Апелляционное определение № 33-3814/2026 от 19 апреля 2026 г.

УИД 59RS0005-01-2025-005927-25

Дело № 33-3814/2026 (2-207/2026)

Мотивированное апелляционное

определение составлено 20.04.2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Пермь 06.04.2026

Судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда в составе председательствующего судьи Казакова М.В.

судей Бабиновой Н.А., Букатиной Ю.П.

при секретаре судебного заседания Штейниковой Н.С.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации к С1. о взыскании денежных средств в порядке регресса

по апелляционной жалобе Министерства внутренних дел Российской Федерации на решение Мотовилихинского районного суда г. Перми от 20.01.2026.

Заслушав доклад судьи Казакова М.В., пояснения представителя истца ФИО1, изучив материалы дела, судебная коллегия

установила:

Российская Федерация в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации (далее истец, МВД России) обратилась в суд с иском к С1. (далее ответчик) о взыскании денежных средств в порядке регресса.

Требования мотивированы тем, что 09.11.2023 *** С1. было вынесено постановление № ** в отношении К. о привлечении к ответственности по части 4 статьи 12.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях с назначением административного наказания в виде штрафа в размере 5 000 руб. Решением Дзержинского районного суда г.Перми от 17.01.2024, оставленным без изменения решением Пермского краевого суда от 05.04.2024, постановление № ** от 09.11.2023 отменено, производство по делу прекращено в связи с отсутствием состава административного правонарушения. Решением Свердловского районного суда г.Перми от 18.09.2024 исковые требования К. удовлетворены, с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации взыскана компенсация морального вреда в размере 7 000 руб., почтовые расходы в сумме 80,40 руб. Свердловским районным судом г.Перми при разрешении спора признан установленным и доказанным факт нарушения неимущественных прав К., выразившийся в необоснованности привлечения к административной ответственности, данные нарушения признаны достаточными для взыскания в пользу К. компенсации морального вреда, поскольку ему причинен моральный вред в результате действий, нарушающих его личные нематериальные блага, незаконное привлечение его к административной ответственности причинило ему нравственные страдания. В связи с этим суд возложил на Российскую Федерацию в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации обязанность денежной компенсации морального вреда, а также компенсации почтовых расходов. Платежным поручением от 03.02.2025 № ** Министерство финансов Российской Федерации перечислило К. присужденные денежные средства в размере 7080,40 руб., тем самым причинен ущерб Российской Федерации. Заключением по результатам служебной проверки, утвержденной врио начальника Управления МВД России по г.Перми С2., установлено, что *** С1. допустил нарушение требований статей 24.1, 26.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, выразившееся в необоснованном привлечении К. к административной ответственности. В связи с установлением в ходе служебной проверки вины С1. в причинении имущественного вреда казне Российской Федерации, Управлением МВД России по г.Перми в адрес С1. направлена претензия от 25.06.2025 № **, с предложением в 30-дневный срок возместить материальный ущерб в размере 7080,40 руб., которая последним оставлена без удовлетворения. Министерство внутренних дел Российской Федерации, возместившее ущерб К. по основаниям, предусмотренным статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, имеет право предъявлять регрессные требования к ответчикам.

На основании вышеизложенного, истец просил взыскать с С1. в пользу Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации материальный ущерб в порядке регресса в размере 7080,40 руб.

Решением Мотовилихинского районного суда г. Перми от 20.01.2026 в удовлетворении исковых требований Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации отказано.

