Приговор № 1-10/2017 от 30 марта 2017 г. по делу № 1-10/2017

Приговор

Именем Российской Федерации

31 марта 2017 г. г. Будённовск

Будённовский гарнизонный военный суд в составе председательствующего Васильчука Н.Ю., при секретаре судебного заседания Сироткиной О.Н., с участием государственного обвинителя – старшего помощника военного прокурора Будённовского гарнизона <данные изъяты> ФИО1, защитника-адвоката Давыдова А.Б., подсудимого ФИО2, рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении бывшего военнослужащего войсковой части № <данные изъяты>

ФИО2, родившегося <данные изъяты>

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ.

Судебным следствием военный суд

установил:

Штепа совершил мошенничество путем обмана в крупном размере при следующих обстоятельствах.

До 7 ноября 2014 г. Штепа проходил военную службу по контракту в войсковой части №, дислоцированной в г. Будённовске Ставропольского края, получая при этом денежное довольствие через федеральное казенное учреждение «Единый расчетный центр Министерства обороны Российской Федерации» (далее – ЕРЦ МО РФ) на банковский счет, открытый в г. Будённовске.

После вышеуказанной даты Штепа в связи с переводом к новому месту службы был зачислен в списки личного состава войсковой части №, дислоцирующейся в г. Джанкой Республики Крым. Выплата денежного довольствия ему стала осуществляться иным довольствующим органом на другой банковский счет. При этом командованием воинской части Штепа был предупрежден, что из-за организационно-технических проблем возможно продолжение выплаты ему денежного довольствия по прежнему месту службы, о чем Штепа обязался сообщить командованию и возвратить излишне полученные денежные средства.

Несмотря на перевод Штепы, ЕРЦ МО РФ продолжило обеспечивать его денежным довольствием как военнослужащего войсковой части №

Достоверно узнав об этом 10 декабря 2014 г., Штепа, действуя с прямым умыслом и корыстной целью, желая незаконно обогатиться, решил умолчать о факте выплаты ему денежного довольствия по прежнему месту военной службы и похитить денежные средства, начисляемые ему ЕРЦ МО РФ.

Осуществляя задуманное, Штепа скрывал от командования и органов военного управления вышеназванный факт по ноябрь 2016 г., в том числе – и после исключения 24 июня 2015 г. из списков личного состава воинской части в связи с увольнением с военной службы. В ноябре 2016 г. ЕРЦ МО РФ прекратил выплату Штепе денежного довольствия.

Всего с декабря 2014 г. по ноябрь 2016 г. ЕРЦ МО РФ начислило Штепе как военнослужащему войсковой части № в качестве денежного довольствия за период декабрь 2014 г. - октябрь 2016 г. 393 195 руб. (что в соответствии с Примечанием 4 к ст. 158 УК РФ является крупным размером хищения), из которых 184 788 руб. – были переведены по алиментным обязательствам Штепы, а остальная часть денежных средств – на его банковский счет в г. Будённовске Ставропольского края.

В судебном заседании подсудимый Штепа свою вину в совершении инкриминированного ему деяния признал полностью и дал показания по своему содержанию соответствующие изложенному выше. При этом Штепа пояснил, что решил умалчивать о необоснованном начислении ему денежного довольствия по прежнему месту службы из-за финансовых проблем в семье.

Помимо личного признания Штепы, его виновность в совершении инкриминируемого ему деяния подтверждается совокупностью доказательств, представленных стороной обвинения.

Из показаний представителя потерпевшего (ЕРЦ МО РФ) Б следует, что бывший военнослужащий войсковой части № Штепа состоял на денежном довольствии в ЕРЦ МО РФ с 21 июля 2014 по октябрь 2016 года. Согласно расчетным листкам Штепы за период с 8 ноября 2014 г. по ноябрь 2016 г. ему было начислено в качестве денежного довольствия 408 503,03 рублей, из которых 194 228,03 руб. удержано по алиментам и выплачено 214 275 рублей. Незаконным получением денежного довольствия Штепа причинил ЕРЦ МО РФ имущественный вред.

