Решение № 2-1255/2020 2-1255/2020~М-1100/2020 М-1100/2020 от 2 июля 2020 г. по делу № 2-1255/2020

УИД 89RS0005-01-2020-002007-91


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

3 июля 2020 года город Ноябрьск ЯНАО

Ноябрьский городской суд Ямало-Ненецкого автономного округа

в составе председательствующего судьи Нигматуллиной Д.М.

при ведении протокола судебного

заседания помощником судьи Закусило Р.В.,

с участием помощника прокурора г.Ноябрьска Мальчиковой Э.В.,

истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1255/2020 по иску ФИО1 к Отделу Министерства внутренних дел России по городу Ноябрьску о признании заключения и приказа об увольнении незаконными, восстановлении в должности, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда,

установил:

Истец ФИО1 обратился в суд с уточненным иском к ответчику ОМВД России по г.Ноябрьску о признании заключения по материалам служебной проверки от 21 мая 2020 года и приказа от 22 мая 2020 года об увольнении со службы в органах внутренних дел незаконными, восстановлении в должности участкового уполномоченного полиции ОУУПиПДН ОМВД России по г.Ноябрьску, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула в размере 102 049 рублей и 50 000 рублей в счет компенсации морального вреда. В обоснование требований указал, что с 1 сентября 2017 года проходил службу в ОМВД России по г.Ноябрьску в должности участкового уполномоченного полиции ОУУПиПДН, а 22 мая 2020 года уволен на основании п.9 ч.3 ст.82 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», с чем он не согласен, поскольку проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, не совершал. Полагал, что выводы о его виновности основан на субъективных, ничем не доказанных домыслах и догадках, служебная проверка проведена поверхностно, с заключением служебной проверки и материалами он ознакомлен не был, что свидетельствует о нарушении его прав и несоблюдении порядка проведения проверки.

В судебном заседании истец на уточненном иске настаивал, ссылаясь на то, что проступка не совершал. Пояснил, что в ночь с 17 на 18 мая 2020 года (время было 23 часа с небольшим) пошел проверять соблюдение поднадзорным лицом ФИО20 ограничения в виде нахождения по месту жительства в ночное время. За ним пошли ФИО21 и ФИО22 до этого употреблявшие спиртное у него дома, хотя он просил их не ходить с ним, поскольку шел по работе. В том же доме в квартире № проживает состоящий на профилактическом учете как семейный дебошир ФИО36. Подойдя к дому, он увидел, что в квартире ФИО37 включен свет, и решил зайти к нему с целью проведения профилактической беседы. Каких-либо сигналов о шуме в квартире ФИО23 ему в тот день не поступало. Для того, чтобы попасть в подъезд, он позвонил по телефону ФИО24, проживающей в том же подъезде. Она сказала, что из квартиры ФИО29 доносится стук посуды, но ей это не мешает, при этом попросила зайти к ФИО25 провести с ним беседу и открыла дверь подъезда (домофон). Они со ФИО34 и ФИО35 поднялись на 9 этаж, где ФИО30 и ФИО31 заверили его, что побудут в подъезде, после чего он постучал в дверь квартиры. Открыл сам ФИО28, пригласил его в квартиру, они побеседовали на кухне, во время беседы в квартиру зашли ФИО32 и ФИО33. Проведя беседу, он вышел из квартиры в подъезд, где обнаружил ФИО38 и ФИО26. У ФИО27 имелись телесные повреждения, поэтому он поинтересовался, что случилось. ФИО43 ответил, что упал, все нормально, в помощи он не нуждается, претензий у него ни к кому нет. Он (истец) сопроводил его в сторону дома, после чего он один вновь поднялся на 9 этаж за забытой папкой с документами, а когда спустился, они все ушли. Свидетелем каких-либо противоправных действий, в том числе в отношении ФИО39, он не был. В половине седьмого утра ему позвонили и сказали явиться в ОМВД, что он и сделал, явился к семи утра. Начальник забрал у него телефон, ему не разрешили куда-то звонить, продержали длительное время в ОМВД, осматривали его квартиру, обращались с ним, как с преступником, хотя оснований для этого не имелось – ночью он был на работе, хотя и вне графика, профилактическую беседу с ФИО42 он провел, затем посетил поднадзорного ФИО41, но после выяснилось, что проверять в этот день нужно было не его, а ФИО40 – он просто перепутал фамилии. Указал, что действительно был без форменной одежды, но такой проступок не заслуживает наказания в виде увольнения.

Представитель ответчика в ходе рассмотрения дела с иском не согласилась, пояснив, что увольнение истца осуществлено в полном соответствии с законодательством, совершение проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, установлено служебной проверкой, которая проведена в соответствии с законом. ФИО1 вменено то, что он в ночное время, будучи без форменной одежды, в целях, не связанных с осуществлением служебной деятельности и без достаточных к тому оснований посетил квартиру, в которой проживает состоящий на профилактическом учете ФИО44, допустил посещение этой квартиры находящимся в состоянии опьянения ФИО45, а также ФИО46, что повлекло нарушение прав граждан на неприкосновенность жилища, неприкосновенность частной жизни и отдых и послужило поводом для обращения в дежурную часть гражданина ФИО47 с сообщением о драке и гражданина ФИО48 с заявлением о причинении ему телесных повреждений.

