Апелляционное определение № 33А-4336/2026 от 28 апреля 2026 г.

Судья 1 инстанции Васюнина Н.М.

УИД 38RS0032-01-2025-005719-34

Судья-докладчик Павленко Н.С.

№ 33а-4336/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

29 апреля 2026 г.

г. Иркутск

Судебная коллегия по административным делам Иркутского областного суда в составе:

судьи-председательствующего Банщиковой С.Н.,

судей Павленко Н.С., Шуняевой Н.А.,

при секретаре Клепцовой Л.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело № 2а-152/2026 по административному исковому заявлению ФИО1 к судебному приставу-исполнителю Правобережного отделения судебных приставов г. Иркутска Главного управления Федеральной службы судебных приставов по Иркутской области ФИО2, судебному приставу-исполнителю Правобережного отделения судебных приставов г. Иркутска Главного управления Федеральной службы судебных приставов по Иркутской области ФИО3, судебному приставу-исполнителю Правобережного отделения судебных приставов г. Иркутска Главного управления Федеральной службы судебных приставов по Иркутской области ФИО4, судебному приставу-исполнителю Правобережного отделения судебных приставов г. Иркутска Главного управления Федеральной службы судебных приставов по Иркутской области ФИО5, Главному управлению Федеральной службы судебных приставов по Иркутской области о признании действий, постановлений незаконными и восстановлении нарушенного права

по апелляционной жалобе представителя административного истца ФИО1 – ФИО6 на решение Кировского районного суда г. Иркутска от 29 января 2026 г.,

установила:

16 сентября 2025 г. ФИО1 обратился в суд с административным иском, в котором просит признать незаконными действия судебного пристава-исполнителя по наложению ареста и передаче на оценку имущества в виде квартиры <адрес изъят>, постановление о наложении ареста от 29 августа 2025 г., постановление о назначении оценщика от 08 сентября 2025 г.

17 октября 2025 г. ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением, в котором оспаривает постановление судебного пристава-исполнителя от 14 октября 2025 г. о передаче имущества на торги.

В этот же день в суд поступило административное исковое заявление ФИО1, в котором оспаривает постановление от 03 октября 2025 г. о принятии результатов оценки, просит обязать устранить допущенные нарушения его прав и законных интересов.

Определением Кировского районного суда г. Иркутска от 30 октября 2025 г. административные дела объединены в одно производство.

В обоснование административных исковых требований ФИО1 указано, что является должником по исполнительному производству № 453260/25/38016-ИП, возбужденному судебным приставом-исполнителем Правобережного ОСП г. Иркутска.

В рамках исполнительного производства вынесены постановления о наложении ареста от 29 августа 2025 г., о назначении оценщика от 08 сентября 2025 г., о принятии результатов оценки от 03 октября 2025 г.,о передаче арестованного имущества на торги от 14 октября 2025 г. Данные постановления вынесены в отношении принадлежащей ему квартиры <адрес изъят>. Полагает, действия судебного пристава-исполнителя по наложению ареста и передаче имущества на оценку, а также вынесенные постановления являются незаконными. Судебный пристав-исполнитель не выяснил, может ли быть наложен арест и произведена реализация имущества, на которое наложен арест в рамках уголовного дела. По результатам ареста не составлен акт, его копия не направлена в адрес должника, о необходимости явки для составления акта и наложения ареста должник не извещался. Постановления о принятии оценки и реализации имущества вынесены судебным приставом-исполнителем после обращения с административным исковым заявлением об оспаривании постановленийо наложении ареста и назначении оценщика.

Решением Кировского районного суда г. Иркутска от 29 января 2026 г. в удовлетворении административного иска отказано.

В апелляционной жалобе представитель административного истца ФИО1 - ФИО6 просит решение отменить, принять новое решение, которым заявленные требования удовлетворить. В доводах настаивает, что акт описи и ареста имущества, постановление о наложении ареста не соответствуют требованиям закона к их оформлению, в частности, из постановления не видно, на какое имущество наложен арест, а акт не содержит реквизиты документов, удостоверяющих личность понятых, ФИО и адрес понятых не читаемы.

