Решение № 2-1915/2017 2-1915/2017~М-1630/2017 М-1630/2017 от 23 октября 2017 г. по делу № 2-1915/2017

№ 2-1915/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Михайловск 24 октября 2017 года

ФИО19 районный суд Ставропольского края в составе председательствующего Толстикова А.Е., с участием представителей истца ФИО1 - ФИО2, ФИО3, третьего лица ФИО4, представителя третьего лица ФИО4 - ФИО5, при секретаре Буниной И.Е., рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Администрации МО г. Михайловска Шпаковского района Ставропольского края о признании права собственности на объект недвижимого имущества в силу приобретательной давности,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к администрации муниципального образования г.Михайловска Шпаковского района Ставропольского края о признании права собственности на объект недвижимого имущества в силу приобретательной давности.

В обоснование заявленных требований указала, что в 1989 году ее семье в составе из трех человек: ФИО6 (супруг), ФИО1 (супруга), ФИО2 (дочь), была предоставлена квартира по адресу: <адрес>, что подтверждается ордером на жилое помещение № от 02.08.1989г., а так же на основании акта приема - передачи к ордеру № было передано во владение и пользование нежилое здание размером 38 кв.м., состоящее из трех помещений, расположенное по адресу: <адрес>. Данным нежилым зданием истец владеет с 02.08.1989г. добросовестно, открыто и непрерывно, как своим собственным.

Основным нанимателем квартиры и нежилого здания являлся ФИО6, супруг истца. В семье родился второй ребенок - сын ФИО7, который проживал и был зарегистрирован в <адрес>. В 1996 году брак между истцом и ФИО6 был расторгнут и с этого момента, истец стала основным нанимателем квартиры № в <адрес> и нежилого здания в районе жилого дома №.

До 2008 г. включительно, квартира по адресу: <адрес>, была государственной собственностью Ставропольского края (являлось частью имущественного комплекса ГУП «ЖКХ»). 17.12.2008г. Правительство Ставропольского края приняло распоряжение №-РП от 17.12.2008г. о передачи имущественного комплекса ГУП «ЖКХ» из государственной собственности Ставропольского края в муниципальную собственность Шпаковского муниципального района СК. На основании акта приема-передачи от 20.02.2009г. имущественный комплекс ГУП «ЖКХ» был передан из государственной собственности СК в муниципальную собственность Шпаковского муниципального района Ставропольского края. Таким образом, с 20.02.2009г. февраля 2009 года квартиры № и № в жилом доме, расположенном по адресу: <адрес>, числились на балансе МУП «ЖКХ».

В соответствии со ст. 2,7 Закона РФ «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации», с 18.12.2010г. ФИО1, ФИО2 и ФИО7 приобрели в порядке приватизации право общей долевой собственности на комнату <адрес>. В 2012 году администрацией муниципального образования г. Михайловска Шпаковского района Ставропольского края на основании постановления администрации муниципального образования г. Михайловска Шпаковского района Ставропольского края от 08.11.2012г. № «Об обмене квартир и заключении договора мены» была произведена мена жилого помещения комнат 1-2 расположенных по адресу<адрес>, в рамках программы «Переселение граждан из аварийного жилищного фонда на территории муниципального образования города Михайловска в рамках участия в краевой адресной программе «Переселение граждан из аварийного жилищного фонда в Ставропольском крае с учетом необходимости развития малоэтажного жилищного строительства в 2011-2012 годах».

И в соответствии с условиями программы переселения, которыми предусмотрен обмен квартиры на квартиру, поэтому в процедуре обмена нежилое здание истца не участвовало, что подтверждается договором № мены жилого помещения (квартиры) от 12.11.2012г., а так же актом приема-передачи жилого помещения (квартиры) от 12.11.2012г., и приложением № к Программе.

Никаких предписаний по изъятию нежилого здания в адрес истца не поступало. Фактически истец уже на протяжении 28 лет добросовестно, открыто и непрерывно владеет и пользуется указанным недвижимым имуществом, как своим собственным, что по мнению истца может быть подтверждено документально и свидетельскими показаниями.

На основании вышеизложенного просит признать за ФИО1 право собственности на нежилое здание с кадастровым номером 26:11:020122:148, площадью 38,9 кв.м., расположенное по <адрес>, в районе жилого <адрес>, в силу приобретательной давности и указать, что решение суда является основанием для регистрации в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним права собственности на нежилое здание с кадастровым номером №, площадью 38,9 кв.м., расположенное по адресу: <адрес>, в районе <адрес>, за ФИО1

В судебное заседание истец ФИО1, представитель ответчика - администрации Муниципального образования г. Михайловска Шпаковского района Ставропольского края, третье лицо ФИО8, представитель третьего лица Отдела по Шпаковскому району филиала ФГБУ «ФКП Росреестра» по СК, будучи извещенными надлежащим образом, в судебное заседание не явились, представили суду заявления о рассмотрении дела в отсутствии. В своём заявлении представитель ответчика также указал, что не возражает против удовлетворения заявленных исковых требований.

Суд, в соответствии со ст. 167 ГПК РФ полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Истец также представила суду письменные пояснения, в которых указала следующее.

В 1986 году она вступила в брак с ФИО6, в ноябре 1986 года родился первый ребенок, дочь ФИО2, в 1988 году родился сын – ФИО7 Истец с мужем работали на железнодорожной станции и стояли в очереди на получения жилья в с. Шпаковском.

02.08.1989г. согласно ордера ФИО9 выдали <адрес> и нежилое отдельно стоящее здание. В конце 1991 года ФИО6 посадили, и истец осталась одна с 2-мя детьми. В 1996 году ФИО6 вышел из тюрьмы и в том же 1996 году брак между ними был расторгнут и с этого момента, истец стала основным нанимателем квартиры <адрес> нежилого здания, в районе <адрес>. В 1997 году (с23 июня) она стала заниматься предпринимательской деятельностью. Бывший муж в 1997г. женился второй раз и проживал в <адрес>. Со 02.08.1989г. семья Т-ных стала владеть квартирой и нежилым зданием на <адрес>. Нежилое здание отдельно стоящее от дома, в котором они получили квартиру, состоит из 3-х помещений. С 1989 года в данном нежилом здании истец хранила садовый инвентарь, домашнюю утварь, которую не использовала в повседневной жизни (пустые банки, канистры для воды, елку и т.д.), а так же соленья, варенья и др. различные закрутки на зиму, картофель и др. продовольственные запасы. Все это хранилось в помещениях с площадью 17.4 кв. м и 9,1 кв.м. обозначенными в техническом паспорте, имеющимся в материалах дела. В третьем помещении, на плане 12,4 кв. м. хранились различные инструменты, которые остались от бывшего мужа, а так же запчасти от старого мотоцикла (после аварии). В связи с тем, что истец потеряла свою работу в 1997 году стала заниматься предпринимательской деятельностью и с 1997г. в помещении 17.4 кв. м. я хранила саженцы, которые ФИО1 продавала, то есть использовала как склад. О том, что её муж в 1995 году подписал договор купли- продажи с ФИО8 она не знала и не могла знать, потому что муж в это время дома не жил, в связи с тем, что сидел в тюрьме. В конце 1995 года ФИО8 обратился к ФИО1 с просьбой передать ему ключи от помещения 12,4 кв.м. (того, в котором хранились инструменты и запчасти от мотоцикла). Истец спросила его: «Зачем и на каком основании я должна это сделать»,- ФИО8 пояснил, что ФИО6 продал ему это здание. На что истец возразила, ФИО6 сам не мог продать данное здание, так как это совместное имущество с 1989г. и своего письменного согласия истец на продажу не давала. Истец всегда считала себя законным владельцем данного нежилого здания которым владела непрерывно. Поскольку в помещении 12.4 кв. метров, хранились старые запчасти от разбитого мотоцикла и инструменты мужа ФИО1 дала ключи от этого помещения ФИО8. Но при этом она его предупредила, что личные вещи, которые там хранились такие как старые стулья, детский велосипед, старая детская коляска, старый стеллаж с пустыми банками мне девать некуда и истец их от туда убирать не будет, будет и дальше продолжать пользоваться этим помещением. ФИО8 не препятствовал, более того он проживал в другом городе, а ФИО1 пользовалась данным помещением каждый год, особенно в сезон заготовок.

