Решение № 2-1/2020 2-1/2020(2-492/2019;)~М-1/488/2019 2-492/2019 М-1/488/2019 от 25 мая 2020 г. по делу № 2-1/2020

Дело № 2-1/2020

36RS0027-01-2019-000755-13


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Павловск 26 мая 2020 года

Павловский районный суд Воронежской области в составе:

председательствующего - судьи Шевцова Ю.И.,

с участием:

представителей истца – адвоката Рыбальченко А.В. и Степановой Е.И.,

ответчика ФИО1,

представителя ответчика ФИО2 – адвоката Смагина Ю.В.,

при секретаре Костромыгиной Ю.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО1, ФИО2 о признании сделки (договора купли-продажи квартиры) и сделки (договора дарения квартиры) недействительными (ничтожными),

у с т а н о в и л:

ФИО3 обратилась в суд с иском, уточненным иском к ответчикам о признании недействительными (ничтожными): договора купли-продажи квартиры от 14.03.2017 года, расположенной по адресу: <адрес>, площадью 34,2 кв.м., инвентарный <№>, К <№>, заключенный между продавцом ФИО3 и покупателем <ФИО>1, вернув стороны в положение, предшествовавшее заключению договора купли-продажи квартиры; договора дарения квартиры от 26.07.2019 года, заключенного между дарителем ФИО1 и её дочерью ФИО2; аннулировании регистрационных записей права собственности на указанную квартиру: на имя <ФИО>1 - запись <№> от 23.03.2017 года, на имя ФИО2 - запись <№> от 07.08.2019 года.

Мотивирует тем, что ей на праве собственности принадлежала квартира, находящаяся в <адрес> общей площадью 34,2 кв.м. В связи с преклонным возрастом (более 80 лет), наличием заболеваний, отсутствием у нее близких родственников, её двоюродный племянник <ФИО>1 стал предлагать ей свое содержание, с условием наследования указанной квартиры, на что она согласилась, заявив племяннику, что до конца своей жизни она будет хозяйкой в своей квартире и будет в ней проживать. При этом она является неграмотной, школу посещала два неполных года, не может читать и имеет проблемы со зрением, однако умеет расписываться, поэтому документы на подпись ей приносил <ФИО>1, в которых она расписалась, будучи в уверенности, что эти документы связаны с её содержанием и наследством. <ДД.ММ.ГГГГ>. <ФИО>1 умер (погиб), его наследником является жена ФИО1, которая сообщила ей, что так как ФИО3 продал квартиру <ФИО>1, то теперь ввиду открытия наследства после умершего мужа, квартира <№> принадлежит ответчику, показав соответствующие документы. При помощи посторонних людей она запросила сведения из ЕГРН, копию договора купли – продажи от 14.03.2017г., кадастровую выписку на квартиру, на основании которых адвокат разъяснил ей, что квартира, в которой она живет и оплачивает коммунальные платежи, принадлежит <ФИО>1 на основании договора купли - продажи квартиры от 14 марта 2017 года. Однако, ей неизвестно, когда и кем составлен спорный договор, о дословном содержании спорного договора она узнала только в марте 2019 года, получив копию в ЕГРН; на второй странице договора купли-продажи от 14.03.017г. имеется рукописная запись «денежные средства в размере 50000 (пятьдесят тысяч) рублей мною получены полностью», которая выполнена не ею, указанные денежные средства она не получала и никаких расчетов между ней и <ФИО>1 не было; он не ставил перед ней требование о её выселении из квартиры. До настоящего времени на её имя поступали коммунальные платежи, и за свой счет она их оплачивала, в чем ей помогают посторонние люди. Полагает, что <ФИО>1, зная о физических недостатках, малограмотности, иных проблемах, связанных с преклонным возрастом и состоянием здоровья, злоупотребил ее доверием, предоставив ей на подпись договор купли - продажи квартиры, который в полном мере не отвечал её интересам и высказанному волеизъявлению, направленному на сохранение прав собственности на квартиру до конца жизни и последующему наследованию квартиры. Кадастровая стоимость спорной квартиры составляет 673514 руб. 96 коп., поэтому, несмотря на ее преклонный возраст, она не стала бы продавать благоустроенную квартиру, находящуюся в центре <адрес>, за 50000 руб., т.е. в десятки раз дешевле кадастровой, рыночной стоимости данной недвижимости. Факт того, что между ней и <ФИО>1 была договоренность именно о наследовании, а не об отчуждении квартиры, подтверждается тем, что <ФИО>1, якобы получивший квартиру по акту приема-передачи от 14.03.2017г., в действительности никаких действий, как собственник, владелец, не осуществлял, вопрос о ее выселении из жилого помещения им не ставился, счета в ресурсоснабжающих организациях (на коммунальные услуги) на свое имя не переоформлял; в квартире находятся только её вещи. Поэтому, на основании положений ст.178 ГК РФ договор купли-продажи квартиры от 14.03.2017г. является недействительным, а право собственности на квартиру должно быть признано за ней. После смерти <ФИО>1, умершего <ДД.ММ.ГГГГ> году, его наследником по закону стала ФИО1, которая оформила 24.06.2019 г. наследство на квартиру <№><адрес>, и зарегистрировав право собственности в ЕГРН, подарила данную квартиру своей дочери ФИО2, которые также не предпринимали никаких действий, как владельцы. Следовательно, договор дарения от 26.07.2019 года также является недействительным, а соответствующие записи в ЕГРН подлежат прекращению (аннулированию).

