Решение № 2-359/2017 2-359/2017(2-3911/2016;)~М-4961/2016 2-3911/2016 М-4961/2016 от 22 ноября 2017 г. по делу № 2-359/2017

КОПИЯ

Дело № 2-359/2017


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

23 ноября 2017 года Октябрьский районный суд г. Томска в составе:

председательствующего судьи Кулинченко Ю.В.,

при секретаре Прокофьевой Д.А.,

при участии истца ФИО1,

представителя истца ФИО2,

представителя ответчика ФИО3,

помощника прокурора Кастамаровой Н.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Томске гражданское дело по иску ФИО1 к областному государственному автономному учреждению здравоохранения «Родильный дом № 4» о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к областному государственному автономному учреждению здравоохранения «Родильный дом № 4» (далее – ОГАУЗ «Роддом № 4»), в котором просит взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 5 000 000 руб.

В обоснование заявленного требования истец указала, что 12.09.2016 она была направлена на госпитализацию в ОГАУЗ «Роддом № 4» по причине состояния беременности сроком 38 недель. Родоразрешение запланировано на 28.09.2016. ДД.ММ.ГГГГ начались роды, истец была переведена в акушерское отделение на родоразрешение путем кесарева сечения. Однако врач настояла на естественном родоразрешении. Считает, что при имеющихся у нее медицинских показаниях (...) оснований для проведения естественного родоразрешения не было. Кроме того, при таких противопоказаниях врачом с риском для плода была назначена амниотомия в целях стимуляции процесса родов путем усиления спазмов матки. В процессе родов, в 18:45 у истца началось кровотечение, к указанному моменту было отмечено приглушенное сердцебиение плода, отметился эпизод брадикардии до 60-70 ударов в минуту, установлена преждевременная отслойка плаценты. С учетом указанного диагноза в 18:45 врачом было принято решение об экстренном оперативном родоразрешении. Операция проведена в 19:15, то есть по истечении 30 минут, что привело к длительному отсутствию возможности дыхания у плода и как следствие к тяжелому состоянию ребенка. После родов, в 19:40, ребенка в крайне тяжелом состоянии перевели из родильного зала в отделение реанимации и интенсивной терапии с ..., в состоянии .... До настоящего времени состояние ребенка не изменилось. На основании изложенного истец считает, что случившееся является следствием неквалифицированной медицинской помощи, которую ей оказали в медицинском учреждении. Вследствие этого истцу причинен моральный вред, связанный с сильными страданиями и переживаниями о здоровье ребенка.

В судебном заседании истец ФИО1 иск поддержала по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Дополнительно пояснила, что ей пришлось обращаться к психиатру, потому что сама она справиться со своим стрессовым состоянием не могла. Каких-либо последствий от некачественно оказанной медицинской помощи для физического здоровья непосредственно для истца не наступило, кроме психологической травмы иных проблем со здоровьем не имеет.

Представитель истца ФИО2 в суд исковые требования поддержала по тем же основаниям, дополнив, что если бы методика обезболивания в родах была бы избрана правильно, то данные последствия могли бы не наступить. Из-за длительного обезболивания у ребенка началась асфиксия. Что касается психического состояния истца, то до беременности и родов она была трудоспособна и могла полноценно работать, сейчас в связи с перенесенными переживаниями она не может выйти на постоянную работу, что сильно сказывается на финансовой стороне семейного бюджета. Более того в данном случае сотрудники медицинского учреждения не принесли истцу извинений. Поскольку смерть ребенка наступила уже после обращения с настоящим иском в суд и после назначения по делу судебной экспертизы, то смерть ребенка основанием настоящего иска не является.

Представитель ОГАУЗ «Роддом № 4» - ФИО3 в суде иск не признала, поддержав ранее сказано о том, что при обследовании у пациентки ФИО1 не было существенных отклонений в здоровье, имел место ..., но это не является абсолютным показанием к кесареву сечению. Крупный плод таким показанием также не является. С истцом оговаривалась техника родов и было подписано согласие на естественное родоразрешение. Когда у пациентки проявились симптомы осложнений, врачами было принято решение о срочном кесаревом сечении, в связи с чем пациентку сразу же перевели в операционную. Было установлено ..., в связи с чем у ребенка развилась .... Все действия врачами были произведены своевременно.

Выслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению, исследовав письменные материалы дела, допросив свидетелей, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 41 Конституции РФ каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

Статьей 25 Всеобщей декларации прав человека и ст. 12 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах, а также ст. 2 Протокола № 1 от 20 марта 1952 года к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод признается право каждого человека на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Согласно п. 9 ч. 5 ст. 19, ч. 2 ст. 52 Федерального закона РФ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" от 21.11.2011 № 323-ФЗ пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи. Каждая женщина в период беременности, во время родов и после родов обеспечивается медицинской помощью в медицинских организациях в рамках программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч.ч. 2, 3 названного Закона).

Применительно к медицинской помощи вопрос о качестве оказанных пациенту (потребителю) услуг ставится в данном случае истцом не сам по себе, а в связи с наступлением тех неблагоприятных последствий оказания медицинской помощи, о которых он говорит в исковом заявлении. Соответственно, в этом случае спор переходит в плоскость возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью пациента ст. 1084 ГК РФ.

Согласно ст. 1084 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении договорных обязательств возмещается по правилам, предусмотренным главой 59 ГК РФ, если законом или договором не предусмотрен более высокий размер ответственности.

В соответствии с разъяснениями Верховного Суда РФ, содержащимися в п. 9 Постановления Пленума от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей.

В силу положений ст. 4 Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 «О защите прав потребителей» исполнитель услуг (в данном случае медицинская организация) обязан оказать услуги надлежащего качества.

Ненадлежащее качество медицинской услуги может выражаться в допущении ошибок при диагностике и лечении, непредоставлении бесплатной лекарственной помощи, взимании платы или требовании оплатить медицинские услуги, которые должны быть предоставлены бесплатно, в грубом, бестактном отношении персонала медицинского учреждения и т.д.

От ненадлежащего оказания медицинских услуг нужно отличать причинение пациенту вреда в результате их оказания. Первое является нарушением договорного обязательства. Второе рассматривается как повреждение здоровья, т.е. нематериального, охраняемого гражданским правом блага (п. 1 ст. 150 ГК РФ). Такой вред возмещается исполнителем в полном объеме и независимо от своей вины в ненадлежащем оказании услуг (ст. 1095 ГК РФ; п. 1 ст. 14 Закона о защите прав потребителей).

Причинение вреда здоровью характеризуется тем, что в результате оказания медицинской услуги состояние здоровья пациента ухудшается по сравнению с показателями до медицинского вмешательства, тогда как при ином некачественном оказании медицинской услуги состояние здоровья остается неизменным или улучшается, но имеются иные негативные последствия.

На основании п. п. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Пунктом 1 ст. 1068 ГК РФ определено, что юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 ГК РФ, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Как разъяснено в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» от 26.01.2010 № 1 по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ и статьей 151 настоящего Кодекса (п. 1 ст. 1099 ГК РФ).

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» от 20.12.1994 № 10 разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.).

Судом из индивидуальной карты беременной и родильницы № 61 от 10.03.2016 (т. 1, л.д. 160-208), диспансерной книжкой беременной женщины № 61 (т. 1, л.д. 209-252) установлено, что 10.03.2016 ФИО1 в возрасте 35 лет встала на учет по беременности в ОГАУЗ «Роддом № 4» с диагнозом: ..., предполагаемый срок родов 27.09.2016.

12.09.2016 ФИО1 было выдано направление на госпитализацию в ОГАУЗ «Родильный дом № 4» с диагнозом: ....

23.09.2016 ФИО1 поступила в ОГАУЗ «Роддом № 4». Отмечено желание ФИО1 на оперативное родоразрешение (т. 1, л.д. 21).

ДД.ММ.ГГГГ в 13 часов 30 минут у ФИО1 начались схватки. Согласно дневнику течения родов (т. 1, л.д. 28-30) в 14 часов 42 минуты пациентка переведена в акушерское отделение на родоразрешение. В 15:30 часов в удовлетворительном состоянии принята дежурным акушером-гинекологом ФИО4 С пациенткой проведена беседа о возможности родов через естественные родовые пути, получено согласие женщины.

В 17:30 часов состояние пациентки и плода удовлетворительные, план и прогноз родов прежние.

В 18:20 часов состояние удовлетворительное, произведена амниотомия.

