года льготное пенсионное обеспечение по Списку №2 (раздел Х п.3 поз.211ОАО30-1754В) (л.д.87-89).

В этом же списке присутствуют свидетели Свидетель №3, Свидетель №2, ФИО21. – лаборанты химического анализа.

На основании распоряжения <данные изъяты> №к от 21 марта 1996 года «Об исчислении стажа работы на льготное пенсионное обеспечение», в список лиц, имеющих право на досрочное пенсионное обеспечение, включена ФИО1, а также Свидетель №3, ФИО22 - лаборанты ОХТ, за период с 1 января 1995 года по 31 декабря 1995 года (л.д. 92-94).

При этом свидетель Свидетель №3 в настоящее время является пенсионером, указанный период работы был включен ответчиком в ее льготный стаж на основании справок, уточняющих особый характер работы, полученных Свидетель №3 при увольнении с предприятия (л.д.____), из которых следует, что в период с 1 марта 1988 года по 4 мая 1993 года Свидетель №3 работала в центральной заводской лаборатории, выполняющей функции цеховой лаборатории, по обслуживанию технологического процесса производства <данные изъяты> (истец ФИО1 в соответствующей должности работала с 13 октября 1987 года по 5 мая 1993 года), в период с 24 мая 1993 года по 3 мая 1996 года Свидетель №3 работала в <данные изъяты> в качестве лаборанта химического анализа на пофазном контроле технологического процесса (истец работала в <данные изъяты> с 5 мая 1993 года по 20 марта 1996 года), и приобрела право на досрочное пенсионное обеспечение по Списку №2 Постановления КМ СССР от 26 января 1991 года №10.

Свидетелю ФИО23 в настоящее время также назначена досрочная страховая пенсия (пенсионное дело №), на основании решения Бийского городского суда от 9 января 2018 года по гражданскому делу №2-316/2018.

Как следует из указанного решения суда, ответчиком не был включен в специальный стаж Свидетель №2 период работы на <данные изъяты>, в том числе:с 17.01.1986г. по 01.03.1988 г.- в качестве лаборанта 4 разряда в производстве минеральных удобрений; с 01.03.1988 г. по05.05.1993 г. - в <данные изъяты>, в качестве лаборанта физико-химического анализа пофазного контроля 4 разряда по производству минеральных удобрений; с 05.05.1993 г. по 05.12.1994 г. -лаборанта <данные изъяты>, то есть, спорным периодом являлась та же работа, которую выполняла истец ФИО1 в соответствующий период времени.

Вместе с тем, суд установил занятость Свидетель №2 на работах с тяжелыми условиями труда в спорный период времени (участие в технологическом процессе производства <данные изъяты>).

Кроме того, в ходе судебного разбирательства были исследованы гражданские дела по установлению прав на пенсионное обеспечение и пенсионные дела ФИО11, ФИО12, работавших вместе с истцом ФИО1 в тех же подразделениях Бийского <данные изъяты> (что подтверждается, в том числе, распоряжениями <данные изъяты> №к от 17 апреля 1995 года и №к от 21 марта 1996 года об исчислении стажа работников на льготное пенсионное обеспечение).

Так из материалов гражданского дела № по иску ФИО11 установлено, что ФИО11 работала в тех же подразделениях, что и истец, в период с декабря 1986 года по декабрь 1996 года: 17 декабря 1986 года она была принята на работу сменным инженером-технологом лаборатории производства минеральных удобрений, с 1 декабря 1987 года переведена временно инженером-технологом 2 категории лаборатории ПМУ, с 1 марта 1988 года переведена инженером-технологом 2 категории, затем мастером смены, дежурным инженером <данные изъяты>, с 5 мая 1993 года переведена дежурным инженером в <данные изъяты>

Согласно уточняющим справкам предприятия № от 6 августа 2007 года, № от 6 августа 2007 года, № от 6 августа 2007 года, работодатель признал за ФИО11 право на досрочную пенсию по Списку №2, утвержденному Постановлением КМ СССР от 26 января 1991 года №10 за периоды работы с 17 декабря 1986 года по 29 февраля 1988 года (в лаборатории производства минеральных удобрений), с 1 марта 1988 года по 04 мая 1993 года (в центральной заводской лаборатории), с 5 мая 1993 года по 06 декабря 1996 года (в <данные изъяты>).

