Апелляционное определение № 33-27513/2025 33-3652/2026 от 25 марта 2026 г.

78RS0002-01-2020-004341-22

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. №33-3652/2026 (33-27513/2025;)

Судья: Никандрова С.А.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Санкт-Петербург

26 марта 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:

председательствующего

Ильинской Л.В.,

судей

ФИО1, ФИО2,

при помощнике судьи

ФИО3,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО4 в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО5, ФИО6 на решение Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 30 июня 2025 года по гражданскому делу №2-2/2025 по иску ФИО6, ФИО5 к ФИО7, ФИО8, нотариусу нотариального округа Санкт-Петербург ФИО9 об оспаривании сделок, применении последствий недействительности сделок.

Заслушав доклад судьи Ильинской Л.В., обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения представителя истцов ФИО4, ФИО5 – ФИО10 Ш.С.С., также являющегося представителем третьего лица ФИО6, представителя ответчиков ФИО7, ФИО8 – ФИО11, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда,

УСТАНОВИЛА:

ФИО7 обратилась в Выборгский районный суд Санкт-Петербурга с исковым заявлением к ФИО4, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО5, о признании утратившими право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, и выселении. Заочным решением Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 17 февраля 2021 года исковые требования ФИО7 были удовлетворены. Впоследствии определением того же суда от 22 декабря 2022 года заочное решение отменено, рассмотрение дела по существу возобновлено.

ФИО12 обратился в суд с иском к ФИО7, ФИО8 об оспаривании на основании статей 168, 177 Гражданского кодекса Российской Федерации договора купли-продажи от 20.12.2018, дополнительного соглашения от 02.04.2019, договора залога в отношении квартиры по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, а также доверенности от 24 июля 2018 года, выданной на имя ФИО13, применении последствий недействительности сделок (том 2 л.д. 3-4).

Указанные дела объединены для совместного рассмотрения в одно производство (том 1 л.д. 214-215).

В обоснование требований ФИО12 указывал, что квартиру по вышеуказанному адресу он не отчуждал, договор купли-продажи не подписывал, а в период совершения сделок страдал алкогольной зависимостью и не мог осознавать характер своих действий и руководить ими. Кроме того, истец ссылался на безденежность сделок и на то, что действия по государственной регистрации перехода права собственности совершены на основании подложной доверенности.

Определением Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 03.09.2024 принят отказ ФИО7 от искового заявления к ФИО4, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО5, о признании утратившими право пользования жилым помещением, выселении, производство по делу в указанной части прекращено.

После смерти ФИО12 определением Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 25 марта 2025 года произведена замена выбывшей стороны на его правопреемников – ФИО6 (мать) и несовершеннолетнего ФИО5 (сын), в интересах которого действует законный представитель ФИО4.

Решением Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 30 июня 2025 года в удовлетворении исковых требований ФИО6 и ФИО5 отказано в полном объеме.

Не согласившись с указанным решением, ФИО4 и ФИО6 подали апелляционную жалобу, в которой просят решение суда первой инстанции отменить и принять новое решение об удовлетворении встречных исковых требований в полном объеме.

В обоснование жалобы указывают, что решение суда первой инстанции является незаконным и необоснованным, принятым с существенным нарушением норм материального и процессуального права. Податели жалобы ссылаются на необоснованный отказ суда в удовлетворении ходатайства о назначении повторной судебной почерковедческой экспертизы, поскольку имеющиеся в деле экспертные заключения (№ 2748/2023-2-108/2023 и № 6353/2024-2-13/2024) содержат противоречивые выводы: эксперт установил, что подпись ФИО12 на доверенности от 24 июля 2018 года выполнена не им, тогда как вторая экспертиза пришла к выводу о том, что подпись на договоре купли-продажи принадлежит ФИО12

Кроме того, суд первой инстанции необоснованно отказал в истребовании сведений о движении денежных средств по банковским счетам ООО «МФО «Альянс», а также сведений о сделках, совершенных ответчиками с иными лицами по аналогичным схемам, что по мнению подателей жалобы, лишило их возможности подтвердить доводы о безденежности сделок и наличии сговора между ответчиками.

Кроме того, податели жалобы не согласны с выводом суда о пропуске срока исковой давности, полагая, что срок исковой давности подлежит восстановлению ввиду тяжелого состояния здоровья ФИО12, в том числе наличия у него хронического алкоголизма, цирроза печени и перенесенной трансплантации сердца, в связи с чем он не мог своевременно узнать о нарушении своих прав.

