Апелляционное определение № 33-129/2026 33-3615/2025 от 13 января 2026 г.

ЛИПЕЦКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

Судья Кочетов Д.Ю. I инстанция – дело № 2-974/2025

Докладчик Коровкина А.В. апелл. инстанция – дело № 33-129/2026

УИД: 48RS0003-01-2025-000248-80


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

14 января 2026 г. судебная коллегия по гражданским делам Липецкого областного суда в составе:

председательствующего Тельных Г.А.,

судей Коровкиной А.В. и Степановой Н.Н.

при ведении протокола помощником судьи Шевляковой Ю.И.

рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Липецке апелляционную жалобу ответчика ФИО6 на решение Правобережного районного суда г. Липецка от 22 сентября 2025 г., которым постановлено:

«Взыскать с ФИО6 (паспорт №) в пользу ФИО7 (паспорт №) сумму ущерба в размере 378 600 рублей, расходы по оплате досудебных экспертных заключений в сумме 11 000 рублей, судебные расходы по оплате государственной пошлины в сумме 11 965 рублей, а всего 401 565 (четыреста одна тысяча пятьсот шестьдесят пять) рублей.

В остальной части в удовлетворении требований ФИО7 к ФИО6 о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия и судебных расходов, - отказать».

Заслушав доклад судьи Коровкиной А.В., судебная коллегия

установила:

ФИО7 обратился в суд с иском к ФИО6 о возмещении ущерба.

В обоснование заявленных требований истец указал, что 18 августа 2024 г. на 35 км автодороги Липецк-Доброе-Чаплыгин в Добровском округе Липецкой области произошло дорожно-транспортное происшествие по вине водителя ФИО8, который, управляя транспортным средством ВАЗ-21074 госномер №, принадлежащим на праве собственности ФИО6, не убедился в безопасности своего маневра и совершил столкновение с транспортным средством Тойота Камри госномер №. В результате ДТП транспортное средство Тойота Камри, принадлежащее на праве собственности истцу, получило механические повреждения. Водитель ФИО8 управлял транспортным средством ВАЗ-21074 госномер № в отсутствие полиса ОСАГО. В соответствии с заключением эксперта-техника ФИО1 водитель транспортного средства ВАЗ-21074 госномер № должен был руководствоваться п. 8.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, ч. 3 ст. 12.4 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и уступить дорогу транспортному средству Тойота Камри госномер №. Согласно заключению ИП ФИО1 № 365-24 от 4 октября 2024 г. сумма восстановительного ремонта транспортного средства по среднему рынку без учета износа составила 965 611 рублей. Владельцем источника повышенной опасности, по мнению истца, является собственник транспортного средства ВАЗ-21074 госномер О631ТА 48 ФИО6

На основании изложенного истец просил взыскать с ответчика стоимость восстановительного ремонта автомобиля в размере 965 611 рублей, расходы по составлению экспертных заключений в размере 10 000 рублей и 12 000 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 24 312 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 50 000 рублей и расходы по оформлению доверенности в размере 4 049 рублей.

Истец ФИО7, ответчик ФИО6, третьи лица ФИО8, ФИО9 в судебное заседание не явились.

Представитель ответчика ФИО6 по ордеру адвокат Ненахова Н.Н., третье лицо ФИО10 в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований.

Суд постановил решение, резолютивная часть которого изложена выше.

В апелляционной жалобе ответчик ФИО6, ссылаясь на несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела, нарушение норм материального права, просит решение отменить, принять по делу новое решение об отказе в иске в полном объеме.

Выслушав объяснения представителя ответчика ФИО6 по ордеру адвоката Ненаховой Н.Н., третьего лица ФИО10, поддержавших апелляционную жалобу ответчика, проверив материалы гражданского дела, обсудив доводы жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Судом установлено, что 18 августа 2024 г. на 35 км автодороги ФИО12 в Добровском округе Липецкой области произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Тойота Камри госномер № под управлением собственника ФИО7 и автомобиля ВАЗ-21074 госномер №, принадлежащего ФИО6, под управлением ФИО8

В своих письменных объяснениях от 18 августа 2024 г. ФИО7 указал, что двигался около с. Махоново, начал обгонять транспортное средство ВАЗ-21074 госномер №. Водитель транспортного средства ВАЗ-21074 резко повернул налево, не включая поворотник, тем самым создал аварийную ситуацию, и произошло столкновение, после которого автомобиль ВАЗ-21074 скрылся с места происшествия, не останавливаясь.

ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ рождения, в своих объяснениях, данных при опросе в присутствии матери ФИО10, указал, что взял ключи от машины ВАЗ-21074 госномер № без разрешения родителей, пока те спали, так как знал, где они (ключи) лежали, и поехал в район ул. Садовая. Перед поворотом на ул. Садовая он включил сигнал поворота и пропускал встречную машину, потом собирался совершить маневр. Начал поворачивать, и в этот момент в него врезался автомобиль Тойота Камри госномер №, после чего он в шоковом состоянии скрылся с места ДТП, позвонил матери, рассказал о произошедшем и вернулся вместе с ней на место ДТП.

19 августа 2024 г. ИДПС отделения Госавтоинспекции МО МВД России «Чаплыгинский» в отношении водителя ФИО7 был составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, согласно которому ФИО7, управляя транспортным средством Тойота Камри госномер №, при выполнении обгона движущегося впереди транспортного средства ВАЗ-21074 госномер № под управлением ФИО8 не убедился в том, что оно подало сигнал поворота налево, допустив столкновение с указанным транспортным средством, тем самым нарушил п.п. 11.1, 11.2 Правил дорожного движения Российской Федерации.

Постановлением ИДПС отделения Госавтоинспекции МО МВД России «Чаплыгинский» от 19 августа 2024 г. за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.15 Кодекса Российской Федерации об административном правонарушении, ФИО7 было назначено административное наказание в виде штрафа в размере 1 500 рублей.

И с протоколом об административном правонарушении, и с вынесенным постановлением ФИО7 не согласился, о чем в них указал.

Постановлениями комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав Добровского округа Липецкой области №№ 94, 95 и 96 от 4 сентября 2024 г. несовершеннолетний ФИО8 был привлечен к административной ответственности за совершение административных правонарушений, предусмотренных ч. 1 ст. 12.7, ч. 1.1 ст. 12.14 и ч. 2 ст. 12.37 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Гражданская ответственность владельца транспортного средства Тойота Камри госномер Т021ТУ 152 была застрахована в АО «Т-Страхование», гражданская ответственность владельца транспортного средства ВАЗ-21074 госномер О631ТА 48 застрахована не была.

Обращаясь в суд, ФИО7 в обоснование заявленных требований представил заключения ИП ФИО1 № 359-24 от 26 сентября 2024 г. и № 365-24 от 4 октября 2024 г., согласно которым водитель транспортного средства ВАЗ-21074 госномер № должен был руководствоваться п. 8.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, ч. 3 ст. 12.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и уступить дорогу транспортному средству Тойота Камри госномер №; рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца без учета износа составила 965 611 рублей.

Определением суда первой инстанции от 28 марта 2025 г. по делу была назначена комплексная трасологическая и автотовароведческая экспертиза с поручением ее проведения ИП ФИО2.

Согласно выводам заключения ИП ФИО2 № 250410 от 15 июля 2025 г. механизм рассматриваемого столкновения был следующим. 18 августа 2024 г. водитель транспортного средства ВАЗ-21074 госномер № ФИО8 двигался по автодороге в направлении со стороны г. Чаплыгина в г. Липецк в правой полосе двухполосной дороги, а за ним следовало транспортное средство Тойота Камри госномер № под управлением ФИО7 Происходило сближение данных транспортных средств. В районе 35 км автодороги Липецк-Доброе-Чаплыгин Добровского округа Липецкой области водитель транспортного средства Тойота Камри и водитель транспортного средства ВАЗ-21074 одновременно начинают совершать маневры: водитель транспортного средства Тойота Камри приступает к маневру обгона транспортного средства ВАЗ-21074, водитель которого приступает к маневру поворота налево в направлении ул. Садовая.