Письменных возражений на апелляционную жалобу не поступило.

Руководствуясь частью 2 статьи 150 Кодекса административного судопроизводства (далее - КАС РФ), судебная коллегия рассмотрела дело в отсутствие лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о дате, времени и месте рассмотрения дела.

Заслушав доклад судьи, изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность решения суда в апелляционном порядке, судебная коллегия приходит к следующему.

Статьей 121 Федерального закона от 2 октября 2007 г. № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее – Федеральный закон № 229-ФЗ) предусмотрено, что постановления судебного пристава-исполнителя и других должностных лиц службы судебных приставов, их действия (бездействие) по исполнению исполнительного документа могут быть обжалованы сторонами исполнительного производства, иными лицами, чьи права и интересы нарушены такими действиями (бездействием), в порядке подчиненности и оспорены в суде.

Согласно статье 2 Федерального закона № 229-ФЗ задачами исполнительного производства являются правильное и своевременное исполнение судебных актов, актов других органов и должностных лиц, а в предусмотренных законодательством Российской Федерации случаях исполнение иных документов в целях защиты нарушенных прав, свобод и законных интересов граждан и организаций, а также в целях обеспечения исполнения обязательств по международным договорам Российской Федерации.

В силу требований статьи 12 Федерального закона от 21 июля 1997 г. № 118-ФЗ «Об органах принудительного исполнения Российской Федерации» в процессе принудительного исполнения судебных актов судебный пристав-исполнитель обязан принимать меры по своевременному, полному и правильному исполнению исполнительных документов.

Разрешая административный иск и отказывая в удовлетворении административных исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что оспариваемые действия судебного пристава-исполнителя соответствуют закону и не нарушают прав и законных интересов административного истца, в связи с чем в деле нет обязательной совокупности условий для удовлетворения административного иска.

Судебная коллегия соглашается с такими выводами суда первой инстанции, поскольку они соответствуют содержанию исследованных доказательств, норм материального права, регулирующих спорные правоотношения, не вызывают сомнений в их законности и обоснованности и доводами апелляционной жалобы под сомнение поставлены быть не могут.

Согласно части 1 статьи 64 Федерального закона № 229-ФЗ исполнительными действиями являются совершаемые судебным приставом-исполнителем в соответствии с названным Федеральным законом действия, направленные на создание условий для применения мер принудительного исполнения, а равно на понуждение должника к полному, правильному и своевременному исполнению требований, содержащихся в исполнительном документе.

Обращение взыскания на имущество должника включает изъятие имущества и (или) его реализацию, осуществляемую должником самостоятельно, или принудительную реализацию либо передачу взыскателю (часть 1 статьи 69 Федерального закона № 229-ФЗ).

При отсутствии или недостаточности у должника денежных средств взыскание обращается на иное имущество, принадлежащее ему на праве собственности, хозяйственного ведения и (или) оперативного управления, за исключением имущества, изъятого из оборота, и имущества, на которое в соответствии с федеральным законом не может быть обращено взыскание, независимо от того, где и в чьем фактическом владении и (или) пользовании оно находится (часть 4 статьи 69 Федерального закона № 229-ФЗ).

В соответствии со статьей 80 Федерального закона № 229-ФЗ судебный пристав-исполнитель в целях обеспечения исполнения исполнительного документа, содержащего требования об имущественных взысканиях, вправе, в том числе и в течение срока, установленного для добровольного исполнения должником содержащихся в исполнительном документе требований, наложить арест на имущество должника. При этом судебный пристав-исполнитель вправе не применять правила очередности обращения взыскания на имущество должника.

Статьей 68 Федерального закона № 229-ФЗ установлено, что мерами принудительного исполнения являются действия, указанные в исполнительном документе, или действия, совершаемые судебным приставом-исполнителем в целях получения с должника имущества, в том числе денежных средств, подлежащего взысканию по исполнительному документу (часть 1). Одной из мер принудительного исполнения является наложение ареста на имущество должника, находящееся у должника или у третьих лиц, во исполнение судебного акта об аресте имущества (пункт 5 части 3 названной статьи).

