Определение № 33-869/2017 от 20 июня 2017 г. по делу № 33-869/2017

Председательствующий Паскаль Н.С.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ

№ 33-869/2017
21 июня 2017 г.
г. Ростов-на-Дону
Судебная коллегия по административным делам Северо-Кавказского окружного военного суда в составе

председательствующего –

Василенко И.И.,

судей

ФИО1 и ФИО2,

при секретаре судебного заседания Стецурине Е.Ю.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ответчика на решение Махачкалинского гарнизонного военного суда от 7 марта 2017 г., которым удовлетворено исковое заявление руководителя Федерального казенного учреждения «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по <адрес> области» (далее - управление финансового обеспечения) к <данные изъяты> ФИО3 о возмещении материального ущерба.

Заслушав доклад судьи Василенко И.И., изложившего обстоятельства дела, содержание решения суда и доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия

установила:

руководитель управления финансового обеспечения обратился в суд с исковым заявлением, в котором указал, что ФИО3 в период временного исполнения обязанностей командира войсковой части № издал приказ от ДД.ММ.ГГГГ № о выплате военнослужащим той же воинской части денежной компенсации за наем (поднаем) жилых помещений за ДД.ММ.ГГГГ. По результатам аудиторской проверки войсковой части № выявлено, что ряд военнослужащих, указанных в данном приказе, не имели права на получение названной компенсации, поскольку не были признаны в установленном порядке нуждающимися в служебных жилых помещениях. В связи с этим истец просил привлечь ФИО3 к ограниченной материальной ответственности, взыскав с него <данные изъяты> руб. в счет возмещения причинённого ущерба.

Решением гарнизонного военного суда исковое заявление удовлетворено.

В апелляционной жалобе ФИО3 просит решение суда отменить в связи с нарушением норм материального и процессуального права и принять новое решение об отказе в удовлетворении искового заявления. В обоснование указывается, что аудиторской проверкой не был установлен факт причинения им ущерба. Поэтому в соответствии с Федеральным законом «О материальной ответственности военнослужащих» в обязательном порядке надлежало провести административное расследование, однако этого сделано не было. Кроме того, аудиторской проверкой не устанавливался факт наличия свободных служебных жилых помещений, отвечающих установленным нормам, в связи с чем выплата военнослужащим войсковой части № денежной компенсации за наем (поднаем) жилых помещений в ДД.ММ.ГГГГ была произведена правомерно. Изложенное свидетельствует об отсутствии оснований для привлечения ответчика к материальной ответственности. Это подтверждается и тем обстоятельством, что ранее в войсковой части № ревизионной комиссией Межрегионального управления Контрольно-финансовой инспекции Министерства обороны Российской Федерации (по Военно-Морскому флоту) проводилась проверка, по результатам которой каких-либо нарушений порядка выплаты указанной денежной компенсации выявлено не было.

Кроме того, направленный в управление финансового обеспечения приказ о выплате денежной компенсации прошел соответствующее согласование и в воинскую часть без реализации не возвращался.

По мнению ФИО3, в период, когда им был издан приказ о выплате военнослужащим войсковой части № денежной компенсации за наем (поднаем) жилых помещений, признание военнослужащих нуждающимися в служебных жилых помещениях не являлось обязательным условием для предоставления такой выплаты. К тому же в перечене прилагаемых к рапорту о выплате указанной компенсации документов также не имелось указаний на необходимость представления военнослужащими сведений о признании нуждающимися в обеспечении служебными жилыми помещениями. Данные требования впервые были закреплены в постановлении Правительства Российской Федерации от 18 сентября 2015 г. № 989 «О внесении изменений в постановление Правительства Российской Федерации от 31 декабря 2004 г. № 909», действие которого не распространяется на правоотношения, возникшие до его вступления в законную силу.

ФИО3 обращает внимание, что поскольку указания начальника Генерального штаба Вооружённых Сил Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ и приказания начальника штаба <адрес> военного округа от ДД.ММ.ГГГГ № о необходимости при решении вопроса о выплате указанной компенсации производить соответствующее согласование с жилищными органами в воинскую часть не поступали, он не имел возможности ими руководствоваться.

Ответчик также считает, что начальник управления финансового обеспечения в силу абзаца третьего пункта 1 ст. 8 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» не обладает правом на обращение в суд с иском о возмещении материального ущерба.

Рассмотрев материалы дела и доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к выводу о том, что эта жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как усматривается из материалов дела и не оспаривается сторонами, ФИО3, временно исполняя обязанности командира войсковой части №, издал приказ от ДД.ММ.ГГГГ № о выплате за ДД.ММ.ГГГГ денежной компенсации за наем (поднаем) жилых помещений военнослужащим, которые в установленном порядке не были признаны нуждающимися в служебных жилых помещениях.

Между тем в соответствии с пунктом 3 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» военнослужащим - гражданам, проходящим военную службу по контракту, и членам их семей, прибывшим на новое место военной службы военнослужащих - граждан, до получения жилых помещений по нормам, установленным федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, предоставляются служебные жилые помещения, пригодные для временного проживания, жилые помещения маневренного фонда или общежития.

В случае отсутствия указанных жилых помещений воинские части арендуют жилые помещения для обеспечения военнослужащих - граждан и совместно проживающих с ними членов их семей или по желанию военнослужащих - граждан ежемесячно выплачивают им денежную компенсацию за наем (поднаем) жилых помещений в порядке и размерах, которые определяются Правительством Российской Федерации.

Аналогичные требования содержатся в <данные изъяты>, утвержденном постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, и в <данные изъяты> постановления Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, утвержденной приказом Министра обороны Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № (в редакции, действовавшей до ДД.ММ.ГГГГ).

Из системного анализа вышеперечисленных норм следует, что выплата денежной компенсации за наем (поднаем) жилья является одной из форм соблюдения жилищных прав военнослужащих по контракту до их обеспечения жилыми помещениями по установленным нормам. При этом обязательными условиями для выплаты военнослужащему указанной денежной компенсации являются не только его нуждаемость в получении служебного жилья по месту прохождения военной службы и осуществление найма (поднайма) жилого помещения, но и признание военнослужащего в установленном порядке нуждающимся в таком жилом помещении.

Исходя из изложенного, является необоснованным довод автора жалобы о том, что до ДД.ММ.ГГГГ действующим законодательством не было предусмотрено обязательное признание военнослужащих нуждающимися в обеспечении служебными жилыми помещениями.

Следовательно, ФИО3, издав приказ о выплате денежной компенсации за наем (поднаем) жилых помещений за ДД.ММ.ГГГГ военнослужащим, которые в установленном порядке не были признаны нуждающимися в служебном жилом помещении, нарушил установленный порядок расходования денежных средств, что повлекло причинение ущерба.

Согласно ст. 2 и пункту 1 ст. 3 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» военнослужащие несут материальную ответственность только за причиненный по их вине реальный ущерб, под которым, в частности, понимаются излишние денежные выплаты, произведенные воинской частью.

В соответствии с п. 3 ст. 4 того же Закона командиры (начальники), нарушившие своими приказами (распоряжениями) установленный порядок учета, хранения, использования, расходования, перевозки имущества или не принявшие необходимых мер к предотвращению его хищения, уничтожения, повреждения, порчи, излишних денежных выплат, что повлекло причинение ущерба, либо не принявшие необходимых мер к возмещению виновными лицами причиненного воинской части ущерба, несут материальную ответственность в размере причиненного ущерба, но не более одного оклада месячного денежного содержания и одной месячной надбавки за выслугу лет.

Приведенные положения Федерального закона согласуются с требованиями ст. 33 и 75 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, по смыслу которых командир воинской части является единоначальником и несет персональную ответственность за принятые им решения, изданные приказы и распоряжения. В связи с этим то обстоятельство, что проект вышеуказанного приказа был согласован управлением финансового обеспечения, значения не имеет.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о необходимости привлечения ответчика к материальной ответственности, в связи с чем обоснованно взыскал с ФИО3 <данные изъяты> руб., что составляет один оклад месячного денежного содержания ответчика и одну месячную надбавку за выслугу лет.

