Решение № 2А-94/2025 2А-94/2025~М-61/2025 М-61/2025 от 4 августа 2025 г. по делу № 2А-94/2025

№2а-94/2025

УИД 24RS0005-01-2025-000102-42

Категория: 2.206


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

с. Новобирилюссы Красноярского края 5 августа 2025 г.

Бирилюсский районный суд Красноярского края в составе:

председательствующего судьи Лайшевой Ю.И.,

при секретаре Поповой-Морозовой А.С.,

с участием:

представителя административных ответчиков – Министерства внутренних дел Российской Федерации, ГУ МВД России по Красноярскому краю, МО МВД России «Большеулуйское» - ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи административное дело №2а-94/2025 по иску ФИО1 к Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации, ГУ МВД России по Красноярскому краю, МО МВД России «Большеулуйское», Министерству финансов Российской Федерации в лице управления Федерального казначейства по Красноярскому краю о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации, Министерству финансов Российской Федерации в лице управления Федерального казначейства по Красноярскому краю, в котором просил признать неоднократное нахождение истца в ИВС МО МВД России «Большеулуйское» незаконным, бесчеловечным и унижающим человеческое достоинство, а также взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 550 000 руб.

В обосновании исковых требований указал, что в период с 20 мая 2018 г. по 25 мая 2018 г. истец отбывал административное наказание в виде административного ареста, назначенного постановлением мирового судьи судебного участка №10 в Бирилюсском районе Красноярского края, в камере №1 изолятора временного содержания МО МВД России «Большеулуйское» (далее – ИВС). Полагал, что в указанный период в ИВС содержался незаконно. Кроме, того, условия содержания в ИВС, по мнению истца, не соответствовали требованиям закона. Условия содержания подрывали физические силы и здоровье истца, у истца появилось нарушение сна (беспокойный прерывистый сон), потеря аппетита, резкое ухудшение состояния здоровья и глубокая депрессия. В связи с изложенным, ФИО1 полагает, что указанными действиями нарушены его права, умалены его честь и достоинство, в связи с чем, просит взыскать с ответчиков в счет возмещения морального вреда денежные средства в сумме 550 000 руб.

Определением от 20 мая 2025 г. к участию в деле в качестве ответчиков привлечены – Министерство внутренних дел по Красноярскому краю, МО МВД России «Большеулуйское».

Определением от 8 июля 2025 г. суд перешел к рассмотрению гражданского дела по исковому заявлению ФИО1 к Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации, Министерству финансов Российской Федерации в лице управления Федерального казначейства по Красноярскому краю, о компенсации морального вреда в порядке административного судопроизводства.

Административный истец ФИО1 о дате, месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом, в судебное заседание не явился, ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие.

Представитель административных ответчиков - Министерства внутренних дел Российской Федерации, ГУ МВД России по Красноярскому краю, МО МВД России «Большеулуйское» ФИО5 в судебном заседании, как и в письменном возражении на исковое заявление, против удовлетворения заявленных исковых требований возражала, указав, что согласно действующему законодательству компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ. Возмещение вреда подлежит за счет казны Российской Федерации. Основанием возмещения вреда, причиненного действиями органов власти, является деликтный состав правонарушения, условием – обязательная предварительная отмена незаконных актов власти или признание недействительными, незаконными действий государственного органа. Иск ФИО1 не относится ни к одному из перечисленных оснований. Следовательно, для возложения обязанности по компенсации морального вреда истцу необходимо доказать полный состав гражданского правоотношения, в том числе, вину ответчиков, незаконность деяний, наличие вреда, а также причинно-следственную связь между вредом и действиями ответчиков. Истцом каких-либо требований о признании незаконными действий должностных ИВС не заявлялось, доказательство о том, что действия таких лиц признаны незаконными – не представлено. В связи с чем, отсутствуют основания для возмещения вреда. В период с 20 по 25 мая 2018 г. истец отбывал административное наказание в виде административного ареста, при поступлении был помещен в камеру №1, площадь которой составляет 8,8 кв.м, ему было предоставлено отдельное спальное место, постельные принадлежности. В камере имеются четыре спальных места, полка для вещей, умывальник, туалет с приватной перегородкой высотой 1,5 м, титан с горячей водой находится в коридоре, кипяток выдается по требованию. В ИВС организовано горячее питание, кварцевание камер, дезинфекция, дезинсекция камер, стирка и дератизация постельных принадлежностей. Жалоб, заявлений от ФИО1 по ненадлежащему содержанию в ИВС не поступало, ФИО1 в установленный законом срок с заявлением об обжаловании действий должностных лиц не обращался. В обоснование своих требований о взыскании компенсации морального вреда в размере 550 000 руб. истец не приводит ни одного довода, отвечающего требованиям разумности и справедливости заявленной суммы морального вреда. Неудобства, которые истец претерпел в связи с нахождением его в ИВС, связаны с привлечением его к административной ответственности за совершение административных правонарушений, что ведет к ограничению привычного образа жизни, к бытовым неудобствам, пребывании в состоянии стресса, ограничению свободы передвижения, вынужденному нахождению в замкнутом пространстве в условиях камеры и другим последствиям, которые являются следствием противоправного поведения самого истца, а не действий должностных лиц. Также полагала, что истцом пропущен срок исковой давности для обращения в суд по данной категории споров. Кроме того, истец не предоставил доказательств физических и моральных страданий, а также их последствий, перенесенных в период его нахождения в ИВС, в связи с чем, в удовлетворении заявленных исковых требований просила отказать

