Решение № 2-1104/2016 2-35/2017 2-35/2017(2-1104/2016;)~М-1049/2016 М-1049/2016 от 2 марта 2017 г. по делу № 2-1104/2016

РЕШЕНИЕ по делу № 2-35/2017

Именем Российской Федерации

03 марта 2017 года г.Грязовец

Грязовецкий районный суд Вологодской области в составе судьи Поповой О.В., при секретаре Поляковой Е.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ГУ – Управление Пенсионного фонда РФ в Грязовецком районе о признании незаконным решения об отказе в досрочном назначении страховой пенсии по старости и возложении обязанности,

установил:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ГУ-Управление Пенсионного фонда РФ в Грязовецком районе о признании незаконным решения об отказе в досрочном назначении пенсии и возложении обязанности. В обоснование иска указала, что 17 ноября 2015 года обратилась к ответчику с заявлением о досрочном назначении страховой пенсии по старости, так как ее специальный педагогический стаж составил 25 лет.

30 ноября 2015 года ответчиком было отказано в назначении пенсии, поскольку из её педагогического стажа были исключены периоды: с 01.09.1989 г. по 24.12.1991 г. – период обучения в Череповецком государственном педагогическом институте; с 25.08.1988 г. по 05.08.1989 г., с 25.12.1991 г. по 30.09.1993 г., с 01.10.1993 г. по 31.08.1995 г. – работа в должности старшей пионерской вожатой Грязовецкой школы-интерната; с 01.09.1995 г. по 04.08.1999 г. – работа учителем начальных классов в Грязовецкой школе-центре интегрированного обучения; с 04.12.2006 г. по 16.12.2006 г., с 01.12.2008 г. по 13.12.2008 г., с 13.04.2009 г. по 18.04.2009 г., с 20.08.2012 г. по 30.08.2012 г. – периоды обучения на курсах повышения квалификации.

Считая такой отказ неправомерным и нарушающим её право на получение достойного пенсионного обеспечения, просила признать решение ГУ – Управление Пенсионного фонда РФ в Грязовецком районе от 30.11.2015 года №... неправомерным, обязать ответчика засчитать спорные периоды в специальный педагогический стаж и назначить досрочно страховую пенсию по старости с момента обращения – 17 ноября 2015 года.

21 февраля 2017 года ФИО2 исковые требования увеличила, просила взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 1000 рублей.

В судебное заседание истица ФИО2 не явилась, направила представителя. Ранее в судебных заседаниях на исковых требованиях настаивала, указала, что ее педагогический стаж на дату обращения составил более 25 лет.

Представитель истицы – адвокат Музыкантов Ю.А. в судебном заседании на удовлетворении иска настаивал по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика ГУ – Управление Пенсионного фонда РФ в Грязовецком районе ФИО3 с иском не согласился. Считал отказ в досрочном назначении страховой пенсии по старости ФИО2 обоснованным, поддерживал доводы, изложенные в решении Управления и в возражениях.

Суд, заслушав стороны, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

17 ноября 2015 года ФИО2 обратилась в ГУ – Управление Пенсионного фонда РФ в Грязовецком районе с заявлением о досрочном назначении страховой пенсии по старости, поскольку ее педагогический стаж составил более 25 лет.

Решением ГУ – Управление Пенсионного фонда РФ в Грязовецком районе Вологодской области от 30 ноября 2015 года №... в досрочном назначении страховой пенсии по старости истице было отказано ввиду отсутствия требуемого специального стажа работы - специальный стаж ФИО2 на 16.11.2015 года составил 16 лет 01 месяц 27 дней.

В соответствии со статьей 8 Федерального закона от 28.12.2013 N 400-ФЗ «О страховых пенсиях» право на страховую пенсию по старости имеют женщины, достигшие возраста 55 лет.

Согласно пункту 19 части 1 статьи 30 указанного Федерального закона страховая пенсия по старости назначается ранее достижения установленного возраста лицам, не менее 25 лет осуществлявшим педагогическую деятельность в учреждениях для детей, независимо от их возраста.

Аналогичные положения содержались в пункте 19 части 1 статьи 27 Федерального закона N 173-ФЗ от 17.12.2001 «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», действовавшего до 01.01.2015 года.

Судом установлено, что ФИО2 в периоды с 25.08.1988 года по 05.08.1989 года; с 5.12.1991 года по 23.08.2010 года работала Грязовецкой школе-интернате впоследствии переименованной в Грязовецкую школу-центр интегрированного обучения и воспитания детей, ГОУ «Грязовецкая школа-интернат», ГОУ «Грязовецкая школа-интернат для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей», БУЗ ВО «Грязовецкий детский дом».