Согласно абзацу первому пункта 40 и абзацам первому и второму пункта 43 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации арест в качестве исполнительного действия может быть наложен судебным приставом-исполнителем в целях обеспечения исполнения исполнительного документа, содержащего требования об имущественных взысканиях (пункт 7 части 1 статьи 64 и часть 1 статьи 80 Федерального закона № 229-ФЗ).

Арест в качестве обеспечительной меры либо запрет на распоряжение могут быть установлены на перечисленное в абзацах втором и третьем части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации имущество, принадлежащее должнику-гражданину.

Как верно установлено судом и подтверждается материалами дела, решением Кировского районного суда г. Иркутска от 25 ноября 2024 г., с ООО «Строительно-производственная база «СоюзСтрой», ФИО1 солидарно в пользу Государственной корпорации развития «ВЭБ.РФ» взысканы денежные средства в размере 4 025 228, 45 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 28 326, 14 руб. Судебный акт вступил в законную силу, выдан исполнительный лист ФС № 048252483.

25 июля 2025 г. на основании исполнительного листа серии ФС № 048252483 от 18 марта 2025 г. возбуждено исполнительное производство № 453260/25/38016-ИП, в рамках которого с ФИО1 в пользу Государственной корпорации развития «ВЭБ.РФ» подлежат взысканию денежные средства в размере 4 053 544,59 руб.

Данное постановление направлено в адрес должника 25 июля 2025 г. посредством размещения в личном кабинете ЕПГУ.

29 августа 2025 г. судебным приставом-исполнителем Правобережного ОСП г. Иркутска ГУФССП России по Иркутской области ФИО2 вынесено постановление о наложении ареста на имущество должника ФИО1, направленное ему посредством ЕПГУ.

В соответствии с положениями статьи 64 Федерального закона № 229-ФЗ судебным приставом-исполнителем 29 августа 2025 г. в присутствии двух понятых составлен акт о наложении ареста (описи имущества), согласно которому у должника арестовано имущество, составлена его опись: жилое помещение, квартира, площадью 40,9 кв. м, кадастровый номер 38:36:000000:6540, расположенная по адресу: <адрес изъят>. По предварительной оценке стоимость квартиры равна 3 000 000 руб.

29 августа 2025 г. судебным приставом-исполнителем вынесено постановление о назначении хранителя, которым ответственным хранителем арестованного имущества назначен ФИО1

Постановления о наложении ареста на имущество и назначении хранителя направлены ФИО1 через ЕПГУ и получены им 04 августа 2025 г.

Кроме того, вышеуказанные постановления направлены в адрес ФИО1 посредством почты по адресам нахождения принадлежащего ему недвижимого имущества, месту жительства и регистрации: <адрес изъят>

Доводы апеллянта о том, что акт об аресте не содержит сведений об имуществе, паспортные данные понятых, адреса места жительства которых не читаемы, судебной коллегией отклоняются, поскольку, как следует из содержания данного акта, в пункте 1 резолютивной части постановления указано имущество, подвергнутое аресту, а именно, квартира <адрес изъят>. Данный акт составлен в присутствии двух понятых, данные о которых и их подписи содержатся в акте, содержание акта читаемо и понятно для восприятия, доводы об обратном несостоятельны. При этом, законом не предусмотрено указание в акте контактных данных понятых.

По аналогичным основаниям отклоняются доводы апелляционной жалобы о том, что судебный пристав-исполнитель не производил опись арестованного имущества, к месту не выезжал, указал произвольно данные двух лиц в качестве понятых, которых идентифицировать невозможно.

