Решение № 2-1037/2018 2-1037/2018 ~ М-275/2018 М-275/2018 от 19 февраля 2018 г. по делу № 2-1037/2018

Дело № 2-1037/2018


Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

20 февраля 2018 года г. Мурманск

(в окончательной форме принято 24.02.2018)

Первомайский районный суд города Мурманска в составе председательствующего судьи Пестерникова М.В.

при секретаре Думкиной Ю.С.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к акционерному обществу «***» о взыскании недополученной заработной платы, компенсации за задержку выплаты заработной платы и денежной компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к акционерному обществу «***» о взыскании недополученной заработной платы, указав в обоснование иска, что с *** по *** работала в АО «***» в должности ***. Согласно трудовому договору, её заработная плата составляла 15 939 рублей и включала в себя должностной оклад - 6 930 рублей, процентную надбавку и районный коэффициент за работу в районах Крайнего Севера.

Полагает, что размер её ежемесячной заработной платы, исходя из полностью отработанного месяца, с учетом требований ст. 133 Трудового кодекса Российской Федерации, не мог быть ниже 32 846 рублей, что складывается из размера минимальной заработной платы в Мурманской области - 14 281 рубля (установленной Соглашением Правительства Мурманской области, Мурманского облсовпрофа, Союза промышленников и предпринимателей Мурманской области 28 ноября 2014 года), а также районного коэффициента в размере 50% и полярной надбавки в размере 80%.

В связи с этим просит взыскать с ответчика в свою пользу недополученную заработную плату в размере 133 162 рублей 90 копеек за ***, а также выходное пособие и сохраненный средний заработок за период ***, компенсацию за задержку выплаты заработной платы в размере 20 795 рублей 88 копеек, моральный вред в размере 500 000 рублей и расходы на оплату услуг представителя в размере 10 000 рублей.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объёме.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании исковые требования также поддержала в полном объеме по доводам и основаниям, изложенным в иске. Дополнительно указала, что Федеральным законом № 164-ФЗ от 02.06.2016 года минимальный размер оплаты труда с 01 июля 2016 года составлял 7 500 рублей, что, с учетом повышенной оплаты труда в связи с работой в особых климатических условиях, должно было бы составлять 17 250 рублей, что выше ежемесячной заработной платы истца за оспариваемый период. Кроме того, Соглашением о минимальной заработной плате в Мурманской области на 2015-2017 годы с 01 ноября 2016 года установлена минимальная заработная плата в Мурманской области в размере 14 281 рубля, что с учетом полярный надбавки и районного коэффициента должно составлять не менее 32 846 рублей.

Представитель ответчика Душный С.В. в судебном заседании исковые требования не признал, поддержал доводы, изложенные в письменных возражениях.

Заслушав участников процесса, изучив материалы гражданского дела, письменные возражения ответчика, суд приходит к следующему.

Как установлено в судебном заседании, с *** по *** ФИО1 работала в АО «***» в должности ***.

На основании приказа №*** от *** трудовой договор от *** с ней прекращен по п. 2 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации (по сокращению штата).

Согласно трудовому договору от ***, заключенному между АО «***» и ФИО1, заработная плата истца состояла из месячного должностного оклада в размере 6 930 рублей, процентной надбавки за работу в районах Крайнего Севера в размере 80% и районного коэффициента к заработной плате в размере 50 %, что в сумме составляло 15 939 рублей.

В соответствии с ч. 2 ст. 7, ч. 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации устанавливается гарантированный минимальный размер оплаты труда, каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда.

Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признается, в том числе, обеспечение права каждого работника на своевременную и в полном размере выплату справедливой заработной платы, обеспечивающей достойное человека существование для него самого и его семьи, и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда (ст. 2 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовой кодекс Российской Федерации предусматривает обязанность работодателя обеспечить работникам равную оплату за труд равной ценности; зависимость заработной платы каждого работника от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда, запрещение какой бы то ни было дискриминации при установлении, изменении условий оплаты труда; повышенную оплату труда работников, занятых на работах в местностях с особыми климатическими условиями.

Согласно ч. 1 ст. 129 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата (оплата труда работника) – это вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

В соответствии с частями 1, 3 статьи 133 Трудового кодекса Российской Федерации минимальный размер оплаты труда устанавливается одновременно на всей территории Российской Федерации федеральным законом и не может быть ниже величины прожиточного минимума трудоспособного населения.

