Решение № 2-354/2026 2-354/2026~М-149/2026 М-149/2026 от 28 апреля 2026 г. по делу № 2-354/2026

УИД 52RS0041-01-2026-000248-19

Дело № 2-354/2026


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

с. Вад

Нижегородская область 21 апреля 2026 года

Перевозский межрайонный суд Нижегородской области в составе председательствующего судьи Артюхиной А.А., при секретаре судебного заседания Морозовой С.В., с участием помощника Перевозского межрайонного прокурора Нижегородской области Кнутовой П.А., рассмотрев в открытом судебном заседании постоянного судебного присутствия в с. Вад Вадского района гражданское дело по исковому заявлению Перевозского межрайонного прокурора Нижегородской области, действующего в интересах Российской Федерации, к ФИО1 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности ничтожной сделки, взыскании денежных средств,

УСТАНОВИЛ:

истец Перевозский межрайонный прокурор Нижегородской области, действуя в интересах Российской Федерации, обратился в суд с указанным иском, в обоснование требований указывая, что приговором Вадского районного суда Нижегородской области от ДД.ММ.ГГГГ, вступившего в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 290 УК РФ по факту получения взятки от С.М.Ю.

ФИО1 приказом от ДД.ММ.ГГГГ №-лс назначен на должность <данные изъяты> ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Нижегородской области с ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, ФИО1 являясь должностным лицом, постоянно осуществляющим функции представителя власти, обладающим правами и обязанностями по осуществлению функций государственных органов, широким кругом полномочий, в том числе властного характера, наделенным в установленном законом порядке распорядительными полномочиями в отношении широкого круга лиц, не находящихся от него в служебной зависимости, имел возможность прохода на территорию ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Нижегородской области, а также по роду возложенных на него обязанностей, беспрепятственного контакта со спецконтенгентом, содержащимся в указанном учреждении.

Судом установлено, что в период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ, точная дата и время следствием не установлены к ФИО1, находящемуся на рабочем месте на территории ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Нижегородской области по адресу: <адрес>, и выполнявшему свои должностные обязанности, обратился осужденный С.М.Ю., отбывающий наказание в СИЗО, с предложением совершить для него в будущем за вознаграждение заведомо незаконные действия, а именно пронос для него на территорию СИЗО вопреки установленным правилам внутреннего распорядка исправительных учреждений запрещенных для нахождения у осужденных предметов, а именно мобильных телефонов, предложив при этом ФИО1 в качестве взятки мобильный телефон <данные изъяты> стоимость *** рубля, на что ФИО1 согласился.

Также судом установлено, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, точная дата и время следствием не установлены, к коменданту КБИиХО ФИО1 обратился осужденный С.М.Ю., отбывающий наказание в СИЗО. В ходе разговора, осужденный С.М.Ю. сообщил ФИО1 о том, что для него в <адрес> пронести на территорию СИЗО для их последующей передачи С.М.Ю., за что получит взятку в виде денег в сумме *** рублей, на что ФИО1 согласился.

Кроме того, в период с ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> часов <данные изъяты> минут, к коменданту КБИиХО ФИО1 от осужденного С.М.Ю., отбывающего наказание в СИЗО, на домашний телефон поступил звонок. В ходе разговора, осужденный С.М.Ю. сообщил ФИО1 о том, что для него в <адрес> привезут средства связи, которые ФИО2 должен будет пронести на территорию СИЗО для их последующей передачи С.М.Ю., за что получит взятку в виде денег, на что ФИО1 согласился.

Также, в период с ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> часов <данные изъяты> минут, к коменданту КБИиХО ФИО1 на домашний телефон поступил звонок от Р.С.П., непосвященного в преступные планы, через которого неустановленное следствием лицо по просьбе осужденного С.М.Ю., должен был передать ФИО1 средства связи, предназначенные для их последующего проноса на территорию СИЗО и передачу осужденному С.М.Ю.

Действия ФИО1 в период занятия им должности, на которую распространяются антикоррупционные требования и запреты, по получению взятки в виде денежных средств, что является нарушением указанных требований, могут быть квалифицированы в качестве сделки, совершенной с целью, заведомо противной основам правопорядка и нравственности, поскольку они посягают на значимые охраняемые законом объекты, нарушают основополагающие начала российского правопорядка, принципы общественной, политической и экономической организации общества, его нравственные устои.

