Апелляционное определение № 33-2145/2025 от 10 декабря 2025 г.

Дело № 2-2879/2024 Председательствующий Белхароев Т.А.


Апелляционное определение

№ 33-2145/2025
11 декабря 2025 г.
г. Магас
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Ингушетия в составе:

председательствующего Кориговой М.А.,

судей Плиевой И.М. и Цурова Х.М.,

при секретаре судебного заседания Арчаковой З.М.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Ингушетия и Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Волгоградской области о признании незаконным решения о снижении размера пенсии, возложении обязанности возобновить выплату пенсии с даты снижения в прежнем размере с последующей индексацией и зачесть периоды работы в трудовой стаж

по апелляционным жалобам представителей ответчиков ФИО2 и ФИО3 на решение Магасского районного суда Республики Ингушетия от 4 сентября 2024 г., которым исковое заявление удовлетворено.

Заслушав доклад судьи Кориговой М.А., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ОСФР по Республике Ингушетия и ОСФР по Волгоградской области, в котором просит признать незаконным решение об уменьшении ей размера пенсии, обязать возобновить ей выплату страховой пенсии в прежнем размере с даты уменьшения, в размере, установленном до ее уменьшения, с последующей индексацией с 1 мая 2024 г., зачесть в трудовой стаж периоды работы по выписке из ИЛС и засчитать заработную плату по документам, учтенным до уменьшения пенсии, обратить решение суда к немедленному исполнению.

В обоснование иска указано, что истец является получателем страховой пенсии по старости, как многодетная мать. По состоянию на 1 апреля 2024 г. размер пенсии составлял 26 192,43 руб., на 1 мая 2024 г. - 13 577,29 руб. В ответ на ее обращение пенсионный орган сообщил о том, что в ходе проверки, проведенной Экспертным центром СФР по Волгоградской области, в апреля 2024 г. пенсионная выплата пересмотрена в сторону уменьшения в связи с завышенной заработной платой, из которой был исчислен размер пенсии. Решение пенсионного органа считает незаконным, нарушающим ее права и законные интересы как пенсионера.

Решением Магасского районного суда от 4 сентября 2024 г. исковые требования удовлетворены. Суд признал незаконным решение об уменьшении размера пенсии ФИО1, обязал ответчиков возобновить ей выплату страховой пенсии в прежнем размере с даты уменьшения, в размере, установленном до ее уменьшения, с последующей индексацией с 1 мая 2024 г., зачесть в трудовой стаж периоды работы по выписке из ИЛС и засчитать заработную плату по документам, учтенным до уменьшения пенсии. Решение суда в части возобновления выплаты страховой пенсии в прежнем размере с даты уменьшения, в размере, установленном до ее уменьшения, с индексацией обращено к немедленному исполнению.

В апелляционных жалобах представитель ОСФР по Республике Ингушетия ФИО2 и представитель ОСФР по Волгоградской области ФИО3 просят отменить решение суда и вынести по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме, ссылаясь на то, что выводы суда первой инстанции являются незаконными и необоснованными, противоречат фактическим обстоятельствам и доказательствам по делу, которым не дана надлежащая оценка.

Стороны, извещенные о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в судебное заседание не явились, о причинах неявки не сообщили, в связи с чем судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено и следует из материалов дела, а также исследованного судом первой инстанции пенсионного дела, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является получателем страховой пенсии по старости, как многодетная мать, назначенной в соответствии с Федеральным законом от 17 декабря 2022 г. №173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации».

В ходе проверки Экспертным центром СФР по Волгоградской области в апреле 2024 г. размер страховой пенсии был пересчитан в сторону уменьшения в связи с завышенной заработной платой, из которой был исчислен размер пенсии.

На 1 апреля 2024 г. размер пенсионной выплаты составлял 26 192,43 руб., на 1 мая 2024 г. – 13 577,29 руб.

Указанные обстоятельства усматриваются из ответа ОСФР по Республике Ингушетия от 14 мая 2024 г. на обращение истца по вопросу пенсионного обеспечения.

Разрешая спор и удовлетворяя заявленные истцом требования, руководствуясь положениями Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях", правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации, изложенными в постановлениях от 29 января 2004 г. №2-П, от 14 января 2016 г. №1-П, разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 11 декабря 2012 г. №30 «О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии», исходил из возраста истца, длительного периода получения пенсии, права на пенсионное обеспечение в соответствии с принципами поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, а также не представления ответчиками доказательств правомерности осуществленных ими действий по снижению размера пенсии.

Судебная коллегия полагает данный вывод суда законным и обоснованным в силу следующего.

В соответствии со ст. 12 ГПК РФ правосудие в Российской Федерации по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, при этом в соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Исходя из смысла ст. 39 Конституции Российской Федерации право на социальное обеспечение по возрасту относится к числу основных прав гражданина, гарантированных Конституцией Российской Федерации.

В силу ч. 2 ст. 39 Конституции Российской Федерации государственные пенсии и социальные пособия устанавливаются законом.

Основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии установлены Федеральным законом от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях".

В п.5 ст.3 указанного Федерального закона для целей этого федерального закона дано понятие установления страховой пенсии, как назначения страховой пенсии, перерасчета и корректировки ее размера, перевода с одного вида пенсии на другой.

Статьей 6 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ предусмотрено, что в соответствии с этим федеральным законом устанавливаются следующие виды страховых пенсий: страховая пенсия по старости, страховая пенсия по инвалидности и страховая пенсия по случаю потери кормильца.

Размер страховой пенсии по старости определяется по формуле, приведённой в ч. 1 ст. 15 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях".

В случае обнаружения органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, ошибки, допущенной при установлении и (или) выплате страховой пенсии, установлении, перерасчёте размера, индексации и (или) выплате фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учётом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии), производится устранение данной ошибки в соответствии с законодательством Российской Федерации. Установление указанной пенсии или выплаты в размере, предусмотренном законодательством Российской Федерации, или прекращение выплаты указанной пенсии или выплаты в связи с отсутствием права на них производится с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором была обнаружена соответствующая ошибка (ч. 4 ст. 28 Федерального закона "О страховых пенсиях").

В рамках этих правоотношений в случае выявления ошибки, допущенной пенсионным органом при назначении пенсии гражданину, - при отсутствии с его стороны каких-либо виновных действий, приведших к неправомерному назначению пенсии, - бремя неблагоприятных последствий, связанных с устранением выявленной ошибки, должно распределяться на основе общеправового принципа справедливости, исключающего формальный подход, и с учётом особенностей жизненной ситуации, в которой находится гражданин, продолжительности периода, в течение которого он получал назначенную по ошибке пенсию, и других значимых обстоятельств (абзац четвёртый пункта 5 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14 января 2016 г. №1-П).

Конституционный Суд Российской Федерации также указывал, что принципы правовой справедливости и равенства, на которых основано осуществление прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации как правовом и социальном государстве, в том числе права на социальное обеспечение (в частности, пенсионное обеспечение), по смыслу статей 1, 2, 6 (часть 2), 15 (часть 4), 17 (часть 1), 18, 19 и 55 (часть 1) Конституции Российской Федерации, предполагают правовую определённость и связанную с ней предсказуемость законодательной политики в сфере пенсионного обеспечения.

Из приведённых норм материального права, подлежащих применению к спорным отношениям, и изложенных правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации следует, что законом предусмотрена возможность исправления ошибки, допущенной пенсионным органом при установлении или перерасчёте размера пенсии.

При этом необходимо соблюдение баланса публичных и частных интересов, вследствие чего бремя неблагоприятных последствий, связанных с устранением выявленной ошибки, должно распределяться на основе общеправового принципа справедливости, исключающего формальный подход. В связи с этим при разрешении вопроса об исправлении такой ошибки в случае отсутствия со стороны пенсионера каких-либо виновных действий, приведших к неправомерному назначению или перерасчёту пенсии, должны учитываться интересы пенсионера, особенности жизненной ситуации, в которой он находится, его возраст, продолжительность периода получения им пенсии в размере, ошибочно установленном ему пенсионным органом и другие значимые обстоятельства.