Месячная заработная плата работника, полностью отработавшего за этот период норму рабочего времени и выполнившего нормы труда (трудовые обязанности), не может быть ниже минимального размера оплаты труда.

Федеральным законом от 02 июня 2016 года № 164-ФЗ «О внесении изменений в статью 1 Федерального закона «О минимальном размере оплаты труда», с 01 июля 2016 года был установлен минимальный размер оплаты труда 7500 рублей.

В силу ст. 133.1 Трудового кодекса Российской Федерации, в субъекте Российской Федерации региональным соглашением о минимальной заработной плате может устанавливаться размер минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации. Размер минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации не может быть ниже минимального размера оплаты труда, установленного федеральным законом.

В соответствии со ст. 315 Трудового кодекса Российской Федерации оплата труда в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях осуществляется с применением районных коэффициентов и процентных надбавок к заработной плате.

Согласно позиции Конституционного суда Российской Федерации, изложенной в постановлении № 38-П от 07 декабря 2017 года, вознаграждение за труд не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда гарантируется каждому, а, следовательно, определение его величины должно основываться на характеристиках труда, свойственных любой трудовой деятельности, без учета особых условий ее осуществления. Это согласуется с социально-экономической природой минимального размера оплаты труда, которая предполагает обеспечение нормального воспроизводства рабочей силы при выполнении простых неквалифицированных работ в нормальных условиях труда с нормальной интенсивностью и при соблюдении нормы рабочего времени.

Институт минимального размера оплаты труда по своей конституционно-правовой природе предназначен для установления того минимума денежных средств, который должен быть гарантирован работнику в качестве вознаграждения за выполнение трудовых обязанностей с учётом прожиточного минимума.

Из этого следует, что основным назначением минимального размера оплаты труда в системе действующего правового регулирования является обеспечение месячного дохода работника, отработавшего норму рабочего времени, на гарантированном законом уровне.

Минимальный размер оплаты труда должен быть обеспечен всем работающим по трудовому договору, то есть он является общей гарантией, предоставляемой работникам независимо от того, в какой местности осуществляется трудовая деятельность, согласно статье 133 Трудового кодекса Российской Федерации величина минимального размера оплаты труда устанавливается одновременно на всей территории Российской Федерации без учета природно-климатических условий различных регионов страны.

Повышенная оплата труда в связи с работой в особых климатических условиях должна производиться после определения размера заработной платы и выполнения конституционного требования об обеспечении минимального размера оплаты труда, а значит, районный коэффициент (коэффициент) и процентная надбавка, начисляемые в связи с работой в местностях с особыми климатическими условиями, в том числе в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, не могут включаться в состав минимального размера оплаты труда.

В противном случае месячная заработная плата работников, полностью отработавших норму рабочего времени в местностях с особыми климатическими условиями, могла бы по своему размеру не отличаться от оплаты труда лиц, работающих в регионах с благоприятным климатом. Таким образом, гарантия повышенной оплаты труда в связи с работой в особых климатических условиях утрачивала бы реальное содержание, превращаясь в фикцию, а право граждан на компенсацию повышенных затрат, обусловленных работой и проживанием в неблагоприятных условиях, оказалось бы нарушенным. Нарушались бы и конституционные принципы равенства и справедливости, из которых вытекает обязанность государства установить такое правовое регулирование в сфере оплаты труда, которое обеспечивает основанную на объективных критериях, включая учет природно-климатических условий осуществления трудовой деятельности, заработную плату всем работающим и не допускает применения одинаковых правил к работникам, находящимся в разном положении.

Поглощение выплат, специально установленных для возмещения дополнительных материальных и физиологических затрат работников, связанных с климатическими условиями, минимальным размером оплаты труда, по существу, приводило бы к искажению правовой природы как этой гарантии, так и самих указанных выплат, что недопустимо в силу предписаний части 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации и принципов правового регулирования трудовых правоотношений.

В соответствии с Приложением № 3 к Соглашению Правительства Мурманской области, Мурманского облсовпрофа, Союза промышленников и предпринимателей Мурманской области от 28 ноября 2014 года о минимальной заработной плате в Мурманской области на 2015-2017 годы, действующим в спорный период, с 01 ноября 2016 года в Мурманской области была установлена минимальная заработная плата в размере 14 281 рубля.