В 18:45 часов отмечается приглушенное сердцебиение плода, отмечается эпизод брадикардии до 60-70 ударов в минуту, длительно не выравнивается. Зафиксированы признаки дистресса плода. Под вопросом преждевременная отслойка нормально расположенной плаценты. В связи с дистрессом плода, подозрением на разрыв матки по рубцу, преждевременную отслойку нормально расположенной плаценты, женщина переводится в операционную для экстренного оперативного родоразрешения.

В 18:52 женщина на операционном столе. В ходе проведения анестезии проводилась люмбальная пункция, которая выполнялась с техническими трудностями в течение 20 минут. В 19:15 проведено кесарево сечение, в результате которого в 19:18 часов извлечен один живой доношенный новорожденный, весом 4010 г., рост - 54 см. Ребенок передан неонатологу.

Рождение ребенка – А зарегистрировано в органах ЗАГСа, что подтверждено свидетельством о рождении от 05.10.2016.

30.09.2016 истец выписана после родов в удовлетворительном состоянии, жалоб не предъявляла (История родов № 1270/2118 (т. 1 л.д. 8-81)).

Согласно медицинской карте № 21-13 стационарного больного ОГАУЗ «Детская больница №1» на имя ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ г.р., 01.01.2017 ребенок поступил в ОГАУЗ «Детская больница №1» в очень тяжелом состоянии с диагнозом .... Осложнение: .... Сопутствующий: ....

17.02.2017 в 05:00 часов зафиксирована смерть ребенка, что также подтверждается свидетельством о смерти от 17.02.2017 № 791220 (т. 3 л.д. 190).

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО6, работающая врачом акушером-гинекологом ОГАУЗ «Роддом № 4», показала, что в 18:45 часов она была приглашена для совместного осмотра роженицы, предварительно ознакомившись с анамнезом. Женщине был выставлен диагноз: ..., было принято решение о проведении операции. Операция происходила без сложностей, была извлечена девочка. На момент проведения операции свидетелю не было известно какой была отслойка плаценты: частичной или тотальной. Абсолютных показателей для проведения кесарева сечения у женщины не было. Рубец на матке не является показанием для кесарева сечения. Плод весом 3.800 кг не является крупным. Даже если бы он и был крупным, это также не является основанием для проведения кесарева сечения. Как пояснила свидетель, с их стороны не было никаких задержек в подготовке к операции, подготовка занимает 10 минут. Примерно в 19 часов 05 минут были готовы.

Свидетель Г (врач-анестезиолог ОГАУЗ «Роддом № 4») в судебном заседании пояснил, что был приглашен в родильный зал для обезболевания роженицы ФИО1 на основании выраженного болевого синдрома, ей разъяснили, что из себя представляет манипуляция и от нее было получено согласие. Эпидуральная анестезия представляет собой установление катетера. Свидетелем был установлен катетер, он убедился, что все нормально, обезболевание пошло и женщина была оставлена рожать. Затем он был приглашен в операционную, катетер был удален и производилась подготовка к спинальному обезболеванию. Имели место технические сложности, поэтому это заняло больше времени чем обычно, но потом обезболевание было выполнено. В данном случае сложности были в том, что имелась отечность, выраженный остеохондроз. Второй анестезиолог был приглашен свидетелем, когда он выполнял манипуляцию с 18 часов 55 минут до 19 часов 15 минут. Он был приглашен, так как были сложности в проведении спинномозговой анестезии, второй анестезиолог выполнил ее вместо свидетеля. Подготовка анестезии не должна превышать 30 минут, что нами было соблюдено.

Свидетель Д (врач-реаниматолог ОГАУЗ «Родильный дом № 4») пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ была вызвана в операционную дежурной бригадой по поводу экстренного родоразрешения ФИО1. Причиной экстренной операции был .... При учете такого диагноза, они ожидали рождение тяжелого ребенка, поэтому и был приглашен врач-реаниматолог. Вся первичная помощь была осуществлена, ребенок был стабилизирован и переведен в реанимацию. Ребенок был живорожденным: было сердцебиение 60. Ребенок находился на искусственной вентиляции легких. Мы выполнили все по стандарту, никаких затруднений в оказании реанимационной помощи не было. Тяжесть состояния ребенка была обусловлена перенесенной асфиксией, вызванной отслойкой плаценты.