Административный ответчик - Министерство финансов Российской Федерации в лице управления Федерального казначейства по Красноярскому краю о дате, месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом, представителя в судебное заседание не направил, ходатайств об отложении судебного заседания не заявил. Представитель ФИО6, действующая на основании доверенности, в адрес суда направила отзыв на исковое заявление, в котором указала, что Министерства финансов Российской Федерации заявленные исковые требования не поддерживает, поскольку ответственность казны Российской Федерации может наступить при одновременном наличии условий: незаконных властно-административных действий (решений) или бездействия государственных органов или их должностных лиц, причиненный истцу вред (доказанный действительный размер вреда), прямая причинная связь между незаконными действиями (бездействием) государственных органов или их должностных лиц и причиненным вредом, а также наличие вины в действиях (бездействии) конкретных должностных лиц государственным органом. Полагала, что истцом не предоставлено каких-либо доказательств незаконности действий должностных лиц МО МВД России «Большеулуйское», их вины, наличия причиненного истцу вреда, в связи с чем, в удовлетворении исковых требований ФИО1 просила отказать в полном объеме.

Помимо этого, информация о дате и времени рассмотрения дела размещена на официальном сайте Бирилюсского районного суда Красноярского края на http://birilus.krk.sudrf.ru посредством информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В соответствии с положениями ст. 150 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее – КАС РФ) судом определено о рассмотрении административного дела в отсутствие указанных лиц.

Выслушав мнение участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст.ст. 2, 17 Конституции РФ человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства. Признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации.

Достоинство личности охраняется государством. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию (ст. 21 Конституции Российской Федерации).

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 25 декабря 2018 г. №47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснил, что под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питание (п. 2).

Принудительное содержание лишенных свободы лиц в предназначенных для этого местах, их перемещение в транспортных средствах должно осуществляться в соответствии с принципами законности, справедливости, равенства всех перед законом, гуманизма, защиты от дискриминации, личной безопасности, охраны здоровья граждан, что исключает пытки, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение и, соответственно, не допускает незаконное - как физическое, так и психическое - воздействие на человека. Иное является нарушением условий содержания лишенных свободы лиц (п. 3).

Содержание обвиняемого, подозреваемого, лица, подвергнутого административному аресту в ИВС в условиях, которые несовместимы с уважением его человеческого достоинства, и не соответствуют установленным законом нормам, влечет нарушение его неимущественных прав, гарантированных законом.

Процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

Согласно ч. 4 ст. 32.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ) отбывание административного ареста осуществляется в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации.

Лицо, подвергнутое административному аресту, содержится под стражей в месте, определяемом органами внутренних дел (ч. 2 ст. 32.8 КоАП РФ).

Порядок и условия содержания лиц, подвергнутых административному аресту, гарантии прав и законных интересов лиц, которым в соответствии с КоАП РФ назначено административное наказание в виде ареста, регулируются Федеральным законом от 26 апреля 2013 г. №67-ФЗ «О порядке отбывания административного ареста» (далее – Федеральный закон от 26 апреля 2013 г. №67-ФЗ).

В соответствии со ст. 2 Федерального закона от 26 апреля 2013 г. №67-ФЗ отбывание административного ареста осуществляется в соответствии с принципами законности, гуманизма, уважения человеческого достоинства. При отбывании административного ареста не допускается причинение физических или нравственных страданий лицам, подвергнутым административному аресту (ч. 2). Не допускается дискриминация лиц, подвергнутых административному аресту, либо предоставление им льгот и привилегий по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также по иным обстоятельствам (ч. 3).

Согласно ст. 3 Федерального закона от 26 апреля 2013 г. №67-ФЗ места отбывания административного ареста предназначены для содержания в них лиц, подвергнутых административному аресту, в случаях, предусмотренных Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях. Местами отбывания административного ареста являются подразделения территориальных органов федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел (далее - федеральный орган исполнительной власти в сфере внутренних дел). Внутренний распорядок в местах отбывания административного ареста определяется Правилами внутреннего распорядка в местах отбывания административного ареста (далее - Правила внутреннего распорядка), утвержденными в соответствии с настоящим Федеральным законом.

Статья 7 Федерального закона от 26 апреля 2013 г. №67-ФЗ устанавливает права лиц, повергнутых административному аресту, а именно: право на материально-бытовое обеспечение, бесплатное обеспечение постельными принадлежностями, посудой и столовыми приборами, средствами личной гигиены, перечень которых определяется Правилами внутреннего распорядка, индивидуальное спальное место и восьмичасовой сон в ночное время, ежедневное трехразовое бесплатное питание, ежедневную прогулку в дневное время продолжительностью не менее одного часа.

Согласно ч. 2 ст. 7 Федерального закона от 26 апреля 2013 г. №67-ФЗ при осуществлении прав лиц, подвергнутых административному аресту, не должны нарушаться порядок и условия отбывания административного ареста, установленные Федеральным законом от 26 апреля 2013 г. №67-ФЗ и Правилами внутреннего распорядка, а также не должны ущемляться права и законные интересы других лиц.

В соответствии с положениями ст. 13 Федерального закона от 26 апреля 2013 г. №67-ФЗ лица, подвергнутые административному аресту, обеспечиваются бесплатным питанием по нормам, определяемым Правительством Российской Федерации. Указанным лицам создаются бытовые условия, отвечающие требованиям санитарии, гигиены и правилам пожарной безопасности. Норма санитарной площади в помещении, предназначенном для содержания лиц, подвергнутых административному аресту, составляет четыре квадратных метра на одного человека. Лицам, подвергнутым административному аресту, предоставляется индивидуальное спальное место, бесплатно выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы, а также по их просьбе индивидуальные средства гигиены (туалетная бумага, мыло, зубная щетка, зубная паста, одноразовая бритва (для мужчин), средства личной гигиены (для женщин).

Статьей 15 Федерального закона от 26 апреля 2013 г. №67-ФЗ предусмотрено, что в целях обеспечения порядка и условий отбывания административного ареста федеральным органом исполнительной власти в сфере внутренних дел по согласованию с Генеральным прокурором Российской Федерации утверждаются Правила внутреннего распорядка, которыми устанавливаются примерный распорядок дня места отбывания административного ареста, перечень предметов, вещей и продуктов питания, не разрешенных к хранению и использованию лицами, подвергнутыми административному аресту, а также определяется, в том числе, порядок: приема и размещения лиц, подвергнутых административному аресту, проведения ежедневных прогулок лиц, подвергнутых административному аресту, материально-бытового обеспечения лиц, подвергнутых административному аресту, включая наименования и количество продуктов питания, предметов первой необходимости, обуви, одежды и других промышленных товаров, которые лица, подвергнутые административному аресту, могут иметь при себе, хранить и получать в передачах, посылках и бандеролях, санитарной обработки лиц, подвергнутых административному аресту, медицинского обеспечения лиц, подвергнутых административному аресту, решения иных вопросов, связанных с отбыванием административного ареста.

Согласно ст. 16 Федерального закона от 26 апреля 2013 г. №67-ФЗ лица, подвергнутые административному аресту, отбывают его в условиях изоляции от общества в общих помещениях или помещениях для одиночного содержания (ч. 1).

При размещении лиц, подвергнутых административному аресту, обязательно соблюдение следующих требований: раздельно содержатся мужчины и женщины; отдельно от других лиц, подвергнутых административному аресту, содержатся больные инфекционными заболеваниями или лица, нуждающиеся в медицинском наблюдении; при наличии свободных помещений, предназначенных для содержания лиц, подвергнутых административному аресту, раздельно содержатся курящие и некурящие (ч. 2).

