Решение № 2-3302/2018 2-3302/2018~М-2553/2018 М-2553/2018 от 2 октября 2018 г. по делу № 2-3302/2018

ГАГАРИНСКИЙ РАЙОННЫЙ СУД ГОРОДА СЕВАСТОПОЛЯ


Р Е Ш Е Н И Е

И М Е Н Е М Р О С С И Й С К О Й Ф Е Д Е Р А Ц И И



дело № 2-3302/2018
03 октября 2018 года
г. Севастополь
Гагаринский районный суд города Севастополя

под председательством судьи МОЦНОГО Н.В.,

при секретаре судебного заседания ОЧЕРЕТЯНОЙ А.В.,

с участием:

истца ФИО1,

представителя истца ФИО2,

ответчика ФИО3, действующего также в интересах ответчиков ФИО4 и ФИО5,

представителя ответчика ФИО6 – ФИО7,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО4, ФИО3, ФИО8, ФИО5, ФИО6 о признании договоров дарения недействительными, применении последствий недействительности сделок;

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора – нотариус города Севастополя ФИО9, Управление государственной регистрации права и кадастра г. Севастополя,

у с т а н о в и л:

В сентябре 2018 года ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением, в котором просила

- признать недействительным договор дарения доли в праве собственности на <адрес>, расположенную по адресу: <адрес>, заключенного 19.04.2016 года между ФИО4, ФИО3 и ФИО6;

- признать недействительным договор дарения доли в праве собственности на указанную квартиру, заключенный 04.07.2016 года между ФИО5 и ФИО6.

В иске также поставлен вопрос о применении последствий недействительности указанных сделок с приведением сторон в первоначальное состояние.

Требования истца мотивированны тем, что указанная квартира принадлежит сторонам на праве общей долевой собственности: ФИО1 принадлежит 1/3 доля, ФИО4, ФИО3, ФИО8 – 4/9 доли; ФИО5 – 1/6 доля.

По мнению истца, заключенные ответчиками договора дарения 4/9 долей и 1/6 доли в праве на общее имущество в пользу ФИО6, являются притворными сделками, по сути договора дарения носили возмездный характер, поскольку заключены между незнакомыми людьми. При отчуждении доли истец не была извещена о намерении сособственников произвести отчуждение принадлежащих долей в пользу третьего лица, чем нарушено право на преимущественное приобретение. Также в иске указывается на мнимый характер заключенных между ответчиками сделок.

В судебном заседании истец ФИО1 и её представитель ФИО2, каждый в отдельности, требования иска поддержали.

Ответчик ФИО3, действующий также в интересах ответчиков ФИО4 и ФИО5, представитель ответчика ФИО6 – ФИО7, каждый в отдельности, не усматривали оснований для удовлетворения требований иска.

Ответчики ФИО4 и ФИО8 о времени и месте рассмотрения дела извещались в установленном порядке, судебная корреспонденция возвращена по истечению срока хранения в отделении связи. В связи с чем, в силу положений ч. 2 и 3 ст. 113 ГПК РФ, п. 1 ст. 165.1 ГК РФ, разъяснений содержащихся в п. 67 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ», их неявка не препятствует рассмотрению дела.

Ответчики ФИО5 и ФИО6 о времени и месте рассмотрения дела извещались в установленном порядке, в судебное заседание не прибыли, воспользовались правом ведения дела в суде через представителей, что в силу положений ч. 3 ст. 167 ГПК РФ не препятствует рассмотрению дела.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора – нотариус города Севастополя ФИО9, Управление государственной регистрации права и кадастра г. Севастополя, о времени и месте рассмотрения дела извещались в установленном порядке, своих представителей в суд не направили и причинах неявки не известили, что в силу положений ч. 3 ст. 167 ГПК РФ не препятствует рассмотрению дела.

Заслушав пояснения сторон, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе.

В силу ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с её недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно разъяснений, содержащихся в п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ.

Пунктом 2 ст. 170 ГК РФ определено, что притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Как следует из п. 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25, Согласно п. 2 т. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила.

Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

Судом установлено и не оспаривается сторонами, что по договору дарения <адрес>, расположенной по адресу: г<адрес>, заключенному 19.04.2016 года между ФИО4, ФИО3, действующего за себя и на основании доверенности от имени ФИО8, и ФИО6, от имени которой на основании доверенности действовал ФИО7, в собственность ФИО6 перешло 4/9 долей в праве собственности на квартиру.

По договору дарения, заключенному 04.07.2016 года между ФИО5 и ФИО6, от имени которой на основании доверенности действовал ФИО7, 1/6 доля в праве собственности на квартиру перешла в пользу ФИО6

Согласно сведений, предоставленных Управлением государственной регистрации права и кадастра Севастополя (исх. № 18/8137 от 19.09.2018 года) государственная регистрация перехода права собственности ФИО6 на указанные доли в праве общей долевой собственности осуществлена.

