Решение № 2-3581/2025 от 6 декабря 2025 г. по делу № 2-3581/2025

Гражданское дело № 2-3581/2025

05RS0019-01-2025-000772-93


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

24 ноября 2025 г. г. Черкесск, КЧР

Черкесский городской суд, Карачаево-Черкесской Республики, в составе судьи Байтоковой Л.А.,

при секретаре судебного заседания Гуковой Д.А.,

с участием представителя истца Генерального прокурора Российской Федерации Разинкина А.В.-Полынова А.В.,

представителей ответчиков:

ФИО1 - ФИО2,

ФИО5 - ФИО6,

ФИО7 – ФИО8, ФИО10,

ФИО11 - ФИО12, ФИО13,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению первого заместителя Генерального прокурора Российской Федерации РазинкинаАнатолия Вячеславовича к МуртазалиевуСагиду Магомедовичу, ФИО5, ФИО7, Пашаеву ДжамаладинуЭмирмагомедовичу об обращении имущества в доход Российской Федерации,

УСТАНОВИЛ:

Генеральная прокуратура Российской Федерации, действующая в интересах Российской Федерации, обратилась в Кизлярский городской суд Республики Дагестан с иском к бывшему управляющему отделением Пенсионного фонда Российской Федерации по Республике Дагестан М.С.МБ., а также М.А.ЕБ., М.Т.АБ., ФИО11 об обращении имущества в доход Российской Федерации, в отношении которого не представлены доказательства его приобретения из законных источников. Подробное обоснование требований, приведено в исковом заявлении с предоставлением доказательств в 5-и томах.

Со ссылками на ст.8, 81 Федерального закона от 25.12.2008 №273-ФЗ «О противодействии коррупции», ст. 17, 18, 20 Федерального закона от 27.07.2004 №79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации», подп.8 п.2 ст.235 ГК РФ, ст.17 Федерального закона от 03.12.2012 №230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», ст.35 Федерального закона от 17.01.1992 №2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации», ст.45 ГПК РФ, просит:

1. Обратить в доход Российской Федерации следующее имущество:

1.1 Нежилое здание с кадастровым номером № по адресу: <адрес> «д», зарегистрированное на Пашаева ДжамаладинаЭмирмагомедовича;

1.1. Земельный участок с кадастровым номером № по адресу: <адрес> «д», зарегистрированный на Пашаева ДжамаладинаЭмирмагомедовича;

1.2. Нежилое здание с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, зарегистрированное на ФИО7;

1.3. Нежилое здание с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, корп. «б», зарегистрированное на ФИО7;

1.4. Жилое здание с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, зарегистрированное на ФИО7.

2. Взыскать с МуртазалиеваСагида Магомедовича в пользу Российской Федерации 118 998952,00 рублей, как эквивалент стоимости следующего имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы, отчужденного к моменту подачи искового заявления:

2.1. Земельный участок с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, стоимостью 5 665 085,71 руб.;

2.2. Земельный участок с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, стоимостью 1 715 695,01 руб.;

2.3. Земельный участок с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, стоимостью 5 866 892,43 руб.;

2.4. Нежилое помещение с кадастровым № по адресу: <адрес>, пом. 6, стоимостью 10 938 770,74 рублей;

2.5. Нежилое здание с кадастровым номером № по адресу: <адрес> стоимостью 32 220 264,76 руб.;

2.6. Жилое помещение с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, стоимостью 2 108 707,29 руб.;

2.7. Жилое помещение с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, стоимостью 2 898 477,51 рублей;

2.8. Нежилое помещение с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, пом. 001, стоимостью 140187,58 рублей;

2.9. Земельный участок с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, стоимостью 2 583 061,94 рублей;

2.10. Жилой дом с кадастровым номером № по адресу: Астраханскаяобласть,<адрес>, стоимостью 7 123 098,31 руб.;

2.11. Жилое помещение с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, стоимостью 6296 099 рублей;

2.12. Жилое помещение с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, стоимостью 2431 301,43 руб.;

2.13. Жилое помещение с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, стоимостью 2230 157,29 рублей;

2.14. Жилое помещение с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, стоимостью 6245 406,4 руб.;

2.15. Жилое помещение с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, стоимостью 2769 970,71 руб.;

2.16. Жилое помещение с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, стоимостью 2794 723,66 руб.;

2.17. Жилое помещение с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, стоимостью 2621 035,83 руб.;

2.18. Жилое помещение с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, стоимостью 2169507,21 руб.;

2.19. Земельный участок с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, стоимостью 20 180 509,19 руб.

При принятии иска Определениями Кизлярского городского суда Республики Дагестан приняты обеспечительные меры (том 1 л.д. 44-49).

Согласно материалов дела, первым заместителем Генерального прокурора Российской ФедерацииРазинкиным А.В. заявлено ходатайство об изменении территориальной подсудности (том 1 л.д.22-23).

Генеральной прокуратурой Российской Федерации 17.04.2025 исх.№34/2-310дсп-2014 заявлено ходатайство об изменении территориальной подсудности (том 1л.д.22).

Определением Кизлярского городского суда от 22.05.2025 производство по настоящему делу приостановлено до рассмотрения вопроса об изменении территориальной подсудности (том 7 л.д.31-31).

Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Дагестан от 23.007.2025 определение Кизлярского городского суда от 22.05.2025 оставлено без изменения, а частная жалоба без удовлетворения (том 7 л.д.89-93).

Определением Пятого кассационного суда общей юрисдикции от 25.08.2025 гражданское дело по иску Генерального прокурора Российской Федерации к ФИО1, ФИО5, ФИО7, ФИО11 об обращении имущества в доход Российской Федерации передано на рассмотрение по существу в Черкесский городской суд Карачаево-Черкесской Республики (том 7 л.д.126-129).

Определением Черкесского городского суда КЧР 24.10.2025 (протокольно) в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования (на стороне истца) привлечено Федеральное агентство по управлению государственным имуществом.

Представитель истца Генерального прокурора Российской Федерации -Полынов А.В., в судебном заседании исковое заявление поддержал, сослался на обстоятельства и доводы, изложенные в исковом заявлении. Дополнительно пояснил, что ФИО1 располагает финансовым и административным ресурсом, имеет неформальные и родственные отношения с представителями власти Республики Дагестан, в 2007-2010 являлся главой муниципального образования «Кизлярский район», с 2010 на протяжении 5 лет возглавлял республиканское отделение Пенсионного фонда Российской Федерации, между тем, сведения о доходах, имуществе и обязательствах имущественного характера предоставлял не декларируя недвижимость и иные активы. Поскольку коррупционные правонарушения, как следует из ст.1 Закона №273, посягают на интересы общества и государства, защиту последних в сфере гражданских и иных правоотношений в соответствии со ст.45 ГПК РФ уполномочен осуществлять прокурор.

Представитель ответчика ФИО1 - ФИО2, привлеченный судом на основании ст.50 ГПК РФ, ввиду нахождения ответчика в розыске, в судебном заседании возражал против удовлетворения иска прокурора, сослался на доводы, изложенные в письменном возражении на исковое заявление от 24.10.2025.

Представитель ответчика ФИО5 - ФИО6, привлеченный судом в соответствии со ст.50 ГПК РФ, ввиду нахождения ответчика в розыске, возражал против удовлетворения иска прокурора.

Представители ответчика ФИО7 - ФИО8 и ФИО10, в судебном заседании просили в удовлетворении иска отказать, сославшись на пояснения, данные в судебных заседаниях и представленныхписьменных возражениях.

Представитель ФИО8, просила обратить внимание суда на то обстоятельство, что ее доверительница состоятельная женщина, имеющая денежные средства для приобретения недвижимости, и имела такую возможность до того момента, как ее зять ФИО1 стал занимать руководящую должность в Пенсионном фонде Республики Дагестан. Указанные обстоятельства нашли свое подтверждение материалами дела, а именно Выписками из ЕГРН, исследованными в судебном заседании.Кроме того, часть недвижимости, в частности земельный участок под домом), она приобретала в 2005, только впоследствии было зарегистрировано право собственности. Доказательств того, что имущество, которое истец просит обратить в доход государстваФИО7 приобрела в результате преступной деятельности, материалы дела не содержат.