В соответствии с положениями ст. 19 Федерального закона от 26 апреля 2013 г. №67-ФЗ администрация места отбывания административного ареста, а также сотрудники места отбывания административного ареста, в том числе, обязана: исполнять постановления об административном аресте; обеспечивать изоляцию от общества лиц, подвергнутых административному аресту, и осуществлять контроль и надзор за ними; обеспечивать соблюдение Правил внутреннего распорядка; обеспечивать личную безопасность и соблюдение прав лиц, подвергнутых административному аресту, а также гарантии их реализации; устанавливать распорядок дня и обеспечивать его соблюдение в месте отбывания административного ареста; осуществлять контроль за соблюдением лицами, подвергнутыми административному аресту, установленного Федеральным законом от 26 апреля 2013 г. №67-ФЗ порядка отбывания административного ареста; требовать от лиц, подвергнутых административному аресту, исполнения ими обязанностей, предусмотренных настоящим Федеральным законом, другими законодательными актами Российской Федерации и Правилами внутреннего распорядка; информировать лиц, подвергнутых административному аресту, об их правах и обязанностях, о порядке и об условиях отбывания административного ареста, в том числе об изменении указанных порядка и условий; обеспечивать соблюдение прав лиц, подвергнутых административному аресту.

Правилами внутреннего распорядка в местах отбывания административного ареста, утвержденных приказом Министерства внутренних дел Российской Федерации от 10 февраля 2014 г. №83 (далее – Правила внутреннего распорядка в местах отбывания административного ареста) предусмотрено, что лицам, подвергнутым административному аресту, предоставляется индивидуальное спальное место, выдается туалетная бумага, а также по их просьбе мыло, зубная щетка, зубная паста, одноразовая бритва, средства личной гигиены (для женщин). Во временное бесплатное пользование выдаются: постельные принадлежности (матрац, подушка, одеяло), постельное белье (две простыни, наволочка), два полотенца, столовая посуда и столовые приборы (миска, кружка, ложка), только на время приема пищи (п. 45).

Согласно п. 47 Правил внутреннего распорядка в местах отбывания административного ареста помещения для содержания лиц, подвергнутых административному аресту, места отбывания административного ареста оборудуются: столом и скамейками по установленному количеству мест в помещении; шкафом для хранения продуктов питания, предметов первой необходимости, обуви, одежды и других промышленных товаров, которые лица, подвергнутые административному аресту, могут иметь при себе, хранить и получать в передачах, посылках и бандеролях; санитарным узлом (с соблюдением необходимых требований приватности) и умывальником с подводкой холодной и горячей воды; вешалкой для верхней одежды; бачком для питьевой воды, качество которой соответствует санитарно-эпидемиологическим требованиям; полкой для туалетных принадлежностей; аудиодинамиком; кнопкой для вызова дежурного; урной для мусора; светильниками дневного и ночного освещения закрытого типа; приточной и (или) вытяжной вентиляцией; системой центрального отопления.

Согласно п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33) под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 предусмотрено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (ст. ст. 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

В соответствии с п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст. ст. 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33).

Согласно п. 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (п. 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33).

Согласно п. 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (ст. ст. 151, 1101 ГК РФ) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон.

Разумные и справедливые пределы компенсации морального вреда являются оценочной категорией, четкие критерии его определения применительно к тем или иным категориям дел федеральным законодательством не предусматриваются, следовательно, в каждом случае суд определяет такие пределы с учетом конкретных обстоятельств дела, индивидуальных особенностей истца и характера спорных правоотношений.

Таким образом, при определении размера компенсации морального вреда должны учитываться характер и степень нарушения норм и правил содержания, их значение для заявителя, длительность нахождения заявителя в неблагоприятных условиях.

Компенсация за нарушение условий содержания присуждается исходя из требований заявителя, с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и их последствий.

Как установлено судом и следует из материалов дела, постановлением мирового судьи судебного участка №10 в Бирилюсском районе Красноярского края от 20 мая 2018 г. ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 19.24 КоАП РФ, за совершение которого ему назначено наказание в виде административного ареста на срок 15 суток. Срок административного ареста постановлено исчислять с момента задержания ФИО1 в органах внутренних дел.