Изучив материалы дела, обсудив вопрос о возможности рассмотрения дела в отсутствие сторон, третьих лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, выслушав объяснения представителя истцов ФИО4, ФИО5 – ФИО10 Ш.С.С., также являющегося представителем третьего лица ФИО6, представителя ответчиков ФИО7, ФИО8 – ФИО11, проверив материалы дела по правилам пункта 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно положениям статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

В силу частей 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с частью 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу положений статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 20 декабря 2018 года между ФИО12 (продавец) и ФИО7 (покупатель) был заключен договор купли-продажи <адрес> А. Цена договора составила 2800000 рублей, которые, согласно пункту 3 договора, покупатель выплатил продавцу до подписания договора. Государственная регистрация перехода права собственности на квартиру к ФИО7 произведена Управлением Росреестра по Санкт-Петербургу 10 января 2019 года.

2 апреля 2019 года между ФИО12 и ФИО7 заключено дополнительное соглашение к договору купли-продажи, которым цена квартиры была увеличена до 3 300 000 рублей, и ФИО12 дана расписка о получении от ФИО7 дополнительных денежных средств в размере 500 000 рублей.

9 апреля 2019 года ФИО12 снялся с регистрационного учета по вышеуказанному адресу на основании личного заявления.

Также судом установлено, что ранее ФИО12 был заключен ряд договоров займа, обеспеченных залогом спорной квартиры, в том числе: 23 января 2017 года с ООО «Микрофинансовая организация «Альянс» на сумму 500 000 рублей, 13 марта 2017 года с ФИО14 на сумму 400000 рублей (впоследствии права требования перешли к ООО «Альянс»), 24 июля 2018 года с ФИО7 на сумму 615 000 рублей, 5 октября 2018 года с ФИО8 на сумму 350 000 рублей, 14 декабря 2018 года с ФИО8 на сумму 280 000 рублей. Получение денежных средств по указанным договорам подтверждается расписками ФИО12, представленными в материалы дела. Впоследствии все обременения со спорной квартиры были сняты.

Из предоставленных нотариусом нотариального округа Санкт-Петербург ФИО9 документов по запросу суда следует, что для ФИО12 24 июля 2018 года было осуществлено нотариальное действие – удостоверена доверенность на имя ФИО13 на право быть его представителем в Управлении Росреестра по Санкт-Петербургу, ФГБУ «ФКП Росреестра», в Многофункциональных центрах предоставления государственных и муниципальных услуг по вопросу регистрации договора залога, возникновения и прекращении любых обременений (в том числе ипотеки) на квартиру, расположенную по адресу: <адрес> с правом передоверия, сроком на один год (том 3 л.д. 4). В материалы дела нотариусом нотариального округа Санкт-Петербург ФИО9 также была представлена копия записи в реестровой книге о выдаче доверенности от 24.07.2018, реестровый №..., бланк №... (том 5 л.д. 163-166), а также оригинал реестровой книги.

Согласно обоснованиям уточненного искового заявления ФИО12, договор купли-продажи от 20.12.2018 и дополнительное соглашение к нему от 02.04.2019 являются ничтожными сделками, поскольку подписи на них ФИО12 не принадлежат, либо выполнены им в состоянии неспособности понимать значение своих действий и руководить ими.

При подаче искового заявления ФИО12 было представлено заключение специалиста № АС 22/493-ПЭ от 26.10.2022 в выводах которого указано, что: подпись от имени ФИО12 в доверенности №... от 20.12.2018 выполнена, вероятно, самим ФИО12, при выполнении подписи на исполнителя воздействовали неустановленные сбивающие факторы; подпись от имени ФИО12 в доверенности №... №...4 от 24.07.2018 выполнена, вероятно, самим ФИО12, при выполнении подписи на исполнителя воздействовали неустановленные сбивающие факторы; подпись от имени ФИО12 в расписке от 14.12.2018 выполнена, вероятно, самим ФИО12, при выполнении подписи на исполнителя воздействовали неустановленные сбивающие факторы; подпись от имени ФИО12 в договоре купли-продажи квартиры от 20.12.2018 выполнена, вероятно, самим ФИО12, при выполнении подписи на исполнителя воздействовали неустановленные сбивающие факторы (том 2 л.д. 6-31).