С 1997 года по 2002 год истец была предпринимателем, помещение площадью 17.4 кв.м. она использовала в своей предпринимательской деятельности под склад для саженцев. Очень часто покупатели, желающие выбрать продукцию сами, приезжали к ФИО1 и она показывала покупателям продукцию. С 2002 года, после прекращения предпринимательской деятельности начала сдавать в аренду квадратные метры в данном нежилом здании, в частности в помещении площадью 17.4 кв.м. Первым арендатором была ФИО10, с ней был заключен договор аренды на 8.4 кв.м. из 38,9 кв.м. в декабре 2002 года. В связи с необходимостью предоставления арендатору электроэнергии большей мощностью, в договоре аренды с ЧП ФИО10 согласовали, что ЧП ФИО10 от своего лица произведет подключение электроснабжения и подготовит всю техническую документацию, по подключению электричества к арендуемому нежилому зданию (п.п. «Д» пункта 2 договора аренды от ДД.ММ.ГГГГ). Дальше истец стала сдавать в аренду другим лицам часть помещения в нежилом здании под Вулканизацию. С февраля 2003г. ФИО11, с апреля 2004г. ФИО13, с августа 2006года ФИО12, что подтверждается копиями договоров аренды, имеющимися в материалах дела: договора № от 13.02.2003г. (с ФИО11), № от 13.01.2004г. (с ФИО11), №-А от 01.04.2004г. (с ФИО13), № от 14.12.2005г. (с ФИО11), № от 01.08.2006г. (со ФИО12), № от 13.11.2006г. (с ФИО11), № от 20.12.2006г. (со ФИО12), № от 13.10.2007г. (с ФИО11), № от 20.11.2007г. (со ФИО12) и другие договора по настоящее время.

В связи с тем, что в акте приема передачи нежилого здания от 02.08.1989г. не указан адрес нежилого здания, в договорах аренды нежилого здания фигурирует разночтения в адресах нежилого здания. Но по факту это одно и то же здание, других нежилых зданий в пользовании истца не было и нет, вулканизация, которой пользовались жители г. Михайловска всегда находилось в одном и том же здании.

С августа 2006 года постоянными арендаторами помещения площадью 17.4 кв. м. стали ФИО11 и ФИО12 Работали они по очереди с графиком работы 2 дня через 2. В связи с тем, что ФИО10 более не арендовала помещение в декабре 2005года ФИО11 от своего лица переоформил документы на электроэнергию и с ДД.ММ.ГГГГг. и по настоящее время арендаторы ФИО12 и ФИО11 производили оплату за электроэнергию по договору электроснабжения № (копия имеется в материалах дела). Договор электроснабжения № с Д-вы был заключен на основании представленного им договора аренды между ФИО1 и ФИО11 № от 14.12.2005г. (в справке № выданной 17.08.2016г., и справке № от 12.09.2017г. имеющихся в материалах дела есть ссылка на этот договор аренды). Так же предоставляю копии технических условий на подключении электроэнергии в 2002 году.

03.10.1998г. истец осуществляла ремонт данного нежилого здания, что подтверждается распиской от 03.10.1998г. об оплате ФИО14 работ по ремонту пола в нежилом здании.

Поскольку арендатор ФИО11 высказывал истцу, что его замучил ФИО8 своим договором купли-продажи, то ФИО11 просил определиться кто собственник. Для подстраховки правомерности своего нахождения в помещении нежилого здания ФИО11 подписал договор с ФИО8 тоже, и платил ему отдельно деньги. Сумма арендной платы была незначительная и ФИО11 платил и ФИО1 и ФИО8, лишь бы его не трогали, т.к. место было уже раскрученное, и были наработанные клиенты. Арендатор ФИО12, считал истца владельцем и не заключал договор с ФИО8. В материалах дела имеются договора аренды № от 13.09.2008г. (с ФИО11), № от 20.10.2008г. (со ФИО12), № от 13.08.2009г. (с ФИО11), № от 20.09.2009г. (со ФИО12), № от 13.07.2010г. (с ФИО11), № от 20.08.2010г. (со ФИО12), № от 13.06.2011г. (с ФИО11), № от 20.07.2011г. (со ФИО12), № от 13.05.2011г. (с ФИО11, опечатка в дате договора срок действия данного договора 13.05.2012г. – 12.04.2013г.), № от 20.06.2012г. (со ФИО12), № от 13.04.2013г. (с ФИО11), № от 20.05.2013г. (со ФИО12), № от 13.03.2014г. (с ФИО11), № от 20.04.2014г. (со ФИО12).

Договоры аренды заключались на часть нежилого здания. С 2006 года и по настоящее время ФИО1 сдавала в аренду помещение площадью 17.4 кв. метров под вулканизацию – 8,4 кв. метров ФИО12 и 9, 0 кв. м. ФИО11 Срок аренды в каждом из договоров определен 11 месяцев, что не требует государственной регистрации не противоречит действующему законодательству. Таким образом, с декабря 2002 года и по настоящее время часть нежилого здания, а именно помещение 17,4 кв.м. было сдано в аренду третьим лицам под вулканизацию, что подтверждается также договорами аренды: № от 13.02.2015г. (с ФИО11), № от 20.03.2015г. (со ФИО12), № от ДД.ММ.ГГГГ (с ФИО11), № от 19.02.2016г. (со ФИО12), № от 13.11.2016г. (с ФИО11), № от 19.01.2017г. (со ФИО12).

Более того ФИО1, как собственник в 2011 и в 2013 году осуществляла ремонт данного нежилого здания, что подтверждается договорами подряда от 03.11.20011г. и от 08.04.2013г. с приложением документов на строительные материалы. С 1989 г. истец владеет имуществом открыто, не от кого не скрываю свои права на него, владение осуществляется непрерывно, имущество из владения истца никогда не выбывало, владеет добросовестно, так как предполагала, что владеет имуществом как собственник. Поскольку истец владеет, данным нежилым зданием длительное время, более 28 лет, считает, что приобрела право собственности в силу приобретательской давности на данный объект недвижимости.

В судебном заседании представители истца ФИО2 и ФИО3 поддержали заявленные исковые требования и просили требования удовлетворить в полном объеме.

Третье лицо ФИО4 и его представитель ФИО5 в судебном заседании против удовлетворения исковых требований возражали. Представили письменный отзыв, в котором указали, что ФИО4 является арендатором земельного участка по <адрес> на основании соглашения переуступки прав и обязанностей между ФИО15 и им от ДД.ММ.ГГГГг., номер регистрации в ЕГРН №

На протяжении трех лет предыдущему арендатору земельного участка ФИО15 и затем ему, как правопреемнику арендатора - препятствуют в пользовании участком ФИО8, <адрес> ФИО1, <адрес>. Каждый из указанных лиц дважды обращался в ФИО19 районный суд о признании права собственности на нежилое здание по адресу <адрес> (остатки ветхой вспомогательной хозпостройки после сноса многоквартирного жилого дома по программе переселения из ветхого жилья). Жильцы многоквартирного дома по адресу <адрес> переселены в 2012г. в новый многоквартирный дом по адресу <адрес>. В 2012 году администрация муниципального образования города Михайловска осуществила снос многоквартирного жилого дома с вспомогательными хозпостройками по адресу: <адрес>, дом признан аварийным в рамках адресной программы «Переселение граждан из аварийного жилищного фонда в <адрес> с учетом необходимости развития малоэтажного жилищного строительства в 2011 - 2012 годах», утвержденной постановлением Правительства Ставропольского края № 154-п от 20.04.2011г., произведено списание с лицевого счета.

При переселении жильцов обязали освободить хозпостройки, являющиеся вспомогательными к снесенному многоквартирному дому. Земельный участок сформирован заново и в 2013 г. предоставлен в аренду в соответствии с требованиями законодательства и соблюдением публичного порядка предоставления земли, ему присвоен новый адрес: г Михайловск, <адрес> (законность предоставления участка оспаривалась ФИО8, судом опровергнуты его доводы о наличии нарушений в предоставлении участка ФИО15 - Апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Ставропольского краевого суда от 15.06.2016г. (дело №).

В настоящее время Шпаковским районным судом в 4-й раз рассматривается гражданское дело о признании права собственности на данный объект, соответственно истец действует недобросовестно, скрывая наличие преюдициальных обстоятельств. ФИО8, третье лицо по гражданскому делу, ранее дважды обращался о признании права собственности на данный объект, ему отказано в признании права.

ФИО1 обратилась с иском о признании права собственности на нежилое здание во второй раз, мотивируя тем, что изменила основания иска. Между тем, совокупность представленных к исковому заявлению доказательств свидетельствует о том, что они абсолютно идентичны доказательствам, представленным ФИО1 в гражданском деле №.

Изменением основания иска ФИО1 считает изменение правового обоснования иска, что является ошибочным утверждением, поскольку под основанием иска понимаются фактические обстоятельства, из которых вытекает право требования истца. Изменением основания иска является изменение фактических обстоятельств, а не изменение правового обоснования. Различная квалификация правоотношений сторон в названии исков не имеет значения для суда (п.3 Постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ № от 29.04.2010г.). Под основанием иска понимаются фактические, а не правовые основания. Ссылка на другую норму не является изменением основания. Суд не связан правовым обоснованием истца, а рассматривает дело исходя из имеющихся фактических оснований для восстановления нарушенных прав.

