Апелляционное определение № 33-4947/2026 от 29 марта 2026 г.

дело № 33-4947/2026

Мотивированное
апелляционное определение изготовлено 30.03.2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 25.03.2026

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего

Мартыновой Я.Н.,

судей

Жернаковой О.П.,

ФИО1

при помощнике судьи Желяба А.А., рассмотрела в открытом судебном заседании в порядке апелляционного производства гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, по апелляционной жалобе истца на решение Красногорского районного суда г.Каменска-Уральского Свердловской области от 16.10.2025.

Заслушав доклад председательствующего, объяснения представителя истца ФИО5, поддержавшего доводы апелляционной жалобы истца, ответчика ФИО3 и его представителя ФИО6, возражавших против доводов апелляционной жалобы истца, судебная коллегия

установила:

ФИО2 обратился с иском к ФИО3, ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия (далее - ДТП).

В обоснование исковых требований указано, что истцу принадлежит транспортное средство BMW X3, государственный регистрационный знак <№>. 11.12.2024 в 09.20 на ул. Алюминиевая, д. 66 г. Каменска-Уральского Свердловской области произошло ДТП с участием транспортного средства истца и транспортного средства Kia Sorento государственный регистрационный знак <№>, принадлежащего на праве собственности ФИО4, под управлением ФИО3 ДТП произошло по вине ответчика ФИО3, управлявшего автомобилем Kia Sorento государственный регистрационный знак <№>. Транспортному средству истца причинены повреждения. Истец на момент ДТП имел действующий страховой полис в АО «СОГАЗ». Гражданская ответственность виновника не была застрахована. На основании изложенного истец просил взыскать с ФИО3, ФИО4 пропорционально определенной степени вины 1270 283 руб. 30 коп. в счет возмещения ущерба, 27763 руб. в счет возмещения расходов по оплате государственной пошлины, 45 000 руб. в счет возмещения расходов на оплату услуг представителя, 7 000 руб. в счет возмещения расходов истца на оплату услуг специалиста, 6000 руб. в счет возмещения расходов на оплату услуг эвакуатора.

Решением Красногорского районного суда г.Каменска-Уральского Свердловской области от 16.10.2025 постановлено:

Взыскать с ФИО3 (паспорт <№>) в пользу ФИО2 (паспорт <№>) ущерб в размере 254 056 руб. 66 коп., расходы на оплату услуг специалиста в размере 1 400 руб., расходы на оплату эвакуатора в размере 1200 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 9000 рублей, расходы на уплату государственной пошлины в размере 5 552 руб. 60 коп.

В удовлетворении остальной части иска и в части иска ФИО4 - отказать.

Взыскать со ФИО2 (паспорт <№>) в пользу ФИО3 (паспорт <№>) расходы по оплате судебной экспертизы в размере 68000 руб.

На решение истцом подана апелляционная жалоба, в которой он просит решение отменить и принять новое решение об удовлетворении требований истца в полном объеме, полагая, что суд первой инстанции дал неверную оценку фактическим обстоятельствам, установленным по делу, неверно применил нормы права. Истец не согласен с выводами судебного эксперта, полагая, что ввиду отсутствия информативной видеозаписи ДТП, выводы эксперта основаны на предположении. Кроме того, полагает, что экспертом приняты во внимание объяснения ответчика и им составленная схема ДТП, и не принята во внимание схема с пояснениями истца.

Иные лица, участвующие в деле, в суд апелляционной инстанции не явились, извещены судом апелляционной инстанции о времени и месте рассмотрения дела, кроме того, такая информация размещена на интернет-сайте Свердловского областного суда.

С учетом изложенного, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия определила рассмотреть дело при данной явке.

Проверив материалы дела и обжалуемое решение в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе (ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

По смыслу ч. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации за вред, причиненный источником повышенной опасности в соответствии с названной правовой нормой, наступает гражданская ответственность, целью которой является восстановление имущественных прав потерпевшего.

По своей природе ответственность носит компенсационный характер, поэтому ее размер должен соответствовать размеру причиненных убытков.

В силу ч. 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Как следует из материалов дела, 11.12.2024 в 09.20 по адресу: <...> произошло ДТП с участием транспортных средств BMW X3, государственный регистрационный знак <№>, принадлежащего и под управлением ФИО2, и Kia Sorento государственный регистрационный знак <№>, государственный регистрационный знак <№>, принадлежащего ФИО4 и под управлением ФИО3

В результате ДТП автомобилю BMW X3, государственный регистрационный знак <№>, причинены повреждения.

