Апелляционное определение № 33-11391/2025 от 3 декабря 2025 г.

Судья Филипенко С.В. дело № 33-11391/2025

УИД: 34RS0007-01-2025-002278-45


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Волгоград 04 декабря 2025 года

Судебная коллегия по гражданским делам Волгоградского областного суда в составе:

председательствующего судьи Кудрявцевой А.Г.,

судей Ривняк Е.В., Шиповской Т.А.,

при секретаре Кучеренко Е.В.,

с участием прокурора Еланскова В.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1639/2025 по иску ФИО2 ича к муниципальному общеобразовательному учреждению «Средняя школа №51 имени Героя Советского Союза ФИО1 Тракторозаводского района Волгограда» о признании акта о проведении служебного расследования недействительным, приказа (распоряжения) о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, стоимости средств индивидуальной защиты, компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе ФИО2 ича

на решение Тракторозаводского районного суда города Волгограда от 11 сентября 2025 года, которым постановлено: исковые требования ФИО2 ича к муниципальному общеобразовательному учреждению «Средняя школа №51 имени Героя Советского Союза ФИО1 Тракторозаводского района Волгограда» о признании акта о проведении служебного расследования недействительным, приказа (распоряжения) о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, стоимости средств индивидуальной защиты, компенсации морального вреда удовлетворить в части.

Взыскать с муниципального общеобразовательного учреждения «Средняя школа №51 имени Героя Советского Союза ФИО1 Тракторозаводского района Волгограда» в пользу ФИО2 ича денежную компенсацию стоимости средств индивидуальной защиты за период с 01 сентября 2019 года по 12 мая 2025 года в размере 12 480 рублей, компенсацию морального вреда в размере 3 000 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО2 ичу к муниципальному общеобразовательному учреждению «Средняя школа №51 имени Героя Советского Союза ФИО1 Тракторозаводского района Волгограда» о признании акта о проведении служебного расследования №1 от 30 апреля 2025 года недействительным, приказа (распоряжения) о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) №41 от 12 мая 2025 года незаконным, восстановлении на работе в должности учителя труда (технологии), взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда в размере 297 000 рублей, - отказать.

Взыскать с муниципального общеобразовательного учреждения «Средняя школа №51 имени Героя Советского Союза ФИО1 Тракторозаводского района Волгограда» в доход бюджета муниципального образования – городской округ город-герой Волгоград государственную пошлину в размере 7 000 (семи тысяч) рублей.

Заслушав доклад судьи Ривняк Е.В., выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, судебная коллегия по гражданским делам Волгоградского областного суда

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 обратился в суд с иском к муниципальному общеобразовательному учреждению «Средняя школа №51 имени Героя Советского Союза ФИО1 Тракторозаводского района Волгограда» (далее МОУ СШ №51) о признании акта служебного расследования недействительным, приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, стоимости средств индивидуальной защиты и компенсации морального вреда.

В обоснование указано, что он работал учителем технологии по трудовому договору от 01 сентября 2019 года и был уволен приказом №41 от 12 мая 2025 года по ложному обвинению в применении насилия к обучающемуся. Считает увольнение незаконным по следующим основаниям.

17 апреля 2025 года директор вручила ему уведомление №78 с требованием представить объяснительную по поводу заявления ФИО3 об избиении её сына на уроке 13 марта 2025 года. В тот же день он написал объяснение, что обвинения не соответствуют действительности. Также 17 апреля 2025 года директором был издан приказ №108 о создании комиссии по служебному расследованию, с которым его не ознакомили, как и с заявлением ФИО3 и материалами расследования.

24 апреля 2025 года состоялось заседание комиссии, о котором его не известили заранее. Его вызвали с урока, и он не знал, что это заседание комиссии. На вопросы сотрудника ПДН он дал устные объяснения, аналогичные письменным. Ученики 5Б класса на заседании не присутствовали, их письменные объяснения ему не зачитывали. ФИО3, присутствовавшая на заседании, оставила без ответа его вопрос о том, когда она обнаружила синяк у сына.

