Решение № 2-1022/2020 2-7875/2019 от 21 июля 2020 г. по делу № 2-1022/2020

47RS0002-01-2019-000549-32

Дело № 2-1022/2020 (2-7875/2019;)

22 июля 2020 г.


Р Е Ш Е Н И ЕИменем Российской Федерации

Всеволожский городской суд Ленинградской области в составе:

председательствующего судьи Курбатовой Э. В.,

при ведении протокола помощником судьи Ляховой Н.А.

с участием представителя истца ФИО1 по доверенности от 23 июня 2020 года,

представителей ответчика ФИО2 по доверенности от 6 сентября 2019 года ФИО3, по доверенности от 10 июля 2020 года ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5 к ФИО2, ФИО6 о признании сделки недействительной, истребовании автомобиля из незаконного владения, взыскании убытков в виде упущенной выгоды и уменьшении рыночной стоимости автомобиля вследствие его эксплуатации, судебных расходов,

у с т а н о в и л :

ФИО5 обратилась во Всеволожский городской суд Ленинградской области с иском к ответчикам, указывая, что является собственником автомобиля «Форд Фокус», 2012 года выпуска, г.р.н ФИО15. Данный автомобиль приобретен ею в браке с ФИО7 После прекращения семейных отношений с супругом в июне 2017 года, он единолично пользовался автомобилем, 18 февраля 2018 года между ними брак был прекращен, после чего автомобиль остался в пользовании бывшего супруга, раздел супружеского имущества не производился. В апреле 2018 года она узнала о том, что автомобиль был продан ФИО2 по договору от 10 ноября 2017 года. Она согласия на продажу автомобиля не давала. В связи с этим, она обратилась в полицию с заявлением о возбуждении уголовного дела, в рамках проверки по заявлению была проведена почерковедческая экспертиза, показавшая, что подпись в договоре с ФИО2 исполнена не ею (истцом). Полагает, что данная сделка, как совершенная в отсутствие на то ее согласия является недействительной, при ее совершении были нарушены ее имущественные права, в связи с использованием ответчиком автомобиля, ей причинены убытки.

После поступления в суд сведений ГИБДД о собственниках автомобиля, определением суда от 18 декабря 2019 года, вынесенным в порядке ч.2 ст.224 Гражданского процессуального кодекса РФ, на основании ст.41 Кодекса, судом к участию в деле в качестве ответчика был привлечен ФИО6

С учетом привлечения к делу ФИО6 и измененного в порядке ст.39 Гражданского процессуального кодекса РФ иска, истец просит суд признать договор от 10 ноября 2017 года, заключенный с ФИО2, ничтожным, обязать ФИО6 возвратить ей автомобиль, взыскать с ФИО2 упущенную выгоду в связи с пользованием автомобилем в период с 10 ноября 2017 года по 18 марта 2019 года в размере 493 000 руб., исходя из арендных платежей в размере 1 000 руб. за каждый день пользования автомобилем, взыскать с ФИО6 упущенную выгоду в связи с пользованием автомобилем за период с 19 марта 2019 года по 17 февраля 2020 года в размере 100 500 руб., исходя из арендных платежей в размере 300 руб. за каждый день пользования автомобилем, взыскать с ФИО2 стоимость амортизации автомобиля (убытки в связи с уменьшением действительной стоимости автомобиля в процессе его эксплуатации) за период с 10 ноября 2017 года по 18 марта 2019 года, взыскать с ФИО6 стоимость амортизации автомобиля за период с 19 марта 2019 года по 17 февраля 2020 года, взыскать с ответчиков судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 85 000 руб., расходы на оплату доверенности в размере 1 800 руб., расходы по уплате государственной пошлины.

В судебном заседании, назначенном на 29 июня 2020 года, представитель истца требования иска поддержал, подтвердил изложенные обстоятельства.

Представитель ответчика ФИО2 ФИО8 иск не признала по доводам письменных возражений, приобщенных к делу.

ФИО6 в суд не явился, меры к его извещению по известному суду адресу приняты. Согласно отчету об отслеживании отправления с сайта Почты России, судебная корреспонденция ответчику не вручена и возвращена отправителю. Ранее направляемая ФИО6 судебная корреспонденция также возвращена в суд по причине неявки за получением.

Третье лицо ФИО7 о судебном заседании извещен посредством телефонной связи, о чем 27 мая 2020 года составлена телефонограмма.

После объявленного в судебном заседании от 29 июня 2020 года перерыва до 22 июля 2020 года ФИО6 и ФИО7 в суд также не явились.

Дело на основании ст.167 Гражданского процессуального кодекса РФ, рассмотрено судом в их отсутствие.

Суд, выслушав объяснения представителя истца, представителей ответчика ФИО2, оценив доказательства, приходит к следующему.

В силу положений пунктов 1, 2 статьи 209 Гражданского кодекса РФ, собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

По общему правилу, установленному пунктом 1 статьи 168 Гражданского кодекса РФ, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2).

Судом установлено, что ФИО5 на основании договора купли-продажи от 10 июля 2012 года являлась собственником автомобиля «Форд Фокус», 2012 года выпуска, что подтверждается данными МРЭО ГИБДД, Паспортом транспортного средства серии <адрес> от 17 апреля 2012 года, карточкой учета транспортного средства и не оспаривается участниками процесса.

Судом установлено, что вышеуказанный автомобиль приобретен истцом в период брака с ФИО7 и является их совместной собственностью.

Из обстоятельств дела следует, что 11 ноября 2017 года между ФИО5 и ФИО2 подписан договор купли-продажи спорного автомобиля за цену 500 000 руб.

18 марта 2019 года ФИО2 продала автомобиль ООО «Автоцентр Максимум» за цену 320 000 руб.

11 мая 2019 года автомобиль был продан ФИО6 по договору № ПКБ1903498, заключенному с ООО «ФИО14» за 400 000 руб.

Как следует из заключения судебной экспертизы ООО «Компания независимых экспертов и оценщиков «ДАН-эксперт» от 8 июня 2020 года, краткий рукописный текст «Морозова» и подпись от имени ФИО5 в договоре купли –продажи автомобиля от 10 ноября 2017 года, подписанном с ФИО2, выполнены вероятнее всего не ФИО5, а другим лицом.

Аналогичные выводы содержатся в почерковедческом исследовании специалиста 21 отдела ЭКЦ ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области в рамках материала КУСП № 6687 от 25 апреля 2018 года, заведенного по заявлению истца от 25 апреля 2018 года по обстоятельствам продажи ее автомобиля.

Согласно статье 301 Гражданского кодекса РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Пунктом 1 статьи 302 названного Кодекса предусмотрено, что если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

В пункте 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29 апреля 2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" (далее - постановление Пленума N 10/22) разъяснено, что недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли. Судам необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу.

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что при рассмотрении иска собственника об истребовании принадлежащего ему имущества из незаконного владения лица, к которому это имущество перешло на основании возмездной сделки, юридически значимыми и подлежащими судебной оценке обстоятельствами являются наличие либо отсутствие воли собственника на выбытие имущества из его владения, а также соответствие либо несоответствие поведения приобретателя имущества требованиям добросовестности.

При этом как отсутствие воли собственника на передачу имущества во владение иному лицу, так и недобросовестность поведения приобретателя являются достаточными основаниями для удовлетворения виндикационного иска.

Согласно пункту 2 статьи 1 Гражданского кодекса РФ в число основных начал гражданского законодательство входит приобретение и осуществление гражданских прав субъектами гражданских правоотношений своей волей и в своем интересе.

В силу пункта 1 статьи 2 названного Кодекса гражданские правоотношения основаны на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности их участников.

Статьей 1 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (пункт 3).

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4).

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21 апреля 2003 г. N 6-П, приобретатель не может быть признан добросовестным, если к моменту совершения возмездной сделки в отношении спорного имущества имелись притязания третьих лиц, о которых ему было известно, и если такие притязания впоследствии признаны в установленном порядке правомерными.

Следовательно, при квалификации действий приобретателя имущества как добросовестных или недобросовестных суду следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей в получении необходимой информации и реализующего исключительно законные интересы.

При этом исходя из положений статьи 196 Гражданского процессуального кодекса РФ суд, рассматривая виндикационные требования, обязан дать оценку всем фактическим обстоятельствам, которые могут свидетельствовать об осведомленности приобретателя имущества о незаконности выбытия этого имущества из владения собственника, а также о том, что при надлежащей степени заботливости и осмотрительности ответчик должен был воздержаться от приобретения имущества.

Согласно положениям ст. ст. 454, 456 Гражданского кодекса РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Продавец обязан передать покупателю товар, предусмотренный договором купли-продажи. Если иное не предусмотрено договором купли-продажи, продавец обязан одновременно с передачей вещи передать покупателю ее принадлежности, а также относящиеся к ней документы (технический паспорт, сертификат качества, инструкцию по эксплуатации и т.п.), предусмотренные законом, иными правовыми актами или договором.

Как следует из доводов иска, а также пояснений истца в судебном заседании, как в период брака, так и после прекращения совместного проживания, по версии истца с июня 2017 года, а также после официального прекращения брака 19 февраля 2018 года, автомобиль находился в фактическом владении и пользовании бывшего супруга ФИО7 Кроме того, в его распоряжении находились оригиналы документов на автомобиль, в том числе, ПТС, свидетельство о регистрации транспортного средства, два комплекта ключей от автомобиля.

В судебном заседании от 22 июля 2020 года представитель истца пояснил также, что после прекращении брака между ФИО5 и ФИО7 существовала договоренность о том, что супруг исполняет кредитное обязательство по приобретению недвижимости и оставляет себе автомобиль. Поскольку ФИО7 договоренность не исполнил, ФИО5 решила вернуть автомобиль себе, но оказалось, что он продан ФИО2

Из объяснений ФИО2 в рамках проверки по сообщению о преступлении следует что, имея с супругом намерение приобрести автомобиль, они в интернете нашли объявление о продаже спорного автомобиля, приехали на осмотр автомобиля, переговоры по поводу автомобиля происходили с неизвестным мужчиной и ранее не известной им ФИО5, представившейся таковой. После осмотра автомобиля, они решили его приобрести, был подписан договор в трех экземплярах, им были переданы ключи от автомобиля и документы, 15 ноября 2017 года в МРЭО ГИБДД право на автомобиль было зарегистрировано за ФИО2

В пункте 39 постановления Пленума № 10/22 разъяснено, что по смыслу п. 1 ст. 302 Гражданского кодекса РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли.

Действия ФИО5 по передаче автомобиля со всеми документами и ключами ФИО7, указывает на то, что истец, являясь титульным владельцем автомобиля, передала его в фактическое владение ФИО7

Анализируя обстоятельства дела, суд приходит к выводу о том, что на момент отчуждения автомобиля ФИО2 его фактическим владельцем являлся ФИО7, на тот момент, состоявший с ФИО5 в зарегистрированном браке и, согласно ст.34 Семейного кодекса РФ, владеющий автомобилем совместно с ФИО5

Обстоятельств, свидетельствующих о несогласии ФИО7 с продажей автомобиля ФИО2 судом не установлено, в суд ФИО7 не являлся, опросить его в рамках КУСП также не представилось возможным по причине неявки для дачи объяснений, сделка от 10 ноября 2017 года им не оспаривается.

Принимая во внимание, что продажа автомобиля ФИО2 состоялась в период брака ФИО5 и ФИО7 и, учитывая, что истец, обращаясь в суд, предполагает, что автомобиль был отчужден ФИО7 в отсутствие на то ее (истца) согласия, данные доводы, заявленные истцом в целях оспорить сделку от 10 ноября 2017 года, суд полагает необходимым отклонить, поскольку, в силу п. 2 ст. 35 Семейного кодекса РФ, при совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга. Сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим имуществом супругов, может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки. Из указанных выше правовых норм следует, что бремя доказывания осведомленности стороны сделки о несогласии другого супруга на совершение сделки по отчуждению имущества, возложено на лицо, заявившее требование о признании сделки недействительной. ФИО5 доказательств осведомленности ФИО2 о ее несогласии на совершение ФИО7 сделки по продаже автомобиля, если таковое действительно имело место, не представлено.