Таким образом, рассматриваемый в данном гражданском деле иск ФИО1 - является иском по тождественному спору, фактические обстоятельства по которому уже исследованы, судебное постановление вступило в силу (Решение Шпаковского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу №), соответственно оценка всем доказательствам, имеющимся в деле уже дана судом и отражена в мотивирующей части данного решения суда. Из апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Ставропольского краевого суда от 05.06.2015г. (дело №) следует: «Как следует из акта приема-передачи к ордеру № от 02.08.1989г., ФИО6 передано во владение и пользование нежилое подсобное помещение размером 38 кв.м., состоящее из 3 помещений, закрепленное за жилым помещением по адресу: <адрес>. Согласно положений ст. 95 ГК РСФСР, действовавшего на момент предоставления во владение и пользование как жилого помещения, так и спорного нежилого помещения ФИО6, указанное недвижимое имущество находилось в государственной собственности. На момент заключения договора купли-продажи нежилого помещения от 20.09.1995г., жилое помещение <адрес> в порядке приватизации ни ФИО6, ни членам его семьи, в собственность передано не было». Из апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Ставропольского краевого суда от 15.06.2016г. (дело №) следует: «Как следует из технического заключения 004/2-09-13, при обследовании многоквартирного жилого дома, подлежащего сносу, прилегающей к нему территории, земельный участок используется под огороды и хозяйственные постройки, сведений о наличии построек, находящихся в собственности третьих лиц, не зафиксировано. На основании данного технического заключения межведомственная комиссия приняла заключение об аварийном состоянии многоквартирного жилого дома и его сносе. На момент сноса жилого дома на земельном участке не имелось строений, которые бы принадлежали на каком - либо праве третьим лицам и их права были бы затронуты при выборе данного земельного участка для строительства». Из решения Шпаковского районного суда от 20.10.2016г. по гражданскому делу № следует: «Не подлежат удовлетворению требования истцов о признании нежилого здания, расположенного в районе <адрес> самостоятельным объектом недвижимости. Как уже указывалось ранее, по акту приема-передачи к ордеру № от 02.08.1989г. исполнительным комитетом Шпаковского районного совета народных депутатов ФИО6 было передано во владение и пользование нежилое подсобное помещение размером 38 кв.м, состоящее из 3 помещений и закрепленное за жилым служебным помещением, расположенным по адресу: <адрес>. Согласно материалам инвентаризации, обозренным в настоящем судебном заседании, данное помещение при первичной инвентаризации 08.02.1999г. указывается как сарай литер С площадью 54,4 кв.м., с износом 40% (том № инв.№, л.3).

Постановлением администрации муниципального образования г.Михайловска № от 12.07.2013г. многоквартирный жилой дом по адресу <адрес>, принадлежащий на праве собственности администрации муниципального образования г.Михайловска списан с лицевого счета. В соответствии с актом № от 28.12.2012г. указанный выше многоквартирный жилой дом полностью снесен, конструктивные элементы жилого дома разобраны, инженерные сети не подключены. По материалам инвентаризации жилой <адрес> был признан аварийным и снесен. Согласно заключению кадастрового инженера 17.07.2013г. было проведено обследование земельного участка с целью установления факта сноса многоквартирного дома - литера А с пристройками КН 26:11:020110:272. При осмотре земельного участка по адресу <адрес> установлено, что вышеуказанный объект снесен. Между тем, снос надворных построек указанным выше постановлением не был предусмотрен, несмотря на то, что они из-за ветхости фактически разрушились. В тоже время, бывшее нежилое подсобное помещение литер С расположенное по адресу: <адрес>, не снесено и не разрушено. Как утверждают истцы, они используют данное помещение. Однако, как самостоятельное нежилое здание, оно было поставлено на Государственный кадастровый учет 13.05.2014г., лишь на основании решения Шпаковского районного суда от 14.01.2014г. Данное решение 20.10.2014г. было отменено по вновь открывшимся обстоятельствам, и определением Шпаковского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ был произведен поворот исполнения решения на ФГБУ «ФКП Росреестра» по Ставропольскому краю была возложена обязанность снять с кадастрового учета нежилое здание по адресу <адрес> с КН №. В связи с наложением обеспечительных мер, данное определение не исполнено до настоящего времени.

Таким образом, данный объект недвижимости самостоятельным не является, и являлся одним из нежилых подсобных помещений жилого дома переданных истцам в пользование. Истцы не являются собственниками данного объекта недвижимости. Каких-либо доказательств выделения истцам земельного участка для использования данного нежилого подсобного помещения как самостоятельного объекта не представлено. Отсутствуют сведения о законности подключении данного нежилого подсобного помещения к системе коммуникаций». Исковое заявление ФИО1 от 01.08.2017г. о признании права собственности на нежилое здание по <адрес> не может подлежать удовлетворению. Для признания права собственности на объект недвижимого имущества по приобретательной давности (ст.234 ГК РФ) необходимо наличие в совокупности следующих условий: давность владения, непрерывность владения, открытость владения и добросовестность владения, владение объектом как своим собственным, а также наличие самого объекта в гражданском обороте. Отсутствие хотя бы одного из условий влечет к невозможности удовлетворения иска.

С учетом имеющихся в гражданском деле доказательств - к своим исковым требованиям ФИО1 не представила доказательств, отвечающих условиям допустимости, относимости и достаточности ни по одному из вышеуказанных условий: отсутствует наличие в гражданском обороте объекта спора с подтверждением правового статуса недвижимого имущества, имеющего самостоятельное функциональное назначение. Собственность - это юридическая конструкция, состоящая из двух элементов: объект и право собственности. Следовательно, наличие в гражданском обороте легитимного объекта недвижимого имущества является обязательным условием рассмотрения иска о признании на него права собственности. В данном случае объект в гражданском обороте отсутствует.

При первоначальном обращении ФИО1 о признании права собственности на объект недвижимого имущества (гражданское дело № Шпаковского районного суда) рассматривался объект - вспомогательная постройка к многоквартирному жилому дому. В настоящее время он разрушен. и ФИО1 построена самовольная постройка.

В деле имеется отчет кадастрового инженера от 07.08.2017г. о результатах обследования нежилого здания с кадастровым номером №, находящемся на земельном участке с кадастровым номером №, расположенном по адресу: <адрес>, которым установлено, что в настоящий момент нежилое здание с кадастровым номером № фактически находится в полуразрушенном состоянии. Отсутствуют важные конструктивные элементы здания - крыша и часть несущих стен. Отсутствуют окна. Оставшиеся конструктивные элементы фактически не целостны. Учитывая указанные обстоятельства и невозможность определения всех основных характеристик здания, в частности «вид объекта недвижимости», «площадь», в соответствии с ст. 8 Федерального закона от 13.07.2015г. N 218-ФЗ (ред. от 29.07.2017) «О государственной регистрации недвижимости» данный объект недвижимости с точки зрения ведения Единого государственного реестра недвижимости невозможно рассматривать как «здание». Согласно выписки из ЕГРН от 04.08.2017г. № нежилое здание с кадастровым номером № было снято с учета ДД.ММ.ГГГГ Регистрационная запись о праве собственности ФИО8 прекращена. Объект отсутствует на кадастровом учете, сведения о наименовании объекта "нежилое здание" не актуальны. Согласно выписке из ЕГРН от 04.08.2017г. № земельный участок, на котором находится обследуемый объект недвижимости, предоставлен на праве аренды ФИО4 по соглашению о передаче (уступке) прав и обязанностей по договору аренды земельного участка, находящегося в государственной или муниципальной собственности от 29.06.2017г. Так же было выявлено разночтение в адресах обследуемого объекта недвижимости с кадастровым номером № (Ставропольский край, ФИО19 район, г Михайловск, в районе жилого дома <адрес>) и земельного участка, на котором он находится (<адрес>).Согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 12.02.2013г. N № по делу N №, утрата объектами их назначения в результате разрушения не предполагает возможность их использования, в связи с этим такие объекты не отвечают требованиям недвижимого имущества, определяемого к использованию в качестве такового в порядке государственного кадастрового учета. Правовой режим ранее существующей постройки, в настоящее время разрушенной - изучен и исследован судом. Обстоятельства, установленные ранее судом по гражданскому делу №, имеющие преюдициальное значение (Решение Шпаковского районного суда от 20.10.2016г.: стр. 11 абз. 11): «Таким образом, данный объект недвижимости самостоятельным не является, и являлся одним из нежилых подсобных помещений жилого дома, переданных истцам в пользование. Истцы не являются собственниками данного объекта недвижимости. Каких-либо доказательств выделения истцам земельного участка для использования данного нежилого подсобного помещения как самостоятельного объекта не представлено». В пункте 38 постановления Пленума № Верховный суд РФ акцентировал внимание на том, что помимо неразрывной связи с землей объект недвижимости должен иметь самостоятельное функциональное назначение.