Как следует из приговора суда, ФИО1 получил от С.М.Ю. взятку в общем в размере *** руб. В связи с чем, подлежит взысканию в доход Российской Федерации денежные средства в размере *** руб.

На основании изложенного, истец просит суд признать недействительной сделку по получению взятки ФИО1 от С.М.Ю. в виде денежных средств в размере *** руб., применить последствия недействительности ничтожной сделки, взыскав с ФИО1 в доход Российской Федерации сумму незаконно полученных денежных средств в размере *** руб.

В судебном заседании помощник прокурора Перевозской межрайонной прокуратуры Нижегородской области Кнутова П.А. исковые требования поддержала, просила их удовлетворить.

В судебное заседание ответчик ФИО1, надлежащим образом извещенный о дате, времени и месте судебного разбирательства, не явился, согласно телефонограмме, представленной в материалы дела, ФИО1 просит рассмотреть настоящее гражданское дело в свое отсутствие, с иском согласен.

Согласно ст. 167 ГПК РФ: «Лица, участвующие в деле, обязаны известить суд о причинах неявки и представить доказательства уважительности этих причин.

Суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными».

Согласно части 2 ст. 35 ГПК РФ – «Лица, участвующие в деле, несут, процессуальные обязанности, установленные настоящим Кодексом, другими федеральными законами. При неисполнении процессуальных обязанностей наступают последствия, предусмотренные законодательством о гражданском судопроизводстве».

С учетом требований ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть гражданское дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав прокурора, изучив материалы гражданского дела, оценив представленные доказательства в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, установив юридически значимые обстоятельства, суд приходит к следующему.

В силу ст. 35 Федерального закона от 17.01.1992 № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» прокурор в соответствии с процессуальным законодательством Российской Федерации вправе обратиться в суд с заявлением, если этого требует защита прав граждан и охраняемых законом интересов общества и государства.

Согласно правовой позиции, отраженной в пункте 7 Постановления от 31.10.2024 г. № 49, срок исковой давности на требования прокурора об обращении в доход Российской Федерации имущества, приобретенного вследствие нарушения лицом, замещающим (занимающим) или замещавшим (занимавшим) публично значимую должность, требований и запретов, направленных на предотвращение коррупции, не установлен.

Как установлено судом и следует из материалов дела Приговором <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, обжалованным в апелляционном порядке в Нижегородском областном суде, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 признан виновным и осужден за совершение четырех преступлений, предусмотренных <данные изъяты>.

В силу ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

В соответствии со ст. 71 ГПК РФ приговор суда отнесен к числу письменных доказательств по гражданскому делу, и обстоятельства, установленные приговором, имеют значение для рассмотрения и разрешения настоящего дела.

Исходя из этого суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения (абз. 2 п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 года № 23 «О судебном решении»).

При рассмотрении уголовного дела в отношении ФИО1 судом установлено, что ФИО1 приказом от ДД.ММ.ГГГГ №-лс назначен на должность коменданта отдела коммунального-бытового, интендантского и хозяйственного обеспечения ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Нижегородской области с ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, ФИО1 являясь должностным лицом, постоянно осуществляющим функции представителя власти, обладающим правами и обязанностями по осуществлению функций государственных органов, широким кругом полномочий, в том числе властного характера, наделенным в установленном законом порядке распорядительными полномочиями в отношении широкого круга лиц, не находящихся от него в служебной зависимости, имел возможность прохода на территорию ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Нижегородской области, а также по роду возложенных на него обязанностей, беспрепятственного контакта со спецконтенгентом, содержащимся в указанном учреждении.

В один из дней в период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ, точная дата и время следствием не установлены к ФИО1, находящемуся на рабочем месте на территории ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Нижегородской области по адресу: <адрес>, и выполнявшему свои должностные обязанности, обратился осужденный С.М.Ю., отбывающий наказание в СИЗО, с предложением совершить для него в будущем за вознаграждение заведомо незаконные действия, а именно пронос для него на территорию СИЗО вопреки установленным правилам внутреннего распорядка исправительных учреждений запрещенных для нахождения у осужденных предметов, а именно мобильных телефонов, предложив при этом ФИО1 в качестве взятки мобильный телефон <данные изъяты> стоимостью *** рубля, на что ФИО1 согласился.