В письменном возражении на иск ответчики ФИО1, ФИО2 уточненные исковые требования ФИО3 не признали, в удовлетворении иска просили отказать. Мотивируют тем, что ФИО3 являлась инициатором заключения договора купли-продажи от 14.03.2017г. в отношении принадлежащей ей квартиры в пользу племянника <ФИО>1, так как он постоянно помогал истцу, ухаживал за ней, поэтому ФИО3 хотела распорядиться недвижимым имуществом при жизни именно путем передачи в собственность, в связи с тем, что с другими родственниками сложились неприязненные отношения. Стороны определили стоимость квартиры в 50 000 рублей, исходя из того, что <ФИО>1 постоянно ей помогал, а указанную сумму отдал истице до подписания договора. В состоявшемся 30.10.2019 г. судебном заседании истица смогла прочитать часть текста договора от 14.03.2017 г., чем опровергнуты доводы иска о том, что ранее текст оспариваемого договора она не читала ввиду неграмотности и плохого состояния здоровья. Ответчики просят суд применить последствия пропуска ФИО3 срока исковой давности, который для исков о признании оспоримой сделки недействительной установлен ст.181 ГК РФ один год. Так как ФИО3 данный срок исковой давности пропущен, это обстоятельство является самостоятельным основанием для отказа в иске (л.д. 89-90).

Истец ФИО3 в ранее состоявшихся судебных заседаниях исковые требования поддержала, просила удовлетворить, дала пояснения по обстоятельствам, предшествовавшим заключению 14.03.2017г. договора купли-продажи квартиры, а также фактической ситуации, связанной с пользованием спорной квартирой до настоящего времени. Ввиду преклонного возраста и наличия хронических заболеваний истец просила рассмотреть дело в её отсутствие.

В судебном заседании представители истца Степанова Е.И., адвокат Рыбальченко А.В. уточненные исковые требования ФИО3 поддержали, просили удовлетворить, так как на момент подписания договора купли-продажи 14.03.2017г. истец предполагала, что она заключила не ту сделку, которой в действительности является подписанный ею договор. ФИО3 полагала, что будет собственником квартиры до своей смерти, и пребывала в этой уверенности до момента возникновения конфликта с наследниками <ФИО>1 Следовательно, истец в действительности имела намерение заключить сделку, регулирующую наследственные права <ФИО>1

Ответчик ФИО1 в судебном заседании уточненные исковые требования ФИО3 не признала, в удовлетворении искового заявления просила отказать, так как иск не обоснован.