Решением Бирилюсского районного суда Красноярского края от 25 мая 2018 г. вышеуказанное постановление мирового судьи отменено, производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 3 ст. 19.24 КоАП РФ в отношении ФИО1, прекращено на основании п. 3 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ – ввиду недоказанности обстоятельств, на основании которых было вынесено постановление. ФИО1 из специализированного учреждения для лиц, отбывающих административное наказание в виде административного ареста, постановлено освободить.

Из ответа МО МВД России «Большеулуйское» следует, что в МО МВД России «Большеулуйское» отсутствует специализированный приемник для содержания лиц, подвергнутых административному аресту, в связи с чем, административно-арестованные лица помещаются для отбытия административного ареста в ИВС МО МВД России «Большеулуйское».

Согласно представленных МО МВД России «Большеулуйское» материалов приказом МО МВД России «Большеулуйское» №45 от 15 февраля 2022 г. утвержден лимит наполняемости в ИВС в количестве 5 человек (из них, 2 места – для административно-арестованных, 3 места – для лиц, содержащихся по уголовным делам). Административно арестованных лиц содержать в камере №1.

Камера №1 имеет площадь 8,6 кв.м, оборудована: двумя двуспальными кроватями, столом, раковиной (подключена холодная вода), вешалкой с пятью крючками, полкой для туалетных принадлежностей, а также полкой для личных вещей, санузлом, который исправен, имеет приватную перегородку высотой 1,5 м из листового металла, оборудован фанерной дверью высотой 1,0 м, расстояние от санузла до стола – 1,3 м; дневное освещение смонтировано на потолке (1 светильник), в нише над входной дверью имеется светильник ночного освещения, огражден решеткой; окно в камере пластиковое размером 1200х900 мм, с остеклением, обеспечивающим естественное освещение, открывается для естественной вентиляции, высота от пола 1 м; имеется вытяжная вентиляция с механическим побуждением, исправна; отопление центральное, радиатор расположен на стене, закреплен крепежными кронштейнами, не закрыт решеткой, что подтверждается представленными фототаблицами, а также таблицей – Оборудование камеры №1.

Согласно копиям книги покамерного учета лиц, содержащихся в ИВС, ФИО1 20 мая 2018 г. на основании постановления мирового судьи судебного участка №10 в Бирилюсском районе Красноярского края от 20 мая 2018 г. был помещен для отбытия наказания в виде административного ареста на срок 15 суток в камеру №1 ИВС МО МВД России «Большеулуйское». В период с 20 мая 2018 г. по 22 мая 2018 г. в камере №1 ИВС содержалось четыре человека (ФИО2., ФИО3, ФИО4., ФИО1.), с 23 мая 2018 г. по 25 мая 2024 г. – три человека (ФИО1, ФИО7, ФИО8).

Согласно журналу учета выдачи постельных принадлежностей подозреваемым и обвиняемым, содержащимся в ИВС, 20 мая 2018 г. ФИО1 выданы постельные принадлежности – матрас – 1, подушка – 1, простыня – 2, полотенце – 1, наволочка – 1.

Из журнала учета времени бактерицидной и кварцевой обработки камер и помещений ИВС следует, что в период с 14 мая 2018 г. по 24 мая 2018 г. в камере №1 проводилась бактерицидная и кварцевая обработки (21 мая 2018 г. с 10 часов 00 минут до 10 часов 15 минут, 24 мая 2018 г. с 10 часов 00 минут до 10 часов 15 минут).

Представленным государственным контрактом №2018/39 в период с 1 января 2018 г. по 31 декабря 2018 г. подтверждено, что оказание услуг по комплексно-прачечному обслуживанию (стирке, прожарке белья), которое осуществлялось ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Красноярскому краю.

Таким образом, судом установлено, что в период содержания истца в изоляторе временного содержания порядок и условия содержания под стражей лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступления, регулировались нормами Федерального закона от 15 июля 1995 г. №103 «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (в редакции от 28 декабря 2013 г., 3 февраля 2014 г., 28 июня 2014 г., 22 декабря 2014 г.), Правилами внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых, утвержденными приказом МВД РФ от 22 ноября 2005 г. №950 (в редакции от 18 октября 2012 г.).

Обращаясь с настоящим исковым заявлением, ФИО1 приводит доводы о том, что в период его содержания в изоляторе временного содержания (с 20 мая 2018 г. по 25 мая 2018 г.) нарушались условия его содержания, также указывает на незаконное его содержание в ИВС в данный период.

