Решение № 2А-2387/2018 2А-2387/2018 ~ М-1959/2018 М-1959/2018 от 13 июня 2018 г. по делу № 2А-2387/2018

Дело №2а -2387/2018


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

14 июня 2018 года г. Старый Оскол

Старооскольский городской суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Мазурина С.В.,

при секретаре судебного заседания Мижерицкой А.В.,

с участием административного истца Такидзе Темура, представителя административного ответчика Управления по вопросам миграции УМВД РФ по Белгородской области ФИО1 по доверенности от 09.01.2018 г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению Такидзе Темура к Управлению по вопросам миграции УМВД РФ по Белгородской области о признании решения об отказе в выдаче разрешения на временное проживание незаконным, возложении обязанности выдать разрешение на временное проживание,

У С Т А Н О В И Л:

Такидзе Темур является гражданином Грузии, с 17.11.2009 г. состоит в зарегистрированном браке с гражданкой РФ – ФИО7. и постоянно проживает на территории РФ по адресу: <адрес>

Решением Управления по вопросам миграции УМВД России по Белгородской области от 04.12.2017 г. Такидзе Темуру было отказано в выдаче разрешения на временное проживание на основании пп. 7 п. 1 ст. 7 ФЗ РФ от 25.07.2002 г. №15 ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации», которое он получил 15.05.2018 г.

Дело инициировано административным иском Такидзе Темура, просившего признать решение Управления по вопросам миграции УМВД России по Белгородской области от 04.12.2017 г. об отказе в выдаче разрешения на временное проживание незаконным, возложить на УМВД России по Белгородской области обязанность выдать Такидзе Темуру разрешение на временное проживание на территории РФ.

В судебном заседании административный истец поддержал заявленные требования.

Представитель административного ответчика возражала против удовлетворения иска по тем основаниям, что Такидзе Темур дважды в течении года привлекался к административной ответственности по ч. 1.1 ст. 18.8 КоАП РФ за нарушение режима пребывания (проживания) иностранных граждан в Российской Федерации.

Исследовав в судебном заседании обстоятельства дела по представленным сторонами доказательствам, суд считает, что иск подлежит удовлетворению.

Такидзе Темур ДД.ММ.ГГГГ г.р. является гражданином Грузии, что подтверждается его заграничным паспортом и видом на жительство иностранного гражданина.

17.11.2009 г. между ФИО2 и гражданской РФ ФИО7. заключен брак, что подтверждается свидетельством о заключении брака № выданным Управлением ЗАГС администрации Старооскольского городского округа Белгородской области 17.11.2009 г.

ФИО2 имел разрешение на временное проживание в РФ, выданное 22.04.2010 г.

Решением УФМС России по Белгородской области от 02.04.2012 г. документирован видом на жительство сроком действия с 02.04.2012 г. по 11.02.2017 г. и с 27.06.2012 г. по 11.02.2017 г. был зарегистрирован по месту жительства в квартире по адресу: <адрес>, принадлежащей его супруге.

В период своего пребывания на территории Российской Федерации ФИО2 в течение 2017 г. дважды был привлечен к административной ответственности за административные правонарушения, выразившиеся в отсутствии документов, дающих право на пребывание (проживание) в РФ, а также в уклонении от выезда из РФ по истечении определенного срока – до 11.02.2017 г.: постановлением судьи Старооскольского городского суда Белгородской области от 22.02.2017 г. ФИО2 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст. 18.8 ч. 1.1 КоАП РФ и подвергнут административному наказанию в виде штрафа; постановлением судьи Старооскольского городского суда Белгородской области от 07.04.2017 г. ФИО2 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1.1 ст. 18.8 КоАП РФ и подвергнут административному наказанию в виде штрафа.

Указанные постановления вступили в законную силу.

06.06.2017 г. ФИО2 обратился в УВМ УМВД России по Белгородской области с заявлением о выдаче разрешения на временное проживание в РФ.

04.12.2017 г. УВМ УМВД России по Белгородской области по результатам рассмотрения заявления ФИО2 вынесено решение об отказе ему в выдаче разрешения на временное проживание в РФ по п.п. 7 п. 1 ФЗ от 25.07.2002 г. №115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан на территории Российской Федерации».

Правовое положение иностранных граждан в Российской Федерации регулируется Федеральным законом от 25 июля 2002 года N 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации», Федеральным законом от 15 августа 1996 года N 114-ФЗ «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию».

Иностранные граждане пользуются в Российской Федерации правами и несут обязанности наравне с гражданами Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных федеральным законом (статья 4 Федерального закона «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации»).

В силу подпункта 7 пункта 1 статьи 7 Федерального закона N 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации», разрешение на временное проживание иностранному гражданину не выдается, а ранее выданное разрешение аннулируется в случае, если данный иностранный гражданин неоднократно (два и более раза) в течение одного года привлекался к административной ответственности за совершение административного правонарушения, связанного с посягательством на общественный порядок и общественную безопасность либо нарушением режима пребывания (проживания) иностранных граждан в Российской Федерации или порядка осуществления ими трудовой деятельности на территории Российской Федерации.

Российская Федерация как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод признает юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации.

В соответствии с частью 4 статьи 15 Конституции Российской Федерации общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы.

Согласно пункту 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 года N 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации», применение судами Конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции.

Как указано Конституционным Судом Российской Федерации в Определении от 05 марта 2014 года N 628-О, в силу статьи 55 части 3 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, неоднократно изложенной им в своих решениях, защита конституционных ценностей предполагает, как это следует из статей 17 (часть 3), 19, 55 (части 2 и 3) и 56 (часть 3) Конституции Российской Федерации, возможность разумного и соразмерного ограничения прав и свобод человека и гражданина при справедливом соотношении публичных и частных интересов, без умаления этих прав, а значит, федеральным законом могут быть предусмотрены лишь те средства и способы такой защиты, которые исключают несоразмерное ограничение прав и свобод; соответствующие право ограничения оправдываются поименованными в статье 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации публичными интересами, если они обусловлены именно такими интересами и способны обеспечить социально необходимый результат (Постановления от 18 февраля 2000 года N 3-П, от 14 ноября 2005 года N 10-П, от 26 декабря 2005 года N 14-П, от 16 июля 2008 года N 9-П, от 7 июня 2012 года N 14-П и др.).

Создавая условия, обеспечивающие достойную жизнь и свободное развитие человека, государство несет ответственность за исполнение этой конституционной обязанности и должно оставаться способным ее исполнять при помощи доступных ему ресурсов, включая социальную защиту, здравоохранение, рынки труда и жилья, поддерживая приемлемую для этого миграционную ситуацию. Соответственно, исходя из предписаний Конституции Российской Федерации и требований международно-правовых актов, в частности Декларации о правах человека в отношении лиц, не являющихся гражданами страны, в которой они проживают, Российская Федерация вправе использовать действенные законные средства, которые позволяли бы ей контролировать на своей территории иностранную миграцию, следуя при этом конституционным критериям ограничения прав, свобод и не отказываясь от защиты своих конституционных ценностей. Государство вправе, не отступая от конституционных установлений, предусмотреть в федеральном законе меры ответственности и правила их применения, действительно позволяющие следовать правомерным целям миграционной политики, для пресечения правонарушений, восстановления нарушенного правопорядка в области миграционных отношений, предотвращения противоправных (особенно множественных) на него посягательств угрозой законного и эффективного их преследования.

Семья и семейная жизнь, относясь к ценностям, находящимся под защитой Конституции Российской Федерации и международных договоров России, не имеют, однако, безусловного во всех случаях преимущества перед другими конституционно значимыми ценностями, а наличие семьи не обеспечивает иностранным гражданам бесспорного иммунитета от законных и действенных принудительных мер в сфере миграционной политики, соразмерных опасности миграционных правонарушений (особенно массовых) и практике уклонения от ответственности.

Так, статья 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, признавая право каждого на уважение его личной и семейной жизни (пункт 1), не допускает вмешательства со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности, защиты прав и свобод других лиц (пункт 2).

Приведенные нормативные положения в их интерпретации Европейским Судом по правам человека не препятствуют государству в соответствии с нормами международного права и своими договорными обязательствами контролировать въезд иностранцев, а равно их пребывание на своей территории; в вопросах иммиграции статья 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод или любое другое ее положение не могут рассматриваться как возлагающие на государство общую обязанность уважать выбор супружескими парами страны совместного проживания и разрешать воссоединение членов семьи на своей территории.

Следовательно, в допустимых пределах, обусловленных конституционными и международно-правовыми нормами, границами законодательного, а также правоприменительного, и прежде всего судебного, усмотрения, Российская Федерация вправе решать, создает ли определенный вид миграционных правонарушений в сложившейся обстановке насущную социальную необходимость в обязательном выдворении за ее пределы иностранцев, совершивших эти правонарушения, и допустимо ли его применение к лицам с семейными обязанностями.

В силу части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации, положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод любое ограничение прав и свобод человека должно быть основано на федеральном законе, преследовать социально значимую, законную цель (обеспечение общественной безопасности, защиту морали, нравственности, прав и законных интересов других лиц), являться необходимым в демократическом обществе.

Несоблюдение одного из этих критериев представляет собой нарушение прав и свобод человека, которые подлежат судебной защите в установленном законом порядке.

Необходимость ограничения прав и свобод человека должна быть обоснована исходя из установленных фактических обстоятельств. Ограничение прав и свобод человека допускается лишь в том случае, если имеются относимые и достаточные основания для такого ограничения, а также если соблюдается баланс между законными интересами лица, права и свободы которого ограничиваются, и законными интересами иных лиц, государства, общества.

Оценивая с точки зрения нарушения иностранным гражданином определенных правил поведения, влекущих привлечение его к административной ответственности на основании подпункта 7 пункта 1 статьи 7 Федерального закона N 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации», уполномоченные органы исполнительной власти и суды обязаны соблюдать вытекающие из Конституции Российской Федерации требования справедливости и соразмерности, которые предполагают дифференциацию публично-правовой ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания.

Таким образом, отказ в выдаче разрешения на временное проживание в Российской Федерации иностранному гражданину в связи с тем, что он ранее неоднократно привлекался к административной ответственности, представляет собой серьезное вмешательство в сферу личной и семейной жизни, право на уважение которой гарантируется статьей 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Такие меры могут быть применены уполномоченными органами исполнительной власти и судом только с учетом личности правонарушителя и характера совершенного административного правонарушения, то есть степени его общественной опасности.

Как следует из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 02 марта 2006 года N 55-О "По жалобе гражданина Грузии Тодуа Кахабера на нарушение его конституционных прав пунктом 7 статьи 7 Федерального закона "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации", исходя из общих принципов права, установление ответственности за нарушение порядка пребывания (проживания) иностранных граждан в Российской Федерации и, соответственно, конкретной санкции, ограничивающей конституционные права граждан, должно отвечать требованиям справедливости, соразмерности конституционно закрепленным целям (ч. 3 статьи 55 Конституции РФ), отвечать характеру совершенного деяния. Органам исполнительной власти и судам рекомендовано учитывать личность иностранного гражданина, его семейное положение.

ФИО2 состоит в браке с гражданкой РФ с 2009 г. Повторное привлечение его к административной ответственности связано с попыткой добровольного выезда из РФ 31.03.2017 г. и отсутствием при этом однократной выездной транзитной визы, о чем административный истец согласно его пояснениям не знал.

К уголовной ответственности административный истец не привлекался.

Учитывая данные обстоятельства, суд полагает, что представленные доказательства о личности ФИО2 не свидетельствуют о наличии оснований, допускающих вмешательство публичных властей в осуществление права на уважение личной жизни ФИО2 путем принятия решения об отказе в выдаче разрешения на временное проживание в Российской Федерации, вызванных крайней необходимостью в интересах национальной безопасности и общественного порядка, с целью предотвращения беспорядков или преступлений, охраны здоровья и нравственности.

Оспариваемое заявителем решение уполномоченного органа таких оснований не содержит, из этого решения не усматривается, что критерии, определенные приведенными выше нормами Конституции Российской Федерации и нормами международного права, были учтены при принятии решения органом миграционного контроля. Доказательств крайней социальной необходимости принятия такого решения УВМ УМВД России по Белгородской области суду не представлено.

УВМ УМВД России по Белгородской области не подтвердило действительную необходимость применения к иностранному гражданину данной санкции в качестве единственно возможного способа достижения баланса публичных и частных интересов, допустив вмешательство в сферу личной жизни, право на уважение которой гарантируется статьей 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Указанное позволяет сделать вывод о том, что исполнение решения УВМ УМВД России по Белгородской области повлечет серьезное вмешательство в личную жизнь заявителя, не отвечающее критериям норм международного права. В связи с этим принятое УВМ УМВД России по Белгородской области решение от 04.12.2017 года об отказе в выдаче ФИО2 разрешения на временное проживание не основано на законе и нормах международного права.

Избранный заявителем способ восстановления права путем возложения на административного ответчика обязанности выдать разрешение на временное проживание на территории РФ будет носить предрешающий характер, и являться подменой судом полномочий иного государственного органа и в целях восстановления прав Такидзе Темура в результате отмены незаконного решения, суд считает необходимым возложить на административного ответчика обязанность повторно рассмотреть вопрос о выдаче разрешения заявителю на временное проживание.

Руководствуясь статьями 175-177, 227 КАС РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Административное исковое заявление Такидзе Темура к Управлению по вопросам миграции УМВД РФ по Белгородской области о признании решения об отказе в выдаче разрешения на временное проживание незаконным, возложении обязанности выдать разрешение на временное проживание удовлетворить.

Признать решение Управления по вопросам миграции УМВД РФ по Белгородской области от 04.12.2017 г. об отказе в выдаче Такидзе Темуру разрешения на временное проживание незаконным.

Возложить на Управление по вопросам миграции УМВД РФ по Белгородской области обязанность повторно рассмотреть вопрос о выдаче Такидзе Темуру разрешения на временное проживание на территории РФ.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Старооскольский городской суд в судебную коллегию по административным делам Белгородского областного суда.

Судья С.В. Мазурин

Решение принято в окончательной форме 22 июня 2018 года