Решение № 2-112/2021 2-112/2021(2-940/2020;)~М-631/2020 2-940/2020 М-631/2020 от 4 марта 2021 г. по делу № 2-112/2021

мотивированное
решение изготовлено

05 марта 2021 года

Дело № 2-112/2021

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

17 февраля 2021 года г. Сосновый Бор

Сосновоборский городской суд Ленинградской области в составе:

председательствующего судьи Алексеева М.А.,

при секретаре Кузнецовой М.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 и ФИО3 к администрации муниципального образования Сосновоборский городской округ Ленинградской области о признании членами семьи нанимателя и возложении обязанности заключить договор социального найма жилого помещения,

установил:

истцы ФИО1 и ФИО3 обратились в Сосновоборский городской суд Ленинградской области с иском к администрации муниципального образования Сосновоборский городской округ Ленинградской области, в котором просят признать их членами семьи нанимателя жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, ФИО7, умершей ДД.ММ.ГГГГ, и возложить на ответчика обязанность заключить с ними договор социального найма в отношении названной квартиры.

Иск мотивирован тем, что ФИО1 и ФИО3 зарегистрированы по месту жительства по адресу: <адрес>. Ответственным квартиросъемщиком данного жилого помещения являлась ФИО7 Регистрация истцов по месту жительства в данной квартире произведена 10 февраля 2005 года. Истцы указывают, что с момента их регистрации и по договоренности с ФИО7 вносилась плата за жилое помещение, велась общая хозяйственная деятельность, поддерживалось надлежащее состояние жилого помещения, обеспечивалась его сохранность. Ссылаются, что в период совместного проживания с ФИО7, начиная с момента вселения в квартиру, между ними сложились теплые семейные отношения, они много общались, помогали друг другу, совместно выполняли работы по дому, уборку помещений, участвовали в улучшении жилищных условий, косметическом ремонте, приобретении мебели и сантехники, имели общие расходы на приобретение продуктов питания и бытовые нужды. Наниматель жилого помещения и члены ее семьи были сняты с регистрационного учета в связи со смертью. После смерти ФИО7 наследников не имеется. В мае 2020 года ФИО1 обратилась в администрацию муниципального образования Сосновоборский городской округ Ленинградской области для заключения договора социального найма, но ей было отказано. По мнению истцов, поскольку названная квартира является для них единственным местом жительства, они имеют право на заключение договора социального найма.

В судебное заседание истцы ФИО1, ФИО3 и представитель ФИО1 – адвокат Сидоров Н.В., явились, иск поддержали.

Представитель ответчика администрации муниципального образования Сосновоборский городской округ Ленинградской области ФИО4 в судебном заседании возражала против иска, указывая на то, что ФИО1 и ФИО3 членами семьи ФИО7 не являлись.

Выслушав объяснения лиц, явившихся в судебное заседание, допросив в качестве свидетелей ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО10, ФИО16, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Установлено, что на основании ордера №, выданного 28 марта 1995 года, ФИО7 на состав семьи из трех человек: она, ФИО11 (муж), ФИО12 (сын), в пользование было предоставлено жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>.

Согласно выписке из реестра собственности муниципального образования Сосновоборский городской округ Ленинградской области, названная квартира состоит в казне муниципального образования Сосновоборский городской округ Ленинградской области.

Из справки Формы № 9 следует, что ФИО12 и ФИО11 были зарегистрированы в указанной квартире с 01 июня 1995 года, а ФИО7 с 29 мая 2003 года.

ФИО11 умер ДД.ММ.ГГГГ, ФИО12 умер ДД.ММ.ГГГГ.

Приговором Сосновоборского городского суда Ленинградской области от 08 февраля 2001 года по делу № ФИО7 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ и ей назначено наказание в виде 5 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима в связи с причинением тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни ФИО11, повлекшего по неосторожности его смерть.

ФИО7 была освобождена из мест лишения свободы 30 апреля 2003 года условно-досрочно.

ФИО1 и ФИО3 зарегистрированы по месту жительства по адресу: <адрес> 10 февраля 2005 года и по настоящее время. В справке Формы № 9 в графе «отношение к собственнику» в отношении ФИО1 указано «знакомая», в отношении ФИО3 «дочь знакомой».

Согласно представленным выпискам из ЕГРН, жилых помещений в собственности на территории Российской Федерации они не имеют.

Согласно записи акта о смерти №, ФИО7 умерла ДД.ММ.ГГГГ. В графе № актовой записи имеется указание на то, что лицом, сделавшим заявление о смерти, является ФИО20

Письмом администрации муниципального образования Сосновоборский городской округ Ленинградской области от 19 июня 2020 года № ФИО1 отказано в заключении договора социального найма и предложено освободить жилое помещение.

Между тем, истцы ФИО1 и ФИО3, ссылаясь на ведение совместного хозяйства с ФИО7, представили документы, подтверждающие оплату коммунальных услуг, установку приборов учета и их эксплуатации, замену окон в квартире по адресу: <адрес>.

В судебном заседании 13 января 2021 года в ходе дачи пояснений по делу ФИО1 указала на то, что по приезду в 2003 году в г. Сосновый Бор жила у двоюродного брата и через полгода начала искать комнату в квартире чтобы снять, поскольку они проживали в однокомнатной квартире всемером. Искала жилое помещение совместно с дочерью. ФИО7 являлась ее знакомой, поскольку она приходила периодически помогать разгружать мусор на месте работы ФИО1 в ЖЭК № 4. ФИО7 подошла к ФИО1 и позвала к себе жить, сказала, что комнату ей сдаст. На тот период ей необходимо было оплачивать квартиру, у нее имелась большая задолженность, и ей нужно было чтобы задолженность не росла. ФИО1 пришла и начала платить за квартиру, на руки ФИО7 денег не давала. В квартире у ФИО7 она начала жить вместе с дочерью с июля-августа 2004 года. Непосредственно ФИО7 плату за жилое помещение она не вносила. На тот период ФИО7 было важно, чтобы задолженность не росла. С их приездом ФИО7 не платила за квартиру. В дальнейшем ФИО7 согласилась зарегистрировать по месту жительства истцов, они вместе проживали и ФИО1 гасила все задолженности ныне умершей. Изначально их отношения с ФИО7 были просто как у знакомых. В квартире К-вы постоянно проживали. С течением времени отношения с ФИО7 не менялись, они общались, разговаривали, согласовывали замену окон, батарей. За продукты питания ФИО1 с ФИО7 денег не брала и их не ждала, если чего-то не хватало, то ФИО7 могла купить. Они вместе питались, вместе сидели за столом по праздникам. Это было нечасто. ФИО1 покупала ФИО7 очки, ключи делали, поскольку ФИО7 их часто теряла. Истец называла ФИО7 «Татьяна», дочь «тетя Таня», а ее она называла просто «Лида». В холодильнике разделения продуктов не было. Деньги с ФИО7 ФИО1 не брала, ФИО7 могла купить что-то в магазине. ФИО7 знала где находятся накопления ФИО1 ФИО7 присматривала за ФИО3, иногда встречала со школы и садика. ФИО7 устраивала свою личную жизнь с сожителем ФИО5. ФИО1 искала иногда ФИО7 При этом ФИО7 привлекалась к уголовной ответственности, поскольку по неосторожности убила мужа. ФИО7 сидела, вышла вроде досрочно. Деньги на карты друг-другу они не переводили. У ФИО7 была мама, до 2010 года она приезжала, но в настоящее время она умерла. У ФИО7 день рождения в мае 21. Дни рождения праздновали вместе, но не часто. ФИО7 умерла от инсульта, ее похоронами истец не занималась. Она последнее время приходила, последние 2-3 года, через 3 месяца. ФИО7 сказала ФИО1, что она взрослый человек и искать ее не надо. Последние 2-3 года ФИО7 в квартире не проживала, приходила только посмотреть, пообщаться, что-то из вещей взять. У нее были свои ключи от квартиры. Она жила с сожителем ФИО5. ФИО2 ей не знакома. У ФИО7 была подружка «Люся». Попыток выселить ее из квартиры ФИО7 не предпринимала. Последние годы жизни с ФИО7 разногласий не было. ФИО7 говорила, что знает, что в квартире все хорошо, что она может в любой момент прийти, она доверяла ей. Похороны ФИО7 ФИО1 не оплачивала, на похоронах не была, поскольку не знала о смерти. Данную информацию сообщил ей Александр. На кладбище они были в октябре 2020 года. Татьяна умерла в январе, узнала она об этом в марте. Звонила в администрацию в августе, поскольку лежала в больнице. Когда ФИО1 вернулась из больницы и получила письмо из администрации, она начала обращаться к адвокату, поскольку сама не знала что делать. С детского садика ФИО6 ее дочь забирала не часто.