При увольнении ему выдали справку о результате проверки от 24 апреля 2025 года и акт служебного расследования №1 от 30 апреля 2025 года. Он утверждает, что факты, изложенные в справке, не соответствуют действительности, поскольку он ученика не бил и не трогал; медицинские документы, подтверждающие побои, отсутствуют; мать обратилась с заявлением спустя месяц; в медицинские учреждения и полицию она не обращалась. ФИО после урока технологии 13 марта 2025 года присутствовал на следующих уроках, получал оценки, вопросов по его здоровью у учителей не возникало. Он никому не жаловался, изменений в его поведении никто не заметил. 14 марта 2025 года ситуация повторилась. Мать также не заметила изменений в поведении сына или следов побоев. ФИО является участником конфликтов с другими детьми, и синяки могли появиться от ссор. 20 марта 2025 года ФИО пришёл на урок технологии как ни в чём не бывало. Дети не говорили о случившемся родителям или классному руководителю.

Акт служебного расследования №1 от 30 апреля 2025 года составлен с нарушениями: состав комиссии в нём не соответствует приказу №108, отсутствуют письменные объяснения и опросные листы учеников. В акте также содержится информация о дисциплинарном взыскании (выговор по приказу №22 от 21 января 2023 года), которое уже снято по сроку.

Кроме того, 28 апреля 2025 года директор требовала его увольнения по собственному желанию 12 мая 2025 года со всеми выплатами, угрожая в противном случае увольнением по статье. Он отказался. 6 мая 2025 года директор в присутствии председателя профсоюза и юриста снова угрожала увольнением по статье, ссылаясь на жалобу матери депутату.

ФИО2 также указал, что работодатель должен возместить ему средний заработок за время вынужденного прогула. За весь период работы ему не были выданы положенные средства индивидуальной защиты (перчатки, халат, очки). Ему причинён моральный вред в связи с увольнением, ухудшением состояния здоровья и невозможностью устроиться на другую работу с такой формулировкой увольнения.

На основании изложенного, истец просил суд: признать акт о проведении служебного расследования №1 от 30 апреля 2025 года недействительным, признать приказ об увольнении № 41 от 12 мая 2025 года незаконным, восстановить его в должности учителя технологии в МОУ СШ №51, взыскать с МОУ СШ № 51: средний заработок за время вынужденного прогула; компенсацию стоимости СИЗ в размере 12 480 рублей; компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей.

Судом постановлено указанное выше решение.

В апелляционной жалобе ФИО2 оспаривает законность и обоснованность постановленного судом решения, просит его отменить, принять по делу новое решение, которым удовлетворить исковые требования в полном объеме.

В отзыве на апелляционную жалобу директор МОУ «Средняя школа №51 имени Героя Советского Союза ФИО1 Тракторозаводского района Волгограда» ФИО4 просит решение суда оставить без изменения.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе, обсудив указанные доводы, судебная коллегия не находит оснований для отмены судебного акта, постановленного в соответствии с нормами действующего законодательства, а также фактическими обстоятельствами дела.

Согласно статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации, регулирование трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством, состоящим из Кодекса, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права.

При этом трудовые отношения и иные, непосредственно связанными с ними отношения, регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права.

В силу статьи 15 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Осуществляя право на труд, каждый работник должен соблюдать и обязанности по труду, регламентированные частью 2 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации, в соответствии с которыми работник обязан: добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, соблюдать трудовую дисциплину, выполнять установленные нормы труда, соблюдать требования по охране труда и обеспечению безопасности труда.

Согласно части 1 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель имеет право требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка, привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном Трудовым кодексом, иными федеральными законами.

В соответствии с частями 1, 5 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации, за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: 1) замечание; 2) выговор; 3) увольнение по соответствующим основаниям.

Федеральными законами, уставами и положениями о дисциплине (часть пятая статьи 189 настоящего Кодекса) для отдельных категорий работников могут быть предусмотрены также и другие дисциплинарные взыскания.

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

В силу статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации, дисциплинарным проступком является виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя и т.п.).

Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» предусмотрено, что привлечение работника к ответственности возможно, в случае совершения последним конкретного дисциплинарного проступка.

Порядок применения дисциплинарных взысканий предусмотрен статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации, в соответствии с которым для применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание.

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

Согласно пункту 53 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка, обстоятельства, при которых он был совершен, предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Таким образом, в силу вышеприведенных норм трудового законодательства, дисциплинарное взыскание может быть применено к работнику за нарушение им трудовой дисциплины, то есть за дисциплинарный проступок.

