Решение № 2-1920/2019 2-1920/2019~М-1600/2019 М-1600/2019 от 25 июня 2019 г. по делу № 2-1920/2019

Дело № ...

...


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 июня 2019 года г. Улан-Удэ

Железнодорожный районный суд г. Улан-Удэ в составе судьи Урбашкиевой Э.К., при секретаре Филипповой А.П., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о защите чести и достоинства, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Обращаясь в суд с настоящим иском, истец просит признать сведения о том, что он мошенник, распространенные ФИО3 в статье «...», вышедшей ***. в газете «...», ... (...), не соответствующими действительности, порочащими его честь и достоинство.

В обоснование исковых требований указал, что <адрес>. в газете «...» ... (...) вышла статья «...». В данной статье бралось интервью у ФИО3 по поводу взятых ФИО3 у него денежных средств в размере ... руб.. В процессе интервью ФИО3 назвала его мошенником. Поскольку она назвала его мошенником в контексте взятых у него денежных средств, он считает, что она обвинила его в преступлении. Он возмущен таким обвинением в данной статье. В тексте статьи его обвиняют в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ, а именно в мошенничестве, то есть хищении чужого имущества или приобретении прав на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием, совершенное в крупном размере.

Распространенные ответчиком сведения порочат его честь и достоинство, поскольку он не является мошенником, а данная статья была прочитана многими людьми и тем самым в данный момент опорочены его честь и достоинство.

Факт распространения подтверждается самой статьей, поскольку ответчик назвала его мошенником перед репортером во время дачи своего интервью и сама фраза записана со слов ответчика.

Распространив не соответствующие действительности сведения, порочащие его честь и достоинство, ФИО3 нарушила принадлежащие ему неимущественные права. Защита его чести достоинства возможна, как признанием не соответствующими действительности распространенных сведений, так и компенсацией причиненного ему морального вреда. Действиями ответчика ему причинен моральный вред, выразившийся в нравственных страданиях, поскольку в данный момент многие люди сделали неправильный, неверный вывод о нем, как о человеке. Он безрезультатно пытается вернуть свои денежные средства у ответчика уже на протяжении многих лет, и в данный момент этот же человек, не желающий рассчитываться со своими долгами, называет его мошенником Размер компенсации морального вреда он оценивает в 100 000 руб..

Определением суда от 29.05.2019г. к участию в деле в качестве соответчика по делу привлечена автор статьи ФИО11.

Определением суда от 17.06.2019г. к участию в деле в качестве соответчика по делу привлечена редакция газеты «...».

В судебном заседании истец и его представитель ФИО4 заявленные исковые требования поддержали в полном объеме.

Истец ФИО1 суду пояснил, что он передал ФИО3 500 000 руб. взаймы, но ответчик ему добровольно денежные средства не возвращала, в связи с чем он обратился в суд с иском к ответчику о взыскании суммы долга. Решением Железнодорожного районного суда <адрес> от ***. его исковые требования к ФИО3 были удовлетворены частично, с ответчика взыскана в пользу истца задолженность по договорам займа в размере 579 960,38 руб.. В рамках исполнительного производства, возбужденного в отношении ФИО3, деньги фактически не возвращаются, поскольку за ответчиком не числится какого-либо имущества, считает, что ответчик всячески уклоняется от исполнения судебного решения. В связи с этим он обратился в редакцию газеты «...».

Представитель истца ФИО4 суду пояснил, что в статье имеется место, где была приведена прямая речь от имени ФИО3, где она говорит, что ФИО1 и их общая знакомая ФИО12 оказались мошенниками. Данное обвинение в мошенничестве является обвинением в преступлении и это не является субъективным мнением ответчика. Считает, что ответчик, когда шла в редакцию газеты «...», знала, куда шла, давая свой комментарий журналисту, должна была предполагать, что будет публикация в газете. Распространение сведений, не соответствующих действительности, имело место со стороны ответчика ФИО3, поскольку она сообщила их автору, и далее через газету «...» неограниченному кругу лиц.

Также суду пояснил, что к редакции газеты «...» и к автору статьи ФИО11 у них претензий не имеется, и требования о взыскании компенсации морального вреда к ним истец не предъявляет.

Ответчик ФИО3 и ее представитель ФИО7 исковые требования не признали, просили отказать в иске.

Ответчик ФИО3 .... суду пояснила, что ей по приложению «вайбер» написала сообщение журналист газеты «...» ФИО11, пригласила в редакцию дать ей свой комментарий по поводу обращения к ним ФИО1. Она приехала в назначенное время в редакцию газеты вместе со своим отцом и дала свои пояснения по возникшему с ФИО1 спору. Мошенником она ФИО1 не называла и мошенником его не считает. По поводу аудиозаписи их разговора с журналистом пояснила, что считает, что она была смонтирована, журналист ее не предупреждала о том, что будет вестись аудиозапись разговора. Давая свой комментарий журналисту, она не предполагала, что выйдет такая статья, сама она также не согласна с этой статьей.

Представитель ответчика ФИО7 суду пояснила, что иск они не признают, они также не согласны с данной статьей в газете, считают, что публикацией указанной статьи в газете нарушены права ФИО3 на тайну личной жизни. Требования заявлены к ответчику необоснованно, поскольку ответчик сама не распространяла таких сведений, ответчик какого-либо согласия на публикацию данной статьи не давала, и намерений таких не имела. Ответчик был приглашен лишь для дачи пояснений, догадываться о том, что будет статья в газете, ответчик не могла. Статья является плодом творения автора, автор статьи могла не приводить прямую речь ответчика в статье. Представленную аудиозапись разговора с журналистом считает недопустимым доказательством, поскольку ФИО3 не предупреждали о ведении аудиозаписи разговора.

Ответчик ФИО11 суду пояснила, что поводом для публикации статьи явилось обращение к ним в редакцию ФИО1 о том, что ответчиком не исполняется судебное решение. Она пригласила ФИО3 к ним в редакцию дать свой комментарий по обращению ФИО1, ФИО3 пришла вместе со своим отцом, дала пояснения, в ходе которого назвала ФИО1 мошенником. В ходе разговора велась аудиозапись их разговора, предварительно перед этим она устно предупредила их о том, что разговор записывается, они видели перед ними на столе диктофон, письменного согласия на ведение аудиозаписи не требуется.

Представитель ответчика редакции СМИ «...» по доверенности ФИО3 пояснил суду, что распространение сведений, не соответствующих действительности, имело место со стороны ФИО3.

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, суд полагает исковые требования удовлетворить частично на основании следующего.

Согласно ч.1 ст. 152 ГК РФ гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности.

Согласно ч.9 ст. 152 ГК РФ гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений.

В соответствии с п. 5 Постановления Пленума ВС РФ от 24.02.2005г. № 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" надлежащими ответчиками по искам о защите чести, достоинства и деловой репутации являются авторы не соответствующих действительности порочащих сведений, а также лица, распространившие эти сведения.

Если оспариваемые сведения были распространены в средствах массовой информации, то надлежащими ответчиками являются автор и редакция соответствующего средства массовой информации. Если эти сведения были распространены в средстве массовой информации с указанием лица, являющегося их источником, то это лицо также является надлежащим ответчиком.

В соответствии с п. 7 Постановления Пленума ВС РФ от 24.02.2005г. № 3 по делам данной категории необходимо иметь в виду, что обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 ГК РФ значение для дела, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения.

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

Как отражено в п. 9 Постановления Пленума ВС РФ от 24.02.2005г. № 3, в силу пункта 1 статьи 152 ГК РФ обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

Как установлено судом, в газете «...» ... (...), вышедшей ***., была опубликована статья «...», автор статьи ФИО11.

В указанной статье ее автором приведена прямая речь от имени ФИО3 о том, что ФИО1 оказался мошенником.

Истец обратился в суд с иском к ответчику ФИО3, в котором просит признать сведения в указанной статье о том, что он –мошенник, не соответствующими действительности.

Надлежащими ответчиками по данному требованию в соответствии с п. 5 Постановления Пленума ВС РФ № 3 являются ФИО11, автор статьи, редакция газеты «...» и ФИО3, как источник сведений, не соответствующих действительности.

Возражая против исковых требований по существу, ответчик ФИО3 отрицала сам факт того, что при даче своего комментария журналисту по поводу обращения ФИО1 она назвала его мошенником. Между тем ответчиком ФИО11 суду предоставлена аудиозапись их разговора, которой доводы ответчика ФИО3 опровергаются.

Доводы ответчика ФИО3 и ее представителя ФИО7 о том, что данная аудиозапись является недопустимым доказательством, суд находит необоснованными.

В соответствии со ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Согласно ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

В силу п.6 ст. 47 Закона РФ от 27.12.1991 N 2124-1 "О средствах массовой информации" журналист имеет право производить записи, в том числе с использованием средств аудио- и видеотехники, кино- и фотосъемки, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Согласно п.6 ст. 49 Закона о СМИ журналист обязан при получении информации от граждан и должностных лиц ставить их в известность о проведении аудио- и видеозаписи, кино - и фотосъемки.