Представители ФИО11 - ФИО12 иДанилочкинаТ.В., просили в удовлетворении иска прокурора в полном объеме отказать, учесть характеризующие их доверителя сведения, меценатскую деятельность, предоставлениеимдобровольныхпожертвований членам семей военнослужащих, благотворительным фондам,активную социальную позицию, и имеющиеся награды. Представили финансовые и бухгалтерские документы, в том числе первичные, подтверждающие, по мнению стороны, возможность приобретения ФИО11 спорных объектов недвижимости и его добросовестность, несовместимость его личности с коррупционным поведением. Просили учесть то обстоятельство, что ФИО11, включен в список специально обозначенных граждан.

Ранее представителями неоднократно заявлялись ходатайства о выделении исковых требований в отношении ФИО11 в отдельное производство и направлении на рассмотрение в Гагаринский районный суд г.Москва по месту жительства, в чем судом отказано ввиду того, что подсудность рассмотрения настоящего гражданского дела определена Пятым кассационным судом общей юрисдикции (том 8 л.д.190-191).

Неоднократно заявлялись ходатайства об участии ФИО11 в судебном заседании посредством Видеоконференцсвязи на базе Гагаринского районного суда г.Москва, сотрудники которого от организации уклонились, ответ на направленные заявки Черкесского городского суда об организации ВКС не предоставили.Также просили объявить в судебном заседании перерыв, или отложить рассмотрение дела на другой срок ввиду того, что ФИО11 желает лично принимать участие при рассмотрении дела, представив скрин-экрана телефона, со сведениями о якобы открытом больничном листе в личном кабинете Госуслуг на имя ФИО11, однако дата открытия больничного и иные сведения, дающие основание полагать, что больничный открыт в юридически значимый период и будет закрыт в течение 2-х, 3-х дней не предоставлено.

В данном случае, суд полагает, что поскольку представители ФИО11 на вопрос суда о том, имеются ли доказательства, свидетельствующие об уважительности неявки в судебное заседание, сообщили, о том, что справку представят позже, наличия объективных и уважительных причин для отложения судебного разбирательства на время начала судебного заседания не имелось. Между тем, в судебных заседаниях принимали участие два профессиональных юриста, действующие по нотариально заверенным доверенностям, с полностью оговоренными правами. В связи с чем, для отложения судебного заседания, оснований не имеется, все участники судебного разбирательства имели реальную возможность ознакомиться с новыми доказательствами по делу и их права не были судом ущемлены.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к выводу об удовлетворении искового заявления.

Исходя из общих начал гражданского законодательства, закрепленных в ст.1 ГК РФ, граждане и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Согласно ч.1 ст.8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В силу Конституции Российской Федерации Россия, как правовое демократическое государство обязана принимать для противодействия коррупции достаточные и эффективные правовые меры, включая направленные на предупреждение незаконного обогащения лиц, осуществляющих публичные функции (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 29.11.2016 N26-П и от 09.01.2019 N1-П). Принятие эффективных мер по противодействию коррупции является одним из важнейших условий обеспечения конституционной законности, правового равенства, взаимного доверия государства и общества (ст.15, ч.2; ст.19, ч.1; ст.75.1 Конституции Российской Федерации).

Принятие действенных мер по борьбе с коррупцией подразумевает установление определенных требований и запретов (ограничений) для лиц, должности которых связаны с повышенным коррупционным риском, а также создание специальных механизмов контроля в отношении них, их доходов и приобретаемого ими имущества. Не вступает в противоречие с КонституциейРФ и распространение ряда обусловленных замещением (занятием) соответствующей должности ограничений на период, когда лицо уже прекратило ее замещать (занимать).

При этом,суд учитывает, что до принятия ныне действующей Конституции Президент Российской Федерации издал Указ от 04.04.1992 N361 "О борьбе с коррупцией в системе государственной службы", в котором - с учетом того, что коррупция в органах власти и управления ущемляет конституционные права и интересы граждан, подрывает демократические устои и правопорядок, дискредитирует деятельность государственного аппарата, извращает принципы законности, - установлены определенные запреты и обязанности для служащих государственного аппарата.

В системе действующего правового регулирования антикоррупционные меры в развитие конституционных положений предусматриваются как в специальном законодательстве о противодействии коррупции, в частности в Федеральном законе "О противодействии коррупции" и Федеральном законе "О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам", так и в законодательстве о статусе лиц, выполняющих публичные функции.Законодателем определен круг лиц, на которых распространяется действие антикоррупционного законодательства, включая как лиц, замещающих (занимающих) или замещавших (занимавших) государственные и муниципальные должности и должности государственной и муниципальной службы, так и лиц, замещающих (занимающих) или замещавших (занимавших) должности в иных связанных с осуществлением публичных функций институтах, в том числе в государственных корпорациях (компаниях), публично-правовых компаниях.

Вне зависимости от наличия законодательных требований и ограничений, направленных на противодействие коррупции, а также специальных механизмов противодействия коррупции использование лицом, занимающим (занимавшим) публично значимую должность, своего должностного статуса для незаконного обогащения недопустимо в силу действующей прямо и непосредственно КонституцииРФ, ее ст.1 (ч.1), 3 (ч.1), 15 (ч. 1 и 2), 18 и 19 (ч. 1), и представляет собой конституционно-правовой деликт, посягающий на основы конституционного строя, а недопустимость совершения этого деликта должна быть очевидна для каждого такого лица.

Граждане, добровольно избирая профессиональную деятельность, предполагающую выполнение публичных функций, соглашаются с ограничениями, связанными с приобретаемым ими правовым статусом, а потому введение особых правил прохождения государственной и муниципальной службы и требований к избравшим ее лицам, как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, само по себе не может рассматриваться как нарушение закрепленных статьями 19 (ч.1), 32 (ч. 4) и 37 (ч.1) Конституции РФ права на равный доступ к государственной службе и права свободно распоряжаться своими способностями к труду (постановления от 29.11.2016 года N26-П, от 08.11.2023 N51-П).

С учетом этих правовых позиций характер и степень ограничения права могут быть обусловлены, в том числе уровнем тех угроз и рисков, на преодоление которых ограничение направлено, а также степенью противоправности и формами проявления тех действий субъектов правоотношений, реакцией на которые выступает ограничение права.

Таким образом, необходимость борьбы с коррупцией вытекает из основополагающих положений Конституции РФ определяющих Российскую Федерацию в качестве правового государства (ч. 1 ст. 1).

Как следует из ст.1 Федерального закона от 25.12.2008 N273-ФЗ "О противодействии коррупции", акты коррупции посягают на законные интересы общества и государства. Противодействие коррупционным проявлениям направлено на защиту публичных интересов всего общества и государства, предметом которых выступает обладающее социальной востребованностью общее благо, а не субъективные интересы отдельных участников гражданского оборота.

Обращение прокуроров с антикоррупционными исками направлено на защиту конституционно значимых ценностей (статьи 1, 4, 15, 67.1 и 75.1 Конституции РФ), которые по своей природе нематериальны. В то же время требование прокурора состоит именно в обращении конкретного имущества, находящегося у частного лица, в доход Российской Федерации.

Генеральная прокуратура Российской Федерации в рамках предоставленных процессуальным законодательством полномочий обратилась с настоящим иском в суд за защитой публичных интересов государства и общества в целом. Незаконное приобретение должностными лицами личного состояния и сращивание с бизнесом, против чего в данном иске выступает прокурор, наносит ущерб, демократическим институтам, национальной экономике и правопорядку, порождает угрозы стабильности и безопасности общества, подрывает демократические и этические ценности.

Иными словами, коррупция наносит ущерб тем ценностям, которые статьями 1, 2, 8, 17 - 19, 21, 751 Конституции Российской Федерации отнесены к числу фундаментальных, неотъемлемых и нематериальных благ.

Таким образом, изъятие имущества выступает правовым последствием нарушения должностным лицом законодательства о противодействии коррупции. Разрешение его судьбы вытекает из выводов о наличии в действиях ответчика состава коррупционного правонарушения.

Под коррупцией в ст.1 Закона N273 понимаются действия по злоупотреблению служебным положением, даче взятки, получению взятки, злоупотреблению полномочиями, коммерческому подкупу, либо иному незаконному использованию физическим лицом своего должностного положения вопреки законным интересам общества и государства в целях получения выгоды в виде имущества или услуг имущественного характера для себя, третьих лиц либо незаконное предоставление такой выгоды другими физическими лицами, в том числе за совершение этих деяний от имени или в интересах юридического лица.

Согласно п.4 ст.1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из незаконного и недобросовестного поведения. Вовлечение же в гражданский оборот коррупционных доходов или приобретенного на них имущества может ухудшать положение законопослушных хозяйствующих субъектов. Получение имущества коррупционным путем не предполагает возможности его легализации в гражданском обороте попрошествии времени.

