Решение № 2-2772/2026 от 15 марта 2026 г.

Дело № 2-2772/2026

УИД 52RS0001-02-2025-000782-83


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

12 марта 2026 года г. Нижний Новгород

Автозаводский районный суд г. Н. Новгорода в составе председательствующего судьи Кокриной Н.А., при секретаре судебного заседания Пронько Ю.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании недействительными договоров дарения жилого дома и земельного участка, применении последствий недействительности сделок, прекращении права собственности, признании права собственности

УСТАНОВИЛ:

Истец обратилась в суд с вышеуказанными исковыми требованиями. В обоснование исковых требований указала, что [ДД.ММ.ГГГГ] между ФИО1 (даритель) и ФИО2 (одаряемая) был заключен договор дарения дома и земельного участка, расположенного по адресу: [Адрес]. Вышеуказанная сделка была совершена под влиянием существенного заблуждения. В момент совершения сделки истец не понимала значение своих действий, была в тяжелом стрессовом состоянии. [ДД.ММ.ГГГГ] маму истца, [ФИО]8, [ДД.ММ.ГГГГ] года рождения госпитализировали в ГБУЗ НО «Городскаяя клиническая больница [Номер]» с повторным ишемическим [ ... ], [ДД.ММ.ГГГГ]. у истца находится сын в предсмертном состоянии, а [ДД.ММ.ГГГГ]. он умер, что подтверждается свидетельством о смерти [ФИО]1. Ответчик ФИО2 в период стрессового состояния истца, совместно с юристом подсунули на подпись некий документ, значение которого истец не понимала. В момент подписания документа все мысли истца были о плачевном состоянии её родных матери и сына. Истец только в 2024г. узнала, что не является собственником спорного имущества, а именно с целью межевания, истец пригласила кадастрового инженера [ФИО]9, которая после обследования земельного участка и запроса выписки из ЕГРН сообщила, что истец уже с 2017г. не является собственником дома и земельного участка, что привело истца в полный шок и недоумение. Истец как владела и распоряжалась своим имуществом с момента дарения от своей мамы, так и распоряжается до настоящего времени. Истец несет расходы по оплате коммунальных услуг, также улучшает дом, в 2024г. ею были заменены отопительные радиаторы. Ответчик в спорном доме никогда не жила и не предпринимала попыток к вселению и несению расходов, после регистрации за собой спорного имущества. Фактически правоотношения, возникшие до заключения спорной сделки, и после не изменились. Истец узнала о своем нарушенном праве и об истинных мотивах ответчика, только в октябре 2024г., когда начала заниматься земельными работами с кадастровом инженером. Ввиду описанного психологического состояния на момент сделки, можно сделать вывод, что истец не понимала и не отдавала себе отчет о природе заключенного договора дарения и ответчик ввела её в заблуждение, путем обмана. Поскольку оспариваемая сделка была совершена под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, закону не соответствует, она подлежит признанию недействительной. В связи с этим ФИО1 вправе требовать применения последствий недействительности сделки, как заинтересованное лицо, лишившееся принадлежащего ему имущества помимо её воли.

Просила признать договор дарения от 20.06.2017г., заключенный между ФИО1 и ФИО2 жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: [Адрес] недействительным, применить последствия недействительной сделки.

В ходе рассмотрения дела, истец в порядке ст. 39 ГПК РФ уточнила исковые требования, поскольку ФИО2 29.10.2024г. подарила оспариваемое имущество жилой дом и земельный участок ФИО3, в окончательном варианте просила суд: признать договор дарения жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: [Адрес], заключенный 20.06.2017г. между ФИО1 и ФИО2 недействительным, применить последствия недействительной сделки; – признать договор дарения дома и земельного участка, заключенный 29.10.2024г. между ФИО3 и ФИО2 недействительным;

-прекратить право собственности ФИО3 на жилой дом и земельный участок, расположенный по адресу: [Адрес]; восстановить право собственности ФИО1 на жилой дом и земельный участок, расположенный по адресу: [Адрес].

Истец – ФИО1, представители истца - ФИО4, ФИО5 (действующие по устному ходатайству) в судебном заседание уточненные исковые требования поддержали и просили удовлетворить, дали пояснения по существу иска.

Ответчики ФИО2, ФИО3 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещались надлежащим образом.