Врачебная комиссия ОГАУЗ «Родильный дом № 4», оценив качество медицинской помощи, оказанной ФИО1, пришла к выводу о том, что тяжелое состояние ребенка при рождении обусловлено асфиксией, связанной с тотальной преждевременной отслойкой нормально расположенной плаценты, диагностированной своевременно, осложнения не связаны с действиями (бездействиями) медицинских работников. Метод родоразрешения выбран обоснованно, показаний для планового оперативного родоразрешения не было (т. 2, л.д. 35-42).

Как видно, врачебной комиссией ОГАУЗ «Родильный дом № 4» также не отрицается возникновение технических трудностей при проведении анестезии, что увеличило время ее проведения до 15-20 минут.

Согласно ч.1 ст. 79 ГПК РФ при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

Поскольку для оценки качества оказанной истцу медицинской помощи требовались специальные познания в области медицины, в ходе рассмотрения дела по ходатайству истца была назначена судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено экспертам Российского Центра судебно-медицинской экспертизы Министерства здравоохранения Российской Федерации.

Так, заключением экспертов ФГБУ Российский Центр судебно-медицинской экспертизы Министерства здравоохранения Российской Федерации № 326/17 от 24.10.2017 было установлено следующее.

У пациентки имел место отягощенный акушерско-гинекологический анамнез. Учитывая результаты анализов и исследований, при которых патологии не выявлено, врачом правильно и обоснованно были назначены разгрузочные дни, рациональное питание и канефрон. Другого лечения на тот момент не требовалось. С учетом отягощенного акушерского анамнеза, возраста беременной (35 лет), ей правильно было дано направление на дородовую госпитализацию.

То есть, на этапе наблюдения в женской консультации каких-либо недостатков при оказании медицинской помощи ФИО1 не обнаружено.

При поступлении 23.09.2016 ФИО1 в ОГАУЗ «Роддом №4», учитывая отсутствие у ФИО1 корпорального рубца после предыдущего кесарева сечения, несостоятельности имеющегося рубца по клиническими и ультразвуковым признакам, предлежания плаценты, наличия двух и более рубцов после предыдущего кесарева сечения, у нее не было показаний к проведению кесарева сечения на тот период времени. От проведения родов через естественные родовые пути она также не отказывалась. То есть, тактика ведения родов врачами была выбрана правильно.

Учитывая наличие рубца после предыдущего кесарева сечения, а также желание женщины, в данном случае имелась возможность для проведения оперативного родоразрешения (операция кесарево сечения). Однако абсолютных медицинских показаний для этого не было, имелись все условия для родоразрешения естественным путем, что врачами было разъяснено роженице и получено ее согласие.

В данном случае, учитывая наличие рубца после предыдущего кесарева сечения, данный метод родоразрешения является методом выбора по согласованию врача и роженицы.

В 18.45 отмечено приглушенное сердцебиение плода, эпизод брадикардии до 60-70 уд. в минуту, сердечный ритм длительное время не выравнивался, что говорит о развитии острой внутриутробной гипоксии. Выделения окрашенных кровью околоплодных вод в данном случае могло свидетельствовать о преждевременной отслойке нормально расположенной плаценты либо о разрыве матки по рубцу. Данная ситуация требовала срочного оперативного родоразрешения путем кесарева сечения. В 18.52 ФИО1 была переведена в операционную. Согласно данным медицинских документов, ребенок был извлечен в 19.18, то есть через полчаса после развития острой гипоксии. В данном случае, целесообразнее было бы провести более раннее родоразрешение. Запоздалое проведение операции обусловлено развитием технических трудностей при выполнении анестезии. Согласно медицинским документам, состояние ФИО1 врачами оценивалось правильно как во время беременности и родов, так и во время оперативного вмешательства.

Каких-либо недостатков при ведении беременности ФИО1 экспертной комиссии не обнаружено. При выборе тактики родоразрешения каких-либо недостатков не обнаружено. При возникшей острой гипоксии плода (дистрессе плода), связанной с отслойкой плаценты методом выбора анестезиологического пособия является комбинированный эндотрахеальный наркоз, при котором от подачи роженицы в операционную до извлечения ребенка может проходить не более 5 минут. В данном случае врачом-анестезиологом был нерационально выбран метод спинно-мозговой анестезии, что могло усугубить гипоксию плода. Даже при возникших технических трудностях анестезиолог не перешел на комбинированный эндотрахеальный наркоз, что удлинило время гипоксии. То есть, при возникшей острой гипоксии кесарево сечение было выполнено с запозданием (через 30 минут после выявления, вместо необходимых 15 минут). В данном случае целесообразнее было выполнить экстренное сечение в более ранние сроки.

Экспертная комиссия считает, что анестезиологическое пособие при проведении оперативного вмешательства было выполнено без учета клинических рекомендаций "Анестезия при операции кесарева сечения», утвержденных решением Президиума общероссийской общественной организации анестезиологов-реаниматологов «Федерация анестезиологов-реаниматологов» 15 сентября 2013 года.

При проведении экспертизы, комиссией было установлено, что кесарево сечение было проведено несвоевременно, из-за технических трудностей возникших во время проведения наркоза, что могло способствовать усугублению уже имеющейся гипоксии плода.

При выборе методом родоразрешения планового кесарево сечения до преждевременной отслойки нормально расположенной плаценты неблагоприятных последствий для плода в виде тяжелой асфиксии не наступило бы.

При этом эксперты отмечают, что отслойка нормально расположенной плаценты это серьезное осложнение, возникшее в родах, однако предвидеть его заранее невозможно. Предрасполагающих факторов развития преждевременной отслойки нормально расположенной плаценты у ФИО1 не было, соответственно каких-либо объективных данных для прогнозирования возникновения тотальной отслойки плаценты у врачей не было. Каких-либо медицинских манипуляций, спровоцировавших преждевременную отслойку нормально расположенной плаценты, согласно истории родов, в родильном доме не производилось. Недостатков оказания медицинской помощи до возникновения преждевременной отслойки плаценты экспертной комиссией не обнаружено.

Тяжелое состояние ребенка при рождении обусловлено асфиксией, связанной с тотальной преждевременной отслойкой нормально расположенной плаценты и запоздалым проведением операции кесарево сечение.

В соответствии с ч.ч. 1, 2 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Судом принимается во внимание, что экспертное заключение № 326/17 от 24.10.2017 выполнено в соответствии с требованиями ст. 79, 84-86 ГПК РФ, эксперты, проводившие экспертизу, имеют высшее медицинское образование, специальную подготовку по судебной медицине, высшие квалификационные категории кандидата медицинских наук, доктора медицинских наук (один из экспертов Заслуженный врач России, специальность – акушерство-гинекология), стаж работы более 15 лет. Заключение эксперта содержит подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопрос, указание на примененную методику и источники информации. В связи с чем у суда отсутствуют основания сомневаться в достоверности и обоснованности выводов, содержащихся в вышеуказанном заключении эксперта.

В судебном заседании лица, участвующие в деле, в том числе представитель ответчика, не выразили несогласия с выводами указанной экспертизы, каких-либо доказательств, опровергающих правильность и достоверность выводов данного заключения, стороны суду не представили.

Таким образом, оценивая названное экспертное заключение в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ в совокупности с другими представленными по делу доказательствами, суд приходит к выводу о доказанности факта оказания ответчиком ОГАУЗ «Роддом №4» ФИО1 медицинских услуг ненадлежащего качества, приведшие как следствие в тяжелым последствиям для ребенка.

Вместе с тем, довод истца о наличии у нее противопоказаний для проведения амниотомии заключением экспертов опровергается. В выводах экспертной комиссии указано, что, тактика ведения родов врачами была выбрана правильно, состояние ФИО1 врачами оценивалось правильно как во время беременности и родов, так и во время оперативного вмешательства.

Как разъяснено в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» по каждому делу суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Из материалов дела следует, что требование о взыскании компенсации морального вреда заявлено истцом, действующим от своего имени, в связи с тем, что действиями ответчика ей были причинены нравственные страдания, выразившиеся в переживаниях и страхе за здоровье своего ребенка.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Е показал, что умершая А являлась их совместной дочерью. После произошедшего истец постоянно была в депрессии, плакала. Ирина стала менее жизнерадостной, в глазах появилась какая-то обреченность. После беременности и родов эмоциональное состояние Ирины сильно изменилось. Истец стала более раздражительной. Появились моменты, когда она замыкается в себе и не сразу реагирует, если к ней обращаются. Свидетелю известно, что истец ездила к психиатру на консультацию, ей назначили таблетки, которые она принимала около месяца. Также у нее начались проблемы со сном.