Разрешая доводы апелляционной жалобы о незаконности постановления о наложении ареста на имущество, постановления о назначении оценщика и постановления об оценке вещи или имущественных прав по причине того, что судебный пристав-исполнитель не выяснил может ли быть наложен арест на данное имущество и произведена ли его реализация, учитывая, что должник и члены его семьи зарегистрированы в квартире, на которую также ранее наложен арест в рамках уголовного дела, судебная коллегия находит их несостоятельными и неоснованными на нормах действующего законодательства

В соответствии со статьей 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на следующее имущество, принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности: жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением указанного в настоящем абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 14 мая 2012 г. № 11-П, имущественный (исполнительский) иммунитет в отношении жилых помещений, установленный положением абзаца второго части первой статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, предназначен не для того, чтобы в любом случае сохранить за гражданином-должником принадлежащее ему на праве собственности жилое помещение, а для того, чтобы, не допуская нарушения самого существа конституционного права на жилище и умаления человеческого достоинства, гарантировать гражданину-должнику и членам его семьи уровень обеспеченности жильем, необходимый для нормального существования.

Механизм обращения взыскания на единственное жилье должника, не отвечающего критериям разумности, законодателем на данный момент не разработан, соответствующие изменения в положения статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не внесены, новое регулирование федеральным законодателем не установлено, правила обмена роскошного жилья на необходимое не выработаны, критерии определения последнего не закреплены.

Таким образом, в настоящее время гражданин - должник вправе сохранить за собой как минимум одно находящееся в его собственности помещение, которое может быть использовано для проживания.

По смыслу абзаца второго части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации наличие у гражданина фактической возможности временно (например, в связи с проведением ремонтных работ) проживать по иному адресу (без права собственности на помещение) не означает допустимость безусловного неприменения к находящемуся в его собственности единственному жилью исполнительского иммунитета.

Вместе с тем, судебным приставом-исполнителем установлено наличие у должника иных принадлежащих ему на праве собственности жилых помещений, а именно жилого дома по адресу: <адрес изъят>

Факт регистрации ФИО1 и членов его семьи в квартире, на которую наложен арест, не исключает права и возможности указанных лиц проживать в ином жилом помещении, принадлежащем ФИО7

Доказательств того, что указанные выше жилые помещения, принадлежащие административному истцу, не пригодны для проживания административным истцом не представлено, таким образом, жилое помещение, на которое наложен арест, расположенное по адресу: <адрес изъят> не обладает исполнительским иммунитетом и в отношении данного имущества допустимо применение оспариваемых мер.

Постановлением Ленинского районного суда г. Иркутска от 04 июня 2025 г. наложен арест на имущество обвиняемого ФИО1, в том числе на квартиру, расположенную по адресу: <адрес изъят>

Из содержания указанного постановления следует, что арест на имущество ФИО1 наложен с учетом того, что последний обвиняется в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 201 Уголовного кодекса Российской Федерации, санкцией которой, в том числе, предусмотрено наказание в виде штрафа. Арест на имущество наложен для обеспечения исполнения приговора в части возмещения имущественного вреда, причиненного преступлением, гражданского иска, взыскания штрафа и других имущественных взысканий.

Судебная коллегия полагает важным отметить, что наложение ареста на имущество в рамках уголовного дела для возможного обеспечения исполнения наказания, при том, что имеются другие альтернативные виды наказаний, возмещения вреда и других имущественных взысканий, не может являться основанием для отказа в принятии схожих или аналогичных обеспечительных мер в отношении того же имущества в рамках исполнительного производства по исполнению судебного акта о взыскании задолженности по гражданскому делу.

Действующим законодательством принятие обеспечительных мер не поставлено в зависимость от наличия аналогичных мер, принятых ранее, в частности при расследовании уголовного дела, в связи с чем, факт принятия обеспечительных мер в отношении имущества ФИО1 в рамках уголовного дела не может быть признан законным основанием для признания незаконными постановления судебного пристава-исполнителя о наложении ареста на имущество и последующих действий и решений должностного лица в отношении этого имущества, в том числе, по его оценке и передаче на реализацию.

Судебная коллегия также обращает внимание, что в регистрирующем органе отсутствуют сведения о наложении ареста на имущество административного истца, что подтверждается выпиской из ЕГРН, таким образом, судебному приставу-исполнителю на момент вынесения оспариваемых постановлений не было известно о наличии ареста в рамках уголовного дела, должник об этих обстоятельствах судебного пристава-исполнителя не уведомил.