С данным решением не согласился истец МВД России, который обратился с апелляционной жалобой с просьбой решение суда отменить, удовлетворить исковые требования в полном объеме. В обоснование жалобы указал, что решением Дзержинского районного суда г. Перми от 17.01.2024 по делу № **/2024 постановление командира ** роты ** батальона полка ДПС ГУ МВД России по Пермскому краю С1. от 09.11.2023 № ** в отношении К. по части4 статьи 12.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях отменено в связи с его незаконностью и необоснованностью. Кроме того, решением Свердловского районного суда г. Перми от 18.09.2024 № **/2024 с Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу К. взыскана компенсация морального вреда в размере 7 000 руб. Указанным решением установлена совокупность условий гражданско-правовой ответственности: противоправность (незаконность) действий причинителя вреда, прямая причинно-следственная связь между противоправными действиями и наступлением вреда, а также размер причиненного вреда. На странице 5 в абзаце 4 решения Свердловский районный суд г. Перми указано, что неустановление вины должностного лица в рамках административного судопроизводства не освобождает его от гражданско-правовой ответственности. Суд первой инстанции проигнорировал преюдициальное значение указанных обстоятельств, что привело к необоснованному отказу в удовлетворении иска. Вывод суда первой инстанции об отсутствии виновных действий со стороны С1. противоречит материалам дела и фактическим обстоятельствам. Суд указал, что сам по себе факт составления протокола и его последующая отмена не свидетельствуют о виновности ответчика. Вред, причиненный незаконными действиями сотрудника при выполнении служебных обязанностей, подлежит возмещению при наличии состава правонарушения, включающего: наступление вреда, противоправность (незаконность) действий, прямую причинно-следственную связь и размер вреда. Все указанные элементы установлены вступившими в законную силу судебными актами и материалами служебной проверки. Суд первой инстанции не принял во внимание заключение служебной проверки от 05.12.2024, которым подтверждена противоправность действий С1. В ходе служебной проверки установлен факт нарушения ответчиком требований статей 24.1, 26.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях при вынесении постановления в отношении К. Законодательство не содержит требования о том, что виновность сотрудника может подтверждаться только приговором суда по уголовному делу или иным судебным актом. Суд необоснованно освободил ответчика от материальной ответственности перед государством, несмотря на доказанность ущерба. Размер ущерба подтвержден платежным поручением от 03.02.2025 № ** о перечислении Министерством финансов Российской Федерации К. денежных средств в размере 7 080,40 руб. Указанные денежные средства взысканы за счет средств МВД России именно ввиду незаконности действий должностного лица С1. Таким образом, имущественные интересы государства нарушены в результате противоправных (виновных) действий ответчика, что является достаточным основанием для удовлетворения регрессного иска.

Представитель истца ФИО1 в судебном заседании суда апелляционной инстанции поддержала доводы апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о слушании извещены, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», об уважительности причин неявки судебную коллегию не уведомили, об отложении судебного заседания не просили, в связи с чем в соответствии с частью 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судебной коллегией при указанной явке.

Изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность решения в соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы, выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, судебная коллегия приходит к следующему.

Из материалов дела следует и судом установлено, что постановлением командира ** роты ** батальона полка ДПС ГАИ УМВД России по г.Перми № ** от 09.11.2023 К. признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 4 статьи 12.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 5 000 руб.

Решением судьи Дзержинского районного суда г.Перми от 17.01.2024, принятым по результатам рассмотрения жалобы К., оставленным без изменения решением Пермского краевого суда от 05.04.2024, указанное постановление должностного лица отменено, производство по делу об административном правонарушении прекращено на основании пункта 2 части 1 статьи 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

К. обратился в суд с иском к ГУ МВД России по Пермскому краю о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов.

Решением Свердловского районного суда г.Перми от 18.09.2024 исковые требования К. удовлетворены частично. С Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу К. взыскана компенсация морального вреда в размере 7 000 руб., почтовые расходы в сумме 80,40 руб. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано. Решение вступило в законную силу.

Во исполнение данного решения Министерство финансов Российской Федерации 03.02.2025 перечислило К. сумму в размере 7080,40руб., что подтверждается платежным поручением № ** (л.д.22).

По факту причинения ущерба казне Российской Федерации, а также причин его возникновения в отношении *** С1. по факту прекращения административного материала была проведена служебная проверка.

По результатам служебной проверки 05.12.2024 временно исполняющим обязанности командира полка ДПС ГИБДД Управления МВД России по г.Перми подполковником полиции М. вынесено заключение, в соответствии с которым установлен факт нарушения *** С1., заместителем командира ** батальона полка ДПС ГИБДД Управления МВД России по г.Перми (по службе), требований статей 24.1, 26.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, а именно: 09.11.2023 при вынесении постановления ** по делу об административном правонарушении по части 4 статьи 12.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в отношении К. *** С1. всесторонне, полно, объективно и своевременно не установил всех обстоятельств, подлежащих выяснению по делу об административном правонарушении, в результате чего указанное постановление было отменено, производство по делу об административном правонарушении по части 4 статьи 12.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, выразившееся в необоснованном привлечении К. было прекращено решением Дзержинского районного суда г.Перми от 17.01.2024. С1. к дисциплинарной ответственности не привлечен в связи с истечением шестимесячного срока привлечения к ответственности (л.д. 17-21).