В судебном заседании установлено и не оспаривается сторонами, что при осуществлении надзора за расследованием Следственным комитетом Российской Федерации уголовного дела № по обвинению бывшего управляющего отделением Пенсионного фонда Российской Федерации по Республике Дагестан ФИО1 по ч. 2 ст. 2051, ч.3 ст.33, ст.317, ч.5 ст.33, ч.3 ст. 30, пп. «ж», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ Генеральной прокуратурой России получены сведения о несоблюдении названным лицом в период осуществления своих служебных обязанностей предусмотренных антикоррупционным законодательством запретов и ограничений. С учетом собранных доказательств по уголовному делу № в отношении ФИО1 31.07.2015 вынесено постановление о привлечении в качестве обвиняемого по ч. 2 ст. 2051, ч. 3 ст.33, ст. 317, ч. 5 ст. 33, ч.3 ст. 30, пп. «ж», «з» ч.2 ст.105 УК РФ в финансировании террористической деятельности, совершенном лицом, с использованием своего служебного положения, организации посягательства на жизнь заместителя начальника ЦПЭ при МВД по Республике Дагестан с дислокацией в г.ФИО58.,организации покушения на убийство зам.главыадминистрации МО «Городской округ Кизляр» ФИО19 (том 3 л.д.112-129).

Согласно размещенным на официальном сайте Федеральной службы по финансовому мониторингу в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» сведениям,ФИО1 включен под <данные изъяты>

В судебном заседании установлено, что Постановлением от 05.04.2024 СУ СК РФ по Республике Дагестан, М.С.МВ., ДД.ММ.ГГГГ/р объявлен в розыск по у/<адрес>, возбужденному 09.01.2023 по ч.4 ст.159 УК РФ по факту хищения руководством отделения ПФ России по РД денежных средств в особо крупном размере, с ним в одном производстве соединены уголовные дела, возбужденные 06.10.2023 в отношении ФИО20 по ч.1 ст.293 УК РФ, и 25.03.2024 в отношении ФИО1 по п. «в» ч.3 ст.286 и ч.4 ст.159 УК РФ, и в отношении ФИО7, ФИО5, ФИО21 и ФИО22 по ч.4 ст.159 УК РФ.

Согласно Постановления от 15.05.2024 М.А.ЕВ., ДД.ММ.ГГГГ/р, совершила преступление против собственности. 09.01.2023 СУ СК РФ по Республике Дагестан в отношении ФИО5 возбуждено у/д №№, по признакам состава преступления ч.4 ст.159 УК РФ. 08.05.2024 в отношении ФИО5 вынесено постановление о привлечении в качестве обвиняемой по ч.4 ст.159 УК РФ. В Федеральный розыск ФИО5 объявлена циркуляром № от 17.04.2024.

Судом достоверно установлено, что ФИО1, согласно трудовой книжке №АТ–V № от 15.10.1996 (том 2 л.д.2-5) с 01.06.2000 по 10.07.2001 числился Уполномоченным (в последствии старшим Уполномоченным) Отделения пенсионного фонда Республики Дагестан по <адрес>; с 26.06.2001 по 01.04.2003работал заместителем начальника Республиканской государственной службы по охране окружающей среды и природных ресурсов Республики Дагестан;01.04.2003 освобожден от занимаемой должности в связи с избранием в депутаты Народного собрания Республики Дагестан;13.03.2007 избран главой Муниципального образования «<адрес>», в должности он состоял до 07.04.2010; 09.04.2010 назначен заместителем управляющего ОПФР по РД (распоряжение председателя правления Пенсионного фонда Российской Федерации от 09.04.2010 №рл);22.04.2010 назначен управляющим Государственным учреждением - ОПФР по РД (распоряжение председателя правления Пенсионного фонда Российской Федерации от 22.04.2010 №рл).

В соответствии с постановлением правления Пенсионного фонда Российской Федерации от 12.11.2015 №пл ФИО1 уволен вследствие прекращения допуска к государственной тайне (п.10 ч.1 ст.83 Трудового кодекса РФ). При этом, основанием для прекращения трудового договора являлось представление Службы экономической безопасности ФСБ России от 13.10.2015 №/К/4-5810 (том 2 л.д.22).

Таким образом, занимая различные государственные должности в период с 09.04.2000 по 12.11.2015 ФИО1 был обязан представлять сведения о доходах и расходах, а с 01.06.2000, соблюдать установленныезаконом Российской Федерации о противодействии коррупции для данной категории работников запреты и ограничения.

С 2012 по 2014 ФИО1 в Управление кадровой политики Пенсионного фонда Российской Федерации представлялись сведения о доходах, имуществе и обязательствах имущественного характера, согласно которым, а также сведениям Федеральной налоговой службы Российской Федерации, общий доход с 09.04.2010 по 12.11.2015 составил 4587780,06 руб., с которого, в свою очередь, уплачен подоходный налог по ставке 13%.

Указанные обстоятельства достоверно подтверждаются материалами дела, в том числе справками о доходах физического лица за 2010 - общая сумма дохода 435224,25 руб.; за 2011 № – общая сумма дохода 671771,02 руб.; за 2012 – общая сумма дохода 644141,81 руб.; за 2013 – общая сумма дохода 636369,95 руб.; за 2014 – общая сумма дохода 1152054,36 руб.; за 2015 – общая сумма дохода 1048218,67 руб.; за 2013 – общая сумма дохода 636369,95 руб. и Справками за указанный период в отношении ФИО1 и членов его семьи (том 2 л.д.6-110).

При этом, суд учитывает и сторонами не оспорено, что недвижимое имущество ответчиком ФИО1 не декларировалось.

Таким образом, проверка представленных сведений, а также информации о доходах, имуществе и обязательствах имущественного характера за период 2011-2015 выявила явное несоответствие расходов указанного лица полученным доходам.

Свое положение на руководящей должности в Пенсионном фонде РФответчик использовал вопреки законным интересам службы, во вред обществу и государству с целью личного обогащения, родственников и подконтрольных лиц, а также для финансирования терроризма. Согласно материаламуголовного дела №, ФИО1 в июне 2010 для организации убийств сотрудников правоохранительных органов Республики Дагестан осуществил финансирование незаконного вооруженного формирования, целью которого являлось насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации, 3000000,00 руб. В ходе проверки получены данные, что ФИО24 на основании договора купли-продажи от 04.08.2010 продал ОАО «Газинжсети» (ИНН <***>, ОГРН <***>, ликвидировано 07.09.2021) за 235000000,00 руб. здание с кадастровым номером № и земельный участок под ним с кадастровым номером № по адресу:РД, <адрес> «д», ранее земельный пл.1392,0 кв.м. находился в собственности государства.

Кроме того, компетентными органами установлено, что с 2010 по 2021 одним из учредителей ОАО «Газинжсети» являлся двоюродный брат ФИО1 - ФИО9 А.С. и названные объекты имущества у ОАО «Газинжсети» 18.11.2013 на основании договора купли-продажи приобретены ответчиком по настоящему делуМергиновойТатьяной Алексеевной, являющейся матерью супруги ФИО1 - ФИО14 (ФИО38) А.Е., по цене 20 000000,00 руб. (том 5).

При этом ФИО7, с 2011 по 2015 получала только пенсию по старости в размере 4723,29 руб. в месяц, иного дохода по данным Федеральной налоговой службы Российской Федерации не имела, указанные обстоятельства нашли достоверное подтверждение материалами настоящего гражданского дела вопреки доводам представителей ФИО7 – ФИО8, ФИО10, о том, что денежные средства у их доверительницы водились и в том числе спорное имущество, числящееся за ФИО7, которое истец просит обратить в доход РФ: нежилое здание площадью 476,9 кв.м, с кадастровым номером № по адресу: РД, <адрес>; нежилое здание площадью 171кв.м. с кадастровым номером № по адресу: РД, <адрес>,корпус «б»; жилое здание площадью 866,8 кв.м, с кадастровым номером № по адресу: РД, <адрес> было фактически приобретено и построеноФИО7 задолго до назначения ФИО1 управляющим отделения Пенсионного фонда РФ по РД, которые в данном случае юридического значения для разрешения спора не имеют.