Представители ответчиков ФИО2, ФИО3 – ФИО6, ФИО7, в судебном заседании исковые требования не признали, дали пояснения по делу. Заявили о применении срока исковой давности.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились о рассмотрение дела извещались надлежащим образом.

По смыслу ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах лицо само определяет объем своих прав и обязанностей в гражданском процессе. Поэтому лицо, определив свои права, реализует их по своему усмотрению. Распоряжение своими правами по усмотрению лица является одним из основополагающих принципов судопроизводства.

Неявка лица, извещенного в установленном порядке о времени и месте рассмотрения дела, является его волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в судебном разбирательстве дела и иных процессуальных прав, поэтому не является преградой для рассмотрения судом дела по существу. Такой вывод не противоречит положениям ст.6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, ст. 7, 8, 10 Всеобщей декларации прав человека и ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах. В условиях предоставления законом равного объема процессуальных прав, перечисленных в ст. 35 ГПК РФ, неявку лиц в судебное заседание, нельзя расценивать как нарушение принципа состязательности и равноправия сторон.

При изложенных обстоятельствах, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Суд, заслушав явившихся лиц, исследовав и оценив, собранные по делу доказательства, в их совокупности в соответствии с положениями статей 67, 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, установив юридически значимые обстоятельства, приходит к следующему.

В части 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

На основании части 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В силу части 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно статье 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (статья 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел (часть 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При наличии условий, предусмотренных частью 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; сторона заблуждается в отношении природы сделки; сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (часть 2).

При этом заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (ч. 3).

Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон (часть 5).

Таким образом, сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны сформировалась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела ввиду.

Вопрос о том, является ли заблуждение существенным или нет, должен решаться судом с учетом конкретных обстоятельств дела исходя из того, насколько заблуждение существенно не вообще, а именно для данного участника сделки.

Как следует из существа правоотношений, возникающих по поводу дарения недвижимости (статьи 572 - 581 Гражданского кодекса Российской Федерации), правовой целью вступления одаряемого в правоотношения, складывающиеся по договору дарения, является принятие дара с оформлением титульного владения, поскольку наступающий вследствие исполнения дарителем такой сделки правовой результат (возникновение титульного владения) влечет для одаряемого возникновение имущественных прав и обязанностей. В свою очередь, даритель заинтересован в безвозмездной передаче имущества без законного ожидания встречного имущественного предоставления от одаряемого (правовая цель).

По смыслу положений статей 153, 168, части 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснений, содержащихся в пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", сделка признается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался, заблуждение предполагает, что при совершении сделки лицо исходило из неправильных, не соответствующих действительности представлений о каких-то обстоятельствах, относящихся к данной сделке. Так, существенным является заблуждение относительно природы сделки, то есть совокупности свойств (признаков, условий), характеризующих ее сущность.

Согласно статье 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено, что ФИО1 являлась собственником жилого дома, общей площадью 55,3 кв.м., расположенного по адресу: [Адрес], на основании договора дарения жилого дома от 26.02.2007г. (л.д.75).

[ДД.ММ.ГГГГ] между ФИО1 «Даритель» и ФИО2 «Одаряемая» был заключен договор дарения жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: [Адрес] (л.д. 9-10).

[ДД.ММ.ГГГГ] в ЕГРН внесена запись о регистрации договора дарения и права собственности на указанное имущество за ФИО2

[ДД.ММ.ГГГГ] между ФИО2 «Даритель» и ФИО3 «Одаряяемая», был заключен договор дарения жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: [Адрес]. (л.д. 25).

[ДД.ММ.ГГГГ] в ЕГРН внесена запись о регистрации договора дарения и права собственности на указанное имущество за ФИО3 (л.д. 33-41).

Согласно свидетельства о смерти IV-TH [Номер], выданного отделом ЗАГС [Адрес] ГУ ЗАГС [Адрес] [ДД.ММ.ГГГГ]., [ФИО]1, [ДД.ММ.ГГГГ] г.р., умер [ДД.ММ.ГГГГ]. (л.д.12).