Статьей 45 Конституции Российской Федерации закреплены государственные гарантии защиты прав и свобод (часть 1) и право каждого защищать свои права всеми не запрещенными законом способами (ч. 2).

В статье 53 Конституции Российской Федерации закреплено право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Из данной нормы Конституции Российской Федерации следует, что действия (или бездействие) органов государственной власти или их должностных лиц, причинившие вред любому лицу, влекут возникновение у государства обязанности этот вред возместить, а каждый пострадавший от незаконных действий органов государственной власти или их должностных лиц наделяется правом требовать от государства справедливого возмещения вреда.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, государство, по смыслу ст. 53 Конституции Российской Федерации, несет обязанность возмещения вреда, связанного с осуществлением государственной деятельности в различных ее сферах, независимо от возложения ответственности на конкретные органы государственной власти или должностных лиц (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 1 декабря 1997 г. №18-П, определения Конституционного Суда Российской Федерации от 4 июня 2009 г. №1005-О-О, от 25 мая 2017 г. №1117-0, от 16 января 2018 г. №7-О).

Основания и порядок возмещения государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти и их должностных лиц, закреплены в ст. 1069 ГК РФ, согласно которой вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Статьей 1070 ГК РФ установлено, что вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Из приведенных нормативных положений в их системной взаимосвязи следует, что в случае причинения вреда гражданину или юридическому лицу незаконными действиями (бездействием) должностных лиц государственных органов при исполнении ими служебных обязанностей его возмещение производится в порядке, предусмотренном гражданским законодательством Российской Федерации, за счет соответствующей казны (казны Российской Федерации или казны субъекта Российской Федерации).

Пунктом 2 статьи 2 ГК РФ установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Согласно ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Согласно п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33) под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 предусмотрено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (ст. ст. 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

В соответствии с п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Согласно пункту 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 по общему правилу, ответственность за причинение морального вреда возлагается на лицо, причинившее вред (п. 1 ст. 1064 ГК РФ). В случаях, предусмотренных законом, обязанность компенсировать моральный вред может быть возложена судом на лиц, не являющихся причинителями вреда (например, на Российскую Федерацию, субъект Российской Федерации, муниципальное образование - за моральный вред, причиненный в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов (ст.ст. 1069, 1070 ГК РФ).

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст. ст. 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33).

Согласно п. 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (п. 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33).

Согласно п. 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц, лицу, в отношении которого дело об административном правонарушении прекращено в связи с отсутствием события (состава) административного правонарушения или ввиду недоказанности обстоятельств, на основании которых были вынесены соответствующие постановление, решение (п. 1 и 2 ч. 1 ст. 24.5, п. 4 ч. 2 ст. 30.17 КоАП РФ), применяются правила, установленные в ст.ст. 1069, 1070 ГК РФ. Требование о компенсации морального вреда, предъявленное лицом, в отношении которого дело об административном правонарушении прекращено по указанным основаниям, может быть удовлетворено судом при наличии общих условий наступления ответственности за вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов (за исключением случаев, когда компенсация морального вреда может иметь место независимо от вины причинивших его должностных лиц) (п. 41 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33).

Согласно разъяснениям п. 42 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 следует исходить из того, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (ст. ст. 151, 1101 ГК РФ) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон.

Разумные и справедливые пределы компенсации морального вреда являются оценочной категорией, четкие критерии его определения применительно к тем или иным категориям дел федеральным законодательством не предусматриваются, следовательно, в каждом случае суд определяет такие пределы с учетом конкретных обстоятельств дела, индивидуальных особенностей истца и характера спорных правоотношений.

Таким образом, при определении размера компенсации морального вреда должны учитываться характер и степень нарушения норм и правил содержания, их значение для заявителя, длительность нахождения заявителя в неблагоприятных условиях.

Компенсация за нарушение условий содержания присуждается исходя из требований заявителя, с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и их последствий.

Обращаясь с настоящим исковым заявлением, ФИО1 приводит доводы о том, что в изоляторе временного содержания в период с 20 мая 2018 г. по 25 мая 2018 г. он содержался незаконно. Кроме того, санитарные и бытовые условия в камере в период отбытия им административного ареста не отвечали требованиям приведенных выше нормативных правовых актов, в период содержания истца в изоляторе временного содержания (с 20 мая 2018 г. по 25 мая 2018 г.) нарушались условия его содержания.

