Решение № 2-3/2019 2-3/2019(2-510/2018;)~М-373/2018 2-510/2018 М-373/2018 от 23 января 2019 г. по делу № 2-3/2019

ЗАОЧНОЕ
РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

23 января 2019 г. Ахтубинский районный суд Астраханской области в составе: председательствующего судьи Лябах И.В.,

при секретаре Пичугиной Т.Н.,

с участием прокурора Сардарова Ф.А.,

истца ФИО1

представителя истца ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Ахтубинске в помещении Ахтубинского районного суда гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ответчику ФИО3 о взыскании материального ущерба в размере 49973 рубля, компенсации морального вреда в размере 10000 рублей, причиненных в результате столкновения ДД.ММ.ГГГГ примерно в <данные изъяты> часов моторной лодки 1, регистрационный номер №, принадлежащей ему (истцу) на праве собственности, под управлением Свидетель №1, и моторной лодки 2, регистрационный номер №, под управлением ФИО3 В результате столкновения маломерных судов, он и Свидетель №1 упали в воду, получив переохлаждение; также перестали функционировать смартфоны «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>», стоимость которых согласно заключению товароведческой экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ № составляет 39211 и 1587 рублей соответственно; утрачены сапоги <данные изъяты>, стоимостью 9175 рублей. По результатам проведенной Следственными комитетом <данные изъяты> процессуальной проверки, в возбуждении уголовного дела отказано в связи с причинением имущественного вреда менее 1000000 рублей.

Истец ФИО1 и его представитель ФИО4 в судебном заседании исковые требования поддержали по основаниям, изложенным в иске. Просили взыскать с ответчика ФИО3 материальный ущерб в размере 49973 рубля, из которого стоимость смартфона «<данные изъяты>» 39211 рублей, стоимость смартфона «<данные изъяты>» 1587 рублей, стоимость сапог <данные изъяты> 9175 рублей, а также компенсацию морального вреда 10000 рублей, судебные расходы, понесенные на оплату юридических услуг в размере 10000 рублей и на оплату государственной пошлины при подаче иска в суд в размере 1699 рублей.

Ответчик ФИО3 и его представитель ФИО5 в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, о чем в материалах дела имеются сведения.

В соответствии со статьей 233 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случае неявки в судебное заседание ответчика, извещенного о времени и месте судебного заседания, не сообщившего об уважительных причинах неявки и не просившего о рассмотрении дела в его отсутствие, дело может быть рассмотрено в порядке заочного производства, если истец против этого не возражает.

Истец и его представитель на рассмотрение дела в порядке заочного производства согласны.

Определение суда о рассмотрении дела в порядке заочного производства занесено в протокол судебного заседания.

Выслушав истца ФИО1 и его представителя ФИО4, заключение прокурора Сардарова Ф.А., полагавшего необходимым размер компенсации морального вреда определить с учетом требований разумности и справедливости и требований статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, исследовав материалы дела и материалы проверки сообщения о преступлении №, оценив в совокупности представленные доказательства, суд приходит к следующему.

В силу статьи 2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации целью гражданского судопроизводства является защита нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов субъектов гражданских правоотношений. В развитие закрепленной в статьи 46 Конституции Российской Федерации гарантии на судебную защиту прав и свобод человека и гражданина часть 1 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации устанавливает, что заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Тем самым гражданское процессуальное законодательство исходит из того, что любому лицу судебная защита гарантируется только при наличии оснований предполагать, что права и свободы, о защите которых просит лицо, ему принадлежат и при этом указанные права и свободы были нарушены или существует реальная угроза их нарушения.

В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 22 апреля 2010 г. № 478-О-О указано, что норма части 1 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в силу которой правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, конкретизируется в части 1 статьи 56 того же Кодекса, в силу которой каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Обязанность по доказыванию приведенных обстоятельств возложена процессуальным законом (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) на заинтересованное лицо, обратившееся в суд за защитой права.