Неисполнение или ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей признается виновным, если работник действовал умышленно или по неосторожности. Не может рассматриваться как должностной проступок неисполнение или ненадлежащее выполнение обязанностей по причинам, не зависящим от работника (например, из-за отсутствия необходимых материалов, нетрудоспособности).

Противоправность действий или бездействия работника означает, что они не соответствуют законам, иным нормативным правовым актам, в том числе положениям и уставам о дисциплине, должностным инструкциям.

Дисциплинарным проступком могут быть признаны только такие противоправные действия (бездействие) работника, которые непосредственно связаны с исполнением им трудовых обязанностей.

При этом право выбора конкретной меры дисциплинарного взыскания из числа предусмотренных законодательством принадлежит работодателю, который должен учитывать степень тяжести проступка, обстоятельства, при которых он совершен, предшествующее поведение работника.

В силу пункта 14 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовой договор может быть расторгнут работодателем в других случаях, установленных настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

В соответствии с пунктом 2 статьи 336 Трудового кодекса Российской Федерации, помимо оснований, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами, основаниями прекращения трудового договора с педагогическим работником, а также с руководителем, заместителем руководителя государственной или муниципальной образовательной организации высшего образования и руководителем ее филиала являются: применение, в том числе однократное, методов воспитания, связанных с физическим и (или) психическим насилием над личностью обучающегося, воспитанника.

Согласно пункту 9 статьи 13 Федерального закона от 29 декабря 2012 года № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации», использование при реализации образовательных программ методов и средств обучения и воспитания, образовательных технологий, наносящих вред физическому или психическому здоровью обучающихся, запрещается.

В силу части 3 статьи 43 Федерального закона от 29 декабря 2012 года № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации», дисциплина в организации, осуществляющей образовательную деятельность, поддерживается на основе уважения человеческого достоинства обучающихся, педагогических работников. Применение физического и (или) психического насилия по отношению к обучающимся, педагогическим работникам и иным работникам такой организации не допускается.

Согласно части 1 статьи 48 Федерального закона от 29 декабря 2012 года № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации», педагогические работники обязаны: 1) осуществлять свою деятельность на высоком профессиональном уровне на основе традиционных российских духовно-нравственных ценностей и принятых в российском обществе правил и норм поведения в интересах человека, семьи, общества и государства, обеспечивать в полном объеме реализацию рабочей программы учебных предметов, курсов, дисциплин (модулей), рабочей программы воспитания; 2) соблюдать правовые, нравственные и этические нормы, следовать требованиям профессиональной этики; 3) уважать честь и достоинство обучающихся и других участников образовательных отношений; 5) применять педагогически обоснованные и обеспечивающие высокое качество образования формы, методы обучения и воспитания; 11) соблюдать устав образовательной организации, положение о специализированном структурном образовательном подразделении организации, осуществляющей обучение, правила внутреннего трудового распорядка; 12) исполнять иные обязанности, предусмотренные настоящим Федеральным законом.

В соответствии с частью 4 статьи 48 Федерального закона от 29 декабря 2012 года № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации», педагогические работники несут ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение возложенных на них обязанностей в порядке и в случаях, которые установлены федеральными законами.

Согласно статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы). Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, МОУ СШ №51 осуществляет образовательную деятельность. Истец, ФИО2, работал учителем технологии в МОУ СШ №51 с 01 сентября 2019 года на основании трудового договора №51 и был ознакомлен с должностной инструкцией 30 августа 2021 года.

16 апреля 2025 года на имя директора школы поступило заявление от ФИО3, матери обучающегося 5Б класса, в котором она сообщала, что её сын, ФИО, 13 марта 2025 года на уроке технологии, после конфликта с одноклассником, был избит учителем ФИО2 Заявительница просила принять меры и уволить преподавателя.

На основании данного заявления приказом директора №108 от 17 апреля 2025 года (с изменениями приказом №121 от 23 апреля 2025 года) была создана комиссия по служебному расследованию. В тот же день ФИО2 было вручено уведомление с требованием представить объяснения, которые он предоставил 17 апреля 2025 года, отрицая факты, изложенные в заявлении.