При этом, как следует из материалов данного дела и решения Бийского городского суда от 11 декабря 2013 года, ответчиком в льготный стаж ФИО11 в бесспорном порядке был засчитан период работы ФИО11 в лаборатории производства <данные изъяты> и в центральной заводской лаборатории (ЦЗЛ) <данные изъяты> (<данные изъяты> до 5 мая 1993 года.

То есть, производство, условно называемое производство минеральных удобрений, где работала истец ФИО1, также, как и ФИО11 - до 5 мая 1993 года, признавалось, в том числе, ответчиком, работой с тяжелыми условиями труда.

С 5 мая 1993 года, как указано в трудовых книжках и ФИО11, и ФИО1, работали в подразделении, названном СКТБ ЭТЦ НИЛ-3 ОХТ.

Фактически внесение изменений в трудовую книжку указанных лиц было произведено на том основании, что с 5 мая 1993 года изменилось наименование лаборатории - <данные изъяты> (<данные изъяты><данные изъяты>), в составе которой образовано 3 лаборатории: <данные изъяты> (копия приказа № от 24.05.1993г.).

Ответчиком было отказано ФИО11 во включении периода работы с 1 июля 1993 года по 31 декабря 1995 года в специальный стаж, дающий право на назначение досрочной пенсии, только на том основании, что в указанный период времени она работала в научно-исследовательской лаборатории.

Однако суд при рассмотрении требований ФИО11 установил, что в указанный период времени ФИО11 работала в аналитической лаборатории, в которой осуществлялся пофазный анализ выпускаемой продукции непосредственно для производства. Графическим анализом в данной лаборатории никто не занимался.

Данные выводы суда основаны на сведениях, имеющихся в трудовой книжке ФИО11, согласно которых период ее работы с 1 июля 1993 года по 31 декабря 1995 года работодатель отнес к льготному стажу по Списку №2, в справке на имя ФИО11, уточняющей особый характер работы или условия труда, №279 от 6 августа 2007г.,в которой указано, что ФИО11 в период с 5 мая 1993 года по 6 декабря 1996 года работала в лаборатории <данные изъяты> дежурного инженера занятого на пофазном контроле технологического процесса производства <данные изъяты>. Не была занята выполнением графического анализа и приобрела право на назначение пенсии по Списку №2, раздел X, подраздел А3, позиция 2110А030 1754в, утвержденному постановлением Кабинета Министров СССР от 26 января 1991г. №1173.Также судом учитывался имеющийся в материалах данного дела Список вредных веществ, используемых в аналитической лаборатории в период с 1993 года по 1997 год,

Аналогичные выводы были сделаны судом при оценке пенсионных прав ФИО12.

Из материалов гражданского дела № по иску ФИО12, материалов ее пенсионного дела №, установлено, что ФИО12 работала в тех же подразделениях, что и ФИО1, в период с сентября 1988 года по декабрь 1994 года, в должности лаборанта химического (физико-химического) анализа. То есть, ФИО4 занимала одинаковую с истцом должность, в тот же период времени.

При этом период с ее работы с 12 сентября 1988 года по 4 мая 1993 года (за исключением периодов неоплачиваемых отпусков) в центральной заводской лаборатории был включен ответчиком в специальный стаж истца в бесспорном порядке, на основании уточняющей справки работодателя № от 29 декабря 2008 года.

Период с 5 мая 1993 года по 5 декабря 1994 года был включен в специальный стаж ФИО12 на основании решения Бийского городского суда от 29 июня 2015 года, с учетом исследованных судом доказательств, в том числе, показаний свидетелей, справки работодателя, уточняющей особый характер работы или условия труда, № от 29.12.2008 года, в которой указано, что ФИО12 в период с 05.05.1993 года по 05.12.1994 года работала в лаборатории <данные изъяты> в качестве лаборанта, непосредственно занятого в производстве <данные изъяты> (Список № 2, раздел X, подраздел А3, позиция 2110А030-1754в, утвержденный постановлением Кабинета Министров СССР от 26.01.1991 года №1173), не была занята выполнением графического анализа.