Выслушав стороны, помощника прокурора, полагавшую, что требования иска удовлетворению не подлежат, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему:

С 1 сентября 2017 года истец ФИО1 проходил службу по контракту в органах внутренних дел в должности участкового уполномоченного полиции ОУУПиПДН ОМВД по г.Ноябрьску ЯНАО.

Приказом от 22 мая 2020 года № л/с истец уволен со службы в органах внутренних дел по п.9 ч.3 ст.82 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон о службе) в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел; заключенный с ним ранее контракт расторгнут, истец исключен из реестра сотрудников органов внутренних дел (т.1 л.д.6).

Основанием для издания приказа об увольнении явилось заключение служебной проверки ОМВД России по г.Ноябрьску от 21 мая 2020 года, проведенной по факту обращения гражданина ФИО13 в дежурную часть ОМВД России по г.Ноябрьску с заявлением о причинении ему телесных повреждений (т.1 л.д.49-77).

В ходе служебной проверки принято во внимание, что в 0 часов 45 минут 18 мая 2020 года в дежурную часть ОМВД России по г.Ноябрьску (далее – дежурная часть) передано сообщение ФИО11 от 0 часов 40 минут в ЕДДС о драке в <адрес> (т.1 л.д.121, т.2 л.д.8).

Пятью минутами позже в дежурную часть передано сообщение ФИО13, сообщившего, что неустановленные лица, находясь в подъезде <адрес>, нанесли ему побои (т.1 л.д.122, т.2 л.д.10).

В 3 часа 20 минут того же дня в дежурную часть поступило сообщение ГБУЗ ЯНАО «Ноябрьская ЦГБ» о наличии у ФИО49 телесных повреждение в виде ушиба и ссадины левой половины грудной клетки, а также ссадины нижней губы (т.1 л.д.123, т.2 л.д.11).

Сообщения были зарегистрированы в КУСП под номерами 8304 и 8305, по указанному заявителями адресу была направлена дежурная СОГ, входившими в состав которой лицами были опрошены ФИО51 и лица, находившиеся в <адрес> (Свидетель №1, Свидетель №2, ФИО50), в результате чего было установлено, что в момент конфликта, имевшего место в ночное время, в этом же месте присутствовал участковый по имени ФИО3 (ФИО1), который находился без форменного обмундирования, был в сопровождении двух неизвестных опрошенным граждан, представившихся «сотрудниками наркоконтроля», осматривавших присутствовавших в квартире № № и применявших в отношении них физическую силу (т.1 л.д.141-144).

18 мая 2020 года указанная информация была доведена до сведения начальника ОМВД России по г.Ноябрьску ФИО8, который в тот же день принял решение о проведении служебной проверки в связи с выявленными обстоятельствами (т.1 л.д.111). О назначении проведения служебной проверки истец уведомлен под роспись, в этом же уведомлении содержалось адресованное истцу предложение дать письменное объяснение по предмету служебной проверки, указаны и вопросы, ответы на которые должны найти свое отражение в объяснениях (т.1 л.д.112-113).

Опрошенный по данному факту ФИО1 письменно дал объяснения, аналогичные его пояснениям в судебном заседании, при этом дополнительно указал, что после его прибытия в <адрес> ФИО60 убежал из квартиры, а ФИО52 и ФИО53 последовали за ним, хотя он просил их не делать этого, о том, что в отношении кого-либо совершались противоправные действия, ему известно не было, ему об этом никто не сообщал (т.1 л.д.163-166, 171-174).

Аналогичные объяснения были даны ФИО9 в ходе проверки (т.1 л.д.175-176, 181-182), а также ФИО9 и ФИО10, допрошенными в судебном заседании в качестве свидетелей (т.2 л.д.26).

ФИО11 сообщил, что в 0 часов 40 минут 18 мая проснулся от шума в подъезде, увидел на лестничной клетке вышедших из квартиры № ранее неизвестных ему людей, которые кричали и толкались, во избежание конфликта позвонил в полицию (т.1 л.д.124-125).

Свидетель №1 сообщил, что в ночь на 18 мая 2020 года спал в <адрес>, около 1 часа к нему в комнату вошли двое неизвестных ему ранее мужчин, которые начали его опрашивать и осматривать. Когда эти двое входили в квартиру, он слышал, что между ними и ФИО54 была потасовка, он слышал словесную перепалку и крики ФИО55 о помощи (т.1 л.д.126-128).