Согласно выписки из истории болезни [Номер] ГБУЗ НО «Городская клиническая больница [Номер]», [ФИО]2, [ДД.ММ.ГГГГ].р., находилась на стационарном лечении с 17.06.2017г. по 10.07.2017г. с диагнозом: повторный ишемический кардиоэмбозический инсульт в бассейне основной артерии с тетрапирамидной симптоматикой, псевдобульбарными нарушениями, нарушением функции тазовых органов (л.д. 15-16).

Истец ФИО1, в обоснование заявленных требований указывает, что на момент составления договора дарения жилого дома и земельного участка от 20.06.2017г., в связи с заболеванием мамы и госпитализации её в связи с повторным ишемическим инфарктом и предсмертном состоянии сына, находилась в стрессовом состояния. В момент совершения сделки не понимала значение своих действий, была в тяжелом стрессовом состоянии, не понимала и не отдавала себе отчет о природе заключенного договора дарения, ответчик ввела её в заблуждение, путем обмана.

В ходе рассмотрения дела в качестве свидетелей были допрошены свидетели [ФИО]14, [ФИО]15, [ФИО]16, [ФИО]17, [ФИО]18, [ФИО]19, Свидетель №1

Свидетель [ФИО]14 пояснила, что является приятельницей ФИО1 В 2017г. у ФИО1 умирал сын, мама была госпитализирована в больницу, состояние её было стрессовое, было ощущение, что она не понимает и живет по инерции. Со слов ФИО1 ей было в 2017г. известно, что с сестрой они намерены сделать хорошее дело, в подробности она не вникала из-за состояния ФИО1 В 2024г. ей от ФИО1 стало известно, что жилой дом, в котором она проживает ей не принадлежит, что дом является собственностью ФИО2, об этом стало известно истцу со слов кадастрового инженера, занимавшегося межеванием земельного участка.

Свидетель [ФИО]20 показала, что является знакомой истца, в 2024 году ей позвонила ФИО1 и сообщила, что ФИО2 обманом оформила дом ФИО1 на себя. В 2017г. у ФИО1 в местах лишения свободы умер сын, незадолго до его смерти ФИО8 приезжала к [ФИО]27, та была в сильном эмоциональном состоянии, постоянно плакала, плохо понимала происходящее. О договоре дарения дома ФИО1 ранее ей ничего не говорила, лишь в 2024г. узнав, что не является собственником дома, рассказала, что перед смертью сына, её возили в МФЦ, был какой-то юрист, который составил какой-то документ и ФИО1 его подписала, что подписывала не помнит из-за ситуации в тот период с сыном.

Свидетель [ФИО]16 показала, что была знакома со сторонами, проживали на одной улице. Перед смертью сына, состояние ФИО1 было непонятное, она была странная в поведении, не общительная, очень переживала за сына. В 2024г. видела, что к ФИО1 приходили специалисты, мерили земельный участок.

Свидетель [ФИО]17 показала, что является соседкой ФИО1, знакома со сторонами длительное время. В 2017г. ФИО1 приехала со свидания с сыном, сказала, что сын плохо себя чувствует. В данный период ФИО1 очень переживала за сына, была подавлена. В 2024г. ФИО1 ей сообщила, что от кадастрового инженера стало известно, что не является собственником дома. ФИО1 пояснила, что в период когда она находилась в стрессовом состояние из-за состояния сына, она подписала договор дарения дома ФИО2, подписывала думала передает дом на сохранение, какой документ подписывала не знает, документ ей не передавали.

Свидетель [ФИО]18 показала, что в 2017г. к ней обратился [ФИО]26 друг мужа, попросил подготовить договор дарения, поскольку она с 1995г. работает агентом недвижимости. [ФИО]26 передал ей телефон ФИО2, они созвонились, встретились. ФИО2 пояснила, что необходимо подготовить договор дарения дома и земельного участка её сестрой ФИО1 Необходимым условием договора было, что её сестра ФИО1 имеет право бессрочного проживания и пользования домом. Она подготовила проект договора, ФИО2 и ФИО1 подъехали к ней на машине. Она села в машину с распечатанным договором, проверила паспортные данные сторон, стороны прочитали договор и подписали его в её присутствии. Главным существенным условием договора было, условие о бессрочном проживании ФИО1 в доме. Она пояснила, что после подписания договора собственником является [ФИО]6, а даритель проживает и пользуется данным домом.

