Апелляционное определение № 33-4285/2026 от 31 марта 2026 г.

Судья Милуш О.А.

24RS0046-01-2024-009270-31

Дело № 33-4285/2026

2.219

КРАСНОЯРСКИЙ КРАЕВОЙ СУД


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

1 апреля 2026 года

г. Красноярск

Судебная коллегия по гражданским делам Красноярского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Абрамовича В.В.,

судей: Александрова А.О., Глебовой А.Н.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Гончаровой Т.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Александрова А.О.

гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения, применении последствий недействительности сделки,

по апелляционной жалобе представителя ФИО2 – ФИО3

на решение Свердловского районного суда г. Красноярска от 20 октября 2025 года, которым постановлено:

«Исковое заявление ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения жилого помещения удовлетворить.

Признать недействительным договор дарения жилого помещения от 03.04.2024, заключенный между А.А.А. и ФИО2, применив последствия недействительности сделки:

Прекратить право собственности ФИО2 на квартиру по адресу: <адрес>, что является основанием для внесения изменений в ЕГРН об исключении сведений о ФИО2 как правообладателе указанного жилого помещения.

Включить квартиру по адресу: <адрес> в состав наследства, открывшегося после смерти А.А.А., умершей <дата>».

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании недействительным договора дарения, применении последствий недействительности сделки.

Требования мотивированы тем, что <дата> умерла мать истца А.А.А., <дата> г.р., проживавшая в однокомнатной квартире по адресу: <адрес>. После её смерти, на 40 день поминовения, младшая сестра истца ФИО2 объявила, что 03.04.2024 года А.А.А. подарила свою квартиру дочери сестры - ФИО2, оформив сделку через МФЦ, в простой письменной форме. При жизни А.А.А. говорила, что квартира достанется обеим дочерям в равных долях и никаких планов по дарению либо продаже квартиры не высказывала, напротив, дорожила тем, что у нее есть собственное жилье, в связи с чем истец сделала вывод о том, что мама в момент заключения сделки находилась под влиянием лиц, которые оформили сделку, не понимая значения своих действий и тех последствий, которые наступят после подписания договора.

Считает, что в момент подписания договора дарения квартиры А.А.А. находилась в таком состоянии, когда не была способна понимать значение действий и руководить ими, поскольку в силу психического расстройства и деменции она уже плохо понимала происходящее и не отдавала себе отчет в том, что происходит.

С учетом уточнений исковых требований ФИО1 просила признать недействительным договор дарения жилого помещения от 03.04.2024 г., заключенный между А.А.А. и ФИО2, применить последствия недействительности сделки, включить квартиру по адресу: <адрес>, в состав наследства, открывшегося после смерти А.А.А.

Судом первой инстанции постановлено приведенное выше решение.

В апелляционной жалобе представитель ФИО2 – ФИО3 просит решение суда отменить, отказать в удовлетворении исковых требований. Выражая несогласие с результатами проведенной по делу судебной экспертизы, указывает, что эксперты проигнорировали ряд доказательств, представленных ответчиком, поскольку <данные изъяты>

В письменных возражениях ФИО1, указывая на необоснованность доводов жалобы, просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Проверив решение суда по правилам апелляционного производства, в пределах доводов апелляционной жалобы (ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ), выслушав объяснения ответчика ФИО2 и её представителя ФИО3, третьего лица ФИО2, поддержавших доводы апелляционной жалобы, объяснения истца ФИО1 и её представителя ФИО4, поддержавших доводы письменных возражений на жалобу, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений, полагая возможным рассмотреть дело в отсутствие нотариуса ФИО5, надлежаще извещенной о времени и месте судебного разбирательства, не сообщившей суду об уважительных причинах неявки, судебная коллегия не находит правовых оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции.

В соответствии с п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ) сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (п. 2 ст. 167 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка) (п. 3 ст. 154 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность.

Согласно п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как видно из материалов дела и правильно установлено судом, А.А.А. на праве собственности принадлежала квартира общей площадью 45,7 кв.м., расположенная по адресу: <адрес>.

03.04.2024 г. между А.А.А. (даритель) и ФИО2 (одаряемый) заключен договор дарения, по условиям которого даритель обязалась безвозмездно передать в собственность одаряемого, а одаряемый обязался принять квартиру общей площадью 45,7 кв.м. по адресу: <адрес>, с кадастровым номером №.

08.04.2024 г. переход права собственности зарегистрирован в установленном законом порядке.