Не принимает во внимание суд и то обстоятельство, что жилой дом площадью 866,8 кв.м, с кадастровым номером № по адресу: РД, <адрес> построен М.Т.АБ. на основании распоряжения за № от 26.12.2005, а был достроен в 2009, т.е. за год до назначения ФИО1 на должность в пенсионном фонде (апрель 2010). Сведения о годе постройки и основание регистрации права собственности за ФИО15 на объект указаны в выписке из ЕГРН: год постройки- 2009, основание - разрешение на ввод объекта в эксплуатацию №, выданный 02.11.2011 главным архитектором МО «<адрес>» ФИО34, также не состоятельна ссылка представителей ФИО7 на то обстоятельство, что нежилые помещения площадью 171 кв.м, и 476,9 кв.м, фактически куплены ФИО7 задолго до назначения ФИО1 на должность в госорганах по устным сделкам. Письменные договоры купли продажи были составлены в конце 2012 для регистрации перехода права собственности, есть фактически сделки по купле-продаже имущества с передачей денег продавцу были совершены до назначения ФИО16 на госслужбу, к тому же, до приобретения данных объектов ФИО7 были проданы несколько объектов, право собственности на которые у нее возникло еще задолго до назначения ФИО1 на госслужбу. В частности: в 2006 ею было приобретено нежилое помещение площадью - 2228 кв.м, по <адрес>. 16, в <адрес>, Республики Дагестан, а в январе 2011 это здание продано; нежилое здание площадью -492,4 кв.м. по адресу:РД, <адрес>, приобретено в 2008 и продано в январе 2011; нежилое здание площадью - 739,3 кв.м. по адресу: РД, <адрес>, приобретено в 2008 и продано в январе 2011; жилое здание площадью 263,5 кв.м, по адресу: РД, <адрес>, приобретено в 2007 и продано в ноябре 2010; жилое здание площадью 66,2 кв.м, по адресу, РД, <адрес> приобретено в 2007 и продано в январе 2011.

Судом достоверно установлено и материалами дела подтверждается, чтоМергиноваТ.АДД.ММ.ГГГГ г/р имеет среднее образование (профессия - рабочая), с 30.10.1973 по 22.10.1974 зачислена на Кизлярский хлебозавод на должность рабочей в цеху; с 25.11.1974 по 27.01.1975 работала ученицей в колбасном цеху на Кизлярском мясокомбинате; с 16.04.1977 по 01.07.2001 на Кизлярскоммаслосырзаводе в разных должностях (подсобной рабочей 1-го разряда, ученицей лаборанта, лаборантом химико-бактериологических анализов 3 разр., контролером светофильтра, учеником аппаратчика, рабочей 1-го разряда) (том 3 л.д.88-92).

Таким образом, суду не предоставлено допустимых и достоверных доказательств того, какие обстоятельства предшествовали заключению указанных договоров и на какие средства спорное имущество было приобретено ответчиком ФИО7, в том числе ранее реализованное.

Между тем, материалами дела достоверно подтверждено, что между МуртазалиевымСагидом Магомедовичем, ДД.ММ.ГГГГ/р и ФИО17, ДД.ММ.ГГГГ/р Отделом ЗАГС Г.Кизляра Республики Дагестан ДД.ММ.ГГГГ заключен брак, о чем составлена актовая запись №), при этом, также имеются сведения о государственной регистрации расторжения брака ДД.ММ.ГГГГ.

На момент заключения брака ФИО1 работал в АО «Оригинал»помощником директора, ФИО5, не работала.

Супруги (бывшие) МуртазалиевыСагид и Алла имеют пятерых детей: ФИО56, ДД.ММ.ГГГГ/р; ФИО55, ДД.ММ.ГГГГ/р; ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ/р; ФИО57, ДД.ММ.ГГГГ/р; ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ/р.

Таким образом, уже с 1996 ответчикиФИО1, ФИО5 и ФИО7 имели семейные узы (том 2 л.д.198).

Не имеет правового значения в данном случае и ссылка стороны ответчика та то, что в настоящее время спорные объекты не существуют, они снесены, чтобы построить другие нежилые помещения. Так, представленные на обозрение суда Уведомления об отказе в предоставлении муниципальной услуги «Выдача разрешения на ввод объекта в эксплуатацию»от 27.04.2023 оцениваются судом критически, поскольку отношения к объектам, являющимся предметом спора.

Какой-либо доход у детей ФИО7 - ФИО14 (ФИО38) А.Е. и ФИО22, также отсутствовал, доказательств обратного, стороной ответчиков не представлено.

Так, ФИО7 по договору дарения 13.03.2014 передала спорныйземельный участок и здание по <адрес> «д» своей дочери ФИО14 (ФИО38) А.Е. - супруге ФИО1 В свою очередь, ФИО14 (ФИО38) А.Е. с целью скрыть коррупционное происхождение имущества передала по договору дарения 10.11.2014 земельный участок и здание родному брату ФИО22 Таким образом, материалами дела подтверждается, что в период руководства ФИО1 ОПФР по РД объекты имущества на основании государственных контрактов от 06.12.2011, 02.12.2013, 28.03.2014 и14.11.2014 арендовались отделением у аффилированных ФИО1 лиц: ФИО28 (двоюродный брат), ФИО14 (ФИО38) А.Е. (супруга), ФИО7 (мать супруги), ФИО22 (брат супруги) (том 4).

По указанному факту СУ СК России по Республике Дагестан 09.01.2023 возбуждено уголовное дело № по ч.4 ст.159 УК РФ по факту хищения денежных средств отделения, и сразу после этого названные объекты недвижимости ФИО22, 16.02.2023 отчуждены в пользу ФИО11 на основании договора купли-продажи за 126600000,00 руб. (том 6 л.д.227-234).

Из искового заявления следует, что указанные действия сторон свидетельствует об умышленном сокрытии неправомерно нажитого имущества в целях легализации незаконно полученных доходов. Стоимость недвижимости занижена, поскольку кадастровая оценка объектов составляет: 274151647,46 руб. (здание) и 2609252,43 руб. (земельный участок).

Между тем, суд полагает необходимым отметить, что в ходе судебного разбирательства установлено, что представитель истца в судебном заседании 06.11.2025 признал и согласился с тем обстоятельством, что реальная цена сделки соответствовала кадастровой стоимости Здания и Земельного участка на дату её совершения, однако в данном случае, суд полагает необходимым отметить, что в случае изъятия указанных выше объектов у ФИО11 появится денежное право требования к продавцу о возмещении соответствующих убытков, исковые требования направлены не на установление добросовестности в данном случае, ФИО11, а именно изъятия объекта, ранее приобретенного (иными лицами) преступным путем. Таким образом, настоящий судебный акт,безусловнопорождает обязательство ФИО22 возместить стоимость Объектов и убытки собственнику, лишившемуся указанного имущества.

Между тем, суд полагает необходимым отметить, что при обращении в доход государства соответствующего имущества целью такого требования не является восстановление прав участника гражданского оборота, как это имеет место, например, при виндикации или реституции. Не опосредует применение меры и гражданско-правовую ответственность за нарушение антикоррупционных требований и запретов в смысле возмещения ущерба иным лицам, пострадавшим от деяний коррупционной направленности. Если применение гражданско-правовых оснований изъятия имущества у лица и передачи другому лицу имеет компенсаторный, по общему правилу, характер, то при рассматриваемом обращении имущества в доход государства, напротив, цели компенсации не являются определяющими: оно служит особого рода неблагоприятным последствием противоправного поведения, применяемым в случае несоблюдения лицом антикоррупционных требований и запретов. Уполномоченный на предъявление иска об обращении в доход государства имущества и денежных средств прокурор действует, таким образом, не в целях восстановления нарушенных субъективных гражданских прав публично-правового образования, а в целях защиты общественных и государственных интересов, что соответствует характеру возложенных на прокуратуру РФ публичных функций (ст.129 Конституции РФ), связанных с поддержанием правопорядка.

Вынося итоговый судебный акт, суд принимает во внимание активную гражданскую позицию ответчика ФИО11, его заслуги и благотворительную деятельность, направленную на оказание помощи семьям, пострадавшим в СВО, а также иную общественную деятельность.

Относительно того обстоятельства, что ФИО11 является независимым лицом по отношению к остальным Ответчикам, никаким образом не относящимся к эпизодам, описанным в исковом заявлении, однако в результате рассмотрения настоящего дела в соответствии с заявленным предметом требований есть вероятность утраты им имущества без определения каких-либо последствий в отношении заключённого и исполненного сторонами договора, что нарушает принципы правовой определённости, общеобязательности и исполнимости судебных актов, суд полагает необходимым отметить, что не привлечение всех участников сделок, имевших место при переходе прав на спорное имущество, никоим образом не нарушит права лиц, проявивших должную осмотрительность и добросовестность на дальнейшее восстановление своих гражданских прав.