В судебном заседании 13 января 2021 года в ходе дачи пояснений по делу ФИО3 указала на то, что они начали все делать и узнавать информацию в августе, поскольку мама находилась в больнице. До этого не было физической возможности. Лично ее судьба ФИО6 интересовала, но она работала, поскольку был карантин и им были нужны деньги. Она подрабатывала где могла. О смерти ФИО6 лично ей стало известно 8 или 9 марта. ФИО6 лично ей деньги не давала. Просила ходить в магазин. Деньги у них были общие с мамой. ФИО6 помогала ей с русским и литературой, у нее было много книг. Одежду ФИО6 ей не покупала. С детского садика ФИО6 ее забирала. На момент смерти ФИО6 ей было 20 лет. На кладбище она вместе с матерью побывала в октябре. В квартире две комнаты: одна – истцов, другая – ФИО6. Комнаты на ключ не закрывались. В комнату ФИО6 не запрещала входить.

В судебном заседании 13 января 2021 года свидетель ФИО13 дал показания о том, что является двоюродным братом ФИО1, а Регина является его племянницей. На территории г. Сосновый Бор он проживает с 1997 года. Лидия и Регина приехали в г. Сосновый Бор в 2002-2003 году в связи с тем, что он их позвал. После переезда они проживали у него 1,5-2 года. Лидия работала дворником, пришла довольная и сказала, что с кем-то договорилась, что будет квартиру снимать, кто-то ее позвал к себе жить. Это было в 2005 году. Знает, что Татьяна. Он ее знал. Квартира находится в г. Сосновый Бор, точный адрес не помнит. Он в этой квартире был. Регина и Лидия проживают в данной квартире и сейчас. Последний раз он в той квартире был на днях, ФИО17 в квартире не было. С 2005 по 2019 год он бывал в квартире несколько раз в месяц. Их быт был обустроен нормально. Регина, Лидия и Татьяна бывали втроем в квартире, когда он приезжал. У них были свои комнаты. Ночевать в квартире он не оставался. Совместно отмечали праздники. Про сожителя он не помнит. Татьяна плату с Регины и Лидии не брала. Он помнит, что Лидия полностью оплатила задолженность по квартире, они совместно все делали. Он их возил по магазинам, они делали ремонт. Кто оплачивал товары он не видел. В квартире один холодильник, на стол накрывали совместно. Татьяна не предъявляла претензий к тому, что он появляется в квартире. О смерти ФИО17 известно со слов Лидии. Последний раз Татьяну видел в 2013-2014 году. После развода он редко встречался с сестрой. На похоронах и на месте захоронения ФИО17 он не был.