В данном случае отсутствию воли ФИО5 на продажу автомобиля ФИО2 противостоит наличие воли участника совместной собственности на автомобиль ФИО7 и, при отсутствии недобросовестности ФИО2 в приобретении автомобиля, нарушенное право ФИО5, выраженное в выбытии автомобиля из ее собственности, не может быть защищено за счет ФИО2

Рассматривая сделку от 10 ноября 2017 года в отрыве от обстоятельств ее продажи ФИО7, суд также не усматривает оснований для признания требований истца правомерными.

Как указывалось выше, автомобиль в момент его отчуждения ФИО2 не находился в ее фактическом владении, поскольку по воле истца был передан ФИО7

Договоренность с бывшим супругом ФИО7 об исполнении им ипотечного обязательства и оставлении в связи с этим автомобиля в своем владении после прекращения семейных отношений между ними свидетельствует о достижении между супругами своего рода соглашения о пользовании супружеским имуществом.

Это означает, что ФИО5, сохраняя титульное владение автомобилем, тем не менее, фактически согласилась на его передачу в собственность бывшему супругу, достигнув с ним договоренность об исполнении им в полном объеме общего супружеского обязательства перед кредитной организацией.

При этом, доказательств того, что автомобиль выбыл помимо воли лица, которому он был передан собственникам – то есть помимо воли ФИО7 истцом, вопреки ст.56 Гражданского процессуального кодекса РФ, не представлено.

При таких обстоятельствах, автомобиль не может считаться выбывшим как из владения истца, так и помимо ее воли.

В данном случае установленные судом признаки недейственности сделки от 10 ноября 2017 года (не принадлежность подписи ФИО5 в договоре), не являются обстоятельствами, в силу которых имущество может быть истребовано у его приобретателя.

Как указано выше со ссылкой на постановление Пленума ВС РФ 10/22, недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли. Судам необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу.

Суд приходит к выводу о том, что при заключении договора купли-продажи транспортного средства у ФИО2, получившей одновременно с автомобилем необходимые документы, в том числе, оригинал ПТС, два комплекта ключей и беспрепятственно осуществившей в органах ГИБДД регистрационные действия в отношении приобретенного автомобиля, так и у ФИО6, приобретшего автомобиль в ООО «Автоцентр Максимум», в обстановке, явно исключающей основания для сомнений в действительности сделки, отсутствуют признаки недобросовестности поведения. Тогда как истец, сохраняя титул владельца автомобиля, действовала без надлежащей осмотрительности и заботливости с предоставлением как автомобиля, так и всей документации, необходимой для его отчуждения, супругу, с которым было прекращено совместное проживание, а в последствии расторгнут брак. Следовательно, истец, действуя в отношении принадлежащего ей имущества добросовестно, должна была принять меры к предотвращению его возможного отчуждения, однако, этого не сделала, поставив вопрос о возврате автомобиля, по доводам ее представителя, только когда бывшим супругом не была выполнена договоренность по оплате ипотечного кредита, что не может быть признано добросовестным поведением по отношению к третьим лицам – приобретателям автомобиля.

С учетом изложенного, суд не находит оснований для удовлетворения иска.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

р е ш и л :

в удовлетворении исковых требований ФИО5 к ФИО2, ФИО6 о признании сделки недействительной, истребовании автомобиля из незаконного владения, взыскании убытков в виде упущенной выгоды и уменьшении рыночной стоимости автомобиля вследствие его эксплуатации, судебных расходов отказать.

Решение может быть обжаловано в Ленинградский областной суд в течение одного месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья

В окончательной форме решение принято 28 июля 2020 г.