Так, в ч.1 ст.17 Федерального закона "О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам", непосредственной целью которого, как следует из его ст.1, является противодействие коррупции, законодатель установил, что Генеральный прокурор РФ, подчиненные ему прокуроры в течение четырех месяцев со дня получения соответствующих материалов рассматривают их в пределах своей компетенции, установленной Федеральнымзаконом от 17.01.1992 N2202-I "О прокуратуре РФ", после чего в порядке, предусмотренном законодательством о гражданском судопроизводстве, обращаются в суд с заявлением об обращении в доход РФ земельных участков, других объектов недвижимости, транспортных средств, ценных бумаг (долей участия, паев в уставных (складочных) капиталах организаций), цифровых финансовых активов, цифровой валюты, в отношении которых лицом, замещающим (занимающим) одну из должностей, указанных в п.1 ч.1 ст.2 Федерального закона "О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам", не представлено сведений, подтверждающих их приобретение на законные доходы, или об обращении в доход РФ денежной суммы, эквивалентной стоимости такого имущества, если его обращение в доход РФ невозможно.Согласно ч.2 ст.17 Федерального закона при выявлении в ходе осуществления контроля за расходами лица, замещающего (занимающего) или замещавшего (занимавшего) одну из должностей, указанных в п. 1 ч.1 его ст. 2, а также за расходами его супруги (супруга) и несовершеннолетних детей обстоятельств, свидетельствующих о несоответствии расходов данного лица, его супруги (супруга) и несовершеннолетних детей их общему доходу, Генеральный прокурор РФ или подчиненные ему прокуроры также обращаются в суд с соответствующим заявлением.

Такое обращение в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не было представлено сведений, подтверждающих его приобретение на законные доходы, предполагает, что в случае выявления в соответствии с установленными этим Федеральным законом параметрами расхождения между доходами и расходами получение незаконных доходов от коррупционной деятельности презюмируется и не требуется установления и доказывания совершения конкретных деяний коррупционной направленности, вследствие которых те или иные активы приобретены контролируемым лицом (лицами). Бремя же доказывания приобретения имущества на законные доходы лежит на самом лице, об обращении имущества которого в доход Российской Федерации предъявлен иск. Тем самым в основание антикоррупционных исков может быть положено количественное сопоставление официально получаемых данных, касающихся совокупного дохода соответствующего лица и указанных в законе членов его семьи, и произведенных ими расходов за определенный период.

При этом, обстоятельство, что согласно ч.2 ст. 18ФЗ "О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам" обязанность подачи сведений возникает в отношении сделок, совершенных с 01.01.2012, не означает легализацию приобретения до этой даты имущества вследствие нарушения требований и запретов, направленных на противодействие коррупции, как с очевидностью посягающего - вопреки КонституцииРоссийской Федерации и законодательству - на основы правопорядка и нравственность.

Предшествующая редакция ст.169 ГК РФ, не связывающая, в отличие от действующей редакции, возможность взыскания полученного по сделке, совершенной с заведомо противной основам правопорядка или нравственности целью, в доход РФ с наличием специального указания на такое последствие в законе и применяемая к сделкам, совершенным до дня вступления в силу действующей редакции этой статьи (ч.6 ст.3 от 07.05.2013 N100-ФЗ "О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I ч.1 и ст.1153 ч.3ГК РФ"), также подразумевает возможность наступления таких последствий, но не посредством отсылки к соответствующему публично-правовому механизму, а в силу того, что коррупционные действия - как получение незаконных доходов, так и их легализация - по определению противоправны и антисоциальны, а значит, сделки, опосредующие такие действия, противоречат основам правопорядка и нравственности.

Таким образом, с целью ухода от необходимости декларирования и сокрытия своего реального имущественного положения право собственности на другие объекты недвижимости, фактически принадлежащие ФИО1 и приобретенные на его незаконные доходы, регистрировалось, в том числе на ФИО7

Так, судом установлено, что в собственности ФИО7 находится следующее недвижимое имущество, приобретенное (оформленное) в период с 2010 по 2015: нежилое здание ск/н № по адресу: <адрес>, по договору купли-продажи от 12.09.2012, кадастровой стоимостью 6703328,32 руб. (на момент приобретения кадастровая стоимость уполномоченным органом не утверждена);нежилое здание с к/н № по адресу: <адрес>, корп. «б», приобретенное по договору купли-продажи от 24.01.2013 кадастровой стоимостью 689464,67 руб. (на момент приобретения кадастровая стоимость уполномоченным органом не утверждена); жилое здание с кадастровым номером № по адресу: РД, <адрес> право собственности зарегистрировано на основании разрешения на ввод объекта в эксплуатацию №11 от 02.11.2011, кадастровой стоимостью 13904855,29 руб. (на момент приобретения кадастровая стоимость не утверждена).

Кроме того, на имя ФИО7 в период с 2010 по 2015 оформлены следующие объекты недвижимости, отчужденные к моменту проведения проверки:з/у с к/н № по адресу: <адрес>, уч.11, приобретенный по договору купли-продажи от 13.03.2012, кадастровой стоимостью 1099440 руб.;з/у с к/н № по адресу: <адрес>, №, приобретенный по договору купли-продажи от 11.11.2015, кадастровой стоимостью 1715695,01 руб.; з/у с к/н № по адресу: <адрес>, уч.57а, приобретенный по договору купли- продажи от 24.11.2012, кадастровой стоимостью 5866892,43 руб.; нежилое помещение с к/н № по адресу: <адрес>, пом.6, приобретенное на основании разрешения на ввод объекта в эксплуатацию администрации <адрес> от 25.07.2013, кадастровой стоимостью 10938770,74 руб. (на момент приобретения кадастровая стоимость уполномоченным органом не утверждена); нежилое здание с к/н № по адресу: <адрес>, городской округ <адрес>, стр.57а, приобретенное по договору купли-продажи от 24.11.2012, кадастровой стоимостью 32220264,76 руб. (на момент приобретения кадастровая стоимость не утверждена); жилое помещение с к/н № по адресу: <адрес>, приобретенное по договору купли- продажи от 20.10.2011, кадастровой стоимостью 3628683,05 руб. (на момент приобретения кадастровая стоимость не утверждена); земельный участок с к/н № <адрес>, по договору купли-продажи от 19.10.2011, кадастровой стоимостью 546230,87 руб.; жилой дом с к/н № поадресу: <адрес>, приобретенный по договору купли-продажи от 19.10.2011, кадастровой стоимостью7123098,31 руб. (на момент приобретения кадастровая стоимость не утверждена); жилое помещение с к/н № по адресу: <адрес>, приобретенное по договору купли-продажи от 20.10.2011, кадастровой стоимостью 13231672,65 руб. (на момент приобретения кадастровая стоимость не утверждена).В последующем из жилого помещения с к/н № образованы следующие объекты недвижимости, которые также зарегистрированы на М.Т.АВ.:жилоепомещение с кадастровым№ по адресу: <адрес>, приобретенное по договору купли-продажи от 20.10.2011,кадастровой стоимостью 6296099,00 руб.(на момент приобретения кадастровая стоимость не утверждена);жилое помещение с к/н № по адресу: <адрес>,приобретенное по договору купли- продажи от 20.10.2011,кадастровойстоимостью2431301,43 руб. на момент приобретения кадастровая стоимость не утверждена);жилоепомещениеск/н №:Астраханскаяобласть,<адрес>, Ленинскийрайон,<адрес>,приобретенное по договору купли- продажиот20.10.2011, кадастровой стоимостью2230157,29руб.(на момент приобретения кадастроваястоимостьнеутверждена);жилоепомещениеск/№:Астраханскаяобласть,<адрес>, по договору купли- продажи от 20.10.2011, кадастровой стоимостью 6245406,4 руб. (на момент приобретения кадастровая стоимость не утверждена);жилоепомещениеск/н30:№:Астраханскаяобласть,<адрес>,Ленинскийрайон,<адрес>, по договору купли-продажиот20.10.2011,кадастровой стоимостью 2769970,71 руб. (на момент приобретения кадастровая стоимость не утверждена);жилое помещениеск/н30:№:Астраханскаяобласть,<адрес>, по договору купли- продажиот20.10.2011,кадастровойстоимостью2794723,66руб. (на момент приобретения кадастровая стоимость не утверждена);жилоепомещениеск/н30№:Астраханскаяобласть,<адрес>, по договору купли- продажиот20.10.2011,кадастровой стоимостью 2621035,83руб. (на момент приобретения кадастроваястоимостьнеутверждена);жилоепомещениеск/№:Астраханскаяобласть,<адрес>,Ленинскийрайон,<адрес>, по договору купли- продажиот 20.10.2011,кадастровойстоимостью2169507,21руб.(на момент приобретения кадастровая стоимость не утверждена).Также из жилого помещения с к/н № образованы объекты недвижимости, которые зарегистрированы за ФИО7:жилоепомещениеск/№:Астраханскаяобласть,<адрес>, по договору купли- продажи от20.10.2011,кадастровойстоимостью2108707,29руб.(на момент приобретения кадастровая стоимость не утверждена);жилое помещение с к/№: <адрес>,по договору купли- продажиот20.10.2011,кадастровойстоимостью2898477,51руб. (на момент приобретения кадастровая стоимость не утверждена);нежилое помещение с к/№: <адрес>, пом. 001, приобретенное по договору купли- продажи от 20.10.2011, кадастровой стоимостью 140187,58 руб.(на момент приобретения кадастровая стоимость не утверждена).

Кроме того, ФИО14 (ФИО38) А.Е. в период 2010-2015 приобретен земельный участок с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, по договору купли-продажи от 16.08.2013, кадастровой стоимостью 2130019,6 руб., отчужденный к моменту проведения проверки.

Кадастровая стоимость объектов недвижимости, приобретенных в 2011-2013 и оформленных на ФИО7 и ФИО14 (ФИО38) А.Е., по состоянию на 2025 значительно возросла и составила:земельный участок по адресу: Республика Дагестан, <адрес> (к/н №)-5665085,71 руб.;земельный участок по адресу: Астраханская область, г.Астрахань, Ленинский район, ул.Романтическая, 9 (к/н №)-2583061,94 руб.;земельный участок по адресу: <адрес> (к/н №) - 20180509,19 руб.

Таким образом, суд полагает установленным, что в результате противоправных действий ФИО1 приобрел из источников, не предусмотренных законом в свою пользу недвижимость, стоимость которой по состоянию на март 2025 составляет 417057500,17 руб. Данные обстоятельства подтверждаютсясведениями Службы экономической безопасности ФСБ России, Федеральной службы по финансовому мониторингу (впоследствии принятыми к сведению при возбуждении уголовного дела), Федеральной налоговой службы Российской Федерации и иными доказательствами.

Полученные материалы свидетельствуют о том, что с целью сокрытия своих незаконных доходов ответчик не указывал их в справках о доходах, расходах и обязательствах имущественного характера, представляемых им в Пенсионный фонд Российской Федерации, а незаконно полученные денежные средства тратил на приобретение дорогостоящего имущества, при этом, оформляя его на близких родственников и финансирование террористической деятельности.

Обязанность лиц, замещающих государственные должности в Российской Федерации, ежегодно представлять сведения о своих доходах и принадлежащем им имуществе предписана Указом Президента Российской Федерации от 15.05.1997 N484.

Как указано выше, ФИО1, с 01.04.2003 до избрания главой муниципального образования «Кизлярский район» (в должности состоял до 07.04.2010), был избран депутатомНародного Собрания Республики Дагестан, а ранее также состоял на разных государственных должностях, соответственно, на него уже в то время распространялись запреты и ограничения. Таким образом, запреты для лиц, имеющих депутатский мандат, во многом аналогичны предусмотренным для лиц, замещающих государственные должности, муниципальные должности, должности государственной и муниципальной службы, связаны с их особым публичным статусом и направлены на создание условий, не допускающих возможных злоупотреблений с их стороны при осуществлении публичной власти.

Вместе с тем, из представленных сторонами и исследованных в судебном заседании доказательств следует, что приведенные требования ФИО1 не соблюдал.

Из пояснений представителя Генеральной прокуратуры Российской Федерации в судебном заседании следует, что ФИО1 после избрания на государственные должности занимался деятельностью по покупке и реализации недвижимости, на суммы, существенно превышающие его официальный заработок и доход, не сообщал об обязательствах имущественного характера, переводил и получал крупные суммы от подконтрольных ему лиц.

При этом получаемый доход от деятельности формировался из незаконных источников. Указанной деятельностью он продолжил заниматься и после избрания руководителем Пенсионного фонда Республики Дагестан.

Приведенные пояснения стороны истца согласуются с имеющимися в материалах дела и исследованными судом доказательствами, в том числе протоколами допроса, в том числе ФИО28, Постановлениями, вынесенными в рамках возбужденных уголовных дел, заключением Росфинмониторинга России (результаты которого были впоследствии использованы в оперативный целях), результатами оперативно-розыскной деятельности Управления ФСБ России и иными материалами дела.

В соответствии со статьями 59, 60, 67 ГПК РФ суд оценивает вышеприведенные доказательства, как относимые и допустимые, поскольку они отвечают требованиям закона и имеют значение для разрешения дела. Оснований сомневаться в достоверности полученных из компетентных источников сведений у суда не имеется. Они носят последовательный и не противоречивый характер. Доводы представителей ответчиков о признании недостоверными доказательством по делу Справки от 09.04.2024 исх.№-дсп суд отклоняет как бездоказательственные и в соответствии со ст. 59, 60 ГПК РФ оценивает их как относимое и допустимые, поскольку она имеет значение для разрешения дела и принимается во внимание.

Доводы истца о наличии тесных связей междуФИО1, ФИО5 и ФИО7 и иными аффилированными лицами и организациями, также подтверждаются результатами финансового расследования Росфинмониторинга, справка которого приобщена к материалам дела (том 2 л.д.111-115).

Информационную справку Росфинмониторинга суд оценивает по правилам ст.67 ГПК РФ и учитывает, что выводы этого уполномоченного органа находятся во взаимосвязи с другими доказательствами, подтверждающими их состоятельность и достоверность.

Доводы представителей ответчиков о том, что результаты проверки Федеральной службы по финансовому мониторингу не отвечают требованиям закона о допустимости доказательств, носят информационный и предположительный характер, требуют проверки на основе изучения первичных документов, в связи с чем не могут приниматься и использоваться для разрешения дела, судом отклоняются, как не основанные на законе.

Установлено, что вышеизложенная информация получена от уполномоченного и компетентного органа, у Росфинмониторинга имелись полномочия для проведения соответствующей проверки, доступ к первичной информации об операциях и самих клиентах, а предметом его анализа являлись конкретные данные об ответчиках и их имущественном положении сведения из банковских учреждений, налоговых органов,других организаций.

Также суд принимает во внимание сведения, ФСБ служба экономической безопасности от 04.08.2023 №, в рамках организации взаимодействия направленные на имя первого заместителя Генерального прокурора Российской Федерации, согласно которых при сопровождении уголовного дела №, возбужденного ГСУ СК России по ч.2 ст.205.1, ст.317, п. «ж» ч.2 ст.105 УК России в отношении экс-руководителя отделения Пенсионного фонда России по Республике Дагестан ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ/р. По результатам проведенных ОРМ установлено имущество, принадлежащее ФИО1, приобретенное на средства от преступной деятельности, оформленное на его родственников и близких, приблизительная рыночная стоимость имущества составляет 3 млрд. руб. на основании изложенного, можно сделать вывод о том, что ФИО1 использует денежные средства, полученные от аренды и реализации указанных объектов, а также прибыль подконтрольных юридических лиц, для финансирования террористических и экстремистских организаций, наносящих ущерб безопасности РФ (том 2 л.д.116-117).

Таким образом, анализируя приведенные доказательства в совокупности, суд находит подтвержденным, что ФИО1 в период осуществления им полномочий на государственных должностях, а именно с июня 2000года в должностях: Уполномоченного (в последствии старшего) ПФР по <адрес>, депутата Народного Собрания Республики Дагестан, Главы муниципального образования «<адрес>», заместителя начальника Республиканской государственной службы по охране окружающей среды и природных ресурсов РД, заместителем управляющего государственным учреждением ОПФР по РД и Управляющим ГУ-ОПФР РД, ответчики (за исключением ответчика ФИО11) находились под его влиянием и влиянием привлеченных им аффилированных лиц.

Таким образом, в судебном заседании нашли достоверное подтверждение доводы Генеральной прокуратуры Российской Федерации о том, что ФИО1 пребывая во власти, фактически использовал свое должностное положение вопреки законным интересам службы, во вред обществу и государству с целью личного обогащения, родственников и подконтрольных лиц.