В судебном заседании 13 января 2021 года свидетель ФИО14 дал показания о том, что ФИО8 ему знакомы в связи с тем, что Татьяна прописала их в квартире в <адрес>. С Татьяной он знаком со времен «перестройки», потом он забрал ее к себе домой. Они начали вместе проживать. У Татьяны была фамилия ФИО7. Совместно они проживали лет 15 по адресу Молодежная 15-35. Татьяне была предоставлена квартира, у нее был муж, которого она убила. Сидела 5 лет, когда освободилась не помнит. Регина и Лидия в квартире, которую Татьяна им предоставила, проживали. Он в этой квартире проживал. Татьяна иногда в ту квартиру ходила по настроению или когда ходила за ягодами. Он не знает оплачивала ли Лидия или Регина квартиру, брала ли Татьяна с них деньги. Он не знает зачем Татьяна пустила в квартиру Лидию и Регину, он этим вопросом не интересовался. Татьяна сказала ему, что прописала их. Сейчас Татьяна умерла. В январе 2020 года. Он хоронил Татьяну. В квартире также жил сын истца. О Регине и Лидии Татьяна ему не говорила, они редко туда ходили. Был период когда Татьяна потеряла ключи и они вообще не ходили, потом сделали ключи и иногда ходили, последнее время тоже не ходили. Свои дни рождения Татьяна не отмечала. Новый год совместно с истцами не отмечали. Отношения ФИО17 и ФИО9 он может охарактеризовать как «знакомые». У них были хорошие отношения. Впечатления о том, что они стали семьей у него не сложилось. Он был один на похоронах, тело забирал он. К-вы обращались к нему с вопросом о том, где захоронена Татьяна. Они ездили вместе. О смерти ФИО17 никто не знал. Примерно спустя месяц он сходил к ФИО9 и сказал о смерти. Татьяна в период жизни не работала, коммунальные расходы по квартире не оплачивала. Он работал. Его деньги и деньги ФИО17 складывались в одну копилку, т.е у них имелся общий бюджет. В квартиру с Татьяной они ходили, чтобы посмотреть все ли в порядке. У Татьяны была своя комната в квартире, которую она не закрывала. Регина и Лидия проживали в другой комнате, вещи у них были разные. В квартире они были час-два. Лидия попросила его передать ей свидетельство о смерти ФИО17 и он его передал, поскольку он ее знал. О смерти ФИО17 он сам Лидию проинформировал, а свидетельство передал позже – месяца через 2. Лидии о смерти ФИО17 он сказал исходя из того, что она живет в квартире умершей. Иных лиц в квартире, кроме сына, он не видел. Себя он воспринимал гражданским супругом ФИО17, спали они в одной кровати. Регина и Лидия общего бюджета с Татьяной не имели. Он не знает, покупала ли Татьяна какие-либо вещи ФИО9. Пенсия Татьяны была около 7-8 тысяч. У ФИО17 Ивановны есть брат и сестра, которая оплатила похороны. Он видел сестру ФИО17 один раз, вместе с ней они оформляли документы, но сестра на похоронах не была. Сестру звали Таня или Галя. Они с Татьяной жили у него и в этот период она уведомила его о том, что пустила К-вых пожить.

В судебном заседании 13 января 2021 года свидетель ФИО15 дал показания о том, что ФИО7 ему знакома, так как она гражданская супруга ФИО14 на протяжении 10-15 лет, который живет на <адрес> является его соседом. У Александра он был в гостях. Татьяна Ивановна с ним (Александром) вела общее хозяйство, они вместе работали, вместе проживали, вели совместную жизнь, как нормальные люди. Присутствующие в зале судебного заседания женщины (К-вы) ему не знакомы, он их не видел. С Александром он в приятельских отношениях, он знает Александра более 10 лет. Тот по работе всегда был на виду. В квартире у Александра он бывал раз в год, по необходимости. У них есть общие домашние животные, которых они кормят. За счет этого и нашли общий язык. При посещеии квартиры Александра он Татьяну видел. Вывод о том, что Татьяна и Александр ведут общее хозяйство он сделал из того, что они всегда вместе ходили, у них не было друзей, каких-то компаний. Они всегда вдвоем – в магазин, с магазина, с работы и на работу. О том, что Татьяна являлась нанимателем квартиры он ранее не знал. Сейчас Татьяна умерла. Александр один ее хоронил, сестра помогала деньгами. Был разговор о том, что Татьяна была против передачи квартиры в пользование, но как-то получилось так, что незаконно прописали, лично она согласия на прописку не давала. Это был разговор ФИО17 и Александра. С Александром они постоянно проживали. Они даже на работе вместе ночевали, никуда друг от друга не отходили. Совместных детей у них не было, их родственников он не видел, слышал только, что есть сестра. В квартире на Ленинградской он не был. Александра и Татьяну во дворе он видел каждый день. Всей информацией он обладает исходя из своих визуальных наблюдений и контактов. После смерти ФИО17 он забрал их кошку, чтобы разгрузить Александра. Где находится свидетельство о смерти ФИО17 ему точно не известно.