Кроме того, в один из дней в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, точная дата и время следствием не установлены, к коменданту КБИиХО ФИО1 обратился осужденный С.М.Ю., отбывающий наказание в СИЗО. В ходе разговора, осужденный С.М.Ю. сообщил ФИО1 о том, что для него в <адрес> привезут средства связи, которые ФИО1 должен будет пронести на территорию СИЗО для их последующей передачи С.М.Ю., за что получит взятку в виде денег в сумме *** руб., на что ФИО1 согласился.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 получил от Л.К.И., не посвященного в преступные планы, средства связи, предназначенные для передачи осужденному С.М.Ю., и взятку в размере *** руб.

Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> часов <данные изъяты> минут коменданту КБИиХО ФИО1 от осужденного С.М.Ю., отбывающего наказание в СИЗО, на домашний телефон поступил звонок. В ходе разговора осужденный С.М.Ю. сообщил ФИО1 о том, что для него в <адрес> привезут средства связи, которые ФИО2 должен будет пронести на территорию СИЗО для их последующей передачи С.М.Ю., за что получит взятку в виде денег, на что ФИО1 согласился.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 получил средство связи, предназначенное для передачи осужденному С.М.Ю.

В один из дней в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, точное время в ходе предварительного следствия не установлено, ФИО1 лично получил от осужденного С.М.Ю. взятку в сумме *** руб.

Кроме того, в один из дней в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, точное время в ходе предварительного следствия не установлено, к коменданту КБИиХО ФИО1, находящемуся на рабочем месте, обратился осужденный С.М.Ю. В ходе разговора осужденный С.М.Ю. сообщил ФИО1 о том, что для него в <адрес> привезут средства связи, которые ФИО1 должен будет пронести на территорию СИЗО для их последующей передачи С.М.Ю., за что получит взятку, на что ФИО1 согласился.

ДД.ММ.ГГГГ осужденный С.М.Ю. посредством электронного перевода перечислил на банковскую карту ФИО1 взятку в сумме *** руб.

Указанные факты подтверждены приговором <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ.

Из пункта 2 статьи 235 ГК РФ следует, что принудительное изъятие у собственника имущества не допускается, кроме случаев, когда по основаниям, предусмотренным законом, производятся:

6) конфискация (статья 243);

8) обращение по решению суда в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы.

В соответствии с пунктом 1 статьи 243 ГК РФ, в случаях, предусмотренных законом, имущество может быть безвозмездно изъято у собственника по решению суда в виде санкции за совершение преступления или иного правонарушения (конфискация).

В пунктах 2, 2.1 Постановления от 31.10.2024 г. №49-П Конституционным Судом Российской Федерации приведены правовые позиции о том, что многоаспектность негативного воздействия коррупции на жизнь общества и государства позволяет отнести ее к числу особенно опасных социальных явлений. Наиболее тяжелым последствием и самим существом коррупции является нарушение принципов справедливости и равенства (правового эквивалента). Она оказывает разрушительное, угнетающее воздействие на сферу реализации публичной власти, расшатывает ее легитимность, способна подорвать веру граждан в законность, добро и справедливость, является существенным препятствием для правового, демократического и социально-экономического развития страны.

Принятие действенных мер по борьбе с коррупцией подразумевает установление определенных требований и запретов (ограничений) для лиц, должности которых связаны с повышенным коррупционным риском, а также создание специальных механизмов контроля в отношении них, их доходов и приобретаемого ими имущества.

В системе действующего правового регулирования антикоррупционные меры в развитие конституционных положений предусматриваются как в специальном законодательстве о противодействии коррупции, в частности в Федеральном законе от 25.12.2008 № 273-ФЗ «О противодействии коррупции» и Федеральном законе от 03.12.2012 № 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» определен круг лиц, на которых распространяется действие антикоррупционного законодательства, включая как лиц, замещающих (занимающих) или замещавших (занимавших) государственные и муниципальные должности и должности государственной и муниципальной службы, так и лиц, замещающих (занимающих) или замещавших (занимавших) должности в иных связанных с осуществлением публичных функций институтах, в том числе в государственных корпорациях (компаниях), публично-правовых компаниях (далее также - лицо, занимающее (занимавшее) публично значимую должность).

