Решение № 2-2290/2018 2-2290/2018~М-2137/2018 М-2137/2018 от 29 октября 2018 г. по делу № 2-2290/2018

Дело № 2-2290/2018


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Красноармейский районный суд г. Волгограда

в составе председательствующего судьи Лымарева В.И.

при секретаре Бутовской Н.В.,

с участием истца ФИО1, ответчика ФИО2, ответчика ФИО3, ответчика ФИО4, прокурора Федоровой Е.И.,

«30» октября 2018 года рассмотрев в городе Волгограде, в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о возмещении ущерба, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о возмещении ущерба, компенсации морального вреда.

В обосновании иска указано, что ФИО1 является собственником 1/2 доли в праве общей долевой собственности жилого дома <адрес> г. Волгограда, где собственниками оставшихся долей по 1/4 доли каждая являются ФИО2 и ФИО3, которые, оказывая препятствия в пользовании ФИО1 домом, в мае 2016 года отключили отопление жилого помещения, причинили ущерб имуществу и входной двери истца на общую сумму 25 150 рублей, которые истец просит взыскать, так же заявляя требования о взыскании с ФИО4 полученных ей по расписке от 13 сентября 2014 года денежных средств в сумме 8 000 рублей, компенсации морального вреда в сумме 50 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 заявленные требования поддержала, не отрицает, что на переданные ей ФИО4 денежные средства по расписке от 13 сентября 2014 года для отопления жилого дома <адрес> г. Волгограда был приобретен газовый котел. Пояснила, что фактически в жилом доме <адрес> г. Волгограда она не проживает, расходы на оплату услуг по отоплению не несет с декабря 2015 года, к ответчикам после прекращения подачи отопления не обращалась. Примерно 16-17 февраля 2017 года ФИО3 и ФИО4 нанесли ей удары, а именно ФИО3 ударила ее ладонью по левой щеке, а ФИО4 ее толкала руками.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала, пояснила, что 15 февраля 2017 года вместе с ФИО1 в дом № <адрес> г. Волгограда пришел гражданин ФИО10, который осматривал трубы отопления в комнатах, находящихся в пользовании ФИО1 Данные трубы отопления с декабря 2016 года являлись неработоспособными, поскольку ФИО1 не проживала в доме и не платила за отопление, в связи с чем ФИО2 в декабре 2016 года ограничила подачу горячей воды в трубы путем закрытия крана, ограничивающего подачу отопления. Данный кран находится в комнате, которой пользуется ФИО2 и ее дочь ФИО3 При этом ФИО1 к ней для включения отопления не обращалась. 16 февраля 2017 года ФИО5 на мобильный телефон позвонила ее дочь – ФИО3, пояснившая, что ФИО1 ударила ее кулаком в область лица. Отрицает, что трубы отопления истца могли прийти в негодность, поскольку оставшаяся часть жилого дома отапливалась, в доме поддерживалась плюсовая температура, поскольку отопление было включено в комнате ответчиков и в местах общего пользования.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признала, пояснив, что 16 февраля 2017 года она примерно в обеденное время пришла к себе домой, где увидела незнакомого ей мужчину, который производил замену труб отопления, на что ФИО3 высказала свое несогласие, в ответ находящаяся в доме ФИО1 подошла к ответчику, ударила ее кулаком в лицо, замахнулась стулом в область головы, от чего ФИО3, пытаясь прикрыться, подняла руку, при этом, возможно, неумышленно задев ладонью лицо ФИО1 В результате стулом ФИО1 задела по руке ФИО3, на что последняя в последующем обратилась в больницу, был составлен акт медицинского освидетельствования. После того, как ФИО1 пыталась ударить ФИО3, находящийся в комнате мужчина, менявший трубы, оттащил ФИО1 в ее комнату и закрыл дверь. При этом каких-либо ударов в дверь ФИО3 не наносила, считает, что дверной замок мог сломаться вследствие того, что под дверью в момент ее закрытия находился провод, наличие которого обусловило применение силы при закрытии двери присутствовавшим мужчиной.

Ответчик ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признала, пояснив, что 13 сентября 2014 года она действительно получила от ФИО1 денежные средства в сумме 8 000 рублей для приобретения газового котла «Сибирия» в целях его монтажа в дом <адрес> г. Волгограда. Стоимость котла составила 15 100 рублей, так же были затрачены 900 рублей на его монтаж. Данный котел был приобретен ответчиком, после чего установлен в жилом доме <адрес> г. Волгограда. Так же пояснила, что 16 февраля 2017 года ответчик около 10 часов утра пришла в дом № <адрес> г. Волгограда, где увидела ФИО1 и неизвестных ей лиц, которые занимались демонтажем труб отопления в доме, после чего ФИО4 уехала из дома, куда вернулась примерно после обеда вместе со своей внучкой – ФИО3 В связи с несогласием ФИО3 с демонтажем труб отопления, ФИО1 ударила ФИО6 кулаком в область лица, после чего ФИО6 прикрывая ладонью свое лицо, неумышленно задела ладонью ФИО1 Последняя в свою очередь хотела ударить стулом ФИО3, что ФИО7 сделать не дала, оттолкнув истца от ФИО3

Участвующий в деле прокурор Федорова Е.И. представила заключение о необоснованности заявленных истцом требований о компенсации морального вреда.