В момент пересечения траекторий совершающего обгон транспортного средства Тойота Камри и поворачивающего налево транспортного средства ВАЗ-21074 происходит рассматриваемое столкновение. Контактное взаимодействие являлось перекрестным по направлению движения транспортных средств и попутным по их сближению, с последующим блокирующим взаимодействием передней правой части транспортного средства Тойота Камри и боковой левой части транспортного средства ВАЗ-21074. В первичное контактное взаимодействие вступили правая часть переднего бампера транспортного средства Тойота Камри и задняя левая дверь транспортного средства ВАЗ-21074, с последующим внедрением кузовных деталей передней части транспортного средства Тойота Камри во внутрь салона транспортного средства ВАЗ-21074 и образованием повреждений в контактных зонах. В результате эксцентричного блокирующего взаимодействия для поворачивающего налево транспортного средства ВАЗ-21074 происходит смещение центра тяжести вправо по ходу движения, продолжение движения в контактном взаимодействии деталей боковой левой части с деталями передней правой части транспортного средства Тойота Камри в направлении обочины встречной полосы движения, выход из контакта и уезд с места ДТП (без фиксации конечного положения транспортного средства); для транспортного средства Тойота Камри происходит блокировка и смещение назад переднего правого колеса, продолжение движения с контактным взаимодействием деталей передней правой части вдоль деталей боковой левой части транспортного средства ВАЗ-21074 в направлении обочины встречной полосы движения, выход из контакта и остановка с фиксацией конечного положения на обочине встречной полосы движения.

Место столкновения данных транспортных средств располагалось в границах полосы движения со стороны г. Чаплыгина в направлении г. Липецка в момент отклонений продольных осей транспортного средства ВАЗ-21074 и транспортного средства Тойота Камри влево (в направлении полосы встречного движения).

В сложившейся дорожно-транспортной ситуации с учетом Правил дорожного движения Российской Федерации водитель транспортного средства Тойота Камри ФИО11 должен был действовать в соответствии с требованиями п.п. 11.1 и 11.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, а именно: двигаясь позади транспортного средства ВАЗ-21074, перед совершением маневра его обгона должен был убедиться в том, что в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения. При этом он не должен был начинать маневр обгона транспортного средства ВАЗ-21074 в случае заблаговременной подачи его водителем сигнала указателями поворота (или рукой).

В сложившейся дорожно-транспортной ситуации с учетом Правил дорожного движения Российской Федерации водитель транспортного средства ВАЗ-21074 ФИО8 должен был действовать в соответствии с требованиями п.п. 8.1 и 8.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, а именно: перед началом совершения маневра поворота налево должен был заблаговременно подать сигнал указателями поворота (или рукой). При этом водитель должен был убедиться в безопасности своего маневра и, не создавая помех другим участникам дорожного движения, совершить поворот.

В представленных материалах имеются противоречия в части заблаговременного включения сигнала указателя поворота налево водителем транспортного средства ВАЗ-21074. Экспертным методом определить данное обстоятельство не представляется возможным.

Стоимость восстановительного ремонта транспортного средства Тойота Камри исходя из повреждений, полученных в ДТП, произошедшем 18 августа 2024 г., на дату проведения экспертизы составляет 757 200 рублей.

Приняв заключение эксперта в качестве надлежащего доказательства и оценив его в совокупности с иными доказательствами, а именно схемой ДТП, объяснениями водителей ФИО8, ФИО7, показаниями свидетелей, с учетом наличия противоречий в части заблаговременного включения сигнала указателя поворота налево водителем автомобиля ВАЗ-21074 госномер №, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в данном ДТП имеется обоюдная вина водителей, начавших свои маневры одновременно, не убедившись в их безопасности, и признал степень вины равной (по 50%).

Оспаривая наличие вины ФИО8 в произошедшем ДТП, ответчик в апелляционной жалобе ссылается на заблаговременную подачу водителем автомобиля ВАЗ-21074 госномер № сигнала левого поворота.

В силу п. 8.1 Правил дорожного движения Российской Федерации перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны – рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

В силу п. 8.2 указанных Правил подача сигнала указателями поворота или рукой должна производиться заблаговременно до начала выполнения маневра и прекращаться немедленно после его завершения (подача сигнала рукой может быть закончена непосредственно перед выполнением маневра). При этом сигнал не должен вводить в заблуждение других участников движения.

Подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ч. 1 ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

В силу ч. 1 – ч. 4 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

Заявляя суду апелляционной инстанции о наличии в материалах дела доказательств, подтверждающих, по его мнению, включение водителем ФИО8 сигнала левого поворота, ответчик ссылается на показания свидетелей ФИО3, ФИО4 и ФИО5.