Согласно показаниям свидетеля Ш – супруги подсудимого, её муж проходил военную службу по контракту в войсковой части № по ноябрь 2014 года, после чего был переведен в войсковую часть № в г. Джанкой. Во время прохождения военной службы в войсковой части № ее супруг открыл счет в отделении Банка «ВТБ 24» г. Будённовска, на который ему перечислялось денежное довольствие. При переводе в г. Джанкой муж оставил зарплатную карту Банка «ВТБ 24Ё ей, Штепе. Примерно 10 ноября 2014 г. на данную карту поступили денежные средства 6 655 рублей, в связи с чем она по телефону поинтересовалась у супруга о происхождении этих денег. Тот ей пояснил, что это остаток денежного довольствия за службу в войсковой части №. Затем 10 декабря 2014 г. на карту мужа снова поступили денежные средства и она вновь позвонила мужу. Штепа ей ответил, что никаких проблем в этом нет, и она может пользоваться денежными средствами по своему усмотрению. В последующем деньги продолжали регулярно поступать на зарплатную карту, и она пользовалась ими по своему усмотрению.

Из выписки из приказа командира войсковой части № от 27 октября 2014 г. № 235 следует, что младший сержант Штепа с 7 ноября 2014 г. исключен из списков личного состава воинской части, снят со всех видов обеспечения и полагается убывшим к новому месту службы в войсковую часть № г. Джанкой.

Согласно выписке из приказа командира войсковой части № от 10 ноября 2014 г. №39 младший сержант Штепа с 10 ноября 2014 г. зачислен в списки личного состава войсковой части № и с этого же дня поставлен на все виды обеспечения.

В соответствии с показаниями свидетелей ФИО3 (командира войсковой части №) и Часовских (помощника командира той же воинской части по финансово-экономической работе) <данные изъяты> Штепа проходил военную службу по контракту в войсковой части № с ноября 2014 по июнь 2015 года. По прибытию в ноябре 2014 г. Штепа написал на имя командира воинской части рапорт о постановке его на денежное довольствие без денежного аттестата, в котором указал, что обязуется уведомить командование о поступлении денежного довольствия на банковскую карту по прежнему месту службы. В последующем, вплоть до увольнения в запас, каких-либо докладов от Штепы о выплате ему денежного довольствия как военнослужащему войсковой части № не поступало.

Согласно протоколу осмотра от 14 января 2017 г. журнала учета служебных документов (рапортов) войсковой части №, за период времени с 20 ноября 2014 г. по 7 июля 2016 г. сведений о поступлении (регистрации) в войсковой части № рапортов либо иных документов от имени ФИО2 не имеется.

Из протокола выемки от 13 января 2017 г. и протокола осмотра документа от 15 февраля 2017 г. усматривается, что в войсковой части № изъят рапорт Штепы от 10 ноября 2014 г. на имя командира названной воинской части, согласно которому Штепа просит поставить его денежное довольствие без денежного аттестата и обязуется своевременно уведомить командование воинской части о необоснованном перечислении ему денежного довольствия на банковскую карту из ЕРЦ МО РФ, а также внести необоснованно начисленные денежные средства в кассу войсковой части №

Согласно протоколу от 19 февраля 2017 г. осмотра выписки движения денежных средств по банковскому счету, открытом в отделения Банка «ВТБ 24» на имя ФИО2, копий расчетных листков на выплаченное Штепе денежное довольствие в период времени с декабря 2014 года по ноябрь 2016 года, копий реестров и заявок на кассовые расходы на зачисление денежных средств на банковскую карту Штепы в отделении Банка «ВТБ-24», а также заключению эксперта от 22 февраля 2017 г., проводившего судебно-бухгалтерскую экспертизу, с 11 декабря 2014 г. по 30 ноября 2016 г. в качестве денежного довольствия за период с декабря 2014 г. по октябрь 2016 г. ЕРЦ МО РФ выплатило Штепе 208 406, 92 руб. и 184 788,08 руб. из его денежного довольствия было удержано на алименты.