Если объект выполняет исключительно вспомогательные функции, он не может быть признан недвижимостью. В таком случае вопрос о спорном объекте будет разрешен в соответствии со статьей 135 ГК РФ, то есть объект признается вещью, которая обслуживает другую и следует ее судьбе. Составную вещь следует отличать от сложной вещи (ст. 134 ГК РФ). Последняя представляет собой совокупность вещей, которые связаны между собой общностью назначения, но не физически. Таким образом, термин «вещь» в словосочетании «сложная вещь» условен. Сложная вещь, это не вещь, а правовой режим, смысл которого заключается в том, что все вещи, входящие в эту общность, будут иметь одинаковую юридическую судьбу». Разновидностью сложной вещи является правовой режим главной вещи и принадлежности (ст.135 ГК РФ). Любая вспомогательная вещь следует судьбе главной вещи. Многоквартирный дом снесен по распорядительному акту органа местного самоуправления. Судьба вспомогательных построек, в том числе объекта спора - это также снос. Па момент принятия решения о сносе ни одна из вспомогательных построек многоквартирного дома по адресу <адрес> - не являлись самостоятельными в гражданском обороте, не состояли на кадастровом учете и не имели самостоятельного функционального назначения. В 2012 году Администрация муниципального образования города Михайловска осуществила снос многоквартирного жилого дома с вспомогательными хозпостройками по адресу: <адрес>, дом признан аварийным в рамках адресной программы «Переселение граждан из аварийного жилищного фонда в Ставропольском крае с учетом необходимости развития малоэтажного жилищного строительства в 2011 - 2012 годах», утвержденной постановлением Правительства Ставропольского края №-п от ДД.ММ.ГГГГ, произведено списание объекта с лицевого счета. Проживающая в данном многоквартирном доме ФИО1 переселена вместе с дочерью и сыном по договору мены квартир и утратила право пользования хозпостройкой. ФИО6, на имя которого имеется акт приема - передачи к ордеру № о передаче в пользование нежилого помещения - находился в местах лишения свободы с 1992г. по 1996г. и после отбытия наказания по данному адресу не проживал (справка ИЦ ГУ МВД России по <адрес> от 20.01.2015г. в материалах гражданского дела №.

Земельный участок администрацией муниципального образования города Михайловска сформирован заново, без объектов капитального строительства на кадастровом учете, с присвоением адреса <адрес>. Обстоятельства, также установленные судом и имеющие преюдициальное значение: «Как следует из технического заключения 004/2-09-13, при обследовании многоквартирного жилого дома, подлежащего сносу, прилегающей к нему территории, земельный участок используется под огороды и хозяйственные постройки, сведений о наличии построек, находящихся в собственности третьих лиц, не зафиксировано. На основании данного технического заключения межведомственная комиссия приняла заключение об аварийном состоянии многоквартирного жилого дома и его сносе. На момент сноса жилого дома на земельном участке не имелось строений, которые бы принадлежали на каком - либо праве третьим лицам и их права были бы затронуты при выборе данного земельного участка для строительства» (Апелляционное определение Ставропольского краевого суда по гражданскому делу № от 15.06.2016г.).

Объект снят с кадастрового учета 20.04.2017г. на основании определения Шпаковского районного суда от 24.09.2015г. о повороте в исполнении решения суда (дело №). Данным судебным актом признаны незаконными произвольный адрес объекта, его постановка на кадастровый учет, аннулировано свидетельство о праве собственности за ФИО8 По состоянию на дату подачи истцом искового заявления 01.08.2017г. объект разрушен. Истцом самовольно, в период с 05.09.2017г. по 08.09.2017г. через месяц после подачи искового заявления, проведены строительные работы по восстановлению разрушенного здания, возведен объект самовольного строительства. Фото-таблица, зафиксированная истцом по состоянию на 13.09.2017г. допустимым доказательством наличия объекта недвижимого имущества не является, поскольку правовой статус недвижимого имущества, как объекта гражданских прав, может зафиксировать исключительно кадастровый инженер. Следовательно, построенный за 3 дня без разрешений на строительство объект имеет признаки самовольной постройки, безопасность конструкций которой очевидна.

Администрация муниципального образования города Михайловска письменно подтвердила отсутствие выданных разрешений на строительство на земельном участке с кадастровым номером 26:11:020122:148 помимо единственного: на имя ФИО15 На территории земельного участка расположен один законный объект недвижимого имущества, построенный ФИО15 - кадастровый №, общей площадью 21,8 кв.м. В своем исковом заявлении ФИО1 указывает, что владеет имуществом как своим собственным на протяжении 28 лет. Данное утверждение не имеет оснований, поскольку до приватизации квартиры № по <адрес> ФИО1 было известно о том, что пользование подсобным помещением осуществляется по акту приема-передачи к ордеру №, а многоквартирный дом с хозпостройками находится в государственной собственности. Договор приватизации квартиры сведений о приватизации хозпостроек не содержит. Подсобное помещение передавалось в пользование ФИО6 и переоформление пользования на ФИО1 не осуществлялось. ФИО6 отбывал наказание в местах лишения свободы с 1992 года по 1996 г. и далее по данному адресу не проживал. В связи с участием многоквартирного дома в программе переселения из ветхого жилья - семья Т-ных была предупреждена о том, что в договор мены включается исключительно жилая площадь, а хозпостройки подлежат освобождению.

Семья Т-ных в лице ФИО2 утверждала в качестве свидетеля по гражданскому делу по исковому заявлению ФИО8 о признании права собственности на данный объект - что объект был продан отцом ФИО6 ФИО8 в 1995г. (протокол судебного заседания от 14.01.2014г. по гражданскому делу № Шпаковского районного суда). Представленные в материалы дела договоры аренды объекта, в которых арендодателем выступает ФИО1 не имеют существенных условий договора и являются незаключенными: не идентифицирован объект недвижимого имущества, отсутствуют полные реквизиты паспортных данных сторон, площади не совпадают с площадью объекта, на который ФИО1 претендует на право собственности, отсутствует подтверждение достоверности договоров ввиду отсутствия их государственной регистрации, сведений об уплате налоговых платежей от сдачи имущества в аренду не представлено, истец категорически возражает против запроса о данных платежах в налоговую инспекцию. В аренду передавались части вещи без идентификации границ помещений, что недопустимо согласно требованиям гражданского законодательства, такие сделки ничтожны.

Договоры аренды между ФИО1 и иными лицами заключены на объект с адресом <адрес>. Данный адрес является адресом многоквартирного дома, снесенного по программе переселения из ветхого жилья. Сведений о присвоении адреса хозпостройке в материалы дела не представлено. По состоянию на дату подачи искового заявления 01.08.2017г. о признании права собственности по приобретательной давности, истец объектом не владеет, здание изъято из гражданского оборота по решению суда, объект снят с кадастрового учета и разрушен. Договоры аренды объекта, представленные ФИО1 в качестве доказательств давности владения - заключены за период с 2005г. Аналогичные договоры аренды представлял в материалы гражданских дел ФИО8 В договорах указан тот же самый объект, арендодателем выступает ФИО8

Имеется обстоятельство, установленное судом общей юрисдикции и имеющее преюдициальное значение: с 2008г. арендодателем объекта являлся ФИО8 (апелляционное определение Ставропольского краевого суда от 14.04.2016г. дело №). Правопреемниками, как законными, так и сингулярными, ФИО8 и ФИО1 не являются. В настоящее время владение объектом отсутствует, коммуникаций нет.

Следовательно, непрерывность во владении объектом ФИО1 не доказана.

Приобретательная давность не может распространяться на случаи, когда в качестве объекта владения и пользования выступает самовольно возведенное строение, в том числе расположенное на неправомерно занимаемом земельном участке, поскольку в подобной ситуации отсутствует такое необходимое условие, как добросовестность застройщика, так как, осуществляя самовольное строительство, лицо должно было осознавать отсутствие у него оснований для возникновения права собственности.

Земельный участок ФИО1 не принадлежит. До 2017 г. ФИО1 в администрацию города Михайловска о выделении земельного участка не обращалась.

В отношении доказательств о наличии коммунальных платежей за электричество - судом оценка уже предоставлена в Решении Шпаковского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу № (стр. 11 абз.11): «Отсутствуют сведения о законности подключения данного нежилого подсобного помещения к системе коммуникаций». Также арендатором земельного участка неоднократно направлялись уведомления в ПАО «Энергосбыт» о незаконности подключения объекта к сетям энергоснабжения, о чем ФИО1 уведомлялась в письменном порядке. Кроме того, арендатор земельного участка ФИО15, впоследствии ФИО4 неоднократно обращались в правоохранительные органы с заявлением о незаконности использования незаконного строения неизвестными лицами. По материалам проверок ОМВД по Шпаковскому району следует, что ФИО1 и ФИО8 были опрошены на момент законности использования помещения, подтвердить которое не смогли. Отказ в возбуждении уголовного дела против данных лиц по ст.330 УК РФ содержит обоснование о том, что ФИО1 обратилась в суд о признании права собственности и данный спор является гражданско-правовым. В таких условиях ФИО1 не может заявлять о том, что открыто и добросовестно пользуется спорным объектом в отсутствие претензий со стороны иных лиц. ФИО1 сама никогда не осуществляла какую-либо деятельность в подсобном помещении к многоквартирному дому. лично в помещении никогда не присутствовала, в качестве доказательств давности владения ею представлены договора аренды, в которых она выступает арендодателем.

Договора энергоснабжения заключены с иными лицами, платежи осуществлены иными лицами. Арендатор земельного участка, на котором расположен спорный объект, защищал свои права от посягательств ФИО8 за период с 2013г. по 2016г. Впервые арендатору земельного участка стало известно о том, что имеются правопритязания от гражданки ФИО1 в 2016г. Таким образом, открытости владения не подтверждается.

Давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности. О том, что имущество многоквартирного дома находилось в государственной собственности до приватизации квартиры, ФИО1 было известно. То, что пользование вспомогательной постройкой прерывается, ФИО1 стало известно в момент заключения договора мены квартир - 2012г.

22.04.2016г. ФИО1 обратилась в администрацию Шпаковского муниципального района «решить вопрос по оформлению документов на право собственности» (решение Шпаковского районного суда от 20.10.2017г., стр.11), следовательно, ею осознавалось отсутствие у нее прав на объект. Указанным решением Шпаковского районного суда ФИО1 отказано в признании права собственности.

Обстоятельства преюдициального значения (решение Шпаковского районного суда от ДД.ММ.ГГГГг.). «ФИО1 обращалась в Администрацию Шпаковского муниципального района СК с просьбой подготовить все необходимые документы по передаче в собственность нежилого подсобного помещения. Она предоставляла в Администрацию Шпаковского муниципального района Ставропольского края, документ, подтверждающий законность владения нежилым подсобным помещением, но, Администрация Шпаковского муниципального района СК не выполнила свои обязательства только в этой части. Однако, каких-либо доказательств, подтверждающих данные доводы истицей не представлено. Договор приватизации истцами не оспаривается» - Таким образом, ФИО1 было достоверно известно, что до приватизации квартиры все имущество было государственным, далее спорный объект ей также не принадлежал на праве собственности.

Документы-приложения к исковому заявлению ФИО1 (в том числе договоры аренды нежилого помещения за период с 2004г. по 2015г.) по ее письменному ходатайству от ДД.ММ.ГГГГг. - уже исследовались судом общей юрисдикции по тождественному иску ФИО1 (Шпаковским районным судом рассмотрено гражданское дело № по исковому заявлению ФИО1, ФИО2, ФИО7 к администрации Шпаковского муниципального района и Комитету имущественных и земельных отношений Администрации Шпаковского муниципального района Ставропольского края о признании права общей долевой собственности по 1/3 доле каждому на нежилое здание, расположенное в районе <адрес> районного суда от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу № ФИО1, ФИО2, ФИО7 было отказано в удовлетворении исковых требований, решение суда вступило в законную силу, в апелляционном порядке не обжаловалось).

Представленные в качестве доказательств давности владения договоры аренды спорного имущества имеют сведения о заключении дважды договоров в одном году (дважды 2011г. с ФИО11, отсутствует договор аренды за 2012г.), адрес имущества в некоторых договорах указан <адрес>, что не соответствует адресу спорного имущества согласно исковому заявлению, площадь сдаваемой аренды не соответствует площади объекта спора, договор аренды с ФИО11 от 13.01.2004г. заключен сроком действия по 13.12.2015г., следовательно является ничтожным ввиду отсутствия регистрации права аренды. Более того, сделки были совершены по поводу того, что вещью не является, следовательно, такая аренда не способна произвести вещно-правовой эффект. Все сделки аренды между ФИО1 и иными лицами на части вещи ничтожны без необходимости признания их таковыми в судебном порядке.

Товарные чеки, приложенные к договорам подряда, на приобретение строительных материалов для отделочных работ от ИП ФИО16, ИП ФИО17, ИП ФИО9 - не имеют отношения к объекту недвижимого имущества, цель применения материалов могла быть совершенно к иным объектам - данные доказательства не обладают признаком относимости. Договора подряда не завершены актом выполненных работ и оплатой чеками. Фото-таблица спорного объекта по состоянию на сентябрь 2017г. указывает на видимые признаки свежей постройки с еще не просохнувшим цементом - подтверждение самовольной постройки за период с 05 по ДД.ММ.ГГГГг. Техническое заключение экспертизы №Э от 07.09.2017г., выполненное судебно-экспертной лабораторией АНО «НЭКС» - не является допустимым и достаточным доказательством наличия объекта недвижимого имущества по причинам: выполнено вне рамок судебного процесса без уведомления судебного эксперта об ответственности за дачу ложных показаний; выполнено в отсутствие арендатора земельного участка; имеются видимые признаки фальсификации сведений: аналогичное заключение 12.07.2016г., выполненное той же организацией (в материалах гражданского дела №), содержит сведения о том, что кровля здания является черепичной, тогда как новое заключение в сентябре 2017г. утверждает, что здание является прежним, но кровля шиферная; помимо этого в настоящее время к объекту не подключено ни одной из коммуникаций, следовательно его готовность 100 процентов явно не соответствует действительности; объект может иметь характеристики, позволяющие считать его недвижимостью по критериям прочной связи с земельным участком, между тем, для признания права требуется присутствие объекта в гражданском обороте, подтверждаемое его правовым статусом.

В Постановлении Президиума ВАС РФ № 1160/13 от 24.09.2013г. суд указал, что признание имущества объектом капитального строительства не предполагает его автоматического отнесения к категории недвижимого имущества: «Термин «объект капитального строительства» является специальным понятием градостроительного законодательства, поэтому он не может подменять собой правовую категорию «объект недвижимого имущества», имеющую иную отраслевую принадлежность, объем и содержание». Аналогичный вывод сделала Коллегия ВС РФ в еще одном Определении от 22.12.2015г. по делу №: «Для признания имущества недвижимым объектом необходимо представить доказательства возведения его в установленном законом и иными нормативными актами порядке на земельном участке, предоставленном для строительства объекта недвижимости, с получением разрешительной документации с соблюдением градостроительных норм и правил»».

Заключение о легитимности объекта недвижимого имущества в гражданском обороте в виде его правового статуса может подтвердить исключительно кадастровый инженер, а не техническая экспертиза объекта. Договор энергоснабжения и квитанции об оплате за электричество, представленные ФИО1 как доказательство добросовестного владения - также не являются допустимым доказательством. Документы уже исследованы судом, им дана надлежащая оценка: «Отсутствуют сведения о законности подключения данного нежилого подсобного помещения к системе коммуникаций» - стр. 11 решения Шпаковского районного суда от 20.10.2016г. Кроме того, ни одного платежного документа от имени ФИО1 не имеется.

Согласно п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2010г. N 10/22 при разрешении споров, связанных с возникновением права собственности в силу приобретательной давности, судам необходимо учитывать следующее: давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности; давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении; давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности; владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору.

Для приобретения права собственности в силу приобретательной давности необходимо наличие совокупности вышеназванных условий, тогда как отсутствие какого-либо из них исключает признание за лицом права собственности на имущество в силу приобретательной давности.

В соответствии с п. 1 ст. 234 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).

Положения п. 1 ст. 234 ГК РФ в отношении недвижимого имущества могут быть применены только к объекту, который создан в установленном законом порядке на земельном участке, отведенном для целей строительства, с получением на это необходимых разрешений компетентных органов и с соблюдением установленных строительных норм и правил.

Приобретательная давность не может распространяться на случаи, когда в качестве объекта владения и пользования выступает самовольно возведенное строение, в том числе расположенное на неправомерно занимаемом земельном участке, поскольку в подобной ситуации отсутствует такое необходимое условие, как добросовестность застройщика, так как, осуществляя самовольное строительство, лицо должно было осознавать отсутствие у него оснований для возникновения права собственности.

В соответствии со ст. 12 ГК РФ признание права является одним из способов защиты права. При этом лицо, считающее себя собственником спорного имущества, должно доказать законность оснований возникновения права собственности на недвижимое имущество.

Иск о признании права подлежит удовлетворению в случае представления истцом доказательств возникновения у него соответствующего права. Положения п. 1 ст. 234 ГК РФ в отношении недвижимого имущества могут быть применены только к объекту, который создан в установленном законом порядке на земельном участке, отведенном для целей стройтельства, с получением на это необходимых разрешений компетентных органов и с соблюдением установленных строительных норм и правил. В силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. ФИО1 не доказано наличие законно возведенного объекта недвижимого имущества, находящегося в гражданском обороте. ФИО1 не принадлежит земельный участок под объектом самовольной постройки. В нарушение условий ст. 234 ГК РФ, ФИО1 также не представила суду доказательств, определенно подтверждающих совокупность юридических фактов открытого, добросовестного и непрерывного владения объектом незавершенного строительства, как своим собственным, на протяжении 15 лет. По итогам оценки представленных истцом в материалы дела документов, очевидно, что отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что истец непрерывно, добросовестно и открыто владела в течение необходимого срока спорным объектом, как это предусмотрено в статье 234 ГК РФ, более того, сам объект изъят из гражданского оборота по решению суда и по состоянию на дату подачи искового заявления - разрушен. В ходе рассмотрения гражданского дела восстановлен истцом незаконно, является самовольной постройкой. В связи с вышеизложенным, руководствуясь положениями ст. 234 ГК РФ, а также разъяснениями, изложенными в пункте 15 совместного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010г. N 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» оснований, подтверждающих возникновение у истца права собственности на спорный объект в силу приобретательной давности не имеется, в связи с чем просят суд отказать ФИО1 в удовлетворении исковых требований.