К доводам ответчика ФИО3 о том, что журналист не ставила ее в известность о ведении аудиозаписи, суд относится критически.

Ответчик ФИО11 пояснила суду, что она устно предупредила ФИО3 о том, что будет вестись аудиозапись их разговора. Кроме того, о том, что ФИО3 было известно о том, что ведется аудиозапись их разговора с журналистом, подтверждается содержанием аудиозаписи. Отсутствие у журналиста письменных доказательств предупреждения ответчика ФИО3 о ведении аудиозаписи не свидетельствует о недопустимости аудиозаписи, как доказательства по делу.

Согласно положениям ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В данном случае суд считает представленную ответчиком ФИО11 аудиозапись своего разговора с ответчиком ФИО3 относимым и допустимым доказательством того факта, что именно ответчик ФИО3 сообщила ФИО11 о том, что ФИО1 оказался мошенником, и автор не сама написала такие слова в своей статье.

Так, ответчик ФИО3 не отрицала, что была у журналиста в редакции и давала свой комментарий по поводу обращения ФИО1, отрицала лишь указанную фразу. В совокупности по всем обстоятельствам дела, у суда оснований подвергать сомнению представленную ответчиком ФИО11 аудиозапись их разговора, а также полагать, что она была как-то смонтирована, не имеется.

Таким образом, суд находит установленным и подтвержденным в судебном заседании то обстоятельство, что ФИО3 при даче своего комментария журналисту действительно назвала ФИО9 мошенником, и источником указанных сведений являлась ФИО3.

При этом указанные сведения не могут быть признаны субъективным мнением ответчика, поскольку они сообщены в форме утверждения и могут быть проверены на соответствие действительности.

В судебном заседании ответчик ФИО3 не представила суду доказательств того, что сведения, сообщенные ею журналисту газеты «...» ФИО11 о том, что ФИО1 - мошенник, не соответствуют действительности.

Указанные сведения являются порочащими, такие сведения с очевидностью негативно характеризуют личность и деятельность истца, умаляют его честь и достоинство, поскольку содержат в себе обвинение в совершении истцом мошенничества, то есть преступления, предусмотренного ст. 159 УК РФ.

Согласно ст. 49 Конституции РФ каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда.

Указанные сведения о том, что ФИО1 - мошенник, суд признает недействительными, недостоверными, поскольку соответствие действительности таких сведений ответчиком ФИО3 не доказано.

Таким образом, требования истца о признании сведений о том, что ФИО1 – мошенник, изложенных в статье «...» в газете «...» от ***., по существу являются обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Между тем, доводы истца о том, что указанные сведения были распространены в газете «...» именно ответчиком ФИО3, суд находит необоснованными.

Как было указано выше, под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан, понимается как опубликование таких сведений в печати и других СМИ, так и сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу.

В данном случае со стороны ответчика ФИО3 имело место распространение таких сведений лишь в форме устного сообщения одному лицу – ФИО11.

Вместе с тем ответчик ФИО3 сама не распространяла такие сведения в газете «...», инициатором публикации и автором статьи не являлась. То обстоятельство, что она пришла к журналисту и дала свои комментарии по поводу обращения ФИО1, не свидетельствует о распространении ею через газету сведений, не соответствующих действительности, и о наличии таких намерений.

Распространение указанных сведений фактически имело место со стороны газеты «...» путем публикации указанной статьи, в которой автором приведена прямая речь от имени ФИО3 о том, что ФИО1 оказался мошенником. Указание таких сведений или не указание их в статье являлось правом автора, которая сочла привести слова ФИО3 в своей статье, исходя из своего личного суждения и оценки описываемых в статье обстоятельств.

Поскольку судом установлен факт того, что ответчик ФИО3 распространила в отношении ФИО1 порочащие сведения, не соответствующие действительности, путем сообщения их одному лицу ФИО11, то исковые требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда суд признает обоснованными по существу.

Исходя из установленных судом обстоятельств дела, принимая во внимание, что распространение порочащих сведений со стороны ответчика ФИО3 имело место только одному человеку, с учетом требований разумности и справедливости, степени физических и нравственных страданий истца, суд полагает взыскать с ответчика ФИО3 в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб..

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Признать сведения о том, что ФИО1 – мошенник, в статье «...», вышедшей ***. в газете «...» ... (...) не соответствующими действительности.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб.

В остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Бурятия в течение одного месяца с момента изготовления решения суда в окончательном виде.

В окончательной форме решение суда принято 02.07.2019 г.

Судья Э.К.Урбашкиева