Согласно Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью; признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства (статья 2); в Российской Федерации как социальном государстве, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека, охраняется здоровье людей (статья 7); осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц (статья 17, часть 3); каждый имеет право на жизнь, право на государственную охрану достоинства личности и право на охрану здоровья (статья 20, часть 1; статья 21, часть 1; статья 41, часть 1).

Гражданский кодекс Российской Федерации (глава 59), устанавливая - исходя из конституционных основ правового регулирования отношений, связанных с возмещением вреда, причиненного деликтом, - общие положения о возмещении вреда (статья 1064-1083), предусматривает специфику ответственности за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (статья 1079), и особенности компенсации морального вреда (статьи 1099-1101).

Судно и деятельность по его эксплуатации являются источником повышенной опасности, а возмещение вреда, причиненного источником повышенной опасности, выделено законодателем в специальный деликт, который изложен в статье 43 Кодекса внутреннего транспорта Российской Федерации.

Таким образом, столкновение судов юридически - это одна из форм взаимодействия источников повышенной опасности, которое влечет правовые последствия в виде наступления обязательств по возмещению вреда.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ примерно в <данные изъяты> часов в акватории реки <данные изъяты> произошло столкновение маломерных судов: моторной лодки «2», регистрационный (бортовой) номер №, с мотором «<данные изъяты>», принадлежащей на праве собственности ФИО3 и под его управлением, с находящимся в лодке пассажиром ФИО7, и моторной лодки «1», регистрационный (бортовой) номер №, под управлением Свидетель №1 с находящимся в лодке пассажиром ФИО1

ДД.ММ.ГГГГ Свидетель №1 обратился в ОМВД России по <адрес> с заявлением о принятии мер к неизвестному лицу, который находясь на реке <данные изъяты> в районе <адрес>, совершил столкновение с его лодкой «1», вследствие чего ему причинен материальный ущерб.

ДД.ММ.ГГГГ в ОМВД России по <адрес> обратился ФИО1 с заявлением о привлечении к ответственности ФИО3, который ДД.ММ.ГГГГ в результате столкновения с лодкой, принадлежащей Свидетель №1, причинил ему (ФИО1) материальный ущерб на сумму 65000 рублей.

По сообщению о совершении Перваком В.Б. преступления <данные изъяты> следственным отделом Следственного Комитета Российской Федерации <данные изъяты> проведена проверка.

Проверкой установлено, что ДД.ММ.ГГГГ около <данные изъяты> часов в акватории реки <данные изъяты> лодка «2» под управлением ФИО3 с находящимся в лодке пассажиром ФИО6 носовой частью совершила столкновение с правой задней частью лодки «1» под управлением Свидетель №1 с находящимся в лодке пассажиром ФИО1

В результате столкновения, Свидетель №1 и ФИО1 упали в воду, затем самостоятельно забрались обратно в лодку, получив переохлаждение, ФИО1 утерял в воде охотничьи сапоги «<данные изъяты>», намочил смартфоны «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>», ФИО3, ударившись о металлическую конструкцию лобового стекла лодки, получил телесные повреждения в виде ран, гематом и кровоподтеков лица, оба маломерных судна получили повреждения: лодка «1» в виде вмятины на правом борту задней части судна и нарушения целостности лакокрасочного покрытия, лодка «2» получила повреждения носовой части.

Как следует из материала процессуальной проверки №, в рамках проверки отобраны объяснения от всех участников происшествия: Свидетель №1, ФИО1, ФИО3, ФИО7, проведено медицинское освидетельствование ГБУЗ АО «<данные изъяты>» ФИО3, у которого обнаружены телесные повреждения в виде ран лица, гематомы и кровоподтеков лица; проведены осмотр лодки «1», смартфонов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>», проведена судебно- медицинская экспертиза ФИО1, из которого следует, что в лечебном учреждении, куда обратился ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, установлен диагноз «<данные изъяты>»; проведена судебная товароведческая экспертиза, согласно которой рыночная стоимость мобильного телефона «<данные изъяты>» с учетом периода его эксплуатации до затопления составляет 1587 рублей, рыночная стоимость мобильного телефона» «<данные изъяты>» с учетом периода его эксплуатации до затопления составляет 39211 рублей.

Перваком В.Б. в рамках проверки даны объяснения, из которых следует, что подплывая к месту рыбалки в районе <адрес> в темное время суток, был ослеплен прожектором с двигавшейся в поперечном направлении лодки, потерял координацию, пытался остановить лодку, но не сумел, и его лодка столкнулась с лодкой «1».

В свою очередь, Свидетель №1 в письменных объяснениях указал, что проезжая по реке <данные изъяты> в районе <адрес> в темное время суток услышал справа звук приближающейся моторной лодки, осветил прожектором место, откуда доносился звук, чтобы попытаться увидеть лодку, которая к ним приближалась, в этот момент, приближавшаяся лодка совершила столкновение с его лодкой в районе задней части правого борта.

Постановлением заместителя руководителя <данные изъяты> следственного отдела Следственного Комитета <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ в возбуждении уголовного дела по признакам состава преступления, предусмотренного частью 1 статьи 263 Уголовного дела Российской Федерации, в отношении ФИО3 отказано за отсутствием в деянии состава преступления.

Из постановления следует, что при принятии решения об отказе в возбуждении уголовного дела заместитель руководителя <данные изъяты> следственного отдела Следственного Комитета <данные изъяты> пришел к выводу о нарушении как Перваком В.Б., так и Свидетель №1 Правил плавания по внутренним водным путям Российской Федерации, утвержденных Приказом Министерства транспорта Российской Федерации от 14 октября 2002 г. № 129, в частности пунктов 15, 16, 17, 37, 38, 136, 160). Однако, учитывая, что в результате столкновения лодок тяжкий вред здоровью кому- либо из участников данного происшествия причинен не был, а ущерб, причиненный в результате столкновения не превышает 1000000 рублей, отказал в возбуждении уголовного дела в отношении военнослужащего ФИО3, направив сообщение о преступлении в <данные изъяты> межрайонный следственный отдел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по подследственности в связи с наличием в действиях Свидетель №1 признаков преступления, предусмотренного частью 1 статьи 263 Уголовного дела Российской Федерации.

Постановлением следователя <данные изъяты> межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ в возбуждении уголовного дела по признакам состава преступления, предусмотренного частью 1 статьи 263 Уголовного дела Российской Федерации, в отношении Свидетель №1 отказано за отсутствием в деянии состава преступления.

Единый порядок пользования маломерными судами, включая водные мотоциклы (гидроциклы), установлен Правилами пользования маломерными судами на водных объектах Российской Федерации, утвержденными Приказом Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий от 29 июня 2005 года № 502 (действующими на момент совершения столкновения маломерных судов),

Пунктом 11 Правил пользования маломерными судами на водных объектах Российской Федерации предусмотрено, что при пользовании водными объектами для плавания на маломерных судах судоводители маломерных судов обязаны обеспечить безаварийное плавание судов и безопасность людей на водных объектах.

Согласно пункту 7 Правил пользования маломерными судами на водных объектах Российской Федерации безопасная скорость движения маломерных судов на акваториях в границах населенных пунктов и баз (сооружений) для стоянок маломерных судов устанавливается Главным государственным инспектором по маломерным судам субъекта Российской Федерации применительно к местным условиям и в соответствии с Правилами плавания по внутренним водным путям Российской Федерации, утвержденными Приказом Министерства транспорта Российской Федерации от 14 октября 2002 г. № 129 (действующими на момент совершения столкновения маломерных судов).

При этом, безопасная скорость - это скорость, которая позволяет обеспечивать безопасное движение, маневрирование и остановку судна в пределах расстояния, требуемого сложившимися обстоятельствами.

Согласно пункту 8 указанных Правил, содержащему перечень случаев запрета на пользование маломерными судами на водных объектах Российской Федерации, при плавании на маломерных судах запрещается, в частности: нарушать правила маневрирования, подачи звуковых сигналов, несения бортовых огней и знаков.

Правилами плавания по внутренним водным путям Российской Федерации предусмотрено, что судоводители должны принимать все меры предосторожности с целью, в том числе, предотвращения опасности для человеческой жизни, повреждения судов (пункт 15).

Как следует из пункта 16 Правил плавания по внутренним водным путям Российской Федерации, для предотвращения непосредственно угрожающей опасности или ее возможных последствий судоводители должны уменьшить скорость до минимальной и принять все меры, которые диктуются практикой судовождения или особыми обстоятельствами, даже если вынуждены отступать от настоящих Правил.

В случае неуверенности в оценке ситуации (неясность в действиях других судов, неподача или неправильное подтверждение сигналов, потеря ориентировки, отсутствие или неисправность знаков навигационного оборудования и т.п.) судоводитель должен уменьшить ход или прекратить движение до выяснения ситуации (пункт 17 Правил плавания по внутренним водным путям Российской Федерации).

При транспортном происшествии с возможной опасностью для находящихся на борту лиц капитан должен использовать все имеющиеся в его распоряжении средства для спасения этих лиц (пункт 37 Правил плавания по внутренним водным путям Российской Федерации).

Судоводителям запрещается использовать осветительные устройства и прожекторы, если они могут вызвать ослепление, создающее опасность или помехи для судоходства (пункт 56 Правил плавания по внутренним водным путям Российской Федерации).

Согласно пункту 136 Правил плавания по внутренним водным путям Российской Федерации если два судна идут встречными курсами таким образом, что может возникнуть опасность столкновения, то каждое судно должно изменить курс вправо с тем, чтобы они могли разойтись левыми бортами.

Согласно пункту 160 Правил плавания по внутренним водным путям Российской Федерации суда могут пересекать судовой ход, входить в подходы к портам в притоки, выходить из них после того, как они удостоверились, что эти маневры могут производиться безопасно и что другие суда не будут вынуждены внезапно изменять свой курс или скорость.

Как ответчик ФИО3, будучи ранее опрошенным в ходе рассмотрения спора по существу, так и ранее допрошенный в качестве свидетеля водитель лодки «1» Свидетель №1, в судебном заседании вину в столкновении маломерных судов не признали, указав о несоблюдении оппонентом правил безопасности движения и эксплуатации внутреннего водного транспорта.

Истец ФИО1 в судебном заседании пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ, возвращаясь с рыбалки на лодке «1» под управлением Свидетель №1, с включенными габаритными огнями и фонарем и на малой скорости, поскольку было темно, в районе <адрес> услышали звук работающего мотора и остановились, он (ФИО1) осветил прожектором водную территорию по левому борту лодки, затем, не успев осветить водную территорию по правому борту лодки, приблизившаяся лодка совершила столкновение с их лодкой в районе правого борта, от чего он и Свидетель №1 упали в воду.

Допрошенный в ходе рассмотрения спора по существу в качестве свидетеля водитель лодки «1» Свидетель №1 пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ в районе <адрес> в темное время суток, управляя лодкой «1» с находившимся в ней пассажиром ФИО1, возвращался с рыбалки, двигался на малой скорости по проложенному ранее навигатором водному треку, услышал шум мотора и остановил движение, в этот момент лодка ответчика без световых огней совершила столкновение в правый борт задней части его лодки.

Ответчик ФИО3 в возражениях на исковое заявление и в судебном заседании пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ он двигался на лодке «2» по правой стороне прорана реки <данные изъяты> в соответствие с требованиями пункта 133 Правил плавания по внутренним водным путям Российской Федерации, согласно которому судно на участке с двухсторонним движением должно следовать правой по ходу полосой движения, а там, где это затруднено (по путевым, гидрометеорологическим или иным условиям), - придерживаясь оси судового хода и обеспечивая готовность к безопасному расхождению со встречными судами левыми бортами. При этом каждое судно своевременно уклоняется вправо, насколько это необходимо и безопасно, и следует так до тех пор, пока встречное судно не будет оставлено позади. Лодка «1» вылетела с левой стороны прорана реки на большой скорости, увидев ее, он задействовал судовые огни включением тумблера, водитель лодки «1», увидев его лодку, притормозил, но очень близко, при этом, ослепил его (ФИО3) неоновыми огнями и направленным прожектором, в связи с чем, произошло столкновение. Считает, что Свидетель №1 были нарушены правила судовождения, находящиеся в непосредственно связи со столкновением, а именно требования, изложенные в указанных выше пунктах 16, 17, 56, 136 Правил плавания по внутренним водным путям Российской Федерации.

Опрошенный в качестве специалиста государственный инспектор по маломерным судам 2 категории инспекторского отделения <адрес> ФКУ «Центр ГИМС МЧС России по Астраханской области» ФИО12 в судебном заседании пояснил, что виновные действия судоводителя в нарушении правил судовождения находятся в непосредственной связи с местом столкновения. В <данные изъяты> отделении ГИМС МЧС России записей о данном происшествии не имеется. Указать каким судоводителем и какие конкретно правила судовождения, находящиеся в непосредственной связи со столкновением были нарушены, он не может, поскольку каждый судоводитель указывает иное место столкновение.

Согласно положениям статьи 43 Кодекса внутреннего водного транспорта Российской Федерации в случае, если столкновение судов произошло по вине одного из судов, убытки несет то судно, по чьей вине произошло столкновение. В случае, если столкновение судов произошло по вине двух или более судов, ответственность каждого из них за убытки определяется соразмерно степени вины. В случае, если невозможно установить степень вины каждого из судов, ответственность за убытки распределяется между ними поровну. Ни одно из участвовавших в столкновении судов не предполагается виновным, если не доказано иное.

Исходя из объяснений сторон, показаний свидетелей, письменных доказательств, сделать категорический вывод о лице, виновном в произошедшем столкновении маломерных судов невозможно, в данной сложившейся обстановке как водитель судна «1», так и водитель судна «2» при должной внимательности и осмотрительности имели возможность надлежащим образом оценить водную ситуацию в целом и не допустить столкновение маломерных судов, в связи с чем, и в действиях Свидетель №1, и в действиях ФИО3 усматривается нарушение правил безопасности движения и эксплуатации внутреннего водного транспорта. В нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороны не представили доказательств абсолютной, либо большей вины другого судоводителя.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о наличии обоюдной вины в столкновении обоих судов, но невозможности определения степени вины каждого из судов и полагает при разрешении настоящего спора руководствоваться положением пункта 2 статьи 43 Кодекса внутреннего водного транспорта Российской Федерации в части распределения ответственности за убытки между судами поровну в случае, если невозможно установить степень вины каждого из судов.

В соответствии с пунктом 2 статьи 44 Кодекса внутреннего водного транспорта Российской Федерации за убытки, причиненные имуществу третьих лиц, владельцы судов, виновных в столкновении, несут ответственность в соответствии с пунктом 2 статьи 43 Кодекса внутреннего водного транспорта Российской Федерации.

Несмотря на разъяснение судом правила распределение бремени несения расходов на возмещение вреда согласно пункту 2 статьи 43 Кодекса внутреннего водного транспорта Российской Федерации, истец в судебном заседании настаивал на заявленных требованиях к судоводителю лодки «2» Перваку В.В.