В то же время вне зависимости от наличия законодательных требований и ограничений, направленных на противодействие коррупции, а также специальных механизмов противодействия коррупции использование лицом, занимающим (занимавшим) публично значимую должность, своего должностного статуса для незаконного обогащения недопустимо уже в силу действующей прямо и непосредственно Конституции Российской Федерации, ее статей 1 (часть 1), 3 (часть 1), 15 (части 1 и 2), 18 и 19 (часть 1), и представляет собой конституционно-правовой деликт, посягающий на основы конституционного строя, а недопустимость совершения этого деликта должна быть очевидна для каждого такого лица.

Из правовых позиций, сформулированных в пункте 3 того же Постановления следует, что поскольку именно незаконное обогащение является конечной целью совершения деяния коррупционной направленности, государство обязано принимать такие меры, которые любую попытку достигнуть подобной цели делали бы бессмысленной и бесперспективной. Это согласуется с общими направлениями и принципами государственной антикоррупционной политики, включая перечисленные в статье 3 Федерального закона 273-ФЗ принципы неотвратимости ответственности за совершение противоправных деяний коррупционной направленности, комплексного использования политических, организационных, информационно-пропагандистских, социально- экономических, правовых, специальных и иных мер, а также приоритетного применения мер по предупреждению коррупции (пункты 4-6). Иное способствовало бы коррупционному обогащению, легализации имущества, полученного в результате коррупционных деяний, в том числе путем преобразования его (доходов от него) в иное имущество, допускало бы беспрепятственный оборот такого имущества, не ставя тем самым надлежащих преград коррупционному поведению, а потому вступало бы в противоречие с требованиями статей 4 (часть 2), 7 (часть 1), 15 (часть 2), 17 (часть 3), 19 (часть 1), 35 (часть 1), 52, 55 (часть 3) и 75.1 Конституции Российской Федерации.

Меры, предполагающие обращение в доход государства имущества и денежных средств, в отношении которых не опровергнута презумпция незаконности происхождения или установлена незаконность происхождения, имеют, являясь по своему существу особой формой правового государственного принуждения наряду с уголовно-правовыми и административно-деликтными мерами, конституционно значимую публичную цель борьбы с деяниями коррупционной направленности. Они ориентированы на обеспечение эффективного функционирования механизма народовластия и правового государства, на защиту демократического строя. Наличие таких мер и их действенное применение призваны повысить результативность противодействия коррупции, предотвратить риски, связанные с неправомерным влиянием на государственных и муниципальных служащих, иных выполняющих публично значимые функции лиц и тем самым - с возможностью сращивания публичной власти и бизнеса, а тем более публичной власти и криминала.

Соответственно, обращение по решению суда в доход Российской Федерации имущества и денежных средств, принадлежащих лицу, подпадающему под действие антикоррупционного законодательства, будучи введенным федеральным законодателем в целях противодействия коррупции, как таковое направлено на защиту конституционно значимых ценностей и, следовательно, не нарушает требований Конституции Российской Федерации (Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 29 ноября 4 2016 г. № 26-П и от 9 января 2019 г. № 1-П; Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 6 июня 2017 г. № 1163-0).

Имущество, подлежащее изъятию по антикоррупционным искам, обращается в доход Российской Федерации. Поступая в федеральную собственность, данное имущество, таким образом, подлежит использованию на благо всего общества, что направлено на восстановление социальной справедливости и укрепление социальной солидарности в сфере борьбы с коррупцией. Несмотря на то, что такое обращение имущества в доход Российской Федерации не носит компенсаторного характера, по своей природе оно направлено на хотя бы частичное восполнение нарушения принципов справедливости и равенства (правового эквивалента).

В пункте 3.1 Постановления от 31.10.2024 г. № 49-П указано, что федеральным законодателем, действующим в пределах предоставленной ему дискреции, создан правовой механизм, предполагающий возможность обращения по искам уполномоченных на то прокуроров в доход Российской Федерации имущества как приобретенного вследствие нарушения лицом, занимающим (занимавшим) публично значимую должность, требований и запретов, направленных на предотвращение коррупции (статья 169 и подпункт 8 пункта 2 статьи 235 ГК РФ, Федеральный закон № 273-ФЗ и Федеральный закон № 230-ФЗ).