Также суд принимает во внимание обстоятельства, установленные решением Восточного районного суда г.Бийска от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу №2-1483/2011 по иску ФИО13 к ГУ Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в г.Бийске и Бийском районе, на основании которого на ответчика была возложена обязанность включить истцу в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, период работы с 01.07.1993г. по 31.01.1997г. в должности начальника лаборатории отдела химических технологий <данные изъяты> завода минеральных удобрений <данные изъяты>. Как следует из мотивировочной части указанного решения, вышеуказанный отдел в период с мая 1993 года по январь 1997 года занимался пофазным контролем продукции, среди которой были как вредная продукция (<данные изъяты>.), так и <данные изъяты>

Таким образом, на основании исследованных судом доказательств, в том числе, справок работодателя, уточняющих условия работы, выданных Свидетель №3, ФИО11, ФИО12, судом установлено, что лаборатория производства минеральных удобрений (ПМУ), в период работы истца с 10 февраля 1986 года по 13 октября 1987 года в должности лаборанта химического анализа производства минеральных удобрений; с 13 октября 1987 года по 1 марта 1988 года в должности лаборанта 4 разряда производства минеральных удобрений, фактически была подразделением <данные изъяты> другое название этой же лаборатории - центральная заводская лаборатория (ЦЗЛ), в период работы истца с 1 марта 1988 года по 1 марта 1993 года в должности лаборанта физ.-хим. анализа готовой продукции 4 разряда, группа 13, по производству минеральных удобрений; с 1 марта 1993 года по 5 мая 1993 года в должности лаборанта физ.-хим. анализа 4 разряда, группа 1.12 по производству минеральных удобрений, фактически выполняла функции цеховой лаборатории по обслуживанию технологического процесса производства взрывчатых веществ. Лаборанты в указанной лаборатории выполняли функции по исследованию взрывчатых веществ и их составляющих.

В период работы истца с 5 мая 1993 года по 24 мая 1993 года в должности лаборанта физ.-хим. анализа 4 разряда в СКТБ ЭТЦ НИЛ-3 и с 24 мая 1993 года по 20 марта 1996 года в должности лаборанта хим. анализа 4 разряда в СКТБ ОХТ в лаборатории пофазного контроля и анализа сырья и готовой продукции завода минеральных удобрений, работники указанных подразделений, включая лаборантов физ.-хим. анализа, были непосредственно заняты в производстве <данные изъяты> на пофазном контроле технологического процесса.

Уточняющие справки работодателя, как следует из их содержания, выданы на основании первичных документов (приказов о переводах, штатных расписаний, лицевых счетов, технологических регламентов, должностных инструкций, положения о лаборатории). На момент выдачи указанных справок <данные изъяты> являлось действующим предприятием (ликвидировано 30 декабря 2010 года), справки подписаны руководителем предприятия, главным бухгалтером, начальником отдела кадров и заверены печатью.

В судебном заседании свидетели Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №3 подтвердили, что истец ФИО1 исполняла те же функции, что и все сотрудники лаборатории – осуществляла физико-химический анализ сырья и готовой продукции в производстве, связанном с использованием <данные изъяты>.

Кроме того, то обстоятельство, что ФИО1 в период своей работы в качестве лаборанта физ.хим. анализа, и в частности, в отделе химических технологий СКТБ, выполняла те же функции, что и вышеназванные лица, за которыми уже признано право на досрочное пенсионное обеспечение, подтверждается распоряжениями по СКТБ от 25 июня 1993г., №а от 23 мая 1994г., № от 19 января 1994г., № от 1 января 1995г., №б от 22 октября 1995г., № от 01 января 1996г., представленными в материалах дела № (по иску ФИО11). В указанных распоряжениях имеются сведения о том, что сотрудники данного подразделения, в том числе, ФИО1, неоднократно направлялась на длительные сроки (по нескольку месяцев) для проведения пофазного контроля в производство <данные изъяты> на завод минеральных удобрений. Период такой работы истца фактически составил, исходя из указанных распоряжений, с 28 сентября 1993 года по март 1996 года (л.д.____).