Выслушав истца ФИО1, ответчика ФИО2, ответчика ФИО3, ответчика ФИО4, прокурора Федорову Е.И., исследовав материалы дела, суд считает заявленные требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пунктом 1 вышеуказанной статьи предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы (пункт 2).

В силу пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2).

Из вышеприведенных правовых норм следует, что убытки представляют собой негативные имущественные последствия, возникающие у лица вследствие нарушения его неимущественного или имущественного права, а реализация такого способа защиты, как возмещение убытков, возможна лишь при наличии общих условий гражданско-правовой ответственности: наступление вреда, противоправность причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

Отсутствие одного из вышеперечисленных фактов служит основанием для отказа суда в удовлетворении иска о возмещении убытков.

В судебном заседании установлено, что ФИО2 и ФИО3 являются собственниками по 1/4 доли в отношении жилого дома № 87,7 кв.м. по <адрес> г. Волгограда, где собственником оставшейся 1/2 доли является ФИО1 на основании договоров дарения от 10 сентября 2009 года и 26 января 2010 года.

Согласно технического паспорта жилого дома <адрес>, спорный дом представляет собой одноэтажную постройку 1960 года ввода в эксплуатацию и состоит из подвала, подсобного помещения, четырех жилых комнат, кухни и санузла. Кроме того на земельном участке имеются дворовые постройки в виде летней кухни площадью 27 кв.м., двух сараев, гаража площадью 20,8 кв.м. и туалета.

Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Волгоградского областного суда от 24 сентября 2014 года по гражданскому делу по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО8 об устранении препятствий в пользовании собственностью утверждено мировое соглашение, в рамках которого определен порядок пользования жилым домом <адрес> г. Волгограда, при котором:

в пользование ФИО1 переданы жилые комнаты площадью 15,2 кв.м. и 6,7 кв.м., подсобное помещение площадью 17 кв.м.;

переоборудован оконный проем между жилой комнатой площадью 15,2 кв.м. и кухней площадью 10,1 кв.м., в дверной проем с целью прохода ФИО1 в жилые комнаты;

в пользование ФИО2 и ФИО8 переданы жилые комнаты площадью 6,5 кв.м. и 10,3 кв.м., подсобное помещение площадью 16,8 кв.м.;

в общем пользовании оставлена кухня площадью 10,1 кв.м., санузел площадью 5,3 кв.м.

Вступившим в законную силу решением Красноармейского районного суда г. Волгограда от 23 апреля 2013 года по делу № 2-874/2013 по иску ФИО1 к ФИО2, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетней ФИО8 о выделе в жилом доме доли в натуре, определении порядка пользования земельным участком, установлено, что раздел в натуре жилого дома <адрес> г. Волгограда технически невозможен ввиду деформации фундамента и несущих конструкций дома.

Тем же решением суда установлено, что фундамент и цоколь жилого дома <адрес> г. Волгограда находятся в неработоспособном состоянии с износом 80%, деформированы по периметру, стены и перегородки дома так же подвержены износу 80%, в проемах жилого дома требуется замена деревянных блоков. Переоборудование дома не возможно до проведения капитального ремонта.

Настаивая на удовлетворении заявленных требований, истец утверждает, что в связи с несогласием со стороны ФИО9 возмещать часть понесенных ФИО2 расходов на оплату поставки природного газа, в мае 2016 года ФИО2 и ФИО3 произвели демонтаж отопительных сетей в занимаемой ФИО9 части жилого дома <адрес> г. Волгограда, на восстановление которых истцом затрачены денежные средства в сумме 22 150 рублей.

В подтверждение данных доводов истцом заявлено ходатайство о допросе свидетеля ФИО10

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО10 пояснил, что с ФИО1 он знаком, поскольку по договору с ней в феврале 2017 года производил работы по демонтажу и монтажу системы отопления в частном доме. Примерно 15 февраля 2017 года он осуществлял демонтаж и монтаж системы отопления в доме ФИО1 Демонтаж старых труб системы отопления требовался для того, чтобы подключить новые трубы отопления автономно от действующей в доме системы отопления, то есть после требовалось установить отдельный котел для отопления комнаты ФИО1 Заказчик работ ему пояснила, что собственники оставшейся части дома не подключают ее к имеющемуся в доме отоплению. В процессе выполнения работ свидетель явился очевидцем того, как пришедшая в дом девушка и присутствующая в судебном заседании ФИО4 вступили в словесный конфликт с ФИО1 Конфликт происходил в коридоре жилого дома, в то время как свидетель находился в комнате. Во время конфликта ФИО1, ФИО4 и несовершеннолетняя толкали друг друга. После того, как ФИО1 вернулась в комнату, свидетель прикрыл дверь, оставшись внутри, тогда как со стороны коридора начали бить ногами по двери, которая после этого не смогла открыться, в связи с чем вызывался мастер, который менял замок.