Из материалов дела также следует, что непосредственно перед столкновением транспортные средства двигались в попутном направлении.

Пунктом 4 ст. 24 Федерального закона от 10.12.1995 № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» установлено, что участники дорожного движения обязаны выполнять требования настоящего Федерального закона и издаваемых в соответствии с ним нормативно-правовых актов в части обеспечения безопасности дорожного движения.

При этом, положения п.4 ст. 22 указанного Федерального закона предусматривают, что единый порядок дорожного движения на всей территории Российской Федерации устанавливается Правилами дорожного движения, утверждаемыми Правительством Российской Федерации.

Таким образом, факт наличия или отсутствия вины каждого из участников дорожного движения в ДТП является обстоятельством, имеющим юридическое значение для правильного разрешения настоящего дела. Суд в рамках гражданского дела должен установить характер и степень вины участников ДТП при рассмотрении дела о возмещении ущерба, причиненного в результате ДТП.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что в сложившейся дорожно-транспортной ситуации от 11.12.2024 водителем автомобиля Kia Sorento государственный регистрационный знак <№>, нарушены п.п.8.1, 8.2, 8.4 ПДД РФ. При возникновении опасности для движения в виде совершающего маневр перестроения автомобиля BMW ХЗ, водитель автомобиля не принял возможные меры предосторожности, не убедился в безопасности своего маневра.

Как указал суд первой инстанции и следует из материалов дела, вина в ДТП водителя автомобиля Kia Sorento государственный регистрационный знак <№> подтверждается:

- постановлением №18810066240005427792 по делу об административном правонарушении 11.12.2024, вынесенным инспектором ДПС ОБ ДПС Госавтоинспекции МО МВД России «Каменск-Уральский», по факту того, что ФИО3, управляя транспортным средством Kia Sorento государственный регистрационный знак <№>, 11.12.2024 в 09:20 часов у дома №66 по ул. Алюминиевой в г. Каменске-Уральском Свердловской области при перестроении не уступил дорогу транспортному средству BMW X3 с государственным регистрационным знаком <№>, двигающемуся в попутном направлении без изменения своего движения, чем нарушил требования п. 8.4 ПДД РФ, то есть совершил административное правонарушение, предусмотренное ч. 3 ст. 12.14 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации;

- заключением автотехнической экспертизы экспертно-криминалистического отдела МВД России ГУ МВД России по Свердловской области от 05.02.2025 №71, проведенной в рамках административного материала ДТП, согласно которому определить скорость и траекторию движения автомобиля BMW ХЗ государственный регистрационный знак <№>, экспертным путем, не представляется возможным, а также не представляется возможным ответить на вопрос, соответствовали ли действия водителя автомобиля BMW ХЗ государственный регистрационный знак <№> требованиям ПДД, а также не находится ли превышение им скорости в причинно-следственной связи с ДТП; действия водителя автомобиля Kia Sorento государственный регистрационный знак <№>, при совершении маневра перестроения, не соответствовали требованиям п.п. 8.1, 8.2, 8.4 ПДД РФ;

- решением Красногорского районного суда г. Каменска-Уральского от 14.03.2025 по делу № 12-11/2025, которым постановление инспектора ДПС ОБ ДПС Госавтоинспекции МО МВД России «Каменск-Уральский» №18810066240005427792, вынесенное в отношении ФИО3 по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 3 ст. 12.14 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации, оставлено без изменения, жалоба Ф.Д.ВБ. - без удовлетворения;

- решением судьи Свердловского областного суда от 16.07.2025 по делу № 72-914/2025, которым постановление инспектора ДПС ОБ ДПС Госавтоинспекции МО МВД России «Каменск-Уральский» №18810066240005427792 и решение судьи Красногорского районного суда г. Каменска-Уральского от 14.03.2025 оставлены без изменения, жалоба ФИО3 – без удовлетворения;

Суд учел то, что вышеуказанными судебными актами по делу об административном правонарушении установлено, что ФИО3 не убедился в безопасности своего маневра и не уступил дорогу транспортному средству под управлением ФИО2, который двигался изначально в крайней правой полосе, осуществил перестроение в среднюю полосу и далее в левую полосу.

В связи с вышеизложенным суд пришел к выводу о том, что нарушение п.8.4 ПДД РФ ФИО3, состоящее в причинной связи с ДТП, установлено вступившим в законную силу постановлением и не подлежит оспариванию и доказыванию вновь в силу ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Ответчик не оспаривал выводы суда о своей вине в ДТП, согласился с установленной судом степенью его вины в ДТП- 20 %.

Вместе с тем, суд первой инстанции пришел к выводу, что основной причиной ДТП являлись именно действия автомобиля BMW ХЗ ФИО2, как несоответствующие требованиям пунктов 1.5, 2.7, 8.1, 9.2, 9.10, 10.1 и 10.2 ПДД РФ, именно его действия являлись необходимым условием столкновения с автомобилем Kia Sorento государственный регистрационный знак <№>, водитель которого также совершал маневр перестроения в левый ряд.

Истец оспаривает выводы суда о своей вине в ДТП и степень вину, определенную судом в размере 80 %.

Действительно, постановлением №18810066240005427792 по делу об административном правонарушении 11.12.2024, вынесенным инспектором ДПС ОБ ДПС Госавтоинспекции МО МВД России «Каменск-Уральский», ФИО3 привлечен к административной ответственности за нарушение п.8.4 ПДД РФ.

Вместе с тем, судебная коллегия отмечает, что судьей Красногорского районного суда г.Каменска-Уральского Свердловской области в решении от 14.03.2025 указано на то, что вопросы о наличии в действиях участника ДТП, в отношении которого не ведется производство по данному делу, признаков нарушений ПДД РФ, подлежат самостоятельному установлению в рамках соответствующего вида судопроизводства, и в предмет доказывания в рамках рассмотрения настоящего дела об административном правонарушении не входят.

Судебная коллегия не может согласиться с доводами апеллянта об отсутствии его вины в ДТП, поскольку она наряду с виной ответчика подтверждается следующими доказательствами:

- объяснениями водителя автомобиля BMW X3 ФИО2, данными сотрудникам ГИБДД 11.12.2024, согласно которым он двигался по ул. Алюминиевая со стороны ул. Калинина в сторону ул.Челябинская в крайней левой полосе со скоростью около 60 км/ч; в районе дома № 64 по ул. Алюминиевая впереди двигающийся в среднем ряду автомобиль Kia Sorento государственный регистрационный знак <№> начал перестроение в крайнюю левую полосу; в этот момент ФИО2 принял экстренное торможение, но избежать столкновения не удалось, так как расстояние меду автомобилями было незначительное;

- показаниями водителя автомобиля BMW X3, допрошенного судом в рамках административного дела, согласно которым он подтвердил, что последовательно совершал перестроение из правого ряда в средний ряд, а затем, когда начал совершать перестроение из среднего ряда в левый ряд, автомобиль под управлением ФИО3 из среднего ряда начал совершать перестроение в левый ряд, но поскольку между автомобилями было незначительное расстояние, то удара избежать не удалось;

- показаниями свидетеля ( / / )7, согласно которым, двигаясь в спорный промежуток времени на своем автомобиле, видела, как автомобиль BMW X3, находящийся в правом крайнем ряду, начал движение сразу в левый ряд;

- объяснениями водителя Kia Sorento ФИО3, данными сотрудникам ГИБДД 11.12.2024, согласно которым он двигался по ул.Алюминиевая со стороны ул. Калинина в сторону ул. Челябинская по средней полосе со скоростью 40 км/ч, двигаясь в районе дома № 64 по ул. Алюминиевая, включив левый указатель поворота, начал перестроение в левую полосу; в этот момент произошел удар в левую переднюю часть автомобиля Kia Sorento от внезапно появившейся слева в попутном направлении BMW X3, которую после столкновения отбросило на встречную полосу;

-схемой места совершения административного правонарушения, составленной 16.02.2025 сотрудником ДПС, на которой зафиксирована траектория движения автомобиля BMW ХЗ;

- видеозаписью ДТП с видеорегистратора маршрутного такси, двигающегося по ул. Алюминиевая позади автомобилей сторон в момент столкновения;

- видеозаписью с видеорегистратора автомобиля ответчика;