Кроме того, постановлением суда о наложении ареста на имущество, принятым в рамках уголовного дела, не установлены какие-либо ограничения, запрещающие судебному приставу-исполнителю накладывать арест на перечисленное в постановлении имущество.

08 сентября 2025 г. судебным приставом-исполнителем вынесено постановление о назначении оценщика, в соответствии с которым к участию в исполнительном производстве для оценки арестованного имущества привлечен специалист ООО «Западно-Сибирский консалтинговый центр».

Согласно отчету об оценке от 22 сентября 2025 г. № 384/964, составленного специалистом - оценщиком ООО «Западно-Сибирский консалтинговый центр», рыночная стоимость жилого помещения, площадью 40,9 кв.м, кадастровый номер <адрес изъят>, на дату оценки с учетом допущений, ограничений, составляет 5 753 000 руб.

Как следует из данного отчета, он подготовлен лицом, обладающим правом на проведение подобного рода исследования, имеющим необходимое образование; содержит основные факты и выводы; задание на оценку; последовательность проведения оценки объекта; сведения о заказчике оценки и об оценщике, о юридическом лице, с которым оценщик заключил договор; допущения и ограничительные условия; применяемые стандарты и основания стандартов; описание объекта исследования с приведением ссылок на документы, устанавливающие количественные и качественные характеристики объекта оценки; общую оценку социально-экономической ситуации в стране и обоснование диапазонов значений ценообразующих факторов и анализ рынка объекта оценки; описание процесса оценки объекта оценки в части применения подходов к оценке объекта оценки; расчет стоимости объекта в рамках сравнительного подхода; описание последовательности определения стоимости объекта оценки; описание расчетов с приложением копий материалов и распечаток используемой информации и литературы.

Оценщик предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Процедура проведения оценки, определения рыночной стоимости объектов, а также требования, предъявляемые к содержанию отчета об оценке, регламентированы положениями Федерального закона № 135-ФЗ, а также федеральными стандартами оценки.

Согласно статье 11 Федерального закона № 135-ФЗ итоговым документом, составленным по результатам определения стоимости объекта оценки независимо от вида определенной стоимости, является отчет об оценке объекта оценки (далее также - отчет). Такой отчет не должен допускать неоднозначное толкование или вводить в заблуждение.

В отчете в обязательном порядке указываются дата проведения оценки объекта оценки, используемые стандарты оценки, цели и задачи проведения оценки объекта оценки, а также иные сведения, необходимые для полного и недвусмысленного толкования результатов проведения оценки объекта оценки, отраженных в отчете.

Кроме того, в отчете должны быть указаны, помимо иного, точное описание объекта оценки, стандарты оценки для определения стоимости объекта оценки, перечень использованных при проведении оценки объекта оценки данных с указанием источников их получения, принятые при проведении оценки объекта оценки допущения; последовательность определения стоимости объекта оценки и ее итоговая величина, ограничения и пределы применения полученного результата; а также могут содержаться иные сведения, являющиеся, по мнению оценщика, существенно важными для полноты отражения примененного им метода расчета стоимости конкретного объекта оценки.

Итоговая величина рыночной или иной стоимости объекта оценки, указанная в отчете, составленном по основаниям и в порядке, которые предусмотрены настоящим Федеральным законом, признается достоверной и рекомендуемой для целей совершения сделки с объектом оценки, если в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, или в судебном порядке не установлено иное. Итоговая величина рыночной или иной стоимости объекта оценки, определенная в отчете, за исключением кадастровой стоимости, является рекомендуемой для целей определения начальной цены предмета аукциона или конкурса, совершения сделки в течение шести месяцев с даты составления отчета, за исключением случаев, предусмотренных законодательством Российской Федерации (статья 12 Федерального закона № 135-ФЗ).