Оценивая данные свидетелем ФИО10 показания, суд приходит к выводу, что показаниями свидетеля подтверждается отсутствие необходимости демонтажа имевшихся труб отопления, расположенных в переданных ФИО1 комнатах жилого дома, поскольку, со слов свидетеля, демонтаж труб требовался для организации новой схемы отопления комнат истца, а не в связи с утратой существующими трубами отопления их физических характеристик и потребительских свойств. Свидетель так же подтвердил факт произошедшего между ФИО1, ФИО4 и ФИО3 конфликта, что сторонами в судебном заседании не отрицается. При этом, по мнению суда, свидетель, находясь в комнате, не мог являться очевидцем нанесения в коридоре дома сторонами конфликта ударов друг другу.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО11 пояснил, что он около четырех лет проживает в жилом доме <адрес> г. Волгограда и является соседом ФИО2, ФИО4 и ФИО3 Примерно в феврале 2017 года к нему в дом пришла ФИО3, у которой имелись повреждения в области лица, и попросила помочь открыть заклинившую межкомнатную дверь в доме <адрес> г. Волгограда. Свидетель являлся неоднократно очевидцем того, как ФИО1 являлась инициатором конфликтов.

Из материалов дела следует, что ФИО1 на демонтаж и монтаж системы отопления затрачены денежные средства в сумме 21 960 рублей (стоимость работ 10 000 рублей + стоимость материалов 11 960 рублей).

Как установлено судом, со стороны ответчиков не производились действия по демонтажу системы отопления в жилых комнатах ФИО12 Фактически отопление в комнатах истца отсутствовало по причине того, что в декабре 2016 года ФИО2 произвела перекрытие крана, подводящего отопление в комнаты истца, поскольку ФИО1 не производила возмещение ФИО2 понесенных последней расходов на оплату услуг по отоплению и фактически в доме не проживала.

Как пояснил в судебном заседании свидетель ФИО10, производивший замену труб отопления, данные трубы находились в работоспособном состоянии, а их замену требовала ФИО1, желавшая организовать в комнаты автономную систему отопления от отдельного от ФИО5 и ФИО3 котла.

В силу пункта 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (ч. 2 ст. 15 ГК РФ).

В то же время судом установлено, что демонтаж старых труб отопления и монтаж новых отопительных приборов явился выражением воли ФИО1 на улучшение жилищных условий по использованию ее жилых комнат, каких-либо требований к ответчикам о возобновлении подачи отопления в принадлежащие ФИО1 комнаты истец не заявляла, в судебное заседание не представлено доказательств того, что находившееся в помещении до демонтажа трубы отопления пришли в негодность.

Поскольку в судебном заседании не установлено, что действия ответчиков повлекли за собой несение ФИО1 расходов на демонтаж старой системы отопления и монтаж новой системы отопления, оснований для удовлетворения заявленных истцом требований о взыскании с ФИО2 ущерба в сумме 22 150 рублей судом не усматривается.

Обосновывая требования о взыскании с ФИО3 ущерба в сумме 3 000 рублей, ФИО1 утверждает, что данные денежные средства были ею затрачены на ремонт двери и замену замка во входной двери в занимаемую истцом часть жилого дома, поскольку 16 февраля 2017 года ФИО3 толкнула входную дверь истца, в результате чего дверь захлопнулась, открыть ее у ФИО1 самостоятельно не получилось и пришлось демонтировать замок.

В то же время в судебное заседание не представлено доказательств осуществления ФИО3 действий по закрытию двери в часть жилого дома истца, равно как и доказательств того, что подобные действия по закрытию двери носят противоправный характер. Доказательств наличия вины ФИО3 в повреждении замка и входной двери материалы дела не содержат.

Указанные выше обстоятельства являются основанием к отказу в удовлетворении требований истца о взыскании с ФИО3 ущерба в сумме 3 000 рублей.

Так же судом не усматривается правовых оснований для взыскания с ФИО4 денежных средств в сумме 8 000 рублей, которые последняя согласно расписке от 13 сентября 2014 года получила от ФИО1 за газовый котел «Сибирия», поскольку, как установлено судом и сторонами не отрицается, указанный газовый котел был приобретен ФИО4 за 16 000 рублей (15 100 рублей стоимость котла + 900 рублей расходы по монтажу котла) и фактически установлен в жилой дом <адрес> г. Волгограда.