В ходе рассмотрения дела судом первой инстанции по ходатайству ФИО12 была назначена комиссионная судебная психиатрическая и почерковедческая экспертиза (заключение № 2748/2023-2-108/2023), а также по ходатайству ответчика ФИО7 – дополнительная судебная почерковедческая экспертиза (заключение № 6353/2024-2-13/2024 от 23 августа 2024 года). Кроме того, по ходатайству ФИО12 была назначена амбулаторная судебно-психиатрическая экспертиза (заключение комиссии экспертов № 3288.1462.1 от 25 июня 2024 года).

Согласно выводам комиссии судебно-психиатрических экспертов №3288.1462.1 от 25 июня 2024 года, ФИО12 каким-либо психическим расстройством, которое лишало бы его способности понимать значение своих действий и руководить ими в момент оформления договора купли-продажи от 20 декабря 2018 года, доверенности от 24 июля 2018 года, договора залога от 14 декабря 2018 года, не страдал. У ФИО12 обнаруживались признаки <...>. В юридически значимый период у ФИО12 не выявлено каких-либо психотических расстройств (бреда, обманов восприятия), интеллектуально-мнестического снижения, клинически значимых аффективных нарушений, дезориентировки в окружающем, нарушений критики и прогноза. Комиссия экспертов пришла к категорическому выводу о том, что в момент оформления договора купли-продажи 20 декабря 2018 года, доверенности 24 июля 2018 года, договора залога квартиры 14 декабря 2018 года ФИО12 мог понимать значение своих действий и руководить ими.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 166, 167, 168, 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 56, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обоснованно исходил из того, что представленными в дело доказательствами не подтверждается факт нахождения ФИО12 в момент совершения оспариваемых сделок в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий и руководить ими.

При этом, суд первой инстанции правомерно принял во внимание заключение комиссии судебно-психиатрических экспертов № 3288.1462.1 от 25 июня 2024 года, которое в полном объеме отвечает требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержит подробное описание проведенного исследования и сделанные в результате его выводы. Эксперты были предупреждены об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения, их компетенция и квалификация у суда сомнений не вызвали.

По ходатайству ФИО12, определением Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 23.05.2023 по делу была назначена судебная почерковедческая экспертиза.

Согласно выводам, изложенным в заключении эксперта № 2748/2023-2-108/2023, рукописные записи «ФИО12 НикО.ч» от имени ФИО12 в договоре купли-продажи от 20.12.2018, договоре залога от 14.12.2018, вероятно, выполнены самим ФИО12; решить вопрос в категоричной форме не представилось возможным, по причинам простого строения исследуемого почерка, а также значительной вариационности свободных образцов, представленных для сравнения. Подписи от имени ФИО12 в договоре купли-продажи от 20.12.2018, договоре залога от 14.12.2018, вероятно, выполнены самим ФИО12; решить вопрос в категоричной форме не представилось возможным, по причинам краткости и простоты строения исследуемых подписей и образцов, а также значительной вариационности свободных образцов, представленных для сравнения. Краткая рукописная запись «Баклагов Олег Николаевич» от имени ФИО12 в доверенности от 24.07.2018 (бланк №...4) вероятно выполнена не ФИО12, а другим лицом; решить вопрос в категоричной форме не представилось возможным, по причинам простого строения исследуемого почерка, а также значительной вариационности свободных образцов, представленных для сравнения; установленные признаки необычных условий выполнения и наличия сбивающих факторов в исследуемой краткой рукописной записи от имени ФИО12, могут свидетельствовать о подражании подписям ФИО12 Подпись от имени ФИО12 в доверенности от 24.07.2018 (бланк №...) вероятно выполнена не ФИО12; решить вопрос в категоричной форме не представилось возможным, по причине краткости и простоты строения исследуемых подписей и образцов, а также значительной вариационности образцов, представленных для сравнения; выявленные признаки необычных условий выполнения и наличия сбивающих факторов в исследуемой подписи от имени ФИО12, могут свидетельствовать о подражании подписям ФИО12 В кратких рукописных записях «ФИО12 НикО.ч» и подписях от имени ФИО12 на договоре купли-продажи от 20.12.2018, в договоре залога от 14.12.2018, каких-либо признаков выполнения кратких рукописных записей и подписей от имени ФИО12 в необычных условиях и/или при наличии каких-либо сбивающих факторов (непривычная поза, болезнь, волнение, утомление, опьянение и тому подобное), не выявлено. В краткой рукописной записи «ФИО12 НикО.ч» и подписи от имени ФИО12 в доверенности от 24.07.2018 (бланк №... №...4), имеются признаки необычных условий выполнения и наличия сбивающих факторов; признаки необычных условий выполнения и наличия сбивающих факторов в исследуемой краткой рукописной записи и подписи от имени ФИО12 могут свидетельствовать о подражании почерку и подписям ФИО12 (том 5 л.д. 60-83).

Определением Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 16.04.2024 по делу по ходатайству ответчика ФИО7 была назначена дополнительная судебная почерковедческая экспертиза, а также по ходатайству ФИО12 - амбулаторная судебно-психиатрическая экспертиза.

Согласно выводам, изложенным в заключении эксперта № 6353/2024-2-13/2024 от 23.08.2024, расшифровка подписи и подпись от имени ФИО12 под № №... (24.07.2018) на странице 7 в реестре регистрации нотариальных действий нотариуса нотариального округа Санкт-Петербурга ФИО15 выполнены самим ФИО12(том 6 л.д. 93-128).

Данные обстоятельства также нашли свое подтверждение и в ходе опроса эксперта ФИО16, которая поддержала данное ею заключение № 6353/2024-2-13/2024 от 23.08.2024, указав, в частности, на то, что были изучены документы, предоставленные для исследования, установлен комплекс совпадающих признаков. Пояснения эксперта не противоречат доказательствам, представленным в материалы дела, а также выводам, указанным в заключении.

Ссылки подателей жалобы на наличие в деле заключений экспертов с противоречивыми выводами были предметом тщательной проверки суда первой инстанции и обоснованно отклонены.

В силу части 2 статьи 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам.

Однако наличие противоречий в заключениях нескольких экспертов не во всех случаях влечет обязательное назначение повторной экспертизы. Суд может путем допроса экспертов получить необходимые разъяснения и дополнительное обоснование выводов, что согласуется с разъяснениями, содержащимися в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 июня 2008 года № 13 «О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции».

Как следует из протокола судебного заседания от 30 июня 2025 года, судом первой инстанции был допрошен эксперт ФИО16, проводившая дополнительную судебную почерковедческую экспертизу (заключение № 6353/2024-2-13/2024). Эксперт дала подробные пояснения по своему заключению, указав, что выводы основаны на совокупности выявленных признаков, а не только на отдельных элементах, как ошибочно полагают податели жалобы. Эксперт пояснила, что по методике она должна установить не менее 12 частных признаков, отвечающих определенным критериям, и такие признаки были ею установлены и проиллюстрированы. Вопреки доводам жалобы, эксперт указала, что возможность подражания подписи была ею оценена, и диагностические признаки подражания выявлены не были.

Оценив показания эксперта в совокупности с письменными доказательствами, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для назначения повторной экспертизы, поскольку заключение эксперта № 6353/2024-2-13/2024 является ясным, полным, не содержит противоречий, а несогласие стороны с выводами эксперта само по себе не является основанием для назначения повторной экспертизы.

Судебная коллегия также принимает во внимание, что доводы подателей жалобы о противоречивости экспертных заключений основаны на неверном толковании содержания заключений. Так, экспертное заключение № 2748/2023-2-108/2023 содержало вероятностные выводы о принадлежности подписи ФИО12 на доверенности от 24 июля 2018 года («вероятно выполнена не ФИО12»). Вместе с тем, дополнительная судебная почерковедческая экспертиза (заключение №6353/2024-2-13/2024) была проведена в том числе по расшифровке подписи и подписи от имени ФИО12 в реестре регистрации нотариальных действий №... от 24 июля 2018 года, и эксперт пришел к категорическому выводу о том, что указанная подпись выполнена самим ФИО12

Таким образом, указанные заключения не противоречат друг другу, а дополняют друг друга, при этом последующая экспертиза проведена на большем объеме образцов, и ее выводам судом первой инстанции дана надлежащая оценка.

Отклоняя доводы жалобы о необоснованном отказе в истребовании сведений о движении денежных средств по банковским счетам ООО «МФО «Альянс» и сведений о сделках с иными лицами, судебная коллегия исходит из следующего.

В силу части 1 статьи 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле. Суд вправе предложить им представить дополнительные доказательства. В случае, если представление необходимых доказательств для этих лиц затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в истребовании доказательств.

Вопреки доводам жалобы, суд первой инстанции не был обязан истребовать все заявленные стороной доказательства, а оценивал их относимость и допустимость по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Суд удовлетворил ходатайство стороны истца в части истребования сведений из ИФНС о доходах ФИО7 Суд также исследовал представленные в дело письменные доказательства, подтверждающие факт получения ФИО12 денежных средств по договорам займа и по договору купли-продажи, включая расписки. При таких обстоятельствах отказ в истребовании дополнительных сведений, по мнению судебной коллегии, не может быть признан незаконным и не повлек нарушения прав истцов.

Разрешая заявление ответчика о пропуске срока исковой давности, суд первой инстанции правомерно руководствовался положениями пункта 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

По требованиям о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности срок исковой давности составляет один год (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Оспариваемые сделки были совершены 20 декабря 2018 года (договор купли-продажи) и 24 июля 2018 года (доверенность). Государственная регистрация перехода права собственности произведена 10 января 2019 года. С иском в суд ФИО12 обратился 9 ноября 2022 года, то есть по истечении более чем трех лет после совершения сделок. С уточненным исковым заявлением, в котором оспаривалась доверенность от 24 июля 2018 года, ФИО12 обратился 12 декабря 2023 года, то есть по истечении более чем пяти лет.

Доказательств того, что ФИО12 узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделок недействительными, позднее даты их совершения, в материалы дела не представлено. Тот факт, что ФИО12 страдал алкогольной зависимостью, сам по себе не свидетельствует о невозможности узнать о нарушении своих прав и не является безусловным основанием для восстановления срока исковой давности, поскольку данное обстоятельство не лишало его возможности обратиться за защитой своих прав в суд. Более того, как установлено заключением судебно-психиатрической экспертизы, ФИО12 в юридически значимый период мог понимать значение своих действий и руководить ими.

Доводы подателей жалобы о необходимости восстановления срока исковой давности ввиду тяжелого состояния здоровья ФИО12 (цирроз печени, трансплантация сердца) не могут быть приняты во внимание, поскольку указанные заболевания возникли у ФИО12 значительно позже совершения оспариваемых сделок и не препятствовали его обращению в суд в установленный законом срок. Более того, с заявлением о восстановлении пропущенного срока исковой давности истцы в суд первой инстанции в установленном порядке не обращались, а сами по себе ссылки в исковом заявлении на наличие заболеваний не могут быть расценены как ходатайство о восстановлении срока, поданное с соблюдением требований процессуального законодательства.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о пропуске истцами срока исковой давности, что в силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Доводы апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции неправильно оценил представленные доказательства, не нашли своего подтверждения в ходе апелляционного рассмотрения дела. Суд первой инстанции дал надлежащую правовую оценку всем представленным доказательствам в их совокупности, включая заключения экспертиз, показания эксперта, письменные доказательства, в том числе расписки о получении ФИО12 денежных средств, заявление о снятии с регистрационного учета, выписки из Единого государственного реестра недвижимости, а также объяснения сторон. Оснований для переоценки доказательств судебная коллегия не усматривает.

В целом, доводы, изложенные в апелляционных жалобах, фактически повторяют обстоятельства по делу, установленные судом первой инстанции, не могут служить основаниями для отмены решения суда, поскольку были предметом подробного изучения суда первой инстанции, направлены на оспаривание выводов суда, и фактически сводятся к несогласию с той оценкой, которую исследованным по делу доказательствам дал суд первой инстанции и иному толкованию правовых норм.

Разрешая спор, суд правильно установил юридически значимые обстоятельства, в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дал оценку представленным по делу доказательствам, правильно применил материальный закон. Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену решения суда, судебной коллегией не установлено.

Каких-либо убедительных правовых доводов тому, что решение суда постановлено в нарушение положений действующего законодательства, апелляционная жалоба не содержит.

На основании изложенного, руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 30 июня 2025 года оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО4 в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО5, ФИО6 - без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 14 мая 2026 года.