При этом допрошенная в качестве свидетеля по делу по иску ФИО11 - ФИО13, работавшая в должности начальника лаборатории СКТБ ЭТЦ НИЛ-3 ОХТ, поясняла, что распоряжения о направлении сотрудников для проведения работ охватывали все без исключения периоды работы сотрудников данной лаборатории, но до настоящего времени не все распоряжения сохранились. Ее показания были приняты судом и, в совокупности с другими доказательствами, положены в основу решения суда о признании прав на пенсионное обеспечение за ФИО11.

С учетом указанных обстоятельств, суд приходит к выводу, что в период с 10 февраля 1986 года по 20 марта 1996 года истец работала в производстве с тяжелыми условиями труда.

Вместе с тем, при оценке пенсионных прав истца суд также учитывает, что одним из условий назначения досрочной трудовой пенсии по старости является постоянная занятость в течение полного рабочего дня.

В силу п.4 Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьями 27 и 28 ФЗ «О трудовых пенсиях в РФ», утвержденных Постановлением Правительства РФ от 11 июля 2002 года № 516, в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, засчитываются периоды работы, выполняемой постоянно в течение полного рабочего дня, если иное не предусмотрено настоящими Правилами или иными нормативными правовыми актами, при условии уплаты за эти периоды страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации.

Понятие полного рабочего дня на работах, дающих право на досрочное пенсионное обеспечение, изложено в п.5 Разъяснения Министерства труда РФ «О порядке применения Списков производств, работ, профессий, должностей и показателей, дающих в соответствии со ст.ст.12,78 и 78.1 Закона РСФСР «О государственных пенсиях в РСФСР», право на пенсию по старости в связи с особыми условиями труда и на пенсию за выслугу лет» от 22 мая 1996 года №5 (утверждено постановлением Минтруда России от 22 мая 1996 года №29), в соответствии с которым под полным рабочим днем понимается выполнение работы в условиях труда, предусмотренных Списками, не менее 80% рабочего времени, с включением в него времени выполнения вспомогательных, подготовительных и других работ, указанных в этом пункте.

Исходя из Правил и Разъяснений №5, в стаж на соответствующих видах работ не включаются периоды нахождения в отпусках без сохранения заработной платы, простои, прогулы, периоды выполнения гражданских обязанностей, периоды работы в режиме неполной рабочей недели или неполного рабочего дня и другие периоды, когда работник не выполнял профессиональных (должностных) обязанностей.

В данном случае на основании сведений, имеющихся в личной карточке истца по форме Т-2, установлено, что в период работы истца в качестве лаборанта химического анализа производства минеральных удобрений, работодатель не засчитал истцу, в качестве рабочих, три дня – с 1 декабря 1986 года по 3 декабря 1986 года.

Кроме того, в период работы в СКТБ истец находилась в отпуске без сохранения заработной платы в период с 1 августа 1995 года по 1 сентября 1995 года.

Указанные периоды ответчиком не включаются, как в специальный, так и в страховой стаж, что суд считает обоснованным.

Занятость истца на работах с тяжелыми условиями труда в остальные периоды времени в течение полного рабочего дня подтверждается карточкой формы Т-2, архивными справками архивного отдела Администрации г.Бийска Алтайского края, согласно которым истицу начислялась заработная плата в полном объеме, учебных отпусков, простоев, прогулов, периодов работы в режиме неполного рабочего дня не имелось.

Доказательств обратного судом не установлено.

При этом судом не могут быть приняты во внимание возражения ответчика в той части, что периоды работы истца с июля 1993 года не могут быть включены в специальный стаж, поскольку в ее трудовую книжку не внесены сведения об отнесении их к специальному стажу, и, следовательно, ее занятость при выполнении работ с тяжелыми условиями труда не может считаться доказанной, не могут быть приняты во внимание.

В обоснование данных доводов представитель ответчика указывала на то, что с июля 1993 года в специальный стаж работников <данные изъяты> могут включаться только те периоды работы, которые специально оговорены в трудовых книжках, в карточках формы Т-2, поскольку начиная с этого времени загруженность предприятия по изготовлению спецпродукции не была полной, что отражено в приказе <данные изъяты> №к от 14 июля 1993 года (л.д.____).