Таким образом, из показаний данного свидетеля следует, что в результате тяжелого состояния здоровья ребенка непосредственно истцу также причинен вреда здоровью (потребовалась помощь психиатра, проблемы со сном). При этом наступление смерти ребенка как основание иска о компенсации морального вреда, причиненного близкому родственнику умершего, в данном случае судом не оцениваются, поскольку основанием иска смерть ребенка не была (смерть наступила после обращения в суд и после назначения по делу экспертизы), причины смерти не устанавливались.

Таким образом, оценивать размер компенсации морального вреда в рассматриваемом случае возможно лишь относительно тех последствий, которые наступили вследствие переживаний истца от тяжелого состояния здоровья ребенка, а также относительно оказания истцу, как потребителю, медицинской услуги ненадлежащего качества, то есть лишь с позиции нарушения прав потребителя.

При указанных обстоятельствах суд с учетом вышеприведенных норм права находит требование истца о компенсации морального вреда, причиненного предоставлением некачественных медицинских услуг ответчиком, законным и обоснованным.

В соответствии с п. 1 ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

Согласно ст. 15 Закона РФ «О защите прав потребителей» от 07.02.1992 № 2300-1 моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.

По смыслу указанной нормы потребитель не обязан доказывать причинение ему нравственных страданий их степень и характер, для взыскания компенсации морального вреда достаточно установления факта нарушения его прав как потребителя.

Как разъяснено в п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите права потребителей» от 28.06.2012 № 17 при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя. Размер присуждаемой потребителю компенсации морального вреда в каждом конкретном случае должен определяться судом с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий исходя из принципа разумности и справедливости.

Таким образом, суд с учетом конкретных обстоятельств дела, степени вины ответчика, требований разумности и справедливости, степени нравственных переживаний истца, фактических обстоятельств причинения морального вреда считает возможным взыскать с ответчика ОГАУЗ «Роддом № 4» в пользу истца компенсацию морального вреда, в размере 350 000 рублей.

В соответствии с п. 6 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей» от 07.02.1992 № 2300-1 при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Как разъяснено в 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите права потребителей» от 28.06.2012 № 17 при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (пункт 6 статьи 13 Закона).

Поскольку ответчику было известно о предъявленных истцом требованиях, соответственно, с момента получения иска до даты рассмотрения дела ответчик имел возможность добровольно исполнить требования потребителя в полном объеме, чего сделано им не было.

В связи с чем с ответчика ОГАУЗ «Родильный дом № 4» в пользу истца подлежит взысканию штраф в размере 50% от суммы 350 000 рублей, присужденной судом в пользу потребителя, т.е. в размере 175 000 рублей.

Часть 1 ст. 98 ГПК РФ предусматривает, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы

В соответствии с подп. 4 п. 2 ст. 333.36 Налогового кодекса РФ (далее – НК РФ) от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции, с учетом положений пункта 3 настоящей статьи освобождаются: истцы - по искам, связанным с нарушением прав потребителей.

Согласно подп. 8 п. 1 ст. 333.20 НК РФ, в случае, если истец освобожден от уплаты государственной пошлины в соответствии с главой 25.3 НК РФ, государственная пошлина уплачивается ответчиком (если он не освобожден от уплаты государственной пошлины) пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

Частью 1 ст. 103 ГПК РФ определено, что издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Таким образом, с ответчиков ОГАУЗ «Родильный дом № 4» в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей, размер которой исчислен в соответствии с требованиями п.п. 3 п. 1 ст. 333.19 НК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

иск ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с областного государственного автономного учреждения здравоохранения «Родильный дом № 4» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 350 000 руб., штраф за добровольное неудовлетворение требований потребителя в сумме 175 000 руб.

Взыскать с областного государственного автономного учреждения здравоохранения «Родильный дом № 4» в местный бюджет муниципального образования «город Томск» судебные расходы по оплате государственной пошлины в сумме 300 руб.

Решение может быть обжаловано в Томский областной суд в течение месяца со дня составление мотивированного решения путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Томска.

Судья: /подпись/

Копия верна

Судья: Кулинченко Ю.В.

Секретарь: Прокофьева Д.А.

Оригинал находится в деле № 2-359/2017 Октябрьского районного суда г. Томска