В силу ст. 151 (абзац первый) ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Требования ФИО1 о взыскании с ответчиков компенсации морального вреда в части основаны на доводах истца о нарушении ФИО2 и ФИО3 имущественных прав ФИО1, тогда как нормами ГК РФ и действующим законодательством не предусмотрена компенсация морального вреда в результате действий физических лиц, посягающих на материальные права.

Так же обосновывая требования о компенсации морального вреда, ФИО1 утверждает, что ФИО4 и ФИО3 ей причине вред здоровью, а именно ФИО3 16 февраля 2017 года ударила ФИО1 ладонью по лицу, а ФИО4 в тот же день толкнула ФИО1

Согласно разъяснениям, указанным в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» суду в целях обеспечения правильного и своевременного разрешения возникшего спора необходимо по каждому делу выяснять характер взаимоотношений сторон и какими правовыми нормами они регулируются, допускает ли законодательство возможность компенсации морального вреда по данному виду правоотношений.

Суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

В силу абз. 1 ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с абз. 1 п. 3 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный правомерными действиями, подлежит возмещению в случаях, предусмотренных законом.

В абз. 2 п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. № 10 разъяснено, что моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Судом с целью проверки доводов истца из ОП № 8 УМВД России по г. Волгограду запрошен материал проверки КУПС № 3833 по обращению ФИО1 от 21 февраля 2017 года.

В указанном выше материале имеются письменные объяснения ФИО1, ФИО4, ФИО3

Из письменных объяснений ФИО1 следует, что 16 февраля 2017 года во время конфликта ФИО3 ударила ФИО1 ладонью по лицу, а ФИО4 толкнула ФИО1

Согласно письменным объяснениям ФИО3 в ходе конфликта ФИО1 нанесла удар кулаком в область лица ФИО3, замахнулась на нее табуреткой, что ФИО4 пыталась остановить, удерживая ФИО1 При этом отрицает причинение вреда здоровью ФИО1

В письменных объяснениях ФИО4 так же отрицает причинение ФИО1 какого-либо вреда со стороны ФИО3

Тем самым письменные объяснения ФИО1, ФИО3 и ФИО4 являются противоречивыми, опровергают друг друга в части утверждений ФИО1 о причинении ей со стороны ФИО3 и ФИО4 вреда здоровью.

Данные в судебной заседании сторонами объяснения так же противоречат друг другу и не подтверждают причинение ФИО1 со стороны ФИО3 и ФИО4 вреда здоровью.

При этом в материалах дела имеется акт судебно-медицинского освидетельствования от 17 февраля 2017 года, который подтверждает, что у ФИО3 имелись повреждения в виде участка осаднения второго пальца левой кисти, которые возникли от действия тупого твердого предмета с выраженным ребром, указанные повреждения возникли в пределах судок до осмотра врачом судебно-медицинским экспертом.

Указанный выше акт, по мнению суда, подтверждает довод ответчика ФИО3 о том, что последняя 16 октября 2017 года в ходе конфликта, произошедшего с ФИО1, защищаясь от удара, получила повреждения пальца кисти левой руки.

Обязательство вследствие причинения вреда, в том числе морального вреда, является мерой гражданско-правовой ответственности, которая применяется по спорным правоотношениям к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также вину причинителя вреда.

Однако ФИО1 не представила доказательств, подтверждающих факт причинения ей ответчиками физических и нравственных страданий, не доказала вину ответчиков в причинении морального вреда, а также не представила доказательств причинно-следственной связи между действиями ответчиков и физическими и нравственными страданиями истца.

При этом ответчиками в судебном заседании доводы истца о причинении вреда здоровью опровергнуты.

Оценивая представленные в судебное заседание доказательства, суд приходит к выводу, что в судебном заседании не нашли своего подтверждения доводы истца о причинении ей со стороны ФИО3 и ФИО4 вреда здоровью, доказательств причинения ответчиками истцу морального вреда не представлено, в связи с чем требования ФИО1 о компенсации морального вреда суд находит необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении искового заявления ФИО1 о взыскании с ФИО4 денежных средств в сумме 8 000 рублей, компенсации морального вреда 25 000 рублей, взыскании с ФИО2 ущерба в сумме 22 150 рублей, взыскании с ФИО3 ущерба в сумме 3 000 рублей, компенсации морального вреда 25 000 рублей – отказать.

Решение может быть обжаловано в Волгоградский областной суд через Красноармейский районный суд г. Волгограда в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий В.И. Лымарев

Мотивированное решение суда изготовлено «30» октября 2018 года

Председательствующий В.И. Лымарев

решение не вступило в законную силу

«30» октября 2018 года

судья Лымарев В.И.