Непосредственно на банковский (зарплатный) счет Штепы в г. Будённовске, после его исключения из списков личного состава войсковой части 44936, денежные средства поступали в следующие сроки и в следующих размерах: 10 ноября 2014 г. – 6 555,67 руб.; 10 декабря 2014 г. – 7 256,46 руб.; 22 ноября 2014 г. – 7654,02 руб.; 10 февраля 2015 г. – 6236,45 руб.; 10 марта 2015 г. – 6236,45 руб.; 10 апреля 2015 г. – 6289,61 руб.; 12 мая 2015 г. – 8134,49 руб.; 10 июня 2015 г. – 8134,49 руб.; 10 июля 2015 г. – 8134,50 руб.; 12 августа 2015 г. – 8134,50 руб.; 10 сентября 2015 г. – 8134,50 руб.; 12 октября 2015 г. – 9013,83 руб.; 10 ноября 2015 г. – 9490,25 руб.; 10 декабря 2015 г. – 18 421,08 руб.; 24 декабря 2015 г. – 9490,25 руб.; 10 февраля 2016 г. – 9490,25 руб.; 10 марта 2016 г. – 9490,25 руб.; 11 апреля 2016 г. – 9490,25 руб.; 10 мая 2016 г. – 9490,25 руб.; 10 июня 2016 г. – 9490,25 руб.; 11 июля 2016 г. – 9490,25 руб.; 10 августа 2016 г. – 9490,25 руб.; 12 сентября 2016 г. – 9490,25 руб.; 10 октября 2016 г. – 9490,25 руб.; 10 ноября 2016 г. – 9490,25 руб.

Вышеперечисленные доказательства суд полагает отвечающими требованиям относимости, допустимости и достоверности, в связи с чем кладет их в основу приговора.

Стороной защиты каких-либо доказательств невиновности подсудимого суду не представлено.

Давая юридическую оценку подсудимого, военный суд исходит из следующего.

В соответствии со ст. 106 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил РФ, утвержденного указом Президента РФ от 10.11.2007 г. № 1495, военнослужащий, которому стало известно о фактах незаконного расходования денежных средств или фактах нанесения ущерба Вооруженным Силам РФ, обязан доложить об этом непосредственному командиру (начальнику), а также направить письменное обращение (предложение) об устранении этих недостатков или заявление (жалобу) вышестоящему командиру (начальнику). Командование войсковой части № предупредило Штепу о возможном продолжении выплаты ему денежного довольствия по прежнему месту службы. При этом его супруга дважды (в 10 ноября и 10 декабря 2014 г.) сообщила Штепе о поступлении денежных средств на зарплатный счет, открытый для получения денежного довольствия в войсковой части №. Таким образом, 10 декабря 2014 г. Штепе объективно стало известно о необоснованном перечислении ему денежного довольствия как военнослужащему войсковой части №, каковым он уже не являлся. Несмотря на это Штепа, вопреки взятым на себя обязательствам, должностным лица МО РФ об этом не сообщил.

Таким образом, на основании совокупности достоверных и допустимых доказательств по делу, суд приходит к выводу, что Штепа осознавал отсутствие у него правовых оснований на получение денежных средств, зачисляемых ему ЕРЦ МО РФ на банковский счет в г. Будённовске и об обязанности сообщить о данном факте командованию, однако умышленно умолчал об этом, чем совершил обман, в результате которого похитил денежные средства в сумме 393 195 руб., т.е. в крупном размере.

В связи с изложенным, суд расценивает деяние Штепы как мошенничество (хищение чужого имущества путем обмана) в крупном размере и квалифицирует его по ч. 3 ст. 159 УК РФ.

Оценивая то обстоятельство, что 184 788,08 руб. из вышеуказанной суммы были получены не лично Штепой, а удержаны из его денежного довольствия по алиментным обязательствам, военный суд исходит из того, что под корыстной целью хищения понимается намерение извлечь конкретную имущественную выгоду из чужого имущества. В связи с этим, поскольку Штепа, действуя противоправно, за счет ЕРЦ МО РФ гасил свои денежные обязательства перед другими лицами, то вышеуказанная денежная сумма входит в размер материально ущерба, причиненного ЕРЦ МО РФ совершенным Штепой хищением.

В ходе предварительного следствия по данному уголовному делу потерпевшим ЕРЦ МО РФ через представителя к подсудимому Штепа предъявлен гражданский иск о возмещении причиненного им имущественного вреда на сумму 408 503,03 руб.

Государственный обвинитель поддержал гражданский иск потерпевшего на сумму 393 195 руб.

Подсудимый Штепа признал основание иска, однако возражал против размера исковых требований, согласившись с позицией государственного обвинителя.