В статье 17 Федерального закона № 230-ФЗ, непосредственной целью которого, как следует из его статьи 1, является противодействие коррупции, законодатель установил, что Генеральный прокурор Российской Федерации или подчиненные ему прокуроры при получении материалов, предусмотренных частью 3 статьи 16 настоящего Федерального закона, в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обращаются в суд с заявлением об обращении в доход Российской Федерации земельных участков, других объектов недвижимости, транспортных средств, ценных бумаг, акций (долей участия, паев в уставных (складочных) капиталах организаций), в отношении которых лицом, замещающим (занимающим) одну из должностей, указанных в пункте 1 части 1 статьи 2 настоящего Федерального закона, не представлено сведений, подтверждающих их приобретение на законные доходы.

Такое обращение в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не было представлено сведений, подтверждающих его приобретение на законные доходы, предполагает, что в случае выявления в соответствии с установленными этим Федеральным законом параметрами расхождения между доходами и расходами получение незаконных доходов от коррупционной деятельности презюмируется и не требуется установления и доказывания совершения конкретных деяний коррупционной направленности, вследствие которых те или иные активы приобретены контролируемым лицом (лицами). Бремя же доказывания приобретения имущества на законные доходы лежит на самом лице, об обращении имущества которого в доход Российской Федерации предъявлен иск.

В пункте 3.2 Постановления от 31.10.2024 г. № 49-П особо обращено внимание на то, что многообразие деяний коррупционной направленности, перечисленных в статье 1 Федерального закона № 273-ФЗ, и их повышенная латентность нередко обусловливают необходимость не только количественно сопоставлять доходы лица, занимающего (занимавшего) публично значимую должность, и членов его семьи с расходами, но и выяснять, в частности, обстоятельства злоупотребления полномочиями, возникновения конфликта интересов, принятия правонарушителем разного рода мер, имеющих целью сокрытие таких действий, включая воспрепятствование осуществлению антикоррупционного контроля.

Поэтому в основание требований прокурора об обращении в доход Российской Федерации имущества как приобретенного вследствие нарушения лицом, занимавшим публично значимую должность, требований и запретов, направленных на предотвращение коррупции, может быть положен не только факт несоответствия расходов законным доходам и отсутствие сведений, подтверждающих законность получения денежных средств, когда источники происхождения имущества могут оставаться невыявленными, а незаконность их презюмируется, но и установление того, что приобретение имущества обусловлено совершением этим лицом конкретных деяний коррупционной направленности.

Использование процессуальной формы искового гражданского судопроизводства также выступает не проявлением их частноправовой природы, а способом обеспечения эффективных гарантий судебной защиты в публично-правовых отношениях, избранным законодателем для этой цели в рамках его дискреции с учетом того, что принудительное изъятие у частного лица имущества в пользу публичного образования по смыслу статей 35 и 46 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации должно осуществляться исключительно в судебном порядке.

Разрешая заявленные требования, суд приходит к выводу о необходимости квалификации действий ФИО1 по получению взятки в виде денежных средств в качестве сделки, совершенной с целью заведомо противной основам правопорядка и нравственности, вследствие чего применения к ней положения статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Положениями статьи 153 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В силу пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Как следует из положений статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные статье 167 настоящего Кодекса. В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Статья 169 Гражданского кодекса Российской Федерации указывает, что квалифицирующим признаком антисоциальной сделки является ее цель, то есть достижение такого результата, который не просто не отвечает закону или нормам морали, а противоречит - заведомо и очевидно для участников гражданского оборота - основам правопорядка и нравственности. Антисоциальность сделки, дающая суду право применять данную норму Гражданского кодекса Российской Федерации, выявляется в ходе судопроизводства с учетом всех фактических обстоятельств, характера допущенных сторонами нарушений и их последствий.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 85 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского Кодекса Российской Федерации» следует, что согласно статье 169 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна. Для применения статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что цель сделки, а также права и обязанности, которые стороны стремились установить при ее совершении, либо желаемое изменение или прекращение существующих прав и обязанностей заведомо противоречили основам правопорядка или нравственности, и хотя бы одна из сторон сделки действовала умышленно. Сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, влечет общие последствия, установленные статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации (двусторонняя реституция). В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Взыскание на основании взаимосвязанных положений статей 167 и 169 Гражданского кодекса Российской Федерации в доход Российской Федерации суммы, полученной в результате получения взятки, не является наказанием за совершенное преступление, а обусловлено недействительностью сделки, совершенной с целью, противной основам правопорядка или нравственности.