В части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

Соответственно, исходя из указанной нормы закона, в случае если истец не желает предъявлять исковые требования к судовладельцу лодки «1» Свидетель №1, суд должен разрешить спор в пределах заявленных истцом требований.

Как в исковом заявлении, так и в судебном заседании, истец ФИО1 и его представитель ФИО4 просили взыскать с ответчика ФИО3 в счет компенсации морального вреда 10000 рублей, материальный ущерб в размере 49973 рубля, исходя из стоимости смартфонов «<данные изъяты>» в размере 39211 рублей и «<данные изъяты>» в размере 1587 рублей, определенной заключением товароведческой экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ №, проведенной в рамках процессуальной проверки по сообщению о преступлении; стоимости сапог <данные изъяты> в размере 9175 рублей, исходя из информации, размещенной на официальном сайте компании <данные изъяты> (<данные изъяты>).

Ответчик ФИО3 и его представитель ФИО5, будучи ранее опрошенными в ходе рассмотрения спора по существу, размер причиненного материального ущерба не оспаривали, доказательств иной стоимости материального ущерба не представили. ФИО3 не согласился с доводами истца о степени снижения качества и стоимости смартфона «<данные изъяты>» в результате затопления на 100%.

В соответствии с частью 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Определением суда по ходатайству представителя истца судом по делу была назначена судебная товароведческая экспертиза, которая проведена экспертом Общества с ограниченной ответственностью «<данные изъяты>»,

Согласно заключению эксперта №, восстановление работоспособности и потребительских качеств смартфона «<данные изъяты>» в результате его затопления невозможно, его рыночная стоимость на ДД.ММ.ГГГГ с учетом округления составляет 42912 рублей.

Заключение дано экспертом в письменной форме, содержит исследовательскую часть, выводы и ответы на поставленные вопросы и подписано экспертом, составившим заключение. Эксперт об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации предупрежден. Отводы эксперту в установленном законом порядке сторонами по делу не заявлялись. В исследовательской части экспертного заключения в обоснование сделанного вывода эксперт приводит соответствующие данные из имеющихся в распоряжении документов, основывается на исходных объективных данных, учитывая имеющуюся в совокупности документацию.

Эксперт имеет высшее образование, соответствующую квалификацию судебного эксперта, каких-либо нарушений при проведении экспертизы допущено не было.

Экспертное заключение соответствует требованиям статей 8, 25 Федерального Закона Российской Федерации от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно- экспертной деятельности в Российской Федерации», статьи 80 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, может быть принято в качестве доказательства по делу.

Таким образом, суд считает, что результат проведенной по делу судебной товароведческой экспертизы № является допустимым и достоверным доказательством, оснований не доверять выводам указанной экспертизы у суда не имеется, поскольку она назначена и проведена в соответствии с нормами действующего законодательства, доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение ее выводы, суду не представлено.

На основании изложенного, суд приходит к выводу о размере причиненного истцу материального ущерба в размере 49973 рубля, исходя из стоимости стоимости сапог <данные изъяты> в размере 9175 рублей, стоимости смартфона «<данные изъяты>» в размере 1587 рублей, стоимости смартфона «<данные изъяты>» в размере 39211 рублей с учетом предусмотренных частью 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации требований, и на основании положений пункта 2 статьи 43 Кодекса внутреннего водного транспорта Российской Федерации о распределении ответственности за убытки между судами поровну в случае, в случае, если невозможно установить степень вины каждого из судов, приходит к выводу о взыскании с ответчика ФИО3 в пользу истца ФИО1 материального ущерба в размере 24986,50 рублей (49973/2).

Согласно статье 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В соответствии с пунктом 5 статьи 43 Кодекса внутреннего водного транспорта Российской Федерации владельцы судов, виновных в столкновении, отвечают солидарно перед третьими лицами за вред, причиненный в результате смерти или повреждения здоровья людей, причем судовладелец, уплативший большую сумму, чем ему следует уплатить в соответствии с пунктом 2 настоящей статьи, имеет право регресса к другим судовладельцам.

Моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др. (пункт 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

Согласно пункту 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Согласно пункту 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Как следует из материалов дела, после столкновения маломерных судов, истец ФИО1 обратился в ГУЗ «<данные изъяты>», где в ходе обследования ему был установлен диагноз «<данные изъяты>», что подтверждается Выпиской из истории болезни №.

Таким образом, разрешая требования ФИО1 о компенсации морального вреда, причиненного в связи с повреждением его здоровья, суд принимает во внимание положения статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации и приходит к выводу о том, что за моральный вред, причиненный истцу, несет ответственность ответчик, как владелец источника повышенной опасности.

Определяя размер компенсации причиненного ФИО1 морального вреда, суд с учетом предусмотренной пунктом 5 статьи 43 Кодекса внутреннего водного транспорта Российской Федерации солидарной ответственности владельцов судов, виновных в столкновении, перед третьими лицами за вред, причиненный в результате повреждения здоровья людей, а также статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации требований разумности и справедливости, позволяющих, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда, а также, принимая во внимание обстоятельства дела; характер полученных истцом повреждений, характер и степень физических и нравственных страданий, полагает определить размер компенсации морального вреда в размере 5000 рублей.

В соответствии со статьей 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии со статьей 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со статьей 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, в том числе относятся: расходы на оплату услуг представителей.

Как следует из представленных документов, ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ заключил с адвокатом <данные изъяты> ФИО4 соглашение №, в котором уполномочил представлять его интересы по делу о возмещении ущерба.

В качестве вознаграждения за оказанные услуги ФИО1 ФИО4 оплачено 10000 рублей, что подтверждается квитанцией №.

В целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Возмещение расходов на оплату услуг представителя регламентированы частью 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Из содержания указанной нормы закона следует, что возмещение судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, осуществляется той стороне, в пользу которой вынесено решение суда, в разумных пределах.

При этом гражданское процессуальное законодательство исходит из того, что критерием присуждения судебных расходов вообще и на представителя в частности является вывод суда о правомерности или неправомерности заявленного истцом требования, в связи с чем, правомочной на возмещение таких расходов будет являться сторона, в пользу которой состоялось решение суда: истец - при удовлетворении иска, ответчик - при отказе в удовлетворении исковых требований.

Норма статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации направлена на обеспечение баланса процессуальных прав и обязанностей сторон по делу и на реализацию требования части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

При этом, требование разумности затрат не означает ограничение права лица компенсировать все фактически понесенные расходы, но исключает возмещение необоснованно завышенных затрат, расходов, не предназначенных исключительно для наилучшей защиты нарушенных прав и интересов и сопряженных со злоупотреблениями правами.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 16 февраля 2012 г. № 382-О-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

Принимая во внимание, что исковые требования ФИО1 удовлетворены частично, истцом понесены судебные расходы в виде оплаты юридических услуг в объеме составления искового заявления, представления его интересов в ходе рассмотрения спора по существу, исходя из сложности и характера спора, объема проделанной представителем истца работы и с учетом требований статей 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд полагает возможным расходы на оплату услуг представителя истца взыскать в размере 9000 рублей, государственную пошлину в размере 1249,58 рублей.

Руководствуясь статьями 98, 194-199, 235-238 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к ФИО3 о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 материальный ущерб в размере 24986,50 рублей, компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей и судебные расходы в размере 10249,58 рублей, всего- 40236,08 рублей.

В остальной части требований отказать.

Заявление об отмене заочного решения ответчиком может быть подано в течение семи дней со дня вручения копии решения в Ахтубинский районный суд.

Заочное решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Астраханского областного суда через Ахтубинский районный суд в апелляционном порядке в течение месяца по истечении срока подачи ответчиком заявления об отмене этого решения, а в случае если такое заявление подано,- в течение месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.

Судья: Лябах И.В.