Вместе с тем, суд принимает во внимание, что материалами дела подтверждается проведение мероприятий по контролю за соблюдением санитарного законодательства Российской Федерации на объектах МО МВД России «Большеулуйское» (камера №1 ИВС), а именно, дезинфекция помещений осуществлялась регулярно, постельное белье имелось и было предоставлено в достаточном количестве, стирка белья осуществлялась своевременно. При этом имеются и недостатки, такие как, в период с 20 по 22 мая 2018 г. в камере содержалось четыре человека, с 23 по 25 мая 2018 г. – три человека, в том числе, истец ФИО1 что является нарушением положений приказа МО МВД России «Большеулуйское» №45 от 15 февраля 2022 г., которым утвержден лимит наполняемости в ИВС (2 места – для административно-арестованных, 3 места – для лиц, содержащихся по уголовным делам).

Принимая во внимание, что ФИО1 в период с 20 мая 2018 г. по 25 мая 2018 г. содержался в ИВС на основании постановления мирового судьи судебного участка №10 в Бирилюсском районе Красноярского края от 20 мая 2018 г., которое было отменено решением Бирилюсского районного суда Красноярского края от 25 мая 2018 г., а также учитывая, что период непрерывного нахождения ФИО1 в камере ИВС МО МВД России «Большеулуйское» (с 20 мая 2018 г. по 22 мая 2018 г. в камере №1 содержалось четыре человека, с 23 мая 2018 г. по 25 мая 2018 г. – четыре человека) с учетом установленных нарушений содержания в ИВС, суд приходит к выводу, что указанное нарушение прав административного истца само по себе является достаточным для того, чтобы причинить страдания и переживания в степени, превышающей неизбежный уровень страданий, присущий ограничению свободы, что, в соответствии с упомянутыми выше правовыми нормами является основанием для признания требований о взыскании компенсации обоснованными.

Доводы истца о нарушении условий его содержания в камере ИВС МО МВД России «Большеулуйское» в период с 20 мая 2018 г. по 25 мая 2018 г. судом признаются голословными, не подтвержденными документально, на материалах дела не основанными.

Довод истца ФИО1 о том, что в период отбывания административного наказания в виде административного ареста его состояние здоровья резко ухудшилось суд отклоняет по следующим основаниям.

Согласно ч. 1 ст. 26 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» лица, задержанные, заключенные под стражу, отбывающие наказание в виде ограничения свободы, ареста, лишения свободы либо административного ареста, имеют право на оказание медицинской помощи, в том числе в необходимых случаях в медицинских организациях государственной системы здравоохранения и муниципальной системы здравоохранения, в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Пунктом 59 Правил внутреннего распорядка в местах отбывания административного ареста установлено, что оказание медицинской помощи лицам, подвергнутым административному аресту, в месте отбывания административного ареста осуществляется в соответствии с законодательством в сфере охраны здоровья

При наличии жалоб на плохое самочувствие, по просьбе вновь поступившего или если состояние вновь поступившего не позволяет выразить свою волю, а также при наличии телесных повреждений дежурный обязан вызвать медицинского работника места отбывания административного ареста (п. 61 Правил внутреннего распорядка в местах отбывания административного ареста).

Согласно п. 65 Правил внутреннего распорядка в местах отбывания административного ареста о результатах медицинского освидетельствования лиц, подвергнутых административному аресту, заявленных при этом жалобах на состояние здоровья и оказанной нуждавшимся в медицинской помощи медицинским работником места отбывания административного ареста производятся необходимые записи в журнале регистрации проведения медицинских освидетельствований лиц, подвергнутых административному аресту

Приказом МВД РФ №1115, Минздрава РФ №475 от 31 декабря 1999 г. утверждена Инструкция о порядке медико-санитарного обеспечения лиц, содержащихся в изоляторах временного содержания органов внутренних дел, в соответствии с которой медицинские работники изоляторов временного содержания органов внутренних дел организуют и осуществляют медицинскую помощь подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, контроль за выполнением в ИВС государственных санитарно-эпидемиологических правил и нормативов. В случае отсутствия в ИВС медицинских работников функции по медико-санитарному обеспечению подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений возлагаются на медицинских работников здравпункта городского, районного и линейного органа внутренних дел. Лица, нуждающиеся в скорой медицинской помощи, а также амбулаторном либо стационарном обследовании и лечении по поводу онкологических, венерических заболеваний, ВИЧ-инфекции, туберкулеза, сахарного диабета, других заболеваний, при которых показано непрерывное наблюдение и лечение, обеспечиваются необходимой медицинской помощью в соответствующих лечебно-профилактических учреждениях государственной и муниципальной систем здравоохранения (п. 1).