Что касается ответчика ФИО11, суд принимает во вниманиевсе ранее описанные характеризующие личность ФИО11 доказательства, однако считает необходимым отметить, что являясь крупным предпринимателем, бизнесменом и меценатом, а также уроженцем Республики Дагестан, ФИО11, приобретая в начале 2023 года земельный участок и нежилое здание, в котором располагалось и располагается по настоящее время Управление Пенсионного фонда Республики Дагестан в <адрес> «д» за 126600000,00 руб., у близкого родственника ФИО1, должен был и мог предвидеть негативные последствия указанной сделки, ввиду того, что из пояснений лиц, принимающих участие в судебном заседании следовало и не оспаривалось ни одной из сторон, что семьи ФИО38 и М-вых являются известными и влиятельными в <адрес>. Кроме того, являясь руководителем крупной организации, текущая деятельность которой предполагает действия ее учредителей и руководителей по формированию бизнес-плана, выработке стратегии развития, выбору видов деятельности, места нахождения и наименования, расчету прибыльности и окупаемости, приобретение крупных активов, приобретение помещений, учет и погашение платежей, поиск и найм сотрудников, ведение бухгалтерской и иной отчетности, взаимодействие с контрольными органами и контрагентами, арендные обязательства, предполагают и наступление определенных рисков. Таким образом, выполнение перечисленных задач, фактически невозможно без волеизъявления и непосредственного вовлечения участника и руководителя юридического лица.

Таким образом, ссылки представителей ответчиков о том, что ФИО11 никогда даже не слышал о ФИО1 (в т.ч. его спортивных достижениях, проблемах с правоохранительными органами Российской Федерации), судом оценивается критически.

Возражая против удовлетворения иска, ответчики, в том числе ссылались на недопустимость доказательств, добытых по уголовному делу, приговор по которому не вынесен. Суд отклоняет эти доводы, как не основанные на законе, поскольку ст.71 ГПК РФ позволяет принимать в качестве письменного доказательства акты, договоры, справки, иные документы и материалы, содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела. К письменным доказательствам относятся приговоры и решения суда, иные судебные постановления, протоколы совершения процессуальных действий, протоколы судебных заседаний, приложения к протоколам совершения процессуальных действий. Документы, имеющиеся в материалах дела, составлены по правилам ст. 166 УПК РФ и в силу прямого указания гражданского процессуального закона являются протоколами совершения процессуальных действий. Происхождение документов из уголовного дела, где они имеют аналогичный статус, не изменяет их правовой природы и не отменяет названное положение по настоящему делу.

Расходы ФИО1 и членов его семьи на проживание, приобретение недвижимого имущества и транспортных средств, свидетельствуют о том, что ответчик и члены его семьи несли значительные траты, размер которых явно превышал размер их заработной платы (пенсии ФИО7), как единственного законного источника дохода. При этом доказательств, подтверждающих законность происхождения денежных средств в сумме расходов, превышающих размер доходов, полученного по месту работы, получения пенсии, ответчиками не представлено.

Таким образом, суд приходит к выводу, что представленными в материалах дела доказательствами подтверждается, что декларируемые в рамках декларационной компании доходы ФИО1 полученные им по основному месту работы, являлись несоответствующими расходам последнего и имелся иной источник обеспечения таких расходов, что подтверждает указание истца, что таким источником дохода являлась преступная деятельность. Действуя добросовестно и соблюдая предусмотренные актикоррупционным законодательством запреты и ограничения, связанные с занятием государственных должностей, ФИО1 должен был принять меры к прекращению своего участия в приобретении крупных объектов недвижимости, снятии и вложении денежных средств на счета, в том числе в иностранных банках. И предтече указанного имущества другим лицам. Однако данную обязанность он не исполнил, следовательно, его деятельность, а также нарушении законодательных запретов являются незаконной, что в свою очередь указывает на обоснованной исковых требований.

Ранее судом дана оценка налоговым декларациям ФИО1 и членов его семьи, представленным в качестве доказательств, обосновывающих исковые требования. Доказательств недостоверности сведений, указанных в налоговых декларациях ответчиками и их представителями, не представлено.

Представители ответчика ФИО18 оспаривали возможность изъятия объектов недвижимости, в силу его добросовестности, не соглашаясь с подходом истца при установлении объема исковых требований, ссылались на несение ФИО11 расходов, том числе в связи взысканием задолженности по арендным платежам, что подтверждается судебными актами, предоставленными стороной ответчика. Полагали, что если суд придёт к необходимости удовлетворения иска в отношении ФИО11, необходимо ограничиться взысканием денежного эквивалента.

Вместе с тем, данные доводы ответчика не основаны на законе. По смыслу положений подп.8 п.2 ст.235 ГК РФ предметом судебного разбирательства является не экономическая природа имущественного положения ответчиков, а проверка законности его происхождения.

Из установленных в ходе рассмотрения дела обстоятельств следует, что ФИО1 и подконтрольные ему лица, поступая вопреки установленным антикоррупционным законодательством ограничениям, фактически занимался запрещенной деятельностью, в том числе, извлечением прибыли и незаконной выгоды по сдаче в аренду нежилого помещения по адресу: РД, <адрес> (ранее объект находился в собственности государства). Действующее антикоррупционное законодательство не позволяло заниматься предпринимательской деятельностью, участвовать в управлении хозяйствующими субъектами, производить отчуждение, недвижимого имущества подконтрольным ему физическим и юридическим лицам, выступать лицом, выполняющим в этих организациях организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции, получать доходы из непредусмотренных законом источников, то есть все те действия, в силу которых он и другие ответчики достигли запрещенного результата в виде обогащения в размере 417057500,17 руб.,при имеющихся сведениях об общем доходе за 09.04.2010 - 12.1.2015 – 4587780,06 руб. (без учета подоходного налога по ставке 13%).

Данный подход подтверждается правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, содержащейся в п.5.3 Постановления от 29.11.2016 N26-П, по буквальному смыслу подп.8 п.2 ст. 235 ГК РФ и ст.17 Федерального закона N230-ФЗ, предполагается, что имущество, в отношении которого государственным (муниципальным) служащим не представлено сведений, подтверждающих его приобретение на законные доходы, подлежит изъятию в целом, независимо от того, что в какой-то части затраты на его приобретение могли быть произведены из законных доходов.

Таким образом, в суде нашли подтверждение доводы истца о том, что в период нахождения в должности Управляющего ОПФР по РД в нарушение антикоррупционного законодательства занимался предпринимательством, через доверенных лиц управлял подконтрольными организациями, скрывая источники приобретения крупных объектов недвижимости.

К гражданско-правовым последствиям коррупционного поведения пп. 8 п.2 ст.235 ГК РФ относит возможность принудительного изъятия судом у собственника в доход государства имущества, когда им не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения законным путем. В силу названной нормы имущество, полученное вследствие нарушения установленных антикоррупционным законодательством запретов и ограничений подлежит обращению исключительно в доход РФ и не может являться легальным объектом гражданского оборота, быть законным средством платежа, а также находиться у кого-либо на законных основаниях.

Совокупность вышеприведенного нормативного регулирования рассматриваемой сферы правоотношений является достаточной для понимания того, чтоимущество, нажитое коррупционным путем изымается из оборота, а преодоление этого установления и всякие операции с ним относятся к числу недопустимых, оцениваются как легализация и преследуются по закону.

Введенный в действие пп.8 п.2 ст.235 ГК РФ механизм противодействия коррупции в виде принудительного изъятия по решению суда имущества, приобретенного в нарушение антикоррупционного законодательства, является единственной мерой гражданско-правовой ответственности за совершение коррупционного правонарушения, следствием которой стало незаконное обогащение физических и юридического лиц, что, как постановил Конституционный Суд Российской Федерации, согласуется с признаваемыми на международном уровне стандартами борьбы с коррупцией.

Иное истолкование закона ведет к неоправданному исключению из сферы правового регулирования и контроля источников приобретения имущества, в отношении которого имеются объективные и не опровергнутые данные о его получении от запрещенной антикоррупционным законодательством деятельности, что противоречит принципам законности и справедливости, а также неотвратимости ответственности за совершение коррупционных правонарушений, препятствует эффективному противодействию коррупции и способствует незаконному обогащению лиц, в пользу которых состоялось злоупотребление служебным положением или полномочиями (ст. 1, 3 Закона N 273).

При таких обстоятельствах, суд считает законным и справедливым применение к рассмотренным правоотношениям пп.8 п.2 ст.235 ГК РФ.