Между тем ФИО3 и ФИО4 находились в салоне автомобиля ВАЗ-21074 госномер №, которым управлял ФИО8, несколько лет знакомы с ФИО8, ФИО3 подтвердил дружеские отношения с последним, а потому указанные свидетели являются заинтересованными в исходе рассмотрения спора лицами.

К показаниям свидетеля ФИО5, который, с его слов, с ФИО8 не знаком, судебная коллегия относится критически. Согласно показаниям данного свидетеля он являлся очевидцем дорожно-транспортного средства, когда в вечернее время находился возле дома, расположенного напротив места столкновения автомобилей (<адрес>). Будучи приглашенным в суд для допроса в качестве свидетеля стороной ответчика, ФИО5 показал, что отозвался на обращение ФИО10 с просьбой откликнуться очевидцев ДТП, произошедшего с участием ее сына. Однако из материалов дела не следует, что ФИО10 распространялось в социальных сетях или иным общедоступным способом сообщение о поиске очевидцев спорного ДТП, которое бы позволяло откликнуться на него неопределенному кругу незаинтересованных лиц. При этом с учетом того, что ФИО8 и допрошенные свидетели являются приблизительно равными по возрасту, не исключается возможность того, что все они являются членами одной компании, что, в свою очередь, ставит под сомнение показания ФИО5.

Кроме того, из материалов дела следует, что комиссией по делам несовершеннолетних и защите их прав Добровского округа Липецкой области 4 сентября 2024 г. были вынесены постановления № 94 о привлечении ФИО8 к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (управление транспортным средством водителем, не имеющим права управления транспортным средством), № 95 о привлечении ФИО8 к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1.1 ст. 12.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (невыполнение требования Правил дорожного движения, за исключением установленных случаев, перед поворотом направо, налево или разворотом заблаговременно занять соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении), № 96 о привлечении ФИО8 к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.37 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (неисполнение владельцем транспортного средства установленной федеральным законом обязанности по страхованию своей гражданской ответственности, а равно управление транспортным средством, если такое обязательное страхование заведомо отсутствует).

Согласно постановлению № 95 от 4 сентября 2024 г. о привлечении ФИО8 к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1.1 ст. 12.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, комиссией установлено, что из протокола об административном правонарушении № 48 ВА 272328 от 19 августа 2024 г. 03 ч. 30 мин. следует, что 18 августа 2024 г. в 22 ч. 40 мин. на трассе ФИО12, 35 километр, несовершеннолетний ФИО8 не выполнил требования Правил дорожного движения Российской Федерации о подаче сигнала перед поворотом налево, а также не занял крайнее левое положение на проезжей части, чем нарушил ч. 1.1 ст. 12.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

При этом протоколы об административных правонарушениях рассмотрены комиссией с участием несовершеннолетнего ФИО8 и его законного представителя ФИО10, которые не заявляли о наличии свидетелей, готовых дать показания о произошедшем ДТП. Указанные постановления обжалованы не были и вступили в законную силу 17 сентября 2024 г.

Постановление по делу об административном правонарушении, вынесенное административным органом, не обладает свойством преюдициальности при рассмотрении гражданского дела о возмещении вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, и в силу ст.ст. 61, 67, ч. 1 ст. 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является письменным доказательством, подлежащим оценке наряду с другими доказательствами.

Согласно заключению судебной экспертизы экспертным методом установить факт заблаговременного включения водителем ФИО8 сигнала указателя левого поворота не представилось возможным, записей видеорегистраторов в ходе рассмотрения дела не добыто, непосредственные участники ДТП относительно данного обстоятельства дали противоречащие друг другу объяснения.

Таким образом, из имеющихся в материалах дела доказательств в их совокупности и взаимной связи следует, что сигнал левого поворота при осуществлении маневра водителем транспортного средства ВАЗ-21074 госномер № ФИО8 перед ДТП не подавался, и достоверного подтверждения обратного суду не представлено. К показаниям свидетелей, допрошенных по ходатайству ответчика, судебная коллегия относится критически. При этом изложение протокола об административном правонарушении от 19 августа 2024 г. в отношении ФИО7 таким образом, что истец при выполнении обгона не убедился в том, что транспортное средство ВАЗ-21074 подало сигнал поворота налево, не является основанием для признания в рамках рассматриваемого гражданского спора факта подачи водителем ФИО8 такого сигнала установленным. Нарушение водителем ФИО7 в процессе обгона п. 11.1 Правил дорожного движения Российской Федерации при установленном механизме ДТП имеет место, поскольку он не убедился в том, что не создаст своим маневром опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения, однако нарушение п. 11.2 указанных Правил в его действиях отсутствует, поскольку из материалов дела усматривается, что привлечение истца к административной ответственности с изложенной выше формулировкой было обусловлено позицией второго участника ДТП, заявлявшего о подаче сигнала левого поворота, а данное обстоятельство в ходе рассмотрения дела в суде доказано не было.