В случае наличия спора о достоверности величины рыночной или иной стоимости объекта оценки, установленной в отчете, в том числе и в связи с имеющимся иным отчетом об оценке этого же объекта, указанный спор подлежит рассмотрению судом, арбитражным судом в соответствии с установленной компетенцией, третейским судом по соглашению сторон спора или договора или в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, регулирующим оценочную деятельность (статья 13 Федерального закона № 135-ФЗ).

На основании пункта 3 части 4 статьи 85 Федерального закона № 229-ФЗ 03 октября 2025 г. судебным приставом-исполнителем вынесено постановление об оценке вещи или имущественного права (о принятии результатов оценки), согласно которому оценка арестованного имущества по отчету № 384/964 составила 5 753 000 руб.

03 октября 2025 г. копия постановления об оценке вещи или имущественного права (о принятии результатов оценки) от 03 октября 2025 г. направлена в личный кабинет посредством электронного портала «Госуслуг» (ЕПГУ), также копия постановления и отчет оценщика направлены Почтой России по адресу места жительства должника.

Оснований полагать заключение эксперта ООО «Западно-Сибирский консалтинговый центр» не соответствующим требованиям закона не имеется. Квалификация лица, проводившего экспертизу, сомнений не вызывает, эксперт имеет специальное образование, длительный опыт работы и право осуществлять экспертную деятельность.

Судебная коллегия находит верным вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания заключения эксперта ООО «Западно-Сибирский консалтинговый центр» ФИО8 недостоверным доказательством по делу, заключение является полным, ясным, противоречий и каких-либо неясностей, неточностей в выводах не содержит.

Доводы административного истца о том, что суд не поставил на разрешение сторон вопрос о назначении по делу судебной экспертизы, отклоняются судебной коллегией, поскольку это является правом, а не обязанностью суда.

В соответствии с частью 1 статьи 85 Федерального закона № 229-ФЗ, оценка имущества должника, на которое обращается взыскание, производится судебным приставом-исполнителем по рыночным ценам, если иное не установлено законодательством Российской Федерации.

Судебный пристав-исполнитель обязан в течение одного месяца со дня обнаружения имущества должника привлечь оценщика для оценки вещи, стоимость которой по предварительной оценке превышает тридцать тысяч рублей (пункт 7 части 2 статьи 85 Федерального закона № 229-ФЗ).

В пункте 50 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 ноября 2015 г. № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства», в случаях, предусмотренных частями 2 и 3 статьи 85 Федерального закона № 229-ФЗ разъяснено, что оценка имущества должника, на которое обращается взыскание, производится судебным приставом-исполнителем с обязательным привлечением специалиста, соответствующего требованиям, предъявляемым законодательством об оценочной деятельности. Стоимость объекта оценки, указанная оценщиком в отчете, является обязательной для судебного пристава-исполнителя, который выносит постановление об оценке вещи или имущественного права не позднее трех дней со дня получения отчета оценщика и в тот же срок направляет сторонам исполнительного производства копию заключения оценщика.

Стороны исполнительного производства вправе оспорить в суде постановление судебного пристава-исполнителя об оценке имущества должника в порядке, предусмотренном главой 22 КАС РФ и главой 24 АПК РФ, либо в срок не позднее десяти дней со дня их извещения о произведенной оценке в исковом порядке оспорить стоимость объекта оценки, указанную оценщиком в отчете.

Суд делает вывод о достоверности произведенной оценки независимо от того, как сформулировал требование заявитель - оспаривание результата оценки или оспаривание постановления судебного пристава-исполнителя, поскольку в обоих случаях данное обстоятельство является существенным для спора.

При рассмотрении дела об оспаривании постановления судебного пристава-исполнителя об оценке имущества или имущественных прав должника суд вправе назначить судебную экспертизу.

В соответствии со статьей 77 КАС РФ назначение экспертизы является правом, а не обязанностью суда. Вопрос о назначении экспертизы либо об отказе в ее назначении разрешается судом в каждом конкретном случае, исходя из обстоятельств дела и имеющейся совокупности доказательств.