В судебном заседании 17 февраля 2021 года свидетель ФИО10 дала показания о том, что она давно знакома с истцами К-выми. В квартире по адресу: <адрес> она бывала часто. Помимо Лидии и ее дочери в квартире проживала Татьяна. Фактически они были хорошими знакомыми, подругами. В квартире две комнаты. Сначала Татьяна проживала в большой комнате, потом они поменялись и Татьяна переехала в маленькую. Как-то они вместе отмечали Новый год, сидели на кухне за одним столом. Татьяна помогала Лидии отправлять Регину в садик и забирала из него, также и в школу в первый класс. Комнаты на ключ не закрывались, холодильник и плита были общими. Был однажды случай, когда свидетель лично просила у ФИО17 книги. Она не возражала против того, чтобы истцы пользовались ее книгами. ФИО18 ФИО17 свидетель не видела, видела подруг. Татьяна злоупотребляла алкоголем. Свидетель давала показания по событиям до 2015 года. С 2015 года она три года к Лидии не ходила. Сейчас отношения возобновились, Татьяну она не видела. С Лидой свидетель знакома с 1996 года примерно. В период знакомства она проживала в Челябинской области. В г. Сосновый Бор она приехала 15 февраля 1998 года. Лида приехала в ноябре 2003 года. В период с 1998 года по 2003 год они контакты поддерживали по телефону. Лидия приехала, поскольку у нее были проблемы с бывшим мужем и она попросила помощи у нее (свидетеля) и ее бывшего мужа. Бывший муж ФИО10 является двоюродным братом истца. В 2003 году ФИО9 приехала и проживала у них. Вместе проживали 7 месяцев, потом Лида познакомилась с Татьяной и переехала к ней, поскольку та предложила помощь. Татьяна посочувствовала Лиде, что тяжело в однокомнатной квартире жить и предложила переехать к ней, поскольку она одна и ей скучно. Они работали вместе в ЖЭК. В тот период времени свидетель Татьяну не знала. Татьяну она узнала в 2005 году. О том, что Татьяна позвала Лиду проживать ей известно со слов истца. У Татьяны были большие задолженности по квартплате и она попросила Лиду переехать и погасить задолженность. Размер задолженности свидетель не знает. Данная информация известна из общения с истцом и Татьяной, которая была благодарна Лидии, поскольку Татьяну хотели выселить. Это ей рассказывала Татьяна. В квартире ФИО17 она появлялась с 2005 по 2015 год на праздники. Примерно раз 5-7 в год. Татьяна в этот период была в квартире не каждый раз. Был период, когда Татьяна пропала и Лида ее искала. Иногда Татьяна была в квартире. Татьяну из квартиры никто не выгонял, она сама не желала в ней появляться. В квартире свидетель на ночь не оставалась. ФИО14 она не знает, как ничего не знает и о личной жизни ФИО17. Вывод о том, что у ФИО17 и К-вых был общий бюджет сделан, поскольку у них не было разделения холодильника и замков. Про деньги свидетель не знает. Все по квартире оплачивала Лида: квартплату, коммунальные услуги. Татьяна не оплачивала, поскольку периодически не работала. А не работала, поскольку употребляла алкогольные напитки. Свидетель видела Татьяну в состоянии алкогольного опьянения. Татьяна была запойной. Употребляла она алкоголь не дома. Квартира на Ленинградской состоит из двух комнат. При жизни ФИО6 Касимовы располагались в одной комнате, а другая была комната ФИО6. В обоих комнатах свидетель была. ФИО6 и К-вы имели доступ в обе комнаты. Без участия Касимых свидетель с Татьяной связь не поддерживала.

В судебном заседании 17 февраля 2021 года свидетель ФИО16 дал показания о том, что он является соседом К-вых. С ФИО6 он был знаком не очень сильно, с ней общалась его мать. С ФИО9 он знаком, она проживает в квартире ФИО6 лет 7-8, но он точно не помнит. Отношения ФИО9 и ФИО6 складывались нормально. Особой информацией он не располагает, поскольку не часто с ними встречался. Проживали ли они одной семьей он не знает. Забирала ли ФИО6 дочку ФИО17 из садика он не знает. Он проходил в квартиру, в ней 2 комнаты. У ФИО6 до К-вых тоже были соседи – квартиросъемщики. Обстановку он не знает. Со стороны ФИО17 жалоб не было. В своей квартире он проживает с 95 года. Он не знает проживала ли в квартире Татьяна, он жизнью соседей не интересуется, но ее видел. После того, как у ФИО17 умер муж и сын ее было видно все реже. До Лидии проживала еще другая семья в этой квартире. Квартира свидетеля находится напротив квартиры ФИО6. До какого времени он видел Татьяну постоянно свидетель не может пояснить. Другую семью начал замечать давно, как давно не помнит. К-вых он начал замечать давно, когда конкретно не помнит. Он в квартиру приходил к ФИО9. В период его посещений ФИО17 в квартире не было. Он знал, что прежняя семья не была родственниками ФИО6, проживала за плату. Он не знает платила ли ФИО9 за квартиру ФИО6. Вместе с ФИО9 и ФИО6 он праздники не отмечал. На ночь в той квартире не оставался.