04.09.2025 в адрес С1. направлялась претензия о добровольном возмещении ущерба в размере 7080,40 руб. (л.д. 24-25).

Установив данные обстоятельства и руководствуясь статьями 16, 1064, 1068, 1063, 1070, 1071, 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьями 232, 233, 238, 239, 247 Трудового кодекса Российской Федерации, статей 33 Федерального закона от 07.02.2011 № 3-ФЗ «О полиции», статьями 3, 15 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», разъяснениями Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006 № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований Российской Федерации в лице Министерства Внутренних дел Российской Федерации.

В частности, суд пришел к выводу, что, составляя протокол об административном правонарушении, предусмотренном частью 4 статьи 12.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в отношении К., ответчик С1. действовал в пределах предоставленных ему законом служебных полномочий; сам по себе факт составления ответчиком протокола об административном правонарушении, а также дальнейшая его отмена судебным решением не свидетельствуют о наличии виновных действий со стороны ответчика; доказательств того, что при составлении протокола об административном правонарушении С1. с достоверностью знал о его необоснованности, об отсутствии в действиях привлекаемого лица состава административного правонарушения, а также, что при оформлении протокола об административном правонарушении в отношении К. ответчиком были совершены противоправные, виновные действия либо действия с явным превышением пределов служебных полномочий, которые привели к прекращению производства по делу об административном правонарушении и, как следствие, к возмещению К. компенсации морального вреда и почтовых расходов за счет казны Российской Федерации, в материалы дела не представлены.

Суд указал, что доказательства наличия причинно-следственной связи между действиями ответчика и причинением ущерба в материалы дела также не представлены.

Суд также указал, что действующее административное законодательство уполномочивает сотрудников ДПС на составление протоколов об административном правонарушении по части 4 статьи 12.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, оснований для признания действий ответчика незаконными не имеется. Решение Дзержинского районного суда г.Перми от 17.01.2024, а также решение Свердловского районного суда г.Перми от 18.09.2024, вступившие в законную силу, не содержат выводов о виновности и противоправности действий ответчика С1. Кроме того, возмещенные истцом почтовые расходы не подпадают под понятие ущерба, возникшего вследствие причинения вреда при исполнении трудовых обязанностей. Наличие у истца регрессного права на взыскание материального ущерба, предусмотренного пунктом 1 статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации, не порождает обязанность сотрудников органов внутренних дел возместить такой ущерб при отсутствии вины этих сотрудников.

Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции по доводам апелляционной жалобы у судебной коллегии не имеется, поскольку они основаны на положениях законодательства, соответствуют установленным обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

Положениями статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1).

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно статье 16 Гражданского кодекса Российской Федерации убытки, причиненные гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, в том числе издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежат возмещению Российской Федерацией, соответствующим субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием.

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В силу статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе, в результате издания, не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В силу пункта 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Согласно статье 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Согласно пункту 1 статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

Российская Федерация, субъект Российской Федерации или муниципальное образование в случае возмещения ими вреда по основаниям, предусмотренным статьями 1069 и 1070 названного кодекса, имеют право регресса к лицу, в связи с незаконными действиями (бездействием) которого произведено указанное возмещение (пункт 3.1 статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из приведенных нормативных положений в их системной взаимосвязи следует, что в случае причинения должностным лицом при исполнении служебных обязанностей вреда гражданину или юридическому лицу его возмещение производится в порядке, предусмотренном гражданским законодательством Российской Федерации, за счет казны Российской Федерации. Лицо, возместившее вред, причиненный федеральным государственным гражданским служащим при исполнении им служебных обязанностей, имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

Частью 1 статьи 3 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» определено, что регулирование правоотношений, связанных со службой в органах внутренних дел, осуществляется в соответствии с Конституцией Российской Федерации, названным Федеральным законом, Федеральным законом от 07.02.2011 № 3-ФЗ «О полиции» и другими федеральными законами, регламентирующими правоотношения, связанные со службой в органах внутренних дел, нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации, нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации, нормативными правовыми актами федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел.

В соответствии с частью 2 статьи 3 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в случаях, не урегулированных нормативными правовыми актами Российской Федерации, указанными в части 1 данной статьи, к правоотношениям, связанным со службой в органах внутренних дел, применяются нормы трудового законодательства.