Судом установлено, что, будучи избранным на государственную должность, ФИО1 не принял мер по соблюдению антикоррупционных запретов, не отказался от осуществления предпринимательской деятельности и получения не предусмотренных законом доходов. Напротив, действуя в обход требований закона, самостоятельно и осознанно скрыл от государства владение имуществом и наличие источников доходов, с целью создания видимости соблюдения ограничений и введения контролирующих органов в заблуждение номинально переоформил имущество на родственников и подконтрольных ему лиц.

Утверждения ответчиков о том, что иск прокурора имеет материальный характер, поскольку заявленные в нем требования касаются прав на конкретное имущество, не принимаются судом.

Изъятие имущества выступает правовым последствием нарушения законодательства о противодействии коррупции. Разрешение его судьбы вытекает из выводов о наличии в действиях ответчиков состава коррупционного правонарушения.

При этом прокурор как истец по делу не является выгодоприобретателем изымаемых активов и не имеет материального интереса в споре. Заявленные им требования направлены на пресечение коррупционных проявлений, то есть защиту нематериальных благ.

Истолковывая обстоятельства дела иначе, ответчик пытается отождествить объект правовой защиты с изымаемым предметом, что является ошибкой и не основано на юридической природе этих заявлений. Имущество, подлежащее изъятию по антикоррупционным искам, обращается в доход Российской Федерации. Поступая в федеральную собственность, данное имущество, таким образом, подлежит использованию на благо всего общества, что направлено на восстановление социальной справедливости и укрепление социальной солидарности в сфере борьбы с коррупцией.

Суд же обязан принимать любые допустимые Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации доказательства законности доходов независимо от того, когда эти средства были получены, отражены ли они в соответствующей справке (декларации) или были обнаружены государственными органами в ходе проведения контрольных мероприятий (Постановление Конституционного Суда РФ от 29.11.2016 N26-П;Обзор судебной практики по делам по заявлениям прокуроров об обращении в доход РФ имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы, утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ 30.06.2017).

При этом, когда требование прокурора основано на совершении лицом, занимавшим публично значимую должность, конкретных деяний коррупционной направленности, в результате которых приобретено имущество, об обращении которого в доход Российской Федерации подан иск, предполагается доказывание прокурором совершения таких деяний, причинно-следственной связи между ними и последующим приростом имущества ответчика, т.е. факта извлечения противоправного дохода за счет своего положения, с его помощью или под его прикрытием.

В данном случае, суд полагает, что стороной истца доказано, что ФИО1, как лицо, на которое распространяются антикоррупционные запреты, совмещал публичные функции с коммерческой и иными видами запрещенной для него деятельности, принимал лично либо опосредованно участие в управлении активами и формировании их структуры, использовало свой статус и (или) предоставленные полномочия вопреки публичным интересам в корыстных целях, совершало иные деяния коррупционной направленности, извлекало доход от указанных действий. В случае если имущество, полученное путем совершения деяний коррупционной направленности, или доходы от него были частично или полностью превращены или преобразованы в иные активы, прокурор должен доказать факт такого превращения или преобразования.

Учитывая установленные судом обстоятельства, руководствуясь приведенными положениями закона, суд приходит к выводу о том, что заявленные исковые требования подлежат удовлетворению.

При этом суд полагает необходимым отметить, что решение об удовлетворении иска относится к особым правовым мерам, направленным на предупреждение незаконного обогащения лиц, осуществляющих публичные функции, связанных с ними юридических и физических лиц, и тем самым на эффективное противодействие коррупции, отвечает предназначению правового регулирования в указанной сфере, по защите конституционно значимых ценностей, и не нарушает баланс публичных интересов борьбы с коррупцией и частных интересов ответчиков.

В силу ст.98 ГПК РФ с ответчиков солидарно подлежит взысканию государственная пошлина в размере 60000,00 руб.

Представителем истца заявлено ходатайство об обращении настоящего решения суда к немедленному исполнению.

Согласно ст.212 ГПК РФ суд может по просьбе истца обратить к немедленному исполнению решение, если вследствие особых обстоятельств замедление его исполнения может привести к значительному ущербу для взыскателя или исполнение может оказаться невозможным. Вопрос о немедленном исполнении решения суда может быть рассмотрен одновременно с принятием решения суда.

В данном случае, суд полагает возможным ходатайство Полынова А.В. удовлетворить, ввиду того, что судом установлено, что ответчиками извлекался незаконный доход за счет получения платежей от Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по РФ по государственным контрактам аренды здания (к/н №) и земельного участка (к/н №) по адресу: <адрес> «д».СУ СК России по РД 09.01.2023 возбуждено уголовное дело № по ч.4 ст.159 УК РФ по факту хищения денежных средств отделения.В связи с этим замедление исполнения решения может привести к ущербу для государства.

Руководствуясь статьями 2, 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования первого заместителя Генерального прокурора Российской Федерации РазинкинаАнатолия Вячеславовича к МуртазалиевуСагиду Магомедовичу, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт серии №, ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт серии №, ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт серии № Пашаеву ДжамаладинуЭмирмагомедовичу, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт серии № об обращении имущества в доход Российской Федерации - удовлетворить.

1. Обратить в доход Российской Федерации следующее имущество:

1.1. Нежилое здание с кадастровым номером № по адресу: <адрес> «д», зарегистрированное на Пашаева ДжамаладинаЭмирмагомедовича;

1.2. Земельный участок с кадастровым номером № по адресу: <адрес> «д», зарегистрированный на Пашаева ДжамаладинаЭмирмагомедовича;

1.3. Нежилоезданиескадастровымномером № по адресу: <адрес>, зарегистрированное на МергиновуТатьяну Алексеевну;

1.4. Нежилое зданиескадастровымномером № по адресу: <адрес>, корп. «б», зарегистрированное на МергиновуТатьяну Алексеевну;

1.5. Жилое здание с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, зарегистрированное на МергиновуТатьяну Алексеевну.

2. Взыскать с МуртазалиеваСагида Магомедовича в пользу Российской Федерации 118998952,00 руб., как эквивалент стоимости следующего имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы, отчужденного к моменту подачи искового заявления:

2.1. Земельный участок с кадастровым номером № по адресу: <адрес> 5665085,71 руб.;

2.2. Земельный участок с кадастровым номером № адресу: <адрес> стоимостью 1 715 695,01 руб.;

2.3. Земельный участок с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, уч.57а, стоимостью 5 866 892,43 руб.;

2.4. Нежилоепомещениес кадастровым№ по адресу: <адрес>, пом.6, стоимостью 10 938 770,74 рублей;

2.5. Нежилое здание с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, стр. 57а, стоимостью 32 220 264,76 руб.;

2.6. Жилое помещение с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, стоимостью 2 108 707,29 руб.;

2.7. Жилое помещение с кадастровым номером №: <адрес>, стоимостью 2 898 477,51 рублей;

2.8. Нежилоепомещениес кадастровым номером №:<адрес>, пом. 001, стоимостью 140187,58 рублей;

2.9. Земельный участок с кадастровым номером № адресу: <адрес>, стоимостью 2 583 061,94 рублей;

2.10. Жилой дом с кадастровым номером № по адресу:<адрес>, стоимостью 7 123 098,31 руб.;

2.11. Жилоепомещениескадастровымномером30№:<адрес>, стоимостью 6296 099 руб.;

2.12. Жилоепомещениес кадастровым №:<адрес>, стоимостью 2431 301,43 руб.;

2.13. №:<адрес>, стоимостью 2230 157,29 рублей;

2.14. Жилоепомещениескадастровымномером30:№ по адресу<адрес>, стоимостью 6245 406,4 руб.;

2.15. Жилоепомещениескадастровымномером30№:<адрес>, стоимостью 2769 970,71 руб.;

2.16. Жилоепомещение скадастровымномером30№:<адрес>, стоимостью 2794 723,66 руб.;

2.17. Жилоепомещениескадастровымномером30:№:<адрес>, стоимостью 2621 035,83 руб.;

2.18. Жилоепомещениескадастровымномером30:№:<адрес>, стоимостью 2169507,21 руб.;

2.19. Земельныйучастокскадастровымномером26:№ по адресу: <адрес> стоимостью 20180 509,19 руб.

Взыскать в бюджет Муниципального образования города Черкесска солидарно с ответчиков МуртазалиеваСагида Магомедовича, ФИО5, ФИО7, Пашаевы ДжамаладинаЭмирмагомедовича государственную пошлину в размере 60000,00 руб.

Обратить решение суда к немедленному исполнению.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Верховный Суд Карачаево-Черкесской Республики через Черкесский городской суд Карачаево-Черкесской Республики в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Черкесского городского суда КЧР Л.А. Байтокова