Собственником 1/3 доли в праве собственности на квартиру является истец ФИО1

Из содержания п. 2 ст. 170 ГК РФ и разъяснений Пленума следует, что в случае признания сделки недействительной в связи с притворностью суду необходимо установить действительную волю сторон, выяснить фактические отношения между сторонами, а также намерения каждой стороны. При этом следует учесть, что признание договора притворной сделкой не влечет таких последствий как реституция, поскольку законом в отношении притворных сделок предусмотрены иные последствия - применение к сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемой сделке), относящихся к ней правил, с учетом существа и содержания такой прикрываемой сделки.

Вместе с тем, при предъявлении такого иска истец не имеет права на удовлетворение требования о признании сделки недействительной (без применения специальных последствий предусмотренных пунктом 3 ст. 250 Гражданского кодекса РФ), о чем разъяснено в абзаце 4 п. 14 Постановления Пленумов Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ от 29.04.2010 N 10/22.

В отличие от сторон притворных сделок, лицо, чье преимущественное право на приобретение доли нарушено, может требовать перевода прав и обязанностей покупателя.

Согласно пояснений ответчика ФИО3 отчуждение долей произведено по причине длительного конфликта с ФИО1 относительно судьбы жилого помещения. При этом фактическое санитарное состояние квартиры не позволяло использовать его по назначению, о чем в материалах имеются документы об отсутствии отопления.

При этом ответчики ФИО4, ФИО3, ФИО8, ФИО5 совершили сделки дарения принадлежащих долей в пользу ФИО6 без ведома истца, с целью избежания дальнейших разбирательств с ФИО1 относительно судьбы общего имущества, при отсутствии родства с одаряемым, а также в короткий промежуток времени, а также общего размера доли в праве собственности (4/9 и 1/6), превышающего размер доли истца (1/3), что указывает на их притворность, направленную на прикрытие действительной воли сторон по возмездному отчуждению долей в квартире, что привело к нарушению преимущественного права участника ФИО1 на приобретение спорных долей.

Таким образом, иск ФИО1 является обоснованным лишь в части заявления о нарушении её права преимущественной покупки.

Однако, поскольку нарушенное право преимущественной покупки истца подлежит судебной защите путем перевода на него прав и обязанностей покупателя, а не - признания сделок недействительными и применения последствий недействительности ничтожных (притворных) сделок, то в удовлетворении иска о признании сделок недействительными по основаниям ч. 2 ст. 170 ГК РФ надлежит отказать.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Исходя из смысла приведенной нормы, для признания сделки мнимой суду необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Для признания сделки мнимой суд должен установить, что ее стороны не намеревались создать соответствующие ей правовые последствия.

Следовательно, суд не может считать обоснованными доводы истца ФИО1 о мнимом характере заключенных сделок, так как заключенные сделки дарения долей недвижимого имущества стороны фактически исполнили. Правовые последствия, предусмотренные заключенными сделками, возникли, переход права собственности зарегистрирован за ФИО6

Согласно пояснений представителя ответчика ФИО7, по причине неудовлетворительного состояния квартиры, жилое помещение его доверителем в настоящее время не используется по назначению. При этом с ФИО1 велись переговоры по поводу приобретения её доли в праве собственности на квартиру, что истцом не оспаривается.

Как следует из пояснений истца ФИО1, квартира также не используется ею для проживания, доступа к ней она не имеет.

Согласно ч. 1 ст. 56 Гражданско-процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

В силу ч. 1 ст. 57 Гражданско-процессуального кодекса РФ доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

Таким образом, суд приходит к выводу, что истцом не были представлены достаточные доказательства в подтверждение доводов о том, что ответчики оформляли оспариваемые сделки без намерения создать соответствующие правовые последствия.

В связи с изложенным суд находит требования иска неподлежащими удовлетворению.

Руководствуясь ст.ст. 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Отказать в удовлетворении искового заявления ФИО1 удовлетворить к ФИО4, ФИО3, ФИО8, ФИО5, ФИО6 о признании договоров дарения недействительными, применении последствий недействительности сделок.

Решение суда может быть обжаловано в Севастопольский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в порядке, установленном статьей 321 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Решение суда вступает в законную силу по истечении срока на апелляционное обжалование, если оно не было обжаловано.

Мотивированный текст решения изготовлен 08.10.2018 года.

Председательствующий по делу

судья /подпись/ Н.В. Моцный

Решение не вступило в законную силу

Копия верна:

Судья Гагаринского районного

суда г. Севастополя Н.В. Моцный