Факт ее работы в указанных образовательных учреждениях подтверждается записями трудовой книжки, а также архивными справками.

Из архивных справок №... от 25.03.2016 года, №... от 18.01.2017 года, №... от 09.02.2017 года следует, что в документах по личному составу архивного фонда БОУ «Грязовецкий детский дом», в Книге приказов директора Грязовецкой школы-интерната имеются приказы, сведения о трудовой деятельности ФИО4, .../.../... года рождения. Учитывая, что других работников с Ф.И.О. «ФИО5, ФИО2, » в указанных документах в образовательном учреждении не значится, суд приходит к выводу, что сведения, имеющиеся в архивных справках и данные на основании архивных документов учреждения, указаны в отношении истицы – ФИО1, .../.../... года рождения.

Судом установлено, что с 01 сентября 1995 года по 04.08.1999 года истица работала учителем начальных классов в Грязовецкой школе-центе интегрированного обучения и воспитания детей, указанный период не включен ответчиком в специальный стаж.

Из материалов дела следует, что наименование данного образовательного учреждения неоднократно изменялось. Грязовецкая школа-интернат с 24 августа 1995 года реорганизована в ГОУ «Грязовецкая школа-центр интегрированного обучения и воспитания детей»; 17 февраля 1999 года учреждение переименовано в ГОУ «Грязовецкая школа-интернат», с 03 ноября 2003 года реорганизовано в ГОУ «Грязовецкая школа-интернат для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей».

Изучив представленные суду документы, суд приходит к выводу о том, что при изменении наименования государственного образовательного учреждения профиль его деятельности, задачи, контингент и функции работников не изменялись. Согласно пункту 1.10 Устава ГОУ «Грязовецкая школа-центр интегрированного обучения и воспитания детей» является правопреемником ГОУ «Грязовецкая школа-интернат».

Таким образом, суд полагает, что изменение наименования учебного заведения носило лишь формальный характер и не влекло за собой изменений ни в содержании работы учреждения, ни в правовых последствиях для работников. Следовательно, факт изменения наименования учреждения не может служить основанием для исключения из специального стажа истца периода работы в школе-центре интегрированного обучения и воспитания детей. Кроме того, при вынесении решения суд также учитывает, что период работы ФИО2 в должности учителя начальных классов после переименования школы-центра в школу-интернат включен ответчиком в специальный стаж.

Учитывая изложенное, суд считает, что спорный период с 01.09.1995 года по 04.08.1999 года подлежит зачёту в специальный стаж истицы.

При разрешении требований ФИО2 о включении в специальный педагогический стаж периодов работы в должности старшей пионервожатой Грязовецкой школы-интерната, суд приходит к следующему.

На момент исполнения ФИО2 обязанностей старшей пионервожатой действовало Положение о порядке исчисления стажа для назначения пенсий за выслугу лет работникам просвещения и здравоохранения, утвержденное Постановлением Совета Министров СССР от 17.12.1959 года № 1397 «О пенсиях за выслугу лет работникам просвещения, здравоохранения и сельского хозяйства» (далее также Положение).

Согласно статье 2 Положения в стаж работы учителей и других работников просвещения засчитывается работа в училищах, школах, пионерских лагерях и детских домах в качестве штатных пионервожатых, при соблюдении условия, установленного пунктом 4, т. е. если не менее 2/3 стажа, требуемого для назначения пенсии в соответствии с настоящим постановлением, приходится на работу в учреждениях, организациях и должностях, работа в которых дает право на эту пенсию. Данное положение утратило силу 01 октября 1993 года в связи с принятием Постановления Правительства РФ от 22.09.1993 года № 953. Таким образом, работа в качестве штатных пионервожатых засчитывалась в специальных педагогический стаж до 01.10.1993 года.

На день обращения за назначением пенсии более 2/3 педагогического стажа ФИО2 (с учетом включенного данным решением периода работы в должности учителя начальных классов Грязовецкой школы-центра интегрированного обучения с 01.09.1995 года по 04.08.1999 года) приходится на работу в учреждениях и в должностях, работа в которых дает право на досрочное назначение пенсии.

Судом установлено, что с 25.08.1988 года по 05.08.1989 года истица работала старшей пионервожатой в Грязовецкой школе-интернате. С 25 декабря 1991 года вновь была принята на должность старшей пионервожатой в Грязовецкую школу-интернат. С 20.08.1992 года по 30.09.1993 года находилась в отпуске по уходу за ребенком до 1,5 лет.