Из объяснений Свидетель №2 следует, что в ночное время 17 мая он спал в <адрес>, проснулся от шума в коридоре, увидел в квартире несколько неизвестных ему людей, которые представились сотрудниками полиции, ФИО56 стал возмущаться, после чего его за руки выволокли на лестничную клетку и стали избивать. Ему не дали заступиться, не выпустили из квартиры, а ФИО57 в квартиру не вернулся (т.1 л.д.129-130).

ФИО12 пояснил, что у него в связи с заболеванием бывают провалы в памяти, события 17-18 мая он помнит смутно, помнит, что в дверь позвонили, он открыл, увидел троих человек, представившихся сотрудниками полиции в гражданской форме одежды и прошедших в квартиру. В кухне кто-то из мужчин продолжил высказывать ему претензии по поводу шума из квартиры, а потом кто-то вывел ФИО59 под руки из квартиры. ФИО58 в ту ночь не вернулся, а затем рассказал, что те неизвестные его избили (т.1 л.д.131-132).

Сам же ФИО13 пояснил, что с 19 часов 17 мая находился в <адрес>, спустя некоторое время, около 0 часов, в квартиру позвонили. ФИО4 пошел открывать, а он (ФИО61) – за ним. Когда ФИО62 открыл, в дверном проеме он (ФИО5) увидел двоих ранее неизвестных парней в медицинских масках. Парни со словами «лицом в пол» забежали в квартиру, не представлялись, документов не показывали, положили ФИО4 на пол, а его толкнули и он упал. Он начал выяснять, кто они такие, за это мужчина ростом повыше стал наносить ему удары руками и ногами. В этот момент вошел ФИО1, стоял и наблюдал, спросил у него «ну что, отмечаться не надо?». Потом ему удалось вырваться, он выбежал в подъезд, но те двое продолжили бить его и там, на лестничной клетке, на лестничном марше, а ФИО1 пришел за ними и смотрел. Потом ФИО1 сказал «ну все, хватит», отдал его рубашку, вывел на улицу и довел до арки. В полицию он позвонил уже из дома (т.1 л.д.133-138, т.2 л.д.9).

Будучи допрошенным в ходе судебного разбирательства в качестве свидетеля ФИО13 в полном объеме подтвердил указанные им ранее обстоятельства (т.2 л.д.26), указав, что узнал ФИО1, поскольку в каждом подъезде висят его фотографии и написано, что это участковый.

Оснований не доверять показаниям указанного лица у суда не имеется, поскольку они последовательны, логичны, согласуются с другими материалами дела (в частности, объяснениями незаинтересованных в исходе дела лиц) и не отличаются от показаний, дававшихся этим лицом ранее.

Из материалов дела также следует, что фамилия лица – хозяина <адрес> – ФИО63.

Согласно заключению служебной проверки (т.1 л.д.49-77) ФИО1 нарушил требования ст.2, 17, 18, ч.1 ст.23, ст.25 Конституции Российской Федерации; п.1, 2, 5, 12 ч.1 ст.12, п.1, 2 ч.1 ст.13 Закона о службе; ч.1 и 3 ст.5, п.1 ч.4 ст.5, ч.1 ст.6, ч.4 ст.7, ч.2 и 6 ст.9, п.5 и 6 ч.1 ст.27 Федерального закона от 7 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции» (далее – Закон о полиции); п.5, подп.б), и), м) п.11, подп.б), в) п.26, п.27 Типового кодекса этики и служебного поведения государственных служащих Российской Федерации и муниципальных служащих; п.1, подп.4.2; 4.3; 4.4 и 4.5 Контракта о прохождении службы в органах внутренних дел Российской Федерации.

Указанное в совокупности с установленными в ходе проверки фактическими обстоятельствами расценено ответчиком как совершение истцом нанесшего ущерб авторитету ОМВД России по г.Ноябрьску порочащего честь сотрудника органов внутренних дел проступка, выразившегося в несоблюдении добровольно принятых на себя обязательств, предусмотренных законодательством РФ.

Оценивая доводы истца о несовершении им вменяемого ему проступка, суд учитывает, что согласно ч.4 ст.7 Закона «О полиции» сотрудник полиции как в служебное, так и во внеслужебное время должен воздерживаться от любых действий, которые могут вызвать сомнение в его беспристрастности или нанести ущерб авторитету полиции.

Сотрудник органов внутренних дел обязан не допускать злоупотреблений служебными полномочиями, соблюдать установленные федеральными законами ограничения и запреты, связанные со службой в органах внутренних дел, а также соблюдать требования к служебному поведению сотрудника (п.12 ч.1 ст.12 Закона о службе).

П.2 ч.1 ст.13 Закона о службе в качестве требования к служебному поведению сотрудника органов внутренних дел при осуществлении служебной деятельности, а также во внеслужебное время предусматривает заботу о сохранении своих чести и достоинства, недопущение принятия решений из соображений личной заинтересованности, несовершение при выполнении служебных обязанностей поступков, вызывающих сомнение в объективности, справедливости и беспристрастности сотрудника, наносящих ущерб его репутации, авторитету федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, а также государственной власти.