При таких обстоятельствах с учетом установленной одномоментности начала выполнения водителями ФИО7 и ФИО8 маневров с нарушением п. 8.1 Правил дорожного движения Российской Федерации суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о распределении между ними степени вины в пропорции 50/50, поскольку участники ДТП в равной степени действовали поспешно и необдуманно, с пренебрежением к остальным участникам дорожного движения.

Довод ФИО6 о том, что он является ненадлежащим ответчиком по делу, и материальную ответственность должны нести несовершеннолетний ФИО8, а также его законные представители ФИО10 и ФИО9, судебной коллегией отклоняется.

Согласно п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В силу п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильно действующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В п. 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» дано общее разъяснение положений ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Исходя из изложенного, законным владельцем источника повышенной опасности, на которого законом возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате использования источника повышенной опасности, является юридическое лицо или гражданин, эксплуатирующие источник повышенной опасности в момент причинения вреда в силу принадлежащего ему права собственности, права хозяйственного ведения, права оперативного управления либо в силу иного законного основания, в том числе на основании доверенности.

По смыслу приведенных норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации понятия «причинитель вреда» и «владелец источника повышенной опасности» не являются равнозначными. Под законностью владения транспортным средством подразумевается наличие соответствующих гражданско-правовых оснований, следовательно, ответственность за причиненный источником повышенной опасности третьему лицу вред несет его собственник, если не докажет, что право владения источником повышенной опасности было передано им иному лицу на каком-либо законном основании.

Как следует из материалов дела, ФИО8 является сыном ФИО9 и ФИО10 С 5 октября 2013 г. ФИО10 и ФИО6 состоят в зарегистрированном браке, то есть несовершеннолетний ФИО8 является пасынком ФИО6

Также из материалов дела следует, что ФИО8 завладел ключами от автомобиля ВАЗ-21074 госномер № по месту совместного проживания с матерью и отчимом ФИО6 путем свободного доступа к месту их хранения.

Как разъяснено в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Согласно абз. 2 п. 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность по возмещению вреда может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности, в долевом порядке в зависимости от степени вины каждого из них (например, если владелец транспортного средства оставил автомобиль на неохраняемой парковке открытым с ключами в замке зажигания, то ответственность может быть возложена и на него).

Между тем при установленных фактических обстоятельствах оснований полагать, что ФИО8 завладел источником повышенной опасности противоправно, не имеется, поскольку ФИО8 и ФИО6 являются членами одной семьи, что подтверждено в судебных заседаниях. То обстоятельство, что ФИО8 получил доступ к автомобилю без ведома матери и отчима, не свидетельствует о том, что источник повышенной опасности выбыл из владения ФИО6 против его воли, поскольку последним не был ограничен свободный доступ к ключам от транспортного средства и вместе с ФИО10 не осуществлен надлежащий контроль за поведением несовершеннолетнего члена семьи.

Кроме того, в соответствии с п. 1 ст. 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

Таким образом, в случае, когда владелец источника повышенной опасности не является одновременно непосредственным причинителем вреда, после выплаты возмещения вреда первый не лишен права на предъявление регрессного требования ко второму в размере выплаченного возмещения.

Соответственно, довод апеллянта о необходимости возложения обязанности по возмещению ущерба истцу на иных лиц не является основанием для отмены законного и обоснованного решения районного суда.

В целом, все доводы апелляционной жалобы уже являлись предметом исследования и оценки суда первой инстанции, соответствующие выводы нижестоящего суда соответствуют установленным фактическим обстоятельствам и нормам материального права, при этом не допущено нарушений норм процессуального права, которые бы могли являться основанием для отмены принятого решения.

Руководствуясь ст.ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Правобережного районного суда г. Липецка от 22 сентября 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика ФИО6 – без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий:

Судьи:

Апелляционное определение изготовлено в окончательной форме 23 января 2026 г.