При этом указанным соглашением, установлено, что в размер минимальной заработной платы в Мурманской области входят доплаты и надбавки стимулирующего и компенсационного характера, включая районный коэффициент и процентную надбавку к заработной плате за работу в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях.

Вместе с тем, согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, отраженной в вышеуказанном постановлении, минимальная заработная плата в субъекте Российской Федерации представляет собой установленную в системе социального партнерства дополнительную гарантию, которая не заменяет гарантии, предусмотренные федеральным законом, в том числе повышенную оплату труда в связи с работой в местностях с особыми климатическими условиями.

Закрепляя возможность в рамках трехстороннего сотрудничества устанавливать минимальную заработную плату в субъекте Российской Федерации, федеральный законодатель исходил из того, что в механизме правового регулирования оплаты труда такая дополнительная гарантия будет в соответствующих случаях применяться вместо величины минимального размера оплаты труда, установленного федеральным законом, не заменяя и не отменяя иных гарантий, предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации.

Таким образом, Конституционный Суд Российской Федерации признал взаимосвязанные положения статьи 129, частей первой и третьей статьи 133, а также частей первой, второй, третьей, четвертой и одиннадцатой статьи 133.1 Трудового кодекса Российской Федерации не противоречащими Конституции Российской Федерации, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования они не предполагают включения в состав минимального размера оплаты труда (минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации) районных коэффициентов (коэффициентов) и процентных надбавок, начисляемых в связи с работой в местностях с особыми климатическими условиями, в том числе в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях.

Исходя из вышеизложенного, размер минимальной заработной платы истца за оспариваемый период, с учетом полностью отработанного месяца, не мог быть ниже 32 846 рублей, что складывается из размера минимальной заработной платы в Мурманской области, установленной с 01 ноября 2016 года в размере 14 281 рубля, а также районного коэффициента 50% и полярной надбавки 80%.

Согласно расчету представленному истцом, размер недополученной ей заработной платы, с учётом НДФЛ, за ***, а также выходное пособие и сохраненный средний заработок за период *** составляет 133 162 рубля 90 копеек.

Поскольку истцом представлен подробный расчет суммы недополученной заработной платы, который математически верен, ответчиком не оспорен, суд соглашается с ним и полагает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца недополученную заработную плату в размере 133 162 рублей 90 копеек.

Довод представителя ответчика о том, что в данном случае истец не может ссылаться на Постановление Конституционного суда Российской Федерации № 38-П от 07 декабря 2017 года, поскольку оно принято после рассматриваемого периода, является несостоятельным.

Так, Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно подчеркивал (Постановления от 23 декабря 1997 года N 21-П, от 23 февраля 1999 года N 4-П, от 28 марта 2000 года N 5-П, от 23 января 2007 года N 1-П, от 8 ноября 2012 года N 25-П, от 23 сентября 2014 года N 24-П, от 12 марта 2015 года N 4-П и другие), что в судебной практике должно обеспечиваться конституционное истолкование подлежащих применению нормативных положений.

Конституционный Суд Российской Федерации обращал внимание на необходимость учета в правоприменительной практике, в том числе судебной, ранее сформулированных им подходов относительно правовых последствий принятия Конституционным Судом Российской Федерации решения, в котором проверяемая норма закона, не признанная не соответствующей Конституции Российской Федерации, подвергается конституционно-правовому истолкованию.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что его решение, которым подтверждается конституционность нормы именно в данном им истолковании и тем самым исключается любое иное, то есть неконституционное, ее истолкование и применение, имеет в этой части такие же последствия, как и решение, которым норма признается не соответствующей Конституции Российской Федерации, что влечет утрату ею юридической силы, и такую же сферу действия во времени, в пространстве и по кругу лиц, как решения нормотворческого органа, а значит, такое же, как нормативные акты, общее значение, не присущее правоприменительным по своей природе актам судов общей юрисдикции и арбитражных судов; оно не может быть пересмотрено другими органами или преодолено путем повторного принятия отвергнутого неконституционного акта либо посредством применения нормативного правового акта в истолковании, расходящемся с его конституционно-правовым смыслом, а также обязывает всех правоприменителей, включая суды общей юрисдикции и арбитражные суды, действовать в соответствии с правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации.

Юридическое последствие решения Конституционного Суда Российской Федерации, в котором выявляется конституционно-правовой смысл нормы, - прекращение ее действия (и, соответственно, применения) в неконституционном истолковании, а значит, утрата ею силы на будущее время в любом ином - расходящемся с выявленным конституционно-правовым - смысле, допускавшемся в прежнем ее понимании. Это означает, что такая норма по общему правилу, вытекающему из статьи 125 (часть 6) Конституции Российской Федерации, частей первой, третьей и пятой статьи 79 Федерального конституционного закона от 21 июля 1994 года N 1-ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации", с момента вступления решения Конституционного Суда Российской Федерации в силу не должна толковаться каким-либо иным образом и применяться в каком-либо ином смысле, а правоприменительные органы обязаны учитывать сформулированную в нем позицию Конституционного Суда Российской Федерации относительно того, соответствует ли Конституции Российской Федерации данная норма по смыслу, придаваемому ей правоприменительной практикой (постановления от 7 ноября 2012 года N 24-П, от 8 ноября 2012 года N 25-П, от 18 сентября 2014 года N 23-П; определения от 11 ноября 2008 года N 556-О-Р, от 9 ноября 2010 года N 1437-О-П и другие).

Таким образом, учитывая, что Постановление Конституционного суда Российской Федерации № 38-П вступило в силу 07 декабря 2017 года, при рассмотрении указанного спора взаимосвязанные положения статьи 129, частей первой и третьей статьи 133, а также частей первой, второй, третьей, четвертой и одиннадцатой статьи 133.1 Трудового кодекса Российской Федерации не могут толковаться иначе, чем в данном Постановлении.

Также суд отвергает довод стороны ответчика о том, что Соглашение Правительства Мурманской области, Мурманского облсовпрофа, Союза промышленников и предпринимателей Мурманской области от 28 ноября 2014 года о минимальной заработной плате в Мурманской области на 2015-2017 годы не может применяться в данном случае в связи с тем, что в настоящее время оно отменено. Данное соглашение прекратило своё действие с 07 декабря 2017 года, таким образом, в спорный период оно являлось действующим, в связи с чем подлежит применению в рассматриваемом случае.

В соответствии со статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Согласно представленному истцом расчету, с учетом действующей в указанный период ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки, начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день обращения в суд, денежная компенсация за задержку выплаты заработной платы истцу составила 20 795 рублей 88 копеек.

Поскольку установлен факт несвоевременной выплаты заработной платы истцу, ей подлежат выплате также проценты (денежная компенсация) в размере, представленном в расчете ФИО1, который ответчиком не оспорен.

В силу ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Сам факт нарушения трудовых прав истца дает ему основание на взыскание с ответчика компенсации морального вреда.

С учетом установленных судом нарушений трудовых прав истца, принимая во внимание причиненные ей нравственные страдания, связанные с выплатой заработной платы в заниженном размере, что ставило ее в трудное материальное положение и лишало возможности материально содержать семью, суд полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей.

В соответствии с требованиями статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по её письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Во исполнение договора от ***, заключенного между истцом и ФИО2, за оказание юридических услуг, а именно, оказание услуг по изучению документов, представленных заказчиком по иску к АО «***» о взыскании недополученной заработной платы, консультирование по подготовке документов к судебным заседаниям и подготовки юридических документов, истцом оплачено представителю вознаграждение в сумме 10 000 рублей.

Учитывая характер спорного правоотношения, объём выполненных представителем истца работ, сложности дела, исходя из принципа соразмерности, суд считает возможным удовлетворить заявленные требования по оплате услуг представителя в полном объеме.

В силу ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Таким образом, поскольку исковые требования удовлетворены судом в полном объеме, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина, от которой истец освобожден, за удовлетворение требования имущественного характера, а также за удовлетворенное требование неимущественного характера о взыскании компенсации морального вреда в размере 4 579 рублей 18 копеек.

На основании изложенного и руководствуясь стст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к акционерному обществу «***» удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «***» в пользу ФИО1 недополученную заработную плату в размере 133 162 рублей 90 копеек, компенсацию за задержку выплаты заработной платы в размере 20 795 рублей 88 копеек, компенсацию морального вреда в сумме 5 000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в сумме 10 000 рублей, а всего взыскать 168 958 рублей 78 копеек.

Взыскать с акционерного общества «Мурманский морской рыбный порт» госпошлину в доход бюджета муниципального образования город Мурманск в сумме 4 579 рублей 18 копеек.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Мурманский областной суд через Первомайский районный суд г. Мурманска в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий подпись М.В. Пестерников