В ходе проверки комиссией были опрошены учащиеся 5Б класса, включая ФИО ФИО ФИО ФИО ФИО а также классный руководитель ФИО5, подавшая докладную записку от 16 апреля 2025 года, и сам ФИО2

По результатам заседания комиссии 24 апреля 2025 года была составлена справка, согласно которой факт нанесения ФИО2 ударов ФИО при попытке прекратить драку между учениками подтвердился со слов обучающихся. Учитель свою вину отрицал. По итогам служебного расследования актом №1 от 30 апреля 2025 года комиссия установила, что ФИО2 совершил виновное действие, выразившееся в применении методов воспитания, связанных с физическим насилием, что является грубым нарушением устава школы, трудового договора и должностной инструкции.

Приказом директора №41 от 12 мая 2025 года трудовой договор с ФИО2 был расторгнут по пункту 2 статьи 336 Трудового кодекса Российской Федерации. С приказом ФИО2 был ознакомлен в тот же день.

09 июня 2025 года ФИО2 обратился в прокуратуру с жалобой на незаконность увольнения. По результатам проверки прокуратурой нарушений в процедуре увольнения не установлено.

По факту нанесения телесных повреждений ОП №1 УМВД России по городу Волгограду 03 июля 2025 года зарегистрирован материал КУСП №123467, по которому 12 июля 2025 года вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела за отсутствием состава преступления по статье 116 Уголовного кодекса Российской Федерации, при этом в действиях усмотрены признаки административного правонарушения по статье 6.1.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

В суде первой инстанции были допрошены свидетели: ФИО6 (учитель русского языка 5Б класса) не запомнила особенностей в поведении ФИО и других детей 13 марта 2025 года. ФИО7 (учитель информатики, специалист по охране труда, член комиссии) показал, что до служебного расследования ФИО2 рассказывал ему о драке учеников и о том, что один из них был возбужден и кидался на него. В ходе расследования дети подтвердили факт нанесения ударов. ФИО (несовершеннолетний обучающийся) подробно описал произошедший инцидент 13 марта 2025 года, подтвердив, что учитель ФИО2 нанес ему удары по лицу и спине, удерживая за руку и одежду. ФИО8 (учитель, завхоз) сообщила об устных жалобах учащихся и родителей на поведение ФИО2 на уроках. ФИО5 (классный руководитель 5Б класса) пояснила, что узнала о случившемся в начале апреля 2025 года со слов ученика ФИО9 и написала докладную директору. ФИО10 (методист, председатель комиссии) подтвердила ход и результаты служебного расследования, указав, что дети единогласно подтвердили факт применения физической силы учителем. ФИО (несовершеннолетний обучающийся) детально изложил обстоятельства конфликта и действий учителя ФИО2, которые он наблюдал.

Разрешая заявленный спор, суд первой инстанции установил, что факт применения учителем ФИО2 физического насилия в отношении обучающегося ФИО является доказанным. Данный вывод основан на совокупности исследованных доказательств, включая согласующиеся письменные и устные показания учеников 5Б класса, являвшихся очевидцами инцидента, докладную записку классного руководителя, а также показания свидетелей в судебном заседании (несовершеннолетних ФИО и ФИО, свидетеля ФИО и других). Суд не нашел оснований сомневаться в достоверности этих показаний, отметив, что они последовательны, логичны и не противоречат материалам дела. При этом объяснения самого истца, полностью отрицавшего произошедшее, суд счел недостаточными для опровержения доказательств, представленных ответчиком.

Исходя из доказанности факта насилия, суд заключил, что в действиях ФИО2 присутствует состав дисциплинарного проступка, а именно грубое нарушение им своих трудовых обязанностей, устава школы, должностной инструкции и положений трудового договора. Такие действия педагогического работника прямо подпадают под специальное основание для расторжения трудового договора, предусмотренное пунктом 2 статьи 336 Трудового кодекса Российской Федерации — применение методов воспитания, связанных с физическим и (или) психическим насилием над личностью обучающегося.

Процедура привлечения к дисциплинарной ответственности, по мнению суда, была соблюдена работодателем. ФИО2 был своевременно уведомлен о претензиях и затребованных от него письменных объяснениях, ознакомлен с материалами служебной проверки и приказом об увольнении.

Доводы истца о нарушениях при проведении служебного расследования (расхождение в составе комиссии, отсутствие опросных листов, упоминание погашенного выговора) были судом отклонены как не влияющие на законность итогового решения и не являющиеся основанием для признания акта недействительным.