Представитель ответчика ФИО2 – адвокат Смагин Ю.В. просил отказать в удовлетворении исковых требований ФИО3 в связи с пропуском истцом срока исковой давности, так как для оспаривания сделки по основания, указанным в ст.178 ГК РФ, данный срок установлен 1 год. По существу спора пояснил, что непонятны правовые основания иска: представители Шевцовой утверждают, что истица не здорова психически и не понимала значение своих действий на дату заключения договора 14.03.2017г., но в этом случае истица не может самостоятельно обращаться в суд, подписывать доверенности. Заключение экспертизы сделано в 2020 году, где указано на болезненное состоянии истца на момент исследования; ФИО3 поставлена на учет у психиатра после обращения в суд. Сторону продавца не устраивает цена сделки, но ценообразование различное: существует кадастровая стоимость, рыночная и договорная. В данном случае два человека договорились о стоимости и совершили сделку: спорная квартира площадью 34 кв.м., старой постройки, не представляет никакой ценности, покупатель <ФИО>1 умер, поэтому обстоятельства сделки без ее участника выяснить невозможно. Для того, чтобы произошла регистрация перехода права собственности, стороны обращаются в регистрационную палату, и ФИО3 с таким заявлением обратилась в МФЦ, подписала заявление, переход права собственности был зарегистрирован, о чем в архиве Росреестра имеются соответствующие документы, подпись ФИО3 на них никто не оспорил. ФИО1 владела спорной квартирой законно, так как на ее имя нотариусом выдано свидетельство о праве на наследство, его никто не оспаривает, следовательно, законно и зарегистрированное право собственности ФИО1 на квартиру. ФИО2 является добросовестным приобретателем квартиры, она приняла данную квартиру в дар от ФИО1, переход права собственности по договору дарения был зарегистрирована в регистрационной палате надлежащим образом. Статья 302 ГК РФ указывает, в каких случаях можно истребовать имущество у добросовестного приобретателя, и данное дело не подпадает под положения этой статьи, в которой указано, что если прошло 3 года с момента регистрации права собственности, то суд отказывает в исковых требованиях. Ответчики ФИО2 и <ФИО>1, в качестве собственников квартиры, не лишали истца права пользования жилым помещением, она продолжает жить в этой квартире, пользуется коммунальными услугами, поэтому их оплачивает. У суда нет оснований удовлетворять исковые требования в части признания недействительным договора купли-продажи, так как он сейчас и так аннулирован, о чем имеется запись в Росреестре. Также нет правовых оснований для оспаривается договора дарения от 26.07.2019г., так как данное право предоставлено только сторонам договора, к которым истец не относится. Поэтому исковые требования удовлетворению не подлежат.

Ответчик ФИО2 о дате, времени судебного заседания извещена надлежащим образом, иск, уточненный иск ФИО3 не признала, в удовлетворении иска просила отказать.

Представитель истца - адвокат Рыбальченко А.В. в удовлетворении ходатайства ответчиков о применении судом последствий пропуска срока исковой давности просил отказать, так как истец ФИО3 обратилась в суд с иском своевременно, в течение срока, установленного для оспаривания сделки, который должен исчислять с того времени, когда истец узнала о нарушенном праве.

Представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Воронежской области, нотариус нотариального округа Павловского района Воронежской области ФИО4 в судебное заседание не явились, представили заявления о рассмотрении гражданского дела в их отсутствие.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, Федеральная кадастровая палата Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии Воронежской области о дате, времени судебного заседания извещена надлежащим образом, письменного возражения на иск не представлено.

Выслушав стороны, допросив свидетелей, изучив материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В силу ч.1 ст.3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

В соответствии со ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственник, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (ст. 167 ГК РФ).

В силу ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел (пункт 1). При наличии указанных условий, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: сторона заблуждается в отношении предмета сделки, природы сделки; в отношении обстоятельства, которое сторона упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (пункт 2). Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (пункт 3). Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон (пункт 5). Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные ст.167 ГК РФ: сторона, по иску которой сделка признана недействительной, обязана возместить другой стороне причиненный ей вследствие этого реальный ущерб, за исключением случаев, когда другая сторона знала или должна была знать о наличии заблуждения, в том числе, если заблуждение возникло вследствие зависящих от нее обстоятельств (пункт 6).

Из анализа указанных норм права следует, что по заявленным истцом исковым требованиям юридически значимыми и подлежащими доказыванию обстоятельствами являются выяснение вопроса о действительной воле сторон, совершающих сделки, с учетом цели заключаемой сделки и ее правовых последствий. Вопрос о том, является ли заблуждение существенным или нет, должен решаться судом с учетом конкретных обстоятельств каждого дела, исходя из того, насколько заблуждение существенно не вообще, а именно для данного участника сделки.

Судом установлено, что 29 октября 1992 года квартира, общей площадью 34,2 кв.м., кадастровый <№>, расположенная по адресу: <адрес>, принадлежала ФИО3 на основании Регистрационного удостоверения №1892, выданного БТИ Павловского района (л.д. 5).

14 марта 2017 года в простой письменной форме в г.Павловске заключен договор купли-продажи квартиры, согласно которого продавец ФИО3, <ДД.ММ.ГГГГ> г.рождения, зарегистрированная в <адрес>, продала покупателю <ФИО>1, <ДД.ММ.ГГГГ>.рождения, зарегистрированному в <адрес>, квартиру, общей площадью 34,2 кв.м., К <№>, расположенную по адресу: <адрес>, за 50000 руб. (пятьдесят тысяч рублей), уплаченных покупателем продавцу до подписания договора. На данном договоре имеются подписи сторон, а также запись о получении ФИО3 денег 50000 руб. Договор не содержит сведений о сохранении прав продавца на пользование жилым помещением временно/пожизненно (л.д. 5-6).

14.03.2017г. ФИО3 передала по акту приема-передачи проданную квартиру <ФИО>1, который принял данное имущество, претензий к состоянию имущества не имеет (л.д. 7).

По запросу суда межмуниципальным отделом по Павловскому, Богучарскому и Верхнемамонскому района Управления Росреестра по Воронежской области (л.д. 102) представлены документы:

-заявление от 14 марта 2017 года ФИО3 об осуществлении государственной регистрации права в части перехода права на квартиру <адрес> (л.д. 103-104). Данное заявление содержит рукописную подпись «Шевцова»;

-заявление от 14 марта 2017 года <ФИО>1 об осуществлении государственной регистрации права в части перехода права на квартиру <адрес>. Данное заявление содержит рукописную стилизованную подпись (л.д. 104-106).

На имя <ФИО>1 в ЕГРН сделана 23 марта 2017 года запись регистрации права собственности <№> на объект недвижимости: квартира, этаж <№>, инвентарный <№>, К <№> (л.д. 8-9). По состоянию на 05.03.2019г. кадастровая стоимость данной квартиры составляла 673514 руб. 96 коп. (л.д. 8, 10, 11).

<ФИО>1, <ДД.ММ.ГГГГ> г.рождения, умер <ДД.ММ.ГГГГ> в 00 час.00 мин. в <адрес> (л.д. 54).

По наследственному делу № 23/2019 к имуществу наследодателя <ФИО>1, умершего <ДД.ММ.ГГГГ>., нотариусом нотариального округа Павловского района ФИО4 на основании ст.1142 ГК РФ жене ФИО1 выдано 24.06.2019г. свидетельство о праве на наследство по закону <№> на квартиру, находящуюся в <адрес>, К <№> (л.д. 56). Законность выдачи данного свидетельства о праве на наследство сторонами не оспаривается, на основании него в ЕГРН на имя ФИО1 сделана запись регистрации <№> от 25.06.2019г. (л.д. 57).

26 июля 2019 года в простой письменной форме в <адрес> заключен договор дарения, согласно которого даритель ФИО1, <ДД.ММ.ГГГГ>рождения, зарегистрированная в <адрес>, подарила своей дочери ФИО2, <ДД.ММ.ГГГГ> г.рождения, зарегистрированной в <адрес>, квартиру, общей площадью 34,2 кв.м., К <№>, расположенную по адресу: <адрес>. На данном договоре имеются подписи сторон; договор не содержит сведений о сохранении/возникновении прав каких-либо лиц на пользование жилым помещением временно/пожизненно (л.д. 57-58).

На имя ФИО2 в ЕГРН сделана 07 августа 2019 года запись регистрации права собственности <№> на объект недвижимости: квартира, этаж <№>, инвентарный <№>, К <№>, кадастровая стоимость 673514 руб. 96 коп. (л.д. 59-60).

По данным паспорта ФИО3, подтвержденным в суде, с 23.06.1981 года по настоящее время она зарегистрирована по месту жительства по адресу: <адрес> (л.д. 37).

Факт постоянного, непрерывного проживания ФИО3 в спорном жилом помещении, находящемся по адресу: <адрес>, до даты заключения договора от 14.03.2017г. и до настоящего времени, нахождение в квартире исключительно вещей, принадлежащих истцу, сторонами не оспаривается. Доказательств того, что в течение периода времени с 14.03.2017г. и позднее кто-либо из новых собственников квартиры делал попытки вселения самостоятельно в жилое помещение или вселения членов своей семьи, суду не представлено. Суду и участникам процесса для обозрения представлены квитанции на оплату коммунальных услуг, потребленных по лицевому счету, зарегистрированному за помещением по адресу: <адрес>, на имя абонента ФИО3:

-август 2017г. Павловское МУП ЖКХ (л.д. 12); МП «Павловскводоканал» (л.д. 13); ОАО «Газораспределение г.Павловск» (л.д. 14); Ростелеком (л.д. 15); сентябрь 2017г. АО «ТНС Энерго» (л.д. 16);

-ноябрь 2018г. «Ростелеком» (л.д. 22); «Газпром Межрегионгаз» (л.д. 23); АО «ТНС Энерго» (л.д. 24); Павловское МУП ЖКХ (л.д. 25); МП «Павловскводоканал» (л.д. 26);

-декабрь 2018г. ООО «Газпром Межрегионгаз» (л.д. 17); «Ростелеком» (л.д. 18); АО «ТНС Энерго» (л.д. 19); МП «Павловскводоканал» (л.д. 20); Павловское МУП ЖКХ (л.д. 21);

-май 2019г. ООО «Газпром Межрегионгаз» (л.д. 27); «Ростелеком» (л.д. 28); АО «ТНС Энерго» (л.д. 29); МП «Павловскводоканал» (л.д. 30); Павловское МУП ЖКХ (л.д. 31);

-июль 2019г. Павловское МУП ЖКХ (л.д. 32); МП «Павловскводоканал» (л.д. 33); «Газпром Межрегионгаз» (л.д. 34); «Ростелеком» (л.д. 35); АО «ТНС Энерго» (л.д. 36).

Ответчики не опровергли в суде доводы ФИО3 о получении счетов на оплату коммунальных услуг на имя истца, об оплате ею коммунальных платежей самостоятельно, за счет собственных средств до настоящего времени; не пояснили суду причины, по которым лицевой счет на жилое помещение в ресурсоснабжающих организациях не зарегистрирован на нового собственника (с марта 2017г. до настоящего времени), а также не представлены сведения об обращении новых собственников в указанные организации по вопросу перевода лицевого счета.

Допрошенная судом в качестве свидетеля <ФИО>2 суду показала, что у нее высшее образование, проживает в <адрес>, неподалеку от дома ФИО3, с которой знакома на протяжении более 40 лет, они находятся в дружеских отношениях, а также знакома и имеет нормальные отношения с ответчиком ФИО1 О сделке купли-продажи квартиры от 14.03.2017г. она узнала от ФИО3 примерно через 2 года после совершения сделки. До этого ФИО3 оформляла завещание на имя Степановой Е.И., которая осуществляла за ней уход, помогала делать ремонт в квартире, но затем ФИО3 за что-то обиделась на Степанову Е.И. и забрала завещание у нотариуса. У ФИО3 давно <данные изъяты>, ей необходимы инъекции инсулина, поэтому для оказания помощи свидетель часто приходит к истцу в квартиру <№><адрес> а также истице помогает знакомая <ФИО>3 Кроме того, учитывая возраст и состояние здоровья ФИО3 помощь в уходе за истцом оказывал сотрудник КУВО «УСЗН». Но затем за ФИО3 стал ухаживать её крестник (племянник) <ФИО>1, однако истица говорила, что <ФИО>1 забирал себе денежные средства из пенсии ФИО3 на ремонт своего дома, на лечение зубов. Грамотность ФИО3 была примерно на уровне 2-3 класса школы, но истица ценила деньги, экономила их, откладывала, умела считать, говорила, что деньги племяннику давала в долг. У ФИО3 было 3 счета в банке и собранные «на похороны» наличные деньги, однако сейчас денежных средств нет по неизвестной причине. После смерти <ДД.ММ.ГГГГ><ФИО>1 его жена ФИО1 выражала желание, чтобы ФИО3 жила у ответчика, но истец сама захотела жить у себя дома, отказалась от услуг работника соцзащиты. У ФИО3 тяжелый характер, а после ухудшения состояние здоровья начались конфликты с ФИО1, якобы из-за отказа истца дать денег, кроме того, имелись жалобы, что ФИО1 угрожала отправить ФИО3 в психбольницу. Когда появились сведения, что квартира истицы продана, ФИО3 говорила, что никуда не ходила и у нотариуса ничего не подписывала, но позже вспомнила, что они вместе с <ФИО>1 ходили в МФЦ. После этого ФИО3, вместе со знакомой <ФИО>3, сходила в МФЦ, где выдали подлинный экземпляр договора купли-продажи квартиры от 14.03.2017г., в котором цена квартиры указана 50 000 рублей, и не было никаких обязанностей покупателя <ФИО>1 по пожизненному содержанию продавца. Однако, по своему отношению к деньгам, недвижимому имуществу ФИО3 не стала бы продавать квартиру так несоразмерно дешево, и, более того, истица никогда не высказывала намерения продать свою квартиру, так как никакого другого жилья у нее нет. До этого экземпляр договора купли-продажи истец не получала, так как её экземпляр договора находился в МФЦ, и узнав о содержании сделки, ФИО3 очень расстроилась. По своему умственному, психическому состоянию (ввиду возраста, болезней) ФИО3 до сих пор не понимает, что квартира ей не принадлежит. В некоторых бытовых вопросах ФИО3 неадекватно воспринимает реальность, но это не касается трат денежных средств: иногда истец забывала, что дала деньги на оплату коммунальных платежей, но о квитанциях никогда не забывала, вела их учет, хотя самостоятельно платить за коммунальные услуги в последнее время не могла, забывала, как называются какие-либо предметы.