Допрошенная в качестве свидетеля ФИО2 в судебном заседании показала, что истица является ее мамой, которая с 1989г. по настоящее время непрерывно использует спорный объект, представляющий собой одноэтажное нежилое здание, состоящее из трех помещений. Один вход находится со стороны красной линии, другие входы со стороны жилого дома. Дом в котором проживала семья Т-ных находился на расстоянии 30 метров от данного здания. Истец хранит там различные вещи, продукты, используя здание ежедневно, не скрывая своего владения. Когда ФИО1 была индивидуальным предпринимателем, она занималась реализацией саженцев и хранила их в одном из помещений данного здания. С 2012 г. она стала сдавать часть здания в аренду. Когда отец был осужден и отбывал наказание в колонии, где у него была возможность выходить за пределы колонии, он подписал договор купли-продажи здания с ФИО8. Мама к этой сделке не имела никакого отношения, своего согласия на продажу здания не давала.

Свидетель Я.Е.В. в судебном заседании показал, что с 1997 г., в течение 5 лет подряд, 2 раза в год он ездил к ФИО1 покупать саженцы в Михайловск, на пересечение <адрес> с <адрес>, в котором у ФИО1 были саженцы, представляло собой старое одноэтажное здание. Со слов ФИО1 это было ее здание. Когда Я.Е.В. приезжал, истец своими ключами открывала дверь в это здание, и выносила оттуда саженцы. Последний раз подъезжал к этому зданию и лично видел там истицу в апреле 2017 года, со слов работников шиномонтажа узнал, что ФИО1 сдает им помещение в аренду.

В судебном заседании свидетель М.Е.Ю. показала, что в 2012-2013 годах работала главным специалистом комитета имущественных отношений администрации муниципального образования <адрес>, находилась в подчинении у ФИО5, курировала программу переселения из ветхого жилья, в которую вошли три многоквартирных дома, в том числе по <адрес>, который был с хозпостройками, самостоятельных объектов не было, администрация <адрес> оповещала жильцов о необходимости освободить хозпостройки, потому что это часть федеральной программы по переселению и все уведомления хранятся в архивах данной программы. О том, что именно семья Т-ных занимала хозпостройку ей не известно, некоторые семьи имеют там постройки, но какая и за кем закреплена нам известно не было. Многоквартирный дом был полностью отключен от коммуникаций, потому что это является обязательным условием для сноса дома. При этом каждая энергопоставляющая организация прислала письмо, что на конкретное число они совершили отключение дома, соответственно после этого можно произвести снос. По программе был предусмотрен только снос многоквартирного дома, поэтому снесен был только он. Руководство просило граждан самостоятельно сносить свои хозпостройки, так как невозможно выделить средства для этой цели из местного бюджета.

Свидетель Б.Е.А. в судебном заседании показал, что по адресу <адрес> выезжал два раза, в августе и октябре. Выезжая первый раз в августе этого года, видел на участке объект капитального строительства, который представляет собой нежилое здание, с разрушенной его частью. В октябре уже увидел, что там были восстановлены несущие стены и крыша. Было установлено, что нежилое здание уже было снято с кадастрового учета. Решений суда на тот момент Б.Е.А. никаких не видел, они предоставлены не были. Изготовить технический план объекта заказчику ФИО1 он бы не согласился, по действующему законодательству он обязан отказать в изготовлении технического плана, также отсутствуют необходимые документы. Основанием также будет являться то, что земельный участок также должен быть в собственности. Кадастровый инженер ФИО18 не является членом СРО. По решению суда здание было снято с регистрационного учета в 2014г. На вопрос представителя истца о том, как вы установили, что внутри здание было разрушено, пояснил следующее: дверь была заложена кирпичами, мы их убрали и вошли вовнутрь. Осмотрели и увидели, что разрушена перегородка.

Свидетель К.Д.А. показал, что ДД.ММ.ГГГГ ехал в <адрес>, на пересечении <адрес> и <адрес> увидел большое скопление народа кавказской внешности. Так же там увидел ФИО4 и ФИО8. Они стояли около здания и возводили стены. До 05.09.2017г. здание было разрушено. Кровли не было, частично были стены. 08.09.2017г. в районе 18:00 К.Д.А. подъехал с ФИО4 к зданию и увидел там ФИО9 и пристава. Пристав фиксировала факт постройки здания. 08.09.2017г. уже были построены стены, участие я в этом не принимал, просто ехал мимо, подвозил ФИО4.

Выслушав стороны, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд находит заявленные исковые требования ФИО1 подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 12 ГК РФ признание права собственности является одним из способов защиты нарушенных гражданских прав.

Согласно разъяснениям Постановления Пленума ВС РФ №10 и ВАС РФ №22 от 29.04.2010г. по смыслу ст.ст. 225 и ст. 234 ГК РФ право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество.

При разрешении споров, связанных с возникновением права собственности в силу приобретательной давности, судам необходимо учитывать следующее: давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности; давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении. Принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества; давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности.

В соответствии с ч. 1 ст. 234 ГК РФ лицо - гражданин или юридическое лицо, не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).

Согласно материалам дела в 1989 году семье Т-ных в составе из трех человек: ФИО6 (супруг), ФИО1 (супруга), ФИО2 (дочь), была предоставлена квартира по <адрес>, что подтверждается ордером на жилое помещение № от 02.08.1989г.

Как следует из представленного акта приема-передачи к ордеру № от 02.08.1989г. одновременно с квартирой семье Т-ных было передано во владение и пользование нежилое подсобное помещение площадью 38 кв.м., состоящее из трех помещений, закрепленное за жилым помещением по адресу: <адрес>. Указанный акт подписан начальником отдела по учету и распределению жилой площади исполнительного комитета и заверен гербовой печатью.

На момент рассмотрения дела в суде данный акт приема-передачи не признан недействительным, не было произведено изъятия или возврата объекта переданного по акту, в связи с чем суд приходит к выводу о том, что владение ФИО1 спорным объектом надлежит исчислять со 02.08.1989г.

Непрерывность владения истицей спорным объектом, как своим собственным, со ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время (то есть на протяжении 28 лет), подтверждается совокупностью доказательств, имеющихся в материалах дела, в том числе сведениями, полученными из объяснений истицы, которые в силу ч.1 ст. 55 ГПК РФ являются доказательствами по делу, свидетельскими показаниями, письменными доказательствами.

Согласно письменным пояснениям истца по фактическим обстоятельствам дела, с 02.08.1989г. в спорном нежилом здании истица хранила садовый инвентарь, домашнюю утварь, которую не использовала в повседневной жизни (пустые банки, канистры для воды, елку и т.д.), а так же различные закрутки на зиму, картофель и другие продовольственные запасы. Все это хранилось в помещениях с площадью 17,4 кв.м. и 9,1 кв.м. обозначенными в техническом паспорте, изготовленном ГУП СК «СКИ» ФИО19 филиал по состоянию на 20.05.2013г., выданный 04.05.2016г. В третьем помещении, на плане площадью 12,4 кв.м. хранились различные инструменты, которые остались от бывшего мужа, а так же запчасти от старого мотоцикла (после аварии). С 1997 по 2002 год помещение площадью 17, 4 кв.м. истица использовала в своей предпринимательской деятельности под склад для хранения саженцев, два других помещения продолжала использовать для хранения хозяйственных принадлежностей. С 2002 года, после прекращения предпринимательской деятельности начала сдавать в аренду квадратные метры в данном нежилом здании. Первым арендатором была ФИО10, с которой в декабре 2002 года заключен договор аренды на 8.4 кв.м. из 38,9 кв.м. (часть помещения площадью 17,4 кв.м.), с возложением на арендатора обязанности по подключению электроснабжения и подготовке технической документации, по подключению электричества к арендуемому нежилому зданию (п.п. «Д» пункта 2 договора аренды от 13.12.2002г.). С февраля 2003г. истица стала сдавать в аренду другим лицам часть помещения в нежилом здании под вулканизацию. С августа 2006 года постоянными арендаторами помещения площадью 17.4 кв. м. стали ФИО11 и ФИО12, которые работали по очереди с графиком работы 2 дня через 2. В декабре 2005 года ФИО11 от своего лица переоформил документы на электроэнергию и с ДД.ММ.ГГГГг. по настоящее время арендаторы ФИО12 и ФИО11 производили оплату за электроэнергию по договору электроснабжения №, который был заключен на основании договора аренды с истицей № от 14.12.2005г. Истица осуществляла ремонт спорного нежилого здания, в 1998, в 2011, в 2013 годах.

У суда нет оснований сомневаться в достоверности объяснений ФИО1 относительно непрерывного пользования спорным объектом, поскольку они подробны, последовательны, не противоречивы, подтверждаются свидетельскими показаниями ФИО2 и Я.Е.В., а также имеющимися в материалах дела письменными доказательствами: копии договоров аренды б/н от 13.12.2002г. (с ЧП ФИО10), № от 13.02.2003г. (с ФИО11), № от 13.01.2004г. (с ФИО11), №-А от 01.04.2004г. (с ФИО13), № от 14.12.2005г. (с ФИО11), № от 01.08.2006г. (со ФИО12), № от 13.11.2006г. (с ФИО11), № от 20.12.2006г. (со ФИО12), № от 13.10.2007г. (с ФИО11), № от 20.11.2007г. (со ФИО12), № от 13.09.2008г. (с ФИО11), № от 20.10.2008г. (со ФИО12), № от 13.08.2009г. (с ФИО11), № от 20.09.2009г. (со ФИО12), № от 13.07.2010г. (с ФИО11), № от 20.08.2010г. (со ФИО12), № от 13.06.2011г. (с ФИО11), № от 20.07.2011г. (со ФИО12), № от 13.05.2011г. (с ФИО11, опечатка в дате договора срок действия данного договора 13.05.2012г. – 12.04.2013г.), № от 20.06.2012г. (со ФИО12), № от 13.04.2013г. (с ФИО11), № от 20.05.2013г. (со ФИО12), № от 13.03.2014г. (с ФИО11), № от 20.04.2014г. (со ФИО12)., № от 13.02.2015г. (с ФИО11), № от 20.03.2015г. (со ФИО12), № от ДД.ММ.ГГГГ (с ФИО11), № от 19.02.2016г. (со ФИО12), № от 13.11.2016г. (с ФИО11), № от 19.01.2017г. (со ФИО12)., договор электроснабжения от ДД.ММ.ГГГГ № (новая редакция договора № от 01.01.2006г), справка ПАО «Ставропольэнергосбыт» Ставропольского межрайонного отделения № от 17.08.2016г., справка ПАО «Ставропольэнергосбыт» Ставропольского межрайонного отделения № от 12.09.2017г., технические условия на подключение электроэнергии в 2002 году.

Содержание ФИО1 спорного объекта подтверждается распиской от 03.10.1998г. об оплате истицей стоимости работ по ремонту пола в нежилом здании, договорами подряда от 03.11.20011г. и от 08.04.2013г.

Суд считает необходимым дать оценку правам ФИО8 в отношении спорного объекта недвижимости, в связи с чем учитывает апелляционное определение Судебной коллеги по гражданским делам от 14.04.2016г. по делу №, согласно которому ФИО8 отказано в признании права собственности на спорный объект на основании приобретательской давности. Апелляционная инстанция делу № указала, что ФИО8 лишь с 2008 года стал распоряжаться спорным имуществом (договоры аренды от 01.07.2008г., 01.06.2009г., 01.05.2010г., 01.04.2011г., 01.03.2012г., 01.02.2013г., 01.01.2014г., 01.11.2014г.), а также апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Ставропольского краевого суда от 05.06.2015г. по делу №, которым договор купли-продажи недвижимости — отдельно стоящего нежилого помещения общей площадью 38 кв.м., по адресу<адрес>, заключенный 20.09.1995г. между ФИО6 и ФИО8 признан недействительным.

В связи с этим, заслуживают внимания доводы истца в отношении договора купли-продажи спорного объекта, подписанного 20.09.1995г. между ФИО8 и ее супругом, находившимся в это время в местах лишения свободы. Поскольку о намерении супруга продать недвижимость истица ничего не знала, согласия своего не давала, она игнорировала притязания ФИО8, продолжала непрерывно владеть нежилым зданием, будучи уверенная в ничтожности договора купли-продажи от 20.09.1995г. Это подтверждается и договорами аренды, действующими между ФИО1 и ФИО11 в период с 2008-2014г.г., имеющимися в настоящем деле, а также пояснениями ФИО8 согласно которым, на тот момент он проживал в другом городе (апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Ставропольского краевого суда от 14.04.2016г. по делу №).

Также суд учитывает разъяснения, данные в п.15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного суда РФ от 29.04.2010г. №, согласно которым передача давностным владельцем имущества во временное владение другого лица не прерывает давностного владения.

Суд приходит к выводу о том, что владение ФИО1 спорным объектом является добросовестным, поскольку получив спорный объект во владение и пользование как член семьи главного квартиросъемщика по акту приема-передачи от 02.08.1989г. к ордеру, истица исходила из правомерности своего владения, считала основание, по которому получено имущество, достаточным для того, чтобы приобрести право собственности на него в порядке приватизации. Подтверждением тому служит обращение ФИО1 в 2016 году в ФИО19 районный суд с иском о признании за ней права собственности на спорный объект на основании названного акта приема-передачи (решение Шпаковского районного суда от 20.10.2016г. по делу 2-2096/2016). В течение всего срока владения недвижимым имуществом, требований об освобождении спорного объекта в адрес истицы не поступало ни в устной, ни в письменной форме, следовательно у ФИО1 не было оснований сомневаться в добросовестности своего владения на протяжении всего периода давностного владения. Доказательств обратного в материалы дела не представлено. Оценивая показания свидетеля М.Е.Ю., находившейся в подчинении у ФИО5, являющейся представителем третьего лица ФИО4, суд учитывает отсутствие в материалах дела доказательств наделения М.Е.Ю. полномочиями по уведомлению жильцов о необходимости освободить нежилые помещения. Кроме того, данный свидетель пояснил, что нежилые помещения в программу переселения не входили, следовательно у администрации муниципального образования г.Михайловска не было оснований для уведомления жильцов об освобождении нежилых помещений, которые, как пояснила сама свидетель, сносу не подлежали. Поскольку документы, издаваемые в рамках программы приватизации, равно как и сама программа приватизации, оформляются в письменной форме, все уведомления от имени администрации, в том числе об освобождения нежилых помещений, должны оформляться письменно. Свидетельские показания в данном случае не отвечают принципу допустимости. Администрация, выступающая ответчиком по делу, не только не представила соответствующих письменных уведомлений, но и не ссылалась на то, что жильцы уведомлялись о необходимости освободить нежилые помещения.

Оценивая владение ФИО1 спорным объектом на предмет открытости, суд исходит из совокупности следующих обстоятельств: материалами дела подтверждается, что ФИО1 не скрывала факт нахождения имущества в её владении, хранила там хозяйственную утварь, овощи, домашние заготовки продуктов на зиму, в период осуществления предпринимательской деятельности, хранила саженцы, поддерживала надлежащее техническое состояние объекта, сдавала отдельные помещения в аренду, распоряжаясь открыто имуществом как своим собственным, обращалась в 2016 году в суд с иском о признании за ней права собственности на объект на основании акта приема-передачи к ордеру на вселение. Вышеизложенное свидетельствует о том, что владение ФИО1 спорным объектом является открытым.

Отклоняя доводы третьего лица и его представителя о том, что спорный объект не является самостоятельным объектом, суд исходит из нижеследующего. Действительно, в решении Шпаковского районного суда от 20.10.2016г. по гражданскому делу № указано: «Однако, как самостоятельное нежилое здание, оно было поставлено на государственный кадастровый учет 13.05.2014г. лишь на основании решения Шпаковского районного суда от 14.01.2014г. Данное решение 20.10.2014г. было отменено по вновь открывшимся обстоятельствам, произведен поворот исполнения судебного акта, на ФГБУ «ФКП Росреестра» по Ставропольскому краю была возложена обязанность снять с кадастрового учета нежилое здание по адресу <адрес>. Таким образом, данный объект самостоятельным не является и является одним из нежилых подсобных помещений жилого дома переданных истцам в пользование».

В соответствии с ч. 1 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Ввиду разного субъектного состава лиц, участвующих в деле, решение по делу № не имеет преюдициального значения по настоящему делу. Кроме того, преюдиция распространяется на содержащуюся в судебном акте, вступившем в законную силу, констатацию тех или иных обстоятельств, которые входили в предмет доказывания по ранее рассмотренному дел, что не исключает их различной правовой оценки, которая зависит от характера спора.

С учетом характера настоящего спора, суд считает необходимым дать следующую правовую оценку обстоятельствам отнесения спорного объекта к объекту, имеющему самостоятельное значение, либо представляющему собой подсобное помещение жилого дома. Критерием для отнесения строений или сооружений к вспомогательным является наличие основного объекта недвижимого имущества, по отношению к которому иной объект будет являться вспомогательным, не имеющим самостоятельного значения.

Многоквартирный жилой дом по адресу <адрес>, принадлежавший на праве собственности администрации муниципального образования г.Михайловска в соответствии с актом № от ДД.ММ.ГГГГ. снесен. В то же время, бывшее нежилое подсобное помещение литер С не снесено и не разрушено, что также установлено вступившим в законную силу решением Шпаковского районного суда СК от 20.10.2016г. по делу № №. Следовательно, с 2012 года спорный объект не имеет вспомогательной функции по отношению к жилому дому. Материалами дела достоверно подтверждается, что спорный объект недвижимости является самостоятельным зданием: л.23 технического заключения экспертизы №Э от 07.09.2017г., ситуационный план ГУП СК «Крайтехинвентаризация» ФИО19 филиал, в котором достоверно отражено, что снесены только следующие литеры: А с пр.А1, А2, а1, а2, а3. В свою очередь литер «С» в перечне не поименован, поскольку не снесен; ответ ГУП СК «Ставкрайимущество» ФИО19 филиал № от 18.08.2016г, которым также подтверждается, что снесен многоквартирный дом лит. «А», который в связи с его уничтожением снят с технического учета, в то время как основное строение — подсобное помещение в инвентарном деле по адресу <адрес>, существует как самостоятельное строение - нежилое здание и образовано из подсобного (служебного) строения ранее существовавшего в инвентарном деле по адресу: <адрес> (инв. №); техническое заключение экспертизы №Э (дата обследования 12.07.2016г.), выполненное Судебно-экспертной лабораторией НП «НЭКС», согласно которому объект недвижимого имущества: нежилое здание, общей площадью 38,9 кв.м., этажность -1, по адресу: <адрес>, является объектом капитального строительства, так как имеет ж/б фундамент, электроснабжение, а также не имеет примыкающих зданий (пристроек), соответственно является отдельно стоящим самостоятельным зданием; заключение № по обследованию технического состояния объекта 12.07.2016г., выполненное МУП «Земельная палата, согласно которому несущие и ограждающие строительные конструкции нежилого здания в районе жилого <адрес> в <адрес> находятся в удовлетворительном состоянии. Нежилое здание отдельно стоящее. К нежилому зданию подключена инженерная сеть электроснабжения. Техническая документация на подключение сети электроснабжения имеется. На момент обследования нежилое здание эксплуатируется; техническое заключение экспертизы №Э (дата обследования 07.09.2017г.), выполненное Судебно-экспертной лабораторией НП «НЭКС», содержащее аналогичные выводы.

Правовая оценка изложенных выше обстоятельств свидетельствует о том, что спорный объект не имеет вспомогательного значения и право собственности на него может быть зарегистрировано в соответствии с п. 6 ст.1 Закона № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости».

Поворот исполнения решения Шпаковского районного суда от 14.01.1014г, произведенный определением Шпаковского районного суда от 24.09.2015г., предусматривал снятие объекта недвижимости с кадастрового учета. Снятие с кадастрового учета объекта, не свидетельствует об отсутствии объекта недвижимости как такового и не является препятствием для постановки объекта на кадастровый учет одновременно с регистрацией права собственности на него на основании решения суда. В соответствии с п.п.5 п. 2 ст.14 Федерального закона от 13.07.2015г. N 218-ФЗ (ред. от 29.07.2017г.) «О государственной регистрации недвижимости» (с изм. и доп., вступ. в силу с ДД.ММ.ГГГГ) вступившие в силу судебные акты являются основанием для осуществления государственного кадастрового учета недвижимости. Для признания права собственности важным является не наличие кадастрового учета, а отнесение объекта в силу п. 1 ст. 130 ГК РФ к недвижимым вещам (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 24.06.2014г. N 18-КГ14-51). Данный объект является ранее учтенным объектом недвижимости, что подтверждается имеющейся в материалах дела справкой № от 19.05.2016г., выданной ГУП СК «СКИ» ФИО19 филиал.

Отсутствие государственной регистрации права собственности на недвижимое имущество не является препятствием для признания права собственности на это имущество по истечении срока приобретательной давности (п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № от 29.04.2010г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав»).

Утверждения третьего лица ФИО4 о произведенных истцом в период с 5-ДД.ММ.ГГГГ строительных работах по возведению нового самовольного строительства, основанные на показаниях К.Д.А. и Б.Е.А., не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела.

Согласно п. 4 ч. 17 ст. 51 ГрК РФ выдача разрешения на строительство не требуется в случае: изменения объектов капитального строительства и (или) их частей, если такие изменения не затрагивают конструктивные и другие характеристики их надежности и безопасности и не превышают предельные параметры разрешенного строительства, реконструкции, установленные градостроительным регламентом.

В материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что в отношении нежилого здания выполнялись какие-либо строительные работы, требующие получения разрешения на строительство. Напротив, сопоставляя технические заключения экспертизы, выполненные Судебно-экспертной лабораторией НП «НЭКС» во времени: заключение экспертизы №Э от 12.07.2016г. и заключение экспертизы №Э от 07.09.2017г. подтверждается, что параметры спорного объекта не изменились, конструктивные и другие характеристики надежности и безопасности объекта не затронуты, объект соответствует нормативным требованиям строительно-технической документации (СП 14.13330.2011, СП 70.13330.2012), градостроительным правилам, требованиям норм пожарной безопасности (Федеральный закон №123-ФЗ от 22.07.2008г.), техническому регламенту о безопасности зданий и сооружений (Федеральный закон №384-ФЗ от 30.12.2009 г.), не оказывает негативного влияния на окружающую природную среду, и сохранение данного объекта не нарушает права и законные интересы иных лиц, не создает угрозу жизни и здоровью граждан. При проведенном исследовании установлено, что предположительным годом постройки объекта недвижимого имущества является 1980 год (+/- 1 год), то есть реконструкция нежилого здания не проводилась. Объект соответствует техническим характеристикам, указанным в техническом паспорте на нежилое здание, общей площадью 38,9 кв.м., этажность: 1, по <адрес>, по состоянию на 20.05.2013г.

Представленные третьим лицом в материалы дела отчеты кадастрового инженера Б.Е.А. от 07.08.2017г. и 09.10.2017г. не могут быть положены в основу законного решения по настоящему делу ввиду следующего. Согласно Федеральному закону от 24.07.2007г. №221-ФЗ «О кадастровой деятельности», результатом кадастровых работ кадастрового инженера является межевой план, технический план или акт обследования. Таким образом, кадастровый инженер является специалистом в учете объектов недвижимости, но не является специалистом (экспертом) в области оценки объектов капитального строения на предмет состояния конструктивных элементов. Кроме того, из данных отчетов, а также показаний свидетелей Б.Е.А. и К.Д.А. не усматривается факт гибели или уничтожения имущества, влекущие полную и безвозвратную утрату такого имущества.

Исходя из позиции Верховного суда Российской Федерации, восстановление поврежденного объекта не является препятствием для признания права собственности на него за давностью владения (Определение Верховного суда РФ №-ЭС15-3682 от 28.04.2015г., п.4 Обзора судебной практики Верховного суда РФ № (2017) (утв. Президиумом Верховного суда РФ от 26.06.2017г). Данный подход нашел свое отражение и в правоприменительной практике нижестоящих судов (апелляционное определение СК по гражданским делам Ставропольского краевого суда от 16.08.2016г. по делу №, постановление ФАС Уральского округа от 04.12.2008г. №Ф09-9100/08-С6).

В материалах дела имеется акт совершения исполнительных действий от 08.09.2017г., составленный судебным приставом-исполнителем, в рамках исполнительного производства, возбужденного на основании определения суда по настоящему делу о принятии обеспечительных мер. Согласно названному акту выходом на место судебный пристав-исполнитель в присутствии понятых установил: требования определения исполнены, здание не разрушено, к акту совершения исполнительных действий приложено фото неповрежденного здания.

Довод третьего лица ФИО4 и его представителя о том, что настоящий спор тождественен делу №, рассмотренному Шпаковским районным судом 20.10.2016г., суд отклоняет как не основанный на законе. Основанием иска по настоящему делу является давностное владение истцом спорным объектом недвижимости на протяжении более 15 лет. Основанием иска по гражданскому делу № являлось возникновение права собственности из акта приема передачи от 02.08.1989г. к ордеру № от 02.08.1989г., который по мнению истца, являлся основанием для приватизации спорного объекта недвижимости. Совпадение отдельных доказательств по настоящему делу и по делу № не свидетельствует о тождественности исков.

На основании исследованных материалов дела, а также свидетельских показаний, суд находит установленным, что истец длительно, непрерывно, открыто и добросовестно владеет указанным недвижимым имуществом с 1989 года как своим собственным. У истца никогда не возникало сомнений в правомерности своего владения, она не скрывала факт нахождения имущества в ее владении, не препятствовала доступу к нему посторонних лиц.

В связи с этим, суд находит исковые требования ФИО20 к администрации муниципального образования г. Михайловска Шпаковского района Ставропольского края о признании права собственности на объект недвижимого имущества в силу приобретательной давности обоснованными и подлежащими удовлетворению.

В соответствии с п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от ДД.ММ.ГГГГ «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» судебный акт об удовлетворении иска о признании права собственности является основанием для регистрации права собственности в ЕГРП.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Администрации МО г. Михайловска Шпаковского района Ставропольского края о признании права собственности на объект недвижимого имущества в силу приобретательной давности – удовлетворить.

Признать за ФИО1 право собственности в силу приобретательной давности на объект недвижимого имущества - нежилое здание площадью 38,9 кв.м., расположенное по адресу: <адрес>.

Настоящее решение является основанием для регистрации за ФИО1 права собственности в силу приобретательной давности на объект недвижимого имущества - нежилое здание площадью 38,9 кв.м., расположенное по <адрес>.

Решение может быть обжаловано в Ставропольский краевой суд через ФИО19 районный суд Ставропольского края в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья А.Е. Толстиков