Свидетель [ФИО]19 показал, что является супругом ФИО3 ему известно, что 20.06.2017г. между сестрами ФИО1 и ФИО2 была совершена сделка, ФИО1 подарила ФИО2 дом. Он при совершении сделки не присутствовал. Каких-либо признаков расстройства здоровья у ФИО1, связанных с забывчивостью, возрастных заболеваний не было. Она ориентировалась в пространстве, узнавала родственников. После похорон сына была обычным человеком, который переживает, но никакого стресса не было. До последнего управляла транспортным средством. Со слов ФИО2 ему известно, что ФИО1 знала, что с 2017г собственником дома является ФИО2

Свидетель Свидетель №1 показала, что дружит с ФИО2 длительное время. Ей известно, со слов ФИО2, что в 2017г. у ФИО1 умер сын и она решила подарить дом и земельный участок сестре. Подробности оформления договора дарения ей неизвестны. После смерти сына истца, она приходила к истцу, общалась, никаких странностей в её поведение не наблюдала.

В целях более объективного, полного и правильного рассмотрения дела и разрешения вопросов, требующих специальных знаний, в процессе рассмотрения дела, по ходатайству стороны истца судом была назначена судебная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено экспертам Государственного бюджетного Учреждения [Адрес] «Психиатрическая больница [Номер] [Адрес]» (л.д. 107-111).

Согласно выводам судебной комплексной психолого-психиатрической экспертизы Государственного бюджетного Учреждения [Адрес] «Психиатрическая больница [Номер] [Адрес]» [Номер] от [ДД.ММ.ГГГГ], комиссия врачей пришла к заключению: ФИО1, [ДД.ММ.ГГГГ] г.р., обнаруживает клинические признаки органического расстройства личности в связи с сосудистыми заболеванием головного мозга, с умеренно выраженным астено– [ ... ] ([Номер]), что подтверждается данными анамеза и медицинской документации. ФИО1 при заключение договора дарения с ФИО2 20.06.2017г. клинических признаков какого-либо хронического психического расстройства не обнаруживала, в условиях психотравмирующей жизненной ситуации (возникшие в юридически значимый период тяжелая болезнь матери, терминальное состояние больного сына, боязнь утраты жилья) развилась Смешанная тревожно- депрессивная реакция, обусловленная [ ... ] ([Номер]), клинически проявляющая тревогой, депрессивным настроением, беспокойством, чувством страха, нарушениями сна, эмоциональной лабильностью. Дезадаптированное состояние ФИО1 на юридически значимый период подтверждается показаниями свидетелей [ФИО]14, [ФИО]20, [ФИО]21, [ФИО]22, которые являются не заинтересованными лицами. Однако имевшееся психическое расстройство не сопровождалось нарушением интеллектуально- мнестической деятельности, выраженными эмоционально-волевыми нарушениями, какой-либо психотической симптоматикой, поэтому по своему психическому состоянию в юридически значимый момент ФИО1 могла понимать значение своих действий и руководить ими. Т.е. на указанное состояние дазадаптации само по себе не могло повлиять на восприятие и действия подэкспертной в юридически значимый период.

Учитывая особенности познавательной сферы, состояние в момент заключения договора дарения жилого дома и земельного участка от 20.06.2017г., внешние условия, в которых происходило принятие решения, а также индивидуальную значимость последствий сделки, ФИО1 адекватное (правильное) решение о существе сделки в юридически значимый период не имела.

У ФИО1, имеются такие индивидуально-психологические особенности, которые оказывали существенное влияние на смысловое восприятие и оценку существа сделки и привели к формированию у неё заблуждения относительно существа сделки и привели к формирование у неё заблуждения относительно существа и природы сделки-договора дарения жилого дома и земельного участка от 20.06.2017г.: повышенная внушаемость, доверчивость, конформность установок, ведомое поведение вслед за лидирующей личностью (своей сестрой – ФИО2), тревожность, избегание конфликта, неустойчивость к стрессу, следование внушенным определенным инструкциям и директивам, зависимость от средовых воздействий, чувствительность к внешним воздействтям и факторам, податливость внешнему давлению, страх потери дома и земельного участка.