По смыслу положений ч.1 ст.49 Закона о службе нарушением служебной дисциплины (дисциплинарным проступком) признается виновное действие (бездействие), выразившееся в нарушении сотрудником органов внутренних дел законодательства Российской Федерации, дисциплинарного устава органов внутренних дел Российской Федерации, должностного регламента (должностной инструкции), правил внутреннего служебного распорядка федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, его территориального органа или подразделения, либо в несоблюдении запретов и ограничений, связанных со службой в органах внутренних дел, и требований к служебному поведению, либо в неисполнении (ненадлежащем исполнении) обязательств, предусмотренных контрактом служебных обязанностей, приказов и распоряжений прямых руководителей (начальников) и непосредственного руководителя (начальника) при выполнении основных обязанностей и реализации предоставленных прав.

В случае нарушения сотрудником органов внутренних дел служебной дисциплины на него может налагаться дисциплинарное взыскание в виде увольнения со службы в органах внутренних дел по соответствующим основаниям (п.6 ч.1 ст.50 Закона о службе). Порядок и сроки применения к сотрудникам органов внутренних дел дисциплинарных взысканий установлены ст.51 того же федерального закона.

Как неоднократно отмечал в своих определениях Конституционный Суд Российской Федерации, служба в органах внутренних дел является особым видом государственной службы, направлена на реализацию публичных интересов, что предопределяет наличие у сотрудников, проходящих службу в этих органах, специального правового статуса, обусловленного выполнением конституционно значимых функций по обеспечению правопорядка и общественной безопасности. Законодатель, определяя правовой статус сотрудников, проходящих службу в органах внутренних дел, вправе устанавливать для этой категории граждан особые требования, в том числе к их личным и деловым качествам, и особые обязанности, обусловленные задачами, принципами организации и функционирования органов внутренних дел, а также специфическим характером деятельности указанных лиц (например, определение от 16 апреля 2009 года № 566-О-О).

В силу п.9 ч.3 ст.82 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ контракт подлежит расторжению, а сотрудник органов внутренних дел увольнению со службы в органах внутренних дел в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел.

Из содержания приведенных нормативных положений в их системной взаимосвязи следует, что в случае совершения сотрудником органов внутренних дел проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, он подлежит безусловному увольнению, а контракт с ним – расторжению. Применение других мер ответственности в данном случае невозможно, поскольку закон не предоставляет руководителю органа внутренних дел права избрания для такого сотрудника иной, более мягкой, меры ответственности, чем увольнение из органов внутренних дел.

Вопреки доводам истца, факт совершения им проступка указанного выше характера нашел свое подтверждение в ходе рассмотрения дела.

Так, по условиям контракта о прохождении службы в органах внутренних дел, заключенного 1 сентября 2017 года сроком на пять лет (т.1 л.д.33-35), ФИО1 обязался добросовестно выполнять должностные обязанности участкового уполномоченного полиции отдела участковых уполномоченных полиции Отдела участковых уполномоченных полиции и по делам несовершеннолетних Отдела МВД России по городу Ноябрьску Ямало-Ненецкого автономного округа, быть верным Присяге сотрудника органов внутренних дел, быть честным и преданным порученному делу, соблюдать служебную дисциплину, ограничения и запреты, связанные со службой, соблюдать внутренний служебный распорядок (п.2, 4.2, 4.3, 4.4, 4.5). Данным контрактом сотруднику установлен ненормированный служебный день.

В соответствии с должностной инструкцией, утвержденной начальником ОМВД России по г.Ноябрьску 18 марта 2020 года (т.1 л.д.199-208), участковый уполномоченный полиции ФИО1 в своей деятельности руководствуется Конституцией Российской Федерации, Законом о полиции, Законом о службе, приказом МВД России от 29 марта 2019 года № 205 «О несении службы участкового уполномоченного полиции на обслуживаемом административном участке и организации этой деятельности», а также иными нормативными актами; он должен знать и соблюдать требования законов, приказов, распоряжений и иных нормативных правовых актов Российской Федерации, составляющих правовую основу деятельности участкового уполномоченного полиции; он обязан осуществлять наблюдение за соблюдением лицами, состоящими под административным надзором, установленных судом временных ограничений; обязан проводить индивидуальную профилактическую работу с лицами, состоящими на профилактическом учете, и размещать результаты ее проведения в СОООП: перед заступлением на службу в соответствии с утвержденным графиком несения службы обязан являться для прохождения инструктажа; участковый уполномоченный несет ответственность за неисполнение (ненадлежащее исполнение) своих должностных обязанностей, нарушение регламента работы ОМВД России по г.Ноябрьску (п.1.2, 2.1, 3.21, 3.22, 3.33, 3.46, 4.1.1 и 4.1.5).

С должностной инструкцией истец ознакомлен в день ее утверждения – 18 марта 2020 года.

Со 2 апреля 2020 года за ФИО1 закреплен административный участок № (т.1 л.д.48).