Однако, как установлено выше, лаборатория, где работала истец, на протяжении всего времени существования, в том числе, в период до 20 марта 1996 года, осуществляла обслуживание технологического процесса по производству взрывчатых веществ, иной работы сотрудники данной лаборатории не осуществляли.

При этом из исследованных судом доказательств, усматривается, что не всем работникам и не все периоды специального стажа указывались работодателем в трудовых книжках и карточках формы Т-2, хотя в действительности такие периоды имели место.

В частности, в отношении истца распоряжением <данные изъяты> №к от 17 апреля 1995 года в качестве специального определен период с 13 сентября 1993 года по 31 декабря 1994 года (льготное пенсионное обеспечение по Списку №2 (раздел Х п.3 поз.211ОАО30-1754В), указанный период отражен в карточке Т-2, но не указан в трудовой книжке.

Кроме того, распоряжением <данные изъяты> №к от 21 марта 1996 года установлено право истца на досрочное пенсионное обеспечение в период с 1 января 1995 года по 31 декабря 1995 года(л.д. 92-94), однако данные сведения не отражены ни в трудовой книжке, ни в личной карточке истца.

При этом в соответствии с распоряжениями по СКТБ от 25 июня 1993г., №а от 23 мая 1994г., № от 19 января 1994г., № от 1 января 1995г., №б от 22 октября 1995г., № от 01 января 1996г., представленными в материалах дела № (по иску ФИО11), общий период работы истца по осуществлению пофазного контроля в производство <данные изъяты> на заводе минеральных удобрений составил с 28 сентября 1993 года по март 1996 года, то есть, практически до перевода истца на другое производство.

Таким образом, суд приходит к выводу, что в специальный стаж истца ФИО1, дающий право на назначение досрочной пенсии (Список №, раздел X, подраздел А3, позиция 2110А030-1754в, утвержденный постановлением ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ №), подлежат включению (за вычетом отпусков без сохранения заработной платы) следующие периоды работы на <данные изъяты>

-с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в должности лаборанта химического анализа производства <данные изъяты>;

-с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в должности лаборанта 4 разряда производства <данные изъяты>;

-с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в ЦЗЛ в должности лаборанта физ.-хим. анализа готовой продукции 4 разряда, группа 13, по <данные изъяты>;

-с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в должности лаборанта физ.-хим. анализа 4 разряда ЦЗЛ, группа 1.12 по производству <данные изъяты>;

-с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в должности лаборанта физ.-хим. анализа 4 разряда в СКТБ ЭТЦ НИЛ-3;

-с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в должности лаборанта хим. анализа 4 разряда в СКТБ ОХТ, лаборатория пофазного контроля и анализа сырья и готовой продукции завода <данные изъяты>.

Также суд считает, что в специальный стаж, дающий право на назначение досрочной пенсии по указанному основанию, подлежит включению период учебы истца по специальности «лаборант химического анализа».

Согласно п.1 Разъяснения «О некоторых вопросах установления трудовых пенсий в соответствии со ст.ст. 27,28,30 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденного постановлением Минтруда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, при исчислении продолжительности страхового и (или) стажа на соответствующих видах работ в целях определения права на трудовую пенсию по старости, в том числе, досрочно назначаемую, в указанный стаж включаются все периоды работы и иной общественно полезной деятельности, которые засчитывались, соответственно, в общий трудовой стаж и в специальный трудовой стаж при назначении пенсии по законодательству, действовавшему в период выполнения данной работы (деятельности), с применением правил подсчета соответствующего стажа, предусмотренных указанным законодательством (в том числе с учетом льготного порядка исчисления стажа). Изложенный порядок подсчета стажа применяется в том случае, если с учетом такого порядка гражданин (независимо от его возраста) до дня отмены соответствующего закона или иного нормативного правового акта полностью выработал необходимый общий трудовой стаж и (или) специальный трудовой стаж, дававшие право на пенсию по старости или за выслугу лет.

Постановлением Совмина ФИО6 от ДД.ММ.ГГГГ № было утверждено Положение о порядке назначения и выплаты государственных пенсий.