Частью 2 ст. 53 Жилищного кодекса РСФСР (ред. от 20 июля 2004 года) было установлено, что к членам семьи нанимателя относятся супруг нанимателя, их дети и родители. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы, а в исключительных случаях и иные лица могут быть признаны членами семьи нанимателя, если они проживают совместно с нанимателем и ведут с ним общее хозяйство.

При этом в части 2 ст. 54 Жилищного кодекса РСФСР (ред. от 20 июля 2004 года) указано, что граждане, вселенные нанимателем в соответствии с правилами настоящей статьи, приобретают равное с нанимателем и остальными членами его семьи право пользования жилым помещением, если эти граждане являются или признаются членами его семьи (статья 53) и если при вселении между этими гражданами, нанимателем и проживающими с ним членами его семьи не было иного соглашения о порядке пользования жилым помещением.

В силу ст. 5 Федерального закона от 29 декабря 2004 года № 189-ФЗ «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации», к жилищным отношениям, возникшим до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации, Жилищный кодекс Российской Федерации применяется в части тех прав и обязанностей, которые возникнут после введения его в действие, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Согласно ч. 1 и ч. 2 ст. 69 Жилищного кодекса Российской Федерации, к членам семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма относятся проживающие совместно с ним его супруг, а также дети и родители данного нанимателя. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы признаются членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, если они вселены нанимателем в качестве членов его семьи и ведут с ним общее хозяйство. В исключительных случаях иные лица могут быть признаны членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма в судебном порядке.

Члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма должны быть указаны в договоре социального найма жилого помещения.

Статьей 70 Жилищного кодекса Российской Федерации установлено, что наниматель с согласия в письменной форме членов своей семьи, в том числе временно отсутствующих членов своей семьи, вправе вселить в занимаемое им жилое помещение по договору социального найма своего супруга, своих детей и родителей или с согласия в письменной форме членов своей семьи, в том числе временно отсутствующих членов своей семьи, и наймодателя - других граждан в качестве проживающих совместно с ним членов своей семьи. Наймодатель может запретить вселение граждан в качестве проживающих совместно с нанимателем членов его семьи в случае, если после их вселения общая площадь соответствующего жилого помещения на одного члена семьи составит менее учетной нормы. На вселение к родителям их несовершеннолетних детей не требуется согласие остальных членов семьи нанимателя и согласие наймодателя.

Вселение в жилое помещение граждан в качестве членов семьи нанимателя влечет за собой изменение соответствующего договора социального найма жилого помещения в части необходимости указания в данном договоре нового члена семьи нанимателя.

Частью 2 ст. 82 Жилищного кодекса Российской Федерации установлено, что дееспособный член семьи нанимателя с согласия остальных членов своей семьи и наймодателя вправе требовать признания себя нанимателем по ранее заключенному договору социального найма вместо первоначального нанимателя. Такое же право принадлежит в случае смерти нанимателя любому дееспособному члену семьи умершего нанимателя.

В п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02 июля 2009 года № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации» разъяснено, что разрешая споры, связанные с признанием лица членом семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, судам необходимо учитывать, что круг лиц, являющихся членами семьи нанимателя, определен частью 1 статьи 69 ЖК РФ. К ним относятся:

а) супруг, а также дети и родители данного нанимателя, проживающие совместно с ним;

б) другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы, если они вселены нанимателем в качестве членов его семьи и ведут с ним общее хозяйство.

К другим родственникам при этом могут быть отнесены любые родственники как самого нанимателя, так и членов его семьи независимо от степени родства как по восходящей, так и нисходящей линии.

Под ведением общего хозяйства, являющимся обязательным условием признания членами семьи нанимателя других родственников и нетрудоспособных иждивенцев, следует, в частности, понимать наличие у нанимателя и указанных лиц совместного бюджета, общих расходов на приобретение продуктов питания, имущества для совместного пользования и т.п.

Для признания других родственников и нетрудоспособных иждивенцев членами семьи нанимателя требуется также выяснить содержание волеизъявления нанимателя (других членов его семьи) в отношении их вселения в жилое помещение: вселялись ли они для проживания в жилом помещении как члены семьи нанимателя или жилое помещение предоставлено им для проживания по иным основаниям (договор поднайма, временные жильцы). В случае спора факт вселения лица в качестве члена семьи нанимателя либо по иному основанию может быть подтвержден любыми доказательствами (статья 55 ГПК РФ).

В соответствии с частью 1 статьи 69 ЖК РФ членами семьи нанимателя, кроме перечисленных выше категорий граждан, могут быть признаны и иные лица, но лишь в исключительных случаях и только в судебном порядке. Решая вопрос о возможности признания иных лиц членами семьи нанимателя (например, лица, проживающего совместно с нанимателем без регистрации брака), суду необходимо выяснить, были ли эти лица вселены в жилое помещение в качестве члена семьи нанимателя или в ином качестве, вели ли они с нанимателем общее хозяйство, в течение какого времени они проживают в жилом помещении, имеют ли они право на другое жилое помещение и не утрачено ли ими такое право.

В силу ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ч. 1 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Письменные материалы дела, показания свидетелей и пояснения сторон указывают на то, что ФИО1 и ФИО3 родственниками умершей ФИО7 не являются и изначально в жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>, предоставленное ФИО7 на условиях социального найма, в качестве членов ее семьи не вселялись. Такое вселение было обусловлено наличием у ФИО7 задолженности по оплате жилого помещения и как следствие неспособность нанимателя, имевшего проблемы с употреблением алкоголя и трудоустройством, самостоятельно разрешить данный вопрос, что фактически свидетельствует о возникновении правоотношений из договора поднайма жилого помещения. При этом суд учитывает, что и до К-вых умершая ФИО7 осуществляла сдачу в найм жилого помещения.

Суд принимает во внимание длительность проживания истцов в жилом помещении, но, тем не менее считает, что и с течением времени ФИО7, а также ФИО1 и ФИО3 не стали единою семьей, поскольку вместе не проживали и общего хозяйства не вели. ФИО7 длительное время проживала совместно с ФИО14 по иному адресу, имела незначительных доход в виде пенсии, самостоятельно бремени содержания жилого помещения, предоставленного на условиях социального найма, не несла, фактически переложив данную обязанность на ФИО1 с согласия последней. Указанное свидетельствует о наличии со стороны ФИО1 и ФИО3 встречного имущественного предоставления ФИО7 взамен возможности проживания в жилом помещении последней, что точно не является характерным для лиц, составляющих одну семью.

То обстоятельство, что ФИО7 изредка приходила в квартиру по адресу: <адрес>, иногда сидела за столом с истцами и отводила Регину в садик/школу, в квартире комнаты на ключи не запирались, холодильник не был разделен, а истец ФИО1 советовалась с ФИО7 по вопросу о производимых улучшений в квартире, не свидетельствует о том, что К-вы являлись членами семьи умершего нанимателя. Такие взаимоотношения однозначно обусловлены длительностью знакомства истцов и умершей ФИО7, наличием между ними доверительных отношений, а также фактическим самоустранением ФИО7 от необходимости лично нести обязанности, установленные ч. 3 ст. 67 Жилищного кодекса Российской Федерации.

На обстоятельство того, что ФИО1 и ФИО3 не являлись членами семьи ФИО7 указывает и то, что данные лица в администрацию муниципального образования Сосновоборский городской округ Ленинградской области с заявлениями об изменении договора социального найма не обращались, на вселение ФИО1 и ФИО3 согласие наймодателя не истребовалось, о смерти ФИО7 истцы длительное время не знали, ее похоронами не занимались.

Часть 1 ст. 69 Жилищного кодекса российской Федерации позволяет признать «иных лиц» членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма в судебном порядке только в исключительном случае, чего, учитывая установленные обстоятельства, в том числе и отсутствие у ФИО1 и ФИО3 иного жилого помещения, в настоящем деле не имеется.

Следовательно, не имеется и оснований для возложения на администрацию муниципального образования Сосновоборский городской округ Ленинградской области обязанности по заключению с истцами договора социального найма.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

ФИО1 и ФИО3 в удовлетворении иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Ленинградский областной суд в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Сосновоборский городской суд Ленинградской области.

Судья М.А. Алексеев