Пунктом 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11 декабря 2012 года № 30 «О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии» разъяснено, при разрешении споров, возникших в связи с включением женщинам в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, периода нахождения их в отпуске по уходу за ребенком, судам следует исходить из того, что если указанный период имел место до 6 октября 1992 года (времени вступления в силу Закона Российской Федерации от 25 сентября 1992 года № 3543-1 «О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде Российской Федерации», с принятием которого период нахождения в отпуске по уходу за ребенком не включается в специальный стаж работы в случае назначения пенсии на льготных условиях), то он подлежит включению в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости.

При этом необходимо учитывать, что если отпуск по уходу за ребенком начался до 6 октября 1992 года, то период нахождения в данном отпуске подлежит включению в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, независимо от момента его окончания (до или после этой даты). Истец находилась в отпуске по уходу за ребенком в период замещения ею должности старшей пионервожатой, отпуск по уходу за ребенком до 1,5 лет ей был предоставлен с 20.08.1992 года, т.е. до 06.10.1992 года.

Учитывая изложенное, суд считает возможным зачесть в специальный стаж ФИО2 периоды работы с 25.08.1988 года по 05.08.1989 года и с 25.12.1991 по 30.09.1993 года в должности старшей пионервожатой в Грязовецкой школе-интернате (в том числе и отпуск по уходу за ребенком до 1,5 лет с 20.08.1992 года по 30.09.1993 года).

Доводы представителя ответчика о том, что наименование учреждения «школа-интернат» не предусмотрено пунктом 2 указанного выше Положения, суд не принимает. В Перечне учреждений, организаций и должностей, работа в которых дает право на выслугу лет, утвержденном Постановлением Совета Министров СССР от 17 декабря 1959 года № 1397 поименованы в числе учебных заведений и детских учреждений школы-интернаты. Как было указано выше наименование Грязовецкой школы-интерната неоднократно менялось. Кроме того, согласно разделам 1 и 2 Устава школа-интернат являлась учреждением общего образования, содержание образования определялось образовательными программами, разработанными на основе государственных образовательных стандартов Министерства просвещения РФ.

Поскольку занимаемая истцом должность пионервожатой была предусмотрена Положением о порядке исчисления стажа для назначения пенсий за выслугу лет работникам просвещения и здравоохранения, утвержденного Постановлением Совета Министров СССР от 17.12.1959 N 1397, утратившим силу с 01.10.1993 года, период работы ФИО2 в качестве пионервожатой Грязовецкой школы-интерната с 01.10.1993 года по 31.08.1995 года не подлежит включению в специальный стаж, так как с 01 октября 1993 года указанная должность не включена ни одним из Списков в льготный стаж для назначении пенсии.

Суд также отказывает в удовлетворении требований истицы о включении в ее специальный педагогический стаж периода обучения в Череповецком государственном педагогическом институте с 01.09.1989 года по 24.12.1991 года по следующим основаниям.

Пунктом 2 вышеназванного Положения была предусмотрена возможность включения в педагогический стаж периода обучения в педагогических учебных заведениях и университетах, при условии, что если непосредственно этому периоду предшествовала и непосредственно за ним следовала педагогическая деятельность.

ФИО2 была 01.09.1989 года зачислена на первый курс Череповецкого государственного педагогического института им.А.В. Луначарского. Периоду обучения, как установлено судом, предшествовала педагогическая деятельность. Вместе с тем из материалов дела следует, что в период обучения истице был предоставлен академический отпуск с 01.11.1991 года; с 01.09.1992 года переведена на заочное отделение института. С 25.12.1991 года ФИО2 работала в Грязовецкой школе-интернате старшей пионервожатой.

В абзаце 5 пункта 2 Положения от 17.12.1959 года № 1397 в качестве основания для зачета периода обучения в педагогическом учебном заведении в стаж для досрочного назначения пенсии указано на необходимость работы – осуществление педагогической деятельности, непосредственно до начала обучения и непосредственно после окончания обучения. Из буквального толкования приведенных норм следует, что при одновременном соблюдении указанных выше условий подлежит включению в педагогический стаж время обучения в институте, а не его часть. Окончание образовательного учреждения подтверждается документом об образовании и о квалификации, выдаваемым в установленном порядке. Как следует из материалов дела, полный курс учебного заведения истица окончила только в 1994 году по специальности: педагогика и методика начального обучения. Решением государственной экзаменационной комиссии от 15.06.1994 года ей присвоена квалификация учитель начальных классов, выдан диплом.

Учитывая изложенное, у суда не имеется оснований для включения в специальный стаж ФИО2 периода обучения в институте с момента поступления (с 01.09.1989 г.) до поступления на работу в качестве старшей пионервожатой в ГОУ «Грязовецкая школа-интернат» (25.12.1991 г.). Кроме того, период нахождения истицы в академическом отпуске с 01.11.1991 года, который предшествовал работе в ГОУ «Грязовецкая школа-интернат» (25.12.1991 г.) не является педагогической деятельностью. В связи с чем у суда не имеется оснований для удовлетворения исковых требований в этой части.

Вместе с тем суд считает необоснованным исключение из специального стажа ФИО2 периодов нахождения на курсах повышения квалификации по следующим основаниям.

Некоторые вопросы исчисления стажа на соответствующих видах работ регулируются Правилами исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьёй 27 и 28 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации № 516 от 11 июля 2002 года (далее также – Правила).

В пункте 9 Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 11.07.2002 года № 516, дается исчерпывающий перечень периодов работы, которые не включаются в стаж, дающий право на назначение досрочной пенсии. В данном перечне не указан период нахождения работника на курсах повышения квалификации.

В силу пункта 4 указанных Правил в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, засчитываются периоды работы, выполняемой постоянно в течение полного рабочего дня, если иное не предусмотрено Правилами или иными нормативными правовыми актами, при условии уплаты за эти периоды страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации.

Согласно статье 187 Трудового кодекса Российской Федерации в случае направления работодателем работника на профессиональное обучение или дополнительное профессиональное образование с отрывом от работы за ним сохраняются место работы (должность) и средняя заработная плата по основному месту работы. Таким образом, периоды нахождения на курсах повышения квалификации являются периодами работы с сохранением заработной платы, с которой работодатель должен производить отчисления страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации. Целью повышения квалификации является обновление теоретических и практических знаний специалистов в связи с повышением требований к уровню квалификации и необходимостью освоения современных методов решения профессиональных задач. Поэтому такие периоды подлежат включению в стаж, дающий право на досрочное пенсионное обеспечение.

Из материалов дела усматривается, что ФИО2 направлялась работодателем на курсы повышения квалификации, при этом прохождение соответствующих курсов является обязательной частью ее трудовой деятельности, и в данный период за ней сохранялась средняя заработная плата, производились необходимые отчисления в Пенсионный фонд РФ.

Учитывая изложенное, суд полагает, что периоды нахождения истца на курсах повышения квалификации с 04.12.2006 года по 16.12.2006 года, с 01.12.2008 года по 13.12.2008 года, с 13.04.2009 года по 18.04.2009 года, с 20.08.2012 года по 30.08.2012 года подлежат включению в стаж ФИО2, дающий право на досрочное пенсионное обеспечение, а отказ включить в специальный трудовой стаж названные периоды нельзя признать обоснованным.

В судебном заседании установлено, что на день обращения заявительницы в ГУ - Управление Пенсионного фонда РФ в Грязовецком районе с заявлением о назначении пенсии, специальный стаж ФИО2, по мнению ответчика, составил 16 лет 01 месяц 27 дней. С учетом включенных судом периодов, специальный стаж истца на дату обращения в пенсионный орган является недостаточным для назначения ей досрочно страховой пенсии по старости в соответствии с пунктом 19 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», поэтому требование ФИО2 о возложении на ответчика обязанности назначить ей пенсию с момента обращения удовлетворению не подлежит.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Каких-либо доказательств, свидетельствующих о причинении действиями ответчика физических либо нравственных страданий, истцом ФИО2 суду не представлено. В связи с чем не имеется оснований для удовлетворения требования истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда в размере 1000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Обязать ГУ – Управление Пенсионного фонда РФ в Грязовецком районе зачесть в специальный педагогический стаж для досрочного назначения страховой пенсии по старости ФИО1:

- периоды с 25.08.1988 года по 05.08.1989 года и с 25.12.1991 года по 30.09.1993 года – работа в должности старшей пионерской вожатой в Грязовецкой школе-интернате;

- период с 01.09.1995 года по 04.08.1999 года – работа учителем начальных классов в Грязовецкой школе-центре интегрированного обучения и воспитания детей;

- периоды обучения на курсах повышения квалификации с 04.12.2006 года по 16.12.2006 года, с 01.12.2008 года по 13.12.2008 года, с 13.04.2009 года по 18.04.2009 года, с 20.08.2012 года по 30.08.2012 года.

Признать решение ГУ – Управление Пенсионного фонда РФ в Грязовецком районе от 30 ноября 2015 года №... в части исключения указанных периодов из специального стажа ФИО1 недействительным и не порождающим правовых последствий с момента его принятия.

В остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Вологодский областной суд через Грязовецкий районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Попова О.В.

Мотивированное решение составлено 08 марта 2017 года.