Рассмотрев гражданский иск потерпевшего ЕРЦ МО РФ к подсудимому Штепа о возмещении имущественного вреда на сумму 408 503,03 руб., суд, исходя из представленных доказательств, полагает, что основания иска подтверждены в суде и в соответствии со ст. 1064 ГК РФ указанный иск подлежит удовлетворению. Что же касается размера исковых требований, то военный суд исходит из того, что, согласно исследованным доказательствам, Штепа стал совершать пассивный обман после 10 декабря 2014 г., когда достоверно узнал о получении денежного довольствия по прежнему месту службы. Соответственно, денежные средства в размере 15 308,03 руб., полученные им до 11 декабря 2014 г. (а также перечисленные в качестве алиментов), были получены Штепой не в результате его противоправного бездействия. Т.е., уменьшение имущества ЕРЦ МО РФ на сумму 15 308,03 руб. произошло не в результате причинения вреда Штепой, поэтому заявленный гражданский иск на данную сумму удовлетворению не подлежит. В связи с этим суд считает необходимым удовлетворить гражданский иск в уголовном деле частично, в размере 393 195 руб., а в остальной части на сумму 15 308,03 руб. отказать.

Оценивая характер и степень общественной опасности совершенного Штепой преступления, суд принимает во внимание, что уголовным законом оно отнесено к категории тяжких, что Штепа продолжал совершать его на протяжении фактически двух лет, в том числе - и после окончания военной службы, а также то, что совершение преступления стало возможным ввиду нераспорядительности должностных лиц, не предпринявших своевременно меры к внесению в компьютерную базу данных ЕРЦ МО РФ сведений о прекращении службы Штепой в войсковой части №

С учетом фактических обстоятельств и степени общественной опасности суд не считает возможным в порядке ч. 6 ст. 15 УК РФ изменить категорию совершенного Штепой преступления на менее тяжкую.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, суд признает наличие у подсудимого малолетних детей, а также раскаяние в содеянном.

При назначении Штепе наказания суд учитывает, что по службе Штепа характеризовался отрицательно, к уголовной ответственности привлекается впервые, что его семья является многодетной (помимо совместных малолетних детей, сын жены от первого брака), а также состояние здоровья подсудимого, находившегося на стационарном лечении в связи с заболеванием сердечнососудистой системы.

При рассмотрении вопроса о судьбе вещественных доказательств суд руководствуется положениями ч. 3 ст. 81 УПК РФ.

Принимая во внимание характер и степень общественной опасности совершенного Штепой преступления, учитывая при назначении наказания принципы справедливости и соразмерности ответственности защищаемым законодательством ценностям, обстоятельства смягчающие наказание, данные о личности виновного и влияние наказания на его исправление и на условия жизни его семьи, а также имущественное положение Штепы и его семьи, учитывая возможности получения подсудимым заработной платы или иного дохода военный суд, руководствуясь ст. 307, 308 и 309 УПК РФ,-

приговорил:

ФИО2 признать виновным в мошенничестве путем обмана в крупном размере, то есть в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ, и назначить ему наказание в виде штрафа в размере 100 000 (ста тысяч) руб.

На основании ч. 3 ст. 46 УК РФ рассрочить ФИО2 выплату штрафа на 5 месяцев с ежемесячной выплатой равными частями по 20 000 рублей.

Гражданский иск ЕРЦ МО РФ удовлетворить частично. Взыскать со ФИО2 в пользу федерального казенного учреждения «Единый расчетный центр Министерства обороны Российской Федерации» 393 195 (триста девяносто три тысячи сто девяносто пять) руб. в счет возмещения материального ущерба, причиненного преступлением. В удовлетворении гражданского иска на сумму 15 308 руб. 03коп. – отказать.

Меру процессуального принуждения в отношении осужденного ФИО2 – обязательство о явке, до вступления приговора в законную силу оставить без изменения.

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства, указанные в т. 1 на л.д. 134-136, в т. 2 л.д. 17-19, хранить при уголовном деле.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Северо-Кавказского окружного военного суда в течение 10 суток со дня его постановления.

В случае направления уголовного дела в судебную коллегию по уголовным делам Северо-Кавказского окружного военного суда для рассмотрения в апелляционном порядке осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в заседании суда апелляционной инстанции, поручить осуществление своей защиты избранному им защитнику, отказаться от защитника, либо ходатайствовать перед судом апелляционной инстанции о назначении ему защитника.

Председательствующий . Н.Ю. Васильчук

.
.

.

.