Согласно части 5 статьи 15 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» вред, причиненный гражданам и организациям противоправными действиями (бездействием) сотрудника органов внутренних дел при выполнении им служебных обязанностей, подлежит возмещению в порядке, установленном законодательством Российской Федерации. В случае возмещения Российской Федерацией вреда, причиненного противоправными действиями (бездействием) сотрудника, федеральный орган исполнительной власти в сфере внутренних дел имеет право обратного требования (регресса) к сотруднику в размере выплаченного возмещения, для чего федеральный орган исполнительной власти в сфере внутренних дел может обратиться в суд от имени Российской Федерации с соответствующим исковым заявлением.

За ущерб, причиненный федеральному органу исполнительной власти в сфере внутренних дел, его территориальному органу, подразделению, сотрудник органов внутренних дел несет материальную ответственность в порядке и случаях, которые установлены трудовым законодательством (часть 6 статьи 15 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»).

Согласно части 3 статьи 33 Федерального закона от 07.02.2011 № 3-ФЗ «О полиции» вред, причиненный гражданам и организациям противоправными действиями (бездействием) сотрудника полиции при выполнении им служебных обязанностей, подлежит возмещению в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

За ущерб, причиненный федеральному органу исполнительной власти в сфере внутренних дел, территориальному органу, подразделению полиции либо организации, входящей в систему указанного федерального органа, сотрудник полиции несет материальную ответственность в соответствии с трудовым законодательством Российской Федерации (часть 4 статьи 33 Федерального закона от дата № 3-ФЗ «О полиции»).

Общие положения о материальной ответственности сторон трудового договора, определяющие обязанности сторон трудового договора по возмещению причиненного ущерба и условия наступления материальной ответственности, содержатся в главе 37 Трудового кодекса Российской Федерации.

В соответствии с частью 1 статьи 232 Трудового кодекса Российской Федерации сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Согласно статье 233 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено этим кодексом или иными федеральными законами.

Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

Порядок и условия привлечения работника к материальной ответственности конкретизированы в главе 39 Трудового кодекса Российской Федерации.

Работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат. Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (части 1 и 2 статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации).

Как следует из разъяснений, содержащихся в абзаце 2 пункта 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006 № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» под ущербом, причиненным работником третьим лицам, следует понимать все суммы, которые выплачены работодателем третьим лицам в счет возмещения ущерба. При этом необходимо иметь в виду, что работник может нести ответственность лишь в пределах этих сумм и при условии наличия причинно-следственной связи между виновными действиями (бездействием) работника и причинением ущерба третьим лицам.

Статьей 239 Трудового кодекса Российской Федерации определены обстоятельства, исключающие материальную ответственность работника.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 4 и 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006 № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

На основании статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов. Истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным (части 1 и 2).

Таким образом, необходимыми условиями для наступления материальной ответственности работника за причиненный работодателю ущерб являются: наличие прямого действительного ущерба у работодателя, противоправность поведения (действий или бездействия) работника, причинная связь между действиями или бездействием работника и причиненным работодателю ущербом, вина работника в причинении ущерба.

При этом бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.

Согласно части 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Сотрудник органов внутренних дел несет материальную ответственность за ущерб, причиненный федеральному органу исполнительной власти в сфере внутренних дел, в порядке и случаях, которые установлены трудовым законодательством. В качестве обязательных условий наступления такой ответственности выступают наличие виновного противоправного поведения (действия или бездействия) работника, причинная связь между этим поведением и возникшим у работодателя ущербом, а также сам факт прямого действительного ущерба. Бремя доказывания каждого из этих элементов в силу статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя, которым в данном случае выступает истец.

В материалах дела отсутствуют бесспорные и достаточные доказательства, подтверждающие виновность и противоправность действий С1. при вынесении постановления по делу об административном правонарушении в отношении К., что является самостоятельным и достаточным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Сам по себе факт последующей отмены постановления должностного лица решением Дзержинского районного суда г. Перми от 17.01.2024 и прекращения производства по делу об административном правонарушении в связи с отсутствием состава правонарушения не свидетельствует о наличии вины С1. в понимании трудового законодательства. Отмена постановления вышестоящим органом или судом означает лишь то, что судом был сделан иной вывод о квалификации действий водителя. Однако это не доказывает, что на момент вынесения постановления 09.11.2023 у сотрудника полиции С1. имелись основания достоверно знать об отсутствии состава административного правонарушения и что он действовал с прямым умыслом или грубой неосторожностью, заведомо осознавая противоправный характер своих действий.

Решения Дзержинского районного суда г. Перми от 17.01.2024 и Свердловского районного суда г. Перми от 18.09.2024, вступившие в законную силу, на которые ссылается истец в обоснование своих требований, не содержат выводов о виновности и противоправности действий конкретно ответчика С1.

В рамках рассмотрения гражданского дела № **/2024 о взыскании компенсации морального вреда в пользу К. суд устанавливал факт незаконного привлечения его к административной ответственности, который послужил основанием для возмещения вреда за счет казны Российской Федерации в порядке статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, однако данный факт не является тождественным установлению вины конкретного должностного лица для целей предъявления к нему регрессного требования.

Правовая природа ответственности публично-правового образования по статье 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации наступает независимо от вины должностного лица, тогда как для регрессного требования к самому работнику по правилам трудового законодательства установление его вины является обязательным и самостоятельным условием, которое в данном случае истцом не доказано.

Кроме того, представленное истцом заключение служебной проверки от 05.12.2024, которым установлено, что *** С1. допустил нарушение требований статей 24.1, 26.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, выразившееся в неполном, необъективном и несвоевременном выяснении обстоятельств, подлежащих выяснению по делу об административном правонарушении, не может служить бесспорным и достаточным доказательством его вины в причинении материального ущерба в контексте статьи 233 Трудового кодекса Российской Федерации. Данное заключение является внутренним документом органа внутренних дел, составленным его же должностными лицами по результатам ведомственной проверки, и не подменяет собой судебный акт, устанавливающий противоправность и виновность действий ответчика. В силу принципов состязательности и равноправия сторон в гражданском процессе, а также требований статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации о допустимости доказательств, такое заключение оценивается судом наряду с другими доказательствами и не имеет заранее установленной силы.

Из материалов дела также усматривается, что С1. не был привлечен к дисциплинарной ответственности по результатам данной служебной проверки в связи с истечением установленного законом шестимесячного срока.

Более того, истцом не представлено доказательств того, что при вынесении постановления об административном правонарушении С1. действовал с превышением своих служебных полномочий, с прямым умыслом на привлечение заведомо невиновного лица к административной ответственности либо допустил иные явные и грубые нарушения закона, выходящие за пределы предоставленного ему служебного усмотрения. Постановление было вынесено уполномоченным должностным лицом в рамках компетенции, предоставленной ему Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях, и сама по себе возможность различной оценки одних и тех же фактических обстоятельств сотрудником ГИБДД на месте и судьей районного суда при последующем рассмотрении жалобы с учетом всех материалов дела не свидетельствует о виновности сотрудника полиции в причинении ущерба казне Российской Федерации.

При таких обстоятельствах отсутствие доказательств вины С1. является достаточным основанием для отказа в удовлетворении регрессного иска, поскольку материальная ответственность работника без его вины трудовым законодательством не допускается.

Довод апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции неправомерно не применил преюдициальное значение обстоятельств, установленных решениями Дзержинского районного суда г. Перми от 17.01.2024 и Свердловского районного суда г. Перми от 18.09.2024, подлежит отклонению. В соответствии с частью 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обязательными для суда являются обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, в котором участвуют те же лица. При рассмотрении дела Дзержинского районного суда г. Перми № **/2024 лицом, привлекаемым к административной ответственности, являлся К., а должностное лицо С1. выступал в качестве лица, вынесшего постановление. В рамках указанного дела суд не устанавливал вину С1. как должностного лица в гражданско-правовом смысле, не оценивал его действия на предмет противоправности применительно к последующему регрессному иску, а лишь констатировал отсутствие состава административного правонарушения в действиях К. Решение Свердловского районного суда г. Перми от 18.09.2024 № **/2024, которым с Российской Федерации взыскана компенсация морального вреда, также не содержало выводов о виновности именно С1., поскольку предметом рассмотрения по указанному делу являлось наличие оснований для возмещения вреда потерпевшему за счет казны, а не установление вины конкретного должностного лица для последующего регрессного требования. Более того, на странице 5 в абзаце 4 указанного решения, на который ссылается заявитель, суд лишь разъяснил, что неустановление вины должностного лица в рамках административного судопроизводства не освобождает от гражданско-правовой ответственности, однако данное разъяснение не означает, что вина С1. была установлена указанным судебным актом. Таким образом, преюдициального значения для настоящего дела обстоятельства, на которые ссылается истец, не имеют, поскольку вопрос о виновности ответчика в причинении ущерба Российской Федерации в порядке регресса ранее не был предметом судебного разбирательства с участием тех же лиц. Суд первой инстанции обоснованно не признал указанные судебные акты в качестве безусловного доказательства вины С1., так как для регрессного требования требуется самостоятельное установление всех элементов состава гражданского правонарушения, включая вину.

Доводы апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции необоснованно не усмотрел виновных действий со стороны С1. и не принял во внимание заключение служебной проверки от 05.12.2024, отклоняются судебной коллегией. В силу статей 232, 233 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность работника наступает за ущерб, причиненный работодателю в результате виновного противоправного поведения. При этом бремя доказывания наличия вины работника, противоправности его действий, причинно-следственной связи между этими действиями и наступившим ущербом, а также размера ущерба возлагается на работодателя. Заключение служебной проверки от 05.12.2024, на которое ссылается истец, само по себе не является судебным актом и не обладает преюдициальной силой. Данное заключение представляет собой внутренний документ МВД России, составленный его должностными лицами, и не может подменять собой судебное установление вины. Более того, как следует из содержания указанного заключения, С1. к дисциплинарной ответственности не привлекался в связи с истечением шестимесячного срока. Указанное обстоятельство также свидетельствует о том, что сам работодатель в установленный законом срок не смог либо не счел возможным подтвердить вину сотрудника в порядке, предусмотренном трудовым законодательством. Суд первой инстанции, оценив представленные доказательства в совокупности, пришел к правильному выводу о том, что сам по себе факт отмены постановления по делу об административном правонарушении в отношении К. не свидетельствует о виновности С1. в причинении ущерба Российской Федерации. Действующее законодательство наделяет сотрудников полиции правом самостоятельно оценивать обстоятельства административного правонарушения и составлять протоколы при наличии достаточных, по их мнению, оснований. Возможность судебного обжалования таких решений является элементом судебного контроля, а не доказательством незаконности действий должностного лица в том смысле, который требуется для наступления регрессной ответственности. Истцом не представлено доказательств того, что при составлении протокола С1. действовал умышленно, с достоверным знанием о необоснованности привлечения К. к ответственности, либо допустил грубые нарушения, явно выходящие за пределы его служебных полномочий. Отмена постановления судом в связи с отсутствием состава административного правонарушения сама по себе не образует автоматически состав гражданского правонарушения со стороны должностного лица, поскольку в административном и гражданском судопроизводстве применяются различные стандарты доказывания и предмет доказывания.

Отклоняя довод жалобы о том, что суд необоснованно освободил ответчика от материальной ответственности при доказанности ущерба, судебная коллегия исходит из того, что сам по себе факт перечисления Министерством финансов Российской Федерации К. денежных средств в размере 7080,40 руб. подтверждает лишь наличие расходов у казны Российской Федерации, но не устанавливает вину С1. в возникновении этих расходов. В соответствии со статьей 238 Трудового кодекса Российской Федерации под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение его состояния, а также необходимость произвести затраты на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам. Однако для взыскания указанных сумм в порядке регресса необходимо доказать, что именно виновные и противоправные действия работника явились непосредственной причиной необходимости таких выплат. В данном случае выплата компенсации морального вреда и почтовых расходов К. была произведена на основании решения суда, которое не содержало выводов о вине С1. Более того, моральный вред был взыскан в связи с самим фактом привлечения к административной ответственности, однако это привлечение, хотя и было впоследствии признано незаконным по причине отсутствия состава правонарушения, не означает, что должностное лицо действовало виновно, поскольку у него имелись основания полагать наличие состава правонарушения на момент составления протокола. Таким образом, отсутствует прямая причинно-следственная связь между действиями ответчика и понесенными государством расходами, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении регрессного иска.

Таким образом, судебная коллегия считает, что обжалуемое решение, постановленное в соответствии с установленными в суде обстоятельствами и требованиями закона, подлежит оставлению без изменения, а апелляционная жалоба оставлению без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 199, 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда

определила:

решение Мотовилихинского районного суда г. Перми от 20.01.2026 оставить без изменения, апелляционную жалобу Министерства внутренних дел Российской Федерации – без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в соответствии с главой 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в кассационном порядке в течение трех месяцев в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции (город Челябинск) через суд первой инстанции.

Председательствующий: подпись

Судьи: подписи