- заключением эксперта ( / / )8 от 19.08.2025 № 2/179э-25, которым

определен механизм ДТП: в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации наиболее вероятным и наиболее полно согласующимся с материалами дела является механизм ДТП, при котором 11.12.2024 около 09 час. 20 мин. в г. Каменске-Уральском водитель автомобиля Kia Sorento государственный регистрационный знак <№> ФИО3 выехал с ул. Калинина на ул. Алюминиевую в направлении бул. Парижской Коммуны, двигался в районе дома № 64 по второй (средней) полосе и в какой- то момент времени начал перестраиваться (поворачивать) в левую полосу. В это время водитель автомобиля BMW ХЗ государственный регистрационный знак <№> ФИО2 двигался по ул. Алюминиевой в том же направлении и остановился на перекрёстке с ул. Калинина на запрещающий сигнал светофора в правой полосе у стоп-линии. При включении разрешающего сигнала светофора водитель автомобиля BMW ХЗ начал движение по правой полосе, активно разгоняясь, а затем стал перестраиваться влево. В течение нескольких секунд, разогнавшись до скорости, значительно превышающей разрешённую на данном участке, он догнал двигавшийся впереди в попутном направлении автомобиль Kia Sorento и решил опередить его по третьей полосе. Перестроение автомобилей в третью полосу происходило примерно одновременно. Увидев опасность для движения, водитель автомобиля BMW ХЗ предпринял экстренное торможение, но столкновение предотвратить не смог. Столкновение произошло на левой полосе попутного движения исследуемых транспортных средств между передней левой частью автомобиля Kia Sorento и правой боковой частью автомобиля BMW ХЗ с последующим взаимным смещением, разворотом и скольжением автомобиля BMW ХЗ по встречной стороне дороги, после чего автомобиль Kia Sorento остановился в третьей полосе первоначального движения, а автомобиль BMWX3 - у левого края проезжей части;

сделаны выводы о том, что:

с технической точки зрения действия водителя автомобиля BMW ХЗ ФИО2, несоответствующие требованиям п.п. 1.5, 2.7, 8.1, 9.2, 9.10, 10.1 и 10.2 ПДД РФ, находятся в прямой причинно-следственной связи с рассматриваемым ДТП;

несоответствий требованиям ПДД РФ в действиях водителя автомобиля Kia Sorento ФИО3, которые находятся в прямой причинно-следственной связи с рассматриваемым ДТП, не имеется, в зависимости от реального развития событий (момента включения указателя поворота и фактически выполняемого манёвра) в причинно-следственной связи с рассматриваемым ДТП могут находиться неверные действия водителя автомобиля Kia Sorento ФИО3, несоответствующие требованиям п.п. 8.2 и 8.5 ПДД РФ;

в рассматриваемой ситуации, поскольку водитель автомобиля BMW ХЗ не имел преимущества в движении, то его возможность предотвратить столкновение определялась не техническими данными, а точным и полным выполнением им требований ПДД РФ;

в рассматриваемой ситуации водителю автомобиля Kia Sorento для предотвращения столкновения необходимо было отказаться от совершения манёвра (прекратить его выполнение) в момент возникновения опасности для движения, но поскольку в данном случае водитель автомобиля Kia Sorento не имел возможности обнаружить опасность для движения, то очевидно, что он не имел технической возможности предотвратить столкновение.

Истец не согласен с выводами эксперта, оспаривает их.

Вместе с тем, оснований не доверять выводам судебного у суда не имелось.

Выводы эксперта подробно изложены в экспертном заключении, для его составления изучался механизм развития ДТП, который отражен в исследовании, на основании чего указано подробное описание особенностей и вся информация касаемо возможности столкновения, размещения спорных автомобилей, траектория движения транспортных средств при ДТП, механизм развития ДТП.

Эксперт ( / / )8 предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, предусмотренной ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. Заключение эксперта соответствует требованиям ст. 86 указанного кодекса, является четким, ясным, полным, противоречий не содержит, ввиду чего обоснованно принято судом в качестве допустимого доказательства по делу.

Необходимо отметить, что исходя из проведённого анализа видеозаписей экспертом установлено одновременное перестроение автомобилей в левый ряд, и учитывая, что автомобиль BMW X3 под управлением ФИО2 двигался попутно позади автомобиля Kia Sorento № Т <№> АУ 196, то именно на нем лежала обязанность соблюдать дистанцию до впереди идущего транспортного средства (п.9.10 ПДД РФ), а также выбрать скорость, обеспечивающую водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил, не превышающую установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия (заснеженный промёрзший асфальт) (п.10.1, п.10.2 ПДД РФ). Однако указанные правила не были соблюдены истцом.

При этом, суд первой инстанции отклонил доводы истца о том, что знак ограничения максимальной скорости 40 км/ч установлен до перекрестка улиц Алюминиевая – Калинина, указав, что знак ограничения максимальной скорости 40 км/ч установлен как до, так после перекрестка указанных улиц, что отражено на схемах, составленных сотрудниками ГИБДД и судебным экспертом. Суд первой инстанции отметил, что из исследованной в судебном заседании видеозаписи с видеорегистратора автомобиля ответчика следует, что ДТП происходит после установленного на ул.Алюминиевая (после перекрестка с ул. Калинина) знака ограничения максимальной скорости 40 км/ч, при этом судебном экспертом рассчитана максимальная скорость BMW X3 перед началом торможения (в момент ДТП) – 92 км/ч.

Кроме того, судебный эксперт указал на то, что если бы водитель автомобиля BMW X3 с большой скоростью двигался так, как указано на схеме места ДТП (л.д. 131- прямолинейно по левому ряду), то при перестроении автомобиля Kia Sorento и касательном ударе справа его бы не отбросило так далеко влево на встречную сторону и не ударило бы об левый бордюр, а лишь развернуло и он бы продолжил дальнейшее движение примерно в том же направлении (примерно в пределах левой полосы своего направления), так как импульс тела (исходя из указанного направления и фактической скорости движения, массы транспортного средства, а также характера и силы удара) значительно больше импульса внешнего касательного воздействия, но поскольку в данном случае автомобиль BMW X3 фактически ещё до столкновения, как минимум частично, находился на встречной полосе, а далее в неуправляемом заносе продолжил движение практически по диагонали к продольной оси проезжей части, пересекая все встречные полосы, вплоть до столкновения с левым бордюром, то однозначно можно утверждать, что его фактическая траектория движения была близка к тем траекториям, которые изображены на дополнительных схемах (№ 2 л.д. 206 и № 3 л.д. 207- по касательной с правого ряда в левый ряд).

Суд обоснованно усмотрел в действиях водителя автомобиля BMW ХЗ ФИО2 нарушение абз. 8 п. 2.7 (опасное вождение). Избранный водителем автомобиля BMW ХЗ скоростной режим, а принятые им маневры, выразившиеся в неоднократном за короткий промежуток времени перестроении из одного ряда в другой (подряд) не позволили ему осуществить полный контроль за движением автомобиля, принять мер к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства при возникновении опасности для движения.

Указанные выше обстоятельства в совокупности привели в большей степени к повреждению транспортных средств и возникновению ущерба.

Суд пришел к выводу о том, что водителями ФИО2 и ФИО3 при управлении транспортными средствами допущено нарушение положений ПДД РФ, состоящее в причинно-следственной связи с ДТП.

Суд определил степень вины водителя ФИО2 - 80%, степень вины водителя ФИО3 - 20%, указав, что ДТП произошло в большей степени вследствие действий ФИО2, который двигался опасным способом, выбрал недопустимую скорость движения на данном участке дороги; при этом у ФИО3 отсутствовала техническая возможность предотвратить столкновение, поскольку он физически не мог предвидеть порядок действий ФИО2

Таким образом, вопреки доводам апеллянта, нарушения ПДД РФ истцом состоят в прямой причинной связи со столкновением транспортных средств, в той степени, которая определена судом.

Определяя надлежащего ответчика по делу, суд, принимая во внимание копию договора безвозмездной аренды транспортного средства от 11.12.2023, в соответствии с которым транспортное средство Kia Sorento ФИО4 передано ФИО3 в безвозмездное пользование, ФИО3 обязуется производить за свой счет страхование ответственности за вред, причиненный третьим лицам в связи с использованием транспортного средства, по нотариальной доверенности от 17.11.2023 (л.д. 119-121 том 1), учитывая, что на момент ДТП автогражданская ответственность ФИО3 не была застрахована, пришел к выводу о том, что на момент ДТП ФИО3 являлся законным владельцем транспортного средства и является лицом, ответственным за причиненный истцу вред.

Такие выводы суда не оспариваются лицами, участвующими в деле.

Такие выводы суда основаны на абз. 2 ч. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации ч. 1 ст. 4 Закона об ОСАГО, п.п.19,24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», согласно которым субъектом ответственности за причинение вреда источником повышенной опасности является лицо, которое обладало гражданско-правовыми полномочиями по использованию соответствующего источника повышенной опасности, имело его в своем реальном владении и использовало на момент причинения вреда.