Согласно п. 1 ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки (пункт 1). Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Исходя из содержания ч.1 ст.12 ГПК РФ, согласно которой правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, вопрос о пропуске истцом срока обращения в суд может разрешаться судом при условии, если об этом заявлено ответчиком.

Установив, что срок обращения в суд пропущен без уважительных причин, судья принимает решение об отказе в иске без исследования фактических обстоятельств по делу.

Ответчиками ФИО1, ФИО2 по данному уточненному иску заявлено в суд ходатайство о применении последствий пропуска истцом срока исковой давности, установленного ч.2 ст.181 ГК РФ. Сторона истца в удовлетворении данного ходатайства просит отказать ввиду его необоснованности.

Доводы ответчиков не нашли своего подтверждения в судебном заседании: судом установлено, что ФИО3 о наличии оспариваемого договора купли-продажи квартиры от 14.03.2017г., его содержании и правовых последствиях узнала в 2019 году, когда получила в регистрирующем органе свой экземпляр договора купли-продажи, в суд с иском обратилась 09.09.2019г., поэтому ходатайство ответчиков о применении судом последствий пропуска истцом срока исковой давности удовлетворению не подлежит.

Медицинским учреждением по месту жительства истца БУЗ ВО «Павловская РБ» в суд представлены копии медицинских карт больной ФИО3 (л.д. 128-155), справка №2342 о том, что ФИО3 состоит на учете в психиатрическом кабинете с диагнозом «<данные изъяты>» (л.д. 177).

Согласно заключения судебно-психиатрической комиссии экспертов от 16.01.2020г. №92 ФИО3 находилась на лечении с диагнозом: <данные изъяты>. В период пребывания в стационаре была проконсультирована врачом-психиатром с диагнозом «<данные изъяты>». В судебном заседании врач-психиатр Павловской РБ ФИО5 пояснила, что у ФИО3 имеется заболевание «<данные изъяты>, которое может быть старческое или приобретенное, степень выраженности ближе к умеренной. Признаки данного заболевания проявились около четырех лет назад, на фоне <данные изъяты>. ФИО3 высказывала мнение о <ФИО>1: «<ФИО>1 обманул меня, обещал содержать, а сам отдал квартиру своей жене, а я хочу пожить в своей квартире, к нотариусу не ходила». Цели и характер обследования испытуемой непонятны, в отношении экспертов проявлялись признаки раздражения, она не понимала значение данной экспертизы для ее судебного спора (л.д. 158-159).

По результатам исследования сделаны выводы:

- ФИО3 обнаруживает признаки <данные изъяты> В настоящее время степень выраженности интеллектуально-мнестического снижения не достигло критической отметки, испытуемая доступна малопродуктивному контакту, способна к частичному самообслуживанию. Однако, способность к осознанию существа сделки, ее юридических особенностей, регуляции поведения на сегодняшний день утрачена;

- не представляется возможным решить вопросы о психическом состоянии ФИО3 на дату совершения оспариваемой сделки ввиду отсутствия объективных сведений;

- указанные обстоятельства не позволили оценить индивидуально-психологические особенности ФИО3, способные повлиять на её волеизъявление в период времени 14.03.2017г., поскольку в материалах гражданского дела не содержится достаточно информации о её состоянии, которое могло существенным образом снизить или ограничить её способность понимать значение своих действий и руководить ими (л.д. 157-160).

На дату заключения договора 14.03.2017г. ФИО3 являлась пенсионером по старости, поэтому в течение длительного времени налог на недвижимое имущества (на квартиру) ей не начислялся, в связи с чем, отсутствие налогового уведомления (требования) об уплате налога на квартиру после указанной даты не могло вызвать настороженности у истца и подвигнуть её на выяснение причин.

В соответствии со ст. 302 ГК РФ если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли. Если имущество приобретено безвозмездно от лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе истребовать имущество во всех случаях. Суд отказывает в удовлетворении требования субъекта гражданского права, указанного в пункте 1 статьи 124 ГК РФа, об истребовании жилого помещения у добросовестного приобретателя, не являющегося таким субъектом гражданского права, во всех случаях, если после выбытия жилого помещения из владения истца истекло три года со дня внесения в государственный реестр записи о праве собственности первого добросовестного приобретателя жилого помещения. При этом бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности приобретателя, или обстоятельств выбытия жилого помещения из владения истца несет субъект гражданского права, указанный в пункте 1 статьи 124 ГК РФ ( Российская Федерация, субъекты Российской Федерации: республики, края, области, города федерального значения, автономная область, автономные округа, а также городские, сельские поселения и другие муниципальные образования).

Поэтому ссылки представителя ответчиков - адвоката Смагина Ю.В. в судебном заседании на положения ст.302 ГК РФ о применении трехлетнего срока с даты внесения записи в ЕГРН не обоснованы.

Таким образом, судом установлено, что истец ФИО3, не имеющая членов семьи, близких родственников, проживала одна в принадлежащей ей на праве собственности квартире, площадью 34,2 кв.м., по адресу: <адрес>, при этом ввиду преклонного возраста (<ДД.ММ.ГГГГ>.рождения) и болезней нуждалась в регулярном постороннем уходе, который осуществляла племянница, в пользу которой истец делала завещание. ФИО3 была малограмотной (примерно на уровне 2-3 класса школы), печатный текст могла прочитать по слогам, однако ориентировалась в ценах, деньгах, их покупательной способности, получала пенсию, которую тратила самостоятельно, делая сбережения; указанная квартира благоустроенная, являлась единственным недвижимым имуществом, принадлежавшим ФИО3 Своим знакомым, соседям, с которыми ФИО3 поддерживала доверительные отношения на протяжении около 40 лет, она никогда не говорила о желании продать квартиру, не обсуждала вопросы рыночной стоимости своего жилья. ФИО3 ориентировалась в несложных документах: сама ставила показания счетчиков в квитанциях на коммунальные услуги, давала деньги на их оплату, вела учет квитанций, однако примерно 4 года назад (т.е. еще до заключения оспариваемого договора) стала обнаруживать признаки заболевания «<данные изъяты>». Затем уход за ФИО3 стал осуществлять дальний родственник (двоюродный племянник) <ФИО>1, проживавший с женой ФИО1 на <адрес>, поэтому ФИО3 отказалась от услуг соцработника. После начала оказания бытовой помощи со стороны <ФИО>1 истец никому не говорила о намерении продать квартиру, устно изъявляла желание, чтобы <ФИО>1 был её наследником. Несмотря на серьезное отношение к документам, связанным с денежными, материальными ценностями, ФИО3 после 14 марта 2017 года и до весны 2019 года также никогда никому не сообщала о том, что продала свою квартиру <ФИО>1 за 50 000 рублей.

После заключения 14.03.2017г. договора купли-продажи, которым ФИО3 продала квартиру <ФИО>1, экземпляр договора продавца остался в Росреестре (МФЦ), лицевые счета на предоставляемые коммунальные услуги по-прежнему остались (и остаются до настоящего времени) на имя ФИО3, которая регулярно оплачивала квитанции, вопросов о ее выселении из жилого помещения не было. Несмотря на то, что по акту приема-передачи от 14.03.2017г. продавец ФИО3 передала квартиру покупателю <ФИО>1, фактически передача имущества не была осуществлена, и соответствующих требований со стороны покупателя не было; в квартире находились и находятся только вещи, принадлежащие Шевцовой.