Психологический анализ юридически значимого периода в исследуемой ситуации договора дарения дома и земельного участка от 20.06.2017г., с учетом материалов гражданского дела, выявленных индивидуально– психологических особенностей, целенаправленной беседы, ретроспективного психологического анализа ситуации по МЦВ Люшера и стандартизованным методикам показал, что ФИО1 находилась в стрессовом состоянии связанного с тяжелой болезнью её единственного сына и госпитализацией матери в стационар, для неё была характерна повышенная тревожность, выраженное эмоциональное напряжение, беспокойство, чувствительность к внешним воздействиям и факторам. В стрессовом состоянии повышался её уровень внушаемости, подчиняемости, проявилась податливость к внешнему давлению. Такое давление оказывало в этот период времени её родная сестра ФИО2, которая используя состояние своей сестры стала декларировать, внушать о том, что ФИО1 может лишиться своего дома и земельного участка, декларирование страхования дома от посягательства других лиц, при этом многократно внушала сестре о том, что она будет проживать в своем доме бессрочно и все останется по прежнему, нужно лишь оформить договор, который защитит сестру от воздействия извне и даст ей стабильное проживание и надежность, рисовала хорошую картину будущего без проблем. При этом ФИО2 знала о том, что её сестра находится в угнетенном состоянии и переживаниях по поводу ближайшей смерти её родного сына, о переживаниях о здоровье своей матери. В психологическом плане усматриваются такие психологические феномены воздействия на ФИО1 как прямые и косвенные внушения, вхождение в доверие, создание атмосферы угрозы её проживания и её дома. Страх потерять сына, потерять дом являлись более сильными факторами в поведении ФИО1 использовались такие качества личности как доверчивость, чувство долга, ответственность, исполнительность. Для ФИО1 субъективно неприемлемо было не ответить на целенаправленные установки своей сестры. т.к. установка «все для её блага» являлась для ФИО1 приемлемой, апелллировано к значимым ценностям (сохранение дома) и мотивам. ФИО2 сформировала у своей родной сестры по поводу её дома информационное поле высокой эмоциональной напряженности, стресса, тревоги. Таким образом, можно говорить о том, что мнимой под маской добра, заботы о человеке и о её насущных потребностей, что побуждало ФИО1 к совершению действий в состоянии заблуждения в ущерб себе. Она лишилась своего жилья, при этом внушалось, что она будет постоянно проживать в этом доме бессрочно. Она не могла знать истинных намерений ФИО2, которая затем подарила дом с земельным участком своей дочери, фактически лишила свою родную сестру дома и места проживания, а также и будущего. Осмысление событий ФИО1 происходило в системе иллюзорных реалий. Проведенный психологический анализ позволяет говорить о формирование у ФИО1 психологического состояния заблуждения, определяло её зависимое поведение и препятствовало адекватной смысловой оценке ситуации и оказывать сопротивление. Её поведение полностью зависело от манипулятивных действий ФИО2 Момент договора совпадает со стрессовым состоянием, она испытывала переживания не только по поводу тяжелого состояния сына, больной матери, но и страх потерять свой дом. Уверение ФИО2, что можно решить неожиданную проблему, представлялось подэкспертной спасением, ей не давалось времени на размышления, «в панике покорно следовала всем командам». Только когда пришел кадастровый инженер она узнала, что не является хозяйкой дома и земельного участка. Навязываемый ей алгоритм действий и требований при срочности их реализации, способствовал субъективной без альтернативности предлагаемых ей решений в связи с трудностями целостного осмысления всех деталей, компонентов ситуации и своего положения. Особенности личности ФИО1 в условиях направленного манипулятивного воздействия способствовали возникновению состояния заблуждения и психологической зависимости поведения.

ФИО1 с учетом её индивидуально - психологических особенностей и состояния заблуждения, была не способна правильно воспринимать смысл текста договора дарения от 20.06.2017г. при его подписании, прогнозировать последствия на фоне стрессового состояния и введение её в заблуждение со стороны родной сестры ФИО2 (л.д. 134-146).

Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО9 подтвердил данное ими заключение, дал уточняющие ответы на поставленные перед ним вопросы.

Заключение экспертизы не противоречит иным доказательствам, которые были исследованы судом, при этом каких-либо достоверных, допустимых доказательств обратного, однозначно подтверждающих, что на момент подписания договора дарения, ФИО1, не находилась под влиянием заблуждения относительно существа и природы сделки, суду представлено не было.