Согласно заключениям специалиста ИП ( / / )9 от 20.12.2024 № 0612/24 и № 0612/1 стоимость восстановительного ремонта транспортного средства истца без учета износа, исходя и среднерыночных цен в Свердловской области, составляет 3918 977 руб., среднерыночная стоимость автомобиля составляет 1698 200 руб., стоимость годных остатков составляет 427 916 руб. 70 коп.

Исходя из наличия у истца права требовать возмещения ущерба непосредственно с причинителя вреда, с учетом степени вины водителей в ДТП, суд, принимая во внимание, что произошла конструктивная гибель автомобиля истца, взыскал с ответчика ФИО3 в пользу истца ФИО2 ущерб в размере 254 056 руб. 66 коп. ((1698200 – 427916,70) * 20%).

Истцом понесены расходы на оплату услуг эвакуатора в размере 6000 руб., что подтверждается товарным и кассовыми чеками (л.д. 67 том 1). Данные убытки взысканы судом с ответчика ФИО3 в пользу истца пропорционально определенной степени вины в размере 1200 руб. (6000 * 20%).

В части расчета размера ущерба, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца, апелляционная жалоба истца доводов не содержит.

Руководствуясь ч. 1 ст. 88, ст.94, ст.98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая, что требования истца удовлетворены частично на 20%, с ответчика ФИО3 в пользу истца суд взыскал расходы по уплате государственной пошлины в размере 5 552 руб. 60 коп. (27763 * 20%), расходы на оплату услуг специалиста в размере 1400 руб. (7000 * 20%).

В соответствии с договором об оказании юридических услуг от 10.01.2025 № 1, заключенным между ФИО2 и ( / / )4, исполнитель обязался оказать услуги в виде консультации, анализа документов, ознакомления с материалами дела, подготовки ходатайств и заявлений, подготовки искового заявления, направления лицам копии искового заявления, участия в качестве представителя в суде первой инстанции, получения копии решения, определения, постановления, исполнительных листов. Согласно пункту 6 договора размер вознаграждения по данному договору составляет 45000 руб. (л.д. 85 том 1).

Факт оплаты услуг в размере 45000 руб. подтверждается чеком от 20.01.2025 (л.д. 84 том 1).

На основании ст.100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», учитывая характер и сложность дела, длительность судебного разбирательства, объем выполненной представителем работы (представитель истца подготовил и подал исковое заявление, участвовал в судебных заседаниях, заявлял ходатайства, знакомился с материалами дела), принимая во внимание отсутствие обоснованных возражений ответчика, учитывая удовлетворение исковых требований ФИО2 на 20%, суд взыскал с Ф.Д.ВБ. в пользу истца расходы на оплату услуг представителя в размере 9000 руб. (45000 * 20%).

Ответчик ФИО3 просил возместить расходы по оплате судебной экспертизы.

Согласно заявлению экспертной организации, стоимость судебной экспертизы составила 85000 руб., из которых 43000 руб. внесены ФИО3 на счет Управления Судебного департамента в Свердловской области, 42000 руб. – на счет экспертной организации.

Поскольку решение суда на 80 % состоялось в пользу ответчика, с ФИО2 в пользу ФИО3 суд взыскал расходы на оплату судебной экспертизы в размере 68000 руб. (85000 * 80%).

Суд первой инстанции при рассмотрении спора полно и всесторонне проверил обстоятельства дела, правильно определил круг юридически значимых обстоятельств по делу, дал объективную, соответствующую нормам процессуального права оценку доказательствам. Выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам, достаточно аргументированы с применением норм материального права, регулирующих спорные правоотношения.

Изложенные в апелляционной жалобе доводы о незаконности и необоснованности решения суда не свидетельствуют, они, по сути, повторяют позицию истца по делу и сводятся к несогласию с оценкой обстоятельств, которые являлись предметом исследования и оценки суда первой инстанции.

Разрешая спор, суд правильно применил нормы материального и процессуального права, установил имеющие значение для дела обстоятельства на основании представленных сторонами доказательств, которым дана оценка в соответствии с требованиями ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, предусмотренных ч. 1 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Каких-либо нарушений норм процессуального права, которые в силу ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации являются безусловными основаниями для отмены решения суда, судом не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 328, ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

Решение Красногорского районного суда г.Каменска-Уральского Свердловской области от 16.10.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу истца - без удовлетворения.

Председательствующий: Я.Н. Мартынова

Судьи: О.П. Жернакова

ФИО1