Как следует из материалов дела, в обоснование доводов о несогласии с оспариваемым постановлением административный истец указывал на наличие ареста на данное имущество в рамках уголовного дела и преимущественное право на его реализацию в рамках уголовного производства.

Ссылаясь на незаконность оспариваемого постановления, представителем административного истца не представлено каких-либо доказательств, свидетельствующих о недостоверности принятой судебным приставом-исполнителем стоимости объекта оценки, ходатайство о проведении соответствующей экспертизы не заявлено. При этом, судебная коллегия отмечает, приведенные заявителем доводы не свидетельствуют о недостатках отчета, которые могли бы поставить под сомнение определенную им величину рыночной стоимости объекта оценки.

Доказательств несоответствия произведенной оценки рыночной стоимости арестованного имущества административным истцом не представлено, ходатайств о назначении судебной экспертизы не заявлено.

Оценка арестованного имущества проводилась специалистом-оценщиком на основании представленных материалов исполнительного производства, соответственно, при определении рыночной стоимости имущества учтена информация, содержащаяся в акте наложения ареста (описание имущества).

Доказательств, подтверждающих несоблюдение оценщиком при проведении оценки требований Федерального закона от 29 июля 1998 г. № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации», ошибочность применения оценщиком методики оценки имущества либо неполноту исследования, материалы дела не содержат.

В случае если в ходе рассмотрения дела об оспаривании постановления судебного пристава-исполнителя у суда первой инстанции возникли сомнения в объективности отчета об оценке о реальной стоимости квартиры, суд был вправе назначить по делу судебную экспертизу, по результатам которой указать надлежащую оценку имущества должника.

С учетом того, что суд первой инстанции признал отчет об оценке допустимым, ходатайств о назначении судебной экспертизы не поступило, то основания для вывода о том, что стоимость объекта оценки иная, чем указана в отчете, не подтверждаются имеющимися в деле доказательствами.

14 октября 2025 г. судебным приставом-исполнителем вынесено постановление о передаче арестованного имущества на торги.

В апелляционной жалобе представитель административного истца указал, что судом первой инстанции данное постановление признано законным, вместе с тем, в судебном акте не приведены мотивы принятого решения в данной части.

Доводы апеллянта в указанной части о незаконности принятого судом первой инстанции решения не свидетельствуют и отклоняются судебной коллегией.

В обоснование доводов о незаконности оспариваемого постановления административный истец указал, что судебный пристав-исполнитель не выяснил возможность наложения ареста на имущество, кроме того, постановление о передаче имущества на торги принято административным ответчиком в период рассмотрения административного дела о незаконности постановления о наложении ареста на имущество и незаконности привлечения оценщика для его оценки.

Согласно пункту 6 статьи 87 Федерального закона № 229-ФЗ судебный пристав-исполнитель не ранее 10 и не позднее 20 дней после вынесения постановления об оценке имущества передает имущество на торги.

В данном случае, судебный пристав-исполнитель в установленные законом сроки и порядке вынес постановление о передаче имущества на торги.

С административным исковым заявлением об оспаривании постановления о принятии результатов оценки административный истец обратился в суд 17 октября 2025 г., то есть после вынесения оспариваемого постановления от 14 октября 2025 г.

На момент вынесения постановления от 17 октября 2025 г. постановление о наложении ареста, о принятии результатов оценки незаконными не признаны, в связи с чем, судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о законности постановления от 17 октября 2025 г.

27 октября 2025 г. административный истец обратился в службу судебных приставов с уведомлением о наложении ареста на спорный объект недвижимости.

10 ноября 2025 г. судебным приставом-исполнителем направлен запрос в СО по Ленинскому району г. Иркутска СУ СК России по Иркутской области, на который 11 ноября 2025 г. дан ответ из содержания которого следует, что на имущество ФИО1, в том числе квартиру по адресу: <адрес изъят>, наложен арест в рамках уголовного дела, с запретом распоряжаться ей до окончательного правового решения по уголовному делу. В настоящее время по уголовному делу проводятся следственные действия, направленные на завершение расследования уголовного дела, в ноябре 2025 г. запланировано выполнение требований статей 171-175, 215, 217 УПК РФ.