<ФИО>1 умер <ДД.ММ.ГГГГ>. (погиб), после его смерти жена ФИО1 предложила ФИО3 переехать жить в жилое помещение к ФИО1, но ФИО3 отказалась, пояснив, что «хочет жить в своей квартире». Несмотря на это, ФИО1, в качестве наследника лица, купившего квартиру, вновь не ставила вопрос об освобождении продавцом проданного жилья. В дальнейшем, ввиду возраста, наличия заболеваний, сложного характера ФИО3 стала конфликтовать с ФИО1, изъявила желание, чтобы уход стала осуществлять другая родственница. Только весной 2019г. ФИО1 сообщила ФИО3 о том, что та не является полноправной владелицей квартиры, чему Шевцова не поверила. Обратившись с помощью знакомых в МФЦ г.Павловска ФИО3 получила экземпляр договора купли-продажи квартиры от 14.03.2017г., получив юридическую консультацию, истица стала понимать, что не является собственником спорной квартиры, отчего испытала сильное волнение, говорила: «вывезу вещи и подожгу квартиру».

Поэтому, суд приходит к выводу, что, подписывая в качестве продавца договор купли-продажи от 14.03.2017г. ФИО3 заблуждалась относительно природы и последствий данной сделки, полагая, что подписываемые ею документы каким-либо образом дают <ФИО>1 права на квартиру только после смерти ФИО3 Никаких сведений о фактическом получении ФИО3 денег в размере 50000 рублей, именно в виде оплаты за проданную квартиру суду не представлено.

Кроме того, суд учитывает состояние психического здоровья ФИО3, с учетом болезненного состояния которой со стороны <ФИО>1 существовала реальная возможность ввести ФИО3 в заблуждение относительно подписываемых ею документов. Последующие действия/бездействие <ФИО>1 также косвенно подтверждают, что между ним и Шевцовой отсутствовали отношения покупателя и продавца, а имелись отношения предполагаемого наследника.

Стоимость квартиры, указанная в договоре 50 000 рублей, несоразмерна её кадастровой стоимости (более 900 000 рублей), при этом, став собственником квартиры <ФИО>1 её не оспаривал, поэтому реальная продажа квартиры истцом за данную сумму опровергнута в суде показаниями свидетелей.

Представленные доказательства, в т.ч. и показания свидетеля <ФИО>2, свидетельствуют о том, что действия ФИО3, ее воля были направлены на совершение иной сделки, регулирующей правоотношения, связанные с наследованием имущества, а не той, которая была совершена 14.03.2017г. между ФИО3 и <ФИО>1

На основании изложенного, судом признается недействительным договор купли-продажи квартиры от 14.03.2017г. по основаниям ст.178 ГК РФ, как сделка, совершенная ФИО3 под влиянием заблуждения, а стороны подлежат возвращению в положение, предшествовавшее заключению данного договора.

Необходимость аннулирования записи в ЕГРН о регистрации права собственности на имя <ФИО>1 отсутствует ввиду его смерти <ДД.ММ.ГГГГ>. и оформления 24.06.2019г. наследником ФИО1 прав на наследство по закону на спорную квартиру.

В дальнейшем ФИО1 подарила 26.07.2019г. полученную по наследству от <ФИО>1 квартиру <№><адрес> своей дочери ФИО2, которая также не осуществляла действий по фактическому вступлению во владение имуществом, однако в ЕГРН на её имя была внесена 07.08.2019г. запись регистрации права собственности на квартиру <№>.

Указанный договор дарения от 26.07.2019г. признается судом недействительным, применяются последствия недействительности сделки – аннулирование записи в ЕГРН на имя ответчика ФИО2

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

Признать недействительным (ничтожным) договор купли-продажи квартиры от 14 марта 2017 года, расположенной по адресу: <адрес>, площадью 34,2 кв.м., назначение: жилое помещение, наименование: квартира, этаж <№>, инвентарный <№>, кадастровый <№>, заключенный между продавцом ФИО3, <ДД.ММ.ГГГГ> года рождения, и покупателем <ФИО>1, <ДД.ММ.ГГГГ> года рождения, вернув стороны в положение, предшествовавшее заключению договора купли-продажи квартиры.

Признать недействительным (ничтожным) договор дарения квартиры от 26 июля 2019 года, расположенной по адресу: <адрес>, заключенный между ФИО1 (дарителем) и её дочерью ФИО2.

Применить последствия недействительности сделки, аннулировав запись в едином государственном реестре недвижимости <№> от 07.08.2019 года о праве собственности ФИО2 на жилое помещение - квартиру, общей площадью 34,2 кв.м., кадастровый <№>, расположенную по адресу: <адрес>.

В остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Воронежский областной суд через районный суд в течение месяца со дня изготовления в окончательной форме.

Судья Ю.И.Шевцов

Решение в окончательной форме изготовлено 04 июня 2020 года