Согласно п.п. «з» п.109 указанного Положения, в общий стаж работы, дающий право на пенсию, засчитывается обучение в училищах и школах системы государственных трудовых резервов и системы профессионально-технического образования (в ремесленных, железнодорожных училищах, горнопромышленных школах и училищах, школах фабрично-заводского обучения, училищах механизации сельского хозяйства, технических училищах, профессионально-технических училищах и т.д.) и в других училищах, школах и на курсах по подготовке кадров, по повышению квалификации и по переквалификации.

При назначении на льготных условиях или в льготных размерах пенсий по старости рабочим и служащим, работавшим на работах с вредными условиями труда периоды, указанные в п.п. «з», приравниваются к работе, которая следовала за окончанием этого периода.

Из трудовой книжки истца следует, что до принятия на работу в Бийский химический комбинат она обучалась в СГПТУ-4 <адрес>, ей выдан диплом о получении специальности.

На основании справки КГБПОУ «Бийский промышленно-технологический колледж» (л.д.33), судом установлено, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец проходила обучение в среднем профессионально-техническом училище № <адрес> по профессии «Лаборант химического анализа», по окончании обучения ей был выдан диплом и присвоен третий разряд по указанной профессии.

Поскольку судом установлен специальный стаж работы ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ по Списку №, то, следовательно, период учебы истца в профессиональном училище с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ вошел в специальный трудовой стаж, поскольку в этот период времени истец проходила производственную практику), подлежит включению в специальный стаж работы, дающей право на назначение досрочной трудовой пенсии по старости, в связи с работой в тяжелых условиях труда.

При этом оснований для включения в специальный стаж истца, дающий право на досрочное назначение пенсии, в связи с тяжелыми или вредными условиями труда, периодов работы в <данные изъяты> в должности оператора трепальных машин 4 разряда на заводе волокнистых материалов, участок № (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), в должности оператора трепальных машин фазы изготовления ваты на производстве ваты и изделий гигиены ЭВМ (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), в ходе судебного разбирательства не установлено, поскольку указанная работа под действие нормативно-правовых актов, устанавливающих перечни производств и должностей, работа в которых дает право на назначение досрочной пенсии, действующих как в период осуществления указанной работы, так и в настоящее время, не подпадает.

Требования истца о включении в общий страховой стаж периодов ее трудовой деятельности в качестве индивидуального предпринимателя, суд также находит подлежащими удовлетворению.

Согласно справке ГУ УПФРФ в г.Бийске и Бийском районе, свидетельству о постановке на учет в налоговом органе, уведомлению о снятии с учета физического лица в налоговом органе (л.д.34-36), истец была зарегистрирована в качестве ИП с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

При этом некоторые периоды работы истца в качестве ИП не были включеныответчиком в ее страховой стаж, так как она имела задолженность по уплате страховых взносов, а именно: с 20 апреля по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Вместе с тем, задолженность по страховым взносам в сумме 12236 руб.00 коп. истцом была погашена ДД.ММ.ГГГГ (л.д.37).

То есть, на день обращения в пенсионный орган с заявлением о назначении досрочной пенсии у нее не имелось задолженности по страховым взносам.

Учитывая, что законодатель не предусматривает каких-либо ограничений в пенсионных правах для лиц, которые на день назначения пенсии не имеют задолженности по страховым взносам, хотя и произвели уплату страховых взносов с нарушением установленных сроков, суд находит, что спорные периоды подлежат включению в страховой стаж истца.

Возражения представителя ответчика в той части, что в квитанции об уплате страховых взносов нет информации о том, за какой период произведена оплата, суд находит необоснованными, поскольку задолженность погашена истцом в полном объеме, в соответствии с расчетом долга, произведенным ответчиком (Протоколы к Ведомостям уплаты страховых взносов на обязательное пенсионное страхование - л.д.38-46), соответственно, оснований полагать, что долг оплачен истцом за какой-либо иной период, не имеется.

В соответствии со ст.22 ФЗ РФ «О страховых пенсиях», страховая пенсия назначается со дня обращения за указанной пенсией, но во всех случаях не ранее чем со дня возникновения права на указанную пенсию.

Учитывая, что суд признал необходимым включить в специальный стаж работы истца, периоды работы в <данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (за вычетом отпусков без сохранения заработной платы 1 мес.3 дня), период учебы в профессиональном училище № с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, стаж работы ФИО1, дающий право на досрочное назначение пенсии по старости в связи с работой в тяжелых условиях труда, по состоянию на дату ДД.ММ.ГГГГ (дата достижения возраста 50 лет) составил более 10 лет.

Страховой стаж истца, с учетом установленного ответчиком – 15 лет 9 мес.2 дня, и включения периодов деятельности в качестве ИП, установленных судом - с 20 апреля по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, на указанную дату составил более 20 лет.

Следовательно, истец при специальном стаже работы более 10 лет, страховом стаже более 20 лет, имеет право на назначение досрочной страховой пенсии по достижении 50 лет – с ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, требования истца о признании незаконным решение ответчика об отказе в назначении пенсии, о признании за ней права на досрочную страховую пенсию по старости, о возложении обязанности по включению вышеназванных периодов работы и учебы в специальный стаж, периодов деятельности в качестве ИП в страховой стаж и назначению истцу досрочной пенсии по старости с ДД.ММ.ГГГГ подлежат удовлетворению.

В соответствии с ч.1 ст.98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Истцом при подаче иска уплачена госпошлина в размере 300 руб., которая подлежит возмещению за счет ответчика ГУ Управление Пенсионного фонда РФ в г.Бийске и Бийском районе.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Признать незаконным решение ГУ УПФ РФ в г.Бийске и Бийском районе № от 16 июля 2018 года об отказе ФИО1 в назначении страховой пенсии по старости по пп.2 п.1 ст.30 ФЗ РФ «О страховых пенсиях».

Возложить на Государственное учреждение Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Бийске и Бийском районе обязанность по включению в специальный стаж ФИО1 следующих периодов работы на Бийском химическом комбинате (АО «Полиэкс»):

-с 10 февраля 1986 года по 1 декабря 1986 года и с 3 декабря 1986 года по 13 октября 1987 года, в должности лаборанта химического анализа <данные изъяты>;

-с 13 октября 1987 года по 1 марта 1988 года в должности лаборанта 4 разряда <данные изъяты>;

-с 1 марта 1988 года по 1 марта 1993 года в ЦЗЛ в должности лаборанта физ.-хим. анализа готовой продукции 4 разряда, группа 13, по <данные изъяты>;

-с 1 марта 1993 года по 5 мая 1993 года в должности лаборанта физ.-хим. анализа 4 разряда ЦЗЛ, группа 1.12 <данные изъяты>

-с 5 мая 1993 года по 24 мая 1993 года в должности лаборанта физ.-хим. анализа 4 разряда в СКТБ ЭТЦ НИЛ-3;

-с 24 мая 1993 года по 1 августа 1995 года, с 1 сентября 1995 года по 20 марта 1996 года, в должности лаборанта хим. анализа 4 разряда в СКТБ ОХТ, лаборатория пофазного контроля и анализа сырья и готовой продукции завода <данные изъяты>;

Возложить на Государственное учреждение Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Бийске и Бийском районе обязанность по включению в специальный стаж ФИО1 период обучения в среднем профессионально-техническом училище №4 г.Бийска по профессии «Лаборант химического анализа» с 1 сентября 1985 года по 9 февраля 1986 года.

Возложить на Государственное учреждение Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Бийске и Бийском районе обязанность по включению в страховой стаж ФИО1 периодов осуществления деятельности в качестве индивидуального предпринимателя: с 20 апреля по 31 декабря 2001 года, с 1 января 2004 года по 31 декабря 2007 года, с 1 января 2009 года по 31 декабря 2017 года.

Возложить на Государственное учреждение - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Бийске и Бийском районе обязанность по назначению ФИО1 досрочной страховой пенсии по старости с 17 мая 2018 года.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказать.

Взыскать с ГУ-УПФ РФ в г.Бийске и Бийском районе в пользу ФИО1 расходы по государственной пошлине в размере 300 руб.00 коп..

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд через Бийский городской суд Алтайского края в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья: Казакова Л.Ю.