В соответствии с п. 7 указанной Инструкции основными задачами медицинских работников ИВС являются, в том числе, организация и оказание медицинской помощи лицам, содержащимся в ИВС; осуществление противоэпидемического обеспечения лиц, содержащихся в ИВС.

Сведения об обращениях ФИО1 в период его нахождения в ИВС (с 20 мая 2018 г. по 25 мая 2018 г.) за медицинской помощью в материалах гражданского дела отсутствуют, факты причинения вреда здоровью ФИО1 в связи с его нахождением в ИВС в указанный период в судебном заседании не установлены.

Разрешая заявленные требования, суд исходит из того, что камера административно задержанных в период отбытия ФИО1 административного ареста не в полной мере соответствовали нормам, установленным Федеральным законом от 26 апреля 2013 г. №67-ФЗ «О порядке отбывания административного ареста» и Правилами внутреннего распорядка в местах отбывания административного ареста, утвержденных приказом Министерства внутренних дел Российской Федерации от 10 февраля 2014 г. №83, что привело к нарушению личных неимущественных прав истца, повлекших претерпевание им нравственных страданий, приходит к выводу о праве истца на компенсацию морального вреда.

Доводы стороны ответчиков об отсутствии сведений о признании незаконными действий должностных ИВС, об обращении ФИО1 в установленный законом срок с заявлением об обжаловании действий должностных лиц ИВС не могут быть приняты во внимание, поскольку отсутствие обжалования условий содержания в ИВС в установленный законом срок при установленном факте нарушения нематериального блага - достоинства истца вследствие ненадлежащих условий содержания в ИВС не свидетельствует об отсутствии факта причинения истцу морального вреда в результате вышеуказанных условий содержания и не является очевидным отклонением действий истца от добросовестного поведения.

Также как и не могут быть приняты во внимание доводы стороны ответчиков о пропуске истцом срока исковой давности, поскольку нарушением условий содержания в ИВС затронуты личные неимущественные права истца ФИО1, защита которых, согласно положениям ст. 208 ГК РФ, исковой давностью не ограничена.

В соответствии с положениями ст. 151 ГК РФ при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии с п. 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (п. 1 ст. 1101 ГК РФ).

Согласно п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» в пункте 25 разъяснил, что при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 названного постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (ст. 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Установленные судом нарушения условий содержания истца в ИВС хотя и не причинили вреда здоровью истца с точки зрения уголовного закона и административного законодательства, но являются посягательством на нематериальные блага.

Таким образом, поскольку компенсация за нарушение условий содержания под стражей присуждается исходя из требований заявителя, при определении размера подлежащей взысканию суммы компенсации морального вреда суд, с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, непродолжительного периода нахождения истца в ИВС в условиях отклонения от установленной законом площади помещения на одного человека (с 20 мая 2018 г. по 25 мая 2018 г.), последствий таких нарушений, характера и степени причиненных истцу ФИО1 нравственных страданий (стресс, переживания), степень вины ответчика, индивидуальные особенности истца, принимая во внимание характер и продолжительность установленных нарушений, а также наступившие неблагоприятные последствия, с учетом требований разумности и справедливости, приходит к выводу о частичном удовлетворении искового заявления и взыскании с ответчика – Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации в пользу истца ФИО1 компенсации морального вреда в размере 3 000 руб.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст. 175-180, 227 КАС РФ, суд,

РЕШИЛ:

исковое заявление ФИО1 к Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации, ГУ МВД России по Красноярскому краю, МО МВД России «Большеулуйское», Министерству финансов Российской Федерации в лице управления Федерального казначейства по Красноярскому краю о компенсации морального вреда, - удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1, родившегося компенсацию за нарушение условий содержания в ИВС МО МВД России «Большеулуйское» в период с 20 мая 2018 г. по 25 мая 2018 г. в размере 3 000 (трех тысяч) руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований, - отказать.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд путем подачи жалобы через Бирилюсский районный суд Красноярского края в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме.

Председательствующий Ю.И. Лайшева

Мотивированное решение изготовлено 6 августа 2025 г.