Согласно выписке из ЕГРН собственником вышеуказанной квартиры с кадастровым номером № (ранее присвоенный государственный учетный №) является ответчик ФИО2 на основании договора дарения от 03.04.2024 г.

Из представленной по запросу суда справки ООО СК «Ингосстрах» от 05.02.2025 г., амбулаторной карты А.А.А., карт вызовов скорой помощи следует, что в период с 2021 г. по 2024 г. А.А.А. обращалась за медицинской помощью, <данные изъяты>.

В ходе судебного разбирательства в качестве свидетелей были допрошены <данные изъяты>, предупрежденные об уголовной ответственности по статье 307 УК РФ (том 1 л.д. 87), показания которых были учтены судом при принятии решения.

Определением суда от 17.04.2025 г. по делу назначена судебная <данные изъяты> экспертиза, проведение которой поручено врачам-экспертам КГБУЗ ККПНД № 1. В распоряжение экспертов для разрешения поставленных судом вопросов были предоставлены материалы настоящего гражданского дела, медицинская карта А.А.А., видеозаписи с ее участием, сделанные при жизни А.А.А.

Согласно заключению судебной экспертизы № от 23.07.2025 А.А.А., <данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Разрешая дело, суд первой инстанции, верно определив обстоятельства, имеющие значение для дела, правильно применив нормы материального права, регулирующие спорное правоотношение, пришел к правомерному выводу об удовлетворении исковых требований ФИО1

При этом суд правильно исходил из того, что поскольку А.А.А. на момент заключения договора дарения жилого помещения от 03.04.2024 г. находилась в таком состоянии, когда она не могла понимать значение своих действий и руководить ими, а также не могла понимать сущность сделки, её последствия, то указанный договор дарения квартиры по адресу: <адрес>, является недействительной сделкой.

Приходя к верному выводу о признании договора дарения от 03.04.2024 г. недействительным, применении последствий недействительности данной сделки в виде прекращения права собственности ФИО2 на спорную квартиру и включения данной квартиры в состав наследства, открывшегося после смерти А.А.А., умершей <дата>, суд первой инстанции обстоятельно мотивировал свои выводы в обжалуемом решении, с которыми судебная коллегия соглашается, поскольку они основаны на исследовании доказательств, их оценке в соответствии с правилами, установленными в ст. 67 ГПК РФ, и правильном применении норм материального права, регулирующих спорное правоотношение.

Вопреки доводам апелляционной жалобы выводы суда являются правильными и подробно изложены в обжалуемом решении, которые судебная коллегия находит верными.

Ссылка в апелляционной жалобе на то, что А.А.А. не находилась при заключении договора дарения в таком состоянии, в котором не могла понимать значение своих действий и руководить ими, является несостоятельной, поскольку опровергается заключением комиссии экспертов КГБУЗ «Красноярский краевой психоневрологический диспансер № 1» от 23.07.2025 г. №.

При этом, вопреки доводам апелляционной жалобы, оснований не доверять заключению комиссии экспертов КГБУЗ «Красноярский краевой психоневрологический диспансер № 1» от 23.07.2025 г. № у судебной коллегии не имеется, поскольку указанная экспертиза проведена в соответствии с требованиями закона, экспертами, имеющими соответствующее образование в области для разрешения поставленных перед ними вопросов, эксперты были предупреждены судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, кроме того, данное заключение судебной экспертизы является аргументированным, выводы экспертов последовательны и непротиворечивы.

Мотивированным определением судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 1 апреля 2026 года отказано в удовлетворении ходатайства представителя ФИО2 - ФИО3 о назначении по делу повторной <данные изъяты> экспертизы.

В целом, доводы апелляционной жалобы не опровергают правильных выводов суда, являлись предметом тщательного исследования в суде первой инстанции и обоснованно не приняты им во внимание, поскольку основаны на неправильном толковании норм материального права, направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, оснований для которой судебная коллегия не усматривает.

Каких-либо иных доводов, влекущих отмену или изменение решения суда, апелляционная жалоба не содержит.

Обстоятельства дела судом исследованы с достаточной полнотой, выводы суда не противоречат фактическим обстоятельствам дела.

Материальный закон применен судом правильно, процессуальных нарушений, влекущих отмену решения, при рассмотрении дела судом первой инстанции допущено не было.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Свердловского районного суда г. Красноярска от 20 октября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ФИО2 – ФИО3 – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в трехмесячный срок со дня изготовления мотивированного апелляционного определения в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции (в г. Кемерово) с принесением кассационной жалобы через суд первой инстанции.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 03.04.2026 года.