При этом оснований для назначения дополнительной либо повторной судебной психолого-психиатрической экспертизы по делу не имеется, поскольку компетентность экспертов проводивших приведенную выше экспертизу у суда не вызывает сомнений.

В соответствии со ст. 12 Гражданского процессуального кодекса РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или не совершения процессуальных действий, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел.

Согласно ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Часть 1 статьи 57 Гражданского процессуального кодекса РФ предусматривает, что доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле. Суд вправе предложить им представить дополнительные доказательства. В случае, если представление необходимых доказательств для этих лиц затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств.

В соответствии со ст. 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.

Согласно ч. 2 ст. 87 Гражданского процессуального кодекса РФ в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам.

Повторная экспертиза назначается в случаях, когда первичная экспертиза не удовлетворила суд из-за необъективности, необоснованности выводов либо вообще не содержала научно обоснованных выводов, либо выводы эксперта противоречат фактическим обстоятельствам дела либо во время судебного разбирательства установлены новые данные, которые могут повлиять на выводы эксперта, а также в случаях, когда при назначении и производстве экспертизы были допущены существенные нарушения гражданского процессуального закона.

Правомочие суда назначить повторную экспертизу в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного экспертного заключения как особый способ его проверки вытекает из принципа самостоятельности суда, который при рассмотрении конкретного дела устанавливает доказательства, оценивает их по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, и на основании этих доказательств принимает решение.

Представители ответчиков, ходатайствуя о назначении повторной судебной экспертизы, основывают свою позицию на том, что заключение эксперта-психолога является неполным, необъективным и вызывает сомнения.

Исходя из понимания свободной оценки доказательств как самостоятельного принципа гражданского процесса и для соблюдения принципа процессуальной экономии, при исследовании большего количества данных, нежели это необходимо для разрешения дела по существу и установления судебной истины, назначение повторной экспертизы может привести к затягиванию процесса и нарушению прав субъектов гражданских процессуальных правоотношений на рассмотрение гражданского дела в разумный срок, закрепленного действующим законодательством.

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Пунктом 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении" разъяснено, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 ГПК РФ).

Суд принимает в качестве доказательства заключение судебно комплексной психолого-психиатрической экспертизы, поскольку данное экспертное заключение выполнено на научной основе, о чем содержатся ссылки в самом заключении, по правилам, установленным ст.ст. 85, 86 ГПК РФ, а также в соответствии с ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». Эксперты, проводившие экспертное исследование предупреждены об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ.

В силу положений ст. ст. 14 и 21 ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" руководитель учреждения по получении определения о назначении судебной экспертизы обязан поручить ее производство комиссии экспертов данного учреждения, которые обладают специальными знаниями в объеме, требуемом для ответов на поставленные вопросы, а эксперты в силу ст. 16 ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" обязаны провести полное исследование представленных материалов дела, дать обоснованное и объективное заключение по поставленным перед ними вопросам. В соответствии со ст. 8 ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ" эксперт проводит исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме. Заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных.

Представленное в материалах дела заключение в полной мере отвечает требованиям приведенных выше норм, является мотивированным, представляет собой полные и последовательные ответы на поставленные перед экспертами вопросы, неясности устранены в процессе допроса эксперта в судебном заседании, заключение выполнено экспертами, имеющими соответствующие стаж работы и образование, необходимые для производства данного вида работ, предупрежденными об ответственности по ст. 307 УК РФ

ФИО1 оспаривая договор дарения жилого дома и земельного участка, ссылается на положения статей 178 и 179 ГК РФ, указывая на заблуждение при подписании договора

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Пунктом 3 статьи 166 ГК РФ предусмотрено, что требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В соответствии с пунктом 1 статьи 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Пунктом 2 статьи 178 ГК РФ предусмотрено, что при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Статья 178 ГК Российской Федерации, устанавливающая ориентиры, которым должны следовать суды при определении того, являлось ли заблуждение, под влиянием которого была совершена сделка, настолько существенным, чтобы его рассматривать в качестве основания для признания сделки недействительной, а также последствия признания такой сделки недействительной, направлена на защиту прав лиц, чья действительная воля при совершении сделки была искажена (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 22 апреля 2014 года N 751-О и от 28 марта 2017 года N 606-О).

Таким образом, определяя круг юридически значимых обстоятельств, суд указывает, что необходимым условием для действительности сделки является выяснение вопроса о наличии или отсутствии каких-либо факторов, которые могли бы создать искаженное представление лица о существе сделки или ее отдельных элементах, либо создать видимость внутренней воли при ее отсутствии, а вопрос о том, является ли заблуждение существенным или нет, должен решаться с учетом конкретных обстоятельств дела, исходя из того, насколько заблуждение существенно не вообще, а именно для конкретного участника сделки, в данном случае ФИО1, с учётом особенностей её положения, состояния здоровья, значения оспариваемой сделки, а именно того обстоятельства, что спорный жилой дом является единственным жильём.

Из материалов дела следует, что ФИО1 на момент подписания договора дарения жилого дома и земельного участка 20.06.2017г., находилась в стрессовом состоянии связанного с тяжелой болезнью её единственного сына и госпитализацией матери в стационар, в результате манипулятивного воздействия ФИО2, декларирование страхования дома от посягательства других лиц, при этом многократно внушала истцу о том, что она будет проживать в своем доме бессрочно и все останется по прежнему, нужно лишь оформить договор, который защитит её от воздействия извне и даст ей стабильное проживание и надежность, привели к формированию у ФИО1 заблуждения относительно существа и природы сделки- договора дарения жилого дома и земельного участка от 20.06.2017г.

Оценив представленные сторонами доказательства, поведение участников гражданских правоотношений, последовательность действий участников правоотношений, заключение судебной экспертизы, суд приходит к выводу о наличии оснований для признания оспариваемого договора дарения жилого дома и земельного участка от 20.06.2017г. недействительным, поскольку на момент его подписания, ФИО1 находилась под влиянием заблуждения относительно существа и природы сделки.

Рассматривая ходатайство ответчиков о применении срока исковой давности, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 195 Гражданского кодекса РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Срок исковой давности, установленный в статье 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, составляет по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (часть 2).

Сторона ответчика, заявляя о пропуске срока исковой давности, исходит из даты заключения оспариваемого договора, однако в силу прямого указания статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Истцу ФИО1 о заключении договора дарения 20.06.2017г. стало известно в июле - августе 2024 года, исковое заявление подано в суд [ДД.ММ.ГГГГ], т.е. в пределах срока исковой давности.

Поскольку договор дарения жилого дома и земельного участка от 20.06.2017г. является недействительным, следовательно, ФИО2 не была вправе была дарить указанные жилой дом и земельный участок в пользу ФИО3, в связи с чем жилой дом и земельный участок подлежат истребованию в пользу ФИО1, договор дарения жилого дома и земельного участка от 29.10.2024г. подлежит признанию недействительным.

Ввиду признания сделок не действительными, суд считает необходимым применить последствия недействительности сделки. С учётом изложенного, право собственности ФИО3 на спорный жилой дом и земельный участок подлежит прекращению, за ФИО1 подлежит признанию право собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: [Адрес], дом. 3.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании недействительными договоров дарения жилого дома и земельного участка, применении последствий недействительности сделок, прекращении права собственности, признании права собственности удовлетворить.

Признать договор дарения жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: [Адрес], заключенный [ДД.ММ.ГГГГ] между ФИО1 и ФИО2 недействительным.

Признать договор дарения жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: [Адрес], заключенный [ДД.ММ.ГГГГ] между ФИО2 и ФИО3 недействительным.

Применить последствия недействительности сделок.

Прекратить право собственности ФИО3 на жилой дом (кадастровый [Номер]).и земельный участок (кадастровый [Номер]), расположенных по адресу: [Адрес].

Признать за ФИО1 право собственности на жилой дом (кадастровый [Номер]) и земельный участок (кадастровый [Номер]), расположенных по адресу: [Адрес].

Решение является основанием для внесения изменений в сведения, содержащиеся в Едином государственном реестре недвижимости в части прекращения права собственности ФИО3, возникновения права собственности ФИО1, на жилой дом и земельный участок находящейся по адресу: [Адрес].

Решение может быть обжаловано в Нижегородский областной суд через Автозаводский районный суд г.Нижний Новгород в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья: Кокрина Н.А.

Мотивированное решение суда в окончательной форме изготовлено 16 марта 2026 года.