В связи с изложенным суд отказал ФИО2 в удовлетворении исковых требований о признании недействительным акта служебного расследования от 30 апреля 2025 года №1, признании незаконным приказа об увольнении от 12 мая 2025 года №41, восстановлении на работе в должности учителя технологии в МОУ СШ №51 и взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула.

Однако требования о взыскании компенсации стоимости средств индивидуальной защиты (СИЗ) и компенсации морального вреда были удовлетворены частично. Суд установил, что, несмотря на отсутствие по результатам специальной оценки условий труда (СОУТ) вредных факторов, действующие в школе инструкции по охране труда, а также приказ директора, прямо обязывали выдавать учителю технологии СИЗ (халат, перчатки, очки и т.д.). Поскольку работодатель эту обязанность не исполнил, а истец приобретал СИЗ за свой счет, суд взыскал с МОУ СШ №51 в пользу ФИО2 компенсацию их стоимости в размере 12 480 рублей. Кроме того, учитывая факт длительного нарушения права работника на обеспечение СИЗ, суд признал причинение морального вреда и взыскал в пользу истца компенсацию в размере 3 000 рублей, отказав в удовлетворении заявленной суммы в 300 000 рублей как необоснованной. Также с ответчика в доход местного бюджета была взыскана государственная пошлина по делу в размере 7 000 рублей.

Судебная коллегия полагает возможным согласиться с выводами суда первой инстанции, изложенными в решении и полагает, что решение суда не противоречит собранным по делу доказательствам и требованиям закона.

Решение суда в части удовлетворения исковых требований сторонами по делу не обжалуется и не является предметом проверки судом апелляционной инстанции.

Судебная коллегия отклоняет доводы жалобы истца о недопустимости и недостаточности доказательств, подтверждающих факт применения физического насилия.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона обязана доказывать обстоятельства, на которые она ссылается, и именно на работодателе лежало бремя доказывания законности увольнения и наличия дисциплинарного проступка.

Ответчик представил совокупность взаимосвязанных и непротиворечивых доказательств, которые были исследованы судом с соблюдением всех требований закона. К числу таких допустимых доказательств относятся, во-первых, письменные материалы служебного расследования — заявление законного представителя потерпевшего, докладная записка классного руководителя, а также собственноручные письменные объяснения учащихся-очевидцев (ФИО., ФИО, ФИО ФИО.). Во-вторых, в судебном заседании были допрошены несовершеннолетние свидетели ФИО и ФИО., чьи подробные, последовательные и согласующиеся между собой показания непосредственно излагали обстоятельства инцидента, включая факт нанесения ударов. В-третьих, были заслушаны показания свидетелей со стороны работодателя — классного руководителя ФИО5, члена комиссии ФИО7 и председателя комиссии ФИО10, которые подтвердили ход проверки и информацию, полученную от учащихся.

Довод апелляционной жалобы о якобы заученности показаний несовершеннолетних свидетелей судебная коллегия считает несостоятельным, поскольку, как установил суд первой инстанции, естественным является то, что участники и очевидцы драматического события, многократно опрашивавшиеся по его поводу, сохраняют в памяти детали, а их показания были даны в суде свободно и не вызывали сомнений в достоверности. Таким образом, представленные доказательства являются допустимыми, поскольку получены законным путем, и достаточными, поскольку согласованно подтверждают ключевой факт — применение ФИО2 физического насилия к ученику.

Ссылка в жалобе на отсутствие медицинских документов или обращения в полицию правового значения не имеет, поскольку для увольнения по специальному основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 336 Трудового кодекса Российской Федерации, достаточно самого доказанного факта применения недопустимых методов воспитания, что и было установлено судом.

Доводы апеллянта о нарушениях при проведении служебного расследования, как верно указал суд первой инстанции, не являются существенными и не опровергают установленный факт нарушения.

Поскольку судебная коллегия не усматривает нарушений норм материального или процессуального права, которые повлияли бы на исход дела, а выводы суда первой инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам и доказательствам по делу, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены решения не имеется.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Волгоградского областного суда

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Тракторозаводского районного суда города Волгограда от 11 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 ича – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 08 декабря 2025 года.

Председательствующий:

Судьи: