Апелляционное постановление № 22-450/2020 22К-450/2020 от 16 февраля 2020 г. по делу № 3/2-9/2020

Судья: Галяутдинова Е.В. Дело № 22-450/2020


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Томск 17 февраля 2020 года

Томский областной суд в составе:

председательствующего Кина А.Р.

при секретаре Зориной М.С.,

с участием прокурора Ананьиной А.А.,

обвиняемого ФИО1,

защитников обвиняемого ФИО1 – адвокатов Мустафаева О.С., Лаврененко У.М.

рассмотрел в судебном заседании дело по апелляционным жалобам защитников обвиняемого ФИО1 – адвокатов Мустафаева О.С., Лаврененко У.М. и обвиняемого ФИО1 на постановление Кировского районного суда г. Томска от 22.01.2020, которым в отношении

ФИО1, /__/, несудимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст. 210.1 УК РФ,

продлен срок содержания под стражей на 02 месяца, а всего до 09 месяцев 28 суток, то есть до 25.03.2020.

Изучив материалы дела, заслушав выступления защитников обвиняемого ФИО1 – адвокатов Мустафаева О.С., Лаврененко У.М. и обвиняемого ФИО1, поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Ананьиной А.А., полагавшей постановление суда подлежащим оставлению без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

органами предварительного следствия ФИО1 обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ст. 210.1 УК РФ.

25.05.2019 следователем СЧ СУ УМВД России по Томской области возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ст. 210.1 УК РФ, по факту занятия ФИО1 высшего положения в преступной иерархии.

26.05.2019 года в 11 часов 50 минут по основаниям, предусмотренным ст. 91 УПК РФ, и в порядке, установленном ст. 92 УПК РФ, задержан ФИО1, которому в этот же день предъявлено обвинение в совершении вышеуказанного преступления.

27.05.2019 постановлением Кировского районного суда г. Томска в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 02 месяца, то есть до 26.07.2019.

Постановлениями Кировского районного суда г. Томска от 26.07.2019, 21.10.2019 срок содержания под стражей в отношении ФИО1 в общей сложности продлен до 07 месяцев 30 суток, то есть до 25.01.2020.

16.01.2020 руководителем следственного органа срок предварительного следствия по уголовному делу продлен до 10 месяцев 00 суток, то есть до 25.03.2020.

16.01.2020 старший следователь СЧ СУ УМВД России по Томской области Ш. с согласия руководителя следственного органа возбудил перед судом ходатайство о продлении в отношении ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу.

22.01.2020 постановлением Кировского районного суда г. Томска срок содержания под стражей обвиняемого ФИО1 продлен на 02 месяца, а всего до 09 месяцев 28 суток, то есть до 25.03.2020.

Не согласившись с постановлением суда, защитники обвиняемого ФИО1 – адвокаты Мустафаева О.С., Лаврененко У.М. и обвиняемый ФИО1 обжаловали его в апелляционном порядке.

В апелляционной жалобе защитник обвиняемого ФИО1 – адвокат Лаврененко У.М. считает постановление незаконным, необоснованным и немотивированным. Указывает, что в ходатайстве о продлении срока содержания обвиняемого под стражей указана иная дата рождения обвиняемого, стороне защиты было отказано в удовлетворении ходатайства о приобщении заключения специалиста № 4216-2596/19, опросов представителей диаспор, постановления следователя Ш. от 18.10.2019, то есть судом нарушен принцип состязательности и равноправия сторон. Вместе с тем, суд ссылается на составленные с нарушением ч. 2 ст. 190 УПК РФ протоколы допросов И. и П., в постановлении отсутствует указание на конкретные сведения, указывающие на причастность ФИО1 к совершению инкриминируемого преступления, что, по мнению автора жалобы, является основанием для отмены постановления. Отмечает, что судом не выяснялось время проведения следственных действий, а, следовательно, не мог быть установлен факт отсутствия волокиты и неэффективной организации расследования уголовного дела, в то время как К., М. и ФИО1 были допрошены лишь спустя три месяца после заявления защитником ходатайства об их допросе. Обращает внимание на то, что судом не конкретизированы фактические обстоятельства, свидетельствующие об особой сложности уголовного дела, и чем они подтверждаются, при этом следователем были указаны аналогичные основания для продления меры пресечения, которые не были выполнены до настоящего времени. Просит постановление отменить, изменить в отношении ФИО1 меру пресечения на домашний арест.

В апелляционной жалобе защитник обвиняемого ФИО1 – адвокат Мустафаев О.С. выражает несогласие с постановлением, считая его незаконным. Указывает на нарушение принципа состязательности и равноправия сторон, так как суд отдавал предпочтение доводам следователя и прокурора, отвергая доводы стороны защиты. Считает, что суд не указал, на основании каких материалов он пришел к выводу о достаточности данных, указывающих на причастность обвиняемого к совершению инкриминируемого преступления. Обращает внимание на ходатайство следователя, в котором последний указывает на недостаточность правовых обоснований для предъявления обвинения, однако суд удовлетворяет его ходатайство о продлении меры пресечения. Отмечает, что возбуждение уголовного дела, задержание ФИО1, предъявление ему обвинения и избрание в отношении него меры пресечения в виде заключения под стражу произведено в кратчайшие сроки, тогда как, спустя восемь месяцев, появились правовые сложности, для разрешения которых следствию понадобилось дополнительное время. Полагает, что причастность ФИО1 к совершению инкриминируемого преступления не доказана, а само обвинение является необоснованным, так как содержащиеся в нем определения не являются терминами, имеющими юридическое содержание. Считает, что ходатайство следователя основано на одних и тех же обстоятельствах, что свидетельствует о волоките. Просит постановление отменить, избрать в отношении ФИО1 меру пресечения виде домашнего ареста.

В апелляционной жалобе обвиняемый ФИО1 также считает постановление суда незаконным и необоснованным. Указывает, что он ранее не судим, характеризуется исключительно положительно, трудоустроен, материалы дела содержат все необходимые сведения о местах его работы и дополнительных источниках дохода, поэтому довод следствия о том, что он может продолжить заниматься преступной деятельностью, является необоснованным. Помимо этого, в материалах дела имеются сведения о доходах его мамы, супруги К., сожительниц М. и П., документы на недвижимость. Полагает, что за восемь месяцев его причастность к совершению инкриминируемого преступления не доказана, а довод следствия о том, что его занятость не подтверждена, является голословным, как и доводы о том, что он может скрыться, оказать давление на свидетелей и уничтожить доказательства, так как обыски по месту его жительства давно произведены, свидетели засекречены, один из них проживает в Москве. Считает, что показания свидетелей являются вымышленными, так как ни один из них не указывает на источник его осведомленности, на время и место событий, а значит, являются недопустимыми доказательствами, не проведено опознание между ним и свидетелями И. и П., кроме того, показания свидетелей И. и П. полностью идентичны, придуманы и написаны следователем, а свидетель Г. с ним не знаком и ни разу его не видел. Обращает внимание на неточность формулировки обвинения в части указания периода совершения преступления, отказ следователя в удовлетворении ходатайства о направлении запроса в СИЗО, отсутствие определения формулировкам «вор в законе», «негласные нормы и правила», «общак», «коронация», «смотрящий», на основании которых следователем определена его причастность к совершению преступления. Полагает, что имеются допущенные факты волокиты расследования уголовного дела, так как следователем заявлены такие же основания для продления меры пресечения, что и в прошлый раз, за все время лишь получено научное заключение и допрошены свидетели. Считает, что судом необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства стороны защиты о приобщении к материалам дела заключений экспертов, свидетельствующих о его непричастности к совершению инкриминируемого преступления. Указывает, что сущность предъявленного обвинения ему не разъяснена и не понятна, постановление о привлечении в качестве обвиняемого он не подписывал, в нарушение постановления суда его содержали в ИВС, а не в СИЗО, где в отношении него проводились провокационные действия, одна лишь тяжесть предъявленного обвинения не может служить основанием для продления меры пресечения в виде заключения под стражей, однако суд в свою очередь занял позицию стороны обвинения с явным обвинительным уклоном. Кроме того, ему по состоянию здоровья необходимо медицинское обследование и назначение лечения. Просит постановление отменить, изменить в отношении него меру пресечения на домашний арест.

В возражениях на апелляционные жалобы старший помощник прокурора г. Томска Трушин Е.В. просит постановление суда оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Суд, выслушав мнения участников процесса, проверив представленные материалы, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений на них, не находит оснований для отмены или изменения постановления суда.

Принимая решение о продлении срока содержания под стражей, суд обоснованно пришел к выводу о том, что оснований для изменения меры пресечения на более мягкую не имеется.

Как следует из материалов дела, при принятии решения о продлении меры пресечения суд первой инстанции учитывал личность ФИО1, который женат, имеет регистрацию и постоянное место жительства, трудоустроен, характеризуется исключительно положительно, на специализированных медицинских учетах не состоит.

Вместе с тем, ФИО1 обвиняется в совершении особо тяжкого преступления против общественной безопасности, за которое предусмотрено наказание только в виде лишения свободы на длительный срок. Доводы обвиняемого ФИО1 и его защитников – адвокатов Мустафаева О.С., Лаврененко У.М. о фабрикации уголовного дела в отношении ФИО1 не могут быть проверены в условиях жестко ограниченных ч. 11 ст. 108 УПК РФ процессуальных сроков проверки обоснованности содержания под стражей, поэтому доводы об обоснованности обвинения должны быть проверены в ходе судебного разбирательства уголовного дела по первой инстанции. В то же время стороной защиты представлены многочисленные обращения в органы Прокуратуры РФ и Следственного комитета РФ, в которых защита, реализуя свои процессуальные полномочия, ставит вопрос о нарушении закона при расследовании уголовного дела в отношении ФИО1, однако суду апелляционной инстанции наряду с обращениями в указанные органы не представлено ни одного ответа или документа иного рода, в котором органы прокуратуры или следствия сделали бы вывод о наличии незаконных методов расследования. Суд апелляционной инстанции исходит из того, что ФИО1 в настоящее время обвиняется в совершении преступления, отнесенного к категории особо тяжких, что позволяет разрешать вопрос о продлении срока содержания под стражей. При этом суд апелляционной инстанции не может согласиться с доводами стороны защиты о том, что, решая вопрос об избрании или продлении меры пресечения, суд должен убедиться в виновности обвиняемого и правильности квалификации инкриминируемого деяния. Указанный вопрос находится в компетенции суда первой инстанции. Выполняя функции судебного контроля на стадии досудебного производства, суд при разрешении вопросов о мере пресечения должен убедиться в наличии сведений о причастности обвиняемого к инкриминируемому деянию. Свидетели по делу прямо указывают на причастность ФИО1 к инкриминируемому деянию, а являются ли эти сведения достоверными и можно ли признать их достаточными для вывода о виновности должен решить суд первой инстанции. В то же время доводы стороны защиты о том, что показания засекреченных свидетелей являются недопустимыми доказательствами, отмены состоявшегося судебного решения не влекут. Как следует из представленных материалов, вывод о недостатках протоколов допросов свидетелей делает специалист, обученный двум иностранным языкам и получивший квалификацию учителя английского и французского языков, при этом ни в области юриспруденции, ни в области лингвистики «воровского жаргона» указанный специалист познаниями не обладает. В случае если показания свидетеля будут записаны с использованием лексики, применяемой в местах лишения свободы без какой-либо адаптации к общегражданской лексике, то такой протокол будет малоинформативен, поэтому изложение показаний с применением общепринятой лексики само по себе не свидетельствует о том, что эти показания не могут использоваться в уголовном судопроизводстве. То обстоятельство, что протоколы допроса составлены следователем, указано в самих протоколах, при этом указано, что допрашивающий является старшим следователем Следственной части СУ УМВД России по Томской области и майором полиции, поэтому и без вероятностных предположений эксперта можно утверждать, что допрашивающий имеет высшее юридическое образование, высокий уровень грамотности и речевой культуры и имеет опыт работы в правоохранительных органах.

Учитывая изложенные в обвинении фактические обстоятельства инкриминируемого деяния, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что есть достаточные основания полагать, что, находясь на свободе, ФИО1 может продолжить заниматься преступной деятельностью, чем воспрепятствует производству по уголовному делу.

Норма, предусмотренная ст. 210.1 УК РФ, внесена в уголовный закон недавно и суд апелляционной инстанции соглашается с выводами о том, что расследуемое дело относится к категории особой сложности. О достаточной сложности свидетельствует и то, что, хотя норма и сформулирована федеральным законодателем ФИО1, несмотря на двух защитников, настаивает на том, что не понимает в чём его обвиняют. В то же время в силу непродолжительности существования указанной нормы какие-либо официальные толкования этой нормы и официальные толкования понятий, связанных с функционированием преступной иерархии, отсутствуют. Законодатель сформулировал норму предельно кратко – «Занятие высшего положения в преступной иерархии», а порядок занятия этого положения и соотношение иерархов, указанных в протоколе допроса свидетеля Г., предстоит определить правоприменителю.

В силу сложности дела, по мнению суда апелляционной инстанции, волокиты по делу не допущено.

Каких-либо данных о том, что ФИО1 по своему состоянию здоровья не может содержаться в следственном изоляторе, суду не представлено.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение постановления, при рассмотрении ходатайства следователя судом первой инстанции не допущено, поэтому оснований для отмены или изменения постановления суд не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст.389.13, 389.20 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Кировского районного суда г. Томска от 22.01.2020 в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционные жалобы его защитников – адвокатов Мустафаева О.С., Лаврененко У.М. и обвиняемого ФИО1– без удовлетворения.

Настоящее постановление может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в кассационном порядке.

Судья А.Р. Кин