Как обоснованно отмечено судом первой инстанции, факт осуществления истцом трудовой деятельности подтверждается сведениями из ее трудовой книжки, являющейся согласно Правилам подсчета и подтверждения страхового стажа для установления трудовых пенсий основным документом, подтверждающим периоды работы по трудовому договору.

В частности, из трудовой книжки истца серии АТ-III № 0472877, заполненной 29 апреля 1995 г., усматривается, что она в период с 1 октября 1985 г. по 30 ноября 1993 г. работала в качестве санитарки в Назрановской районной больнице, с 1 декабря 1993 г. по 9 апреля 2001 г. – в качестве гладильщицы в прачечной, с 1 мая 2001 г. по 8 июня 2001 г. – в качестве делопроизводителя в ООО «Зуна».

В деле также имеется справка о заработной плате от 30 июня 2001 г. № 212, данные о результатах расчета заработка за период с 1975 г. по 1979 г., с 1999 г. по 2001 г.

Согласно справке от 7 сентября 1999 г. № 80, выданной Строительно-монтажным управлением № 2 «ГЛАВЮЖТРУБОПРОВОДСТРОЙ», ФИО1 работала в данном управлении в качестве разнорабочей в период с 7 мая 1968 г. по 24 сентября 1985 г.

В справке за №81 от 7 сентября 1999 г., выданной тем же предприятием, содержатся сведения о заработной плате истца за период работы с 1975 г. по 1979 г.

Из справки от 16 марта 2001 г. № 1913 следует, что истец является матерью шестерых детей, воспитавшей их до 8 лет.

При таких обстоятельствах, учитывая, что при уменьшении размера пенсии ответчиками не были учтены продолжительность получения истцом ФИО1 пенсии в ранее установленном размере, ее возраст, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о необходимости удовлетворения исковых требований в части признания решения пенсионного органа о снижении размера пенсии незаконным и возложении на ответчиков обязанности возобновить выплату страховой пенсии в прежнем размере с даты уменьшения, в размере установленном до ее уменьшения, с последующей индексацией.

Между тем добросовестность действий истца презюмируется в силу закона, следовательно, на ответчиках лежит обязанность представить бесспорные доказательства, подтверждающие предоставление истцом недостоверных сведений при назначении пенсии.

Однако такие доказательства ответчиками суду не представлены.

Доводы апелляционных жалоб о нарушении судом норм процессуального права при обращении решения к немедленному исполнению судебная коллегия отклоняет.

Необоснованное уменьшение получаемой истцом пенсии с учетом ее возраста и невозможности возвращения к трудовой деятельности для приобретения права на пенсионное обеспечение фактически лишило ее надлежащих средств к существованию, учитывая, что данная пенсия является для ФИО1 единственным доходом, доказательства обратного материалы дела не содержат.

Вместе с тем судебная коллегия полагает заслуживающим внимание довод жалобы о том, что в решении суда не указаны конкретные периоды работы истца по выписке из ИЛС, подлежащие зачету в трудовой стаж, в связи с чем решение суда в указанной части подлежит отмене с принятием по делу нового решения об отказе в удовлетворении иска в этой части требования.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Магасского районного суда Республики Ингушетия от 4 сентября 2024 г. отменить в части удовлетворения искового заявления ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Ингушетия и Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Волгоградской области о возложении обязанности зачесть в трудовой стаж периоды работы по выписке из ИЛС, вынести в указанной части новое решение, которым в удовлетворении искового требования ФИО1 отказать.

В остальной части решение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы представителей ответчиков удовлетворить частично.

Мотивированное определение изготовлено 25 декабря 2025 г.

Председательствующий

Судьи