Кроме того, 10 ноября 2025 г. судебным приставом-исполнителем вынесено постановление об отложении исполнительных действий. На момент рассмотрения дела судом первой инстанции данное постановление не отменено, исполнительные действия в отношении спорного имущества не проводились.

Выводы суда первой инстанции о том, что не могут являться основанием к признанию незаконными оспариваемых решений административного ответчика доводы о неполучении административным истцом постановлений через личный кабинет ЕПГУ, судебная коллегия находит верными, поскольку они основаны на совокупности доказательств, исследованных в ходе рассмотрения дела.

Представитель административного истца ФИО6 в судебном заседании суду первой инстанции пояснил, что размещенные в личном кабинете ЕПГУ административного истца сообщения автоматически считывались при входе сына административного истца с целью получения сообщений, направленных в адрес ООО СПБ «Союзстрой».

С целью получения сообщений на имя ФИО9 (сын) генеральным директором ООО «СПБ «Союзстрой» ФИО1 издан приказ № 15 о предоставлении ФИО9 логина и пароля для входа в личный кабинет ООО «СПБ «Союзстрой».

Таким образом, в случае предоставлении третьим лицам возможности входа в личный кабинет юридического лица, связанного с личным кабинетом физического лица, риск неполучения юридически значимого сообщения несет лицо, предоставившее в данном случае доступ.

Из частей 1 и 2 статьи 46 Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее частью 1 статьи 19, закрепляющих равенство всех перед законом и судом, следует, что конституционное право на судебную защиту предполагает не только право на обращение в суд, но и возможность получения реальной судебной защиты в форме эффективного восстановления нарушенных прав и свобод в соответствии с законодательно закрепленными критериями (Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 05 февраля 2007 г. № 2-П, от 16 марта 1998 г. № 9-П, от 15 февраля 2016 г. № 3-П).

Процессуальное законодательство, конкретизирующее положения статьи 46 Конституции Российской Федерации, исходит, по общему правилу, из того, что любому лицу судебная защита гарантируется только при наличии оснований предполагать, что права и свободы, о защите которых просит лицо, ему принадлежат, и при этом указанные права и свободы были нарушены или существует реальная угроза их нарушения.

Учитывая, что надлежащего фактического и правового обоснования действительного нарушения оспариваемыми действиями судебного пристава-исполнителя прав и законных интересов административного истца им не приведено и в ходе рассмотрения дела не установлено, судебная коллегия находит оспариваемый судебный акт законным, полагая, что при разрешении спора, суд правильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела, дал им надлежащую правовую оценку и постановил законные и обоснованные решения; выводы суда являются мотивированными, соответствуют обстоятельствам дела, содержанию исследованных судом доказательств и нормам материального права, подлежащим применению по настоящему делу.

Доводы апелляционной жалобы не могут быть признаны состоятельными, сводятся по существу к несогласию с выводами суда и иной оценке установленных по делу обстоятельств, не содержат новых обстоятельств, которые опровергали бы выводы судебного решения, направлены на иное произвольное толкование норм материального и процессуального права, что не отнесено статьей 310 КАС РФ к числу оснований для отмены решения суда в апелляционном порядке.

Несогласие апеллянта с приведенной судом оценкой не свидетельствует о нарушении или неправильном применении судами норм права, в связи с чем отсутствуют основания для отмены либо изменения принятого по делу судебного акта, предусмотренные статьей 310 КАС РФ.

Решение суда является правильным по существу и не может быть отменено по одним лишь по формальным соображениям (часть 5 статьи 310 КАС РФ).

На основании изложенного, руководствуясь пунктом 1 статьи 309 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Кировского районного суда г. Иркутска от 29 января 2026 г. по данному административному делу оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного определения.

Судья-председательствующий

С.Н. Банщикова

Судьи

Н.С. ПавленкоН.А. Шуняева

Мотивированное апелляционное определение составлено 05 мая 2026 г.