Не поступление в воинскую часть указаний начальника Генерального штаба Вооружённых Сил Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ и приказания начальника штаба <адрес> военного округа от ДД.ММ.ГГГГ № на правильность этого вывода не влияет, так как с учетом вышеизложенного при решении вопроса о выплате указанной компенсации командование было обязано в любом случае проверять, признан военнослужащий нуждающимся в обеспечении служебным жилым помещением или нет.

Вопреки мнению автора жалобы, в соответствии с частью 2 ст. 7 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» административное расследование может не проводиться, если причины ущерба, его размер и виновные лица установлены в результате ревизии или проверки.

Факт издания ФИО3 приказа о выплате указанной денежной компенсации военнослужащим, не имеющим на нее права, был установлен по результатам аудиторской проверки воинской части, проведенной в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ аудиторской группой управления финансового обеспечения. Сумма этих выплат составила <данные изъяты> руб. <данные изъяты> коп. При этом проверкой было установлено, что выплата денежной компенсации в ДД.ММ.ГГГГ за наем (поднаем) жилых помещений не признанным в установленном порядке нуждающимися в служебном жилом помещении военнослужащим была произведена неправомерно из-за действий ответчика. То обстоятельство, что ранее ревизией причинение ущерба выявлено не было, не свидетельствует о необоснованности выводов аудиторской проверки, проведенной в ДД.ММ.ГГГГ.

С учетом того, что ответчик привлечен к материальной ответствености за издание приказа о выплате денежной компенсации за наем (поднаем) жилых помещений военнослужащим, не признанным нуждающимися в служебном жилом помещении, наличие или отсутствие свободных служебных жилых помещений для их предоставления значения не имело.

Согласно пункту 12 ст. 1 Федерального закона «Об обороне» имущество Вооруженных Сил Российской Федерации, других войск, воинских формирований и органов является федеральной собственностью и находится у них на правах хозяйственного ведения и оперативного управления.

Подпунктами № и № <данные изъяты>, утверждённого Министром обороны Российской Федерации ДД.ММ.ГГГГ, установлено, что управление финансового обеспечения является юридическим лицом, а его имущество формируется за счет средств федерального бюджета и имущества, закреплённого за ним на праве оперативного управления.

Поэтому денежные средства, выданные военнослужащим войсковой части № в качестве денежной компенсации за наем (поднаем) жилых помещений на основании изданного ФИО3 приказа, являлись имуществом Министерства обороны Российской Федерации, находящимся в оперативном управлении истца. Следовательно, управление финансового обеспечения является заинтересованным лицом в контроле за использованием денежных средств, относящихся к федеральной собственности и находящихся в его оперативном управлении.

На основании части 1 ст. 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

В силу ст. 2 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» для целей данного закона определены основные понятия. Так, к воинским частям отнесены, в том числе органы военного управления и организации, в которых в соответствии с законодательством Российской Федерации военнослужащие проходят военную службу.

В соответствии с разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, содержащимися в п. 2 постановления от 29 мая 2014 г. № 8 «О практике применения судами законодательства о воинской обязанности и военной службе и статусе военнослужащих», при принятии заявлений и исковых заявлений к производству суда необходимо иметь в виду, что в качестве заинтересованных лиц могут выступать воинские должностные лица, под которыми понимаются, в том числе и руководители управлений, департаментов, учреждений и организаций Вооруженных Сил Российской Федерации, других войск, воинских формирований и органов.

Следовательно, руководитель управления финансового обеспечения, вопреки мнению автора жалобы, правомерно поставил вопрос о возмещении в судебном порядке ущерба, причинённого произведёнными этим управлением выплатами, так как такой ущерб причинён имуществу, находящемуся в федеральной собственности и закреплённому за управлением финансового обеспечения.

Таким образом, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 328 и 329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Махачкалинского гарнизонного военного суда от 7 марта 2017 г. по иску руководителя Федерального казенного учреждения «Управления финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по <адрес> области» к ФИО3 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ответчика - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи