Решение № 2-2260/2017 2-2260/2017~М-2037/2017 М-2037/2017 от 19 июня 2017 г. по делу № 2-2260/2017

Дело № 2-2260/17


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Ленинский районный суд города Омска в составе:

председательствующего судьи Селивановой И.С.,

при секретаре Лямкиной Е.В.,

с участием военного прокурора Паргоненко С.Г.

рассмотрел в открытом судебном заседании в г. Омске «20» июня 2017 года гражданское дело № 2-2260/17 по иску ФИО1 к ФГУП «ГУССТ № 9 при Спецстрое России» о возмещении морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в Ленинский районный суд г. Омска с названным иском, указав, что ДД.ММ.ГГГГ работал в составе бригады под руководством ФИО2, выполнял работу по разбору здания - бывшего склада пиротехники, представляющего собой прямоугольную конструкцию из железобетонных элементов. В ходе выполнения данных работ незакрепленная стеновая панель упала на истца. В результате падения стеновой панели истец оказался зажат между элементом строения и металлической конструкцией, в следствие чего, получил комплекс повреждений в виде закрытой травмы <данные изъяты> который по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть квалифицируется как причинивший тяжкий вред здоровью. По данному факту было возбуждено уголовное дело в отношении работника СМУ № 916 ФГУП «ГУССТ № 9 при Спецстрое России» ФИО2 Постановлением Ленинского районного суда г. Омска от 30.09.2015 уголовное дело в отношении ФИО2 прекращено в следствие акта амнистии. В результате действий ответчика истцу причинены физические и нравственные страдания. Истец испытал сильнейшую физическую боль, в течение длительного времени был ограничен в передвижении, «прикован к больничной койке». В настоящее время истцу также сложно передвигаться. В ДД.ММ.ГГГГ с связи с окончанием реабилитационного периода будет решаться вопрос об установлении истцу группы инвалидности. Истец просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в сумме 2 000 000 рублей, судебные расходы в сумме 30 000 рублей.

В судебном заседании истец поддержал заявленные требования, суду пояснил, что в момент получения травмы находился в сознании, испытывал сильную боль. Помнит, как его вытащили из - под железобетонной плиты, которая упала на истца. В настоящее время истец проходит реабилитационные мероприятия. Осуществляет трудовые функции ФГУП «ГУССТ № 9 при Спецстрое России» в должности охранника.

Представитель истца ФИО3 просил исковые требования удовлетворить.

Представитель ответчика ФГУП «ГУССТ № 9 при Спецстрое России» ФИО4 (по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ) иск не признала, представила отзыв, в котором указала, что между ответчиком и истцом ДД.ММ.ГГГГ заключен трудовой договор №, согласно пункту 2.2 которого истец принят на работу в качестве монтажника по монтажу строительных и железобетонных конструкций 4 разряда. Согласно Акту № от ДД.ММ.ГГГГ о несчастном случае на производстве (форма 4) ДД.ММ.ГГГГ в 11.20 с работником «СМУ № 916» ФИО1 произошел несчастный случай на производстве. Постановлением о назначении административного наказания от ДД.ММ.ГГГГ на основании протокола № ФГУП «ГУССТ № 9 при Спецстрое России» за совершение административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена частью <данные изъяты> КоАП РФ, назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 50 000 рублей. Административный штраф уплачен ответчиком ДД.ММ.ГГГГ. По личному обращению истца ФИО1 предприятием была оказана материальная помощь в сумме 6 000 рублей. ДД.ММ.ГГГГ истец обратился к ответчику с заявлением о возмещении ему морального вреда в сумме 1 000 000 рублей, в связи с ухудшением здоровья из-за тяжелой травмы, полученной на производстве. Согласно «Программе реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания» от ДД.ММ.ГГГГ истцу назначено лечение (раздел 11 акта), санаторно-курортное лечение неврологического профиля 1 раз в год без сопровождающего, при этом в приспособлениях для трудовой деятельности и в быту, в обеспечении специальным транспортным средством истец не нуждается. ФИО1 может работать по специальности с уменьшением объема на 1/3. С ДД.ММ.ГГГГ и по настоящее время основной работой истца в соответствии с пунктами 2.2., 2.4. трудового договора (в редакции дополнительного соглашения от ДД.ММ.ГГГГ) является должность сторожа (вахтера). В соответствии с выпиской из карты стационарного больного № от ДД.ММ.ГГГГ оперативное лечение истцу проведено ДД.ММ.ГГГГ, общее состояние удовлетворительное, <данные изъяты> ходит самостоятельно без трости. Таким образом, заявление истца о том, что он «был прикован к больничной койке, сильных физических болях» противоречат выписке из карты стационарного больного от ДД.ММ.ГГГГ, а также «Программе реабилитации» от ДД.ММ.ГГГГ. Учитывая несение воинской службы истцом на территории республики Афганистан, назначение санаторно- курортного лечения неврологического профиля может быть связано с другим заболеванием, не связанным с производственной травмой. Данные обстоятельства следует учесть при определении размера компенсации морального вреда. Требование о возмещении судебных расходов в размере 30 000 рублей является необоснованным и явно несоразмерным, так как истцом не представлено доказательств понесенных истцом финансовых затрат в указанном размере. Исковое заявление составлено с ошибками, в материалы дела не представлены доказательств в подтверждение размера компенсации морального вреда.

Третье лицо ФИО2 против удовлетворения исковых требований не возражал.

Выслушав стороны, третье лицо, исследовав материалы дела, с учетом заключения прокурора, полагавшего требования истца, подлежащими удовлетворению, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 220 ТК РФ в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

По смыслу положений ст. 151 ГК РФ, ст. ст. 219, 220, 212 ТК РФ, ст. 8 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», работодатель должным образом не обеспечивший безопасность и условия труда на производстве, является субъектом ответственности за вред, причиненный работнику, когда такой вред причинен в связи с несчастным случаем на производстве либо профессиональным заболеванием.

В соответствии с п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная <данные изъяты> и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права.

Таким образом, общими основаниями ответственности работодателя за причинение работнику морального вреда являются: наличие морального вреда; неправомерное поведение (действие или бездействие) работодателя, нарушающее права работника; причинная связь между неправомерным поведением работодателя и страданиями работника; вина работодателя.

Как следует из, трудовой книжки истца, ФИО1 и ФГУП «ГУССТ № 9 при Спецстрое Росси» находились в трудовых отношениях с ДД.ММ.ГГГГ. Истец выполнял трудовые функции на строительном участке № в бригаде № в должности монтажника по монтажу стальных и ж/б конструкций.

Актом о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что ДД.ММ.ГГГГ, около 9 часов 10 минут, бригада в составе трех работников ФИО1, Г.С.А. и П.И.В. , под руководством ФИО2, приступили к демонтажу здания склада, который заключался в следующем: у ж/б элементов снимались крепления, после этого автокраном ж/б элементы поднимались и складировались на платформу автомобиля. Таким образом, были демонтированы четыре ж/б элемента. После демонтажа пятого ж/б элемента П.И.В. и Г.С.А. . под руководством ФИО2 стали устанавливать элемент на платформу автомобиля. В это время ФИО1 пошел искать деревянные бруски для использования их в качестве подкладки между ж/б элементами. Когда ФИО1 проходил мимо стоящего вертикально шестого ж/б элемента, ж/б элемент начал падать в сторону ФИО1 В результате падения стеновой панели ФИО1 оказался зажат между указанным элементом строения и металлической конструкцией, вследствие чего получил комплекс повреждений в виде закрытой травмы <данные изъяты>, который по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не мене чем на одну треть квалифицируется как причинивший тяжкий вред здоровью.

Комиссия провела расследование данного несчастного случая, в ходе которого было установлено, что ФИО1 работал по трудовому договору от ДД.ММ.ГГГГ №. Несчастный случай произошел в результате того, что при демонтаже ж/б элементов не были приняты меры безопасности от падения ж/б элементов, предусмотренные № д Проекта производства работ на демонтаж; п. 4.2.4 СНиП 12-04-2002. Не обеспечил данные меры безопасности ответственный производитель работ- ФИО2

Изложенное свидетельствует о ненадлежащем обеспечении ответчиком безопасных условий труда работника (ст. 212 ТК РФ).

В рамках уголовного дела № по обвинению мастера строительных и монтажных работ участка строительного № СМУ № ФГУП «ГУССТ № 9 при Спецстрое России» ФИО2 проведена судебная экспертиза.

Согласно заключению от ДД.ММ.ГГГГ № у ФИО1 на момент поступления в МСЧ № 4 ДД.ММ.ГГГГ в 13.09 часов имелся комплекс повреждений в виде <данные изъяты>. При поступлении состояние ФИО1 расценивалось как средней тяжести, что было обусловлено имеющимися повреждениями. После обследования был диагностирован <данные изъяты>. В последующие дни сохранялся болевой синдром. ДД.ММ.ГГГГ выполнена операция <данные изъяты> В послеоперационном периоде болевой синдром постепенно купировался, послеоперационная рана зажила <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ пациент выписан с рекомендациями.

Комплекс повреждений в виде закрытой травмы <данные изъяты> образовался незадолго до поступления в стационар от ударного воздействия тупым твердым предметом, на что указывают объективные клинические данные; причин вред здоровью, который по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть квалифицируются как тяжкий.

В силу ст. 71 ГПК РФ письменными доказательствами являются содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела, акты, договоры, справки, деловая корреспонденция, иные документы и материалы, выполненные в форме цифровой, графической записи, в том числе полученные посредством факсимильной, электронной или другой связи либо иным позволяющим установить достоверность документа способом. Письменные доказательства представляются в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии.

Суд полагает возможным принять указанное заключение как одно из письменных доказательств, оценивать его по правилам ст. 67 ГПК РФ.

Поскольку в судебном заседании установлено, что данный вред наступил по вине ответчика, суд полагает возможным взыскать с ФГУП «ГУССТ № 9 при Спецстрое России» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, учитывая, в том числе длительный восстановительный период, состояние здоровья истца.

Как следует из выписки из истории болезни ФБУ Центр Реабилитации ФСС РФ «Омский» ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился на лечении в указанном учреждении с диагнозом: ранний восстановительный период производственной травмы; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился на лечении в отделении реабилитации профпатологии.

Согласно справкам БУЗОО «Медико-санитарная часть №4» ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ проходил лечение на дневном стационаре с диагнозом: последствия производственной травмы от ДД.ММ.ГГГГ.

Кроме того, из справок усматривается, что у истца имеются сопутствующие заболевании: <данные изъяты>

ФИО1 разработана программа реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ установлено снижение работоспособности ФИО5 на 30%.

Принимая во внимание указанные обстоятельства, исходя из того, что вред наступил по вине ответчика, который не обеспечил надлежащий контроль за исполнением требований техники безопасности, суд определяет размер компенсации морального вреда в сумме 300 000 рублей, полагая, что такой размер компенсации согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст. 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Доводы ответчика о том, что реабилитационные мероприятия, показанные истцу, не связаны с производственной травмой, суд полагает необоснованными, не соответствующими указанным выше медицинским документам.

Также, по мнению суда, действия ответчика, уплатившего административный штраф, выплатившего материальную помощь истцу в размере 3 000 рублей, сами по себе не свидетельствуют о меньшем моральном вреде, который был причинен истцу в результате полученной травмы.

В соответствии с ч.1 ст. 98, 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, в том числе расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В Постановлении Пленума Верховного Суда от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (п.13).

Интересы истца в судебном заседании представлял ФИО3 (по ордеру).

Данные услуги оказаны на основании договора об оказании юридических услуг от ДД.ММ.ГГГГ №.

П.3.1 установлен размер вознаграждения за исполнение договора в сумме 30 000 рублей. На момент заключения договора в кассу адвокатского образования внесен аванс в размере 10 000 рублей.

Данный факт подтверждается квитанцией от ДД.ММ.ГГГГ серии АП №.

Учитывая объем оказанной юридической помощи: составление искового заявления, участие в одном судебном заседании, принимая во внимание, что исковые требования ФИО1 на сумму 2 000 000 рублей удовлетворены судом частично, а также доводы ответчика, указывающего на несоразмерность заявленной суммы судебных расходов сложности дела, суд считает разумными и подлежащими взысканию с ответчика судебные расходы истца в размере 8 000 рублей.

По правилам ст. 103 ГПК РФ с ответчика также надлежит взыскать в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей

На основании изложенного и, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФГУП «ГУССТ № 9 при Спецстрое России» о возмещении морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Унитарного предприятия «Главное управление специального строительства на территории Сибири при Федеральном агентстве специального строительства» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей.

Взыскать с Унитарного предприятия «Главное управление специального строительства на территории Сибири при Федеральном агентстве специального строительства» в пользу ФИО1 судебные расходы в сумме 8 000 рублей.

Взыскать с Унитарного предприятия «Главное управление специального строительства на территории Сибири при Федеральном агентстве специального строительства в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Омский областной суд путём подачи апелляционной жалобы в Ленинский районный суд города Омска в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме.

Судья

И.С. Селиванова

Решение в окончательной форме изготовлено 26.06.2017

Судья

И.С. Селиванова