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, статья 169 Гражданского кодекса Российской Федерации направлена на поддержание основ правопорядка и нравственности и недопущение совершения соответствующих антисоциальных сделок (определения от 23 октября 2014 года № 2460-О, от 24 ноября 2016 года № 2444-О и др.) и позволяет судам в рамках их полномочий на основе фактических обстоятельств дела определять цель совершения сделки (определение от 25 октября 2018 года № 2572-О, определение от 20 декабря 2018 года N 3301-О).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 8 июня 2004 года № 226-О, статья 169 Гражданского кодекса Российской Федерации особо выделяет опасную для общества группу недействительных сделок - так называемые антисоциальные сделки, противоречащие основам правопорядка и нравственности, признает такие сделки ничтожными и определяет последствия их недействительности: при наличии умысла у обеих сторон такой сделки - в случае ее исполнения обеими сторонами - в доход Российской Федерации взыскивается все полученное по сделке, а в случае исполнения сделки одной стороной с другой стороны взыскивается в доход Российской Федерации все полученное ею и все причитавшееся с нее первой стороне в возмещение полученного; при наличии умысла лишь у одной из сторон такой сделки все полученное ею по сделке должно быть возвращено другой стороне, а полученное последней либо причитавшееся ей в возмещение исполненного взыскивается в доход Российской Федерации.

Применительно к вышеизложенному, для разрешения заявленных прокурором исковых требований, подлежащими установлению юридически значимыми обстоятельствами являются обстоятельства, свидетельствующие о том, что цель сделки, права и обязанности, которые стороны были намерены установить при ее совершении, либо желали изменить или прекратить существующие права и обязанности, как это указано в законе, заведомо противоречили основам правопорядка и нравственности.

Таким образом, сделка может быть признана заведомо противной основам правопорядка и нравственности в случае установления судом умысла сторон сделки.

Как следует из приговора <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, вступившего в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 получил от осужденного С.М.Ю. взятку в общем в размере *** руб.

Учитывая, что действия ФИО1 в период занятия им должности, на которую распространяются антикоррупционные требования и запреты, носили заведомо антисоциальный характер для всех сторон сделок, противоправность действий ответчика в виде получения денежных средств в качестве взятки, установленную вступившим в законную силу приговором <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, суд приходит к выводу о том, что соответствующие действия являются недействительной сделкой в силу ничтожности, совершенной с целью, заведомо противной основам правопорядка и нравственности.

Последствием недействительности ничтожной сделки является взыскание переданных ФИО1 денежных средств в качестве взятки в размере *** руб. в доход Российской Федерации.

В данной связи исковые требования прокурора о признании недействительной сделки по получению взятки ФИО1 от С.М.Ю. в виде денежных средств в размере *** руб. по признаку ее ничтожности, а также о применении последствий недействительности ничтожной сделки путем взыскания с ФИО1 в доход Российской Федерации денежных средств в размере *** рублей, подлежат удовлетворению.

Согласно ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ, с ответчика в доход государства подлежит взысканию государственная пошлина в размере *** руб., от оплаты которой, истец был освобожден при подаче искового заявления, в силу закона.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковое заявление Перевозского межрайонного прокурора Нижегородской области, действующего в интересах Российской Федерации, к ФИО1 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности ничтожной сделки, взыскании денежных средств удовлетворить.

Признать недействительной сделку по получению взятки ФИО1 от С.М.Ю. в виде денежных средств в размере *** рублей.

Применить последствия недействительности ничтожной сделки, взыскать с ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт серия №) в доход Российской Федерации сумму незаконно полученных денежных средств в размере *** рублей.

Взыскать с ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт серия №) государственную пошлину в доход местного бюджета Вадского муниципального округа Нижегородской области в размере *** рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца со дня изготовления мотивированного решения в Нижегородский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Перевозский межрайонный суд Нижегородской области.

Судья А.А. Артюхина

Мотивированное решение изготовлено 29.04.2026.