15 ноября 2019 года ответчиком в целях упорядочения режима работы, рационального использования сил и средств ОУУПиПДН, с учетом складывающейся оперативной обстановки издан приказ № (т.1 л.д.99-101), которым утвержден регламент служебного времени участковых уполномоченных полиции. Согласно этому регламенту установлена восьмичасовая продолжительность рабочей смены для мужчин (первая смена – с 9 до 19 часов, вторая – с 12 до 22 часов, предусмотрены перерывы для отдыха и приема пищи 2 часа в продолжение каждой смены).

В соответствии с утвержденным начальником полиции ОМВД России по г.Ноябрьску 25 апреля 2020 года графиком несения службы участковых уполномоченных полиции на май 2020 года (т.1 л.д.161-162) день 17 мая являлся для ФИО1 выходным, а на службу он должен был заступить в 9 часов утра 18 мая 2020 года.

В графике отсутствует подпись истца, свидетельствующая о его ознакомлении с этим графиком, однако о режиме работы в указанные дни ему было достоверно известно, что следует из его же объяснений в ходе рассмотрения дела 2 и ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым 17 мая был его выходным днем, а 18 мая его вызвали на службу, куда он пришел в 7 утра, то есть за два часа до начала своей рабочей смены.

Факт осведомленности истца о режиме работы подтверждается и показаниями допрошенного судом в качестве свидетеля старшего УУП ОМВД России по г.Ноябрьску ФИО14 (т.2 л.д.25), согласно которым участковые работают в две смены – с 9 до 19 и с 12 до 22, работа участковых в ночное время ничем не предусмотрена, возможны лишь проверки лиц, находящихся под административным надзором, но строго по утвержденному графику и только сотрудниками тех служб, что в этом графике указаны. В ночное время участкового могут вызвать на работу в случае поступления сообщения о совершении тяжкого преступления и принятия руководителем оперативной дежурной группы соответствующего решения. Других причин для работы в ночное время у участковых уполномоченных попросту нет. У участковых также есть график несения службы, который составляется на один месяц и доводится до сведения сотрудников начальством. Подписание графика участковыми не предусмотрено, но каждый знает, когда ему выходить и в какую смену. Отсутствие у участкового уполномоченного этой информации невозможно – графики направляются сотрудникам всеми возможными и доступными способами, копии вручаются старшим участковым уполномоченным для размещения в помещениях опорных пунктов.

Приказом МВД России от 29 марта 2019 года № 205 «О несении службы участковым уполномоченным полиции на обслуживаемом административном участке и организации этой деятельности» утверждена Инструкция по исполнению участковым уполномоченным полиции служебных обязанностей на обслуживаемом административном участке, которая определяет порядок исполнения служебных обязанностей участковым уполномоченным (далее – Инструкция).

Согласно Инструкции, участковый уполномоченный полиции при несении службы на обслуживаемом административном участке, помимо исполнения прочих обязанностей, проводит индивидуальную профилактическую работу с лицами, состоящими на профилактическом учете (п.9.3). Участковый уполномоченный полиции несет службу в форменной одежде; при выполнении отдельных поручений по указанию начальника территориального органа либо его заместителя – начальника полиции или заместителя начальника полиции (по охране общественного порядка) участковый уполномоченный полиции может нести службу без форменной одежды, при этом он обязан иметь при себе служебное удостоверение и специальный жетон с личным номером (п.11). Участковый уполномоченный полиции осуществляет деятельность по утвержденному заместителем начальника полиции (по охране общественного порядка) территориального органа или начальником отдела полиции графику несения службы, в котором указываются служебные и выходные дни, дни отпуска сотрудников, а также время заступления участковых уполномоченных полиции на службу (п.14). Режим служебного времени участкового уполномоченного полиции определяется в установленном порядке с учетом складывающейся оперативной обстановки на обслуживаемых административных участках и специфики выполнения поставленных задач (п.15). Перед заступлением на службу участковый уполномоченный полиции проходит инструктаж (п.16).

В соответствии с п.22, 33 и 34 Инструкции основными формами несения службы участковым уполномоченным полиции являются профилактический обход административного участка, рассмотрение обращений граждан, индивидуальная профилактическая работа, прием граждан, отчеты перед населением о проделанной работе. Индивидуальная профилактическая работа проводится участковым уполномоченным полиции в том числе с лицами, допускающими правонарушения в семейно-бытовой сфере. В ходе такой работы участковый уполномоченный полиции посещает лиц, допускающих правонарушения в семейно-бытовой сфере, по месту их жительства или пребывания не реже одного раза в квартал; индивидуальная профилактическая работа с лицами, допускающими правонарушения в семейно-бытовой сфере, проводится в течение одного года с момента принятия решения о ее проведении; основанием для прекращения индивидуальной профилактической работы является истечение срока проведения индивидуальной профилактической работы.

В силу правил, установленных п.35 Инструкции, при несении службы на обслуживаемом административном участке участковый уполномоченный полиции использует различные формы профилактического воздействия, в том числе профилактическую беседу (в целях предупреждения преступлений и иных правонарушений с разъяснением лицу, в отношении которого применяются меры индивидуальной профилактики правонарушений, его моральной и правовой ответственности перед обществом, государством, социальных и правовых последствий продолжения антиобщественного поведения) и профилактический учет, постановке на который подлежат в том числе лица, допускающие правонарушения в семейно-бытовой сфере.

Упомянутый истцом ФИО15 действительно является поднадзорным лицом и проживает в <адрес> (т.1 л.д.145, 155-156), однако в ночь с 17 на 18 мая 2020 года он согласно утвержденному графику (т.1 л.д.157-158) подлежал проверке службой ППСП и был проверен сотрудниками именно этого подразделения (т.1 л.д.153-154, 159). Прибытие наряда ППСП в целях проверки ФИО64 в 0 часов 20 минут 18 мая 2020 года зафиксировано видеокамерами слежения, установленными во дворе дома (т.2 л.д.16-19).

Участковым уполномоченным полиции в ту ночь согласно тому же графику должен был быть проверен поднадзорный ФИО16, который также проживает в <адрес>. При этом ни ФИО66, ни ФИО65 не проживают в подъезде, в котором расположена <адрес>.

Ссылки истца на то, что он перепутал фамилии поднадзорных лиц, подлежащих проверке в ночное время, с учетом занимаемой им по состоянию на 17-18 мая 2020 года должности не выдерживают никакой критики.

Проживающий в <адрес> ФИО104 состоит на профилактическом учете как лицо, допускающее правонарушения в сфере семейно-бытовых отношений и представляющее опасность для окружающих (семейный дебошир), что подтверждается материалами дела (т.1 л.д.160).

Указанное означает, что истец не только имел право, но и был обязан проводить с ФИО67 индивидуальную профилактическую работу, включая профилактические беседы, но исключительно в рамках полномочий, установленных Инструкцией, а следовательно с соблюдением совокупности следующих условий:

- в форменной одежде (отдельных поручений относительно ФИО68 по указанию начальника территориального органа либо его заместителя – начальника полиции или заместителя начальника полиции (по охране общественного порядка) истцу не давалось);

- по утвержденному в установленном порядке графику несения службы (только в рабочие дни и только в пределах смены – с 9 до 19 или с 12 до 22 часов);

- после соответствующего инструктажа.

Между тем, истец при посещении <адрес> не был в форменной одежде; время посещения было ночным и находилось за пределами любой из рабочих смен, то есть не соответствовало утвержденному графику несения службы; посещение имело место без необходимого инструктажа.

Из пояснений истца, данных им в судебном заседании 2 июля 2020 года, следует, что жалоб на лиц, проживающих в <адрес>, в том числе ФИО69, ему в тот день не поступало. Следовательно, исходя из совокупности вышеприведенных нормативно-правовых положений, регламентирующих службу в полиции и несение службы участковыми уполномоченными полиции, у истца не имелось абсолютно никаких законных оснований для посещения любой из квартир этого подъезда в нерабочее для него время, а тем более в ночное. Не смотря на это, истец в ночное время пришел именно в тот подъезд, в котором находится <адрес>, с целью посещения именно этой квартиры опять же в ночное время начал звонить по телефону другим проживающим в подъезде лицам (в частности, упомянутой им же ФИО72), и, выяснив, что шум из <адрес> доносится, но не мешает, добившись, чтобы ему открыли дверь в подъезд (домофон), проследовал совместно со ФИО70 и ФИО71 целенаправленно именно в эту квартиру.

В ходе судебного разбирательства с достоверностью установлено и подтверждается видеозаписью, что, вопреки доводам ФИО1, ФИО73 и ФИО74, они совместно прибыли к дому №, совместно ожидали открытия двери в подъезд, совместно поднимались на 9 этаж в лифте, совместно вышли из лифта. Как справедливо отмечено прокурором, о совместности и согласованности действий указанных лиц свидетельствует тот факт, что папка с документами ФИО1 находилась в руках ФИО75, и ФИО1 не предпринимал никаких попыток к ее изъятию.

В квартире ФИО76 были все трое, при этом ФИО1 не предпринимал никаких мер к пресечению противоправных действий, о совершении которых ФИО78 и ФИО79 (называя их неизвестными) указывали Свидетель №1, Свидетель №2 и ФИО77.

Факт применения физической силы к ФИО80 подтверждается объяснениями Свидетель №2, Свидетель №1 и ФИО81, указавшего, что того под руки вывели из квартиры, факт драки в подъезде – объяснениями ФИО82.

Следует отметить, что пояснения истца, ФИО83 и ФИО84 противоречат тому, что зафиксировано видеокамерой, противоречат объяснениям всех очевидцев происшедшего и в определенной части противоречат друг другу (ими были даны разные ответы на вопросы о том, почему они покинули квартиру ФИО1, кто во что был одет, в каком порядке они входили в подъезд, лифт, квартиру, у кого и почему была папка ФИО1, в каком порядке покидали их, куда пошли потом, кто и зачем провожал ФИО101, где находился ФИО86, что делал ФИО1, почему ФИО98 покинул квартиру, где были его вещи, кем и в какой момент они были возвращены, возвращались ли они в подъезд и квартиру, кто именно и зачем возвращался и т.п. – ФИО1 и ФИО85 утверждали, что головного убора ни у кого не было, ФИО91 заявил, что не носит их в принципе, однако исходя из видеозаписи в кепке (бейсболке) был именно ФИО100; ФИО1 указывал, что один возвращался в квартиру за папкой, хотя ФИО99 пояснял, что никто в квартиру не возвращался; все трое указывали, что ФИО1 на кухне проводил профилактическую беседу, составлял документы, при этом они же указали, что ФИО87 и ФИО88 стояли у порога, с которого кухня не просматривается; ФИО92 и ФИО93 указывали, что провожали ФИО89 все трое, хотя показания ФИО1 и видеозапись это опровергают; ФИО1 указал, что вышел из своей квартиры, так как ему необходимо было проверить ФИО94, а по дороге он увидел свет в квартире ФИО90 и зашел к нему, ФИО102 – что ФИО1 собрался уходить после того, как ему кто-то позвонил; ФИО96 указывал, что ФИО97 ушел без обуви и рубашки, все трое – что на ФИО95 никто не замахивался и рубашку его не трогал, хотя видеозапись это опровергает).

В ходе медицинского освидетельствования истца, результат которого зафиксирован актом № от 18 мая 2020 года (т.1 л.д.167-168), не установлено состояние его опьянения, однако в ходе освидетельствования истец указал, что употреблял алкоголь вчера. «Вчера» по отношению к дню освидетельствования приходится на 17 мая, что говорит об употреблении истцом алкоголя до посещения квартиры ФИО103.

Телесных повреждений, полученных истцом в период рассматриваемых событий, не выявлено (т.1 л.д.169-170).

Оценивая все представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 действительно совершен вменяемый ему проступок, порочащий честь сотрудника органа внутренних дел, выразившийся в посещении 18 мая 2020 года в ночное время гражданина, состоящего на учете в качестве «семейного дебошира», проживающего в <адрес>, совместно с другими лицами, в том числе сотрудником полиции в состоянии алкогольного опьянения, в целях, не связанных с осуществлением служебной деятельности, что привело к обращению в дежурную часть гражданина ФИО6 с сообщением о драке, нарушившей его покой в ночное время, и гражданина ФИО5 с заявлением о причинении ему телесных повреждений.

С мнением истца о нарушении истцом таким образом норм перечисленных в заключении служебной проверки законодательных актов также следует согласиться, поскольку факт такого нарушения нашел свое подтверждение. В частности, истец допустил нарушение положений ст.2 и 18 Конституции Российской Федерации, которыми установлено, что высшей ценностью являются человек, его права и свободы, а признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства; права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими и определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти.

В соответствии со ст.5-7, 9, 27 Закона о полиции таковая осуществляет свою деятельность на основе соблюдения и уважения прав и свобод человека и гражданина. Сотруднику полиции запрещается прибегать к пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению. Сотрудник полиции обязан пресекать действия, которыми гражданину умышленно причиняются боль, физическое или нравственное страдание. При обращении к гражданину сотрудник полиции обязан назвать свои должность, звание, фамилию, предъявить по требованию гражданина служебное удостоверение, после чего сообщить причину и цель обращения. Полиция осуществляет свою деятельность в точном соответствии с законом. Сотрудник полиции как в служебное, так и во внеслужебное время должен воздерживаться от любых действий, которые могут вызвать сомнение в его беспристрастности или нанести ущерб авторитету полиции. Действия сотрудников полиции должны быть обоснованными и понятными для граждан. Общественное мнение является одним из основных критериев официальной оценки деятельности полиции, определяемых федеральным органом исполнительной власти в сфере внутренних дел. Сотрудник полиции обязан соблюдать при выполнении служебных обязанностей права и законные интересы граждан, общественных объединений и организаций; обязан соблюдать внутренний распорядок территориального органа, распорядок организации, входящей в систему федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, где он проходит службу.

Аналогичные нормы содержатся в Типовом кодексе этики и служебного поведения государственных служащих Российской Федерации и муниципальных служащих, одобренном решением президиума Совета при Президенте РФ по противодействию коррупции от 23 декабря 2010 года (протокол N 21), согласно которому государственные (муниципальные) служащие, сознавая ответственность перед государством, обществом и гражданами, призваны исходить из того, что признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина определяют основной смысл и содержание деятельности как государственных органов и органов местного самоуправления, так и государственных (муниципальных) служащих; соблюдать нормы служебной, профессиональной этики и правила делового поведения; воздерживаться от поведения, которое могло бы вызвать сомнение в добросовестном исполнении государственным (муниципальным) служащим должностных обязанностей, а также избегать конфликтных ситуаций, способных нанести ущерб его репутации или авторитету государственного органа либо органа местного самоуправления (подп.б, и, м п.11); в служебном поведении государственный (муниципальный) служащий воздерживается от грубости, проявлений пренебрежительного тона, заносчивости, предвзятых замечаний, предъявления неправомерных, незаслуженных обвинений, угроз, оскорбительных выражений или реплик, действий, препятствующих нормальному общению или провоцирующих противоправное поведение (подп.б, в п.26); государственные (муниципальные) служащие призваны способствовать своим служебным поведением установлению в коллективе деловых взаимоотношений и конструктивного сотрудничества друг с другом, государственные (муниципальные) служащие должны быть вежливыми, доброжелательными, корректными, внимательными и проявлять терпимость в общении с гражданами и коллегами (п.27).

Между тем, как утверждает большинство из опрошенных в ходе проверки лиц, в том числе подтвердивший свои показания в суде ФИО5, истец не пресек противоправных действий лиц, совместно с ним пришедших в квартиру, хотя являлся очевидцем этих противоправных действий, не представлялся (даже ФИО7, с которым ФИО1, по его словам, проводил профилактическую беседу, не указывал, что профилактическая беседа имела место и проводилась именно ФИО1), причина и цель его визита совместно с другими лицами понятными для находившихся в <адрес> лиц не были, действия не были обоснованными, внутренний распорядок ОМВД России по г.Ноябрьску истцом соблюден не был. Указанные обстоятельства, безусловно, вызвали сомнение в беспристрастности истца, способствовали формированию негативного общественного мнения о деятельности полиции и нанесли ущерб ее авторитету.

Следует упомянуть и то, что, хотя ФИО1 по состоянию на май 2020 года не имел действующих дисциплинарных взысканий, 1 декабря 2017, 21 марта, 15 ноября и 28 декабря 2018 года приказами руководителя на него накладывались дисциплинарные взыскания в виде замечания (т.1 л.д.36-45), что свидетельствует об учете ответчиком при решении вопроса об увольнении истца отношения последнего к службе и исполнению должностных обязанностей. Относительно этого также следует указать, что характеризуется истец посредственно – как лицо, слабо проявляющее желание в работе, постоянно вступающее в дискуссии, с трудом переносящее тяготы полицейской службы, не особо дорожащее службой в органах внутренних дел, имеющее недостаточный уровень культуры в работе и общении с людьми, не охотно и не всегда проявляющее вежливость и корректность в обращении с гражданами и не пользующееся авторитетом среди коллег (т.1 л.д.240).

В ходе рассмотрения дела не установлено нарушений порядка проведения служебной проверки в отношении истца, поскольку все требования, установленные ст.52 Закона о службе и Приказом МВД от 26 марта 2013 года № «Об утверждении порядка проведения служебной проверки в органах, организациях и подразделениях Министерства внутренних дел Российской Федерации», ответчиком были выполнены.

Доводы истца о том, что он не был своевременно ознакомлен с материалами служебной проверки, не свидетельствуют об обратном. Кроме того, 28 мая 2020 года истец обращался к ответчику с заявлением от 25 мая 2020 года об ознакомлении с материалами проверки (т.1 л.д.84-85), в ответ на которое получил необходимые разъяснения (т.1 л.д.86-87), возможность ознакомления с материалами проверки истцу была предоставлена.

Несвоевременное ознакомление с материалом проверки не повлекло нарушения права истца на защиту, в том числе путем своевременного обращения в суд с настоящим иском.

Порядок увольнения ответчиком также соблюден – с истцом проведена разъяснительная беседа (т.1 л.д.78-79), он под роспись ознакомлен с представлением к увольнению со службы в органах внутренних дел (т.1 л.д.80-81), с приказом об увольнении в день его издания (т.1 л.д.82), ему выданы необходимые документы (т.1 л.д.83).

Совокупность изложенных выше обстоятельств позволяет суду прийти к выводу об отсутствии каких-либо оснований для удовлетворения требований иска о признании незаконными заключения по материалам служебной проверки и приказа о расторжении контракта и увольнении ФИО1 со службы в органах внутренних дел, а также о восстановлении его в занимаемой ранее должности.

В связи с этим не имеется оснований и для удовлетворения связанных с упомянутыми выше требований о взыскании среднего заработка (компенсации) за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда.

На основании изложенного, руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

ФИО1 в удовлетворении предъявленных к Отделу Министерства внутренних дел России по городу Ноябрьску исковых требований о признании заключения и приказа об увольнении незаконными, восстановлении в должности, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Суд Ямало-Ненецкого автономного округа в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путём подачи жалобы через Ноябрьский городской суд.

Судья (подпись) Д.М.Нигматуллина